– Проказник, как верно сказано. Генри наказан, как и все остальные его шкодливые друзья. Представляешь, что они учудили! Открыли окно в задней части первого этажа и выбрались наружу! Меня чуть инфаркт не схватил! Оттуда же как раз и забрались кусачие в тот раз! Совсем осмелели. Остальные мамаши подняли такой шум, что к нам вышел Киллиан. Он и так выглядит всегда не самым довольным, ну ты знаешь, но в этот раз… Оказывается его комната как раз выходит на задний двор, то небольшое окошко, помнишь? Так это его апартаменты.
– Так сильно разозлился? – удивилась Кэт. Черт, получается он всё же покидал своё спальное место, а она не смогла его перехватить! – Когда это примерно было?
– Часа два назад, может чуть меньше. Я наказала Генри, и мы с Шарлоттой пришли сюда. Наш англичанин тоже заскакивал к нам, правда ненадолго. Поворчал на всех, сказал если его ещё раз побеспокоят, то все без исключения пойдут на суточное дежурство, отобрал бутылку коньяка у тех парней и ушел. Проспится до следующего вечера, это точно!
Это было плохо. Очень плохо. Кэтрин поерзала на стуле, снова вернувшись к начатой теме:
– Так какая кара ждет Генри? Ты заставила его до полуночи помогать Молли на кухне или отправила его в прачечную?
– О, что-то из этого его определенно ждет завтра, спасибо за идею. Но пока что он отсиживается в нашей комнате, недовольно бурча в потолок и жалуясь на маму воображаемым друзьям.
Кэтрин решила ещё минут десять посидеть с Мойрой, чтобы не выглядеть подозрительно поспешно покидая столовую. Их комната на втором этаже, минус там ещё живёт Шарлотта, но может повезёт, и она сегодня ночует у одного из своих мужиков, таких же странных и грубых как она сама. Блондинка постоянно посматривала на часы, висящие на стене – почти десять вечера. Интересно, тот, кто писал записку ещё не пришёл? Вряд ли он пойдет в спортзал на виду у всех, туда же никто не суётся, даже после того как Карлос и остальные покинули свою обитель.
Мойра же почти допила свой кофе и тоже вот-вот скоро отправится ложиться спать. Будет очень странно если она пойдет за ней, чтобы поговорить с её сыном. Нужно, чтобы та немного задержалась в столовой. Но как это сделать?
– Ты чего? – выдернула её Мойра из пролетающих друг за другом мыслей.
– Ничего.
– Ты постоянно смотришь на часы, как одержимая. Куда-то спешишь в такое время? Случайно не к подвыпившему командиру с английским акцентом? – заговорчески подмигнула она, причмокнув губами. От неожиданности Кэт подавилась собственными слюнями, непонимающе уставившись на подругу.
– Что, ты о чём?
– Да брось, я не слепая, всё успеваю заметить и подметить. Ты ему точно нравишься, Киллиан глаз с тебя тогда не сводил на том долбанном собрании сбежавших придурков. И вообще он любит посматривать на тебя, когда ты не видишь. И наоборот.
– Херня полная, – завертела головой Кэт, сдерживая нервный смех. В горле пересохло, она схватила оставленную наполовину полную кружку Шарлотты (на краях ещё осталась её красная помада) и выпила почти всё содержимое и тут же чуть не выплюнула всё обратно. Она что пьёт один сахар с кипятком?!
– Можешь и дальше отрицать очевидное, но что-то между вами поменялось с той ночи, сама знаешь какой. И ты единственная его защищаешь ото всех, – продолжала перечислять Мойра, наигранно загибая пальцы.
– Я… я защищаю, потому что Киллиан не достоин того негатива, что на него обливается ото всех. Он славный малый, в глубине души.
– Ага, как знаешь.
– Думай, что хочешь, но всё это ерунда. Не пойду я к нему, это смешно. Я смотрела не на часы, а на… столик с теми парнями, уж больно они шумные.
– Так тебе понравился кто-то из них? – тут же ухватилась за её слова кудрявая. – Не думала, что тебе нравятся такие мужики, им же давно за сорок! Или приглянулись все сразу? Таких любит Шарлотта, но на самом деле ей просто нужно чье-то внимание. Но я тебя понимаю, гормоны все дела…
– Нет, никто из них меня не привлекает… – Она начала быстро соображать, чтобы такое ляпнуть, чтобы усмирить пыл Мойры, и чтобы та поверила в её слова. И вспомнила одну деталь, которую она приметила, когда Шарлотта уходила. – Дело не во мне, но кажется один из тех парней на тебя запал.
– Чего? Им понравилась Шарлотта, а не я. – удивилась Мойра, её щеки покраснели, а глаза уже искали столик с выпивающими парнями, и любопытно спросила. – Ты о ком?
– О том высоком блондине с зелёными, как у тебя, глазами и ямочками на щеках. Когда все смотрели в сторону Шарлотты и смеялись, он один даже не взглянул на неё. Но на тебя посматривает постоянно.
– Правда? Это Филипп, вечно юморит и угощает Генри конфетами, – глаза Мойры восторженно заблестели, но это сияние тут же пропало. – Не думаю, что таким мужчинам нравятся разведенки с дитём.
– Но ты же шикарна! Настоящая модель! Ты всем нравишься, гораздо большем чем вопиющая «красота» Шарлотты.
– Ну не знаю, – неуверенно протянула она, ещё раз посмотрев на Филиппа. Тот будто почувствовав её взгляд так же обернулся в их сторону и при виде Мойры его тонковатые губы растянулись в радостной улыбке. Мужчина подмигнул, вызывая в ней новый приступ смущения.
– Видишь! – наступала Кэтрин, довольная своей ролью купидона. – Поговори с ним, пока рядом нет Шарлотты, которая может своим излюбленным настроением спугнуть нормальных мужчин.
– Думаешь стоит?
Кэтрин не успела ответить, как прям над их столом нависла огромная тень. Филипп решил покинуть своих друзей, которые что-то неразборчиво от выпитого спиртного кричали ему в след. Мойра зарделась, а вот блондинка нашла наконец повод улизнуть. Она подмигнула зеленоглазой, уступая место так же смутившемуся мужчине. Он был похож на огромного плюшевого медведя с покрасневшими щеками, но может это от алкоголя. Кэт подмигнула подруге и удалилась в сторону её спальни. Она надеялась, что Филипп задержит Мойру хотя бы минут на двадцать.
Коридоры были уже пусты, все разбредались по спальным мешкам. Из классов шли тихие перешептывания, звукоизоляция здесь никакая.
– Когда уже вернется Маркус? – спросил один малознакомый голос.
– Не знаю, но думаю уже никогда. Итан же вернулся один! Ещё и с тем раненым пацаном! Говорят, этот рыжий так и не выздоровел, совсем не покидает своей спальни.
Кэтрин раздражённо возвела глаза к потолку. Ни дня без сплетен и всё о том же! Как им самим не надоело мусолить одну и ту же тему.
Класс Мойры был единственным на этаже, откуда продолжал выливаться теплый свет ночника. На секунду замявшись, Кэт решительно постучала в дверь. Долгие секунды и в проёме показалась возмущенная рожа Шарлотты, которая так и не смыла краску с лица. При виде блондинки, её лицо на секунду исказило удивление, которое она тут же спрятала за привычной жабьей маской.
– Тебе чего?
– Мне нужно поговорить с Генри, – таким же тоном ответила Кэт, смотря прямо той в глаза. Запугать ей её не удастся! – Наедине.
– Это ещё зачем? Видела сколько времени, он уже спит.
– Шарлотта, это срочное дело и…
– Генри ещё ребёнок, как я могу позволить ему разговаривать с какой-то незнакомкой без присутствия его матери??
– Хватит шутить, Шэри, я же сказала это срочно, – Кэтрин начинала раздражаться. Нет, что бы не говорила Мойра про жалость и тяжелое положение, она никогда не сможет воспринимать эту жабу на дружелюбном уровне. Ни за что!
– Я же сказала, он уже…
– Шарлотта, кто там? – крикнул из-за спины довольно таки бодрый голосок Генри. Мгновенье и мальчуган уже высовывался в дверь, радостно улыбнувшись при виде блондинки. – Кэтрин! Привет. Ты к маме? Её ещё нет.
– Я знаю, Генри, я пришла к тебе, – улыбнулась Кэтрин, присев на колени, чтобы быть на одном уровне с мальчиком. Шарлотта досадливо сложила на груди руки, скорчив кислую мину, но пацана не прогнала обратно в комнату.
– Ко мне? – восторженно переспросил Генри, от изумления округлив глаза.
– Да, я хочу поручить тебе одно очень важное дело, Генри. – Кэтрин в последний раз сурово посмотрела на Шарлотту. – Наедине.
Сначала на её слова девушка никак не отреагировала, сверля Кэт таким же злобным взглядом, но в конце концов она удалилась, что-то квакая себе под нос. Блондинка заметно расслабилась и снова обратилась к сгоравшему от нетерпения мальчику.
– Ты же у нас любишь шпионские задания, да?
– Конечно! Я лучший в этом деле, спроси Макса, он докажет! Однажды я целый час следил за Стефаном, а он даже не заметил!
– Много интересного узнал?
– Не очень, – сгорбился он. – У него очень скучные дела.
– Какая досада, а не хочешь пошпионить за Киллианом?
– За Киллианом?! Хочу, но он всегда меня замечает, как бы я не прятался. Он меня не ругает, но говорит, чтобы я лучше этого не делал.
– Тебе не придется прям шпионить за ним, – покачала она головой. – Нужно следить за его дверью и когда он выйдет передать моё послание, что я тебе дам. Сама я не могу этого сделать, у меня, как и у тебя, важное задание. Но это письмо он должен увидеть, как можно скорее! Дверь его заперта и разбудить вряд ли получиться…
– Он так крепко спит? – неверующе спросил Генри, выпучив глаза.
– Да, очень крепко. Признаться честно Генри, никому другому я это дело не доверяю. Так что, выполнишь? – с надеждой вопросила она, умоляюще уставившись на мальчика.
– Я должен просто смотреть за дверью и отдать ему бумажку и всё?
– Да. Это сложно Генри, возможно придется не спать, а ты ещё ребенок… Зря, наверное, я пришла к тебе…
– Нет! – тут же возразил он, хватая её за руку. – Я смогу. Спать я не хочу, а по ночной школе уже гулял! Мама быстро засыпает, она тоже очень крепко спит. А Шарлотта только и ждет, что уйдет на очередное свидание. Я смогу!
– Хорошо, – от облегчения у Кэт отлегло от сердца. – Вот письмо, но ты не читай, это только для глаз Киллиана. Понял?
– Да, клянусь читать не буду!
– Отлично, где живет Киллиан знаешь?
– Да.
– Вот и славно, я надеюсь на тебя.
Генри из-за всех сил сдерживал свой восторг, но он смог сдержанно кивнуть, спрятав послание Кэт в своем кармане. Кэтрин так же серьезно ответила и попрощалась с мальчиком, направляясь в другое место, где она ещё ни разу не была. Спортзал.
Эта сторона здания всегда казалась ей темнее и мрачнее остальных. Ещё здесь было чертовски холодно или она дрожала от страха перед неизвестностью. Может там никого нет? Хоть бы. Тогда она просто пойдет к себе в комнату и ляжет спать, предупредив Генри что тайная операция отменяется. Да, точно, всё так и будет. Получится, что она зря навела панику, ещё и приплела девятилетнего мальчика.
За окнами ярко светила растущая луна, приковывая к себе взгляды. Дежурным в эту ночь повезло, им не придется тусить под дождем, охраняя их территорию от кусак. Некоторые начинали чихать и шмыгать носами, а лекарств почти не было. Как и нормального доктора.
Почему-то в её голове всплыло улыбающееся лицо Шута. Его смешные усы, светящиеся от смеха глаза и всегда саркастичные шутки. Кэт давно его не вспоминала. Он всегда смешил её, дразнил и тыкал пальцами в бока. Ева говорила, что это его особый вид флирта, но Кэтрин так совершенно не казалось. То есть ей нравился этот полу-мексиканец, но как на счет других чувств? Легкой влюбленности, какого-то желания и так далее. Этого у неё не было! Как и у Шута. Она задумалась, а когда ей вообще кто-то нравился? Ну прям серьезно. Кэтрин долго думала, но кроме Марка Стивенсона из третьего класса так вспомнить и не смогла.
Или нет.
Шут исчез из её мыслей, но пришёл другой облик. Немного бледноватый, глаза цвета стекла мягко смотрели на неё, уголки строгих губ приподнялись. Нет, сейчас не вовремя!
Погруженная своими мыслями, блондинка не заметила, как оказалась перед железными дверьми спортзала. Начало потряхивать. Двери были приоткрыты, но Карлос вполне мог забыть их закрыть или кто сюда только не ходил за это время! Но предчувствие верещало о другом. Зря она не позвала Киллиана. Стоит прям сейчас пойти и разбудить его, тарабаня по двери пока он не проснется! Кэтрин почти развернулась, как двери отворились. Её уже ждали.
Глаза Кэтрин расширились от шока, рот приоткрылся, выдавая:
– Ты?
ДЖОН.
Он чуть не заснул за рулем, но вовремя затормозил перед лежачим дохляком. Водить он немного отвык, но сейчас была его очередь заняться вождением и дать Маркусу поспать. В отличие от Джона, провалявшегося большую часть плена в бреду и без сознания, капитан не на миг не закрывал глаза. И стоило ему присесть на мягкое сиденье, вдохнуть легкий запах машинного масла, как он тут же засопел, не обращая внимания на громкий рёв мотора. Джон облегченно выдохнул, избежав ненужной аварии. Чувствовал он себя всё ещё не важно. Процентов шестьдесят тела покрыто темно-синими гематомами, в глазах иногда мутнело, но он перестал обращать на это внимание. Обезболивающие выданные Джеком помогали, но не всегда. И хорошо, что он дал им одну из своих тачек! Бензина эта зверюга сжигала много, но штука полезная. Если бы не авто, то до радиовышки у электростанции они шли бы ещё очень и очень долго, учитывая, что оба до смерти уставшие и больные. Джон не знал, как именно в будущем отразится на них такая щедрость Джека, лучше бы избегать этого психа, пока ему не пришло в голову, что они сделали не достаточно и долг не выплачен.
Кто бы мог подумать, что их цель со старинной Скорпионом будет схожа. Дав им поспать часа три, не больше, Джек вызвал их к себе, где потребовал восстановить связь в городе, из-за её отсутствия он уже потерял около двадцати своих освобожденных. Джон умолчал, что они как раз туда и направлялись, Маркус тоже не вмешался, хоть и напомнил о том, как татуированный сломал его драгоценную рацию из-за которой их и загребли к нему.
Маркус громко всхрапнул и проснулся, растерянно оглядываясь по сторонам.
– Отоспался? – улыбнулся Джон, объезжая ещё одного мутанта. Красноглазки действительно побаивались яркого света и уходили прочь от машины.
– Отсидел всё что можно и нельзя. Далеко ещё? Мы уже давно едим.
– Не очень, но машина выдает максимум тридцать километров в час…
– А шумит как целый самолет, – зевая, пожаловался Маркус, принимая более удобное сидячие положение. – Сейчас бы чашку горячего кофе.
– Есть пара глотков воды, если надо, – предложил Джон, протягивая бутыль с прозрачной жидкостью. Вода, лекарство, машина, Джек совсем расщедрился. Он был уверен, что африканец им ещё это припомнит.
– Нет. Хочу уже доехать до места и покончить с этим. От станции до «Новус» далеко, как думаешь?
– Понятия не имею, но скорее бы уже туда добраться…
– Увидеть Еву? – невесело усмехнулся капитан, но синие глаза понимающе сузились. Он неожиданности вопроса Джон заехал на тротуар, сбив мусорный бак и наделав не мало шума.
– Чего? Ты вообще о чём? Я хочу закончить с этим, чтобы больше не видеть самовлюбленную рожу Стревенсона и его словечек о вирусе, – твёрдо ответил Джон, выровняв машину, и напрочь игнорируя вопросительный взгляд Маркуса. – Что ещё?
– Когда ты был в отключке, у освобожденных, ты шептал её имя. Повторял как в бреду.
– Я был без сознания, чувак. Даже не помню, что снилось, – продолжал врать он, прочистив горло. Зачем Маркус вообще завёл об этом разговор? Он не хочет говорить, не хочет ничего слышать о ней. Внутри боролось куча эмоций, но лицо сохраняло хладнокровие. – Слушай, я знаю, она тебе нравится и всё такое и ты меня терпеть не можешь, потому что она мне тоже вроде нравится…
– Так сильно разозлился? – удивилась Кэт. Черт, получается он всё же покидал своё спальное место, а она не смогла его перехватить! – Когда это примерно было?
– Часа два назад, может чуть меньше. Я наказала Генри, и мы с Шарлоттой пришли сюда. Наш англичанин тоже заскакивал к нам, правда ненадолго. Поворчал на всех, сказал если его ещё раз побеспокоят, то все без исключения пойдут на суточное дежурство, отобрал бутылку коньяка у тех парней и ушел. Проспится до следующего вечера, это точно!
Это было плохо. Очень плохо. Кэтрин поерзала на стуле, снова вернувшись к начатой теме:
– Так какая кара ждет Генри? Ты заставила его до полуночи помогать Молли на кухне или отправила его в прачечную?
– О, что-то из этого его определенно ждет завтра, спасибо за идею. Но пока что он отсиживается в нашей комнате, недовольно бурча в потолок и жалуясь на маму воображаемым друзьям.
Кэтрин решила ещё минут десять посидеть с Мойрой, чтобы не выглядеть подозрительно поспешно покидая столовую. Их комната на втором этаже, минус там ещё живёт Шарлотта, но может повезёт, и она сегодня ночует у одного из своих мужиков, таких же странных и грубых как она сама. Блондинка постоянно посматривала на часы, висящие на стене – почти десять вечера. Интересно, тот, кто писал записку ещё не пришёл? Вряд ли он пойдет в спортзал на виду у всех, туда же никто не суётся, даже после того как Карлос и остальные покинули свою обитель.
Мойра же почти допила свой кофе и тоже вот-вот скоро отправится ложиться спать. Будет очень странно если она пойдет за ней, чтобы поговорить с её сыном. Нужно, чтобы та немного задержалась в столовой. Но как это сделать?
– Ты чего? – выдернула её Мойра из пролетающих друг за другом мыслей.
– Ничего.
– Ты постоянно смотришь на часы, как одержимая. Куда-то спешишь в такое время? Случайно не к подвыпившему командиру с английским акцентом? – заговорчески подмигнула она, причмокнув губами. От неожиданности Кэт подавилась собственными слюнями, непонимающе уставившись на подругу.
– Что, ты о чём?
– Да брось, я не слепая, всё успеваю заметить и подметить. Ты ему точно нравишься, Киллиан глаз с тебя тогда не сводил на том долбанном собрании сбежавших придурков. И вообще он любит посматривать на тебя, когда ты не видишь. И наоборот.
– Херня полная, – завертела головой Кэт, сдерживая нервный смех. В горле пересохло, она схватила оставленную наполовину полную кружку Шарлотты (на краях ещё осталась её красная помада) и выпила почти всё содержимое и тут же чуть не выплюнула всё обратно. Она что пьёт один сахар с кипятком?!
– Можешь и дальше отрицать очевидное, но что-то между вами поменялось с той ночи, сама знаешь какой. И ты единственная его защищаешь ото всех, – продолжала перечислять Мойра, наигранно загибая пальцы.
– Я… я защищаю, потому что Киллиан не достоин того негатива, что на него обливается ото всех. Он славный малый, в глубине души.
– Ага, как знаешь.
– Думай, что хочешь, но всё это ерунда. Не пойду я к нему, это смешно. Я смотрела не на часы, а на… столик с теми парнями, уж больно они шумные.
– Так тебе понравился кто-то из них? – тут же ухватилась за её слова кудрявая. – Не думала, что тебе нравятся такие мужики, им же давно за сорок! Или приглянулись все сразу? Таких любит Шарлотта, но на самом деле ей просто нужно чье-то внимание. Но я тебя понимаю, гормоны все дела…
– Нет, никто из них меня не привлекает… – Она начала быстро соображать, чтобы такое ляпнуть, чтобы усмирить пыл Мойры, и чтобы та поверила в её слова. И вспомнила одну деталь, которую она приметила, когда Шарлотта уходила. – Дело не во мне, но кажется один из тех парней на тебя запал.
– Чего? Им понравилась Шарлотта, а не я. – удивилась Мойра, её щеки покраснели, а глаза уже искали столик с выпивающими парнями, и любопытно спросила. – Ты о ком?
– О том высоком блондине с зелёными, как у тебя, глазами и ямочками на щеках. Когда все смотрели в сторону Шарлотты и смеялись, он один даже не взглянул на неё. Но на тебя посматривает постоянно.
– Правда? Это Филипп, вечно юморит и угощает Генри конфетами, – глаза Мойры восторженно заблестели, но это сияние тут же пропало. – Не думаю, что таким мужчинам нравятся разведенки с дитём.
– Но ты же шикарна! Настоящая модель! Ты всем нравишься, гораздо большем чем вопиющая «красота» Шарлотты.
– Ну не знаю, – неуверенно протянула она, ещё раз посмотрев на Филиппа. Тот будто почувствовав её взгляд так же обернулся в их сторону и при виде Мойры его тонковатые губы растянулись в радостной улыбке. Мужчина подмигнул, вызывая в ней новый приступ смущения.
– Видишь! – наступала Кэтрин, довольная своей ролью купидона. – Поговори с ним, пока рядом нет Шарлотты, которая может своим излюбленным настроением спугнуть нормальных мужчин.
– Думаешь стоит?
Кэтрин не успела ответить, как прям над их столом нависла огромная тень. Филипп решил покинуть своих друзей, которые что-то неразборчиво от выпитого спиртного кричали ему в след. Мойра зарделась, а вот блондинка нашла наконец повод улизнуть. Она подмигнула зеленоглазой, уступая место так же смутившемуся мужчине. Он был похож на огромного плюшевого медведя с покрасневшими щеками, но может это от алкоголя. Кэт подмигнула подруге и удалилась в сторону её спальни. Она надеялась, что Филипп задержит Мойру хотя бы минут на двадцать.
Коридоры были уже пусты, все разбредались по спальным мешкам. Из классов шли тихие перешептывания, звукоизоляция здесь никакая.
– Когда уже вернется Маркус? – спросил один малознакомый голос.
– Не знаю, но думаю уже никогда. Итан же вернулся один! Ещё и с тем раненым пацаном! Говорят, этот рыжий так и не выздоровел, совсем не покидает своей спальни.
Кэтрин раздражённо возвела глаза к потолку. Ни дня без сплетен и всё о том же! Как им самим не надоело мусолить одну и ту же тему.
Класс Мойры был единственным на этаже, откуда продолжал выливаться теплый свет ночника. На секунду замявшись, Кэт решительно постучала в дверь. Долгие секунды и в проёме показалась возмущенная рожа Шарлотты, которая так и не смыла краску с лица. При виде блондинки, её лицо на секунду исказило удивление, которое она тут же спрятала за привычной жабьей маской.
– Тебе чего?
– Мне нужно поговорить с Генри, – таким же тоном ответила Кэт, смотря прямо той в глаза. Запугать ей её не удастся! – Наедине.
– Это ещё зачем? Видела сколько времени, он уже спит.
– Шарлотта, это срочное дело и…
– Генри ещё ребёнок, как я могу позволить ему разговаривать с какой-то незнакомкой без присутствия его матери??
– Хватит шутить, Шэри, я же сказала это срочно, – Кэтрин начинала раздражаться. Нет, что бы не говорила Мойра про жалость и тяжелое положение, она никогда не сможет воспринимать эту жабу на дружелюбном уровне. Ни за что!
– Я же сказала, он уже…
– Шарлотта, кто там? – крикнул из-за спины довольно таки бодрый голосок Генри. Мгновенье и мальчуган уже высовывался в дверь, радостно улыбнувшись при виде блондинки. – Кэтрин! Привет. Ты к маме? Её ещё нет.
– Я знаю, Генри, я пришла к тебе, – улыбнулась Кэтрин, присев на колени, чтобы быть на одном уровне с мальчиком. Шарлотта досадливо сложила на груди руки, скорчив кислую мину, но пацана не прогнала обратно в комнату.
– Ко мне? – восторженно переспросил Генри, от изумления округлив глаза.
– Да, я хочу поручить тебе одно очень важное дело, Генри. – Кэтрин в последний раз сурово посмотрела на Шарлотту. – Наедине.
Сначала на её слова девушка никак не отреагировала, сверля Кэт таким же злобным взглядом, но в конце концов она удалилась, что-то квакая себе под нос. Блондинка заметно расслабилась и снова обратилась к сгоравшему от нетерпения мальчику.
– Ты же у нас любишь шпионские задания, да?
– Конечно! Я лучший в этом деле, спроси Макса, он докажет! Однажды я целый час следил за Стефаном, а он даже не заметил!
– Много интересного узнал?
– Не очень, – сгорбился он. – У него очень скучные дела.
– Какая досада, а не хочешь пошпионить за Киллианом?
– За Киллианом?! Хочу, но он всегда меня замечает, как бы я не прятался. Он меня не ругает, но говорит, чтобы я лучше этого не делал.
– Тебе не придется прям шпионить за ним, – покачала она головой. – Нужно следить за его дверью и когда он выйдет передать моё послание, что я тебе дам. Сама я не могу этого сделать, у меня, как и у тебя, важное задание. Но это письмо он должен увидеть, как можно скорее! Дверь его заперта и разбудить вряд ли получиться…
– Он так крепко спит? – неверующе спросил Генри, выпучив глаза.
– Да, очень крепко. Признаться честно Генри, никому другому я это дело не доверяю. Так что, выполнишь? – с надеждой вопросила она, умоляюще уставившись на мальчика.
– Я должен просто смотреть за дверью и отдать ему бумажку и всё?
– Да. Это сложно Генри, возможно придется не спать, а ты ещё ребенок… Зря, наверное, я пришла к тебе…
– Нет! – тут же возразил он, хватая её за руку. – Я смогу. Спать я не хочу, а по ночной школе уже гулял! Мама быстро засыпает, она тоже очень крепко спит. А Шарлотта только и ждет, что уйдет на очередное свидание. Я смогу!
– Хорошо, – от облегчения у Кэт отлегло от сердца. – Вот письмо, но ты не читай, это только для глаз Киллиана. Понял?
– Да, клянусь читать не буду!
– Отлично, где живет Киллиан знаешь?
– Да.
– Вот и славно, я надеюсь на тебя.
Генри из-за всех сил сдерживал свой восторг, но он смог сдержанно кивнуть, спрятав послание Кэт в своем кармане. Кэтрин так же серьезно ответила и попрощалась с мальчиком, направляясь в другое место, где она ещё ни разу не была. Спортзал.
Эта сторона здания всегда казалась ей темнее и мрачнее остальных. Ещё здесь было чертовски холодно или она дрожала от страха перед неизвестностью. Может там никого нет? Хоть бы. Тогда она просто пойдет к себе в комнату и ляжет спать, предупредив Генри что тайная операция отменяется. Да, точно, всё так и будет. Получится, что она зря навела панику, ещё и приплела девятилетнего мальчика.
За окнами ярко светила растущая луна, приковывая к себе взгляды. Дежурным в эту ночь повезло, им не придется тусить под дождем, охраняя их территорию от кусак. Некоторые начинали чихать и шмыгать носами, а лекарств почти не было. Как и нормального доктора.
Почему-то в её голове всплыло улыбающееся лицо Шута. Его смешные усы, светящиеся от смеха глаза и всегда саркастичные шутки. Кэт давно его не вспоминала. Он всегда смешил её, дразнил и тыкал пальцами в бока. Ева говорила, что это его особый вид флирта, но Кэтрин так совершенно не казалось. То есть ей нравился этот полу-мексиканец, но как на счет других чувств? Легкой влюбленности, какого-то желания и так далее. Этого у неё не было! Как и у Шута. Она задумалась, а когда ей вообще кто-то нравился? Ну прям серьезно. Кэтрин долго думала, но кроме Марка Стивенсона из третьего класса так вспомнить и не смогла.
Или нет.
Шут исчез из её мыслей, но пришёл другой облик. Немного бледноватый, глаза цвета стекла мягко смотрели на неё, уголки строгих губ приподнялись. Нет, сейчас не вовремя!
Погруженная своими мыслями, блондинка не заметила, как оказалась перед железными дверьми спортзала. Начало потряхивать. Двери были приоткрыты, но Карлос вполне мог забыть их закрыть или кто сюда только не ходил за это время! Но предчувствие верещало о другом. Зря она не позвала Киллиана. Стоит прям сейчас пойти и разбудить его, тарабаня по двери пока он не проснется! Кэтрин почти развернулась, как двери отворились. Её уже ждали.
Глаза Кэтрин расширились от шока, рот приоткрылся, выдавая:
– Ты?
Глава 22.
ДЖОН.
Он чуть не заснул за рулем, но вовремя затормозил перед лежачим дохляком. Водить он немного отвык, но сейчас была его очередь заняться вождением и дать Маркусу поспать. В отличие от Джона, провалявшегося большую часть плена в бреду и без сознания, капитан не на миг не закрывал глаза. И стоило ему присесть на мягкое сиденье, вдохнуть легкий запах машинного масла, как он тут же засопел, не обращая внимания на громкий рёв мотора. Джон облегченно выдохнул, избежав ненужной аварии. Чувствовал он себя всё ещё не важно. Процентов шестьдесят тела покрыто темно-синими гематомами, в глазах иногда мутнело, но он перестал обращать на это внимание. Обезболивающие выданные Джеком помогали, но не всегда. И хорошо, что он дал им одну из своих тачек! Бензина эта зверюга сжигала много, но штука полезная. Если бы не авто, то до радиовышки у электростанции они шли бы ещё очень и очень долго, учитывая, что оба до смерти уставшие и больные. Джон не знал, как именно в будущем отразится на них такая щедрость Джека, лучше бы избегать этого психа, пока ему не пришло в голову, что они сделали не достаточно и долг не выплачен.
Кто бы мог подумать, что их цель со старинной Скорпионом будет схожа. Дав им поспать часа три, не больше, Джек вызвал их к себе, где потребовал восстановить связь в городе, из-за её отсутствия он уже потерял около двадцати своих освобожденных. Джон умолчал, что они как раз туда и направлялись, Маркус тоже не вмешался, хоть и напомнил о том, как татуированный сломал его драгоценную рацию из-за которой их и загребли к нему.
Маркус громко всхрапнул и проснулся, растерянно оглядываясь по сторонам.
– Отоспался? – улыбнулся Джон, объезжая ещё одного мутанта. Красноглазки действительно побаивались яркого света и уходили прочь от машины.
– Отсидел всё что можно и нельзя. Далеко ещё? Мы уже давно едим.
– Не очень, но машина выдает максимум тридцать километров в час…
– А шумит как целый самолет, – зевая, пожаловался Маркус, принимая более удобное сидячие положение. – Сейчас бы чашку горячего кофе.
– Есть пара глотков воды, если надо, – предложил Джон, протягивая бутыль с прозрачной жидкостью. Вода, лекарство, машина, Джек совсем расщедрился. Он был уверен, что африканец им ещё это припомнит.
– Нет. Хочу уже доехать до места и покончить с этим. От станции до «Новус» далеко, как думаешь?
– Понятия не имею, но скорее бы уже туда добраться…
– Увидеть Еву? – невесело усмехнулся капитан, но синие глаза понимающе сузились. Он неожиданности вопроса Джон заехал на тротуар, сбив мусорный бак и наделав не мало шума.
– Чего? Ты вообще о чём? Я хочу закончить с этим, чтобы больше не видеть самовлюбленную рожу Стревенсона и его словечек о вирусе, – твёрдо ответил Джон, выровняв машину, и напрочь игнорируя вопросительный взгляд Маркуса. – Что ещё?
– Когда ты был в отключке, у освобожденных, ты шептал её имя. Повторял как в бреду.
– Я был без сознания, чувак. Даже не помню, что снилось, – продолжал врать он, прочистив горло. Зачем Маркус вообще завёл об этом разговор? Он не хочет говорить, не хочет ничего слышать о ней. Внутри боролось куча эмоций, но лицо сохраняло хладнокровие. – Слушай, я знаю, она тебе нравится и всё такое и ты меня терпеть не можешь, потому что она мне тоже вроде нравится…
