После заселения в казармы, новобранцев стали по четвертушкам приглашать на медтестирование. Нечего сложного в этой процедуре не было. Человека помещали в специальную капсулу, где ему измеряли разные жизненные показатели и просвечивали тело с помощью УЗИ датчиков. Если нарушений не выявлялось, что призывника признавали годным к службе, если выявляли какие-то проблемы, то направляли на дополнительное исследование.
Такой процедуре я подвергалась уже два раза. Первый раз после достижения двадцатилетия при передаче сведений обо мне в штаб вооруженных сил. Второй раз при прибытии после вызова в Лондон. Поэтому в этот раз шла на исследование спокойно, ранее никаких заболеваний, препятствующих мне служить, выявлено не было. Однако в этот раз после окончания исследования капсула замигала и задребезжала, сообщая всем о том, что во мне есть какая-то проблема. Мне пришлось идти в кабинет, указанный на талончике, заботливо выплюнутом капсулой.
Едва я успела закрыть за собой дверь в кабинет, суровая доктор спросила меня:
— Девственница? — Я кивнула. — Вы претендуете на службу в контактных войсках, ради Вашей психологической защиты придется пройти процедуру дефлорации.
— А? Что? — проблеяла я как дура, плохо соображая о чем речь. Ну то есть до меня не сразу дошло…
— Девственности придется лишиться! — Раздраженно сообщила доктор.
— Я поняла, но зачем?..
— Женщины вовремя драки с противниками могут подвергаться сексуальному насилию. Для любой женщины это стресс, но насилие, сопряженное с дефлорацией, имеет крайне негативные последствия для психики. — Доктор что-то энергично набрала у себя в планшете. — Записываю вас на процедуру, которая состоится через неделю. — Оценив мой испуганный вид, ободрила: — Не переживай, это простая манипуляция, проводится роботом-акушером за две минуты. Твоя задача прийти вовремя и раздвинуть ноги на кресле. — Маленький принтер выдал квадратик с датой и временем. Доктор протянула его мне, предупреждая: — Это тебе для памяти, оповещение твоему старшему по четвертушке и старшему по сотне, чтобы обеспечили посещение, придет по сети. Да не бойся, здесь только указание, что ты записана к врачу, для чего мы не пишем. — Я поднялась со стула.
— Разрешите идти?
— Иди, — как только я развернулась к ней спиной, доктор пробурчала: — Вас таких с каждым призывом до половины. И почему не предупреждают, что девственность нужно терять не с роботом?
Естественно, не успела я дойти до женских казарм, как меня перехватил Герцог с тревогой на лице и вопросом:
— Что случилось? У тебя нашли что-то? Как ты себя чувствуешь? — Волк-тату на его груди выглядел испуганным.
— У меня все в порядке! — Я непринужденно улыбнулась и легонько поцеловала его в выбритую щеку, чтобы никто не заметил. — Если бы было что-то страшное, то меня отстранили бы от подготовки, и ты об этом сразу узнал.
Он расслабленно выдохнул. На тату морда волка расслабилась, а пасть растянулась в радостной улыбке, как это было обычно при наших встречах. И все же я понимала, что Герцогу было интересно почему мне назначили дополнительное исследование.
— Кроме тебя и парня из Дакара все обследования прошли.
— Я тоже прошла, только мне нужно будет еще дообследоваться через неделю.
Его гаджет пикнул, информируя о сообщении. Герцог прочел и сказал:
— Ладно, пойдем на склад получать обмундирование и постельное белье. Сейчас отправлю сообщение в группе. — Быстро набрал в гаджете сообщение, а потом схватил меня за руку и потащил на склад.
Складской служащий быстро выдал Герцогу, как старшему группы двадцать пять комплектов постельного белья и пакетов со средствами индивидуальной гигиены. Причем последние отличались для женщин и мужчин. По мере того, как приходили наши чертвертушники служащий пропускал их выбирать себе одежду по размеру, а затем отмечал, что на данного новобранца все выдано.
Выданная одежда еще не была формой. Как объяснил работник склада, до зачисления в конкретный род войск форма не выдается. Нам выдали по два комплекта нижнего белья, две серых футболки и свободный белый хлопковый костюм: рубаха с капюшоном и штаны. Ко всему этому еще прилагались солнцезащитные очки. Костюм и очки порекомендовали носить первые две недели не снимая.
Герцогу, как старшему группы, выдали аптечку первой медицинской помощи.
Вся эта суета заняла нас до сигнала на обед. Я с Зией и Айшей поспешили отнести вещи в казарму и отправились в столовую. Перед столовой Герцог меня перехватил, взял за руку и повел к стойке раздачи еды, несколько раз спросив, как я себя чувствую.
Когда мы с подносами, опустились рядышком за стол, услышали громкое обсуждение девушек, сидевших за нами.
— Прикинь, у неё капсула сработала на девственность!
— Да ладно! Чё за бред! Это же не болезнь…
— Ей сказали, что требуется дефлорация, для того чтобы не было стресса, если изнасилуют.
— Вот блин!
— Назначили через неделю!
Надо ли говорить, что меня бросило в жар, а Герцог уставился на меня вопросительно. Хорошо, хоть новая футболка полностью закрывала его грудь и на меня не глазела любопытная волчья морда.
Я уткнулась в тарелку, а болтушки не унимались:
— Представляю я того дефлоратора, — протянула последнее слово говорившая. — Старый пень в очках и со старым…
— Фу-у-у, — прервала её подружка.
Я невольно прыснула. К счастью, именно в этот момент к нам подбежали ребята из нашей группы.
— О вот вы где, голубки! — Хохотнул Рейвен, громко стукая подносом о стол.
— Вы видели расписание тренировок? — Спросил Кроу. — Это же обалдеть! С шести утра! — Он приложил ладонь к глазам и покачался из стороны в сторону. Мы погибнем.
— Даже не пытаться! — шикнул Герцог. — Завтра день покажет уровень подготовки каждого. Парни выкладываться по полной! Вы мне все нужны до конца! — Он оглядел всех присутствующих, а на мне остановился с вопросом в глазах.
— Я постараюсь…
— Посмотрим, — сказал он достаточно сухо.
В конце обеда по радиосвязи нам объявили, что сегодня у нас свободный вечер, который можно посвятить личной гигиене и отдыху.
— Пойдем, — шепнул мне Герцог и, подхватив поднос с пустыми тарелками, встал из-за стола.
Естественно, я последовала за ним. Мы обошли почти всю территорию лагеря. Нашли, где находятся тренажерные залы, стадион и беговые дорожки, за стадионом была зеленая зона с качалками под открытым небом, а за ней деревянный забор выстой метра два. Герцог подтянулся на руках и перемахнул через это препятствие. Я, схватившись за край ограды, подпрыгнула и, поджимая ноги, легко перенесла тело на другую сторону. Герцог поймал меня и сразу прижал к забору, впиваясь губами в мои губы.
Сильно, почти грубо, его губы раздвинули мои. Требовательный язык принялся ласкать, вызывая у меня ответную реакцию. Я отозвалась с таким же жаром и страстью, стараясь показать, что в поцелуях я великая мастерица. Не знаю почему мне не хотелось казаться неопытной в глазах Герцога. В какой-то момент почувствовала, что ноги слабеют и пришлось обхватить парня за талию руками, бесстыдно прижимаясь. Он застонал и запустил руки мне под куртку и футболку. Ладони скользнули по спине, перебрались на живот. Боже как нежно! Как восхитительно! Я почувствовала, как внутри, внизу живота сжимается пружинка, а жар растекается по телу, побуждая исследовать его тело. Я запустила руки под футболку Герцогу и ощутила шелковую кожу и ощутила, как по ней побежали мурашки. Переместила одну руку на его живот и нащупала аккуратные кубики. Мне показалось, что Герцог рыкнул и тут же запустил руку мне в штаны, а точнее… между ног.
Это было так неожиданно, что я отпрянула и вырвалась из объятий.
— Ты чего? Я думала!.. А ты!.. — Щеки раскраснелись, глаза наполнились зеленью.
А я смотрел и не мог сказать ни слова. Черт! Мой член сейчас лопнет, а она сорвалась. Еще бы чуть-чуть я хотя бы кончил в штаны… Сейчас, сейчас… Сделал глубокий вдох, надеясь, что она уже смирилась со вторжением в свою святую обитель, и попытался еще раз обнять. Арвин вырывалась и отбежала.
— Думала ты друг! А ты! Ты меня считаешь шалавой подзаборной! Или хочешь, чтобы меня наказали?! — Развернулась и побежала прочь.
Я проследил, как она скрылась за углом, где-то там проход к пищеблоку.
Такого отлупа мне не давала ни одна женщина. Да что она себе возомнила! Я перед ней змейкой вьюсь, а она так опустила мои чувства! Тоже мне штучный товар! От первого глубокого поцелуя потекла, а как впилась в меня губами… Или она просто динамщица?
К черту! Вдохнул. Выдохнул. Осознал, что стою, стиснув зубы и кулаки. А пошла она! Запрет тут у них на секс! Да я перетрахаю тут всех, пусть поймают!
Я развернулся и пошагал вдоль забора в направлении, противоположном тому, где скрылась моя проблема.
Еле сдержалась, чтобы не разреветься, пока добежала до казармы. Хорошо, что в спальне никого не было. Быстро схватила полотенце и средства для мытья и убежала в душевую. К моему удивлению здесь тоже никого не оказалось. Под струями воды я позволили себе разреветься. Главное, оставшись с собой наедине, я не могла объяснить, почему психанула и сбежала. Раскладывая ситуацию по полочкам, получалось, что все что произошло правильно и последовательно. Я познакомилась с красивым (да… она красивый…, слезы из глаз и всхлипы на несколько минут) и харизматичным парнем (всхлипнула несколько раз). Он окружил меня вниманием и заботой, ввел в свою команду (Черт! Он сделал меня частью своей жизни! А я… Снова потекли слёзы). В конце концов, мы взрослые люди и не мог он хотеть со мной за ручку ходить! А как еще можно было реализовать совет тёти Клэр о «сближении» с аристократом? И всё равно ощущение, что прижав меня к забору Герцог сделал что-то не так, не проходило. Какие-то кошки царапали внутри, разрывая еще неосознанные чувства к моему новому... А кто он мне? Друг? Друг бы не потащил искать глухие углы на территории базы. Возлюбленный? Так я еще даже не успела понять, что влюблена в него. Мне нравился он, нравились его прикосновения, внимание, проявления заботы. Мне нравилась в ответ прижиматься к нему, хотелось его погладить, прислониться к щеке (кажется, я разрыдалась в голос).
К счастью в этот момент в душевую набежали девчонки и хорошо, что не из нашей четвертушки. Поднявшийся галдеж, смех и визг вырвали меня из лап самоистязания. Я поспешила домыться и, возвратившись в спальню, завернулась в одеяло и уснула. Даже ужин пропустила.
Проснулась за несколько минут до подъема и в голове все сложилось.
Вчера я повела себя как сопливая кисейная барышня, как будто мы были дома и познакомились на вечере у знакомых.
— Соблаговолите познакомиться: княжна Арвин де Монб, — произносит некий человек во фраке и я приседаю в реверансе полуприкрыв глаза.
— К вашим услугам: герцог Йорк младший, — жесткий белый воротничок в подбородок, длиннополый сюртук и набреналиненые вихры. Грациозный поклон и небрежно протянутая рука, слегка прихватившая меня за локоток…
Видела я такие представления в каком-то бесконечном ситкоме, якобы восстановленном по событиям 19 века (ха-ха, за тысячу двести лет до настоящего времени).
Наверное, я пересмотрела этой чепухи. Тогда барышни не служили в армии и не бегали марш-броски в копании незнакомых кавалеров. Сейчас все жестче и быстрее. Ведь возможно нас уже сегодня распределят по разным четвертушкам, а потом и вовсе пошлют в разные войска.
Теперь на душе царапали кошки за то, что убежала вчера от Герцога. А ведь он такой!.. Красивый… Такой… К горлу подкатил ком, в груди болезненно сжалось. Только не зарыдать. Не зарыдать!
Хвала подъему! Сегодня он прозвучал как нельзя вовремя.
Утро показалось хмурым, не смотря на жаркое солнце. Герцог игнорировал меня. Вернее, относился ко мне как к остальным, а я ощутила холодную пустоту вокруг.
Что ж буду тоже игнорить его. Я даже на построении встала к концу шеренги, рядом с Зией, а не как обычно между старшим четвертушки и Рейвеном. Но старший тут же расставил всех по росту и я оказалась между Медведем и Кроу, то есть шестой от начала.
— Сегодня нам предстоит марш-бросок по полигону. В детали меня не посвящали, но по доступной информации известно, что будут следить за уровнем физической подготовки каждого новобранца и его умении работать в команде. Поэтому постараемся проходить со средней скоростью и помогать в прохождении своим. Чем меньше народу от нас сегодня переведут, тем больше шансов нам устоять как команде, — объявил Герцог после построения.
— Предлагаешь равняться на слабых? А смысл? — спросил парень, имени которого я не знала, он был из присоединенных к нашей группе. — Я покажу хорошие показатели и меня переведут в группу с равными со мной по физической подготовке.
— Препятствия будут разные. Не только бег или плавание. Да и потом уверен ли ты, что задрав сегодня планку своих возможностей, сможешь завтра пройти препятствие с сильнейшими?
А меня даже не удивило, что прогноз Герцога на день сбылся.
Нам объявили, что за каждый вид испытания будут начисляться баллы как индивидуально, так и за работу в команде. Каждой четвертушке выдали свой маршрут, чтобы сорок групп максимально не мешали друг другу, и объявили старт.
Мы бежали по песку и по болоту, перебирались через искусственные заграждения, преодолевали по веревкам стены и скалы, переходили по канатным дорогам. И всюду за нами следовала стайка дронов, фиксируя каждый шаг и движение.
Если в беге по пересеченной местности мне едва удавалось держаться в середине группы, то когда началось преодоление стен и скал, я была лучшей даже в полсилы! Я первая, цепляясь за щели и выступы, взобралась по пятиметровой стене из бруса и с верха сбросила закрепленные веревки. По ним смогли относительно легко подняться только Герцог, Рейвен, Медвежонок и Белиз со своими ребятами. Айша, Зия, Кроу, Олвин и двое парней, имен которых я не знала, забрались при помощи страховки моей и ребят, а оставшихся пришлось поднимать чуть ли ни на себе. И если шестеро ребят — друзей Герцога, хоть и делали это впервые, но хотя бы имели физическую подготовку, позволяющую подтягиваться и перебирать ногами, то двух парней пришлось поднимать на тросе. Одним из поднятых оказался парень, не соглашавшийся с Герцогом идти в среднем темпе.
С переходами по веревочным и канатным мостам группа справилась даже с опережение времени. А после вертикальной стенки, скалы показались пологими и на них все забрались без посторонней помощи.
Снова бег, только в сторону базы, который завершился заплывом в стометровом бассейне.
По результатам сегодняшнего марафона я получила свои первые семьдесят баллов и была собой страшно горда: пятьдесят за личные успехи и двадцать за работу в команде. Больше меня получил только Герцог, но у него, как у старшего был другой счет.
Возбужденные и проголодавшиеся мы ввалились в столовую, где получили увеличенные порции.
После обеда нам разослали результаты проверочного марша и оказалось, что наша группа пришла восьмой. Зато наш разрыв от остальных был в два раза и больше. Многим группам снизили оценки как раз из-за плохой командной работы.
После обеда мы продолжили зарабатывать баллы: демонстрировали умение обращаться с огнестрельным оружием и владение рукопашным боем.
Такой процедуре я подвергалась уже два раза. Первый раз после достижения двадцатилетия при передаче сведений обо мне в штаб вооруженных сил. Второй раз при прибытии после вызова в Лондон. Поэтому в этот раз шла на исследование спокойно, ранее никаких заболеваний, препятствующих мне служить, выявлено не было. Однако в этот раз после окончания исследования капсула замигала и задребезжала, сообщая всем о том, что во мне есть какая-то проблема. Мне пришлось идти в кабинет, указанный на талончике, заботливо выплюнутом капсулой.
Едва я успела закрыть за собой дверь в кабинет, суровая доктор спросила меня:
— Девственница? — Я кивнула. — Вы претендуете на службу в контактных войсках, ради Вашей психологической защиты придется пройти процедуру дефлорации.
— А? Что? — проблеяла я как дура, плохо соображая о чем речь. Ну то есть до меня не сразу дошло…
— Девственности придется лишиться! — Раздраженно сообщила доктор.
— Я поняла, но зачем?..
— Женщины вовремя драки с противниками могут подвергаться сексуальному насилию. Для любой женщины это стресс, но насилие, сопряженное с дефлорацией, имеет крайне негативные последствия для психики. — Доктор что-то энергично набрала у себя в планшете. — Записываю вас на процедуру, которая состоится через неделю. — Оценив мой испуганный вид, ободрила: — Не переживай, это простая манипуляция, проводится роботом-акушером за две минуты. Твоя задача прийти вовремя и раздвинуть ноги на кресле. — Маленький принтер выдал квадратик с датой и временем. Доктор протянула его мне, предупреждая: — Это тебе для памяти, оповещение твоему старшему по четвертушке и старшему по сотне, чтобы обеспечили посещение, придет по сети. Да не бойся, здесь только указание, что ты записана к врачу, для чего мы не пишем. — Я поднялась со стула.
— Разрешите идти?
— Иди, — как только я развернулась к ней спиной, доктор пробурчала: — Вас таких с каждым призывом до половины. И почему не предупреждают, что девственность нужно терять не с роботом?
Естественно, не успела я дойти до женских казарм, как меня перехватил Герцог с тревогой на лице и вопросом:
— Что случилось? У тебя нашли что-то? Как ты себя чувствуешь? — Волк-тату на его груди выглядел испуганным.
— У меня все в порядке! — Я непринужденно улыбнулась и легонько поцеловала его в выбритую щеку, чтобы никто не заметил. — Если бы было что-то страшное, то меня отстранили бы от подготовки, и ты об этом сразу узнал.
Он расслабленно выдохнул. На тату морда волка расслабилась, а пасть растянулась в радостной улыбке, как это было обычно при наших встречах. И все же я понимала, что Герцогу было интересно почему мне назначили дополнительное исследование.
— Кроме тебя и парня из Дакара все обследования прошли.
— Я тоже прошла, только мне нужно будет еще дообследоваться через неделю.
Его гаджет пикнул, информируя о сообщении. Герцог прочел и сказал:
— Ладно, пойдем на склад получать обмундирование и постельное белье. Сейчас отправлю сообщение в группе. — Быстро набрал в гаджете сообщение, а потом схватил меня за руку и потащил на склад.
Складской служащий быстро выдал Герцогу, как старшему группы двадцать пять комплектов постельного белья и пакетов со средствами индивидуальной гигиены. Причем последние отличались для женщин и мужчин. По мере того, как приходили наши чертвертушники служащий пропускал их выбирать себе одежду по размеру, а затем отмечал, что на данного новобранца все выдано.
Выданная одежда еще не была формой. Как объяснил работник склада, до зачисления в конкретный род войск форма не выдается. Нам выдали по два комплекта нижнего белья, две серых футболки и свободный белый хлопковый костюм: рубаха с капюшоном и штаны. Ко всему этому еще прилагались солнцезащитные очки. Костюм и очки порекомендовали носить первые две недели не снимая.
Прода от 12.09.2021, 12:49
Герцогу, как старшему группы, выдали аптечку первой медицинской помощи.
Вся эта суета заняла нас до сигнала на обед. Я с Зией и Айшей поспешили отнести вещи в казарму и отправились в столовую. Перед столовой Герцог меня перехватил, взял за руку и повел к стойке раздачи еды, несколько раз спросив, как я себя чувствую.
Когда мы с подносами, опустились рядышком за стол, услышали громкое обсуждение девушек, сидевших за нами.
— Прикинь, у неё капсула сработала на девственность!
— Да ладно! Чё за бред! Это же не болезнь…
— Ей сказали, что требуется дефлорация, для того чтобы не было стресса, если изнасилуют.
— Вот блин!
— Назначили через неделю!
Надо ли говорить, что меня бросило в жар, а Герцог уставился на меня вопросительно. Хорошо, хоть новая футболка полностью закрывала его грудь и на меня не глазела любопытная волчья морда.
Я уткнулась в тарелку, а болтушки не унимались:
— Представляю я того дефлоратора, — протянула последнее слово говорившая. — Старый пень в очках и со старым…
— Фу-у-у, — прервала её подружка.
Я невольно прыснула. К счастью, именно в этот момент к нам подбежали ребята из нашей группы.
— О вот вы где, голубки! — Хохотнул Рейвен, громко стукая подносом о стол.
— Вы видели расписание тренировок? — Спросил Кроу. — Это же обалдеть! С шести утра! — Он приложил ладонь к глазам и покачался из стороны в сторону. Мы погибнем.
— Даже не пытаться! — шикнул Герцог. — Завтра день покажет уровень подготовки каждого. Парни выкладываться по полной! Вы мне все нужны до конца! — Он оглядел всех присутствующих, а на мне остановился с вопросом в глазах.
— Я постараюсь…
— Посмотрим, — сказал он достаточно сухо.
В конце обеда по радиосвязи нам объявили, что сегодня у нас свободный вечер, который можно посвятить личной гигиене и отдыху.
— Пойдем, — шепнул мне Герцог и, подхватив поднос с пустыми тарелками, встал из-за стола.
Естественно, я последовала за ним. Мы обошли почти всю территорию лагеря. Нашли, где находятся тренажерные залы, стадион и беговые дорожки, за стадионом была зеленая зона с качалками под открытым небом, а за ней деревянный забор выстой метра два. Герцог подтянулся на руках и перемахнул через это препятствие. Я, схватившись за край ограды, подпрыгнула и, поджимая ноги, легко перенесла тело на другую сторону. Герцог поймал меня и сразу прижал к забору, впиваясь губами в мои губы.
Сильно, почти грубо, его губы раздвинули мои. Требовательный язык принялся ласкать, вызывая у меня ответную реакцию. Я отозвалась с таким же жаром и страстью, стараясь показать, что в поцелуях я великая мастерица. Не знаю почему мне не хотелось казаться неопытной в глазах Герцога. В какой-то момент почувствовала, что ноги слабеют и пришлось обхватить парня за талию руками, бесстыдно прижимаясь. Он застонал и запустил руки мне под куртку и футболку. Ладони скользнули по спине, перебрались на живот. Боже как нежно! Как восхитительно! Я почувствовала, как внутри, внизу живота сжимается пружинка, а жар растекается по телу, побуждая исследовать его тело. Я запустила руки под футболку Герцогу и ощутила шелковую кожу и ощутила, как по ней побежали мурашки. Переместила одну руку на его живот и нащупала аккуратные кубики. Мне показалось, что Герцог рыкнул и тут же запустил руку мне в штаны, а точнее… между ног.
Это было так неожиданно, что я отпрянула и вырвалась из объятий.
***
— Ты чего? Я думала!.. А ты!.. — Щеки раскраснелись, глаза наполнились зеленью.
А я смотрел и не мог сказать ни слова. Черт! Мой член сейчас лопнет, а она сорвалась. Еще бы чуть-чуть я хотя бы кончил в штаны… Сейчас, сейчас… Сделал глубокий вдох, надеясь, что она уже смирилась со вторжением в свою святую обитель, и попытался еще раз обнять. Арвин вырывалась и отбежала.
— Думала ты друг! А ты! Ты меня считаешь шалавой подзаборной! Или хочешь, чтобы меня наказали?! — Развернулась и побежала прочь.
Я проследил, как она скрылась за углом, где-то там проход к пищеблоку.
Такого отлупа мне не давала ни одна женщина. Да что она себе возомнила! Я перед ней змейкой вьюсь, а она так опустила мои чувства! Тоже мне штучный товар! От первого глубокого поцелуя потекла, а как впилась в меня губами… Или она просто динамщица?
К черту! Вдохнул. Выдохнул. Осознал, что стою, стиснув зубы и кулаки. А пошла она! Запрет тут у них на секс! Да я перетрахаю тут всех, пусть поймают!
Я развернулся и пошагал вдоль забора в направлении, противоположном тому, где скрылась моя проблема.
Глава 5
Еле сдержалась, чтобы не разреветься, пока добежала до казармы. Хорошо, что в спальне никого не было. Быстро схватила полотенце и средства для мытья и убежала в душевую. К моему удивлению здесь тоже никого не оказалось. Под струями воды я позволили себе разреветься. Главное, оставшись с собой наедине, я не могла объяснить, почему психанула и сбежала. Раскладывая ситуацию по полочкам, получалось, что все что произошло правильно и последовательно. Я познакомилась с красивым (да… она красивый…, слезы из глаз и всхлипы на несколько минут) и харизматичным парнем (всхлипнула несколько раз). Он окружил меня вниманием и заботой, ввел в свою команду (Черт! Он сделал меня частью своей жизни! А я… Снова потекли слёзы). В конце концов, мы взрослые люди и не мог он хотеть со мной за ручку ходить! А как еще можно было реализовать совет тёти Клэр о «сближении» с аристократом? И всё равно ощущение, что прижав меня к забору Герцог сделал что-то не так, не проходило. Какие-то кошки царапали внутри, разрывая еще неосознанные чувства к моему новому... А кто он мне? Друг? Друг бы не потащил искать глухие углы на территории базы. Возлюбленный? Так я еще даже не успела понять, что влюблена в него. Мне нравился он, нравились его прикосновения, внимание, проявления заботы. Мне нравилась в ответ прижиматься к нему, хотелось его погладить, прислониться к щеке (кажется, я разрыдалась в голос).
К счастью в этот момент в душевую набежали девчонки и хорошо, что не из нашей четвертушки. Поднявшийся галдеж, смех и визг вырвали меня из лап самоистязания. Я поспешила домыться и, возвратившись в спальню, завернулась в одеяло и уснула. Даже ужин пропустила.
Проснулась за несколько минут до подъема и в голове все сложилось.
Вчера я повела себя как сопливая кисейная барышня, как будто мы были дома и познакомились на вечере у знакомых.
— Соблаговолите познакомиться: княжна Арвин де Монб, — произносит некий человек во фраке и я приседаю в реверансе полуприкрыв глаза.
— К вашим услугам: герцог Йорк младший, — жесткий белый воротничок в подбородок, длиннополый сюртук и набреналиненые вихры. Грациозный поклон и небрежно протянутая рука, слегка прихватившая меня за локоток…
Видела я такие представления в каком-то бесконечном ситкоме, якобы восстановленном по событиям 19 века (ха-ха, за тысячу двести лет до настоящего времени).
Наверное, я пересмотрела этой чепухи. Тогда барышни не служили в армии и не бегали марш-броски в копании незнакомых кавалеров. Сейчас все жестче и быстрее. Ведь возможно нас уже сегодня распределят по разным четвертушкам, а потом и вовсе пошлют в разные войска.
Теперь на душе царапали кошки за то, что убежала вчера от Герцога. А ведь он такой!.. Красивый… Такой… К горлу подкатил ком, в груди болезненно сжалось. Только не зарыдать. Не зарыдать!
Хвала подъему! Сегодня он прозвучал как нельзя вовремя.
Утро показалось хмурым, не смотря на жаркое солнце. Герцог игнорировал меня. Вернее, относился ко мне как к остальным, а я ощутила холодную пустоту вокруг.
Что ж буду тоже игнорить его. Я даже на построении встала к концу шеренги, рядом с Зией, а не как обычно между старшим четвертушки и Рейвеном. Но старший тут же расставил всех по росту и я оказалась между Медведем и Кроу, то есть шестой от начала.
— Сегодня нам предстоит марш-бросок по полигону. В детали меня не посвящали, но по доступной информации известно, что будут следить за уровнем физической подготовки каждого новобранца и его умении работать в команде. Поэтому постараемся проходить со средней скоростью и помогать в прохождении своим. Чем меньше народу от нас сегодня переведут, тем больше шансов нам устоять как команде, — объявил Герцог после построения.
— Предлагаешь равняться на слабых? А смысл? — спросил парень, имени которого я не знала, он был из присоединенных к нашей группе. — Я покажу хорошие показатели и меня переведут в группу с равными со мной по физической подготовке.
— Препятствия будут разные. Не только бег или плавание. Да и потом уверен ли ты, что задрав сегодня планку своих возможностей, сможешь завтра пройти препятствие с сильнейшими?
А меня даже не удивило, что прогноз Герцога на день сбылся.
Нам объявили, что за каждый вид испытания будут начисляться баллы как индивидуально, так и за работу в команде. Каждой четвертушке выдали свой маршрут, чтобы сорок групп максимально не мешали друг другу, и объявили старт.
Мы бежали по песку и по болоту, перебирались через искусственные заграждения, преодолевали по веревкам стены и скалы, переходили по канатным дорогам. И всюду за нами следовала стайка дронов, фиксируя каждый шаг и движение.
Если в беге по пересеченной местности мне едва удавалось держаться в середине группы, то когда началось преодоление стен и скал, я была лучшей даже в полсилы! Я первая, цепляясь за щели и выступы, взобралась по пятиметровой стене из бруса и с верха сбросила закрепленные веревки. По ним смогли относительно легко подняться только Герцог, Рейвен, Медвежонок и Белиз со своими ребятами. Айша, Зия, Кроу, Олвин и двое парней, имен которых я не знала, забрались при помощи страховки моей и ребят, а оставшихся пришлось поднимать чуть ли ни на себе. И если шестеро ребят — друзей Герцога, хоть и делали это впервые, но хотя бы имели физическую подготовку, позволяющую подтягиваться и перебирать ногами, то двух парней пришлось поднимать на тросе. Одним из поднятых оказался парень, не соглашавшийся с Герцогом идти в среднем темпе.
С переходами по веревочным и канатным мостам группа справилась даже с опережение времени. А после вертикальной стенки, скалы показались пологими и на них все забрались без посторонней помощи.
Снова бег, только в сторону базы, который завершился заплывом в стометровом бассейне.
По результатам сегодняшнего марафона я получила свои первые семьдесят баллов и была собой страшно горда: пятьдесят за личные успехи и двадцать за работу в команде. Больше меня получил только Герцог, но у него, как у старшего был другой счет.
Возбужденные и проголодавшиеся мы ввалились в столовую, где получили увеличенные порции.
После обеда нам разослали результаты проверочного марша и оказалось, что наша группа пришла восьмой. Зато наш разрыв от остальных был в два раза и больше. Многим группам снизили оценки как раз из-за плохой командной работы.
После обеда мы продолжили зарабатывать баллы: демонстрировали умение обращаться с огнестрельным оружием и владение рукопашным боем.
