И ради этого стоило, шесть лет неустанно учится, получать красный диплом, отказывать себе в простых студенческих развлечениях, и всё ради того, чтобы поехать работать в Бурунди? Разве это награда ему, лучшему студенту факультета, за его успехи и труды? Дядя Марк был в отчаянии. Большего разочарования он прежде никогда не испытывал. И за что ему такое наказание? Другие, вон едут по распределению работать во Францию, Бельгию, Швейцарию, Индию, Турцию, а он в Бурунди…
Родственники, узнав, куда едет на службу, их сын мысленно уже похоронили его заживо. Ведь, понятное дело, что европеец, не сможет долго прожить в стране, где медицина на самом низшем каком только можно уровне. Даже провожая в дорогу, мама его, не скрывая слёз, говорила – прощалась с сыном, мол, вижу тебя последний раз. Дяде Марку было очень обидно за то, что судьба так сильно уколола его в сердце. Перед родственниками он всё же держался молодцом и отшучивался, мол, да не расстраивайтесь – я сильный и выносливый. Вот увидите, я буду первым европейцем, который там обустроится и даже очень хорошо устроится. Да и кто сказал, что там так уж плохо? Мне понравится, я справлюсь!
Но, уже садясь в самолёт, и глядя в иллюминатор воздушного корабля он осознал, что возможно больше никогда его нога не ступит по этой, его родной земле и он заплакал. Ему было очень горько на сердце. Будто кто-то нарочно его колит и колит в сердечко, получая удовольствие от его страданий.
А ведь какие планы на будущее были у него, молодого красивого юноши. Он был уверен, что честно полученный красный диплом обеспечит ему достойную, уважаемую должность где-нибудь возможно в Канаде, а может и в Швеции, Италии или в Китае. Но планы и мечты не осуществились – рухнув, разбившись на осколки.
Ещё сидя в самолете, он уговаривал себя смотреть на ситуацию с оптимизмом – настраивал себя на положительный лад. Но приземлившись в чужой стране, и сделав первые шаги по раскаленной африканской земле, он понял – здесь и придет конец его земной жизни. Это чувство уверенно поселилось в нём, и поэтому, смирившись и опустив голову, он следовал туда, куда его вели встречающие – не возражая и особо не проявляя интереса ко всему. Что ж раз Бог распорядился так, значит, так тому и быть.
Его поселили в доме, в семье местного православного священника, как позднее понял дядя Марк, только в доме у этого священника была отдельная комната, так сказать «для гостей». Остальные же жители, жили кто на улице, кто в однокомнатных очень малюсеньких хижинах по пятнадцать человек и более.
Спал дядя Марк на полу, о диване или кровати он даже не заикался. Ел приготовленную матушкой священника еду. Первые два месяца адаптации его организма к местной пище и особенно воде прошли очень тяжело для него. Из родной страны, то и дело высылали ему через департамент медикаменты для лечения отравлений и нательных язв, появившихся у него от палящего солнца. Порой лёжа на полу в своей комнате в сильном жару, дяде Марку казалось, что вот-вот к нему придет ангел Азраил и заберет с собой, но он всё не приходил к нему – мучения продолжались.
Священник Джаред, в православии отец Александр, у которого он жил, а в первые месяцы он был и единственным человеком, с кем дядя Марк вообще общался в этой чуждой ему стране, успокаивал и говорил ему – не бояться и бодрится. Мол, не стоит ставить на себе крест и просить у Бога смерти. Нет так нельзя – он, Марк, ещё очень молод, красив, а красивым людям Бог всегда даёт и красивую жизнь. И пусть мечты дяди Марка о почётной карьере где-то в Европе не сбылись пока. Но ведь и здесь в Бурунди живут люди. И, между прочим, не плохие люди. Вот только стоит поправиться Марку и осмотреться и ему здесь ещё очень понравится. Он приободрял молодого человека, рассказывал, что здесь он может принести намного больше пользы, чем где-то в Исландии или Норвегии. Но во всё это с трудом верилось молодому специалисту с разбитым от горя сердцем.
Но прошло около двух месяцев, и дядя Марк постепенно пошёл на поправку. Адаптация к местной жизни, похоже, подходила к концу, и с каждым днём ему становилось всё лучше и лучше. Он чувствовал, как силы появлялись в руках и ногах. Мысли с каждым днём становились всё ярче и веселее. И вправду ну не лежать же всю оставшуюся жизнь здесь на этом полу и страдать? Нет, так не пойдет! Правильно говорил отец Александр, надо бодриться, и продолжать жить! Может не всё так плохо там, на улице, там за стенами этой комнаты?
Спустя некоторое время, поправившись от болезней, дядя Марк наконец-то приступил к работе. Как ему говорил его начальник, он ещё довольно быстро адаптировался, к местному устрою, не то, что поляк, прибывший вместе с ним в один и тот же день. Вон тот ещё до сих пор болеет и руководство переживает, что он так и не справится с трудностями, выпавшими его здоровью, сменой климата и придётся его отправлять домой.
Работа началась. За неимением большого штата переводчиков и за ненадобностью, в департаменте было всего четыре переводчика. Дядя Марк был самым молодым и ему как подающему надежды поручали вести ответственные переговоры между лидерами разных стран на английском языке. Собственно говоря, он из всех только один был переводчиком с английского языка, все же остальные владели официальным языком в Бурунди – французским и, конечно же, знали ещё и язык рунди.
Но дяде Марку не нужно было знать официальные языки страны, ему наоборот поставили задачу в течение месяца выучить торговый язык - суахили. Ведь переговоры, на которые он был приставлен, в основном касались торговых дел, а, чтобы понять, чего хотят местные жители от приезжих скупщиков надо знать язык торговли, а им был именно суахили. И странное дело, но дядя Марк начал постепенно любить свою работу. Вечерами с интересом изучал местный язык, выходил к людям – практиковаться. Местные рынки, местные жители легко шли с ним на контакт. И за месяц, а то и менее дядя понял, в чём логика – начинка нового языка и уже со временем легко-легко разговаривал на нём. В департаменте им очень гордились и радовались его успехам, поощряли материально, что немало важно было для него. Он отлично вёл все переговоры, с легкостью подписывались контракты на поставку кофе из Бурунди в страны Азии и Советского Союза. В общем, жизнь как-то сама собой потихоньку налаживалась.
Спустя полгода, отец Джаред, видимо видя, что дядя Марк уже более-менее обустроился начал вести за ужином с ним аккуратные беседы о том, что надо бы ему жениться – ведь не хорошо быть человеку одному. Дядя Марк отшучивался и говорил, что не до этого ему сейчас. Но священник всё же присматривал для него порядочную местную девушку.
Но случай, или как говорят простые люди – судьба, но вернее будет сказать Божественный промысел, Который уготовал дяде Марку, ещё до создания нашего мира «свою любовь», эта самая любовь в нужное время сама «пришла» к дяде Марку и поселилась в его сердце без сторонней помощи. И было это так:
7 августа 1972 года, эту дату дядя Марк запомнил, он, как всегда утром направился на работу. Но придя на рабочее место, и даже не успев зайти в свой кабинет – ему сообщили, что произошел большой скандал между местной фирмой, поставлявшей кофе и закупщиками. Мол, местные жители продали некачественный кофе в Пакистан, и теперь заказчики отказываются платить оставшиеся деньги за товар. И вот товар уже на пути назад в Бурунди. И все расходы за транспортные перевозки заказчик отказывается оплачивать и требует вернуть ему сделанную ранее предоплату. Дядю Марка отправили поехать на плантацию, и встретится с местным поставщиком, и узнать его сторону видения этого конфликта. Посмотреть, где хранится кофе, в каких условиях и уже после вести споры – отстаивать интересы бурундийских людей.
Он, поняв, что от него требуется, послушно поехал к плантатору. Приехав на место, его встретили и повели показывать склады, где хранится кофе, и действительно кофе был хорошего качества и говорить о том, что они были недоброкачественными продавцами – нельзя. Дядя Марк понял стратегию, которой надо придерживаться с закупщиками – решил вернуться на работу и рассказать своё объективное видение проблемы, а после уже уладить вопрос с закупщиками.
На обратном пути на работу в автобусе он увидел сидящую возле окна красивую, с изящными чертами лица девушку. И время на миг вокруг остановилось. Он влюбился с первого взгляда. Заняв свободное место рядом с ней, он аккуратненько на неё посмотрел. Она посмотрела на него и улыбнулась ему. Её улыбка была неземной, дядя Марк окончательно влюбился в неё…
Слова наставления священника за ужином о женитьбе метко всплыли в голове у юноши, и он решился завести разговор с девушкой. Она не понимала его английский язык, но разговаривала на суахили. И вот так следуя дороге обратно на работу, он встретился со своей любовью: единственной и неповторимой, посланной свыше лишь один раз в жизни.
Девушка была дочерью работника плантации, она в тот день ездила к отцу на работу по каким-то делам, дядя Марк уже точно не помнил по каким именно делам – ведь девушка говорила ему, в тот момент, когда он ею любовался и, конечно же, не очень слушал, что именно она говорила ему. Но ведь это не столь важно, ведь так?
Вечером дядя Марк радостно поделился с отцом Александром о том, что влюбился первый раз в своей жизни, влюбился и кажется, он девушке тоже понравился. И что теперь в его жизни появился смысл более глубокий, нежели встреча с покупателями.… Теперь он думает о том, что, наверное, всё же хочет жениться и даже иметь детей. И как такое может быть – за один день, после встречи с одной девушкой он кардинально поменял свои взгляды на жизнь. Разве такое бывает?
Девушку звали Манита. Она же, придя домой вечером, тоже поведала родителям о встрече с новым знакомым. Но отец, узнав, о новом друге дочери был в ярости. Как это она вообще завела разговор с иностранцем? Как она посмела вести себя так неприлично? Но девушка уже была влюблена, и поэтому слова отца не тревожили её. Она снова хотела увидеть молодого интересного друга.
…
Дядя Марк приглашал на свидания Маниту, делал ей маленькие подарки, а однажды даже попросил своих родителей прислать ему сюда красивый золотой браслетик, чтобы подарить его ей. Для дяди Марка всё было впервые, новые чувства, которые он ранее не испытывал к девушкам. Он влюбился в неё, искренне и преданно. И всё было хорошо.
Но в городе видели, что дочь простого работника ходит на прогулки с иностранцем, и эта новость быстро разнеслась по всей округе. Папа, узнав об этом сказал Маните, чтобы она прекратила общение с иностранцем, иначе он её убьет. Девушка была в отчаянии, и рассказала обо всём дяде Марку. Марк же принял в тот день твёрдое решение для себя – он женится на любимой, и никто им не сможет помешать!
На следующий день он пришел в дом, где жила большая семья девушки и попросил её семью выслушать его. Отец девушки был не очень образованным мужчиной, жена его тоже. Ещё в доме жили дяди и тёти Маниты с их детьми. В общем, наверное, более семнадцати людей проживало в одном небольшом домике, а точнее сказать не домике, а в чём-то типа сарайчике, где не было ни печки, ни обеденного стола, никаких удобств. Дядя Марк, придя и увидев, как живет его возлюбленная в который раз убедился, что надо скорее на ней женится и забирать к себе. Ведь у него как-никак есть отдельная комната!
Отец дочери с ненавистью во взгляде смотрел на пришедшего парня, но спасибо ему не выгнал его сразу, а дал возможность объясниться.
Дядя Марк стоял посреди комнаты, перед всей большой Манитиной семьёй и говорил им, что любит девушку и хочет на ней жениться. Что он никогда ранее не был в браке, и обещает сделать её очень счастливой, обещает любить её и оберегать и по возможности помогать её семье, чем сможет.
Отец слушал его внимательно. Мама плакала. Дядя Марк сказал, что он хорошо зарабатывает в департаменте, и может годика через четыре его переведут на службу в другую страну, и он заберёт из этой нищеты Маниту, а если родители захотят он и их с собой возьмёт.
Отец пристально смотрел на парня и когда Марк закончил свои уговоры, сказал, что, если он хочет стать мужем его дочери, он должен заплатить выкуп за неё и очень хорошую сумму и только тогда она выйдет за него замуж. Дядя Марк был согласен – сбережения у него были, ведь он особо не тратил заработанные деньги. Да и куда здесь и на что их тратить?
Отец Маниты запросил очень приличную сумму за дочь, но дядя Марк был согласен и принеся деньги к отцу любимой, он тем самым заплатил за неё калым. Вот, собственно, и всё. Выкуп заплачен, а значит, согласно местным обычаям через день жених может забрать свою невесту к себе домой. В общем, уплата выкупа - это своего рода и свадьба, и договор между отцом дочери и женихом, о замужестве. Так что ещё денёк, и вот уже совсем скоро, буквально через день Манита придёт в дом Марка в качестве его жены.
Марк радостным, что всё так хорошо складывается, возвращался, не спеша к себе, домой, размышляя о том, что, когда у него будет долгожданный отпуск он непременно поедет с Манитой к себе домой, где и познакомит всю свою семью со своей красавицей женой. Она им, конечно же, очень понравится! Ах, как же это будет здорово!
Но в доме Маниты, всё было не так радостно и весело в этот момент. Брат отца Маниты – дядя Абрафо, сказал, что никогда его племянница не выйдет замуж за иностранца! Никогда! Он этого не допустит! Папа Маниты - Зубери, был хоть и не очень грамотным и умным мужчиной, но он понимал, что лучшего жениха, чем Марк ему не сыскать своей дочери - он богат и любит её. А что ещё надо? Но его брат и слышать не хотел о том, что их семью, их размеренную жизнь нарушит какой-то иностранец. Произошла очень серьезная ссора. Отец Маниты сказал, брату не вмешиваться в дела его семьи. Но брат напомнил, что они все его семья и они против этого брака. Зубери был в отчаянии. Деньги он получил от Марка, а значит, он должен отдать ему дочь. Но идти против брата ему не хотелось. В спор вмешалась мама Маниты - Адед и сказала, что её дочь вышла уже замуж и ни о какой размолвке и речи не может быть. Им нужны эти деньги, и они готовы часть из них заплатить дяде. Дядя согласился. Все мирно пошли спать. И только Манита, почему-то очень боялась. Нет, ей не страшно было идти жить к Марку. Нет. Она даже очень ждала, когда наступит послезавтрашний день. Ведь тогда она наконец-то станет женой её любимого и наконец-то они будут вместе. Но она очень сильно боялась своего дядю Абрафо. Папа был добр, но его брат очень жестокий человек. И если он сказал, что не примет иностранца в семью, то так и будет. И не важно, что родители отдали ему половину выкупа. Не важно. Это только начало более серьёзной вражды. Манита чувствовала, что что-то плохое обязательно произойдет. Пусть не сейчас, пусть не завтра, но произойдет. Радовала лишь мысль, что Марк обещал ей, что скоро его, возможно, переведут работать в другой департамент, а соответственно и жить в другую страну и тогда он заберет её и родителей с собой. И тогда её дядя ничего плохого им уже не сможет сделать. Но это ведь когда ещё будет? А сейчас? Она боялась за жизнь Марка и очень боялась.
Родственники, узнав, куда едет на службу, их сын мысленно уже похоронили его заживо. Ведь, понятное дело, что европеец, не сможет долго прожить в стране, где медицина на самом низшем каком только можно уровне. Даже провожая в дорогу, мама его, не скрывая слёз, говорила – прощалась с сыном, мол, вижу тебя последний раз. Дяде Марку было очень обидно за то, что судьба так сильно уколола его в сердце. Перед родственниками он всё же держался молодцом и отшучивался, мол, да не расстраивайтесь – я сильный и выносливый. Вот увидите, я буду первым европейцем, который там обустроится и даже очень хорошо устроится. Да и кто сказал, что там так уж плохо? Мне понравится, я справлюсь!
Но, уже садясь в самолёт, и глядя в иллюминатор воздушного корабля он осознал, что возможно больше никогда его нога не ступит по этой, его родной земле и он заплакал. Ему было очень горько на сердце. Будто кто-то нарочно его колит и колит в сердечко, получая удовольствие от его страданий.
А ведь какие планы на будущее были у него, молодого красивого юноши. Он был уверен, что честно полученный красный диплом обеспечит ему достойную, уважаемую должность где-нибудь возможно в Канаде, а может и в Швеции, Италии или в Китае. Но планы и мечты не осуществились – рухнув, разбившись на осколки.
Ещё сидя в самолете, он уговаривал себя смотреть на ситуацию с оптимизмом – настраивал себя на положительный лад. Но приземлившись в чужой стране, и сделав первые шаги по раскаленной африканской земле, он понял – здесь и придет конец его земной жизни. Это чувство уверенно поселилось в нём, и поэтому, смирившись и опустив голову, он следовал туда, куда его вели встречающие – не возражая и особо не проявляя интереса ко всему. Что ж раз Бог распорядился так, значит, так тому и быть.
Его поселили в доме, в семье местного православного священника, как позднее понял дядя Марк, только в доме у этого священника была отдельная комната, так сказать «для гостей». Остальные же жители, жили кто на улице, кто в однокомнатных очень малюсеньких хижинах по пятнадцать человек и более.
Спал дядя Марк на полу, о диване или кровати он даже не заикался. Ел приготовленную матушкой священника еду. Первые два месяца адаптации его организма к местной пище и особенно воде прошли очень тяжело для него. Из родной страны, то и дело высылали ему через департамент медикаменты для лечения отравлений и нательных язв, появившихся у него от палящего солнца. Порой лёжа на полу в своей комнате в сильном жару, дяде Марку казалось, что вот-вот к нему придет ангел Азраил и заберет с собой, но он всё не приходил к нему – мучения продолжались.
Священник Джаред, в православии отец Александр, у которого он жил, а в первые месяцы он был и единственным человеком, с кем дядя Марк вообще общался в этой чуждой ему стране, успокаивал и говорил ему – не бояться и бодрится. Мол, не стоит ставить на себе крест и просить у Бога смерти. Нет так нельзя – он, Марк, ещё очень молод, красив, а красивым людям Бог всегда даёт и красивую жизнь. И пусть мечты дяди Марка о почётной карьере где-то в Европе не сбылись пока. Но ведь и здесь в Бурунди живут люди. И, между прочим, не плохие люди. Вот только стоит поправиться Марку и осмотреться и ему здесь ещё очень понравится. Он приободрял молодого человека, рассказывал, что здесь он может принести намного больше пользы, чем где-то в Исландии или Норвегии. Но во всё это с трудом верилось молодому специалисту с разбитым от горя сердцем.
Но прошло около двух месяцев, и дядя Марк постепенно пошёл на поправку. Адаптация к местной жизни, похоже, подходила к концу, и с каждым днём ему становилось всё лучше и лучше. Он чувствовал, как силы появлялись в руках и ногах. Мысли с каждым днём становились всё ярче и веселее. И вправду ну не лежать же всю оставшуюся жизнь здесь на этом полу и страдать? Нет, так не пойдет! Правильно говорил отец Александр, надо бодриться, и продолжать жить! Может не всё так плохо там, на улице, там за стенами этой комнаты?
Спустя некоторое время, поправившись от болезней, дядя Марк наконец-то приступил к работе. Как ему говорил его начальник, он ещё довольно быстро адаптировался, к местному устрою, не то, что поляк, прибывший вместе с ним в один и тот же день. Вон тот ещё до сих пор болеет и руководство переживает, что он так и не справится с трудностями, выпавшими его здоровью, сменой климата и придётся его отправлять домой.
Работа началась. За неимением большого штата переводчиков и за ненадобностью, в департаменте было всего четыре переводчика. Дядя Марк был самым молодым и ему как подающему надежды поручали вести ответственные переговоры между лидерами разных стран на английском языке. Собственно говоря, он из всех только один был переводчиком с английского языка, все же остальные владели официальным языком в Бурунди – французским и, конечно же, знали ещё и язык рунди.
Но дяде Марку не нужно было знать официальные языки страны, ему наоборот поставили задачу в течение месяца выучить торговый язык - суахили. Ведь переговоры, на которые он был приставлен, в основном касались торговых дел, а, чтобы понять, чего хотят местные жители от приезжих скупщиков надо знать язык торговли, а им был именно суахили. И странное дело, но дядя Марк начал постепенно любить свою работу. Вечерами с интересом изучал местный язык, выходил к людям – практиковаться. Местные рынки, местные жители легко шли с ним на контакт. И за месяц, а то и менее дядя понял, в чём логика – начинка нового языка и уже со временем легко-легко разговаривал на нём. В департаменте им очень гордились и радовались его успехам, поощряли материально, что немало важно было для него. Он отлично вёл все переговоры, с легкостью подписывались контракты на поставку кофе из Бурунди в страны Азии и Советского Союза. В общем, жизнь как-то сама собой потихоньку налаживалась.
Спустя полгода, отец Джаред, видимо видя, что дядя Марк уже более-менее обустроился начал вести за ужином с ним аккуратные беседы о том, что надо бы ему жениться – ведь не хорошо быть человеку одному. Дядя Марк отшучивался и говорил, что не до этого ему сейчас. Но священник всё же присматривал для него порядочную местную девушку.
Но случай, или как говорят простые люди – судьба, но вернее будет сказать Божественный промысел, Который уготовал дяде Марку, ещё до создания нашего мира «свою любовь», эта самая любовь в нужное время сама «пришла» к дяде Марку и поселилась в его сердце без сторонней помощи. И было это так:
7 августа 1972 года, эту дату дядя Марк запомнил, он, как всегда утром направился на работу. Но придя на рабочее место, и даже не успев зайти в свой кабинет – ему сообщили, что произошел большой скандал между местной фирмой, поставлявшей кофе и закупщиками. Мол, местные жители продали некачественный кофе в Пакистан, и теперь заказчики отказываются платить оставшиеся деньги за товар. И вот товар уже на пути назад в Бурунди. И все расходы за транспортные перевозки заказчик отказывается оплачивать и требует вернуть ему сделанную ранее предоплату. Дядю Марка отправили поехать на плантацию, и встретится с местным поставщиком, и узнать его сторону видения этого конфликта. Посмотреть, где хранится кофе, в каких условиях и уже после вести споры – отстаивать интересы бурундийских людей.
Он, поняв, что от него требуется, послушно поехал к плантатору. Приехав на место, его встретили и повели показывать склады, где хранится кофе, и действительно кофе был хорошего качества и говорить о том, что они были недоброкачественными продавцами – нельзя. Дядя Марк понял стратегию, которой надо придерживаться с закупщиками – решил вернуться на работу и рассказать своё объективное видение проблемы, а после уже уладить вопрос с закупщиками.
На обратном пути на работу в автобусе он увидел сидящую возле окна красивую, с изящными чертами лица девушку. И время на миг вокруг остановилось. Он влюбился с первого взгляда. Заняв свободное место рядом с ней, он аккуратненько на неё посмотрел. Она посмотрела на него и улыбнулась ему. Её улыбка была неземной, дядя Марк окончательно влюбился в неё…
Слова наставления священника за ужином о женитьбе метко всплыли в голове у юноши, и он решился завести разговор с девушкой. Она не понимала его английский язык, но разговаривала на суахили. И вот так следуя дороге обратно на работу, он встретился со своей любовью: единственной и неповторимой, посланной свыше лишь один раз в жизни.
Девушка была дочерью работника плантации, она в тот день ездила к отцу на работу по каким-то делам, дядя Марк уже точно не помнил по каким именно делам – ведь девушка говорила ему, в тот момент, когда он ею любовался и, конечно же, не очень слушал, что именно она говорила ему. Но ведь это не столь важно, ведь так?
Вечером дядя Марк радостно поделился с отцом Александром о том, что влюбился первый раз в своей жизни, влюбился и кажется, он девушке тоже понравился. И что теперь в его жизни появился смысл более глубокий, нежели встреча с покупателями.… Теперь он думает о том, что, наверное, всё же хочет жениться и даже иметь детей. И как такое может быть – за один день, после встречи с одной девушкой он кардинально поменял свои взгляды на жизнь. Разве такое бывает?
Девушку звали Манита. Она же, придя домой вечером, тоже поведала родителям о встрече с новым знакомым. Но отец, узнав, о новом друге дочери был в ярости. Как это она вообще завела разговор с иностранцем? Как она посмела вести себя так неприлично? Но девушка уже была влюблена, и поэтому слова отца не тревожили её. Она снова хотела увидеть молодого интересного друга.
…
Дядя Марк приглашал на свидания Маниту, делал ей маленькие подарки, а однажды даже попросил своих родителей прислать ему сюда красивый золотой браслетик, чтобы подарить его ей. Для дяди Марка всё было впервые, новые чувства, которые он ранее не испытывал к девушкам. Он влюбился в неё, искренне и преданно. И всё было хорошо.
Но в городе видели, что дочь простого работника ходит на прогулки с иностранцем, и эта новость быстро разнеслась по всей округе. Папа, узнав об этом сказал Маните, чтобы она прекратила общение с иностранцем, иначе он её убьет. Девушка была в отчаянии, и рассказала обо всём дяде Марку. Марк же принял в тот день твёрдое решение для себя – он женится на любимой, и никто им не сможет помешать!
На следующий день он пришел в дом, где жила большая семья девушки и попросил её семью выслушать его. Отец девушки был не очень образованным мужчиной, жена его тоже. Ещё в доме жили дяди и тёти Маниты с их детьми. В общем, наверное, более семнадцати людей проживало в одном небольшом домике, а точнее сказать не домике, а в чём-то типа сарайчике, где не было ни печки, ни обеденного стола, никаких удобств. Дядя Марк, придя и увидев, как живет его возлюбленная в который раз убедился, что надо скорее на ней женится и забирать к себе. Ведь у него как-никак есть отдельная комната!
Отец дочери с ненавистью во взгляде смотрел на пришедшего парня, но спасибо ему не выгнал его сразу, а дал возможность объясниться.
Дядя Марк стоял посреди комнаты, перед всей большой Манитиной семьёй и говорил им, что любит девушку и хочет на ней жениться. Что он никогда ранее не был в браке, и обещает сделать её очень счастливой, обещает любить её и оберегать и по возможности помогать её семье, чем сможет.
Отец слушал его внимательно. Мама плакала. Дядя Марк сказал, что он хорошо зарабатывает в департаменте, и может годика через четыре его переведут на службу в другую страну, и он заберёт из этой нищеты Маниту, а если родители захотят он и их с собой возьмёт.
Отец пристально смотрел на парня и когда Марк закончил свои уговоры, сказал, что, если он хочет стать мужем его дочери, он должен заплатить выкуп за неё и очень хорошую сумму и только тогда она выйдет за него замуж. Дядя Марк был согласен – сбережения у него были, ведь он особо не тратил заработанные деньги. Да и куда здесь и на что их тратить?
Отец Маниты запросил очень приличную сумму за дочь, но дядя Марк был согласен и принеся деньги к отцу любимой, он тем самым заплатил за неё калым. Вот, собственно, и всё. Выкуп заплачен, а значит, согласно местным обычаям через день жених может забрать свою невесту к себе домой. В общем, уплата выкупа - это своего рода и свадьба, и договор между отцом дочери и женихом, о замужестве. Так что ещё денёк, и вот уже совсем скоро, буквально через день Манита придёт в дом Марка в качестве его жены.
Марк радостным, что всё так хорошо складывается, возвращался, не спеша к себе, домой, размышляя о том, что, когда у него будет долгожданный отпуск он непременно поедет с Манитой к себе домой, где и познакомит всю свою семью со своей красавицей женой. Она им, конечно же, очень понравится! Ах, как же это будет здорово!
Но в доме Маниты, всё было не так радостно и весело в этот момент. Брат отца Маниты – дядя Абрафо, сказал, что никогда его племянница не выйдет замуж за иностранца! Никогда! Он этого не допустит! Папа Маниты - Зубери, был хоть и не очень грамотным и умным мужчиной, но он понимал, что лучшего жениха, чем Марк ему не сыскать своей дочери - он богат и любит её. А что ещё надо? Но его брат и слышать не хотел о том, что их семью, их размеренную жизнь нарушит какой-то иностранец. Произошла очень серьезная ссора. Отец Маниты сказал, брату не вмешиваться в дела его семьи. Но брат напомнил, что они все его семья и они против этого брака. Зубери был в отчаянии. Деньги он получил от Марка, а значит, он должен отдать ему дочь. Но идти против брата ему не хотелось. В спор вмешалась мама Маниты - Адед и сказала, что её дочь вышла уже замуж и ни о какой размолвке и речи не может быть. Им нужны эти деньги, и они готовы часть из них заплатить дяде. Дядя согласился. Все мирно пошли спать. И только Манита, почему-то очень боялась. Нет, ей не страшно было идти жить к Марку. Нет. Она даже очень ждала, когда наступит послезавтрашний день. Ведь тогда она наконец-то станет женой её любимого и наконец-то они будут вместе. Но она очень сильно боялась своего дядю Абрафо. Папа был добр, но его брат очень жестокий человек. И если он сказал, что не примет иностранца в семью, то так и будет. И не важно, что родители отдали ему половину выкупа. Не важно. Это только начало более серьёзной вражды. Манита чувствовала, что что-то плохое обязательно произойдет. Пусть не сейчас, пусть не завтра, но произойдет. Радовала лишь мысль, что Марк обещал ей, что скоро его, возможно, переведут работать в другой департамент, а соответственно и жить в другую страну и тогда он заберет её и родителей с собой. И тогда её дядя ничего плохого им уже не сможет сделать. Но это ведь когда ещё будет? А сейчас? Она боялась за жизнь Марка и очень боялась.
