По счастливой случайности, на вилле Ника особых разрушений не произошло. Сильным ветром повалило несколько деревьев и в двух домиках для прислуги были разбиты стекла. Кроме того, многочисленные бассейны, расположенные на террасах дома и раскиданные по всей территории, были засыпаны листьями и прочим мусором. – «Как хорошо, что Ник вчера вовремя закрыл окно», – подумала Полина, представив, что было бы, если бы огромное французское окно величиной в треть стены разлетелось вдребезги.
Ник вернулся к вечеру, дождь давно прекратился, и рабочие закончили заниматься расчисткой территории. Остались только несколько бассейнов в дальней её части. Полина услышала звук вертолета и, сложив руки домиком, поблагодарила своего Бога за то, что он указал мужчине путь домой.
– Как прошел день? – с явным безразличием спросил Ник, запивая стейк свежеприготовленным лимонадом.
– Как обычно.
– Как обычно? – Их глаза встретились, и Полина поняла, что Ник требовал конкретного ответа.
– До обеда шел дождь.
– Знаю. — Ник ухмыльнулся. — Удиви меня ещё чем-нибудь.
– Инструктор не смог приехать из-за того, что дороги не были расчищены. – Полина сделала паузу, чтобы правильно подобрать слова.
– Я спросил о тебе. О нем мне все известно.
– Я ничего не делала, для меня не нашлось занятия, – девушка опустила глаза и затихла, боясь сказать что-нибудь такое, что может разозлить хозяина. Сейчас, в эту минуту, Полина в очередной раз поняла, что она одна в чужой стране, без денег, без связи и не к кому обратиться за помощью. Она никто, пустое место, а он хозяин и может сделать с ней все, что захочет. Эта мысль, уже не первый раз посещавшая её голову, заставляла съёживаться от страха и дрожать при одной лишь мысли, что он может разгневаться. В комнате повисла тишина, только тиканье часов на стене и потрескивание угля в камине нарушали холодное безмолвие.
– Разве не ты бегала с сачком вокруг бассейна, пытаясь помочь рабочим? – слегка наклонившись в сторону девушки, вкрадчивым голосом спросил Ник.
– Это было недолго. Моя помощь оказалась бесполезной. – девушка отвечала тихо, но четко проговаривая каждое слово.
– Запомни, Полина, – Ник впервые назвал ее полным именем, – меня очень огорчает, когда люди лгут или что-то забывают сказать. Я уже говорил, что ты не прислуга?
– Да, сэр.
– Почему ты лезешь туда, куда тебя не просят?
– У нас принято друг другу помогать, я не могу долго сидеть без дела, – опустив голову вниз, дрожащим голосом ответила Полина.
Его холодный, властный взгляд в довершении к стальному голосу вызывал в ней страх и смятение. Полина и дома, среди близких людей, не отличалась смелостью, она с детства не умела спорить, не научилась отстаивать свою точку зрения. Ее никогда не обижали, она была таким милым ребенком, похожим на ангела, что каждый, кто встречался ей в жизни, считал своим долгом помогать ей. В школе, когда другие девочки ссорились и дрались, Полина выступала в роли мирового судьи и всегда находила слова, которые помогали примирить враждующие стороны. Она была невероятно доброй и отзывчивой. Возможно, рядом с мамой, в привычной среде, со временем она окрепла бы и адаптировалась в социуме, но здесь, в чужой стране, среди чужих людей, в доме мужчины, который одним лишь взглядом вгонял ее в ступор, ей не хватало смелости хотя бы иногда возразить, а не то, чтобы чувствовать себя уверенно.
Ник несколько минут молча рассматривал девушку, он вдруг осознал, что никогда не слышал, как она смеётся, иногда улыбка озаряла ее лицо, она предназначалась, как правило, Шарлю Беллуа или Одри, но не ему. При нем же она всегда выглядела настороженной, словно боялась сказать лишнее слово. А ведь так и есть. Что же он хотел, если и сам никогда не сказал ей ни одного ласкового слова. Взять хотя бы вчерашний инцидент или первое с ним знакомство, даже оно не прошло для нее безболезненно.
Он вспомнил, как оставил ее на дороге под проливным дождем. В тот вечер было так же холодно, как сегодня, и ветер, колючий, пронизывал до костей, даже рубашка и пиджак не защищали от промозглости. Он почувствовал всю прелесть погоды, когда поднял Полину на руки, промокшую насквозь в тоненьком летнем платьице, и понес к машине.
Каким же иногда он бывает упрямым ослом. Ведь девчонка могла просто замёрзнуть на той дороге. Спасибо Луису, доброму, умному и справедливому Луису, который наглотавшись в детстве полный горшок несправедливости, старался сейчас поступать по совести.
Сглотнув комок горечи, Ник спросил слегка охрипшим голосом. – Ты поела?
– Да, – едва слышно ответила девушка.
– Можно мне уйти?
– Конечно, если не хочешь посидеть у камина.
– Не хочу. Простите. – Только минуту спустя Полина поняла, что отказала хозяину.
Миновав последнюю ступеньку, она оглянулась, с этого места хорошо просматривался гостиный зал и большой мраморный камин, занимавший почти половину противоположной от лестницы стены.
Обычно камин не разжигали, но прошедший ураган внес свои коррективы, принеся с собой не только дождь, но и холод. К счастью, дождь давно прекратился, но прохлада никак не отступала.
Ник задумчиво смотрел на огонь, обычно ему нравилось слушать, как трещат угли, разбрасывая в разные стороны разноцветные искры. В такие минуты можно было просто сидеть, отрешившись от всего земного, наслаждаясь теплом и уютом. Но сегодня все было по-другому. Он чувствовал, как тревога потихоньку заползает в душу. Пока он не знал, откуда это ощущение, с чем оно связано, но появившись несколько дней назад, оно держали его в напряжении. Ник ждал Луиса, ждал с нетерпением. Он был уверен, что тот распутает этот дьявольский клубок. Было важно найти тех, кто решил использовать его компанию, как перевалочную базу для снабжения страны наркотиками. И нужно, чтобы это случилось как можно раньше. Иначе придётся приостановить работу порта на неопределённое время.
Ник был уверен, что Луис справиться с этой задачей, тем более что и федералы будут носом рыть землю не желая, чтобы информация об их бездействии попала в конгресс.
Полина долго лежала с открытыми глазами. Мысли перескакивали с одного места на другое. Она вспоминала детство, маму. Пыталась понять, почему выросла безвольной рохлей, трусливой, неспособной себя защитить. Если бы ей удалось сохранить деньги, она давно была бы в Москве с мамой и подругами. Но ей не хватило смелости, чтобы сказать отцу: «Нет». Полина вспомнила, как встретили ее бабушка, дед, и слезы тонкими струйками потекли по щекам. Обида жгутами сдавила грудную клетку, вырывая из горла рыдания.
Чтобы не расплакаться окончательно, она переключилась на Ника. Мысли о нём действовали на неё как триггер. Стоило представить его образ, как волнение и тепло разливались по телу, образую внизу живота лёгкое томление, заставляя дыхание сбиваться с ритма. Полина невольно сжала ноги, чтобы избавиться от жара внутри, но стало еще хуже, тело начало покалывать, предупреждая о желании получить немедленную разрядку. Чтобы отвлечься, ей пришлось встать и выйти на террасу.
На её лице блуждала счастливая улыбка. Скоро придёт Ник, и они займутся любовью. Это было удивительно, что сегодня Полина ждала с нетерпением того, чего раньше так сильно боялась.
Она не знала, как описать чувства, которые испытывала к Нику Мортану. В них было много всего намешано: страх, смятение, растерянность. Но было что-то ещё, что заставляло сердце волноваться при звуке его голоса. Желание находиться рядом или хотя бы видеть издалека, или просто знать, что он где-то близко. Но больше всего хотелось касаться его, смотреть в глаза и чувствовать запах его тела, приправленный дорогим парфюмом.
Она услышала звук открываемой двери и вернулась в комнату.
Сегодняшний секс отличался от того, который произошел между ними несколько дней назад.
– Таблетки пьешь? – расстегивая ремень, спросил Ник, не выказывая никаких эмоций – Да, – быстро ответила Полина, нервно облизывая губы. Это движение заставило его восставшую плоть придти в движение. Не отводя взгляда от девушки, он медленно, словно испытывая ее, расстегнул рубашку, затем, также не торопясь, сбросил с себя и, оставшись в одних слаксах, подошел к Полине.
– Стань на четвереньки ко мне, задам, – коротко скомандовал. Увидев, как она опускается на пол, он резко остановил ее. – На кровать.
Полина сбросила халат и, послушно встав на четвереньки, придвинулась к краю кровати. Ник некоторое время рассматривал ее.
Он так и не решил, чем сегодня заниматься с ней: любовью или просто оттрахать. Через некоторое время поймал себя на мысли, что хочет ласкать ее, чтобы увидеть, как затуманятся от страсти аквамариновые глаза, хочет услышать, как девочка закричит, впитывая в себя его сперму и выплескивая наружу наивысший пик наслаждения.
Ник поднял руку, чтобы коснуться ее спины, медленно прошелся по позвоночнику. Кожа девушки оказалась на ощупь гладкой и нежной, словно муар. Мужчина почувствовал, как желание опалило низ живота и привело в движение то, что давно требовало выхода. В эту минуту он принял решение, ему нужен секс и только секс.
Полина почувствовала, как теплые руки коснулись спины, прошлись по позвоночнику, замерли на несколько секунд, затем вновь продолжили путь. Девушка пыталась сдерживаться, но тело, не слушаясь здравого смысла, откликнулось на ласки и стало непроизвольно совершать движения вслед за его руками. Все произошло не так, как представляла себе Полина. Она надеялась на ласки и поцелуи, на такой секс, как в первый раз. Но Ник, дойдя до ягодиц, обхватил их руками, сдавил, помял, погладил, хлопнув ладонью, сделав ей больно, затем провел рукой между ног, несколько раз коснулся клитора и, убедившись, что она выпустила сок, вошел в нее резко и сделал ровно столько движений, сколько нужно было ему, чтобы получить то, зачем пришел.
– Следующий раз постарайся расслабиться, иначе так и останешься не удовлетворенной, я не собираюсь тратить время на игры. И запомни, будешь сама с собой развлекаться, накажу. – Собрав вещи, он ушел, не оглянувшись и не пожелав спокойного сна.
Полина долго не могла заснуть, жар внизу живота никак не хотел покидать тело, требуя разрядку, она знала, как ее получить, но боялась, что Ник узнает и непременно выполнит свою угрозу.
Луис вернулся через две неделю. Он появился к обеду, как всегда бодрый, с неизменной улыбкой на лице. Полина заметила, как Ник задал безмолвный вопрос и, получив такой же ответ, молча приступил к еде. Обед закончился необычно быстро, и мужчины удалились в кабинет. О чем они разговаривали, никто так и не узнал, но вместе, закрывшись, они провели несколько часов.
– Значит, стоит ждать гостей? – задумчиво глядя в окно, спросил Ник.
– Да, думаю, они не заставят себя ждать. Федералы просили, чтобы ты подыграл им, и еще, Ник, важно, чтобы никто ни о чем не догадался. С тобой встретятся, чтобы посветить во все планы. Я рассказал тебе только то, что известно мне.
– Ну что же, будем ждать. На всякий случай нужно усилить охрану дома и еще раз проверь всех, кто работает на вилле.
– Я и сам об этом подумал, прежняя экономка последнее время самостоятельно набирала людей, я не контролировал.
– Тебе не обязательно все контролировать самому. У тебя есть Томас.
– Ты прав, но мне спокойнее, когда я все сам проверяю.
– Поступай, как знаешь. Но я не хочу, чтобы ты работал на износ.
Луис открыл рот, чтобы поинтересоваться, как складываются у Ника отношения с Полиной, но вовремя захлопнул его по лицу друга, догадавшись, что тот сейчас не расположен обсуждать свои отношения, а тем более чувства. Он был приучен к тому, что Ник рассказывает о себе, только если сам захочет, и ровно столько, сколько посчитает нужным. Даже самых близких людей он держал на расстоянии в том, что касалось его личных отношений.
Луис Алонсо был предан Нику, как пес хозяину. Он любил его как друга, как брата, как наставника. Он отдал бы за него жизнь, не раздумывая, если бы потребовали обстоятельства. Луису было тринадцать, когда он впервые встретился с Ником Мортаном. К тому времени он вместе с родителями и братом уже несколько лет жили в Лос Анджелесе, переехав сюда из Мексики в надежде на лучшую жизнь.
Но лучшей жизни не получилось. Да и что могло ждать бедную мексиканскую семью без гроша в кармане в богатом Американском городе. Отцу удалось найти заброшенную лачугу в одном из самых бедных районов. Она почти разваливалась, но это было лучшее из того, что можно было найти, и лучше, чем ничего. Со временем они кое-как обустроились, лачугу подлатали, окна заделали, и их новое жилье приобрело божеский вид.
Поселившись в городе миллионеров, семья Луиса ничего не приобрела, кроме головной боли. Они жили в южном Лос Анджелесе, а здесь, как и в Мексике, процветала наркоторговля и преступность. Многочисленные бандитские группировки вели между собой войны, и часто в этот замес попадали люди, далекие от преступного мира.
Мать Луиса пыталась устроиться прачкой в богатый дом, но никто не хотел брать мексиканскую женщину на работу. Наконец ей удалось устроиться посудомойкой в одно недорогое кафе. Платили немного, но это был хоть какой-то заработок. Отец после долгих мытарств тоже устроился подсобным рабочим в строительную бригаду. Брат Хорхе был старше Луиса на пять лет, но выглядел маленьким, щуплым и все из- за кокаина, которым увлекся еще в Мексике. Когда Луису исполнилось двенадцать, брат умер в одном из подвалов из-за передоза. Луису показалось, что родители не очень горевали по поводу смерти сына. Мать была еще в детородном возрасте и могла нарожать кучу детей. Может поэтому или по какой другой причине, но их совсем не интересовало, чем занимался Луис.
Как-то, придя с работы и увидев сына за чтением, мать горестно вздохнула и решилась высказать сыну все, что давно накипело.
– Всё книжки свои читаешь, а чтобы семье помочь, даже не думаешь.
– Мама, что сделать, ты скажи, я помогу.
– Откуда я знаю. Вон смотри, все дети зарабатывают кто чем. Все сами себя содержат и родителям помогают, а ты только на нас надеешься. Если бы Хорхе был жив, мы бы нужды не знали, он, хоть и был наркоманом, а деньги в дом приносил. А ты? Вон какой вымахал. Занялся бы чем-нибудь.
Чем мог заняться двенадцатилетний мальчишка, которого не интересовали наркотики? Конечно, кражами. Со временем Луис в этом деле преуспел. Мальчик мечтал вырваться из помойной ямы, в которой жили его родители и он вместе с ними. Он хотел преуспеть в жизни, его устроила бы работа обычного клерка, но для этого требовалось образование. Чтобы его получить, нужны деньги, много денег. А как заработать, кроме как воровством, других способов Луис не знал. Ник поймал Луиса в тот момент, когда подросток пытался завести его Харлей, оставленный на обочине, когда он отошел, чтобы купить бутылку воды. Было, похоже, что мальчишка в совершенстве овладел угоном этого вида транспорта. Прошли не больше тридцати секунд, как Ник, услышав звук сигналки, подбежал к мотоциклу. Мальчишка уже набирал код, благодаря которому мотоцикл заводился без ключа.
Ник вернулся к вечеру, дождь давно прекратился, и рабочие закончили заниматься расчисткой территории. Остались только несколько бассейнов в дальней её части. Полина услышала звук вертолета и, сложив руки домиком, поблагодарила своего Бога за то, что он указал мужчине путь домой.
– Как прошел день? – с явным безразличием спросил Ник, запивая стейк свежеприготовленным лимонадом.
– Как обычно.
– Как обычно? – Их глаза встретились, и Полина поняла, что Ник требовал конкретного ответа.
– До обеда шел дождь.
– Знаю. — Ник ухмыльнулся. — Удиви меня ещё чем-нибудь.
– Инструктор не смог приехать из-за того, что дороги не были расчищены. – Полина сделала паузу, чтобы правильно подобрать слова.
– Я спросил о тебе. О нем мне все известно.
– Я ничего не делала, для меня не нашлось занятия, – девушка опустила глаза и затихла, боясь сказать что-нибудь такое, что может разозлить хозяина. Сейчас, в эту минуту, Полина в очередной раз поняла, что она одна в чужой стране, без денег, без связи и не к кому обратиться за помощью. Она никто, пустое место, а он хозяин и может сделать с ней все, что захочет. Эта мысль, уже не первый раз посещавшая её голову, заставляла съёживаться от страха и дрожать при одной лишь мысли, что он может разгневаться. В комнате повисла тишина, только тиканье часов на стене и потрескивание угля в камине нарушали холодное безмолвие.
– Разве не ты бегала с сачком вокруг бассейна, пытаясь помочь рабочим? – слегка наклонившись в сторону девушки, вкрадчивым голосом спросил Ник.
– Это было недолго. Моя помощь оказалась бесполезной. – девушка отвечала тихо, но четко проговаривая каждое слово.
– Запомни, Полина, – Ник впервые назвал ее полным именем, – меня очень огорчает, когда люди лгут или что-то забывают сказать. Я уже говорил, что ты не прислуга?
– Да, сэр.
– Почему ты лезешь туда, куда тебя не просят?
– У нас принято друг другу помогать, я не могу долго сидеть без дела, – опустив голову вниз, дрожащим голосом ответила Полина.
Его холодный, властный взгляд в довершении к стальному голосу вызывал в ней страх и смятение. Полина и дома, среди близких людей, не отличалась смелостью, она с детства не умела спорить, не научилась отстаивать свою точку зрения. Ее никогда не обижали, она была таким милым ребенком, похожим на ангела, что каждый, кто встречался ей в жизни, считал своим долгом помогать ей. В школе, когда другие девочки ссорились и дрались, Полина выступала в роли мирового судьи и всегда находила слова, которые помогали примирить враждующие стороны. Она была невероятно доброй и отзывчивой. Возможно, рядом с мамой, в привычной среде, со временем она окрепла бы и адаптировалась в социуме, но здесь, в чужой стране, среди чужих людей, в доме мужчины, который одним лишь взглядом вгонял ее в ступор, ей не хватало смелости хотя бы иногда возразить, а не то, чтобы чувствовать себя уверенно.
Ник несколько минут молча рассматривал девушку, он вдруг осознал, что никогда не слышал, как она смеётся, иногда улыбка озаряла ее лицо, она предназначалась, как правило, Шарлю Беллуа или Одри, но не ему. При нем же она всегда выглядела настороженной, словно боялась сказать лишнее слово. А ведь так и есть. Что же он хотел, если и сам никогда не сказал ей ни одного ласкового слова. Взять хотя бы вчерашний инцидент или первое с ним знакомство, даже оно не прошло для нее безболезненно.
Он вспомнил, как оставил ее на дороге под проливным дождем. В тот вечер было так же холодно, как сегодня, и ветер, колючий, пронизывал до костей, даже рубашка и пиджак не защищали от промозглости. Он почувствовал всю прелесть погоды, когда поднял Полину на руки, промокшую насквозь в тоненьком летнем платьице, и понес к машине.
Каким же иногда он бывает упрямым ослом. Ведь девчонка могла просто замёрзнуть на той дороге. Спасибо Луису, доброму, умному и справедливому Луису, который наглотавшись в детстве полный горшок несправедливости, старался сейчас поступать по совести.
Сглотнув комок горечи, Ник спросил слегка охрипшим голосом. – Ты поела?
– Да, – едва слышно ответила девушка.
– Можно мне уйти?
– Конечно, если не хочешь посидеть у камина.
– Не хочу. Простите. – Только минуту спустя Полина поняла, что отказала хозяину.
Миновав последнюю ступеньку, она оглянулась, с этого места хорошо просматривался гостиный зал и большой мраморный камин, занимавший почти половину противоположной от лестницы стены.
Обычно камин не разжигали, но прошедший ураган внес свои коррективы, принеся с собой не только дождь, но и холод. К счастью, дождь давно прекратился, но прохлада никак не отступала.
Ник задумчиво смотрел на огонь, обычно ему нравилось слушать, как трещат угли, разбрасывая в разные стороны разноцветные искры. В такие минуты можно было просто сидеть, отрешившись от всего земного, наслаждаясь теплом и уютом. Но сегодня все было по-другому. Он чувствовал, как тревога потихоньку заползает в душу. Пока он не знал, откуда это ощущение, с чем оно связано, но появившись несколько дней назад, оно держали его в напряжении. Ник ждал Луиса, ждал с нетерпением. Он был уверен, что тот распутает этот дьявольский клубок. Было важно найти тех, кто решил использовать его компанию, как перевалочную базу для снабжения страны наркотиками. И нужно, чтобы это случилось как можно раньше. Иначе придётся приостановить работу порта на неопределённое время.
Ник был уверен, что Луис справиться с этой задачей, тем более что и федералы будут носом рыть землю не желая, чтобы информация об их бездействии попала в конгресс.
Прода от 18.06.2024, 18:29
Глава 9.1
Полина долго лежала с открытыми глазами. Мысли перескакивали с одного места на другое. Она вспоминала детство, маму. Пыталась понять, почему выросла безвольной рохлей, трусливой, неспособной себя защитить. Если бы ей удалось сохранить деньги, она давно была бы в Москве с мамой и подругами. Но ей не хватило смелости, чтобы сказать отцу: «Нет». Полина вспомнила, как встретили ее бабушка, дед, и слезы тонкими струйками потекли по щекам. Обида жгутами сдавила грудную клетку, вырывая из горла рыдания.
Чтобы не расплакаться окончательно, она переключилась на Ника. Мысли о нём действовали на неё как триггер. Стоило представить его образ, как волнение и тепло разливались по телу, образую внизу живота лёгкое томление, заставляя дыхание сбиваться с ритма. Полина невольно сжала ноги, чтобы избавиться от жара внутри, но стало еще хуже, тело начало покалывать, предупреждая о желании получить немедленную разрядку. Чтобы отвлечься, ей пришлось встать и выйти на террасу.
На её лице блуждала счастливая улыбка. Скоро придёт Ник, и они займутся любовью. Это было удивительно, что сегодня Полина ждала с нетерпением того, чего раньше так сильно боялась.
Она не знала, как описать чувства, которые испытывала к Нику Мортану. В них было много всего намешано: страх, смятение, растерянность. Но было что-то ещё, что заставляло сердце волноваться при звуке его голоса. Желание находиться рядом или хотя бы видеть издалека, или просто знать, что он где-то близко. Но больше всего хотелось касаться его, смотреть в глаза и чувствовать запах его тела, приправленный дорогим парфюмом.
Она услышала звук открываемой двери и вернулась в комнату.
Сегодняшний секс отличался от того, который произошел между ними несколько дней назад.
– Таблетки пьешь? – расстегивая ремень, спросил Ник, не выказывая никаких эмоций – Да, – быстро ответила Полина, нервно облизывая губы. Это движение заставило его восставшую плоть придти в движение. Не отводя взгляда от девушки, он медленно, словно испытывая ее, расстегнул рубашку, затем, также не торопясь, сбросил с себя и, оставшись в одних слаксах, подошел к Полине.
– Стань на четвереньки ко мне, задам, – коротко скомандовал. Увидев, как она опускается на пол, он резко остановил ее. – На кровать.
Полина сбросила халат и, послушно встав на четвереньки, придвинулась к краю кровати. Ник некоторое время рассматривал ее.
Он так и не решил, чем сегодня заниматься с ней: любовью или просто оттрахать. Через некоторое время поймал себя на мысли, что хочет ласкать ее, чтобы увидеть, как затуманятся от страсти аквамариновые глаза, хочет услышать, как девочка закричит, впитывая в себя его сперму и выплескивая наружу наивысший пик наслаждения.
Ник поднял руку, чтобы коснуться ее спины, медленно прошелся по позвоночнику. Кожа девушки оказалась на ощупь гладкой и нежной, словно муар. Мужчина почувствовал, как желание опалило низ живота и привело в движение то, что давно требовало выхода. В эту минуту он принял решение, ему нужен секс и только секс.
Полина почувствовала, как теплые руки коснулись спины, прошлись по позвоночнику, замерли на несколько секунд, затем вновь продолжили путь. Девушка пыталась сдерживаться, но тело, не слушаясь здравого смысла, откликнулось на ласки и стало непроизвольно совершать движения вслед за его руками. Все произошло не так, как представляла себе Полина. Она надеялась на ласки и поцелуи, на такой секс, как в первый раз. Но Ник, дойдя до ягодиц, обхватил их руками, сдавил, помял, погладил, хлопнув ладонью, сделав ей больно, затем провел рукой между ног, несколько раз коснулся клитора и, убедившись, что она выпустила сок, вошел в нее резко и сделал ровно столько движений, сколько нужно было ему, чтобы получить то, зачем пришел.
– Следующий раз постарайся расслабиться, иначе так и останешься не удовлетворенной, я не собираюсь тратить время на игры. И запомни, будешь сама с собой развлекаться, накажу. – Собрав вещи, он ушел, не оглянувшись и не пожелав спокойного сна.
Полина долго не могла заснуть, жар внизу живота никак не хотел покидать тело, требуя разрядку, она знала, как ее получить, но боялась, что Ник узнает и непременно выполнит свою угрозу.
Луис вернулся через две неделю. Он появился к обеду, как всегда бодрый, с неизменной улыбкой на лице. Полина заметила, как Ник задал безмолвный вопрос и, получив такой же ответ, молча приступил к еде. Обед закончился необычно быстро, и мужчины удалились в кабинет. О чем они разговаривали, никто так и не узнал, но вместе, закрывшись, они провели несколько часов.
– Значит, стоит ждать гостей? – задумчиво глядя в окно, спросил Ник.
– Да, думаю, они не заставят себя ждать. Федералы просили, чтобы ты подыграл им, и еще, Ник, важно, чтобы никто ни о чем не догадался. С тобой встретятся, чтобы посветить во все планы. Я рассказал тебе только то, что известно мне.
– Ну что же, будем ждать. На всякий случай нужно усилить охрану дома и еще раз проверь всех, кто работает на вилле.
– Я и сам об этом подумал, прежняя экономка последнее время самостоятельно набирала людей, я не контролировал.
– Тебе не обязательно все контролировать самому. У тебя есть Томас.
– Ты прав, но мне спокойнее, когда я все сам проверяю.
– Поступай, как знаешь. Но я не хочу, чтобы ты работал на износ.
Луис открыл рот, чтобы поинтересоваться, как складываются у Ника отношения с Полиной, но вовремя захлопнул его по лицу друга, догадавшись, что тот сейчас не расположен обсуждать свои отношения, а тем более чувства. Он был приучен к тому, что Ник рассказывает о себе, только если сам захочет, и ровно столько, сколько посчитает нужным. Даже самых близких людей он держал на расстоянии в том, что касалось его личных отношений.
Прода от 20.06.2024, 19:23
Глава 9.2
Луис Алонсо был предан Нику, как пес хозяину. Он любил его как друга, как брата, как наставника. Он отдал бы за него жизнь, не раздумывая, если бы потребовали обстоятельства. Луису было тринадцать, когда он впервые встретился с Ником Мортаном. К тому времени он вместе с родителями и братом уже несколько лет жили в Лос Анджелесе, переехав сюда из Мексики в надежде на лучшую жизнь.
Но лучшей жизни не получилось. Да и что могло ждать бедную мексиканскую семью без гроша в кармане в богатом Американском городе. Отцу удалось найти заброшенную лачугу в одном из самых бедных районов. Она почти разваливалась, но это было лучшее из того, что можно было найти, и лучше, чем ничего. Со временем они кое-как обустроились, лачугу подлатали, окна заделали, и их новое жилье приобрело божеский вид.
Поселившись в городе миллионеров, семья Луиса ничего не приобрела, кроме головной боли. Они жили в южном Лос Анджелесе, а здесь, как и в Мексике, процветала наркоторговля и преступность. Многочисленные бандитские группировки вели между собой войны, и часто в этот замес попадали люди, далекие от преступного мира.
Мать Луиса пыталась устроиться прачкой в богатый дом, но никто не хотел брать мексиканскую женщину на работу. Наконец ей удалось устроиться посудомойкой в одно недорогое кафе. Платили немного, но это был хоть какой-то заработок. Отец после долгих мытарств тоже устроился подсобным рабочим в строительную бригаду. Брат Хорхе был старше Луиса на пять лет, но выглядел маленьким, щуплым и все из- за кокаина, которым увлекся еще в Мексике. Когда Луису исполнилось двенадцать, брат умер в одном из подвалов из-за передоза. Луису показалось, что родители не очень горевали по поводу смерти сына. Мать была еще в детородном возрасте и могла нарожать кучу детей. Может поэтому или по какой другой причине, но их совсем не интересовало, чем занимался Луис.
Как-то, придя с работы и увидев сына за чтением, мать горестно вздохнула и решилась высказать сыну все, что давно накипело.
– Всё книжки свои читаешь, а чтобы семье помочь, даже не думаешь.
– Мама, что сделать, ты скажи, я помогу.
– Откуда я знаю. Вон смотри, все дети зарабатывают кто чем. Все сами себя содержат и родителям помогают, а ты только на нас надеешься. Если бы Хорхе был жив, мы бы нужды не знали, он, хоть и был наркоманом, а деньги в дом приносил. А ты? Вон какой вымахал. Занялся бы чем-нибудь.
Чем мог заняться двенадцатилетний мальчишка, которого не интересовали наркотики? Конечно, кражами. Со временем Луис в этом деле преуспел. Мальчик мечтал вырваться из помойной ямы, в которой жили его родители и он вместе с ними. Он хотел преуспеть в жизни, его устроила бы работа обычного клерка, но для этого требовалось образование. Чтобы его получить, нужны деньги, много денег. А как заработать, кроме как воровством, других способов Луис не знал. Ник поймал Луиса в тот момент, когда подросток пытался завести его Харлей, оставленный на обочине, когда он отошел, чтобы купить бутылку воды. Было, похоже, что мальчишка в совершенстве овладел угоном этого вида транспорта. Прошли не больше тридцати секунд, как Ник, услышав звук сигналки, подбежал к мотоциклу. Мальчишка уже набирал код, благодаря которому мотоцикл заводился без ключа.
