Да ещё он с Верховным Советом схлестнулся. Но это он правильно делает – там одни коммуняки и сторонники совка засели. Если они победят – опять всё по талонам будет, и кооперативы запретят.
Мария слушала, разинув рот, и совсем забыла про чай, а Андрей с хладнокровием беспристрастного исследователя продолжал расспрашивать.
- То есть вы считаете, что за последние годы жизнь стала лучше?
- За всех не скажу, но у нас – да, - ответил Михаил.
- Но ведь тебя сократили в НИИ?
- Там не было перспектив. Ну чего бы я там достиг? Через пять лет – инженер первой категории, через десять – начальник сектора, через двадцать – начальник отдела, если повезёт. Но для этого надо было вступит в партию. Вся жизнь расписана на много лет вперёд, и от меня ничего не зависело.
- А как же профессиональная деятельность?
- Её тоже было немного. Бывало, целыми днями книжки читал. У меня вообще иногда было ощущение, что нас там собрали для того, чтобы по улицам не шатались, да ещё зарплату платили.
- А здесь? – Андрей показал на мини-пекарню в соседней комнате.
- А здесь я сам себе хозяин! – гордо заявил Михаил. – Здесь всё от меня зависит. Ну мне пора ехать, булки сами себя не продадут. Если вам так интересно поговорить на эту тему, то могу дать телефон своего бывшего начальника отдела. Он любит об этом порассуждать.
- Ты поехал? – спросила мужа Света. – А если они снова придут?
- Скажи – тогда мы пойдём в милицию.
Когда Михаил ушёл, Мария спросила:
- Кто снова придёт?
- Бандиты, - коротко ответила Света.
- Какие бандиты?!
- Обычные. Говорят – мы должны им платить за то, что работаем на их территории.
- Это называется «рэкет», - вспомнил Андрей. – Нам об этом на лекциях рассказывали.
- И что ты будешь делать? – испуганно спросила Мария у Светы.
- Что-нибудь придумаем. Мы не одни такие.
2
Предварительно созвонившись, разведчики во времени отправились в гости. Бывший начальник Михаила жил на окраине Москвы в типовой многоэтажке.
- Проходите, молодые люди. Значит, вы от Михаила? Чем он сейчас занимается?
- Он хозяин мини-пекарни, - объяснила Мария.
- Да, это далековато от интерференции в тонких плёнках, которой он занимался у нас в отделе. Меня зовут Олег Борисович, а вас?
Разведчики во времени представились.
- А вы на пенсии? – поинтересовался Андрей.
- Можно и так сказать, - ответил Олег Борисович. – Если ту сумму, которую мне ежемесячно выплачивает государство, можно назвать пенсией. Я бы, конечно, с удовольствием работал бы и дальше, но это больше никому не нужно, да и негде.
- А на старом месте?
- Старого места больше нет. Оборудование уничтожено, а помещение арендует какая-то фирма, занимающаяся оптовой торговлей сантехникой. Я даже как-то заходил туда – сантехника у них хорошая, они мне всё же продали один комплект. Итак, что вас интересует?
- Мы пытаемся понять… - неуверенно начал Андрей, а Мария продолжила. - …почему всё развалилось? Ну, почему закрылось ваше предприятие, и вообще…
- Так чего тут понимать? – усмехнулся бывший начальник отдела. – Наше здание стоит почти в центре Москвы. Выгоднее его сдавать в аренду коммерсантам, чем заниматься какой-то там наукой. У науки главный заказчик – государство, а его сейчас фактически нет.
- Как вы думаете, почему такое случилось? – Мария задала ему вопрос, а сама подумала – не слишком ли нелепо это выглядит со стороны? Но Олег Борисович не смутился и охотно ответил.
- Потому что государство лишилось своей идеологической основы, стержня, на котором всё держалось. Это я про шестую статью Конституции. Если вы смотрите телевизор, то знаете о противостоянии президента и Верховного Совета. Верховный Совет отстаивает остатки советской конституции, а Ельцин хочет всю власть подгрести под себя. То есть разрушение государства продолжается. Это всё звенья одной цепи – запрет КПСС, парад суверенитетов, нынешний кризис. Будете чай? Тогда пойдёмте на кухню.
- Но с чего всё началось? – спросил Андрей, усаживаясь за кухонный стол.
- Я могу назвать вам точную дату, - ответил Олег Борисович. – Это 26 мая 1988 года, когда был принят закон о кооперации. Ко мне тогда зашёл один мой знакомый, и я ему так и сказал – Советский Союз сегодня закончился. У меня была бутылка хорошего коньяка, и мы выпили её за упокой.
- А как это могло повлиять на весь Советский Союз? Ведь закон предусматривает только возможность мелкого бизнеса.
- Да очень просто! Прокололи маленькую дырочку в экономике страны, и через неё вытекли все финансы. Как известно, деньги идут туда, где выгоднее. Вот они и пошли в торговлю через счета кооперативов и дальнейшие схемы обналичивания. А предприятия просто прекратили работу, потому что остались без оборотных средств.
Мария задумчиво вертела в руках чашку с весёлым рисунком.
- То есть вы считаете, что если бы тогда не приняли этот закон, распада Советского Союза можно было бы избежать?
- Видите ли… - тоже задумался Олег Борисович. – Тут не может быть простых ответов и решений. Конечно же, в экономике были определённые диспропорции. Вот, например, в 79-м была очень суровая зима, и у нас на работе в части помещений разморозилась система отопления. Надо было менять трубы и запорную арматуру. А у нас в то время шла оборонная тема, там можно было сделать интересные вещи, и их в конце концов сделали. Но тогда в первую очередь надо было сделать отопление. И вы представляете – всё упёрлось в какие-то несчастные запорные вентили – их нигде не было! То есть мы могли запустить спутник в космос, но преодолеть дефицит простейших вещей… Кончилось тем, что созвонились со смежниками в Новосибирске, они где-то у себя нашли эти вентили, мы послали туда нашего сотрудника, и он их привёз на самолёте. Не просто так, конечно – пришлось им туда передать дефицитные радиодетали. Вы понимаете, это же ненормально!
- А как же система государственного планирования?
- Всё запланировать невозможно. Вот те же морозы 79-го года не запланировали. Но полный отказ от государственного планирования – это глупость. Должно быть какое-то компромиссное решение, а не метание из крайности в крайность. Сейчас полагаются на невидимую руку рынка, но я надеюсь, что к планированию хотя бы основных показателей экономики ещё вернутся.
- И всё же – почему, по вашему мнению, распался Советский Союз? Неужели из-за дефицита водопроводных вентилей?
- Если вы имеете в виду отделение союзных республик, то это совсем другой вопрос. Понимаете, есть государство-образующие нации. Русская нация к ним относится. У русских государственные интересы на первом месте, у них имперское мышление, если хотите. А у других не всегда так. Например, у евреев национальное превалирует над государственным. Нет, я не имею против них ничего плохого, но вот такая особенность у них присутствует. Что-то подобное есть и у прибалтов, так сказать – хуторское мышление. Но из идеологических соображений их продолжали кормить.
- Почему же Советский Союз пережил войну, а перестройку пережить не смог? – продолжал расспросы Андрей. У Олега Борисовича был готов ответ и на этот вопрос.
- В то время устройство государства было существенно проще, чем в те же 60-е годы. Например, Серго Орджоникидзе как нарком тяжёлой промышленности лично знал не только всех директоров заводов, но и начальников цехов, и даже многих мастеров. В 60-е это уже было невозможно, нужна была другая система управления. То есть объект управления изменился, усложнился, а система управления осталась прежней. Отсюда и проистекают реформы Косыгина, идеи хозрасчёта и прочее. Вы же, наверное, слышали про идею академика Глушкова, не Глушко, а Глушкова, о создании общегосударственной автоматизированной системы управления, ОГАС. Но это всё спустили на тормозах. Ещё чай будете?
3
На обратном пути Андрей задумчиво молчал, но потом признался:
- У меня от обилия информации и мыслей этого дядьки просто мозги закипели. Оказывается, об этом думали уже в наше время, ведь реформы Косыгина – это 65-й год. То есть серьёзность этих вопросов на высшем уровне понимали уже тогда.
- Ну конечно же – это всё очень важно, - согласилась Мария. – Почему, по-твоему, этим занимается Арнольд Оскарович – представитель ЦК?
- Надо купить сегодняшние газеты, - спохватился Андрей.
- А телевизора тебе мало? – удивилась Мария. Андрей засмеялся.
- Чего смешного-то? – обиделась Мария.
- Анекдот вспомнил, недавно в какой-то газете прочитал, - объяснил Андрей. – Встречаются два еврея. Один спрашивает: «Абрам, ты газету «Правда» выписываешь?» Второй отвечает: «А зачем? У меня телевизор есть» «А зад ты телевизором вытирать будешь?»
- Смешно, - деликатно улыбнулась Мария. – Тут туалетная бумага в каждой палатке продаётся, газета не нужна. Кстати, вон газетный киоск.
Пока Андрей набирал свежую прессу, Мария лениво смотрела по сторонам. И тут её взгляд скользнул по витрине киоска и споткнулся о знакомые слова: «Арнольд», и строкой ниже – «Оскар…». Арнольд Оскарович! А он как здесь оказался?! Оттолкнув Андрея, она наклонилась к окошку киоска.
- Покажите мне вон тот журнал! Нет, вот этот, правее!
- Ты чего толкаешься?! – возмутился Андрей, но Мария не обратила на него внимания. Она жадно разглядывала журнал. Вот и это место на задней обложке: «…Арнольд Шварценеггер сыграл роль Терминатора. Фильм «Терминатор 2, Судный день» в 1992 году получил четыре Оскара…»
- Спасибо! – она вернула журнал киоскёрше.
- Чего ты там увидела? – поинтересовался Андрей, отойдя от киоска.
- Как зовут представителя ЦК при нашей части? – вопросом ответила Мария.
- Ты что, забыла уже? Арнольд Оскарович.
- А по-настоящему? – спросила Мария, и, не дождавшись ответа, сказала. – Надо найти кассету с фильмом «Терминатор-2»!
- А чего искать? Вон продаётся, - Андрей показал на палатку, где над витриной с пивом были полки со стопками видеокассет. Мария подскочила к окошку.
- «Терминатор-2» есть? Давайте!
Вернувшись, она сразу же направилась в дом.
- Можно включить? – показав на видеомагнитофон, спросила она у Светы, и, не дожидаясь ответа, засунула кассету.
- Это вы купили? – взглянув на коробку от кассеты, спросила Света. – Ну и зря, у нас уже есть.
Мария ничего не ответила, только не отрываясь смотрела в телевизор. Поставив на паузу тот момент, где Арнольд Шварценеггер в образе Терминатора появляется в прошлом, она спросила у Андрея:
- Тебе это ничего не напоминает?
Андрей молча глядел на экран. Не дождавшись ответа, Мария снова включила воспроизведение, и дальше смотрела фильм, не проронив ни звука. И только когда на экране появились титры, она задумчиво произнесла:
- Так вот откуда он всё это взял! Нет судьбы, будущее не предопределено! И теперь мне понятно, почему у него такое необычное имя.
- Ты про что говоришь? – поинтересовалась Света.
- Да так, нашего общего с Андреем знакомого вспомнила. На этого Терминатора чем-то похож, - объяснила Мария. – А первая серия есть?
Взяв у Светы кассету, она снова почти на два часа приникла к телевизору.
Вернулся Михаил.
- Ну как, с Олегом Борисовичем встречались?
- Да, очень интересный дядька, - ответил Андрей, Мария промолчала.
4
На следующее утро Мария всё никак не могла успокоиться.
- Откуда этот американец, как его?...
- Джеймс Кэмерон, - подсказал Андрей.
- Откуда он знает подробности перемещения во времени?
- Американцы тоже работают в этом направлении, - предположил Андрей. – И вообще, как выясняется, многие их разработки основаны на советских первоисточниках. Вот, например, в войне 1991 года в Персидском заливе они использовали самолёты, невидимые для радаров. Они назвали это «стелс-технология», но на самом деле это сделано по книжке нашего учёного Уфимцева. Книжка вышла в 1962 году, и наша разведка подсунула её американцам, мне об этой операции рассказывал отец.
- Но ведь это дало американцам техническое преимущество? – возмутилась Мария.
- Не совсем, - возразил Андрей. – Как выяснилось, самолёт, выполненный по стелс-технологии, летает чуть лучше утюга. Отец рассказывал, что те, кто подсунул это американцам, потом получили награды
- А может, кто-то из наших слил американцам и мой отчёт? – продолжала гадать Мария. – Но Арнольд Оскарович, или как его по-настоящему зовут… Это же именно его идея – узнав будущее, попытаться изменить его. Так сказать – задним числом.
- Была ещё одна идея, - сказал Андрей.
- Ещё одна? И какая же?
- Он считает, что всё зависит от руководителей страны. То есть не так – это все так считают, а он, наоборот, в этом сомневается. Вот он и решил проверить – может ли отдельно взятый человек повлиять на исторические процессы? То есть саму идею высказал Алексей Ковалёв, старший лейтенант, а Арнольд Оскарович за неё ухватился.
- И что за идея?
- Поместить одного и того же человека в разные исторические условия, и проверить, изменятся ли эти условия. Или же, наоборот, изменится поведение самого человека в соответствии с этими условиями.
- Погоди, так речь идёт обо мне? – вдруг сообразила Мария.
- Этот эксперимент задумывался многоплановым, - уклонился от прямого ответа Андрей. – С одной стороны – уточнение знаний о будущем страны с целью возможной коррекции принимаемых на самом верху решений. Другой аспект – проверка именно этой теории: что изменится – окружающая среда или сам человек?
- То есть я всё-таки подопытная крыса? – голос у Марии звенел от возмущения. – Ну и какие результаты получились в первом опыте?
- Я читал комментарии к твоему отчёту о первом перемещении во времени, - Андрей говорил с такими академическими интонациями, как будто сдавал курсовую работу. – Там анализировался твой психологический портрет до перемещения, и потом сравнивался с твоим поведением там, в 43-м. Ты характеризовалась как общительная, решительная, инициативная. Ты ведь освобождённый секретарь комсомольской организации. И когда в 43-м ты стала командиром зенитного орудия, эти твои качества очень пригодились.
- И что это значит? – недовольно спросила Мария.
- В отчёте делался вывод, что твои личные качества были востребованы временем в соответствии со спецификой.
- Ну хорошо, а сейчас, в 93-м, чем я должна командовать? Зенитных орудий тут нет, комсомол и коммунистическую партию разогнали. Ну?!
- Я не могу сказать, - потупился Андрей. – Но ведь эксперимент ещё не окончился.
- Ну хорошо – вот стану я каким-нибудь бизнесменом, буду торговать шматьём на рынке. И какой вывод из этого сможет сделать Арнольд Оскарович, или как его там?!
- Вывод очень простой – исторические предпосылки первичны, человеческие качества вторичны. Если есть исторические предпосылки – то найдётся и личность, нет исторических предпосылок – личность будет заниматься чем-нибудь другим.
- А как-то попроще объяснить сможешь? – недовольным тоном попросила Мария.
- Попробую, - кивнул Андрей. – Если бы история зависела от личности – ты бы сейчас создала комсомольскую организацию и возглавила её. Если появление личности зависит от исторических предпосылок – то ты не востребована, а сейчас на виду какой-нибудь жулик-бизнесмен, условно назовём его Борис Абрамович. То есть подтверждается тезис марксистко-ленинской теории о роли личности в истории.
- Ну раз я не востребована, то пусть твой Борис Абрамович историю и делает! – обиделась Мария. – Стоило весь этот огород городить, достаточно было бы прочитать учебник марксизма-ленинизма!
Мария слушала, разинув рот, и совсем забыла про чай, а Андрей с хладнокровием беспристрастного исследователя продолжал расспрашивать.
- То есть вы считаете, что за последние годы жизнь стала лучше?
- За всех не скажу, но у нас – да, - ответил Михаил.
- Но ведь тебя сократили в НИИ?
- Там не было перспектив. Ну чего бы я там достиг? Через пять лет – инженер первой категории, через десять – начальник сектора, через двадцать – начальник отдела, если повезёт. Но для этого надо было вступит в партию. Вся жизнь расписана на много лет вперёд, и от меня ничего не зависело.
- А как же профессиональная деятельность?
- Её тоже было немного. Бывало, целыми днями книжки читал. У меня вообще иногда было ощущение, что нас там собрали для того, чтобы по улицам не шатались, да ещё зарплату платили.
- А здесь? – Андрей показал на мини-пекарню в соседней комнате.
- А здесь я сам себе хозяин! – гордо заявил Михаил. – Здесь всё от меня зависит. Ну мне пора ехать, булки сами себя не продадут. Если вам так интересно поговорить на эту тему, то могу дать телефон своего бывшего начальника отдела. Он любит об этом порассуждать.
- Ты поехал? – спросила мужа Света. – А если они снова придут?
- Скажи – тогда мы пойдём в милицию.
Когда Михаил ушёл, Мария спросила:
- Кто снова придёт?
- Бандиты, - коротко ответила Света.
- Какие бандиты?!
- Обычные. Говорят – мы должны им платить за то, что работаем на их территории.
- Это называется «рэкет», - вспомнил Андрей. – Нам об этом на лекциях рассказывали.
- И что ты будешь делать? – испуганно спросила Мария у Светы.
- Что-нибудь придумаем. Мы не одни такие.
2
Предварительно созвонившись, разведчики во времени отправились в гости. Бывший начальник Михаила жил на окраине Москвы в типовой многоэтажке.
- Проходите, молодые люди. Значит, вы от Михаила? Чем он сейчас занимается?
- Он хозяин мини-пекарни, - объяснила Мария.
- Да, это далековато от интерференции в тонких плёнках, которой он занимался у нас в отделе. Меня зовут Олег Борисович, а вас?
Разведчики во времени представились.
- А вы на пенсии? – поинтересовался Андрей.
- Можно и так сказать, - ответил Олег Борисович. – Если ту сумму, которую мне ежемесячно выплачивает государство, можно назвать пенсией. Я бы, конечно, с удовольствием работал бы и дальше, но это больше никому не нужно, да и негде.
- А на старом месте?
- Старого места больше нет. Оборудование уничтожено, а помещение арендует какая-то фирма, занимающаяся оптовой торговлей сантехникой. Я даже как-то заходил туда – сантехника у них хорошая, они мне всё же продали один комплект. Итак, что вас интересует?
- Мы пытаемся понять… - неуверенно начал Андрей, а Мария продолжила. - …почему всё развалилось? Ну, почему закрылось ваше предприятие, и вообще…
- Так чего тут понимать? – усмехнулся бывший начальник отдела. – Наше здание стоит почти в центре Москвы. Выгоднее его сдавать в аренду коммерсантам, чем заниматься какой-то там наукой. У науки главный заказчик – государство, а его сейчас фактически нет.
- Как вы думаете, почему такое случилось? – Мария задала ему вопрос, а сама подумала – не слишком ли нелепо это выглядит со стороны? Но Олег Борисович не смутился и охотно ответил.
- Потому что государство лишилось своей идеологической основы, стержня, на котором всё держалось. Это я про шестую статью Конституции. Если вы смотрите телевизор, то знаете о противостоянии президента и Верховного Совета. Верховный Совет отстаивает остатки советской конституции, а Ельцин хочет всю власть подгрести под себя. То есть разрушение государства продолжается. Это всё звенья одной цепи – запрет КПСС, парад суверенитетов, нынешний кризис. Будете чай? Тогда пойдёмте на кухню.
- Но с чего всё началось? – спросил Андрей, усаживаясь за кухонный стол.
- Я могу назвать вам точную дату, - ответил Олег Борисович. – Это 26 мая 1988 года, когда был принят закон о кооперации. Ко мне тогда зашёл один мой знакомый, и я ему так и сказал – Советский Союз сегодня закончился. У меня была бутылка хорошего коньяка, и мы выпили её за упокой.
- А как это могло повлиять на весь Советский Союз? Ведь закон предусматривает только возможность мелкого бизнеса.
- Да очень просто! Прокололи маленькую дырочку в экономике страны, и через неё вытекли все финансы. Как известно, деньги идут туда, где выгоднее. Вот они и пошли в торговлю через счета кооперативов и дальнейшие схемы обналичивания. А предприятия просто прекратили работу, потому что остались без оборотных средств.
Мария задумчиво вертела в руках чашку с весёлым рисунком.
- То есть вы считаете, что если бы тогда не приняли этот закон, распада Советского Союза можно было бы избежать?
- Видите ли… - тоже задумался Олег Борисович. – Тут не может быть простых ответов и решений. Конечно же, в экономике были определённые диспропорции. Вот, например, в 79-м была очень суровая зима, и у нас на работе в части помещений разморозилась система отопления. Надо было менять трубы и запорную арматуру. А у нас в то время шла оборонная тема, там можно было сделать интересные вещи, и их в конце концов сделали. Но тогда в первую очередь надо было сделать отопление. И вы представляете – всё упёрлось в какие-то несчастные запорные вентили – их нигде не было! То есть мы могли запустить спутник в космос, но преодолеть дефицит простейших вещей… Кончилось тем, что созвонились со смежниками в Новосибирске, они где-то у себя нашли эти вентили, мы послали туда нашего сотрудника, и он их привёз на самолёте. Не просто так, конечно – пришлось им туда передать дефицитные радиодетали. Вы понимаете, это же ненормально!
- А как же система государственного планирования?
- Всё запланировать невозможно. Вот те же морозы 79-го года не запланировали. Но полный отказ от государственного планирования – это глупость. Должно быть какое-то компромиссное решение, а не метание из крайности в крайность. Сейчас полагаются на невидимую руку рынка, но я надеюсь, что к планированию хотя бы основных показателей экономики ещё вернутся.
- И всё же – почему, по вашему мнению, распался Советский Союз? Неужели из-за дефицита водопроводных вентилей?
- Если вы имеете в виду отделение союзных республик, то это совсем другой вопрос. Понимаете, есть государство-образующие нации. Русская нация к ним относится. У русских государственные интересы на первом месте, у них имперское мышление, если хотите. А у других не всегда так. Например, у евреев национальное превалирует над государственным. Нет, я не имею против них ничего плохого, но вот такая особенность у них присутствует. Что-то подобное есть и у прибалтов, так сказать – хуторское мышление. Но из идеологических соображений их продолжали кормить.
- Почему же Советский Союз пережил войну, а перестройку пережить не смог? – продолжал расспросы Андрей. У Олега Борисовича был готов ответ и на этот вопрос.
- В то время устройство государства было существенно проще, чем в те же 60-е годы. Например, Серго Орджоникидзе как нарком тяжёлой промышленности лично знал не только всех директоров заводов, но и начальников цехов, и даже многих мастеров. В 60-е это уже было невозможно, нужна была другая система управления. То есть объект управления изменился, усложнился, а система управления осталась прежней. Отсюда и проистекают реформы Косыгина, идеи хозрасчёта и прочее. Вы же, наверное, слышали про идею академика Глушкова, не Глушко, а Глушкова, о создании общегосударственной автоматизированной системы управления, ОГАС. Но это всё спустили на тормозах. Ещё чай будете?
3
На обратном пути Андрей задумчиво молчал, но потом признался:
- У меня от обилия информации и мыслей этого дядьки просто мозги закипели. Оказывается, об этом думали уже в наше время, ведь реформы Косыгина – это 65-й год. То есть серьёзность этих вопросов на высшем уровне понимали уже тогда.
- Ну конечно же – это всё очень важно, - согласилась Мария. – Почему, по-твоему, этим занимается Арнольд Оскарович – представитель ЦК?
- Надо купить сегодняшние газеты, - спохватился Андрей.
- А телевизора тебе мало? – удивилась Мария. Андрей засмеялся.
- Чего смешного-то? – обиделась Мария.
- Анекдот вспомнил, недавно в какой-то газете прочитал, - объяснил Андрей. – Встречаются два еврея. Один спрашивает: «Абрам, ты газету «Правда» выписываешь?» Второй отвечает: «А зачем? У меня телевизор есть» «А зад ты телевизором вытирать будешь?»
- Смешно, - деликатно улыбнулась Мария. – Тут туалетная бумага в каждой палатке продаётся, газета не нужна. Кстати, вон газетный киоск.
Пока Андрей набирал свежую прессу, Мария лениво смотрела по сторонам. И тут её взгляд скользнул по витрине киоска и споткнулся о знакомые слова: «Арнольд», и строкой ниже – «Оскар…». Арнольд Оскарович! А он как здесь оказался?! Оттолкнув Андрея, она наклонилась к окошку киоска.
- Покажите мне вон тот журнал! Нет, вот этот, правее!
- Ты чего толкаешься?! – возмутился Андрей, но Мария не обратила на него внимания. Она жадно разглядывала журнал. Вот и это место на задней обложке: «…Арнольд Шварценеггер сыграл роль Терминатора. Фильм «Терминатор 2, Судный день» в 1992 году получил четыре Оскара…»
- Спасибо! – она вернула журнал киоскёрше.
- Чего ты там увидела? – поинтересовался Андрей, отойдя от киоска.
- Как зовут представителя ЦК при нашей части? – вопросом ответила Мария.
- Ты что, забыла уже? Арнольд Оскарович.
- А по-настоящему? – спросила Мария, и, не дождавшись ответа, сказала. – Надо найти кассету с фильмом «Терминатор-2»!
- А чего искать? Вон продаётся, - Андрей показал на палатку, где над витриной с пивом были полки со стопками видеокассет. Мария подскочила к окошку.
- «Терминатор-2» есть? Давайте!
Вернувшись, она сразу же направилась в дом.
- Можно включить? – показав на видеомагнитофон, спросила она у Светы, и, не дожидаясь ответа, засунула кассету.
- Это вы купили? – взглянув на коробку от кассеты, спросила Света. – Ну и зря, у нас уже есть.
Мария ничего не ответила, только не отрываясь смотрела в телевизор. Поставив на паузу тот момент, где Арнольд Шварценеггер в образе Терминатора появляется в прошлом, она спросила у Андрея:
- Тебе это ничего не напоминает?
Андрей молча глядел на экран. Не дождавшись ответа, Мария снова включила воспроизведение, и дальше смотрела фильм, не проронив ни звука. И только когда на экране появились титры, она задумчиво произнесла:
- Так вот откуда он всё это взял! Нет судьбы, будущее не предопределено! И теперь мне понятно, почему у него такое необычное имя.
- Ты про что говоришь? – поинтересовалась Света.
- Да так, нашего общего с Андреем знакомого вспомнила. На этого Терминатора чем-то похож, - объяснила Мария. – А первая серия есть?
Взяв у Светы кассету, она снова почти на два часа приникла к телевизору.
Вернулся Михаил.
- Ну как, с Олегом Борисовичем встречались?
- Да, очень интересный дядька, - ответил Андрей, Мария промолчала.
4
На следующее утро Мария всё никак не могла успокоиться.
- Откуда этот американец, как его?...
- Джеймс Кэмерон, - подсказал Андрей.
- Откуда он знает подробности перемещения во времени?
- Американцы тоже работают в этом направлении, - предположил Андрей. – И вообще, как выясняется, многие их разработки основаны на советских первоисточниках. Вот, например, в войне 1991 года в Персидском заливе они использовали самолёты, невидимые для радаров. Они назвали это «стелс-технология», но на самом деле это сделано по книжке нашего учёного Уфимцева. Книжка вышла в 1962 году, и наша разведка подсунула её американцам, мне об этой операции рассказывал отец.
- Но ведь это дало американцам техническое преимущество? – возмутилась Мария.
- Не совсем, - возразил Андрей. – Как выяснилось, самолёт, выполненный по стелс-технологии, летает чуть лучше утюга. Отец рассказывал, что те, кто подсунул это американцам, потом получили награды
- А может, кто-то из наших слил американцам и мой отчёт? – продолжала гадать Мария. – Но Арнольд Оскарович, или как его по-настоящему зовут… Это же именно его идея – узнав будущее, попытаться изменить его. Так сказать – задним числом.
- Была ещё одна идея, - сказал Андрей.
- Ещё одна? И какая же?
- Он считает, что всё зависит от руководителей страны. То есть не так – это все так считают, а он, наоборот, в этом сомневается. Вот он и решил проверить – может ли отдельно взятый человек повлиять на исторические процессы? То есть саму идею высказал Алексей Ковалёв, старший лейтенант, а Арнольд Оскарович за неё ухватился.
- И что за идея?
- Поместить одного и того же человека в разные исторические условия, и проверить, изменятся ли эти условия. Или же, наоборот, изменится поведение самого человека в соответствии с этими условиями.
- Погоди, так речь идёт обо мне? – вдруг сообразила Мария.
- Этот эксперимент задумывался многоплановым, - уклонился от прямого ответа Андрей. – С одной стороны – уточнение знаний о будущем страны с целью возможной коррекции принимаемых на самом верху решений. Другой аспект – проверка именно этой теории: что изменится – окружающая среда или сам человек?
- То есть я всё-таки подопытная крыса? – голос у Марии звенел от возмущения. – Ну и какие результаты получились в первом опыте?
- Я читал комментарии к твоему отчёту о первом перемещении во времени, - Андрей говорил с такими академическими интонациями, как будто сдавал курсовую работу. – Там анализировался твой психологический портрет до перемещения, и потом сравнивался с твоим поведением там, в 43-м. Ты характеризовалась как общительная, решительная, инициативная. Ты ведь освобождённый секретарь комсомольской организации. И когда в 43-м ты стала командиром зенитного орудия, эти твои качества очень пригодились.
- И что это значит? – недовольно спросила Мария.
- В отчёте делался вывод, что твои личные качества были востребованы временем в соответствии со спецификой.
- Ну хорошо, а сейчас, в 93-м, чем я должна командовать? Зенитных орудий тут нет, комсомол и коммунистическую партию разогнали. Ну?!
- Я не могу сказать, - потупился Андрей. – Но ведь эксперимент ещё не окончился.
- Ну хорошо – вот стану я каким-нибудь бизнесменом, буду торговать шматьём на рынке. И какой вывод из этого сможет сделать Арнольд Оскарович, или как его там?!
- Вывод очень простой – исторические предпосылки первичны, человеческие качества вторичны. Если есть исторические предпосылки – то найдётся и личность, нет исторических предпосылок – личность будет заниматься чем-нибудь другим.
- А как-то попроще объяснить сможешь? – недовольным тоном попросила Мария.
- Попробую, - кивнул Андрей. – Если бы история зависела от личности – ты бы сейчас создала комсомольскую организацию и возглавила её. Если появление личности зависит от исторических предпосылок – то ты не востребована, а сейчас на виду какой-нибудь жулик-бизнесмен, условно назовём его Борис Абрамович. То есть подтверждается тезис марксистко-ленинской теории о роли личности в истории.
- Ну раз я не востребована, то пусть твой Борис Абрамович историю и делает! – обиделась Мария. – Стоило весь этот огород городить, достаточно было бы прочитать учебник марксизма-ленинизма!
