- Да, чем могу быть полезен?
- Его Величество желает вас видеть.
Сказать, что Август был крайне удивлен, не сказать ничего. Король ни разу за все пять лет службы Вайля в Ламандии не звал его на аудиенцию. Что же это значит? Хорошая весть или позорное изгнание в Аурию? Мужчина с тяжелым вздохом оглядывает гору бумаг, которые требуют внимания. И когда со всем этим разбираться? А затем встает и послушно следует за слугой на встречу с королем.
Сотни назойливых мыслей всю дорогу крутятся в голове посла. Эта аудиенция выглядит достаточно подозрительно. И явно не принесет ничего хорошего для него самого. Король терпеть не может Августа, так с чего бы ему вызывать его для того, чтобы поразмышлять о вечном? Мужчина невольно усмехается. Раньше Эмиль Кавана и его императрицу терпеть не мог. Страшился ее появления так же, как и десятки других королей. Но последние события так круто развернули ситуацию, что сам Август потерялся. Теперь король Ламандии переживает за жизнь Каталины, а посол заодно с Миростасом, которого терпеть не мог. Жизнь умеет удивлять.
Юноша останавливается перед неприметной дверью, за которой скрывается кабинет короля Ламандии. Вайль нервно поправляет китель и едва заметно выдыхает. Вот сейчас и решится его судьба. Посол кивает слуге, и тот с готовностью распахивает дверь. Август входит внутрь, склоняя перед правителем голову в почтительном поклоне.
Эмиль Кавана молча рассматривает посла Аурии. Его расслабленная поза могла бы обмануть даже самого старшего из советников. Если бы не пальцы, нервно крутящие перо. А еще синяки под глазами, выдающие множество бессонных ночей в жизни короля.
- Ваше Величество, - произносит посол, - вы желали меня видеть?
- Да, господи Вайль, - Эмиль откидывает перо на стол. – Полагаю, вы слышали о том, что произошло с Каталиной?
- Конечно, слышал. Я так же переживаю за свою императрицу, как и Ваше Величество.
- Я знаю, - резко прерывает поток любезностей Эмиль. – И я позвал вас не за этим. Я хочу знать, есть ли у Аурии преемник? Кто-то, кто управляет империей на время отсутствия Каталины?
Август удивленно взирает на короля, не понимая, к чему тот задает подобные вопросы. Разве это не общеизвестный факт? У каждого монарха должен быть преемник. И его императрица далеко не исключение.
- Конечно, Ваше Величество. Принцесса Марго является преемницей моей госпожи и управляет империей в ее отсутствие.
Эмиль невольно хмурится. Принцесса? Каталина не говорила, что у нее есть дочь. Она вообще о себе ничего не говорила, а он сам даже не удосужился узнать, пока была возможность. Он был слишком занят насущными проблемами, чтобы подумать о самой императрице. А теперь слишком поздно что-то менять. Придется разбираться с последствиями своих неверных шагов самостоятельно. Король устало трет глаза. Его разум упорно отказывается думать и принимать новую реальность. Одному ему точно не справиться со всем этим.
- У меня есть одна мысль, господин Вайль, - произносит Эмиль, приглашая мужчину сесть в кресло. – И она не дает мне покоя. Расскажите о вашей принцессе чуть больше.
Август судорожно выдыхает и роется в глубинах своей памяти, размышляя, как выгодней преподнести монаршую семью своей империи. Ведь у этой семьи слишком много черных пятен, способных оттолкнуть от себя весь остальной мир.
- Принцесса Маргарита молода и амбициозна. Ей всего восемнадцать, и она часто поддается эмоциям и действует сгоряча. Но ее опекают мудрые советники, которых, впрочем, она никогда не слушает, - мужчина невольно усмехается, вспоминая девушку, пленившую сердца многих подданных. – Как и сама Каталина. Но Марго благородна и милосердна. Она уже многому научилась под присмотром императрицы. Мы все видим в ней подающую надежды будущую правительницу Аурии и носительницу силы льда. Можете не переживать, империя в надежных руках.
Эмиль задумчиво кивает, делая собственные выводы в голове.
- Как думаете, простое письмо с извинениями успокоит юную леди? – Август открывает рот, но король продолжает. – Или мне стоит поехать лично?
Посол замирает с открытым ртом, удивленно хлопая ресницами. Так вот к чему он вел? Неужели, этот мужчина действительно хочет лично отправиться в Аурию, чтобы сообщить принцессе о произошедшем? И его даже не смущают страшные слухи, витающие по всему миру? Он что, сумасшедший? Август едва сдерживает смех от собственных мыслей. В его голове король Ламандии выглядит благородным мужчиной со старомодными взглядами на жизнь. Но это не является отрицательной чертой. Скорее, своеобразным очарованием.
- Чтобы вы понимали, Август, - продолжает Эмиль, глядя мужчине прямо в глаза, - я чувствую ответственность за произошедшее. Это не дает мне спать по ночам, ведь несчастье случилось в моем дворце. На моей собственной свадьбе. И если какие-то слухи дойдут до вашей принцессы, она может истолковать их неверно. Мне не нужна война, которой я чудом избегал все это время.
Эмиль отводит взгляд в сторону, чтобы не выдать истинных чувств. Конечно же, им руководит не только чувство долга. Это нечто большее. Ему интересно взглянуть на эту принцессу, родственницу Каталины. Возможно, от нее он сумеет узнать нечто важное, что прольет свет на историю, которую король узнал из книги. А возможно, Маргарита знает, как разбудить Каталину. Вывести из этого странного затянувшегося сна, который не дает покоя самому Эмилю. А может, он узнает, откуда у императрицы вдруг взялась дочь.
- Если вам интересно мое мнение, - осторожно начинает посол, - то я думаю, что письмо может разжечь в принцессе если не ненависть, то чувство нависшей угрозы точно. Марго довольно импульсивна, она ненавидит ложь и заискивания. Чтобы завоевать расположение принцессы, нужно быть искренним. У нее удивительная способность видеть людей насквозь.
- Так значит, вы одобряете эту идею?
- Я? Конечно, Ваше Величество, это хорошая мысль. Но…
- Но?
Август выдерживает паузу, подбирая нужные слова.
- Аурия – империя контрастов. Как вы знаете, она состоит из различных королевств, собранных под началом Каталины. Каждая провинция представляет собой совершенно отличный колорит. Разные традиции, уклад жизни. В общем… это не место для чужаков. Один вы там мало того, что потеряетесь, так и станете жертвой разбойников.
Эмиль удивленно выгибает бровь.
- Я слышал, что жители Аурии довольны своей жизнью.
- Так и есть. Но людям пришлось многое пережить еще до объединения. Они преданы Каталине и относятся с подозрением к чужакам. Особенно, если их императрица не назвала этого чужака другом и собиралась его уничтожить.
Эмиль встает с кресла, заставляя посла вздрогнуть от неожиданности, и подходит к окну. Его взгляд устремляется вдаль, на большой и шумный город, лежащий перед королевским дворцом. В каждом королевстве есть свои проблемы. Плюсы и минусы. Всегда есть недовольные, этого не избежать. И для чужаков опасность есть везде. Готов ли он отправиться в путешествие в империю, взглянуть на все своими глазами и, возможно, подвергнуться нападению? Эмилю вовсе не нужно время для размышлений. Он давно для себя все решил. Король никогда бы не простил подобной слабости. Он бы не позволил себе обойтись безликим письмом с извинениями, даже если речь идет об империи Каталины. Она доверилась ему, пыталась до самого конца спасти его от опрометчивого шага. И он должен довериться. Ей и ее империи. Даже если в душе царит страх и настойчивое желание спрятаться от всего мира.
- Посол Вайль, - произносит Эмиль спустя несколько минут тишины, - думаю, вы правы. Мне не следует отправляться в незнакомое место одному. Это было бы безрассудно.
Мужчина согласно кивает.
- Поэтому вы поедете со мной.
- Я?
- Именно. Никто в этом дворце не знает Аурию лучше вас. А вы же наверняка хотите вернуться домой, правда?
- Но…
- За императрицей пристально присматривают. Ее служанка не отходит от Каталины ни на шаг. Она в надежных руках. Если пожелаете, можете остаться с принцессой в Аурии. А если нет, я буду рад вернуться с вами в Ламандию.
Август пораженно выдыхает и откидывается на спинку кресла. Разве может он отказаться? Конечно, нет. Что еще остается бедному безвольному послу?
- Почту за честь показать вам Аурию, Ваше Величество.
Эмиль довольно улыбается и возвращается на свое место за столом.
- Тогда завтра на рассвете жду вас в конюшне, Август.
* * *
Невыносимо яркий белый свет окружает все вокруг. Он заполняет собой пространство, не позволяя разглядеть что-то еще. Возможно, здесь больше ничего и нет, кроме света. Каталина оборачивается, но ничего не видит. Она не чувствует даже биения собственного сердца. Не ощущает страха или паники. Ничего.
- Я умерла?
Ее голос летит далеко вперед и растворяется в белом свете. Женщина поднимает ладонь к лицу и задумчиво ее рассматривает. Сколько времени прошло? Как долго она стоит здесь, не понимая, что происходит? И как Каталина вообще здесь оказалась? В голове тут же всплывают картинки из последних событий. Она все же смогла испортить свадьбу Эмиля и Изабеллы. И навлекла на себя гнев Созидательницы. Каталина вспоминает последние секунды перед потерей сознания. Тьму в глазах Изабеллы, на ее руках, что с каждой секундой все больше покрывались чернотой. Эта девчонка на самом деле охотилась не за троном, а за ней самой. Эмиль оказался всего лишь предлогом.
Императрица усмехается. Если бы только она могла все вспомнить! Стоило бы сразу догадаться, что принцесса Рея не станет действовать в одиночку. Она слишком импульсивна и глупа. Ее заботят лишь собственные амбиции. Да и появление Изабеллы выглядело слишком подходящим к тому, что происходило в Ламандии. Это не могло быть простой случайностью.
Каталина сжимает ладони в кулаки и мысленно призывает силу. Закрывает глаза и сосредотачивается на внутренних ощущениях. Только в этот раз не получает отклика. В душе зияет огромная дыра, которую поглотила пустота. Силы больше нет. Изабелла действительно забрала магию. Если бы женщина могла испытывать ярость, она с удовольствием разбила бы что-нибудь.
Каталина делает глубокий вдох и вновь оглядывается по сторонам. Куда же идти? Она не может оставаться на этом месте всю оставшуюся вечность. Пора выбираться обратно. Вот только как? Императрица наугад выбирает направление и неспешно идет вперед. Белый свет, плотными облаками окружающий со всех сторон, пугает. Она не слышит даже звука собственных шагов. Словно кроме Каталины в этом странном месте никого нет. Женщина обхватывает себя руками, ежась от неприятного липкого ощущения беды.
Через какое-то время в белом свете мелькает тень. Далекая и размытая, но реальная. Каталина невольно ускоряет шаг. Неважно, что это, главное, найти хоть что-то, помимо раздражающего света. С каждым шагом тень приобретает все более четкие очертания. Вскоре императрица может рассмотреть витиеватые узоры на высоких кованных воротах, сотканных из чистого золота. Звезды, луна и солнце, сплетенные из тончайших металлических нитей.
Каталина останавливается перед воротами, с интересом рассматривая узоры. Сверху ворота увенчаны острыми наконечниками, похожими одновременно на солнечные лучи и стрелы. Что-то внутри подсказывает, что за этими воротами очень ждут императрицу Аурии. Что где-то по ту сторону хозяйка зорко следит за каждым ее шагом. И теперь Каталина уверена, что находится в небесном царстве Созидательницы. Там, куда не войти человеческому телу, но куда попадают души особо провинившихся на земле. Или те, кто останется на вечном услужении у богини. А кто же она сама?
Ворота перед Каталиной распахиваются с громким скрипом, приглашающе сверкая золотом. Словно из ниоткуда перед женщиной появляется дорожка, вымощенная мелким камнем. Императрица тяжело сглатывает. Выбора все равно нет. Рано или поздно она должна была встретиться с Созидательницей. Ведь именно богиня дала ей силу. Она же ее и забрала.
Каталина на мгновение прикрывает глаза и уверенно вступает в царство Созидательницы. Голые ступни соприкасаются с холодным шершавым камнем. Она справится, что бы не ждало впереди. Она должна. Главное, не раскрыть, что ей многое известно о роли богини в ее смерти. Каталина не смогла бы сказать, откуда появилась эта странная уверенность, но она точно знала, что здесь ей ничто не грозит.
Вскоре перед императрицей вырастают новые тени. И белый свет оказывается всего лишь туманом, скрывающим от чужих глаз владения Созидательницы. С двух сторон от дорожки Каталина различает очертания небольших деревьев и разнообразных растений. Кажется, где-то вдалеке даже поют птицы. Все увиденное кажется нереальным и сказочным, особенно после вездесущего ослепляющего света.
Неожиданно туман перед Каталиной рассеивается, позволяя разглядеть огромный дворец из белого камня. Он буквально источает свет. Вход украшают резные колонны, длинная белая лестница кажется нескончаемой. Дворец еще сильней выделяется на фоне неба, сменяющего свой цвет с розового и оранжевого до глубокого черного. Где-то в вышине едва заметно мерцают бесчисленное множество звезд.
Каталина завороженно рассматривает дворец, не решаясь зайти внутрь. Да, именно здесь решится ее судьба. Почему-то это место кажется ей смутно знакомым. Может, в прошлой жизни ей уже доводилось посещать царство Созидательницы? Недоступные воспоминания снова мелькают на краю сознания, словно специально дразня Каталину. Входные двери распахиваются перед гостьей, открывая взору зияющую черноту дворца. Все пути неизбежно ведут к Созидательнице. Значит, у нее действительно нет иного выхода. Ей не позволят избежать этой встречи.
Каталина оборачивается назад, но не видит ничего, кроме уже привычного белого света. Дорожка и двор просто исчезли. Будто их и не было вовсе. Императрица делает глубокий вдох и идет вперед, неуверенно вступая во дворец таинственной Созидательницы. Навстречу неизбежному.
* * *
Когда на рассвете Август входит в конюшню, Эмиль уже сидит в седле своей белоснежной кобылы, готовый к путешествию. Он взирает на посла свысока, отмечая, что мужчина ловко взбирается на спину коня. Отлично, значит, помехой в пути посол не станет.
За ночь Эмиль так и не сомкнул глаз, обдумывая предстоящую поездку. Он был ужасно взволнован и взбудоражен. Это путешествие имело большее значение, чем сам король ему придавал. Своими действиями он надеялся не только искупить вину за произошедшее, но и узнать что-то полезное. Что даст понять, что король Ламандии еще не сошел с ума. Их с Каталиной совместная история никак не выходит из головы. Эмиль ничего не понимает и даже понятия не имеет, как подобное возможно. Почему их имена упоминаются в такой старой книге? И как возможно, что с магической войны прошла половина века, а они молоды и полны сил?
Путники быстро минуют двор и не сбавляют темпа на протяжении всего пути. Эмиль стремится попасть в Аурию как можно быстрее, чтобы не оставлять на попечение Миростаса Ламандию на долгое время. Король сосредоточенно прокладывает себе путь сквозь людей в столице и прислушивается к биению сердца собственной кобылы. Он так сильно сжимает поводья, что на руках образуются кровоподтеки. Но Эмиль даже не чувствует боли. Он не замечает никого и ничего, все мысли короля сосредоточены на Каталине и их истории.
- Его Величество желает вас видеть.
Сказать, что Август был крайне удивлен, не сказать ничего. Король ни разу за все пять лет службы Вайля в Ламандии не звал его на аудиенцию. Что же это значит? Хорошая весть или позорное изгнание в Аурию? Мужчина с тяжелым вздохом оглядывает гору бумаг, которые требуют внимания. И когда со всем этим разбираться? А затем встает и послушно следует за слугой на встречу с королем.
Сотни назойливых мыслей всю дорогу крутятся в голове посла. Эта аудиенция выглядит достаточно подозрительно. И явно не принесет ничего хорошего для него самого. Король терпеть не может Августа, так с чего бы ему вызывать его для того, чтобы поразмышлять о вечном? Мужчина невольно усмехается. Раньше Эмиль Кавана и его императрицу терпеть не мог. Страшился ее появления так же, как и десятки других королей. Но последние события так круто развернули ситуацию, что сам Август потерялся. Теперь король Ламандии переживает за жизнь Каталины, а посол заодно с Миростасом, которого терпеть не мог. Жизнь умеет удивлять.
Юноша останавливается перед неприметной дверью, за которой скрывается кабинет короля Ламандии. Вайль нервно поправляет китель и едва заметно выдыхает. Вот сейчас и решится его судьба. Посол кивает слуге, и тот с готовностью распахивает дверь. Август входит внутрь, склоняя перед правителем голову в почтительном поклоне.
Эмиль Кавана молча рассматривает посла Аурии. Его расслабленная поза могла бы обмануть даже самого старшего из советников. Если бы не пальцы, нервно крутящие перо. А еще синяки под глазами, выдающие множество бессонных ночей в жизни короля.
- Ваше Величество, - произносит посол, - вы желали меня видеть?
- Да, господи Вайль, - Эмиль откидывает перо на стол. – Полагаю, вы слышали о том, что произошло с Каталиной?
- Конечно, слышал. Я так же переживаю за свою императрицу, как и Ваше Величество.
- Я знаю, - резко прерывает поток любезностей Эмиль. – И я позвал вас не за этим. Я хочу знать, есть ли у Аурии преемник? Кто-то, кто управляет империей на время отсутствия Каталины?
Август удивленно взирает на короля, не понимая, к чему тот задает подобные вопросы. Разве это не общеизвестный факт? У каждого монарха должен быть преемник. И его императрица далеко не исключение.
- Конечно, Ваше Величество. Принцесса Марго является преемницей моей госпожи и управляет империей в ее отсутствие.
Эмиль невольно хмурится. Принцесса? Каталина не говорила, что у нее есть дочь. Она вообще о себе ничего не говорила, а он сам даже не удосужился узнать, пока была возможность. Он был слишком занят насущными проблемами, чтобы подумать о самой императрице. А теперь слишком поздно что-то менять. Придется разбираться с последствиями своих неверных шагов самостоятельно. Король устало трет глаза. Его разум упорно отказывается думать и принимать новую реальность. Одному ему точно не справиться со всем этим.
- У меня есть одна мысль, господин Вайль, - произносит Эмиль, приглашая мужчину сесть в кресло. – И она не дает мне покоя. Расскажите о вашей принцессе чуть больше.
Август судорожно выдыхает и роется в глубинах своей памяти, размышляя, как выгодней преподнести монаршую семью своей империи. Ведь у этой семьи слишком много черных пятен, способных оттолкнуть от себя весь остальной мир.
- Принцесса Маргарита молода и амбициозна. Ей всего восемнадцать, и она часто поддается эмоциям и действует сгоряча. Но ее опекают мудрые советники, которых, впрочем, она никогда не слушает, - мужчина невольно усмехается, вспоминая девушку, пленившую сердца многих подданных. – Как и сама Каталина. Но Марго благородна и милосердна. Она уже многому научилась под присмотром императрицы. Мы все видим в ней подающую надежды будущую правительницу Аурии и носительницу силы льда. Можете не переживать, империя в надежных руках.
Эмиль задумчиво кивает, делая собственные выводы в голове.
- Как думаете, простое письмо с извинениями успокоит юную леди? – Август открывает рот, но король продолжает. – Или мне стоит поехать лично?
Посол замирает с открытым ртом, удивленно хлопая ресницами. Так вот к чему он вел? Неужели, этот мужчина действительно хочет лично отправиться в Аурию, чтобы сообщить принцессе о произошедшем? И его даже не смущают страшные слухи, витающие по всему миру? Он что, сумасшедший? Август едва сдерживает смех от собственных мыслей. В его голове король Ламандии выглядит благородным мужчиной со старомодными взглядами на жизнь. Но это не является отрицательной чертой. Скорее, своеобразным очарованием.
- Чтобы вы понимали, Август, - продолжает Эмиль, глядя мужчине прямо в глаза, - я чувствую ответственность за произошедшее. Это не дает мне спать по ночам, ведь несчастье случилось в моем дворце. На моей собственной свадьбе. И если какие-то слухи дойдут до вашей принцессы, она может истолковать их неверно. Мне не нужна война, которой я чудом избегал все это время.
Эмиль отводит взгляд в сторону, чтобы не выдать истинных чувств. Конечно же, им руководит не только чувство долга. Это нечто большее. Ему интересно взглянуть на эту принцессу, родственницу Каталины. Возможно, от нее он сумеет узнать нечто важное, что прольет свет на историю, которую король узнал из книги. А возможно, Маргарита знает, как разбудить Каталину. Вывести из этого странного затянувшегося сна, который не дает покоя самому Эмилю. А может, он узнает, откуда у императрицы вдруг взялась дочь.
- Если вам интересно мое мнение, - осторожно начинает посол, - то я думаю, что письмо может разжечь в принцессе если не ненависть, то чувство нависшей угрозы точно. Марго довольно импульсивна, она ненавидит ложь и заискивания. Чтобы завоевать расположение принцессы, нужно быть искренним. У нее удивительная способность видеть людей насквозь.
- Так значит, вы одобряете эту идею?
- Я? Конечно, Ваше Величество, это хорошая мысль. Но…
- Но?
Август выдерживает паузу, подбирая нужные слова.
- Аурия – империя контрастов. Как вы знаете, она состоит из различных королевств, собранных под началом Каталины. Каждая провинция представляет собой совершенно отличный колорит. Разные традиции, уклад жизни. В общем… это не место для чужаков. Один вы там мало того, что потеряетесь, так и станете жертвой разбойников.
Эмиль удивленно выгибает бровь.
- Я слышал, что жители Аурии довольны своей жизнью.
- Так и есть. Но людям пришлось многое пережить еще до объединения. Они преданы Каталине и относятся с подозрением к чужакам. Особенно, если их императрица не назвала этого чужака другом и собиралась его уничтожить.
Эмиль встает с кресла, заставляя посла вздрогнуть от неожиданности, и подходит к окну. Его взгляд устремляется вдаль, на большой и шумный город, лежащий перед королевским дворцом. В каждом королевстве есть свои проблемы. Плюсы и минусы. Всегда есть недовольные, этого не избежать. И для чужаков опасность есть везде. Готов ли он отправиться в путешествие в империю, взглянуть на все своими глазами и, возможно, подвергнуться нападению? Эмилю вовсе не нужно время для размышлений. Он давно для себя все решил. Король никогда бы не простил подобной слабости. Он бы не позволил себе обойтись безликим письмом с извинениями, даже если речь идет об империи Каталины. Она доверилась ему, пыталась до самого конца спасти его от опрометчивого шага. И он должен довериться. Ей и ее империи. Даже если в душе царит страх и настойчивое желание спрятаться от всего мира.
- Посол Вайль, - произносит Эмиль спустя несколько минут тишины, - думаю, вы правы. Мне не следует отправляться в незнакомое место одному. Это было бы безрассудно.
Мужчина согласно кивает.
- Поэтому вы поедете со мной.
- Я?
- Именно. Никто в этом дворце не знает Аурию лучше вас. А вы же наверняка хотите вернуться домой, правда?
- Но…
- За императрицей пристально присматривают. Ее служанка не отходит от Каталины ни на шаг. Она в надежных руках. Если пожелаете, можете остаться с принцессой в Аурии. А если нет, я буду рад вернуться с вами в Ламандию.
Август пораженно выдыхает и откидывается на спинку кресла. Разве может он отказаться? Конечно, нет. Что еще остается бедному безвольному послу?
- Почту за честь показать вам Аурию, Ваше Величество.
Эмиль довольно улыбается и возвращается на свое место за столом.
- Тогда завтра на рассвете жду вас в конюшне, Август.
* * *
Невыносимо яркий белый свет окружает все вокруг. Он заполняет собой пространство, не позволяя разглядеть что-то еще. Возможно, здесь больше ничего и нет, кроме света. Каталина оборачивается, но ничего не видит. Она не чувствует даже биения собственного сердца. Не ощущает страха или паники. Ничего.
- Я умерла?
Ее голос летит далеко вперед и растворяется в белом свете. Женщина поднимает ладонь к лицу и задумчиво ее рассматривает. Сколько времени прошло? Как долго она стоит здесь, не понимая, что происходит? И как Каталина вообще здесь оказалась? В голове тут же всплывают картинки из последних событий. Она все же смогла испортить свадьбу Эмиля и Изабеллы. И навлекла на себя гнев Созидательницы. Каталина вспоминает последние секунды перед потерей сознания. Тьму в глазах Изабеллы, на ее руках, что с каждой секундой все больше покрывались чернотой. Эта девчонка на самом деле охотилась не за троном, а за ней самой. Эмиль оказался всего лишь предлогом.
Императрица усмехается. Если бы только она могла все вспомнить! Стоило бы сразу догадаться, что принцесса Рея не станет действовать в одиночку. Она слишком импульсивна и глупа. Ее заботят лишь собственные амбиции. Да и появление Изабеллы выглядело слишком подходящим к тому, что происходило в Ламандии. Это не могло быть простой случайностью.
Каталина сжимает ладони в кулаки и мысленно призывает силу. Закрывает глаза и сосредотачивается на внутренних ощущениях. Только в этот раз не получает отклика. В душе зияет огромная дыра, которую поглотила пустота. Силы больше нет. Изабелла действительно забрала магию. Если бы женщина могла испытывать ярость, она с удовольствием разбила бы что-нибудь.
Каталина делает глубокий вдох и вновь оглядывается по сторонам. Куда же идти? Она не может оставаться на этом месте всю оставшуюся вечность. Пора выбираться обратно. Вот только как? Императрица наугад выбирает направление и неспешно идет вперед. Белый свет, плотными облаками окружающий со всех сторон, пугает. Она не слышит даже звука собственных шагов. Словно кроме Каталины в этом странном месте никого нет. Женщина обхватывает себя руками, ежась от неприятного липкого ощущения беды.
Через какое-то время в белом свете мелькает тень. Далекая и размытая, но реальная. Каталина невольно ускоряет шаг. Неважно, что это, главное, найти хоть что-то, помимо раздражающего света. С каждым шагом тень приобретает все более четкие очертания. Вскоре императрица может рассмотреть витиеватые узоры на высоких кованных воротах, сотканных из чистого золота. Звезды, луна и солнце, сплетенные из тончайших металлических нитей.
Каталина останавливается перед воротами, с интересом рассматривая узоры. Сверху ворота увенчаны острыми наконечниками, похожими одновременно на солнечные лучи и стрелы. Что-то внутри подсказывает, что за этими воротами очень ждут императрицу Аурии. Что где-то по ту сторону хозяйка зорко следит за каждым ее шагом. И теперь Каталина уверена, что находится в небесном царстве Созидательницы. Там, куда не войти человеческому телу, но куда попадают души особо провинившихся на земле. Или те, кто останется на вечном услужении у богини. А кто же она сама?
Ворота перед Каталиной распахиваются с громким скрипом, приглашающе сверкая золотом. Словно из ниоткуда перед женщиной появляется дорожка, вымощенная мелким камнем. Императрица тяжело сглатывает. Выбора все равно нет. Рано или поздно она должна была встретиться с Созидательницей. Ведь именно богиня дала ей силу. Она же ее и забрала.
Каталина на мгновение прикрывает глаза и уверенно вступает в царство Созидательницы. Голые ступни соприкасаются с холодным шершавым камнем. Она справится, что бы не ждало впереди. Она должна. Главное, не раскрыть, что ей многое известно о роли богини в ее смерти. Каталина не смогла бы сказать, откуда появилась эта странная уверенность, но она точно знала, что здесь ей ничто не грозит.
Вскоре перед императрицей вырастают новые тени. И белый свет оказывается всего лишь туманом, скрывающим от чужих глаз владения Созидательницы. С двух сторон от дорожки Каталина различает очертания небольших деревьев и разнообразных растений. Кажется, где-то вдалеке даже поют птицы. Все увиденное кажется нереальным и сказочным, особенно после вездесущего ослепляющего света.
Неожиданно туман перед Каталиной рассеивается, позволяя разглядеть огромный дворец из белого камня. Он буквально источает свет. Вход украшают резные колонны, длинная белая лестница кажется нескончаемой. Дворец еще сильней выделяется на фоне неба, сменяющего свой цвет с розового и оранжевого до глубокого черного. Где-то в вышине едва заметно мерцают бесчисленное множество звезд.
Каталина завороженно рассматривает дворец, не решаясь зайти внутрь. Да, именно здесь решится ее судьба. Почему-то это место кажется ей смутно знакомым. Может, в прошлой жизни ей уже доводилось посещать царство Созидательницы? Недоступные воспоминания снова мелькают на краю сознания, словно специально дразня Каталину. Входные двери распахиваются перед гостьей, открывая взору зияющую черноту дворца. Все пути неизбежно ведут к Созидательнице. Значит, у нее действительно нет иного выхода. Ей не позволят избежать этой встречи.
Каталина оборачивается назад, но не видит ничего, кроме уже привычного белого света. Дорожка и двор просто исчезли. Будто их и не было вовсе. Императрица делает глубокий вдох и идет вперед, неуверенно вступая во дворец таинственной Созидательницы. Навстречу неизбежному.
* * *
Когда на рассвете Август входит в конюшню, Эмиль уже сидит в седле своей белоснежной кобылы, готовый к путешествию. Он взирает на посла свысока, отмечая, что мужчина ловко взбирается на спину коня. Отлично, значит, помехой в пути посол не станет.
За ночь Эмиль так и не сомкнул глаз, обдумывая предстоящую поездку. Он был ужасно взволнован и взбудоражен. Это путешествие имело большее значение, чем сам король ему придавал. Своими действиями он надеялся не только искупить вину за произошедшее, но и узнать что-то полезное. Что даст понять, что король Ламандии еще не сошел с ума. Их с Каталиной совместная история никак не выходит из головы. Эмиль ничего не понимает и даже понятия не имеет, как подобное возможно. Почему их имена упоминаются в такой старой книге? И как возможно, что с магической войны прошла половина века, а они молоды и полны сил?
Путники быстро минуют двор и не сбавляют темпа на протяжении всего пути. Эмиль стремится попасть в Аурию как можно быстрее, чтобы не оставлять на попечение Миростаса Ламандию на долгое время. Король сосредоточенно прокладывает себе путь сквозь людей в столице и прислушивается к биению сердца собственной кобылы. Он так сильно сжимает поводья, что на руках образуются кровоподтеки. Но Эмиль даже не чувствует боли. Он не замечает никого и ничего, все мысли короля сосредоточены на Каталине и их истории.
