– Пойдем к детям, – с веселой улыбкой предложила я, и мы направились ужинать.
Трапезничали весело, и мне, со стороны казалось, это совершенно нормальным, вот такое общение. Темы затрагивались касательно всего. И даже после ужина в салочки и прятки поиграли.
Следующим ранним утром сидела в кровати, поглядывая на потолок. Мне вновь приснился сон про черноволосую девушку и шанара. Все повторялось вновь, только магия Тайхары в этот раз со мной не разговаривала.
Из маленького окошка шел свет от предрассветного сияния неба, освещая стену, и я задумчиво «раскладывала» сон по полочкам. Прекрасно осознавала, что незнакомка из сна – это не я. Тогда кто? И почему я так отчетливо ее воспринимаю? Может быть, это забытая история, и мне продемонстрировали важный ключевой момент из жизни этой девушки? Сон как подсказка, помогающая понять, зачем я здесь?
Без конца ворочалась, но так и не смогла уснуть. Надела платье, поверх него накинула теплый шерстяной платок на плечи, и вышла на улицу. Долго бродила по двору, пытаясь хоть что-то понять, но не могла.
Как только решила идти домой, напряглась и, втянув воздух в легкие, замерла. В мою сторону, тихо ступая, шла неизвестная личность, в темном одеянии, что-то прижимая к себе.
Вновь потянула воздух и прищурилась, понимая, что, чтобы она не несла, оно перемазано в крови. Шаги приближались все ближе и ближе и «гость», обойдя наш двор, присел на песок, рядом с тем местом, где я пряталась, и стал рыть лопаткой яму. Вдохнув глубже воздух, определила, что это женщина. Даже не сомневалась. У мужчин более резкие запахи тела, насколько я поняла по собственным ощущениям. Выкопав небольшое углубление в песке, неизвестная тайхарка потянулась к своему узелку, и принялась разматывать.
Я даже не сдержалась и всхлипнула, видя в ее руках огромный кинжал. Незнакомка в капюшоне сразу же отреагировала, оглянувшись в мою сторону. Нахмурилась, ничего не видя в кромешной темноте, а потом вновь вернулась к своей работе и, положив кровавое орудие в углубление, стала закапывать.
Огромное количество вариантов событий и моего поведения над ними, крутились в голове, и только я решилась выйти из укрытия, как меня прижали к огромной мускулистой мужской груди, а рот зажали ладонью, не позволяя и пикнуть.
«Вот же проклятье, почему не почувствовала мужчину, так близко подобравшегося ко мне? Ведь я всегда чувствую приближение…»
Возможно оттого, что у меня нос забит запахом крови, засохшей на ноже, и все сигналы тела настроены только на этот запах?! Другой причины я не видела. И что особенно интересно, я могла с уверенностью сказать, что кровь свежая, очень тонко это чувствовала. Есть точное подозрение, что она принадлежит женщине, а также, полная уверенность в том, что та, которая скрывается под капюшоном, только принесла его сюда, но не пользовалась им. На холодном орудии чувствуется другой запах.
Попыталась вырваться, но меня только сильнее прижали к стальному горячему телу, и тут же прошептали на ухо:
– Молчи, и… не дергайся.
«Тарлан??! Тарлан! Что он тут делает? И как дергаться, когда он буквально вдолбил меня в свое тело?!»
Пока стояли, чувствовала его горячее напряженное тело, и ощущала себя маленькой девчонкой. Хотя с чего это? Видно аура мужчины влияет на меня, яростная и мощная, давящая своей силой.
Как только женщина спрятала кинжал, крадучись побрела от дома, постоянно оглядываясь по сторонам. Я с облегчением выдохнула в ладонь, надеялась, что Тарлан теперь меня отпустит, но ворай медлил.
Холодный воздух пронизывал до костей, отчего я вся пошла мурашками. А в связи с тем, что нижнего белья на мне не было, так как не выдали, почти голая стояла перед мужчиной.
Закусила губу, пытаясь отодвинуться от его возбужденного паха, направленного мне в спину. А куда еще, если он очень высокий?! Чем больше пыталась освободиться от его захвата, тем сильнее терлась об него, на что услышала рычание:
– Не дергайся! Если не хочешь оказаться на земле… подо мной, – процедил мужчина и убрал свою руку, отступая на шаг. Резко повернулась к нему, желая высказать свое мнение, но, видя дикий голодный взгляд, сглотнула и отвернулась, не желая провоцировать.
Маленькими шажками подошла к месту, где незнакомка спрятала кинжал, и присела, осторожно разрывая песок. Теперь я не волновалась, что на меня «повесят» покушение или убийство. Предводитель тайхаров присутствовал здесь, и все видел.
Подолом приподняла нож и принюхалась, краем сознания отмечая, что это ненормально. Но сейчас мне казалось это не столь важным. Не удержалась и, коснувшись пальчиком капельки крови, поднесла ко рту.
Как только сообразила, что я сделала, в удивлении всхлипнула, ужасаясь себе. Но, одновременно с этим, поняла, чья это кровь. Невероятно, я помнила этот запах, потому что чувствовала его, когда шла с лысой надсмотрщицей.
«Что со мной? Почему я так странно себя веду?»
– И давно у тебя повадки шанаров? – раздался недовольный рык Тарлана, и я тут же посмотрела на него, не зная, что ответить.
– Ну? Обоняние и нюх! Говори! – вновь процедил предводитель.
– Ты меня в чем-то обвиняешь? – раздраженно ответила вопросом на вопрос, и, бросив нож на песок, бросилась вперед, желая помочь пострадавшей женщине, и уйти от неприятного разговора.
Далеко не убежала, даже двух шагов не сделала. Тарлан схватил меня за запястье и, дернув на себя, рыкнул:
– Отвечай!
– И что тогда? Да, зрение, слух и обоняние изначально были выше нормы, а сейчас…
– Ты – шанарка! – со злостью выплюнул он.
– Этим ножом порезали, а может и хуже, ту надсмотрщицу, что ударила ребенка. Может, к ней пойдем, пока не поздно? Или будем рассуждать о том, чем меня наградила Тайхара? Или лечение уже не имеет значения, и ты меня поселишь в домик к пленным?
– Светлана… Хорошо, пойдем в домик надсмотрщиц, а после поговорим… – недовольно выдал Тарлан, пронизывая безумным тяжелым взглядом.
Сказал и отпустил, и мы направились через поселок к полям, Тарлан – впереди, а я следом. Смотрела себе под ноги и одновременно переводила взгляд на спину мужчины, рассуждая о его словах.
Хм-м-м, как же мне не хочется говорить с ним на эту тему, но очевидно придется. Я уже и сама догадывалась, что магия подарила мне не только цвет волос оборотней, но и тело. Главное, чтобы не оборачивалась, а то мне еще только превращения в медведицу не хватало.
Посмотрела на свое плечо, и недовольно сморщилась. Думаю, завтра у меня будет огромный синяк с его ладонь, если учитывать, с какой силой он меня держал. Хорошо хоть руку не сломал. А насчет остального, увидим потом.
Чем дольше я тут нахожусь, тем сильнее мне не нравится. Уже и орудия убийства подкидывают, решив, бесспорно, подставить. Как все банально, и я даже уверена, что это женушка предводителя ко мне так неравнодушна. И как же быть?!
Чем дальше шли, тем сильнее мерзла. Как же на Тайхаре ночью и на рассвете холодно, аж до костей продирает. А на ногах у меня только кожаные чешки, и все.
Тарлан резко остановился, и, придирчиво посмотрев на дрожащую меня, недовольно насупился и проворчал:
– Почему не оделась?
– Что теперь говорить? Да и нет у меня ничего…
Предводитель еще больше нахмурился и, сняв с себя шерстяной жилет, вручил мне. Посмотрела и подумала, что он на мне платьем будет смотреться. Только открыла рот, чтобы сказать спасибо, как услышала:
– Одевайся!
Промолчала и быстро накинула на себя его жилетку, следуя за ним. Столько вопросов кружилось в голове, но я пыталась держать их при себе, прекрасно осознавая, что мужчина еле сдерживает ярость. Еще немного и рванет со всех сторон, и кому будет плохо – известно. Мне в первую очередь. Может быть, прогуляется немного, да успокоится.
Подходя к домику, почувствовала кровь, но в другой стороне. Молча направилась в сторону забора, ограждающего территорию деревянных домиков. Как только дошла до душа, прикрыла рот ладонью, чувствуя, как тошнота подступает к горлу из-за огромного количества крови на земле и неприятного тленного запаха, но не от жертвы.
Помимо этого, в воздухе пульсировали отголоски чего-то темного и сильного, распространяя липкий страх по всему телу. Посмотрела по сторонам, и, вновь принюхавшись, на мгновение уловила что-то резкое и знакомое, но конкретно запах определить не смогла.
Увидела ноги женщины, спрятанной в промывочном сооружении, и, только хотела обойти и вытащить, как услышала рычание:
– Стой на месте! Я сам!
Замерла, и стала наблюдать, как Тарлан подошел к женщине и подтащил ближе ко мне, проверяя рукой пульс. Тайхар недовольно посмотрел на меня и произнес:
– Она уже почти мертва…
Не теряя времени, стремительно села, осматривая тело в поисках раны, чтобы понять причину и последствия.
– Светлана, ты опять потеряешь сознание, – недовольно процедил мужчина, мешая мне работать, прожигая насквозь колючим взглядом.
Ничего не сказала, считая, что бессмысленно отвечать на этот вопрос. Я и сама прекрасно понимаю, что до сих пор не разобралась в своем даре, и поэтому после исцеления мгновенно теряю сознание, но и смотреть, как женщина умирает, не могу.
«Нет, тут все чисто. Значит, рана на спине. Между прочим, на Тайхаре любят в спину бить… Подлость в почете».
– Переверни ее, пожалуйста, – попросила я, отмечая, как замечательно вижу в темноте.
Мужчина недовольно рыкнул, но перевернул, и даже не повторил своего вопроса вновь, за что была ему благодарна. Осмотрев женщину, сразу же увидела рану на пояснице, отчего на секунду замерла. Попыталась не паниковать от мгновенного диагноза, а все разобрать по полочкам.
Раневой канал – линейный (укол), протяженностью приблизительно 10 см, шириной 2,5 см. Удар пришелся в поясничную область и пробил аорту. Кровь быстро поступила в окружающие ткани и полости, образовав «подушку-тампон». Но… очевидно, женщина упала и ударилась спиной, тем самым оторвав ее. Итог: мышцы сократились, растянули раненую аорту; отверстие на ней увеличилось, кровопотеря в течение нескольких секунд привела к потере сознания, вследствие резкой потери артериального давления и остановке сердца. На данный момент пострадавшая находилась в состоянии клинической смерти. И если в течение нескольких минут не провести реанимационные мероприятия, наступит биологическая смерть.
Глубоко вдохнула и, посмотрев на свои руки в крови, стала их очищать, мгновенно продумывая свои действия. Как только прокрутила их в голове, мгновенно подалась вперед, и сама перевернула женщину, решив, что первым делом необходимо заставить заработать сердце, а потом остальное. Отключилась от всего, погрузившись в процесс, и как только услышала стук бьющегося сердца в груди женщины, облегченно улыбнулась. Хмурый мужчина, видя мою попытку вновь перевернуть женщину, рявкнул что-то и сделал это сам. Принялась незамедлительно за рану, мысленно растворяя кровь и зашивая раны.
Закончив исцеление, встретилась с изумленным взглядом надсмотрщицы, непонимающей, что с ней произошло, и счастливо ей улыбнулась, понимая, что на смертельный случай потратила меньше времени, чем на укус таршаны, и даже не падаю в обморок, хотя все перед глазами плыло.
Тарлан резко гаркнул что-то женщине и, услышав ее ответ, только недовольно зарычал, и в эту же секунду я оказалась в сильных руках мужчины, не испытывая недовольства, что он опять меня носит на руках.
По пути к поселку отключалась на несколько секунд и тут же приходила в себя, чувствуя свежесть и запах утренней росы на растениях в полях, глупо улыбаясь.
– Не пойму твоей радости, – буркнул Тарлан, сильнее прижимая меня к своей груди. – Опять все силы истратила!
– Главное – вылечила, – прошептала я, все также вдыхая чистейшие ароматы свежести и еще… терпкий запах мужчины, приятно окутывающий мой нос. Странно, но мне нравился его запах, что неправильно. Нахмурилась, и очень тихо произнесла: – Думаю, тебе не стоит быть рядом со мной. Уверена, что только благодаря твоему вниманию получила дополнительную работу исцеления, а женщина, по этой же причине, чуть не умерла.
Ворай тут же остановился и гневно процедил мне в лицо:
– Не тебе решать, где мне быть и с кем!
– Мне, если это и меня касается, – спокойно произнесла, с огорчением понимая, что совсем нет сил спорить. – Я не желаю, чтобы около меня ходил мужчина, у которого есть жена.
Тарлан резко поставил меня на ноги, и, внимательно посмотрев в глаза, в надежде что-то там увидеть, прямо отчеканил:
– Мужчина, как и женщина, освобождается от жены только в том случае, если один из них умирает. Но в общине допускается иметь несколько…
– Шавань? Или как там их??? – возмущенно уточнила я, наблюдая, как Тарлан скривился, услышав мои слова.
– Дери, – возразил он.
Я хмыкнула и, вздохнув, спокойным тоном произнесла:
– Я никогда не буду ничьей любовницей!
– Хочешь, чтобы я избавился от жены? – грозно рявкнул он, в полной уверенности этого желания, чем вывел меня из себя.
– А зачем? Я не претендую на связь с тобой, в особенности на роль жены. Так что прошу оставить меня в покое! – в тон процедила ему, отталкивая его от себя.
– Нет! – резко выдал он, рукой притянув к себе, и тут же добавил: – Ты – моя! Разорву любого!
Горячие твердые губы накрыли мои в голодном диком поцелуе, подчиняя, не давая свободы, атакуя яростным захватом. Сильные руки сжимали, одновременно причиняя боль и награждая безумным наслаждением. Не могла сопротивляться, как не пыталась. Сжигающее тепло тела исчезло, не сохраняя и остатков. На него моя защитная сила не действовала.
Его нажим ослаб и, воспользовавшись моей краткой передышкой дышать, проник в мой рот языком, соблазняя смелыми ласками. Через краткое мгновение меня уже затрясло от ярких ощущений, с которыми я уже не боролась, но так и не отвечала на поцелуй. Такой шквал резкой подачи необузданного желания в каждой частичке моего тела, что я готова была рычать от своей безумной реакции на его прикосновения.
Ослабив хватку, и оставив меня в покое, мужчина прохрипел:
– Ты меня хочешь, но борешься! Зачем?
Его слова сейчас не имели никакого значения, я пыталась понять, что со мной. Никогда настолько сильно не реагировала на мужчину, а тут… когда презираю его за порядки и суровые законы, ТАК реагирую... Когда нужно отталкивать ворая за его эгоистическое суровое мировоззрение, жестокие правила и устои, не понимая и осуждая! Как объяснить мою реакцию на его поцелуи?
С возмущением посмотрела на него и отчеканила:
– Тарлан! Я прошу тебя оставить меня в покое. Ты мне не нужен!
– Я могу заставить, – снисходительно произнес он, чем еще больше взбесил меня.
– Попробуй, раз привык к насилию. Буду каждую секунду своей жизни проклинать и мечтать, чтобы ты исчез далеко и надолго, – смело заявила, со страхом смотря на его бешеный взгляд, возникший в мгновение ока.
Мужчина замер, а потом сухо произнес:
– Почему ты противишься моему желанию?! Я могу дать тебе многое!
– Спасибо, я сама, – ответила, отходя от него подальше.
– Ты слаба, как бы не силен был твой дар. Я нужен тебе!
– Нет, спасибо, обойдусь. А от твоего внимания, у меня только проблемы с твоей женой будут.
– Она не посмеет!
– Уже посмела!
– Ты уверена в своих словах? – тут же уточнил ворай, и я замолчала, желая уточнить вопрос о наказаниях.
Трапезничали весело, и мне, со стороны казалось, это совершенно нормальным, вот такое общение. Темы затрагивались касательно всего. И даже после ужина в салочки и прятки поиграли.
***
Следующим ранним утром сидела в кровати, поглядывая на потолок. Мне вновь приснился сон про черноволосую девушку и шанара. Все повторялось вновь, только магия Тайхары в этот раз со мной не разговаривала.
Из маленького окошка шел свет от предрассветного сияния неба, освещая стену, и я задумчиво «раскладывала» сон по полочкам. Прекрасно осознавала, что незнакомка из сна – это не я. Тогда кто? И почему я так отчетливо ее воспринимаю? Может быть, это забытая история, и мне продемонстрировали важный ключевой момент из жизни этой девушки? Сон как подсказка, помогающая понять, зачем я здесь?
Без конца ворочалась, но так и не смогла уснуть. Надела платье, поверх него накинула теплый шерстяной платок на плечи, и вышла на улицу. Долго бродила по двору, пытаясь хоть что-то понять, но не могла.
Как только решила идти домой, напряглась и, втянув воздух в легкие, замерла. В мою сторону, тихо ступая, шла неизвестная личность, в темном одеянии, что-то прижимая к себе.
Вновь потянула воздух и прищурилась, понимая, что, чтобы она не несла, оно перемазано в крови. Шаги приближались все ближе и ближе и «гость», обойдя наш двор, присел на песок, рядом с тем местом, где я пряталась, и стал рыть лопаткой яму. Вдохнув глубже воздух, определила, что это женщина. Даже не сомневалась. У мужчин более резкие запахи тела, насколько я поняла по собственным ощущениям. Выкопав небольшое углубление в песке, неизвестная тайхарка потянулась к своему узелку, и принялась разматывать.
Я даже не сдержалась и всхлипнула, видя в ее руках огромный кинжал. Незнакомка в капюшоне сразу же отреагировала, оглянувшись в мою сторону. Нахмурилась, ничего не видя в кромешной темноте, а потом вновь вернулась к своей работе и, положив кровавое орудие в углубление, стала закапывать.
Огромное количество вариантов событий и моего поведения над ними, крутились в голове, и только я решилась выйти из укрытия, как меня прижали к огромной мускулистой мужской груди, а рот зажали ладонью, не позволяя и пикнуть.
«Вот же проклятье, почему не почувствовала мужчину, так близко подобравшегося ко мне? Ведь я всегда чувствую приближение…»
Возможно оттого, что у меня нос забит запахом крови, засохшей на ноже, и все сигналы тела настроены только на этот запах?! Другой причины я не видела. И что особенно интересно, я могла с уверенностью сказать, что кровь свежая, очень тонко это чувствовала. Есть точное подозрение, что она принадлежит женщине, а также, полная уверенность в том, что та, которая скрывается под капюшоном, только принесла его сюда, но не пользовалась им. На холодном орудии чувствуется другой запах.
Попыталась вырваться, но меня только сильнее прижали к стальному горячему телу, и тут же прошептали на ухо:
– Молчи, и… не дергайся.
«Тарлан??! Тарлан! Что он тут делает? И как дергаться, когда он буквально вдолбил меня в свое тело?!»
Пока стояли, чувствовала его горячее напряженное тело, и ощущала себя маленькой девчонкой. Хотя с чего это? Видно аура мужчины влияет на меня, яростная и мощная, давящая своей силой.
Как только женщина спрятала кинжал, крадучись побрела от дома, постоянно оглядываясь по сторонам. Я с облегчением выдохнула в ладонь, надеялась, что Тарлан теперь меня отпустит, но ворай медлил.
Холодный воздух пронизывал до костей, отчего я вся пошла мурашками. А в связи с тем, что нижнего белья на мне не было, так как не выдали, почти голая стояла перед мужчиной.
Закусила губу, пытаясь отодвинуться от его возбужденного паха, направленного мне в спину. А куда еще, если он очень высокий?! Чем больше пыталась освободиться от его захвата, тем сильнее терлась об него, на что услышала рычание:
– Не дергайся! Если не хочешь оказаться на земле… подо мной, – процедил мужчина и убрал свою руку, отступая на шаг. Резко повернулась к нему, желая высказать свое мнение, но, видя дикий голодный взгляд, сглотнула и отвернулась, не желая провоцировать.
Маленькими шажками подошла к месту, где незнакомка спрятала кинжал, и присела, осторожно разрывая песок. Теперь я не волновалась, что на меня «повесят» покушение или убийство. Предводитель тайхаров присутствовал здесь, и все видел.
Подолом приподняла нож и принюхалась, краем сознания отмечая, что это ненормально. Но сейчас мне казалось это не столь важным. Не удержалась и, коснувшись пальчиком капельки крови, поднесла ко рту.
Как только сообразила, что я сделала, в удивлении всхлипнула, ужасаясь себе. Но, одновременно с этим, поняла, чья это кровь. Невероятно, я помнила этот запах, потому что чувствовала его, когда шла с лысой надсмотрщицей.
«Что со мной? Почему я так странно себя веду?»
– И давно у тебя повадки шанаров? – раздался недовольный рык Тарлана, и я тут же посмотрела на него, не зная, что ответить.
– Ну? Обоняние и нюх! Говори! – вновь процедил предводитель.
– Ты меня в чем-то обвиняешь? – раздраженно ответила вопросом на вопрос, и, бросив нож на песок, бросилась вперед, желая помочь пострадавшей женщине, и уйти от неприятного разговора.
Далеко не убежала, даже двух шагов не сделала. Тарлан схватил меня за запястье и, дернув на себя, рыкнул:
– Отвечай!
– И что тогда? Да, зрение, слух и обоняние изначально были выше нормы, а сейчас…
– Ты – шанарка! – со злостью выплюнул он.
– Этим ножом порезали, а может и хуже, ту надсмотрщицу, что ударила ребенка. Может, к ней пойдем, пока не поздно? Или будем рассуждать о том, чем меня наградила Тайхара? Или лечение уже не имеет значения, и ты меня поселишь в домик к пленным?
– Светлана… Хорошо, пойдем в домик надсмотрщиц, а после поговорим… – недовольно выдал Тарлан, пронизывая безумным тяжелым взглядом.
Сказал и отпустил, и мы направились через поселок к полям, Тарлан – впереди, а я следом. Смотрела себе под ноги и одновременно переводила взгляд на спину мужчины, рассуждая о его словах.
Хм-м-м, как же мне не хочется говорить с ним на эту тему, но очевидно придется. Я уже и сама догадывалась, что магия подарила мне не только цвет волос оборотней, но и тело. Главное, чтобы не оборачивалась, а то мне еще только превращения в медведицу не хватало.
Посмотрела на свое плечо, и недовольно сморщилась. Думаю, завтра у меня будет огромный синяк с его ладонь, если учитывать, с какой силой он меня держал. Хорошо хоть руку не сломал. А насчет остального, увидим потом.
Чем дольше я тут нахожусь, тем сильнее мне не нравится. Уже и орудия убийства подкидывают, решив, бесспорно, подставить. Как все банально, и я даже уверена, что это женушка предводителя ко мне так неравнодушна. И как же быть?!
Чем дальше шли, тем сильнее мерзла. Как же на Тайхаре ночью и на рассвете холодно, аж до костей продирает. А на ногах у меня только кожаные чешки, и все.
Тарлан резко остановился, и, придирчиво посмотрев на дрожащую меня, недовольно насупился и проворчал:
– Почему не оделась?
– Что теперь говорить? Да и нет у меня ничего…
Предводитель еще больше нахмурился и, сняв с себя шерстяной жилет, вручил мне. Посмотрела и подумала, что он на мне платьем будет смотреться. Только открыла рот, чтобы сказать спасибо, как услышала:
– Одевайся!
Промолчала и быстро накинула на себя его жилетку, следуя за ним. Столько вопросов кружилось в голове, но я пыталась держать их при себе, прекрасно осознавая, что мужчина еле сдерживает ярость. Еще немного и рванет со всех сторон, и кому будет плохо – известно. Мне в первую очередь. Может быть, прогуляется немного, да успокоится.
Подходя к домику, почувствовала кровь, но в другой стороне. Молча направилась в сторону забора, ограждающего территорию деревянных домиков. Как только дошла до душа, прикрыла рот ладонью, чувствуя, как тошнота подступает к горлу из-за огромного количества крови на земле и неприятного тленного запаха, но не от жертвы.
Помимо этого, в воздухе пульсировали отголоски чего-то темного и сильного, распространяя липкий страх по всему телу. Посмотрела по сторонам, и, вновь принюхавшись, на мгновение уловила что-то резкое и знакомое, но конкретно запах определить не смогла.
Увидела ноги женщины, спрятанной в промывочном сооружении, и, только хотела обойти и вытащить, как услышала рычание:
– Стой на месте! Я сам!
Замерла, и стала наблюдать, как Тарлан подошел к женщине и подтащил ближе ко мне, проверяя рукой пульс. Тайхар недовольно посмотрел на меня и произнес:
– Она уже почти мертва…
Не теряя времени, стремительно села, осматривая тело в поисках раны, чтобы понять причину и последствия.
– Светлана, ты опять потеряешь сознание, – недовольно процедил мужчина, мешая мне работать, прожигая насквозь колючим взглядом.
Ничего не сказала, считая, что бессмысленно отвечать на этот вопрос. Я и сама прекрасно понимаю, что до сих пор не разобралась в своем даре, и поэтому после исцеления мгновенно теряю сознание, но и смотреть, как женщина умирает, не могу.
«Нет, тут все чисто. Значит, рана на спине. Между прочим, на Тайхаре любят в спину бить… Подлость в почете».
– Переверни ее, пожалуйста, – попросила я, отмечая, как замечательно вижу в темноте.
Мужчина недовольно рыкнул, но перевернул, и даже не повторил своего вопроса вновь, за что была ему благодарна. Осмотрев женщину, сразу же увидела рану на пояснице, отчего на секунду замерла. Попыталась не паниковать от мгновенного диагноза, а все разобрать по полочкам.
Раневой канал – линейный (укол), протяженностью приблизительно 10 см, шириной 2,5 см. Удар пришелся в поясничную область и пробил аорту. Кровь быстро поступила в окружающие ткани и полости, образовав «подушку-тампон». Но… очевидно, женщина упала и ударилась спиной, тем самым оторвав ее. Итог: мышцы сократились, растянули раненую аорту; отверстие на ней увеличилось, кровопотеря в течение нескольких секунд привела к потере сознания, вследствие резкой потери артериального давления и остановке сердца. На данный момент пострадавшая находилась в состоянии клинической смерти. И если в течение нескольких минут не провести реанимационные мероприятия, наступит биологическая смерть.
Глубоко вдохнула и, посмотрев на свои руки в крови, стала их очищать, мгновенно продумывая свои действия. Как только прокрутила их в голове, мгновенно подалась вперед, и сама перевернула женщину, решив, что первым делом необходимо заставить заработать сердце, а потом остальное. Отключилась от всего, погрузившись в процесс, и как только услышала стук бьющегося сердца в груди женщины, облегченно улыбнулась. Хмурый мужчина, видя мою попытку вновь перевернуть женщину, рявкнул что-то и сделал это сам. Принялась незамедлительно за рану, мысленно растворяя кровь и зашивая раны.
Закончив исцеление, встретилась с изумленным взглядом надсмотрщицы, непонимающей, что с ней произошло, и счастливо ей улыбнулась, понимая, что на смертельный случай потратила меньше времени, чем на укус таршаны, и даже не падаю в обморок, хотя все перед глазами плыло.
Тарлан резко гаркнул что-то женщине и, услышав ее ответ, только недовольно зарычал, и в эту же секунду я оказалась в сильных руках мужчины, не испытывая недовольства, что он опять меня носит на руках.
По пути к поселку отключалась на несколько секунд и тут же приходила в себя, чувствуя свежесть и запах утренней росы на растениях в полях, глупо улыбаясь.
– Не пойму твоей радости, – буркнул Тарлан, сильнее прижимая меня к своей груди. – Опять все силы истратила!
– Главное – вылечила, – прошептала я, все также вдыхая чистейшие ароматы свежести и еще… терпкий запах мужчины, приятно окутывающий мой нос. Странно, но мне нравился его запах, что неправильно. Нахмурилась, и очень тихо произнесла: – Думаю, тебе не стоит быть рядом со мной. Уверена, что только благодаря твоему вниманию получила дополнительную работу исцеления, а женщина, по этой же причине, чуть не умерла.
Ворай тут же остановился и гневно процедил мне в лицо:
– Не тебе решать, где мне быть и с кем!
– Мне, если это и меня касается, – спокойно произнесла, с огорчением понимая, что совсем нет сил спорить. – Я не желаю, чтобы около меня ходил мужчина, у которого есть жена.
Тарлан резко поставил меня на ноги, и, внимательно посмотрев в глаза, в надежде что-то там увидеть, прямо отчеканил:
– Мужчина, как и женщина, освобождается от жены только в том случае, если один из них умирает. Но в общине допускается иметь несколько…
– Шавань? Или как там их??? – возмущенно уточнила я, наблюдая, как Тарлан скривился, услышав мои слова.
– Дери, – возразил он.
Я хмыкнула и, вздохнув, спокойным тоном произнесла:
– Я никогда не буду ничьей любовницей!
– Хочешь, чтобы я избавился от жены? – грозно рявкнул он, в полной уверенности этого желания, чем вывел меня из себя.
– А зачем? Я не претендую на связь с тобой, в особенности на роль жены. Так что прошу оставить меня в покое! – в тон процедила ему, отталкивая его от себя.
– Нет! – резко выдал он, рукой притянув к себе, и тут же добавил: – Ты – моя! Разорву любого!
Горячие твердые губы накрыли мои в голодном диком поцелуе, подчиняя, не давая свободы, атакуя яростным захватом. Сильные руки сжимали, одновременно причиняя боль и награждая безумным наслаждением. Не могла сопротивляться, как не пыталась. Сжигающее тепло тела исчезло, не сохраняя и остатков. На него моя защитная сила не действовала.
Его нажим ослаб и, воспользовавшись моей краткой передышкой дышать, проник в мой рот языком, соблазняя смелыми ласками. Через краткое мгновение меня уже затрясло от ярких ощущений, с которыми я уже не боролась, но так и не отвечала на поцелуй. Такой шквал резкой подачи необузданного желания в каждой частичке моего тела, что я готова была рычать от своей безумной реакции на его прикосновения.
Ослабив хватку, и оставив меня в покое, мужчина прохрипел:
– Ты меня хочешь, но борешься! Зачем?
Его слова сейчас не имели никакого значения, я пыталась понять, что со мной. Никогда настолько сильно не реагировала на мужчину, а тут… когда презираю его за порядки и суровые законы, ТАК реагирую... Когда нужно отталкивать ворая за его эгоистическое суровое мировоззрение, жестокие правила и устои, не понимая и осуждая! Как объяснить мою реакцию на его поцелуи?
С возмущением посмотрела на него и отчеканила:
– Тарлан! Я прошу тебя оставить меня в покое. Ты мне не нужен!
– Я могу заставить, – снисходительно произнес он, чем еще больше взбесил меня.
– Попробуй, раз привык к насилию. Буду каждую секунду своей жизни проклинать и мечтать, чтобы ты исчез далеко и надолго, – смело заявила, со страхом смотря на его бешеный взгляд, возникший в мгновение ока.
Мужчина замер, а потом сухо произнес:
– Почему ты противишься моему желанию?! Я могу дать тебе многое!
– Спасибо, я сама, – ответила, отходя от него подальше.
– Ты слаба, как бы не силен был твой дар. Я нужен тебе!
– Нет, спасибо, обойдусь. А от твоего внимания, у меня только проблемы с твоей женой будут.
– Она не посмеет!
– Уже посмела!
– Ты уверена в своих словах? – тут же уточнил ворай, и я замолчала, желая уточнить вопрос о наказаниях.
