Его слова заставили её сердце забиться чаще. Она хотела что-то ответить, но в этот момент он уже сел на байк, ожидая, пока она займёт место позади него.
Сделав глубокий вдох, Лана осторожно пристроилась сзади, стараясь держаться как можно дальше, но одно сидение на двоих не оставляла возможности для манёвра и ей пришлось придвинуться к нему ближе. Настолько близко, что внутренними верхними частями ног она касалась его бёдер.
Как только двигатель взревел, она всхлипнула и обхватила его за талию.
– Крепче, – коротко бросил он через плечо, и она послушно усилила хватку.
Когда байк рванул с места, Лана на мгновение зажмурилась. Ветер обрушился на неё со всех сторон, а скорость заставила сердце подскочить к самому горлу. Но через несколько секунд она начала привыкать. Её тело инстинктивно подстраивалось под движения мотоцикла, а руки всё ещё крепко держались за Макса. Она чувствовала тепло его тела даже через его кожаную куртку, и это странное ощущение заставило её заволноваться.
Через несколько минут они остановились возле торгового центра. Макс заглушил двигатель и повернулся к ней. Его глаза, скрытые затемнённым щитком шлема, казались ещё более загадочными.
– Мы приехали, – произнёс он, снимая шлем и встряхивая волосами. – Не думал, что ты так вцепишься. Боялась упасть?
Лана почувствовала, как щёки предательски покраснели. Она торопливо сняла шлем, и отвернулась, пытаясь скрыть смущение.
– Просто не хотела оказаться на асфальте, – пробормотала, стараясь говорить уверенно.
Макс усмехнулся, но ничего не ответил. Он направился в кафе, расположенному рядом с входом в торговый центр. Лана стояла, сжимая шлем в руках и размышляя о том, что только что произошло. Она не могла понять, почему он не отвёз её на занятия, а решил взять с собой. Зачем ему это нужно? И что он задумал?
"Возможно, это просто способ держать меня под контролем," – подумала она, не решаясь следовать за ним внутрь. Но что-то подсказывало ей, что дело не только в этом.
Открыв дверь, Макс оглянулся.
– Ты что застыла? Давай заходи. Здесь вкусно готовят.
Он вошёл в помещение и прошёл к одинокому столику у окна. Отодвинув стул ждал, когда она подойдёт и сядет. Сам сел напротив.
– Что-то я не пойму тебя, милая. Ты же хотела позавтракать.
– Я имела в виду, что могу готовить по утрам сама.
– А чем тебя не устраивает как готовят в кафе?
– Устраивает, только мне нравится есть то, что я сама готовлю.
– Не буду с тобой спорить, но уж раз мы здесь, то давай что-нибудь закажем и поедим. А потом займёмся тем, ради чего сюда приехали.
– И что же это такое?
– Сначала завтрак.
– Мы опоздаем на первую пару.
– Тебя это волнует?
Лана неопределённо пожала плечами. Не хотелось опаздывать на лекцию по праву, но и не пешком же идти отсюда. А ещё было очень интересно понять зачем Макс привёз её сюда. Поесть можно было в любом кафе на кампусе. А они почему-то приехали в это место. К тому же это совсем не сочеталось с его словами о том, что он вместо завтрака предпочитает только кофе.
Он заказал для себя круассан с кофе, для Ланы блинчики с мясом и кофе. Она чувствовала себя неуверенно, под его пристальным взглядом. Краснела, смущалась, вздыхала и уже хотела отказаться от еды, но Макс неожиданно сказал, что ему нужно переговорить со знакомым оставил её одну и куда-то ушёл. Появился, когда она допивала кофе.
Через час нагруженные пакетами они вышли из очередного бутика и остановились у скамьи напротив, дожидаясь курьера, который должен будет доставить всё это к Максу в дом. В пакетах были две куртки с шарфиками, несколько штук джинсов, пара футболок, джемпера, блузки, две юбки, платье, зимние короткие сапожки. И ещё кое-какая обувь. За всё платил Макс, она попробовала спорить, но он посмотрел на неё таким взглядом, что она замолчала.
Одну куртку Лана надела сразу. На улице было холодно, а так как её вещи были испорчены пожаром то сейчас она была одета не по сезону.
Когда Макс застёгивал на ней шлем она опять попробовала предложить ему деньги, хотя для неё сумма была огромной и ей пришлось бы залезать в неприкосновенный запас. Вещи были брендовые и очень дорогие. О таких она даже мечтать не могла.
– Послушай, детка, я заплатил за всё это только потому, что то, что произошло с тобой не должно было произойти. Для меня это не расходы, тот кто это сделал вернёт мне всё до единого сента. Так что не беспокойся. Испортив твои вещи, он или они наказали себя.
– Вы знаете кто это сделал?
– Узнаю, даже не сомневайся. А ты забудь. И давай на ты.
15 лет назад
Это был один из тех вечеров, которые мальчик в подвале называл бесконечными. Тьма вокруг него казалась живой, обволакивающей, словно она могла проникнуть в самую душу и высосать остатки надежды. Цепь на его лодыжке звенела каждый раз, когда он шевелился, напоминая о том, что побег невозможен. Он не помнил, сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз видел солнце. Дни и ночи смешались в одно бесконечное мучение.
Его тело болело от холода и постоянного бездействия, его мышцы, не имея нагрузки ослабевали и атрофируясь начинали болеть, но физическая боль была ничем по сравнению с тем, что происходило внутри. Иногда ему хотелось кричать, биться головой о стену, делать что угодно, лишь бы прекратить это ощущение пустоты, которое растекалось по его груди, как ядовитый туман. Но он знал, что крик ни к чему не приведет. Никто не услышит, никто не придет на помощь. Только она – Сара Сеймур. Она всегда приходила, чтобы забрать то, что как она считала принадлежало ей. И он уже давно перестал сопротивляться.
Сначала он пытался бороться. Пытался сохранить хотя бы каплю человеческого достоинства. Но теперь он просто ждал. Ждал, когда она откроет дверь и спустившись по ступенькам. Когда ее шаги будут эхом разноситься в подвальном помещении. Когда она остановится перед ним, окидывая его взглядом, полным дикой, звериной похоти. Он уже знал, что значит выражение её глаз. Она сама ему это рассказала.
Он больше не плакал. Не просил пощады. Его слезы высохли, как и вера в то, что кто-то сможет его спасти. Он стал пустым сосудом, лишенным содержания и смысла. Иногда ему казалось, что он уже мертв. Просто его тело еще не поняло этого. В эти моменты он представлял себя потерянным в темном тоннеле, где никогда не загорается свет. Где нет выхода. Где даже мысли растворяются в черной пустоте.
Мальчик старался не двигаться. Не дышать слишком громко. Он надеялся, что если будет достаточно тихим, то тьма не заметит его. Что она не станет глубже проникать в его разум, не затянет его еще дальше в бездну. Но это была пустая надежда. Тьма уже поглотила его целиком. Она была частью него, как и цепь на ноге.
Когда дверь наверху скрипнула, он вздрогнул, хотя и ожидал этого звука. Шаги. Медленные, уверенные. Они приближались. Верхний свет ударил по глазам, заставив зажмуриться. А затем он услышал ее голос — мягкий, почти ласковый, но с той особой ноткой, которая заставляла кровь стыть в жилах.
— Ну что, малыш? — произнесла она, останавливаясь перед ним. — Сегодня ты будешь хорошим мальчиком?
Он не ответил. Не потому, что хотел показать характер или сопротивляться. Просто слова застряли где-то глубоко внутри, там, где раньше было сердце. Теперь там осталась лишь пустота. Бесконечная, ледяная, бездонная пустота.
Сара медленно обошла его, словно хищник, оценивающий свою добычу. Её каблуки громко цокали по бетонному полу, нарушая тягостную тишину подвала. Она не спешила. Ей нравилось чувство полного контроля, власть над чужой жизнью. Её пальцы скользили по его плечам, холодные и безжалостные, как сама тьма, окружающая их.
– Ты молчишь? – спросила она с лёгкой усмешкой, присев перед ним на корточки. – Какая жалость. Я так люблю слушать твои стоны...
Она провела рукой по его лицу, но он даже не шелохнулся. Его глаза были пустыми, словно два чёрных колодца, ведущих в никуда. Он больше не чувствовал её прикосновений. Не чувствовал ничего. Даже страха. Это состояние стало для него своего рода защитой. Последним бастионом, который он мог противопоставить её жестокости.
– Знаешь, что самое забавное? – продолжила женщина, играя с его волосами. – Ты больше не пытаешься сопротивляться. Наконец-то, ты понял, что принадлежишь мне.
Её голос звучал мягко, почти нежно, но в нём сквозила сталь. Мальчик опустил голову, стараясь не встречаться с ней взглядом. Он знал, что ей нравится видеть страх в его глазах. И он не хотел доставлять ей такого удовольствия.
– Поднимись, – приказала она, резко вставая.
Цепь зазвенела, когда он медленно поднялся на ноги. Его движения были механическими, лишенными всякой воли. Он уже давно перестал быть человеком. Теперь он был просто тенью, эхом того, кем когда-то был.
Сара подошла к нему вплотную, её рука скользнула сначала по его щеке, затем по его груди. Её дыхание щекотало его шею, но он не реагировал. Он научился отключаться. Уходить куда-то далеко, в то место, где её прикосновения не могли достичь его.
– Сегодня я хочу попробовать что-то новенькое, – прошептала она ему на ухо. – Надеюсь, ты оценишь мои усилия.
Когда она толкнула его на матрас, он даже не почувствовал боли. Его тело было пустой оболочкой, а душа растворилась в темноте много дней назад. Он закрыл глаза и позволил себе уплыть ещё дальше, туда, где не было ни звука, ни света, ни этой отвратительной женщины.
Макс остановил байк у главного входа колледжа. Слез сам и помог слезть Лане. Он снял шлем, встряхнул волосами и посмотрел на неё с загадочной полуулыбкой, которая заставила её сердце пропустить несколько ударов.
– Мне нужно уехать, но я вернусь, – сказал он, глядя ей в глаза. – Тебя в холле ждёт подруга. Похоже уже заждалась. Если не успею к концу занятий, дождись меня на этом месте. Вот ключ, но лучше если ты дождёшься меня. Рядом с моим домом ещё несколько таких же в них живут студенты, которые могут себе это позволить. В одном из них Дилон, поэтому советую пока одной не ходить.
Лана удивлённо вскинула брови. Но прежде, чем она успела задать вопрос, Макс уже завёл двигатель и рванул с места, оставив её стоять с недоумением в голове.
Вздохнув, она направилась внутрь. В фойе её действительно ждала Айрин. Яркая, как всегда, с рыжими кудрями, собранными в высокий хвост, и в своём фирменном стильном кардигане. Увидев Лану, подруга сразу бросилась к ней навстречу.
–Лана, – воскликнула она, подходя ближе. – Ты цела?
– Почему ты спрашиваешь?
– Как почему? Весь универ гудит. Говорят, ты едва не сгорела. – Оглянувшись по сторонам, она подхватила Лану под руку и тихо зашептала. – Это «Львы» подожгли твою комнату?
Лана покачала головой, стараясь сохранять спокойствие. Она знала, что Айрин быстро разгадает правду.
– Я не знаю, но точно ни я, и ни Марта не имеем к этому никакого отношения. Кто-то специально поджёг комнату. Почти все вещи сгорели. Даже ноутбук исчез.
Айрин ахнула, прикрыв рот рукой.
– Боже мой, Лана! Какое счастье, что тебя там в это время не было. Я даже боюсь подумать, что, если бы эти мрази подожги комнату, когда ты или Марта находились бы там.
– К счастью, нас там не было. Марта была на тренировке, а я в прачечной – ответила Лана, чувствуя, как её голос дрожит. Все вещи сгорели, кроме тех, которые были в стирке.
– Хорошо, что ты не куришь, а у Марты есть свидетели, что её не было до этого в комнате иначе повесили бы всё на вас. Пришлось бы платить.
– Да, была такая версия.
– Что теперь будет? Куда вас поселили? Мест же нет в общежитии.
–Марту в комнату вместо девушки, которая перевелась недавно в другой колледж. А меня временно поселили к Максу. Он сегодня отвёз меня в торговый центр, чтобы купить новую одежду.
Айрин замерла, её глаза округлились.
– К Максу? – переспросила она, словно не веря своим ушам. – Ты живёшь с Максом Родиным?
Лана кивнула, чувствуя, как щёки начинают гореть.
– Да, но это временно. Только до ремонта комнаты. И он сказал, чтобы я не волновалась из-за денег за вещи, он обещал разобраться с этим делом.
– С каким делом? – насторожилась Айрин. – Ты думаешь, он знаешь, кто это сделал?
Лана замешкалась. Она не была уверена, стоит ли рассказывать подруге о своих подозрениях насчёт Дилона. Но Айрин всегда была её опорой, и скрывать от неё правду казалось неправильным.
– Я почти уверена, что это Дилон, – тихо произнесла она. –Ты же помнишь он предлагал мне стать его девушкой. Он тогда пригрозил и все эти пакости начались после того, как я отказалась.
Айрин нахмурилась, её обычно весёлое лицо стало серьёзным.
– Лана, это опасно. Если это действительно он, то это очень плохо. Его никто не сможет остановить. Мне Адам рассказывал, что Дилон один из лидеров "Львов". А «Львы»– это то же, сообщество «Голубая кровь». Они здесь всем заправляют. Они могут сделать что угодно, и никто не осмелится их остановить. Ты помнишь нам Марта про них рассказывала.
– Помню, – вздохнула Лана. – Но Макс сказал, что разберётся. Он обещал найти тех, кто это сделал.
– Макс? – Айрин выглядела удивлённой. – Интересно, на что он вообще надеется, вмешиваясь в это дело. Обычно он держится в стороне от подобных историй.
Лана пожала плечами. Её терзали те же вопросы. Почему Макс вдруг решил помочь ей? Что он знает такого, чего не знает она сама?
– Не знаю, – честно призналась она. – Но он сказал, что найдёт того, кто это сделал. И что я должна забыть об этом.
– Забыть? – фыркнула Айрин. – Легко сказать. Особенно когда ты живёшь с тем, кто, возможно, знает больше, чем говорит. А может он сам каким-то образом связан с братством Львов. Иначе почему не боится. Я слышала они своих не трогают.
Они продолжили разговор, пока шли к аудитории. Лана рассказала Айрин о поездке в торговый центр, о том, как Макс настоял на том, чтобы заплатить за всё, и о его странном поведении. Айрин внимательно слушала, время от времени качая головой.
– Знаешь, что меня больше всего беспокоит? – сказала она, когда они остановились у дверей аудитории, в которой у них должна быть лекция по праву.
– То, что Макс слишком много знает. И то, что он ведёт себя так, будто может решить любой вопрос.
Лана хотела что-то ответить, но в этот момент двери аудитории открылись, и из неё начали выходить студенты.
Их было пятеро, те, которые резко выделялись из толпы. Совершенно другие. Их появление заставило Лану на мгновение затаить дыхание.
Одежда у них была такой же, как у всех остальных, – те же цвета, те же элементы: пиджаки, брюки, жилеты, галстуки. Но всё сидело на них иначе. Небрежно, дерзко, как будто каждая деталь была тщательно продумана, чтобы подчеркнуть их исключительность. Хорошо уложенные волосы, холодные, пронизывающие взгляды, начищенные до блеска туфли и дорогие часы на запястьях – всё в них буквально кричало о том, что они принадлежат к особой касте. Элита. Высший круг.
Лана не могла понять, как именно это работает. Возможно, дело было в их уверенности, которая так и переливалась через край, проявляясь в каждом движении, жесте, даже в том, как они скользили взглядом по окружающим. Казалось, они знают себе цену и не стесняются этого показывать.
Сделав глубокий вдох, Лана осторожно пристроилась сзади, стараясь держаться как можно дальше, но одно сидение на двоих не оставляла возможности для манёвра и ей пришлось придвинуться к нему ближе. Настолько близко, что внутренними верхними частями ног она касалась его бёдер.
Как только двигатель взревел, она всхлипнула и обхватила его за талию.
– Крепче, – коротко бросил он через плечо, и она послушно усилила хватку.
Когда байк рванул с места, Лана на мгновение зажмурилась. Ветер обрушился на неё со всех сторон, а скорость заставила сердце подскочить к самому горлу. Но через несколько секунд она начала привыкать. Её тело инстинктивно подстраивалось под движения мотоцикла, а руки всё ещё крепко держались за Макса. Она чувствовала тепло его тела даже через его кожаную куртку, и это странное ощущение заставило её заволноваться.
Через несколько минут они остановились возле торгового центра. Макс заглушил двигатель и повернулся к ней. Его глаза, скрытые затемнённым щитком шлема, казались ещё более загадочными.
– Мы приехали, – произнёс он, снимая шлем и встряхивая волосами. – Не думал, что ты так вцепишься. Боялась упасть?
Лана почувствовала, как щёки предательски покраснели. Она торопливо сняла шлем, и отвернулась, пытаясь скрыть смущение.
– Просто не хотела оказаться на асфальте, – пробормотала, стараясь говорить уверенно.
Макс усмехнулся, но ничего не ответил. Он направился в кафе, расположенному рядом с входом в торговый центр. Лана стояла, сжимая шлем в руках и размышляя о том, что только что произошло. Она не могла понять, почему он не отвёз её на занятия, а решил взять с собой. Зачем ему это нужно? И что он задумал?
"Возможно, это просто способ держать меня под контролем," – подумала она, не решаясь следовать за ним внутрь. Но что-то подсказывало ей, что дело не только в этом.
Открыв дверь, Макс оглянулся.
– Ты что застыла? Давай заходи. Здесь вкусно готовят.
Он вошёл в помещение и прошёл к одинокому столику у окна. Отодвинув стул ждал, когда она подойдёт и сядет. Сам сел напротив.
– Что-то я не пойму тебя, милая. Ты же хотела позавтракать.
– Я имела в виду, что могу готовить по утрам сама.
– А чем тебя не устраивает как готовят в кафе?
– Устраивает, только мне нравится есть то, что я сама готовлю.
– Не буду с тобой спорить, но уж раз мы здесь, то давай что-нибудь закажем и поедим. А потом займёмся тем, ради чего сюда приехали.
– И что же это такое?
– Сначала завтрак.
– Мы опоздаем на первую пару.
– Тебя это волнует?
Лана неопределённо пожала плечами. Не хотелось опаздывать на лекцию по праву, но и не пешком же идти отсюда. А ещё было очень интересно понять зачем Макс привёз её сюда. Поесть можно было в любом кафе на кампусе. А они почему-то приехали в это место. К тому же это совсем не сочеталось с его словами о том, что он вместо завтрака предпочитает только кофе.
Он заказал для себя круассан с кофе, для Ланы блинчики с мясом и кофе. Она чувствовала себя неуверенно, под его пристальным взглядом. Краснела, смущалась, вздыхала и уже хотела отказаться от еды, но Макс неожиданно сказал, что ему нужно переговорить со знакомым оставил её одну и куда-то ушёл. Появился, когда она допивала кофе.
Через час нагруженные пакетами они вышли из очередного бутика и остановились у скамьи напротив, дожидаясь курьера, который должен будет доставить всё это к Максу в дом. В пакетах были две куртки с шарфиками, несколько штук джинсов, пара футболок, джемпера, блузки, две юбки, платье, зимние короткие сапожки. И ещё кое-какая обувь. За всё платил Макс, она попробовала спорить, но он посмотрел на неё таким взглядом, что она замолчала.
Одну куртку Лана надела сразу. На улице было холодно, а так как её вещи были испорчены пожаром то сейчас она была одета не по сезону.
Когда Макс застёгивал на ней шлем она опять попробовала предложить ему деньги, хотя для неё сумма была огромной и ей пришлось бы залезать в неприкосновенный запас. Вещи были брендовые и очень дорогие. О таких она даже мечтать не могла.
– Послушай, детка, я заплатил за всё это только потому, что то, что произошло с тобой не должно было произойти. Для меня это не расходы, тот кто это сделал вернёт мне всё до единого сента. Так что не беспокойся. Испортив твои вещи, он или они наказали себя.
– Вы знаете кто это сделал?
– Узнаю, даже не сомневайся. А ты забудь. И давай на ты.
Прода от 26.10.2025, 13:09
ГЛАВА 24
15 лет назад
Это был один из тех вечеров, которые мальчик в подвале называл бесконечными. Тьма вокруг него казалась живой, обволакивающей, словно она могла проникнуть в самую душу и высосать остатки надежды. Цепь на его лодыжке звенела каждый раз, когда он шевелился, напоминая о том, что побег невозможен. Он не помнил, сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз видел солнце. Дни и ночи смешались в одно бесконечное мучение.
Его тело болело от холода и постоянного бездействия, его мышцы, не имея нагрузки ослабевали и атрофируясь начинали болеть, но физическая боль была ничем по сравнению с тем, что происходило внутри. Иногда ему хотелось кричать, биться головой о стену, делать что угодно, лишь бы прекратить это ощущение пустоты, которое растекалось по его груди, как ядовитый туман. Но он знал, что крик ни к чему не приведет. Никто не услышит, никто не придет на помощь. Только она – Сара Сеймур. Она всегда приходила, чтобы забрать то, что как она считала принадлежало ей. И он уже давно перестал сопротивляться.
Сначала он пытался бороться. Пытался сохранить хотя бы каплю человеческого достоинства. Но теперь он просто ждал. Ждал, когда она откроет дверь и спустившись по ступенькам. Когда ее шаги будут эхом разноситься в подвальном помещении. Когда она остановится перед ним, окидывая его взглядом, полным дикой, звериной похоти. Он уже знал, что значит выражение её глаз. Она сама ему это рассказала.
Он больше не плакал. Не просил пощады. Его слезы высохли, как и вера в то, что кто-то сможет его спасти. Он стал пустым сосудом, лишенным содержания и смысла. Иногда ему казалось, что он уже мертв. Просто его тело еще не поняло этого. В эти моменты он представлял себя потерянным в темном тоннеле, где никогда не загорается свет. Где нет выхода. Где даже мысли растворяются в черной пустоте.
Мальчик старался не двигаться. Не дышать слишком громко. Он надеялся, что если будет достаточно тихим, то тьма не заметит его. Что она не станет глубже проникать в его разум, не затянет его еще дальше в бездну. Но это была пустая надежда. Тьма уже поглотила его целиком. Она была частью него, как и цепь на ноге.
Когда дверь наверху скрипнула, он вздрогнул, хотя и ожидал этого звука. Шаги. Медленные, уверенные. Они приближались. Верхний свет ударил по глазам, заставив зажмуриться. А затем он услышал ее голос — мягкий, почти ласковый, но с той особой ноткой, которая заставляла кровь стыть в жилах.
— Ну что, малыш? — произнесла она, останавливаясь перед ним. — Сегодня ты будешь хорошим мальчиком?
Он не ответил. Не потому, что хотел показать характер или сопротивляться. Просто слова застряли где-то глубоко внутри, там, где раньше было сердце. Теперь там осталась лишь пустота. Бесконечная, ледяная, бездонная пустота.
Сара медленно обошла его, словно хищник, оценивающий свою добычу. Её каблуки громко цокали по бетонному полу, нарушая тягостную тишину подвала. Она не спешила. Ей нравилось чувство полного контроля, власть над чужой жизнью. Её пальцы скользили по его плечам, холодные и безжалостные, как сама тьма, окружающая их.
– Ты молчишь? – спросила она с лёгкой усмешкой, присев перед ним на корточки. – Какая жалость. Я так люблю слушать твои стоны...
Она провела рукой по его лицу, но он даже не шелохнулся. Его глаза были пустыми, словно два чёрных колодца, ведущих в никуда. Он больше не чувствовал её прикосновений. Не чувствовал ничего. Даже страха. Это состояние стало для него своего рода защитой. Последним бастионом, который он мог противопоставить её жестокости.
– Знаешь, что самое забавное? – продолжила женщина, играя с его волосами. – Ты больше не пытаешься сопротивляться. Наконец-то, ты понял, что принадлежишь мне.
Её голос звучал мягко, почти нежно, но в нём сквозила сталь. Мальчик опустил голову, стараясь не встречаться с ней взглядом. Он знал, что ей нравится видеть страх в его глазах. И он не хотел доставлять ей такого удовольствия.
– Поднимись, – приказала она, резко вставая.
Цепь зазвенела, когда он медленно поднялся на ноги. Его движения были механическими, лишенными всякой воли. Он уже давно перестал быть человеком. Теперь он был просто тенью, эхом того, кем когда-то был.
Сара подошла к нему вплотную, её рука скользнула сначала по его щеке, затем по его груди. Её дыхание щекотало его шею, но он не реагировал. Он научился отключаться. Уходить куда-то далеко, в то место, где её прикосновения не могли достичь его.
– Сегодня я хочу попробовать что-то новенькое, – прошептала она ему на ухо. – Надеюсь, ты оценишь мои усилия.
Когда она толкнула его на матрас, он даже не почувствовал боли. Его тело было пустой оболочкой, а душа растворилась в темноте много дней назад. Он закрыл глаза и позволил себе уплыть ещё дальше, туда, где не было ни звука, ни света, ни этой отвратительной женщины.
Прода от 27.10.2025, 12:05
ГЛАВА 25
Макс остановил байк у главного входа колледжа. Слез сам и помог слезть Лане. Он снял шлем, встряхнул волосами и посмотрел на неё с загадочной полуулыбкой, которая заставила её сердце пропустить несколько ударов.
– Мне нужно уехать, но я вернусь, – сказал он, глядя ей в глаза. – Тебя в холле ждёт подруга. Похоже уже заждалась. Если не успею к концу занятий, дождись меня на этом месте. Вот ключ, но лучше если ты дождёшься меня. Рядом с моим домом ещё несколько таких же в них живут студенты, которые могут себе это позволить. В одном из них Дилон, поэтому советую пока одной не ходить.
Лана удивлённо вскинула брови. Но прежде, чем она успела задать вопрос, Макс уже завёл двигатель и рванул с места, оставив её стоять с недоумением в голове.
Вздохнув, она направилась внутрь. В фойе её действительно ждала Айрин. Яркая, как всегда, с рыжими кудрями, собранными в высокий хвост, и в своём фирменном стильном кардигане. Увидев Лану, подруга сразу бросилась к ней навстречу.
–Лана, – воскликнула она, подходя ближе. – Ты цела?
– Почему ты спрашиваешь?
– Как почему? Весь универ гудит. Говорят, ты едва не сгорела. – Оглянувшись по сторонам, она подхватила Лану под руку и тихо зашептала. – Это «Львы» подожгли твою комнату?
Лана покачала головой, стараясь сохранять спокойствие. Она знала, что Айрин быстро разгадает правду.
– Я не знаю, но точно ни я, и ни Марта не имеем к этому никакого отношения. Кто-то специально поджёг комнату. Почти все вещи сгорели. Даже ноутбук исчез.
Айрин ахнула, прикрыв рот рукой.
– Боже мой, Лана! Какое счастье, что тебя там в это время не было. Я даже боюсь подумать, что, если бы эти мрази подожги комнату, когда ты или Марта находились бы там.
– К счастью, нас там не было. Марта была на тренировке, а я в прачечной – ответила Лана, чувствуя, как её голос дрожит. Все вещи сгорели, кроме тех, которые были в стирке.
– Хорошо, что ты не куришь, а у Марты есть свидетели, что её не было до этого в комнате иначе повесили бы всё на вас. Пришлось бы платить.
– Да, была такая версия.
– Что теперь будет? Куда вас поселили? Мест же нет в общежитии.
–Марту в комнату вместо девушки, которая перевелась недавно в другой колледж. А меня временно поселили к Максу. Он сегодня отвёз меня в торговый центр, чтобы купить новую одежду.
Айрин замерла, её глаза округлились.
– К Максу? – переспросила она, словно не веря своим ушам. – Ты живёшь с Максом Родиным?
Лана кивнула, чувствуя, как щёки начинают гореть.
– Да, но это временно. Только до ремонта комнаты. И он сказал, чтобы я не волновалась из-за денег за вещи, он обещал разобраться с этим делом.
– С каким делом? – насторожилась Айрин. – Ты думаешь, он знаешь, кто это сделал?
Лана замешкалась. Она не была уверена, стоит ли рассказывать подруге о своих подозрениях насчёт Дилона. Но Айрин всегда была её опорой, и скрывать от неё правду казалось неправильным.
– Я почти уверена, что это Дилон, – тихо произнесла она. –Ты же помнишь он предлагал мне стать его девушкой. Он тогда пригрозил и все эти пакости начались после того, как я отказалась.
Айрин нахмурилась, её обычно весёлое лицо стало серьёзным.
– Лана, это опасно. Если это действительно он, то это очень плохо. Его никто не сможет остановить. Мне Адам рассказывал, что Дилон один из лидеров "Львов". А «Львы»– это то же, сообщество «Голубая кровь». Они здесь всем заправляют. Они могут сделать что угодно, и никто не осмелится их остановить. Ты помнишь нам Марта про них рассказывала.
– Помню, – вздохнула Лана. – Но Макс сказал, что разберётся. Он обещал найти тех, кто это сделал.
– Макс? – Айрин выглядела удивлённой. – Интересно, на что он вообще надеется, вмешиваясь в это дело. Обычно он держится в стороне от подобных историй.
Лана пожала плечами. Её терзали те же вопросы. Почему Макс вдруг решил помочь ей? Что он знает такого, чего не знает она сама?
– Не знаю, – честно призналась она. – Но он сказал, что найдёт того, кто это сделал. И что я должна забыть об этом.
– Забыть? – фыркнула Айрин. – Легко сказать. Особенно когда ты живёшь с тем, кто, возможно, знает больше, чем говорит. А может он сам каким-то образом связан с братством Львов. Иначе почему не боится. Я слышала они своих не трогают.
Они продолжили разговор, пока шли к аудитории. Лана рассказала Айрин о поездке в торговый центр, о том, как Макс настоял на том, чтобы заплатить за всё, и о его странном поведении. Айрин внимательно слушала, время от времени качая головой.
– Знаешь, что меня больше всего беспокоит? – сказала она, когда они остановились у дверей аудитории, в которой у них должна быть лекция по праву.
– То, что Макс слишком много знает. И то, что он ведёт себя так, будто может решить любой вопрос.
Лана хотела что-то ответить, но в этот момент двери аудитории открылись, и из неё начали выходить студенты.
Их было пятеро, те, которые резко выделялись из толпы. Совершенно другие. Их появление заставило Лану на мгновение затаить дыхание.
Одежда у них была такой же, как у всех остальных, – те же цвета, те же элементы: пиджаки, брюки, жилеты, галстуки. Но всё сидело на них иначе. Небрежно, дерзко, как будто каждая деталь была тщательно продумана, чтобы подчеркнуть их исключительность. Хорошо уложенные волосы, холодные, пронизывающие взгляды, начищенные до блеска туфли и дорогие часы на запястьях – всё в них буквально кричало о том, что они принадлежат к особой касте. Элита. Высший круг.
Лана не могла понять, как именно это работает. Возможно, дело было в их уверенности, которая так и переливалась через край, проявляясь в каждом движении, жесте, даже в том, как они скользили взглядом по окружающим. Казалось, они знают себе цену и не стесняются этого показывать.
