И тут из-за деревьев прилетел снаряд из сгущённого, сияющего голубоватым светом льда. В воздухе застыли кристаллики инея. Рейнар инстинктивно выбросил вперёд руку, пытаясь парировать удар магией.
И ничего не произошло.
Вместо привычного потока силы он ощутил в жилах жгучую, леденящую пустоту. Волна тошноты и головокружения согнула его пополам. Он едва удержался в седле.
Отравили... Но как? Не стрела... Слишком быстро...
Это осознание пришло вместе с новой волной слабости. Его боевой конь, почуяв опасность рванул в сторону, унося его от прямого удара. Ледяная глыба врезалась в землю там, где он только что был, взметая фонтан замёрзшей земли и осколков.
— Ваша светлость! — Гавэйн, видя, что его повелитель теряет сознание, бросился к нему, схватил под уздцы его коня и потащил вглубь леса, под сень самых густых крон, подальше от открытой тропы.
Рейнар, цепляясь за гриву коня и сознание, которое уплывало, как дым, видел лишь мелькающие стволы деревьев и бледное, решительное лицо рыцаря.
Мир вокруг закрутился и померк.
Сознание вернулось к Раде не спеша.
Она не торопилась ни шевелиться, ни открывать глаза. Сначала она прислушалась: тихие шаги, дыхание. Пахло пылью, прелой соломой и немного землёй.
Рада лежала на колючей ткани, снизу, от пола, поднимался промозглый холод, откуда-то из-за спины тянуло сквозняком.
Неблагоустроенное помещение, в котором кто-то помимо её есть.
Она открыла глаза. Сумерки. Сквозь дыру в крыше виднелось свинцовое небо.
Она резко села, кутаясь в чужой грубый плащ, и её движение привлекло внимание человека у двери. Это был рыцарь в походной кольчуге, без гербов. Он подошел и с почтительным поклоном протянул ей деревянную флягу.
— Воды, леди?
— Я бы хотела знать, где я и что случилось, — голос её сорвался. Рука инстинктивно потянулась к шее. Холод металла под пальцами принёс странное облегчение. Кулон на месте. Значит, Рейнар знает, где она. Хотя бы призрачный шанс на защиту.
— Леди, прошу вас, подождите с расспросами до того, как Его Светлость герцог Одо сможет вам сам всё объяснить.
Рада молча протянула руку, и рыцарь помог ей подняться. Ноги подкосились, в висках застучало. Она сделала несколько шагов по убогой лачуге, ощущая леденящую сырость, пропитавшую всё вокруг.
— Холодно, — констатировала она, останавливаясь у груды пепла в очаге. — Разожгите огонь.
— Здесь нельзя разжечь огонь, леди. Дым выдаст нас. Могу я предложить вам ещё один плащ? — его тон был вежливым, но непреклонным.
Рада, стиснув зубы, покачала головой и продолжила ходить, пытаясь согреться движением. Но холод был внутри. К нему примешивалась тошнота, подкатывающая к горлу, и дикая, неконтролируемая тревога. В конце концов, силы оставили её, и она снова рухнула на солому, закрыв глаза, пытаясь заглушить панику.
Внезапно снаружи донёсся отдалённый, но яростный стук копыт. Не один всадник — несколько. Рыцарь у двери мгновенно преобразился, превратившись из часового в бойца. Меч появился в его руке.
— Леди, прошу вас, оставайтесь на месте, — бросил он через плечо.
Сердце Рады забилось в унисон с копытами. Тревога сдавила горло. За дверью послышался резкий, птичий свист. Рыцарь ответил своей, более короткой, трелью. Он отодвинул тяжелый засов, и в лачугу, впустив с собой порыв ледяного ветра, ворвались несколько запылённых рыцарей в сопровождении Одо.
Тот, не теряя ни секунды, подлетел к Раде, его обычно добродушное лицо было искажено гримасой беспокойства.
— Нет времени объяснять, леди, нам надо о вас позаботиться.
Рада смерила его взглядом исподлобья, полным недоверия, но кивнула. И руку ему подала. Выбора у неё не было.
— Ваш супруг надел на вас некий кулон… — начал Одо, и её кровь похолодела. — Нам надо его снять, чтобы мы могли вас увезти подальше от опасности.
— Почему это мне не сказал Рейнар? Почему меня увозите вы? — спросила она, сжимая кулон в ладони.
— Леди, ваш супруг тяжело ранен. У него нет возможности вас защищать. Я спрячу вас в надёжном месте, и, когда он справится со своими проблемами, он сам вас заберет.
Сердце упало. Ранен. В этом могла быть правда. Или ложь. Но сделать она ничего не могла.
— А вы сможете снять кулон? — спросила она.
— Все драконы могут, — коротко пояснил Одо и, не спрашивая больше, обошёл её и, почти наощупь расстегнул застёжку.
Рада проводила кулон, который Одо перекинул в руки рыцаря, взглядом.
Рыцарь коротко поклонился и вышел за дверь.
— Вот, наденьте это, — Одо принял от одного из рыцарей плащ и самостоятельно закутал в него Раду. Тот плащ, который давал ей до этого рыцарь, остался валяться на полу.
— Расскажите немного о ваших планах, Ваша Светлость, иначе я буду переживать, — Рада взяла его за руку и заглянула в глаза.
Одо выглядел сосредоточенным и спокойным, каковыми бывали люди, привычные к цейтнотам и бурям. «Красив, мерзавец, — с досадой отметила Рада. — Особенно эти чудесные голубые глаза и пухлые губы…»
— Моя леди, я переправлю вас в отдалённое поместье. С вами будут мои люди, они будут оберегать вашу жизнь. Слушайтесь их, пожалуйста.
Одо подхватил Раду под руку и повлёк за собой на улицу. Сопротивляться? О, она бы не смогла — Одо привёл с собой штук двадцать рыцарей.
— Потерпите эти неудобства, пожалуйста, это ради вашей жизни.
Раду подхватил на руки и подсадил в седло один из рыцарей.
Сам Одо скрылся в ночи в сопровождении трёх человек, а Раду повезли в другую сторону.
Ночь стала для Рады бесконечным кошмаром. Холод пробирал до костей, несмотря на плащ. Хлынул ледяной дождь, превращавший дорогу в жидкую грязь и заставлявший всадников съёживаться. Монотонный стук копыт по размокшей земле усыплял сознание, но резкие порывы ветра и прострелы боли в раскалывающейся голове снова и снова возвращали её в реальность. Она периодически отключалась, проваливаясь в короткие, беспокойные обмороки, и просыпалась от собственного озноба.
Они пробирались чуть ли не козьими тропами, но один раз видели других путников — небольшой обоз и несколько охранников. Рада не успела среагировать, утомлённая этой ночью, но план был: упасть в обморок и заставить путников заметить её лицо. Да, это могло не помочь, но это был бы след… в общем, Рада очнулась, когда они уже почти проехали мимо, и падать в обморок было поздно.
Во время короткой остановки — отдых не более пятнадцати минут у опушки леса, где всадники молча, сжавшись от холода, жевали солонину, — какой-то рыцарь поднес ей к губам флягу с коньяком.
— Выпейте. Согреетесь, — его голос звучал почти по-отечески.
Жидкость обожгла горло, разливаясь по телу коротким, обманчивым пожаром. Ненадолго стало легче. Но очень скоро холод и усталость вернулись, став ещё невыносимее.
Утро они встретили у ворот небольшого, мрачного поместья, затерянного в дремучем, безмолвном лесу.
Раду отвели на самый верх — в небольшую комнату на чердаке с одним крошечным, узким окном, больше похожим на бойницу. Выбраться через него было невозможно. Всё вокруг было старым, потрёпанным. Воздух был ледяным.
— Пришлите ко мне служанку, — потребовала Рада у сопровождавшего её стражника. — И еды.
В ответ — молчание. Дверь закрылась, щёлкнул замок.
Обессиленная, она рухнула на жёсткую кровать с тонким матрасом и провалилась в тяжёлый, беспокойный сон.
Пришла она в себя от звука — возни и тяжёлого, порыкивающего дыхания прямо над собой. Сквозь сонный туман она увидела огромную, серую, всю на вид липкую тварь с вытянутой мордой. Она медленно заползала на кровать, желтые глаза были прикованы к Раде.
Рада вскрикнула от ужаса и отшатнулась, лихорадочно нащупывая в складках платья маленький кинжал, подвешенный на петле.
Навершие рукоятки приветливо ткнулось ей в руку, и Рада выхватила оружие из складок платья.
В следующий миг тварь бросилась на неё. Рада инстинктивно отмахнулась, выставив вперёд руку с клинком.
Существо врезалось в неё всей массой, отбрасывая её к стене. Гнилостное дыхание окутало её лицо. Когтистая лапа рванула её плечо, пропарывая ткань и раздирая кожу.
Они боролись в тишине, нарушаемой лишь хрипами чудовища и её собственным прерывистым дыханием. Она изворачивалась под его тушей, чувствуя, как сил остаётся всё меньше. Рука с кинжалом была зажата. Тварь открыла пасть, готовясь вонзить зубы в её горло.
И тогда Рада, собрав последние силы, рванулась навстречу, целиком вкладывая вес в одно движение. Кинжал вошёл во что-то мягкое и упругое с глухим хлюпающим звуком. Тварь замерла, затрепетала и обмякла, её тяжесть придавила Раду к полу. Она вонзила клинок ей в глазницу.
Оттолкнув от себя остывающее тело, она поднялась, дрожа всем телом. На плече зияли несколько глубоких царапин. Из них сочилась и капала на грязный пол кровь. Но не красная. А бледная, серебристая, как свет Луны.
Ужас придал ей решимости.
Она отрезала от простыни полосу ткани и туго перевязала рану, скрывая её и невероятный цвет своей крови. Затем, шатаясь, подошла к двери и нажала на ручку. Двери были заперты.
Ярость застилает взор.
Рейнар всегда это знал. Это твердили с детства, как мантру, и тяжелые оковы воли — единственное, что стояло между драконьей яростью и хрупким миром вокруг.
Он был драконом, и его натура — сила и власть. Вот единственные столпы, что заставляли неистовый огонь их душ пылать.
И в момент, когда всё так совпало — отравление, похищение, попытка убийства, и весьма удачная попытка, не будь Рейнар так силён, она бы удалась — в этот момент ярость застила его взор.
Пламя вспыхнуло мгновенно. Рейнар даже не стал драконом, он просто выпустил этот огонь вперёд, сжигая весь перелесок, заставляя пылать в адских муках тех, кто посмели посягнуть на его жизнь.
А следом он превратился. Огромные чёрные крылья распростёрлись над горящим лесом, и Рейнар закричал, в порыве ненависти пикируя на пытающихся спастись волшебников.
Магии не удавалось сформировать смертельные копья, чтобы поразить врагов, поэтому Рейнар когтями смял их щиты, раздирая в клочья, и прямо зубами хватал и рвал их на части.
Несколько выживших до этого момента рыцарей, оставшихся без защиты магов, быстро сгорели в пламени. Маги боролись лишь чуть дольше — всего несколько смешных попыток выжить, и Рейнар взлетел выше, подбросив себя мощным движением крыльев.
Он помнил, у него была цель: цель спасти своё. Он кружил над столицей, ища след… и след нашёлся. Он вёл в королевский замок.
Вниз. Под землю. В темницы.
Рейнар взревел и бросился вперёд пылая ненавистью.
Герднар встретила его на подходе. Она бросилась ему навстречу — маленькая и слабая. Тусклая чешуя её заставила Рейнара расхохотаться.
Он плюнул огнём, и Герднар отлетела назад, обрушиваясь на башню магов. Та, к неудаче Герднар, выстояла, но крыло оказалось нанизано на шпиль.
Герднар трепыхалась, воя от боли, когда Рейнар опустился рядом с ней на стену замка.
— Зачем ты пыталась убить меня, Герднар? — спросил он, заглядывая ей в глаза.
— А что мне… оставалось? — ответила Герднар сквозь боль. — Когда ты нашёл себе жену, я уже знала, что ты… — она сглотнула. — Что ты не станешь мне помогать. Если ты не на моей стороне, ты должен умереть. Ты помеха.
— Ты глупа и слаба, — засмеялся Рейнар. — Но яд под сенью своего дома… да ещё и дважды?
— Дважды… — засмеялась в ответ Герднар. — Нет, ты сам глуп. Наёмников за её жизнью послала я. А травить? О, нет. Это сделала не я.
Рейнар ухватил её лапой за плечо и дёрнул, разрывая крыло окончательно.
Герднар заорала. Мало того, что это было адски больно, так Рейнар ещё и лишил её неба навсегда.
— Превращайся, — приказал Рейнар и бросил Герднар на землю.
Падение вышибло из неё дух, но она превратилась. Герднар знала, не сделай она этого, Рейнар может оборвать её и второе крыло. Абсолютно безжалостный.
Во внутренний двор замка выбежал лорд-комендант королевского замка, за ним — десятка стражи. Лорд комендант был высоким, сухим мужчиной. Когда-то он мечом завоевал себе немало почестей и был пожалован должностью.
— Мой господин, — растеряно проговорил он, видя, как Рейнар тащит Герднар с развороченным плечом за собой. Та шла, спотыкаясь, но молча.
— Лорд-комендант, — приказал Рейнар. — Позаботьтесь, чтобы никто нас не беспокоил и… поменьше сплетен.
Лорд-комендант склонил голову и стрельнул взглядом в сторону рыцарей.
Рейнар протащил окровавленную и сильно раненную Герднар через замок к подземельям.
Сам он выглядел как обычно, даже волосы не растрепались, но слуги шарахались от них и прятались в нишах. Это было поистине устрашающее зрелище.
Герднар не задавала вопросов, не сопротивлялась — все силы у неё уходили на то, чтобы не потерять сознание, не отключиться, ведь, она была уверена, если она упадёт, он просто убьёт её.
Вскоре они оказались внизу, в темницах.
Рейнар ногой распахивал двери. Он чувствовал, что кулон близко, но не слышал биения сердца — в королевских темницах редко держали заключённых.
— Где она? Где? — воскликнул Рейнар, встряхнув Герднар.
Та клацнула зубами и застонала.
— Кто? — прошептала она, но так тихо, что её не услышали. Рейнар встряхнул её ещё раз. — Да кто? — закричала Герднар.
— Моя жена. Леди Альтерис.
— Да откуда мне знать?!
Рейнар остановился и отшвырнул Герднар.
Он сосредоточился и попытался усмирить свою ярость. Чтобы почувствовать местонахождение кулона, ему нужно было настроиться, но бушующий огонь в душе мешал.
С третьего раза он почувствовал тонкую нить присутствия, протянутую от своего кулона до её.
Он вихрем пролетел по коридору и ворвался в камеру, окно которой выходило решётчатым окном в сад.
Кулон валялся под окном.
Дверь открыли только утром. Причём таким поздним, что Рада уже изнывала от голода и жажды.
Она умудрилась даже отключиться на полу в углу, накрыв одеялом труп неведомой твари, чтобы не воняло так сильно.
Рыцарь вошёл и заметив кулёк на кровати, сначала, очевидно, подумал, что там спит человек. Потом, заметив Раду, которая стояла у окна, он непонимающе глянул на тварь.
А потом и вовсе рванул вперёд, откидывая покрывало.
— Это… это… — в ужасе протянул рыцарь. — Вы столкнулись с…
Рада с лёгкой улыбкой ждала.
— Как вы победили вампира?! — удивлённо воскликнул рыцарь. — Леди… — он был совершенно обескуражен и бледен. — Я виноват. Простите меня, мы подвергли вашу жизнь опасности.
Рыцарь глубоко поклонился.
— Сейчас мою жизнь подвергает опасности голод, жажда и необходимость переодеться, — недовольно ответила Рада. — Надеюсь, вы способны мне помочь с этими неприятностями.
— Я… я сопровожу вас вниз, в столовую. Служанку должны привезти к обеду, она вам поможет переодеться.
Рада показала рукой, чтобы рыцарь вёл её. Тот снова склонился в поклоне и показал дорогу.
— Так расскажите мне про вампиров, сэр…? — спросила Рада, кладя руку и отдергивая её с поручня лестницы. На руке осталась пыль.
— Моё имя Леонард, моя леди, — умудрился поклониться рыцарь, полуобернувшись на ступенях.
— Сэр Леонард. Ранее я жила там, где не было вампиров. Мне говорили, что от них нужны обереги ночью, но я забыла об этом.
— На вашей кровати не было оберегов, — виновато улыбнулся рыцарь. — Дом совершенно не готов к нашему визиту.
И ничего не произошло.
Вместо привычного потока силы он ощутил в жилах жгучую, леденящую пустоту. Волна тошноты и головокружения согнула его пополам. Он едва удержался в седле.
Отравили... Но как? Не стрела... Слишком быстро...
Это осознание пришло вместе с новой волной слабости. Его боевой конь, почуяв опасность рванул в сторону, унося его от прямого удара. Ледяная глыба врезалась в землю там, где он только что был, взметая фонтан замёрзшей земли и осколков.
— Ваша светлость! — Гавэйн, видя, что его повелитель теряет сознание, бросился к нему, схватил под уздцы его коня и потащил вглубь леса, под сень самых густых крон, подальше от открытой тропы.
Рейнар, цепляясь за гриву коня и сознание, которое уплывало, как дым, видел лишь мелькающие стволы деревьев и бледное, решительное лицо рыцаря.
Мир вокруг закрутился и померк.
Глава 38. Серебро в крови
Сознание вернулось к Раде не спеша.
Она не торопилась ни шевелиться, ни открывать глаза. Сначала она прислушалась: тихие шаги, дыхание. Пахло пылью, прелой соломой и немного землёй.
Рада лежала на колючей ткани, снизу, от пола, поднимался промозглый холод, откуда-то из-за спины тянуло сквозняком.
Неблагоустроенное помещение, в котором кто-то помимо её есть.
Она открыла глаза. Сумерки. Сквозь дыру в крыше виднелось свинцовое небо.
Она резко села, кутаясь в чужой грубый плащ, и её движение привлекло внимание человека у двери. Это был рыцарь в походной кольчуге, без гербов. Он подошел и с почтительным поклоном протянул ей деревянную флягу.
— Воды, леди?
— Я бы хотела знать, где я и что случилось, — голос её сорвался. Рука инстинктивно потянулась к шее. Холод металла под пальцами принёс странное облегчение. Кулон на месте. Значит, Рейнар знает, где она. Хотя бы призрачный шанс на защиту.
— Леди, прошу вас, подождите с расспросами до того, как Его Светлость герцог Одо сможет вам сам всё объяснить.
Рада молча протянула руку, и рыцарь помог ей подняться. Ноги подкосились, в висках застучало. Она сделала несколько шагов по убогой лачуге, ощущая леденящую сырость, пропитавшую всё вокруг.
— Холодно, — констатировала она, останавливаясь у груды пепла в очаге. — Разожгите огонь.
— Здесь нельзя разжечь огонь, леди. Дым выдаст нас. Могу я предложить вам ещё один плащ? — его тон был вежливым, но непреклонным.
Рада, стиснув зубы, покачала головой и продолжила ходить, пытаясь согреться движением. Но холод был внутри. К нему примешивалась тошнота, подкатывающая к горлу, и дикая, неконтролируемая тревога. В конце концов, силы оставили её, и она снова рухнула на солому, закрыв глаза, пытаясь заглушить панику.
Внезапно снаружи донёсся отдалённый, но яростный стук копыт. Не один всадник — несколько. Рыцарь у двери мгновенно преобразился, превратившись из часового в бойца. Меч появился в его руке.
— Леди, прошу вас, оставайтесь на месте, — бросил он через плечо.
Сердце Рады забилось в унисон с копытами. Тревога сдавила горло. За дверью послышался резкий, птичий свист. Рыцарь ответил своей, более короткой, трелью. Он отодвинул тяжелый засов, и в лачугу, впустив с собой порыв ледяного ветра, ворвались несколько запылённых рыцарей в сопровождении Одо.
Тот, не теряя ни секунды, подлетел к Раде, его обычно добродушное лицо было искажено гримасой беспокойства.
— Нет времени объяснять, леди, нам надо о вас позаботиться.
Рада смерила его взглядом исподлобья, полным недоверия, но кивнула. И руку ему подала. Выбора у неё не было.
— Ваш супруг надел на вас некий кулон… — начал Одо, и её кровь похолодела. — Нам надо его снять, чтобы мы могли вас увезти подальше от опасности.
— Почему это мне не сказал Рейнар? Почему меня увозите вы? — спросила она, сжимая кулон в ладони.
— Леди, ваш супруг тяжело ранен. У него нет возможности вас защищать. Я спрячу вас в надёжном месте, и, когда он справится со своими проблемами, он сам вас заберет.
Сердце упало. Ранен. В этом могла быть правда. Или ложь. Но сделать она ничего не могла.
— А вы сможете снять кулон? — спросила она.
— Все драконы могут, — коротко пояснил Одо и, не спрашивая больше, обошёл её и, почти наощупь расстегнул застёжку.
Рада проводила кулон, который Одо перекинул в руки рыцаря, взглядом.
Рыцарь коротко поклонился и вышел за дверь.
— Вот, наденьте это, — Одо принял от одного из рыцарей плащ и самостоятельно закутал в него Раду. Тот плащ, который давал ей до этого рыцарь, остался валяться на полу.
— Расскажите немного о ваших планах, Ваша Светлость, иначе я буду переживать, — Рада взяла его за руку и заглянула в глаза.
Одо выглядел сосредоточенным и спокойным, каковыми бывали люди, привычные к цейтнотам и бурям. «Красив, мерзавец, — с досадой отметила Рада. — Особенно эти чудесные голубые глаза и пухлые губы…»
— Моя леди, я переправлю вас в отдалённое поместье. С вами будут мои люди, они будут оберегать вашу жизнь. Слушайтесь их, пожалуйста.
Одо подхватил Раду под руку и повлёк за собой на улицу. Сопротивляться? О, она бы не смогла — Одо привёл с собой штук двадцать рыцарей.
— Потерпите эти неудобства, пожалуйста, это ради вашей жизни.
Раду подхватил на руки и подсадил в седло один из рыцарей.
Сам Одо скрылся в ночи в сопровождении трёх человек, а Раду повезли в другую сторону.
***
Ночь стала для Рады бесконечным кошмаром. Холод пробирал до костей, несмотря на плащ. Хлынул ледяной дождь, превращавший дорогу в жидкую грязь и заставлявший всадников съёживаться. Монотонный стук копыт по размокшей земле усыплял сознание, но резкие порывы ветра и прострелы боли в раскалывающейся голове снова и снова возвращали её в реальность. Она периодически отключалась, проваливаясь в короткие, беспокойные обмороки, и просыпалась от собственного озноба.
Они пробирались чуть ли не козьими тропами, но один раз видели других путников — небольшой обоз и несколько охранников. Рада не успела среагировать, утомлённая этой ночью, но план был: упасть в обморок и заставить путников заметить её лицо. Да, это могло не помочь, но это был бы след… в общем, Рада очнулась, когда они уже почти проехали мимо, и падать в обморок было поздно.
Во время короткой остановки — отдых не более пятнадцати минут у опушки леса, где всадники молча, сжавшись от холода, жевали солонину, — какой-то рыцарь поднес ей к губам флягу с коньяком.
— Выпейте. Согреетесь, — его голос звучал почти по-отечески.
Жидкость обожгла горло, разливаясь по телу коротким, обманчивым пожаром. Ненадолго стало легче. Но очень скоро холод и усталость вернулись, став ещё невыносимее.
Утро они встретили у ворот небольшого, мрачного поместья, затерянного в дремучем, безмолвном лесу.
Раду отвели на самый верх — в небольшую комнату на чердаке с одним крошечным, узким окном, больше похожим на бойницу. Выбраться через него было невозможно. Всё вокруг было старым, потрёпанным. Воздух был ледяным.
— Пришлите ко мне служанку, — потребовала Рада у сопровождавшего её стражника. — И еды.
В ответ — молчание. Дверь закрылась, щёлкнул замок.
Обессиленная, она рухнула на жёсткую кровать с тонким матрасом и провалилась в тяжёлый, беспокойный сон.
Пришла она в себя от звука — возни и тяжёлого, порыкивающего дыхания прямо над собой. Сквозь сонный туман она увидела огромную, серую, всю на вид липкую тварь с вытянутой мордой. Она медленно заползала на кровать, желтые глаза были прикованы к Раде.
Рада вскрикнула от ужаса и отшатнулась, лихорадочно нащупывая в складках платья маленький кинжал, подвешенный на петле.
Навершие рукоятки приветливо ткнулось ей в руку, и Рада выхватила оружие из складок платья.
В следующий миг тварь бросилась на неё. Рада инстинктивно отмахнулась, выставив вперёд руку с клинком.
Существо врезалось в неё всей массой, отбрасывая её к стене. Гнилостное дыхание окутало её лицо. Когтистая лапа рванула её плечо, пропарывая ткань и раздирая кожу.
Они боролись в тишине, нарушаемой лишь хрипами чудовища и её собственным прерывистым дыханием. Она изворачивалась под его тушей, чувствуя, как сил остаётся всё меньше. Рука с кинжалом была зажата. Тварь открыла пасть, готовясь вонзить зубы в её горло.
И тогда Рада, собрав последние силы, рванулась навстречу, целиком вкладывая вес в одно движение. Кинжал вошёл во что-то мягкое и упругое с глухим хлюпающим звуком. Тварь замерла, затрепетала и обмякла, её тяжесть придавила Раду к полу. Она вонзила клинок ей в глазницу.
Оттолкнув от себя остывающее тело, она поднялась, дрожа всем телом. На плече зияли несколько глубоких царапин. Из них сочилась и капала на грязный пол кровь. Но не красная. А бледная, серебристая, как свет Луны.
Ужас придал ей решимости.
Она отрезала от простыни полосу ткани и туго перевязала рану, скрывая её и невероятный цвет своей крови. Затем, шатаясь, подошла к двери и нажала на ручку. Двери были заперты.
Глава 39. Ярость застилает взор
Ярость застилает взор.
Рейнар всегда это знал. Это твердили с детства, как мантру, и тяжелые оковы воли — единственное, что стояло между драконьей яростью и хрупким миром вокруг.
Он был драконом, и его натура — сила и власть. Вот единственные столпы, что заставляли неистовый огонь их душ пылать.
И в момент, когда всё так совпало — отравление, похищение, попытка убийства, и весьма удачная попытка, не будь Рейнар так силён, она бы удалась — в этот момент ярость застила его взор.
Пламя вспыхнуло мгновенно. Рейнар даже не стал драконом, он просто выпустил этот огонь вперёд, сжигая весь перелесок, заставляя пылать в адских муках тех, кто посмели посягнуть на его жизнь.
А следом он превратился. Огромные чёрные крылья распростёрлись над горящим лесом, и Рейнар закричал, в порыве ненависти пикируя на пытающихся спастись волшебников.
Магии не удавалось сформировать смертельные копья, чтобы поразить врагов, поэтому Рейнар когтями смял их щиты, раздирая в клочья, и прямо зубами хватал и рвал их на части.
Несколько выживших до этого момента рыцарей, оставшихся без защиты магов, быстро сгорели в пламени. Маги боролись лишь чуть дольше — всего несколько смешных попыток выжить, и Рейнар взлетел выше, подбросив себя мощным движением крыльев.
Он помнил, у него была цель: цель спасти своё. Он кружил над столицей, ища след… и след нашёлся. Он вёл в королевский замок.
Вниз. Под землю. В темницы.
Рейнар взревел и бросился вперёд пылая ненавистью.
Герднар встретила его на подходе. Она бросилась ему навстречу — маленькая и слабая. Тусклая чешуя её заставила Рейнара расхохотаться.
Он плюнул огнём, и Герднар отлетела назад, обрушиваясь на башню магов. Та, к неудаче Герднар, выстояла, но крыло оказалось нанизано на шпиль.
Герднар трепыхалась, воя от боли, когда Рейнар опустился рядом с ней на стену замка.
— Зачем ты пыталась убить меня, Герднар? — спросил он, заглядывая ей в глаза.
— А что мне… оставалось? — ответила Герднар сквозь боль. — Когда ты нашёл себе жену, я уже знала, что ты… — она сглотнула. — Что ты не станешь мне помогать. Если ты не на моей стороне, ты должен умереть. Ты помеха.
— Ты глупа и слаба, — засмеялся Рейнар. — Но яд под сенью своего дома… да ещё и дважды?
— Дважды… — засмеялась в ответ Герднар. — Нет, ты сам глуп. Наёмников за её жизнью послала я. А травить? О, нет. Это сделала не я.
Рейнар ухватил её лапой за плечо и дёрнул, разрывая крыло окончательно.
Герднар заорала. Мало того, что это было адски больно, так Рейнар ещё и лишил её неба навсегда.
— Превращайся, — приказал Рейнар и бросил Герднар на землю.
Падение вышибло из неё дух, но она превратилась. Герднар знала, не сделай она этого, Рейнар может оборвать её и второе крыло. Абсолютно безжалостный.
Во внутренний двор замка выбежал лорд-комендант королевского замка, за ним — десятка стражи. Лорд комендант был высоким, сухим мужчиной. Когда-то он мечом завоевал себе немало почестей и был пожалован должностью.
— Мой господин, — растеряно проговорил он, видя, как Рейнар тащит Герднар с развороченным плечом за собой. Та шла, спотыкаясь, но молча.
— Лорд-комендант, — приказал Рейнар. — Позаботьтесь, чтобы никто нас не беспокоил и… поменьше сплетен.
Лорд-комендант склонил голову и стрельнул взглядом в сторону рыцарей.
Рейнар протащил окровавленную и сильно раненную Герднар через замок к подземельям.
Сам он выглядел как обычно, даже волосы не растрепались, но слуги шарахались от них и прятались в нишах. Это было поистине устрашающее зрелище.
Герднар не задавала вопросов, не сопротивлялась — все силы у неё уходили на то, чтобы не потерять сознание, не отключиться, ведь, она была уверена, если она упадёт, он просто убьёт её.
Вскоре они оказались внизу, в темницах.
Рейнар ногой распахивал двери. Он чувствовал, что кулон близко, но не слышал биения сердца — в королевских темницах редко держали заключённых.
— Где она? Где? — воскликнул Рейнар, встряхнув Герднар.
Та клацнула зубами и застонала.
— Кто? — прошептала она, но так тихо, что её не услышали. Рейнар встряхнул её ещё раз. — Да кто? — закричала Герднар.
— Моя жена. Леди Альтерис.
— Да откуда мне знать?!
Рейнар остановился и отшвырнул Герднар.
Он сосредоточился и попытался усмирить свою ярость. Чтобы почувствовать местонахождение кулона, ему нужно было настроиться, но бушующий огонь в душе мешал.
С третьего раза он почувствовал тонкую нить присутствия, протянутую от своего кулона до её.
Он вихрем пролетел по коридору и ворвался в камеру, окно которой выходило решётчатым окном в сад.
Кулон валялся под окном.
***
Дверь открыли только утром. Причём таким поздним, что Рада уже изнывала от голода и жажды.
Она умудрилась даже отключиться на полу в углу, накрыв одеялом труп неведомой твари, чтобы не воняло так сильно.
Рыцарь вошёл и заметив кулёк на кровати, сначала, очевидно, подумал, что там спит человек. Потом, заметив Раду, которая стояла у окна, он непонимающе глянул на тварь.
А потом и вовсе рванул вперёд, откидывая покрывало.
— Это… это… — в ужасе протянул рыцарь. — Вы столкнулись с…
Рада с лёгкой улыбкой ждала.
— Как вы победили вампира?! — удивлённо воскликнул рыцарь. — Леди… — он был совершенно обескуражен и бледен. — Я виноват. Простите меня, мы подвергли вашу жизнь опасности.
Рыцарь глубоко поклонился.
— Сейчас мою жизнь подвергает опасности голод, жажда и необходимость переодеться, — недовольно ответила Рада. — Надеюсь, вы способны мне помочь с этими неприятностями.
— Я… я сопровожу вас вниз, в столовую. Служанку должны привезти к обеду, она вам поможет переодеться.
Рада показала рукой, чтобы рыцарь вёл её. Тот снова склонился в поклоне и показал дорогу.
— Так расскажите мне про вампиров, сэр…? — спросила Рада, кладя руку и отдергивая её с поручня лестницы. На руке осталась пыль.
— Моё имя Леонард, моя леди, — умудрился поклониться рыцарь, полуобернувшись на ступенях.
— Сэр Леонард. Ранее я жила там, где не было вампиров. Мне говорили, что от них нужны обереги ночью, но я забыла об этом.
— На вашей кровати не было оберегов, — виновато улыбнулся рыцарь. — Дом совершенно не готов к нашему визиту.
