Да уж, дилема.
Ну вот, еще минуту назад была готова рвать и метать, а бедный ребенок просто хотел хоть с кем-то пообсуждать любимую тему о волосах.
Почему-то вспомнив его тренировки с Джиной, я с трудом представила себе, как поздним вечером парни, сидя в комнате под свет магической лампы, взахлёб обсуждают новые модные веенья, когда с помощью алхимии возможно добавлять осколки драгоценных камней в волосы да глаза, и громко рассмеялась. Ха-ха, мужественный Мертвяк, хоть и следил за тем, что бы его ногти и внешний вид всегда были безупречным - от укладки волос до зелёной формы академии - никогда не опустился бы до того, что бы окрасить свои морские глаза частичками драгоценностей, что уж там говорить про волосы!
Все время размышлений и последующей вспышке веселья, что отражались на лице, сменят друг друга, непривычно молодой адепт смотрел на меня, как на душевно больную и, было собирался уже удалиться от греха, так сказать, подальше, если бы я его остановила.
Если такой модник узнает первым "секрет" моих волос, то к завтрашнему дню большая часть адептов, страдающих на эту тему, отстанет.
- Нет, сэр… простите, не знаю вашего имени, - я махнула рукой в воздухе, как бы намекая на то, что не это важно и парень может не перебивать, не называть его, - Но я не имею ничего общего ни с варварами, ни с популярными салонами страны. Волосы же являются экспериментом моего отца, он же является, в свою очередь алхимиком, ну, вы поняли, надеюсь. Однако не могу не восхититься тем, как чудно смотрится на вас золотой оттенок, он очень хорошо… эм, оттеняет вашу кожу и глаза, делая последние более выразительными.
На мое спасение, милашка-Камии уже подошел и, протягивая стакан с водой (откуда только достал средь пустого песчанного же поля?), с любопытсотвом и даже каким-то вызовом принялся разглядывал "Ребенка".
- Ну, всего вам хорошего, сэр, и еще раз простите, за то, что помешала вашей тренировке, - я кивнула парню и, без стеснения повиснув на огромной руке Камри, потянула последнего в сторону общаги. Завтрак не дремлет. А там уже и пары, пары и еще раз пары …
- Все хорошо? - голос Джины, обращенный к принцу, звучал в его излюбленной спокойно-ленивой манере.
Солнце медленно входило в свои права, все больше и больше показываясь из-за горизонта, однако воздух вокруг все еще был приятно прохладным, что приятно радовало герцога, предпочитающего холод жаре.
Стоило бедняге на мгновение отвернуться, как принц Гарри, из всевозможных адептов на плацу, тут же улизнул к Эрике, что уже вызывало невольное беспокойство.
- А, это ты, Джина, - принц рассеянно улыбнулся и запустил пятерню в холотистые кудри.
Юный герцог сглотнул и мысленно содрогнулся от ужаса, что возможно его светлости приглянулась бывшая одноклассница, но тут же отмел этот вариант. Однако, если не в романтическом плане, тогда чем же Эрика смогла заинтересовать принца?
"Не имеет значения. Главное не давать им общаться и дальше, - успокаивал себя Джина. - Не хватало мне с ней проблем, не дай Творец с Гарри случиться что! А тут ещё и ректор лезет, куда не просят, с ним еще предстоит разобраться… ха, как специально что ли, поднял ее имя в разговоре вчера?"
- Кстати, прошу передать мои благодарности леди Кендал за хорошие рекомендации - мастер оказался выше всяких похвал!
Джина поморщился, услышав просьбу будущего монарха.
Увы, но предложение "взять перерыв" в отношениях на год другой, пока юный герцог занят укреплением своей позиции подле его светлости, высокородная подруга восприняла болезненно, о чем свидетельствовали три царапины на шее и одна довольно жаркая прощальная ночь. При том еще, что им все еще приходилось вращаться в общих кругах и видеть друг друга каждый день в столовой и на парах.
Но тем не менее, Джина коротко кивнул. Ага, сейчас прям, бежит и падает передавать послание его светлости к герцогине Джаред!
Медленно к двум одиноким парням стали подтягиваться остальные из их круга: завязалась ленивая беседа. Последние дни все только и говорили что о предстоящих соревнованиях, в которых впервые за все время существование академии Норна было разрешено участвовать первогодкам.
- Не иначе, этот год особенный! Говорю вам, как и пятьдесят лет назад король лично посетит академию в этом году! - думали одни.
- Это хороший знак и никак иначе! - вторили им восторженно другие.
Джина фыркнул в кулак и покосился в сторону задумчиво принца, благополучно пропускающего все мимо ушей. Знали бы все сейчас, кто стоит перед ними, наверняка глаза из орбит бы полезли! Даже та самая пресловутая Эрика десять раз бы подумала, прежде чем подходить к принцу и на пушечный выстрел, что с одной стороны являет собой идеальный выход из ситуации, однако связанный двойным обещанием до поры до времени держать язык за зубами, Джина с прискорбием отмел легчайший вариант.
Юный герцог помрачнел. В прошлый раз он упустил хорошую возможность объясниться и вежливо так попросить девушку держаться подальше от него ближайшие лет семь, однако теперь позволить себе избегать ее он не мог - каким-то образом в их сложные отношения залез коронпринц, которому явно не к чему знать о уж больно сильном сходстве между новым наследником рода Ацуси и его мёртвым оригиналом. А со злости Эрика могла наломать и не таких дров, в порыве мести, так сказать, разболтать все свои бредовые догадки и идеи, что если и не убедит будущего монарха, то точно заставит держаться от герцога Ацуси как можно дальше в виду его сомнительной личности.
Парень просто не знал, что ещё можно ожидать от обиженной семнадцатилетней девушки (благополучно упустив, что ему так же было семнадцать) и юного, никогда не видевшего настоящей жизни принца.
По-хорошему, - размышлял Джина, разглядывая неспешно плывущие в синеве утреннего неба облака, - Эрику следовало бы убрать из академии, но какое-то чувство глубоко внутри не давало ему так легко оборвать странную и хрупкую, но все еще связывающую их нить, что брала свое начало еще со случая шестилетней давности, когда парень впервые рискнул расстроить отца из-за нее. И эта неуместна сентиментальность казалась ему слабостью, которую в сложившейся ситуации юный герцог позволить себе не мог. Не имел права.
Решено, сегодня же они поговорят как нормальные люди и попрощаются навсегда.
Стадион, где сейчас тренировались юные маги, переливался всеми цветами радуги и периодически подрагивал от чересчур уж сильных всполохов стихии. Игред со своим милашкой-поклонником скорее всего уже была внутри, оставив меня после плотного завтрака, при мысли о котором я невольно расплылась в довольной улыбке, вспоминая восхитительные пироженки, что нам любезно добыл один из преданных поклонников подруги, на растерзание Мертвяку, что изъявил желание “поговорить”.
“Поговорить, ха, больше смахивало на угрозы!” - сознание все ещё трясло от гнева, с виду же я являла собой воплощение спокойствия, аки бамбук на ветру, огибая пестрые клумбы хризантем и георгин перед стадионом.
В противовес внутреннему состоянию вокруг царил чудесный осенний денёк: ярко сияло солнце, пели птички…
“Нет чтобы извиниться по человечески за то, что превратил мой нос в кровавое месиво другим днём, так он командовать смеет! Этот мертвяк, этот оживший труп...” - разум отказывался успокаиваться, а стадион неминуемо приближался.
В который раз пообещав отомстить я, скрепя сердце, шагнула сквозь купол, пропустив лёгкий разряд стихии даркуса через тело. Магистр роза кивнул в знак приветствия адептам и разбил нас на группы, поручив каждому “широкому” магу выбрать для тренировки одну лишь стихию и, показав витиеватое плетение небольшого снаряда в форме шара, благополучно удалился в неизвестном направлении.
Невзирая на то, что большинство стихий имеют схожую структуру, а это значит что и общие заклинания, лишь с небольшими изменениями, доступны любому стихийному магу, некоторые формы (а заклинания это таки и есть “оформленная” магия) лучше всего получаются только у одного вида. Например узкопрофильный стихийный маг типа саптерра может, при желании, выбрать профессию связанную с сельским хозяйством, используя силы земли для более быстрого выращивания культуры, чего маг типа пайруса едва ли будет в состоянии сделать. Ну, максимум попкорн из семян кукурузы да порцию жаренной картошки, но это уже кулинарное искусство. Так же и узкопрофильный маг типа вентус - левитация явно его конёк, а никак не стихийного мага типа даркус. Однако это не гарантирует, что маг стихии вентуса обязательно должен работать грузчиком, нет - в арсенале подобного узкопрофильного мага полно боевых , бытовы и прочих заклинаний, которые намного более полезны в обороне страны, где даже не каждый десятый рождён с даром. Ну, а для прочей черной работы у нас есть обычные люди, что родились без магии - так я, к примеру, являясь магом из далеко не богатой семьи, все равно никогда не держала в руках поварешку и нож в целях соорудить завтрак или банальную закуску, когда для этого есть жители без способностей.
Конечно, далеко не каждый человек желает родиться с магией, будь то хоть целительная, хоть стихийная, да хоть какая! Увы, но то, что неизведанно , обычно пугает и страшит больше хорошо знакомого зла: поколениями простые люди уничтожали магов подобно чуме, не гнушаясь накладывать руки и на младенцев, и на стариков, чем только делали свою жизнь сложнее. Если они вставали перед выбором, казнить или помиловать мага, либо педофила и насильника, то выбор без промедления и раздумий падал на первого, пусть он хоть жизнью жертвовал ради спасения других. И, как и всегда, объяснение одно: он просто не такой, как мы все.
Однако, не взирая на жёсткий геноцид со стороны обычных людей, маги продолжали рождаться в обычных же семьях, которые либо делали попытки вырастить чадо , строго наказывая последнему не использовать магию и под страхом смерти, либо собственноручно сжигали в печи, топили в реках, хоронили заживо… Одним словом, эта мрачная эпоха нашего мира была заслуженно названа “Тёмной” и с особой тщательностью преподавалась на уроках истории юным магам в специальных школах, как напоминание о глупых поступках их предшественников, что привели к подобному отношению со стороны обычных людей. И, не вмешайся великие расы на подобии гномов и эльфов, посланников соседствующих миров, в ход истории нашего мира, то человечество могло навсегда утратить бесценный магический дар, что привело бы к деформации мироздания, навеки отрезав нас от других вселенных, так как мир лишенный магии стал бы делать попытки поглотить силу своих соседей, став, подобно треснувшему сосуду, токсичным.
Про гномов в эту эпоху сказано крайне мало, (то ли последние не отличались особым красноречием, то ли просто не захотели тратить свои силы напрасно, связываясь с людишками) однако слава и легенды об эльфах по сей день звучат в устах детей, стариков и молодёжи. Тогда то большая часть разумных стран, в составе которых была и Коука, приняли общую религию эльфов об Едином Создателе вселенной, отказавшись от собственных форм поклонения непонятно чему. Маги с тех пор получили ответственную позицию в роли защитников простых людей, сила которых была дарована им Творцом, Кто также создал и простых смертных, а те, в свою очередь, осознав собственную беспомощность перед теми же эльфами да гномами, с радостью приняли новое положение дел, позволив иномирцам устанавливать порядки.
Сейчас даже конституция страны делиться на законы для обычных людей, да на законы специально предназначенные для каждого типа магии и мага в отдельности (тут важно подчеркнуть, что законы для последних намного более суровы, чем для простых смертных, в силу их “ограниченности”).
И пусть со знаменательного, кардинально изменившего ход истории нашего мира события прошло не одно тысячелетие, но простые люди, рождённые в обычных семьях, все еще недолюбливают магов, а в особенности стихийников, так как целители, артефакторы и алхимик уж больно полезные, по сравнению с нами. И никакие эльфы тут не помогут.
Естественно, что великий император пяти союзных стран является магом, как и подавляющее большинство его приближенных, что тоже мало радует простых смертных. Единственное, что все ещё удерживает две оппозиции вместе, так это принесенная эльфами же религия о Едином Творце, что исповедуют и те, и другие.
Одним словом, в стране до сих пор есть волнения, которые обычным насилием со стороны магов едва ли разумно пресечь. Тут нужен более тонких подход…
Попав в одну группу с Ингред, я только и могла что восхищаться её ловкостью и скоростью, с которой подруга плела заклинания, изгибая тонкие пальцы и бормоча что-то себе под нос. Она выбрала стихию акваса, что брызгами расходилась во все стороны. Зелёная форма уже была наполовину влажной, привлекая заинтересованные взгляды парней, что попали в одну группу с нами. Я вздохнула и прервала заклинания огненного шара, что тщетно пыталась сплести вот уже несколько минут, поманив подругу в укромный уголок за деревянными сиденьями. Та, отвлекшись на мгновение, упустила контроль внушительного водяного шара у себя над головой, что поспешил выплеснуться на волосы и без того мокрую форму внушительным потоком влаги.
Чудом успела отвести гневно шипящую Ингред в укромный уголок до того, как она , в совершенно неподобающей для леди ее ранга форме, начала бы отпускать ругательства в мой адрес.
- Пресвятые пельмени, Эрика! Что на тебя нашло?! - она всплеснула руками и с яростью принялась отжимать чёрные, как воронье крыло, волосы, забыв, что является широкопрофельных магом и может просто применить заклинание сушки на основе стихии вентуса.
Это пришлось сделать уже мне.
- Твоя форма… - тут я запнулась, осознав, что до моего благородного порыва она явно была менее влажной и виновато потупила глазки, не рискуя продолжать сбивчивые объяснения.
Зная характер Ингред, смею предположить, что её гнев будет недолгим. В конце концов, мы же действовали из благих побуждений…
“Ага, как же” - хмыкнул мозг, предвкушая гневную тираду.
Но подруга удивила нас обоих: стоило только заклинанию сушки покончить с последними мокрыми сантиметрами на ее зеленой бархатной форме, как она, воровато оглянувшись по сторонам, не смотрит ли сейчас никто, схватила меня за руки и сверкнула серебряным взглядом.
- Ну, Эрика, рассказывай! - даже говоря шёпотом было заметно, как мелодичный голосок подруги подрагивает от нетерпения.
Слегка опешив, я едва ли нашлась с ответом.
- О… О чем рассказывать?
- Как прошёл ваш разговор с Джиной! Он же правда Джина, верно? Он сознался тебе в этом? Почему только тебе?! Я ведь тоже знала его в прошлом, пусть и не так хорошо, как ты, но однажды он даже сказал мне, что… Ой, прости, я слишком забегаю вперёд. - подруга нервно рассмеялась, невольно обратив моё внимание на незавершенное “что”. - Ну, так что же он сказал?
Я фыркнула. Что же мне сказал этот Мертвяк? Хм, думаю, если подруга лучше узнает о гнилой натуре человека, которого в прошлом охотно называла лучшим другом, то это только принесёт пользу её отравленному воспоминаниями детства сознанию. И чем быстрее, тем лучше.
Ну вот, еще минуту назад была готова рвать и метать, а бедный ребенок просто хотел хоть с кем-то пообсуждать любимую тему о волосах.
Почему-то вспомнив его тренировки с Джиной, я с трудом представила себе, как поздним вечером парни, сидя в комнате под свет магической лампы, взахлёб обсуждают новые модные веенья, когда с помощью алхимии возможно добавлять осколки драгоценных камней в волосы да глаза, и громко рассмеялась. Ха-ха, мужественный Мертвяк, хоть и следил за тем, что бы его ногти и внешний вид всегда были безупречным - от укладки волос до зелёной формы академии - никогда не опустился бы до того, что бы окрасить свои морские глаза частичками драгоценностей, что уж там говорить про волосы!
Все время размышлений и последующей вспышке веселья, что отражались на лице, сменят друг друга, непривычно молодой адепт смотрел на меня, как на душевно больную и, было собирался уже удалиться от греха, так сказать, подальше, если бы я его остановила.
Если такой модник узнает первым "секрет" моих волос, то к завтрашнему дню большая часть адептов, страдающих на эту тему, отстанет.
- Нет, сэр… простите, не знаю вашего имени, - я махнула рукой в воздухе, как бы намекая на то, что не это важно и парень может не перебивать, не называть его, - Но я не имею ничего общего ни с варварами, ни с популярными салонами страны. Волосы же являются экспериментом моего отца, он же является, в свою очередь алхимиком, ну, вы поняли, надеюсь. Однако не могу не восхититься тем, как чудно смотрится на вас золотой оттенок, он очень хорошо… эм, оттеняет вашу кожу и глаза, делая последние более выразительными.
На мое спасение, милашка-Камии уже подошел и, протягивая стакан с водой (откуда только достал средь пустого песчанного же поля?), с любопытсотвом и даже каким-то вызовом принялся разглядывал "Ребенка".
- Ну, всего вам хорошего, сэр, и еще раз простите, за то, что помешала вашей тренировке, - я кивнула парню и, без стеснения повиснув на огромной руке Камри, потянула последнего в сторону общаги. Завтрак не дремлет. А там уже и пары, пары и еще раз пары …
***
- Все хорошо? - голос Джины, обращенный к принцу, звучал в его излюбленной спокойно-ленивой манере.
Солнце медленно входило в свои права, все больше и больше показываясь из-за горизонта, однако воздух вокруг все еще был приятно прохладным, что приятно радовало герцога, предпочитающего холод жаре.
Стоило бедняге на мгновение отвернуться, как принц Гарри, из всевозможных адептов на плацу, тут же улизнул к Эрике, что уже вызывало невольное беспокойство.
- А, это ты, Джина, - принц рассеянно улыбнулся и запустил пятерню в холотистые кудри.
Юный герцог сглотнул и мысленно содрогнулся от ужаса, что возможно его светлости приглянулась бывшая одноклассница, но тут же отмел этот вариант. Однако, если не в романтическом плане, тогда чем же Эрика смогла заинтересовать принца?
"Не имеет значения. Главное не давать им общаться и дальше, - успокаивал себя Джина. - Не хватало мне с ней проблем, не дай Творец с Гарри случиться что! А тут ещё и ректор лезет, куда не просят, с ним еще предстоит разобраться… ха, как специально что ли, поднял ее имя в разговоре вчера?"
- Кстати, прошу передать мои благодарности леди Кендал за хорошие рекомендации - мастер оказался выше всяких похвал!
Джина поморщился, услышав просьбу будущего монарха.
Увы, но предложение "взять перерыв" в отношениях на год другой, пока юный герцог занят укреплением своей позиции подле его светлости, высокородная подруга восприняла болезненно, о чем свидетельствовали три царапины на шее и одна довольно жаркая прощальная ночь. При том еще, что им все еще приходилось вращаться в общих кругах и видеть друг друга каждый день в столовой и на парах.
Но тем не менее, Джина коротко кивнул. Ага, сейчас прям, бежит и падает передавать послание его светлости к герцогине Джаред!
Медленно к двум одиноким парням стали подтягиваться остальные из их круга: завязалась ленивая беседа. Последние дни все только и говорили что о предстоящих соревнованиях, в которых впервые за все время существование академии Норна было разрешено участвовать первогодкам.
- Не иначе, этот год особенный! Говорю вам, как и пятьдесят лет назад король лично посетит академию в этом году! - думали одни.
- Это хороший знак и никак иначе! - вторили им восторженно другие.
Джина фыркнул в кулак и покосился в сторону задумчиво принца, благополучно пропускающего все мимо ушей. Знали бы все сейчас, кто стоит перед ними, наверняка глаза из орбит бы полезли! Даже та самая пресловутая Эрика десять раз бы подумала, прежде чем подходить к принцу и на пушечный выстрел, что с одной стороны являет собой идеальный выход из ситуации, однако связанный двойным обещанием до поры до времени держать язык за зубами, Джина с прискорбием отмел легчайший вариант.
Юный герцог помрачнел. В прошлый раз он упустил хорошую возможность объясниться и вежливо так попросить девушку держаться подальше от него ближайшие лет семь, однако теперь позволить себе избегать ее он не мог - каким-то образом в их сложные отношения залез коронпринц, которому явно не к чему знать о уж больно сильном сходстве между новым наследником рода Ацуси и его мёртвым оригиналом. А со злости Эрика могла наломать и не таких дров, в порыве мести, так сказать, разболтать все свои бредовые догадки и идеи, что если и не убедит будущего монарха, то точно заставит держаться от герцога Ацуси как можно дальше в виду его сомнительной личности.
Парень просто не знал, что ещё можно ожидать от обиженной семнадцатилетней девушки (благополучно упустив, что ему так же было семнадцать) и юного, никогда не видевшего настоящей жизни принца.
По-хорошему, - размышлял Джина, разглядывая неспешно плывущие в синеве утреннего неба облака, - Эрику следовало бы убрать из академии, но какое-то чувство глубоко внутри не давало ему так легко оборвать странную и хрупкую, но все еще связывающую их нить, что брала свое начало еще со случая шестилетней давности, когда парень впервые рискнул расстроить отца из-за нее. И эта неуместна сентиментальность казалась ему слабостью, которую в сложившейся ситуации юный герцог позволить себе не мог. Не имел права.
Решено, сегодня же они поговорят как нормальные люди и попрощаются навсегда.
***
Стадион, где сейчас тренировались юные маги, переливался всеми цветами радуги и периодически подрагивал от чересчур уж сильных всполохов стихии. Игред со своим милашкой-поклонником скорее всего уже была внутри, оставив меня после плотного завтрака, при мысли о котором я невольно расплылась в довольной улыбке, вспоминая восхитительные пироженки, что нам любезно добыл один из преданных поклонников подруги, на растерзание Мертвяку, что изъявил желание “поговорить”.
“Поговорить, ха, больше смахивало на угрозы!” - сознание все ещё трясло от гнева, с виду же я являла собой воплощение спокойствия, аки бамбук на ветру, огибая пестрые клумбы хризантем и георгин перед стадионом.
В противовес внутреннему состоянию вокруг царил чудесный осенний денёк: ярко сияло солнце, пели птички…
“Нет чтобы извиниться по человечески за то, что превратил мой нос в кровавое месиво другим днём, так он командовать смеет! Этот мертвяк, этот оживший труп...” - разум отказывался успокаиваться, а стадион неминуемо приближался.
В который раз пообещав отомстить я, скрепя сердце, шагнула сквозь купол, пропустив лёгкий разряд стихии даркуса через тело. Магистр роза кивнул в знак приветствия адептам и разбил нас на группы, поручив каждому “широкому” магу выбрать для тренировки одну лишь стихию и, показав витиеватое плетение небольшого снаряда в форме шара, благополучно удалился в неизвестном направлении.
Невзирая на то, что большинство стихий имеют схожую структуру, а это значит что и общие заклинания, лишь с небольшими изменениями, доступны любому стихийному магу, некоторые формы (а заклинания это таки и есть “оформленная” магия) лучше всего получаются только у одного вида. Например узкопрофильный стихийный маг типа саптерра может, при желании, выбрать профессию связанную с сельским хозяйством, используя силы земли для более быстрого выращивания культуры, чего маг типа пайруса едва ли будет в состоянии сделать. Ну, максимум попкорн из семян кукурузы да порцию жаренной картошки, но это уже кулинарное искусство. Так же и узкопрофильный маг типа вентус - левитация явно его конёк, а никак не стихийного мага типа даркус. Однако это не гарантирует, что маг стихии вентуса обязательно должен работать грузчиком, нет - в арсенале подобного узкопрофильного мага полно боевых , бытовы и прочих заклинаний, которые намного более полезны в обороне страны, где даже не каждый десятый рождён с даром. Ну, а для прочей черной работы у нас есть обычные люди, что родились без магии - так я, к примеру, являясь магом из далеко не богатой семьи, все равно никогда не держала в руках поварешку и нож в целях соорудить завтрак или банальную закуску, когда для этого есть жители без способностей.
Конечно, далеко не каждый человек желает родиться с магией, будь то хоть целительная, хоть стихийная, да хоть какая! Увы, но то, что неизведанно , обычно пугает и страшит больше хорошо знакомого зла: поколениями простые люди уничтожали магов подобно чуме, не гнушаясь накладывать руки и на младенцев, и на стариков, чем только делали свою жизнь сложнее. Если они вставали перед выбором, казнить или помиловать мага, либо педофила и насильника, то выбор без промедления и раздумий падал на первого, пусть он хоть жизнью жертвовал ради спасения других. И, как и всегда, объяснение одно: он просто не такой, как мы все.
Однако, не взирая на жёсткий геноцид со стороны обычных людей, маги продолжали рождаться в обычных же семьях, которые либо делали попытки вырастить чадо , строго наказывая последнему не использовать магию и под страхом смерти, либо собственноручно сжигали в печи, топили в реках, хоронили заживо… Одним словом, эта мрачная эпоха нашего мира была заслуженно названа “Тёмной” и с особой тщательностью преподавалась на уроках истории юным магам в специальных школах, как напоминание о глупых поступках их предшественников, что привели к подобному отношению со стороны обычных людей. И, не вмешайся великие расы на подобии гномов и эльфов, посланников соседствующих миров, в ход истории нашего мира, то человечество могло навсегда утратить бесценный магический дар, что привело бы к деформации мироздания, навеки отрезав нас от других вселенных, так как мир лишенный магии стал бы делать попытки поглотить силу своих соседей, став, подобно треснувшему сосуду, токсичным.
Про гномов в эту эпоху сказано крайне мало, (то ли последние не отличались особым красноречием, то ли просто не захотели тратить свои силы напрасно, связываясь с людишками) однако слава и легенды об эльфах по сей день звучат в устах детей, стариков и молодёжи. Тогда то большая часть разумных стран, в составе которых была и Коука, приняли общую религию эльфов об Едином Создателе вселенной, отказавшись от собственных форм поклонения непонятно чему. Маги с тех пор получили ответственную позицию в роли защитников простых людей, сила которых была дарована им Творцом, Кто также создал и простых смертных, а те, в свою очередь, осознав собственную беспомощность перед теми же эльфами да гномами, с радостью приняли новое положение дел, позволив иномирцам устанавливать порядки.
Сейчас даже конституция страны делиться на законы для обычных людей, да на законы специально предназначенные для каждого типа магии и мага в отдельности (тут важно подчеркнуть, что законы для последних намного более суровы, чем для простых смертных, в силу их “ограниченности”).
И пусть со знаменательного, кардинально изменившего ход истории нашего мира события прошло не одно тысячелетие, но простые люди, рождённые в обычных семьях, все еще недолюбливают магов, а в особенности стихийников, так как целители, артефакторы и алхимик уж больно полезные, по сравнению с нами. И никакие эльфы тут не помогут.
Естественно, что великий император пяти союзных стран является магом, как и подавляющее большинство его приближенных, что тоже мало радует простых смертных. Единственное, что все ещё удерживает две оппозиции вместе, так это принесенная эльфами же религия о Едином Творце, что исповедуют и те, и другие.
Одним словом, в стране до сих пор есть волнения, которые обычным насилием со стороны магов едва ли разумно пресечь. Тут нужен более тонких подход…
Попав в одну группу с Ингред, я только и могла что восхищаться её ловкостью и скоростью, с которой подруга плела заклинания, изгибая тонкие пальцы и бормоча что-то себе под нос. Она выбрала стихию акваса, что брызгами расходилась во все стороны. Зелёная форма уже была наполовину влажной, привлекая заинтересованные взгляды парней, что попали в одну группу с нами. Я вздохнула и прервала заклинания огненного шара, что тщетно пыталась сплести вот уже несколько минут, поманив подругу в укромный уголок за деревянными сиденьями. Та, отвлекшись на мгновение, упустила контроль внушительного водяного шара у себя над головой, что поспешил выплеснуться на волосы и без того мокрую форму внушительным потоком влаги.
Чудом успела отвести гневно шипящую Ингред в укромный уголок до того, как она , в совершенно неподобающей для леди ее ранга форме, начала бы отпускать ругательства в мой адрес.
- Пресвятые пельмени, Эрика! Что на тебя нашло?! - она всплеснула руками и с яростью принялась отжимать чёрные, как воронье крыло, волосы, забыв, что является широкопрофельных магом и может просто применить заклинание сушки на основе стихии вентуса.
Это пришлось сделать уже мне.
- Твоя форма… - тут я запнулась, осознав, что до моего благородного порыва она явно была менее влажной и виновато потупила глазки, не рискуя продолжать сбивчивые объяснения.
Зная характер Ингред, смею предположить, что её гнев будет недолгим. В конце концов, мы же действовали из благих побуждений…
“Ага, как же” - хмыкнул мозг, предвкушая гневную тираду.
Но подруга удивила нас обоих: стоило только заклинанию сушки покончить с последними мокрыми сантиметрами на ее зеленой бархатной форме, как она, воровато оглянувшись по сторонам, не смотрит ли сейчас никто, схватила меня за руки и сверкнула серебряным взглядом.
- Ну, Эрика, рассказывай! - даже говоря шёпотом было заметно, как мелодичный голосок подруги подрагивает от нетерпения.
Слегка опешив, я едва ли нашлась с ответом.
- О… О чем рассказывать?
- Как прошёл ваш разговор с Джиной! Он же правда Джина, верно? Он сознался тебе в этом? Почему только тебе?! Я ведь тоже знала его в прошлом, пусть и не так хорошо, как ты, но однажды он даже сказал мне, что… Ой, прости, я слишком забегаю вперёд. - подруга нервно рассмеялась, невольно обратив моё внимание на незавершенное “что”. - Ну, так что же он сказал?
Я фыркнула. Что же мне сказал этот Мертвяк? Хм, думаю, если подруга лучше узнает о гнилой натуре человека, которого в прошлом охотно называла лучшим другом, то это только принесёт пользу её отравленному воспоминаниями детства сознанию. И чем быстрее, тем лучше.
