Стало не по себе от его вопроса. Прищурилась, пытаясь уловить тайный смысл. Прямо чувствовала, что он не просто так спросил. Посмотрела на его напряженное лицо и гневно выдала:
– Перед тобой забыла отчитаться!
– Не дерзи мне! – грубо отчеканил Александр, привыкший, чтобы все по стойке смирно стояли и выполняли любое его желание.
– А ты делай одолжение тем, кто не дерзит, а меня оставь в покое. Ты меня бесишь!
Амуров оскорбился, что читала по его лицу, которое буквально кипело от ярости. Он оттолкнул от себя и гневно отчеканил:
– Отлично. Тогда не задерживаю. Желаю скучать в сторонке, пока все танцуют. Тебе-то не судьба.
– Я нормально танцую, – с возмущением выдохнула, поражаясь напыщенности это знатока женской красоты. Посмотрите-ка. Нашелся мне!
– Сомневаюсь, – сказал с таким лицом, будто съел килограмм лимонов. – Чтобы танцевать, нужно чем-то двигать.
Все, всему есть предел. А у меня он маленький. Взорвалась внутри от гнева. Прищурилась и пошла на него, толкнув в сторону, что почти удалось, и процедила:
– У меня есть чем двигать, а вот у тебя комплексы. Уверена, что своей ядовитой бравадой скрываешь маленький член и быстроиграющую нестабильную эрекцию.
Даже не успела понять, как он вбил в свое тело и резко повернул так, чтобы я задницей ощутила горячий член через одежду, рвущегося на свободу с такой силой, что не было сомнения в том, что у него с размерами все хорошо, как, впрочем, и с эрекцией.
Началась веселая, подвижная музыка, а мы не реагировали. Амуров жадно водил по бедрам, а я… позволяла, закрыв глаза, чувствуя, как меня всю передергивает от возбуждения.
Он прижался так, что не смогла даже дышать, пока не услышала:
– Ты проходила тест на совместимость с оборотнем? – Амуров буквально выдыхал каждое слово, опаляя мятным дыханием, сдерживая себя, что чувствовала каждой клеткой своего тела.
– Не твое дело… – просипела, пытаясь собраться.
– Пройди! – буквально прорычал он, жадно прикоснувшись губами к шее, отчего мурашки пошли, а потом снисходительно продолжил: – Счет можешь прислать мне.
Его слова быстро вернули на землю, Вот же… И я… растаяла как снегурка весной.
«Нужно соглашаться на встречу с оборотнем, а то с этим тигром переспать – себя не уважать».
– Зачем проходить? Я знаю ответ и скажу тебе.
Послышался странный звук, идущий из его груди. Амуров резко повернул к себе, схватив за шею, ненасытно лаская пальцами, и спросил:
– И что?
Улыбнулась и, посмотрев по сторонам, положила руку на его ширинку, отчего он зашипел, что музыкой отдалось в моих ушах, и, отмечая, как ему хорошо, с силой сдавила, четко чеканя:
– Да я с тобой не лягу, даже если буду помирать от того, что нужно переспать с оборотнем, а будешь рядом маячить только ты один! Еще раз подойдешь, я напишу жалобу! Понятно?
Воспользовавшись тем, что он зарычал и чуть наклонился, откидывая мою руку, поспешно кинулась от него, считая – мы закончили. Огляделась по сторонам, но подруги не увидела. Обернулась и посмотрела на второй этаж, где тусовались Назаров со своей компанией, но там никого не было. Странно.
Опасаясь, что Вадим вновь подойдет к Вере, достала смартфон из сумки, набирая ее номер, направляясь к нашему столику. Вирина не отвечала.
Где она?
Может, в дамскую комнату пошла?
Села на кожаный диван за стол и выдала стон, замечая, что ко мне вальяжно идет Амуров. Наглый и грозный. Надоел уже. Опять что ли?
Парень подошел ближе и, чуть наклонившись к моему лицу, выдал:
– Не накручивай, что я заинтересовался тобой.
Скривилась, наглядно показывая, что вот о нем я совсем не думаю, и мило пропела:
– Молодой человек, отойдите. Вы мне мешаете смотреть на настоящих мужчин.
Александр повернулся и посмотрел на танцпол, как и я, и мы вместе увидели, что под стремную музыку там танцуют девушки и только два парня: один низкого роста и худой, выгибаясь как ива, а второй примерно в ширину как три меня, подпрыгивая на месте.
«Да уж, ну и выбрала…»
– И что, это настоящие парни? Такой поганый вкус? Неудивительно, что мою благотворительность не оценила, – злорадно подытожил Амуров, пожирая меня глазами.
Махнула рукой, показывая, что вот совершенно не интересует его мнение, и выдала:
– Не нуждаюсь в благотворительности… так что давай, не загораживай, вперед и с песней. Или как там у вас, оборотней? С мяуканьем? С завыванием?
Он грозно посмотрел и выдал:
– Не переживай, больше не подойду. Есть достойные.
– Вот и я о том же! Не трать мое время, – пропела и отвернулась, изображая восторг, когда толстенький парень начал вертеть задом, поднимая правую руку. Напился…
Но это я секунду смотрела, а по-настоящему – ничего не видела, только чувствовала… пронзительный, обжигающий взгляд.
Когда стало спокойно, я вздохнула, радуясь, что он ушел. Вот и отлично! Пусть валит со своей благотворительностью куда подальше. Мои косточки я лучше отдам… партнеру в клубе, который вот совсем не против.
Возмущению не было предела, но оно прошло, когда я вновь начала звонить подруге, переживая, куда она пропала.
Уже хотела ставить на уши весь этот клуб, как вдруг увидела Вирину, направляющуюся ко мне. Сказать, что она злая – это просто пошутить. Фурия… с нежной улыбкой на лице. Я бы так не смогла. Щелкала бы зубами в лучшем случае, а остальное обсуждать не стоит. Вера приблизилась и ледяным тоном предложила:
– Пойдем домой?
– Что случилось? – перешла к делу, тут же хватая смартфон и открывая приложение, чтобы вызвать тачку.
– Ничего, – спокойно ответила она, нагло обманывая лучшую подругу. Видно, ей очень дерьмово.
Так… и какой адрес у этого клуба?
– Ты разговаривала с Назаровым и поэтому так расстроена? – корректно начала я, забивая в поисковике название заведения.
– Нет. Я… не хочу оставаться здесь и… – она резко прервала речь и выдала стон, с сожалением выдыхая: – Проклятье.
Тут в проходе показалась красивая брюнетка, которая, заметив нас, направилась прямым ходом в нашу сторону, словно увидела добычу. Чувствуя, что подруга пытается настроить себя на вежливый тон, я скривилась. Мне-то можно быть самой собой. Я не от кого не завишу, и мне не нужно улыбаться, чтобы не доложили альфе. Пусть думают что хотят, но улыбаться по заказу не собираюсь.
Изящная девушка с длинной косой в коротком бежевом платье, длинными ногами на шикарных лабутенах подошла ближе и громко воскликнула:
– Ой, Вер, прости, что не заметила тебя. Встретила друзей и заговорилась.
Отмечая, как подруга скривилась, было очень интересно узнать: какие друзья и какая тема разговора.
– Ничего, – сказала Вера, а потом представила: – Ник, познакомься, это моя… двоюродная сестра, Лариса. Лара, а это Вероника, моя лучшая…
– Подруга? Она? – с искренним возмущением прыснула обнаглевшая сестрица. – Человечка? Ты брось… Она же…
После «Человечки» захотелось дернуть эту макаку за косу и немного проредить пряди. Вот же змея…
– А в чем проблема? – рявкнула, радуясь, что неизменно в клубы хожу в удобной одежде. Представился случай… по мордочке дать, а я всегда готова. – Между прочим, я невероятно вежливая человечка. А могла бы сказать: «Ой, Вера, это что… твоя сестра? Невероятно! Облезлая с драным хвостом и без мозгов! Ну да… в семье не без урода!» А я очень… ну очень вежливая, и таааак не сказала, – последние слова почти прорычала. Почему бы нет? Живем с оборотнями, приходится соответствовать.
Девушка хищно оскалилась, обещая своими глазенками мне расплату, и не выдержав, я сделала шаг к ней, желая заехать этой сучке по морде. Немного… Чуточку. В глаз… и в нос, для начала.
– Лариса, у Ники черный пояс…
«Ай! Вот кто просил?! Нужно было потом сказать… Потом, когда бы за волосенки подергала…»
Лариса моментально отступила и поспешно проговорила:
– Ммм… я видно… не так сказала. Прошу простить, – говорила она, не скрывая своего презрения, как и страха, а я открыто всем своим видом, позой посылала ее подальше, чтобы знала, что она тут в воздух говорила, пока я думала о своем. Ну а что? Я не злопамятная, но память у меня хорошая.
Она сделала еще шаг назад, как вдруг остановилась и произнесла:
– Ой, Вера… да… ты не забудь деньги перевести, а то альфа переведет твоих родителей в другой дом, чтобы…
Моментально забыла обо всем на свете и посмотрела на подругу, на которой лица не было. Она сдержанно кивнула, стискивая подол черного платья, и произнесла:
– Да, я постараюсь…
– Надеюсь, а то моему отцу уже надоели попрошайничества жены его брата. И мы до сих пор не понимаем, почему она решила…
– Рот закрой, когда говоришь о моей матери, – грубо выдала Вера, забывая, что она слабый оборотень и очень вежливая ко всему прочему. Когда дело касалось ее семьи – она агрессивно была настроена против всего мира.
Ну и я тут как тут. Как же без меня?! В сторонку оттеснила подругу, стоило лишь заметить, как Лариса расправила свою грудь третьего размера, желая поставить Вирину на место.
Только она сделала шаг, и я перегородила путь, прищуриваясь, ожидая нападения. Обманываю. Какое нападение от этой трусихи? По ней же видно, что она кроме сумочки ничего тяжелее не держала. Явилась тут звезда особого полета.
Выскочка успокоилась, улавливая во мне «море любви» к ее персоне и презрительно выдала:
– Хм… сколько гонора и от кого? Слабого недооборотня… – говорила и смотрела на Вирину, а потом перевела взгляд на меня. – Ну да ладно. Хотяяя – девушка задумчиво потянула, будто вспоминая о чем-то незначительном, – мое предложение в силе. Я бы перевела все деньги, которые у меня есть, альфе стаи за вашу семью, если ты… отдашь мне драгоценности нашей бабушки.
– Никогда, – грубо сказала Вирина, возмущаясь предложением корыстной сестренки. – Она подарила их мне!
– Так важны, что плевать, что семью переведут в самый затхлый дом?
– Мне мама не говорила об этом. Я бы нашла…
– Ну, конечно, она ведь считает, что ей должен помогать мой отец, а он ничего никому не должен! Неважно, что она заболела…
Вера нахмурилась, сдерживая эмоции, и прошептала:
– Уходи…
– Естественно! Что ты еще можешь сказать?!
– Куда переводить деньги? – грубо спросила, и тут же почувствовала руку Веры на своем запястье. Она отрицательно покачала головой и сказала нам:
– Я найду деньги и перешлю.
– Уж постарайся… – рявкнула Лариса и, заметив кого-то в стороне, завизжала и побежала целоваться, восторгаясь всем, что видела на знакомой, как и та на ней.
Мы стояли. Молча. Вера думала о проблемах и как их вывезти, а я… как помочь ей. Только хотела сказать и тут услышала:
– Пойдем… а то в третий раз я не хочу это слышать.
– Третий? – спросила, показывая ей на проход.
Она кивнула и, последовав за мной, поделилась:
– Первый – она об этом со смехом рассказывала в компании Назарова на улице, прекрасно зная, что я стою неподалеку.
Даже нечего было сказать, да и не нужно. Я положила руку на ее плечо и, сжав, прошептала:
– Нужно вещи забрать. Машина уже ожидает
Вера пожала плечами, продолжая двигаться, а я вырвалась вперед, чтобы очередь занять. Всем приспичило на улицу. Уже осталось три человека, когда увидела Назарова и его друзей, которые только что пришли с улицы. Они направились в зал, путь которых лежал через подругу, моментально почувствовавшей их, потому что Вера резко втянула воздух и поспешила ко мне, полностью игнорируя все и всех, двигаясь к цели.
Все хорошо, только вот когда они проходили мимо, друзья прошли вперед, а Вадим резко взял ее за руку, останавливая, не давая возможности идти дальше.
Взяла наши вещи и быстро направилась к парочке, ругая себя, что оставила подругу одну. Оказавшись рядом, услышала:
– Нет! Мы заказали такси!
– Я все равно еду в студенческий городок, – рявкнул суровый красавчик, буквально накаляя воздух своим гневным настроем. – Что не так? Мы как раз поговорим о твоих…
– Ничего мы не поговорим! – подруга буквально кипела от отчаяния и обиды. – И впредь… я прошу не подходить ко мне, либо поступлю, как посоветовала подруга и напишу жалобу, – гневно отчеканила она, пытаясь вырваться, но Вадим не давал ей даже сдвинуться, придерживая за локоть.
Парень скривился на ее слова, отчего сделала вывод, что для него это не играет роли, и нагло хмыкнул:
– Думаешь, эти законы что-то значат для меня? Не забывай, что скоро ты будешь на моей территории. В моем городе.
«Ты посмотри какой фраер! На его территории… в его городе. Зазнайка буква «я». Так и хотелось запустить в него чем-нибудь, чтобы отвлекся от главной миссии в своей жизни – превозносить себя».
Подруга на его слова хотела ответить гневно, но тут же замолчала, о чем-то панически думая, и добавила:
– Я прошу оставить меня в покое, – отмечая, как его глаза загорелись ярким огнем, она прикрыла глаза и вежливо начала вновь говорить: – Насколько я знаю, твоя невеста тоже прибудет в город, поэтому, если будете в той стороне, заходите в кафе и…
– Мы не ходим в грязные забегаловки, – грубо выдал он.
«Жлоб! Чтобы тебя от ресторанов проносило каждый раз!»
– Тогда всего доброго, – произнесла девушка и, схватив свою куртку, пошла на выход, делая это великолепно. Походка у нее что надо! Не зря Назаров так пялился.
Она ушла, а мы остались. Когда заметила, что парень со странным оскалом на лице решил последовать за ней на улицу, резко перекрыла проход и лучезарно улыбнулась. Конечно, там лучезарностью и не светило! Я неудачно пошутила. Естественно, скривилась этому волчаре, чтобы гад знал, что на его альфазамашки мне плевать с высокой горы.
– Хочешь жениться на ней, раз бегаешь, как собачонка?
«Ай да я!» – моя первая мысль, а когда у парня пошли проявления волчьей мордашки, и послышалось рычание, решила, что вот с психами-альфами лучше не стоит так резко. Обидчивые больно.
Назаров сделал шаг ко мне и процедил:
– Ты…
– А я… подруга Веры и ужасно хочу погулять на ее свадьбе, вот и интересуюсь. Вдруг ты решил предложить руку и хвост? – последнюю фразу я выдохнула с таким восторгом, что он даже застыл на мгновение от моей наглости.
Парень молчал, испепеляя взглядом. Я была уверена, что мысленно он порвал меня на куски, замариновал, зажарил, сейчас травки нарвет и все… будет шикарный шашлычок.
– Не лезь не в свое дело, – грубо процедил свет очей белых волков.
– Мое дело. Мое! Вера – моя лучшая подруга. А ты… сильный оборотень, будущий альфа, парень, у которого есть невеста. Так вот объясни мне, альфа, что тебе от нее надо?
– Не твое дело, – послышались нотки рычания, но меня не волновало. Живем с оборотнями, что же теперь поделать? Только одно – привыкать к их варварским повадкам и не зацикливаться на них.
– Слушай, ей и так не сладко от ваших гребаных… – клыкастый странно прищурился, клацнув зубами, и я начала корректно подбирать слова. Вот правда, они обижаются, а нам, значит, на «человечек» можно нормально реагировать? Волки поганые. Затянула паузу и выдала: – В общем, то, что она не умеет оборачиваться…
– Я знаю, – с недовольством выдал Назаров, – и хотел помочь.
– Как? Предложить спать в обмен на деньги? Или что? Ну вот что ты еще можешь ей предложить и потребовать? – не выдержала и засмеялась. – Деньги могу ей дать я. Просто так. Безвозмездно. И даже массажа ног не попрошу, хоть и люблю это дело. А ты не предлагаешь, а заставляешь. Разницу улавливаешь?
– Перед тобой забыла отчитаться!
– Не дерзи мне! – грубо отчеканил Александр, привыкший, чтобы все по стойке смирно стояли и выполняли любое его желание.
– А ты делай одолжение тем, кто не дерзит, а меня оставь в покое. Ты меня бесишь!
Амуров оскорбился, что читала по его лицу, которое буквально кипело от ярости. Он оттолкнул от себя и гневно отчеканил:
– Отлично. Тогда не задерживаю. Желаю скучать в сторонке, пока все танцуют. Тебе-то не судьба.
– Я нормально танцую, – с возмущением выдохнула, поражаясь напыщенности это знатока женской красоты. Посмотрите-ка. Нашелся мне!
– Сомневаюсь, – сказал с таким лицом, будто съел килограмм лимонов. – Чтобы танцевать, нужно чем-то двигать.
Все, всему есть предел. А у меня он маленький. Взорвалась внутри от гнева. Прищурилась и пошла на него, толкнув в сторону, что почти удалось, и процедила:
– У меня есть чем двигать, а вот у тебя комплексы. Уверена, что своей ядовитой бравадой скрываешь маленький член и быстроиграющую нестабильную эрекцию.
Даже не успела понять, как он вбил в свое тело и резко повернул так, чтобы я задницей ощутила горячий член через одежду, рвущегося на свободу с такой силой, что не было сомнения в том, что у него с размерами все хорошо, как, впрочем, и с эрекцией.
Началась веселая, подвижная музыка, а мы не реагировали. Амуров жадно водил по бедрам, а я… позволяла, закрыв глаза, чувствуя, как меня всю передергивает от возбуждения.
Он прижался так, что не смогла даже дышать, пока не услышала:
– Ты проходила тест на совместимость с оборотнем? – Амуров буквально выдыхал каждое слово, опаляя мятным дыханием, сдерживая себя, что чувствовала каждой клеткой своего тела.
– Не твое дело… – просипела, пытаясь собраться.
– Пройди! – буквально прорычал он, жадно прикоснувшись губами к шее, отчего мурашки пошли, а потом снисходительно продолжил: – Счет можешь прислать мне.
Его слова быстро вернули на землю, Вот же… И я… растаяла как снегурка весной.
«Нужно соглашаться на встречу с оборотнем, а то с этим тигром переспать – себя не уважать».
– Зачем проходить? Я знаю ответ и скажу тебе.
Послышался странный звук, идущий из его груди. Амуров резко повернул к себе, схватив за шею, ненасытно лаская пальцами, и спросил:
– И что?
Улыбнулась и, посмотрев по сторонам, положила руку на его ширинку, отчего он зашипел, что музыкой отдалось в моих ушах, и, отмечая, как ему хорошо, с силой сдавила, четко чеканя:
– Да я с тобой не лягу, даже если буду помирать от того, что нужно переспать с оборотнем, а будешь рядом маячить только ты один! Еще раз подойдешь, я напишу жалобу! Понятно?
Воспользовавшись тем, что он зарычал и чуть наклонился, откидывая мою руку, поспешно кинулась от него, считая – мы закончили. Огляделась по сторонам, но подруги не увидела. Обернулась и посмотрела на второй этаж, где тусовались Назаров со своей компанией, но там никого не было. Странно.
Опасаясь, что Вадим вновь подойдет к Вере, достала смартфон из сумки, набирая ее номер, направляясь к нашему столику. Вирина не отвечала.
Где она?
Может, в дамскую комнату пошла?
Села на кожаный диван за стол и выдала стон, замечая, что ко мне вальяжно идет Амуров. Наглый и грозный. Надоел уже. Опять что ли?
Парень подошел ближе и, чуть наклонившись к моему лицу, выдал:
– Не накручивай, что я заинтересовался тобой.
Скривилась, наглядно показывая, что вот о нем я совсем не думаю, и мило пропела:
– Молодой человек, отойдите. Вы мне мешаете смотреть на настоящих мужчин.
Александр повернулся и посмотрел на танцпол, как и я, и мы вместе увидели, что под стремную музыку там танцуют девушки и только два парня: один низкого роста и худой, выгибаясь как ива, а второй примерно в ширину как три меня, подпрыгивая на месте.
«Да уж, ну и выбрала…»
– И что, это настоящие парни? Такой поганый вкус? Неудивительно, что мою благотворительность не оценила, – злорадно подытожил Амуров, пожирая меня глазами.
Махнула рукой, показывая, что вот совершенно не интересует его мнение, и выдала:
– Не нуждаюсь в благотворительности… так что давай, не загораживай, вперед и с песней. Или как там у вас, оборотней? С мяуканьем? С завыванием?
Он грозно посмотрел и выдал:
– Не переживай, больше не подойду. Есть достойные.
– Вот и я о том же! Не трать мое время, – пропела и отвернулась, изображая восторг, когда толстенький парень начал вертеть задом, поднимая правую руку. Напился…
Но это я секунду смотрела, а по-настоящему – ничего не видела, только чувствовала… пронзительный, обжигающий взгляд.
Когда стало спокойно, я вздохнула, радуясь, что он ушел. Вот и отлично! Пусть валит со своей благотворительностью куда подальше. Мои косточки я лучше отдам… партнеру в клубе, который вот совсем не против.
Возмущению не было предела, но оно прошло, когда я вновь начала звонить подруге, переживая, куда она пропала.
ГЛАВА 7
Уже хотела ставить на уши весь этот клуб, как вдруг увидела Вирину, направляющуюся ко мне. Сказать, что она злая – это просто пошутить. Фурия… с нежной улыбкой на лице. Я бы так не смогла. Щелкала бы зубами в лучшем случае, а остальное обсуждать не стоит. Вера приблизилась и ледяным тоном предложила:
– Пойдем домой?
– Что случилось? – перешла к делу, тут же хватая смартфон и открывая приложение, чтобы вызвать тачку.
– Ничего, – спокойно ответила она, нагло обманывая лучшую подругу. Видно, ей очень дерьмово.
Так… и какой адрес у этого клуба?
– Ты разговаривала с Назаровым и поэтому так расстроена? – корректно начала я, забивая в поисковике название заведения.
– Нет. Я… не хочу оставаться здесь и… – она резко прервала речь и выдала стон, с сожалением выдыхая: – Проклятье.
Тут в проходе показалась красивая брюнетка, которая, заметив нас, направилась прямым ходом в нашу сторону, словно увидела добычу. Чувствуя, что подруга пытается настроить себя на вежливый тон, я скривилась. Мне-то можно быть самой собой. Я не от кого не завишу, и мне не нужно улыбаться, чтобы не доложили альфе. Пусть думают что хотят, но улыбаться по заказу не собираюсь.
Изящная девушка с длинной косой в коротком бежевом платье, длинными ногами на шикарных лабутенах подошла ближе и громко воскликнула:
– Ой, Вер, прости, что не заметила тебя. Встретила друзей и заговорилась.
Отмечая, как подруга скривилась, было очень интересно узнать: какие друзья и какая тема разговора.
– Ничего, – сказала Вера, а потом представила: – Ник, познакомься, это моя… двоюродная сестра, Лариса. Лара, а это Вероника, моя лучшая…
– Подруга? Она? – с искренним возмущением прыснула обнаглевшая сестрица. – Человечка? Ты брось… Она же…
После «Человечки» захотелось дернуть эту макаку за косу и немного проредить пряди. Вот же змея…
– А в чем проблема? – рявкнула, радуясь, что неизменно в клубы хожу в удобной одежде. Представился случай… по мордочке дать, а я всегда готова. – Между прочим, я невероятно вежливая человечка. А могла бы сказать: «Ой, Вера, это что… твоя сестра? Невероятно! Облезлая с драным хвостом и без мозгов! Ну да… в семье не без урода!» А я очень… ну очень вежливая, и таааак не сказала, – последние слова почти прорычала. Почему бы нет? Живем с оборотнями, приходится соответствовать.
Девушка хищно оскалилась, обещая своими глазенками мне расплату, и не выдержав, я сделала шаг к ней, желая заехать этой сучке по морде. Немного… Чуточку. В глаз… и в нос, для начала.
– Лариса, у Ники черный пояс…
«Ай! Вот кто просил?! Нужно было потом сказать… Потом, когда бы за волосенки подергала…»
Лариса моментально отступила и поспешно проговорила:
– Ммм… я видно… не так сказала. Прошу простить, – говорила она, не скрывая своего презрения, как и страха, а я открыто всем своим видом, позой посылала ее подальше, чтобы знала, что она тут в воздух говорила, пока я думала о своем. Ну а что? Я не злопамятная, но память у меня хорошая.
Она сделала еще шаг назад, как вдруг остановилась и произнесла:
– Ой, Вера… да… ты не забудь деньги перевести, а то альфа переведет твоих родителей в другой дом, чтобы…
Моментально забыла обо всем на свете и посмотрела на подругу, на которой лица не было. Она сдержанно кивнула, стискивая подол черного платья, и произнесла:
– Да, я постараюсь…
– Надеюсь, а то моему отцу уже надоели попрошайничества жены его брата. И мы до сих пор не понимаем, почему она решила…
– Рот закрой, когда говоришь о моей матери, – грубо выдала Вера, забывая, что она слабый оборотень и очень вежливая ко всему прочему. Когда дело касалось ее семьи – она агрессивно была настроена против всего мира.
Ну и я тут как тут. Как же без меня?! В сторонку оттеснила подругу, стоило лишь заметить, как Лариса расправила свою грудь третьего размера, желая поставить Вирину на место.
Только она сделала шаг, и я перегородила путь, прищуриваясь, ожидая нападения. Обманываю. Какое нападение от этой трусихи? По ней же видно, что она кроме сумочки ничего тяжелее не держала. Явилась тут звезда особого полета.
Выскочка успокоилась, улавливая во мне «море любви» к ее персоне и презрительно выдала:
– Хм… сколько гонора и от кого? Слабого недооборотня… – говорила и смотрела на Вирину, а потом перевела взгляд на меня. – Ну да ладно. Хотяяя – девушка задумчиво потянула, будто вспоминая о чем-то незначительном, – мое предложение в силе. Я бы перевела все деньги, которые у меня есть, альфе стаи за вашу семью, если ты… отдашь мне драгоценности нашей бабушки.
– Никогда, – грубо сказала Вирина, возмущаясь предложением корыстной сестренки. – Она подарила их мне!
– Так важны, что плевать, что семью переведут в самый затхлый дом?
– Мне мама не говорила об этом. Я бы нашла…
– Ну, конечно, она ведь считает, что ей должен помогать мой отец, а он ничего никому не должен! Неважно, что она заболела…
Вера нахмурилась, сдерживая эмоции, и прошептала:
– Уходи…
– Естественно! Что ты еще можешь сказать?!
– Куда переводить деньги? – грубо спросила, и тут же почувствовала руку Веры на своем запястье. Она отрицательно покачала головой и сказала нам:
– Я найду деньги и перешлю.
– Уж постарайся… – рявкнула Лариса и, заметив кого-то в стороне, завизжала и побежала целоваться, восторгаясь всем, что видела на знакомой, как и та на ней.
Мы стояли. Молча. Вера думала о проблемах и как их вывезти, а я… как помочь ей. Только хотела сказать и тут услышала:
– Пойдем… а то в третий раз я не хочу это слышать.
– Третий? – спросила, показывая ей на проход.
Она кивнула и, последовав за мной, поделилась:
– Первый – она об этом со смехом рассказывала в компании Назарова на улице, прекрасно зная, что я стою неподалеку.
Даже нечего было сказать, да и не нужно. Я положила руку на ее плечо и, сжав, прошептала:
– Нужно вещи забрать. Машина уже ожидает
Вера пожала плечами, продолжая двигаться, а я вырвалась вперед, чтобы очередь занять. Всем приспичило на улицу. Уже осталось три человека, когда увидела Назарова и его друзей, которые только что пришли с улицы. Они направились в зал, путь которых лежал через подругу, моментально почувствовавшей их, потому что Вера резко втянула воздух и поспешила ко мне, полностью игнорируя все и всех, двигаясь к цели.
Все хорошо, только вот когда они проходили мимо, друзья прошли вперед, а Вадим резко взял ее за руку, останавливая, не давая возможности идти дальше.
Взяла наши вещи и быстро направилась к парочке, ругая себя, что оставила подругу одну. Оказавшись рядом, услышала:
– Нет! Мы заказали такси!
– Я все равно еду в студенческий городок, – рявкнул суровый красавчик, буквально накаляя воздух своим гневным настроем. – Что не так? Мы как раз поговорим о твоих…
– Ничего мы не поговорим! – подруга буквально кипела от отчаяния и обиды. – И впредь… я прошу не подходить ко мне, либо поступлю, как посоветовала подруга и напишу жалобу, – гневно отчеканила она, пытаясь вырваться, но Вадим не давал ей даже сдвинуться, придерживая за локоть.
Парень скривился на ее слова, отчего сделала вывод, что для него это не играет роли, и нагло хмыкнул:
– Думаешь, эти законы что-то значат для меня? Не забывай, что скоро ты будешь на моей территории. В моем городе.
«Ты посмотри какой фраер! На его территории… в его городе. Зазнайка буква «я». Так и хотелось запустить в него чем-нибудь, чтобы отвлекся от главной миссии в своей жизни – превозносить себя».
Подруга на его слова хотела ответить гневно, но тут же замолчала, о чем-то панически думая, и добавила:
– Я прошу оставить меня в покое, – отмечая, как его глаза загорелись ярким огнем, она прикрыла глаза и вежливо начала вновь говорить: – Насколько я знаю, твоя невеста тоже прибудет в город, поэтому, если будете в той стороне, заходите в кафе и…
– Мы не ходим в грязные забегаловки, – грубо выдал он.
«Жлоб! Чтобы тебя от ресторанов проносило каждый раз!»
– Тогда всего доброго, – произнесла девушка и, схватив свою куртку, пошла на выход, делая это великолепно. Походка у нее что надо! Не зря Назаров так пялился.
Она ушла, а мы остались. Когда заметила, что парень со странным оскалом на лице решил последовать за ней на улицу, резко перекрыла проход и лучезарно улыбнулась. Конечно, там лучезарностью и не светило! Я неудачно пошутила. Естественно, скривилась этому волчаре, чтобы гад знал, что на его альфазамашки мне плевать с высокой горы.
– Хочешь жениться на ней, раз бегаешь, как собачонка?
«Ай да я!» – моя первая мысль, а когда у парня пошли проявления волчьей мордашки, и послышалось рычание, решила, что вот с психами-альфами лучше не стоит так резко. Обидчивые больно.
Назаров сделал шаг ко мне и процедил:
– Ты…
– А я… подруга Веры и ужасно хочу погулять на ее свадьбе, вот и интересуюсь. Вдруг ты решил предложить руку и хвост? – последнюю фразу я выдохнула с таким восторгом, что он даже застыл на мгновение от моей наглости.
Парень молчал, испепеляя взглядом. Я была уверена, что мысленно он порвал меня на куски, замариновал, зажарил, сейчас травки нарвет и все… будет шикарный шашлычок.
– Не лезь не в свое дело, – грубо процедил свет очей белых волков.
– Мое дело. Мое! Вера – моя лучшая подруга. А ты… сильный оборотень, будущий альфа, парень, у которого есть невеста. Так вот объясни мне, альфа, что тебе от нее надо?
– Не твое дело, – послышались нотки рычания, но меня не волновало. Живем с оборотнями, что же теперь поделать? Только одно – привыкать к их варварским повадкам и не зацикливаться на них.
– Слушай, ей и так не сладко от ваших гребаных… – клыкастый странно прищурился, клацнув зубами, и я начала корректно подбирать слова. Вот правда, они обижаются, а нам, значит, на «человечек» можно нормально реагировать? Волки поганые. Затянула паузу и выдала: – В общем, то, что она не умеет оборачиваться…
– Я знаю, – с недовольством выдал Назаров, – и хотел помочь.
– Как? Предложить спать в обмен на деньги? Или что? Ну вот что ты еще можешь ей предложить и потребовать? – не выдержала и засмеялась. – Деньги могу ей дать я. Просто так. Безвозмездно. И даже массажа ног не попрошу, хоть и люблю это дело. А ты не предлагаешь, а заставляешь. Разницу улавливаешь?
