После голосования – как будто кто-то мог проголосовать неправильно – Таллар-Маре забрал избранных для инструктажа. Оставшиеся выдохнули облегченно, всё-таки у тайной канцелярии репутация особая. А ведь ни Ильтмару, ни Мьёсе, ни Кассену не понравилось, что огневик ведет с князем какие-то дела. Чехарда неимоверная, даже голова разболелась.
Виора отпила ещё немного из своего бокала, едва удерживаясь, чтобы не массировать пульсирующие болью виски. Нужно как-то отвлечься, вот девушка и принялась снова рассматривать магов. В конце концов, она такая же, как они все, может менее талантливая и опытная, точно с менее законным происхождением, но Ньёр и Кинак на это не обращали внимания.
– Госпожа Виора заскучала? Вы очевидно… считаете вопросы хозяйствования недостаточно интересными?
Сосед слева наконец соизволил отвлечься от созерцания скатерти и хрусталя и обратился к ней.
– Какой неожиданный вывод, господин… ах, вы же ещё не представились. – она улыбнулась, не забыв так же изобразить немного пренебрежения в ответ. А Ньёр говорил – тьфу, чтоб ему икнулось! – что её все будут обхаживать и стараться перетянуть на свою сторону. Маг нахмурился, недовольный отпором.
– Эмель Латиш-Годе, к Вашим услугам.
Ой, услугам ли? Но Виора молча склонила голову в безукоризненном приветственном поклоне.
– Ни в коем случае, уважаемый Латиш-Годе, я не считаю, что совет занимается глупыми или неважными делами, так что мне всё интересно. – Невольно поймала себя на том, что крутит перстень на пальце. Что-то успокоительное раз за разом даёт сбой. Может, у магов какой-то другой обмен веществ? Надо будет задать этот вопрос преподавателям на факультете. – Не будете ли возражать, если в какие-то моменты я буду обращаться к Вам за разъяснениями?
Эмель тут же преисполнился прежней важности – мужчина, что ещё сказать – и милостиво разрешил. Так до конца этого весьма торжественного совещания они и просидели, изредка перебрасываясь фразами. При этом Виора изо всех сил старалась не терять нить обсуждения.
Постепенно стали понятны «контуры» разных групп, совсем между собой не согласных. Виски от боли пульсировали всё сильнее, собственная улыбка ощущалась тесной и колючей маской, но холод в груди послушно лежал маленьким клубочком. И всё это время она ощущала на себе чужие изучающие взгляды.
Наконец последнее голосование закончилось, маги поднялись со своих мест и, раскланиваясь, начали расходиться. Среброокая Стужа, дождалась!
Девушка попрощалась со своим соседом и уже нашла взглядом учителя, чтобы сказать несколько слов перед уходом, когда рядом возникла Мьёса собственной персоной. Как же она с таким выражением глаз похожа на отчима! А ведь почти удалось избежать приятнейшей беседы с нею.
– Рада видеть, что ты так хорошо освоилась со своей силой, Виора. Новичкам не так легко это даётся.
– У меня очень хороший учитель.
– Несомненно, мастерство Альгор-Тари велико. Он, наверное, и свинью сможет обучить начертанию заклинаний.
Окружающие увлеченно прислушивались к их беседе, даже не скрываясь. Ах да, магам чужды условности. Виора изобразила улыбку пошире.
– Вот как? Значит, господин Кинак был и твоим учителем? Я определенно сделала хороший выбор.
В глубине зрачков соперницы закружились зеленые вихри. Магия со злостью – плохое сочетание. Изнутри под кожей начал разливаться холод в ответ на чужую агрессию, но Виора усилием воли его уняла. Нельзя! Мьёса тоже приглушила свой вихрь.
– Выбор хорош, это да. Главное, чтобы выбирающий не сплоховал. Чтобы хватило на это способностей.
– Тогда я могу быть абсолютно спокойно: всё будет в полном порядке. С такими-то рекомендациями, от таких-то… специалистов…
В этот момент к ним подошла статная высокая брюнетка вне возраста. Её платье глубоких оттенков багрового прекрасно оттеняло смуглую кожу и терново-черные глаза, что уж говорить об агатовом гарнитуре. Позвольте воспользоваться правом старшинства и представиться самостоятельно. Гинура Тассори-Мэй, маг земли.
Виора почтительно склонила голову в ответ.
– Виора Геор, ледяной маг.
– Мне кажется, со стороны нашего досточтимого председателя было упущением не представить вас, лапушка, всем перед началом совета. – её голос просто истекал ядом сарказма. – Впрочем, если у молодого поколения всё реже и реже встречается достойное воспитание, то что уж говорить о нас, стариках.
Разумеется госпожа Гинура тут же получила заверения, что она молода и прекрасна, и не стоит придавать годам такое большое значение. Впрочем, похоже, этим удовлетворенная, она пригласила «лапушку» заезжать к ней в гости «поболтать» и отплыла в сторону выхода. Мьёса злобно посмотрела ей вслед, но прокомментировать не решилась. Посчитала Виору более легкой жертвой?
– Не буду тебя задерживать. Время уже позднее, детям давно пора спать.
Вот так, а могли бы быть лучшими подругами. Хотя кого она пытается обмануть – Мьёса бесит её одним выражением лица.
– Что ж, ни в коем случае не собираюсь сбивать твой режим сна. Всего доброго. – и наконец отошла к учителю. Невежливо, но блондинка первая начала.
Рядом с господином Кинаком стоял высокий красавец с невероятно обаятельной улыбкой. Темные, как мех норки, волосы вопреки моде не были убраны в хвост, а крупными локонами спадали на бархатный камзол, обрамляя классически вылепленное лицо аристократа. Не хватает огонька в глазах, как у Ньёра, а так вполне ничего. И сама при этой мысли вздохнула – опять она сравнивает всех с этим невозможно-самоуверенным огневиком.
– Виора, – начал господин Кинак с непроницаемым выражением лица, – позволь представить тебе Ольгера Ка-Малера, мага воды.
Первые минуты они обменивались предписанными этикетом для таких случаев фразами, и только когда новый знакомый отметил, что Виора очень похожа на мать, девушка вспомнила, откуда ей знакомо его имя. Отец. Маг, соблазнивший молоденькую дурочку из благородной семьи и бросивший её, даже не поинтересовавшись возможными последствиями. Холод внутри зашипел, ощетинился тонкими ледяными иглами. Виора шире улыбнулась, сдерживаясь изо всех сил. Похоже, получалось. Спасибо даме Этелье, вот в жизни не поверила бы, что так подумает. А он, очевидно, ждал узнавания и хоть какой-нибудь реакции. Нет, облегчать ему процесс объяснения Виора не собиралась, как и кормить слухи бесплатным представлением. Поэтому при первой же возможности попрощалась и ушла наверх, к себе в номер.
Боги, какой же это был длинный и тяжелый вечер. И каким наслаждением было снять платье с украшениями, распустить волосы, принять слегка теплый душ, смывая хотя бы часть головной боли. Как странно: новость о свадьбе сводной сестры и лицемерие отчима едва не разорвало её на части, а знакомство с отцом… легкое возмущение силы. Может, потому, что мысленно была к нему готова? И опять нужно сказать спасибо Ньёру. Только ни за какие богатства мира она ему этого не скажет – и так самоуверен сверх всякой меры! И вообще Марья, наверное, сейчас просто подпрыгивает от любопытства и нетерпения. Вот только писать ей о сегодняшнем сборище сил уже нет. Потому ограничилась короткой запиской, мол устала и подробно всё опишет завтра. Отправила и легла в постель.
Нервное напряжение понемногу спало, голова постепенно успокоилась. И уснуть бы до самого утра, только мысли метались, как безумные. Не так представляла она встречу с отцом. Маленькая девочка мечтала, что добрый папа-маг обнимет её и скажет, что любит, будет оберегать и заботиться. Вот только сегодня вечером, как и всю жизнь до этого, она была одна. И весьма неплохо сама себя защищала. А вот Ньёр оказался не таким уж и параноиком, тайная канцелярия всё-таки была замешана. Так, всё, хватит! Нужно спать!
Под закрытыми веками танцевали снежинки, всё медленнее и гуще становилась их круговерть. Виора пока только осваивала это умение погружаться в состояние полного покоя. Наконец всё совсем пропало, она заснула. Метель – это невероятно красиво.
Утром было так тяжело заставить себя встать, что пришлось наморозить себе несколько кусочков льда и ими протирать лицо. Очень быстрый способ прийти в себя. Но кое-кто встал ещё раньше: на столе лежало письмо от Ньёра. Просто с первых же строк захотелось закричать от злости, а ещё лучше – чем-то стукнуть автора. Мужчина четким почерком сообщал, что деньги за платье возвращать не нужно, ибо Виора взбесила его сестру так, как редко удавалось ему самому. Прохвост! Как есть прохвост! А вот дальше девушка читала уже с огромным вниманием. Ньёр перечислил своих клиентов и коротко характеризовал их заказы с тем, чтобы она, как договаривались ранее, выполнила их. Разумеется, оплата вся принадлежит исполнителю.
Виора перечитала несколько раз: пять имен, задания несложные, деньги – первые заработанные магическим талантом – приличные. Она рассмеялась, предвкушая первые самостоятельные покупки и независимость. Письмо полетело на стол, а комнате ощутимо похолодало. Утро сразу стало лучше. Немного успокоившись, Виора прибрала постель и привела себя в порядок.
Занятия никто не отменял, поэтому после завтрака, принесенного традиционно в номер, девушка направилась к дому учителя. Город стремительно прощался с осенью и готовился к зиме, а прохожие активно утеплялись. Но ей грядущие морозы сулили только радость и комфорт. Улыбка всё время норовила выползти на лицо, разрушая образ серьёзной благородной госпожи. Что поделать, если солнце светит, финансовая стабильность грядет, а настроение просто отличное.
Господин Кинак встретил её прямо у порога, и они сразу направились во внутренний двор. Полтора месяца обучения за спиной, ещё около четырёх впереди. Именно с этого начал разговор старый маг, с задумчивым видом рассматривая вымороженные кусты и травы. В глубине водянисто-серых глаз притаилась озабоченность, унизанная кольцами и морщинами рука время от времени поглаживала белую, словно вата, бороду. Виора невольно напряглась. Счастье как-то мало длится в её жизни.
– Как тебе вчерашнее собрание?
– Вполне рабочее. Надеюсь, что глава тайной канцелярии не каждое освещает своим присутствием.
Господин Кинак усмехнулся, скорее просто губы дернулись.
– Нет, далеко не каждое. На моей памяти всего второй раз. Возможно… – старик немного замялся. – не стоило ссориться с Ильтмаром.
– Но я…
Маг строго взглянул на свою ученицу.
– Ни разу не проголосовала так, как ему нужно, нахамила его любимице Асго-Тарен и к тому же улыбалась его заклятому врагу и бывшей любовнице.
Виора переплела пальцы, прижав их к поясу платья. Ссора с председателем совета магов в её планы не входила.
– А когда будут переизбирать председателя?
Губы учителя лпять дернулись, он тоже скрестил руки, спрятав ладони в широких рукавах своего плотного кафтана.
– Летом. Но у него есть все шансы остаться на третий срок.
Девушка теперь тоже пристально рассматривала поникшую растительность сада.
– Господин Кинак, чем это может мне грозить?
– Кто знает? Воздушник мстительный. – он снова хмыкнул. – Хотя что это я тебя всё пытаюсь напугать? Я вот тоже далеко не всегда поступаю так, как ожидают другие маги. А у тебя к тому же такой ловкий защитник.
Виора резко обернулась, изумленно распахнув вьжно-серые глаза.
– Какой защитник? Ка-Малер?
Теперь настала очередь учителя удивляться.
– Так ты знаешь, что он твой отец?
– Он единственный, кто сравнил меня с матерью. Догадаться не сложно.
– Только по этому признаку?
Девушка смотрела открыто и прямо, ни на секунду не моргнув. Ни к чему приплетать сюда Ньёра.
– Что ж, у тебя богатая фантазия и хорошая логика. Не буду волноваться. – он снова провел ладонью по бороде. – Гинура…
– Я… – что ещё сказать, она просто не знала, так что самое время менять тему. И снова господин Кинак перехватил инициативу.
– Так вот, барышня, мне на три недели нужно будет уехать. Вместе с внучатым племянником навестим его родителей и прочую родню. Так что у тебя наступают… если можно так сказать… каникулы. Книги и эскизы на это время я, разумеется, оставлю.
Виора с трудом сдержалась от разочарованного возгласа – с учителем рядом было спокойнее. К кому здесь ещё можно обратиться за советом или, не приведите боги, за помощью?
– Что-то случилось?
– Нет. – вот теперь господин Кинак в самом деле улыбнулся. – У моей двоюродной сестры весьма тонкая душевная организация, что в её возрасте – хотя она почти на двадцать лет младше меня – не самое лучшее занятие. Алиша уж очень любит поволноваться. В преддверии зимы мы с её сыном хотим убедиться, что всё в порядке.
Виора, не удержавшись, удивленно приподняла брови: и для этой новости они стоят сейчас в саду. Он вправду считает её настолько нервной?
– Господин Кинак, раз такое дело, проверьте, пожалуйста, точность узоров и я заберу книги в гостиницу, чтобы не мешать вам собирать вещи.
Следующий час был очень напряженным. Сначала Виора выводила узоры, а учитель их поправлял. Кстати, совсем чуть-чуть. А потом прилежная ученица записывала наставления и задания, упаковывала выданные книги и только после этого смогла вернуться в гостиницу. Первым делом, раз уж образовалось так много свободного времени, Виора уселась писать письмо Марье. Подробно вышло почти на пять страниц, пусть теперь она читает, всё равно на лекциях слушает через слово, а то и через десять.
Толстый бумажный сверток исчез со столешницы, отправившись к своему адресату, и Виора с довольной улыбкой откинулась на спинку стула. Вот появится у неё свой дом, в нём обязательно будет кабинет, а в кабинете большой стол и пышное удобное кресло. С другой стороны… девушка оценила погоду за окном. Почему бы не позаниматься на балконе? На свежем воздухе и заклинания лучше выходят.
Один стул вытащила и вернулась в комнату за вторым, для книг и чашки чая, когда на стол приземлилось ещё одно письмо. В первый момент она удивилась, что Марья так быстро ответила, но размашистый почерк на конверте был ей не знаком. Ольгер Ка-Малер приглашает госпожу Геор на обед в небольшой уютный ресторанчик на беседу очень важную и личную. Папенька решил раскрыть карты и наладить общение. Кто бы ей объяснил, почему этот факт так раздражает. Очень удачно она осталась одна. Или…
Посчитав в уме расписание своей группы, Виора хмыкнула – а ведь начались каникулы. Так что можно Марью сюда пригласить. Но на встречу с отцом согласилась. Хотя похоже Ньёр заразил её своей паранойей и постоянными предосторожностями. Кстати, он ведь предупреждал, что новая жизнь закрутит её в водовороте, только успевай выплывать.
За такими мыслями какая уже учеба. Виора просто сидела на балконе, рассматривала городские крыши за стеной гостиничного двора и небо над ними. Ещё на эти три недели нужно найти место для тренировок, ведь вряд ли хозяева гостиницы обрадуются, если она тут что-нибудь отморозит или разобьёт. Жаль, что она ещё плохо знает Октрас, но у Ольгера спрашивать точно не будет. Как и у Ньёра. Эту тягу к огненному магу нужно во что бы то ни стало перебороть, вылечиться. Тут в дверь номера постучали. Служащий принес оставленную для неё на регистрации записку. Ещё одна просьба о встрече, только уже от репортера. Какой-то Молин Кратье очень хочет получить от неё интервью. Поблагодарив служащего за заботу – он ведь не должен относить корреспонденцию в номер, – девушка снова вернулась на балкон. Здесь как-то думается легче.
Виора отпила ещё немного из своего бокала, едва удерживаясь, чтобы не массировать пульсирующие болью виски. Нужно как-то отвлечься, вот девушка и принялась снова рассматривать магов. В конце концов, она такая же, как они все, может менее талантливая и опытная, точно с менее законным происхождением, но Ньёр и Кинак на это не обращали внимания.
– Госпожа Виора заскучала? Вы очевидно… считаете вопросы хозяйствования недостаточно интересными?
Сосед слева наконец соизволил отвлечься от созерцания скатерти и хрусталя и обратился к ней.
– Какой неожиданный вывод, господин… ах, вы же ещё не представились. – она улыбнулась, не забыв так же изобразить немного пренебрежения в ответ. А Ньёр говорил – тьфу, чтоб ему икнулось! – что её все будут обхаживать и стараться перетянуть на свою сторону. Маг нахмурился, недовольный отпором.
– Эмель Латиш-Годе, к Вашим услугам.
Ой, услугам ли? Но Виора молча склонила голову в безукоризненном приветственном поклоне.
– Ни в коем случае, уважаемый Латиш-Годе, я не считаю, что совет занимается глупыми или неважными делами, так что мне всё интересно. – Невольно поймала себя на том, что крутит перстень на пальце. Что-то успокоительное раз за разом даёт сбой. Может, у магов какой-то другой обмен веществ? Надо будет задать этот вопрос преподавателям на факультете. – Не будете ли возражать, если в какие-то моменты я буду обращаться к Вам за разъяснениями?
Эмель тут же преисполнился прежней важности – мужчина, что ещё сказать – и милостиво разрешил. Так до конца этого весьма торжественного совещания они и просидели, изредка перебрасываясь фразами. При этом Виора изо всех сил старалась не терять нить обсуждения.
Постепенно стали понятны «контуры» разных групп, совсем между собой не согласных. Виски от боли пульсировали всё сильнее, собственная улыбка ощущалась тесной и колючей маской, но холод в груди послушно лежал маленьким клубочком. И всё это время она ощущала на себе чужие изучающие взгляды.
Наконец последнее голосование закончилось, маги поднялись со своих мест и, раскланиваясь, начали расходиться. Среброокая Стужа, дождалась!
Девушка попрощалась со своим соседом и уже нашла взглядом учителя, чтобы сказать несколько слов перед уходом, когда рядом возникла Мьёса собственной персоной. Как же она с таким выражением глаз похожа на отчима! А ведь почти удалось избежать приятнейшей беседы с нею.
– Рада видеть, что ты так хорошо освоилась со своей силой, Виора. Новичкам не так легко это даётся.
– У меня очень хороший учитель.
– Несомненно, мастерство Альгор-Тари велико. Он, наверное, и свинью сможет обучить начертанию заклинаний.
Окружающие увлеченно прислушивались к их беседе, даже не скрываясь. Ах да, магам чужды условности. Виора изобразила улыбку пошире.
– Вот как? Значит, господин Кинак был и твоим учителем? Я определенно сделала хороший выбор.
В глубине зрачков соперницы закружились зеленые вихри. Магия со злостью – плохое сочетание. Изнутри под кожей начал разливаться холод в ответ на чужую агрессию, но Виора усилием воли его уняла. Нельзя! Мьёса тоже приглушила свой вихрь.
– Выбор хорош, это да. Главное, чтобы выбирающий не сплоховал. Чтобы хватило на это способностей.
– Тогда я могу быть абсолютно спокойно: всё будет в полном порядке. С такими-то рекомендациями, от таких-то… специалистов…
В этот момент к ним подошла статная высокая брюнетка вне возраста. Её платье глубоких оттенков багрового прекрасно оттеняло смуглую кожу и терново-черные глаза, что уж говорить об агатовом гарнитуре. Позвольте воспользоваться правом старшинства и представиться самостоятельно. Гинура Тассори-Мэй, маг земли.
Виора почтительно склонила голову в ответ.
– Виора Геор, ледяной маг.
– Мне кажется, со стороны нашего досточтимого председателя было упущением не представить вас, лапушка, всем перед началом совета. – её голос просто истекал ядом сарказма. – Впрочем, если у молодого поколения всё реже и реже встречается достойное воспитание, то что уж говорить о нас, стариках.
Разумеется госпожа Гинура тут же получила заверения, что она молода и прекрасна, и не стоит придавать годам такое большое значение. Впрочем, похоже, этим удовлетворенная, она пригласила «лапушку» заезжать к ней в гости «поболтать» и отплыла в сторону выхода. Мьёса злобно посмотрела ей вслед, но прокомментировать не решилась. Посчитала Виору более легкой жертвой?
– Не буду тебя задерживать. Время уже позднее, детям давно пора спать.
Вот так, а могли бы быть лучшими подругами. Хотя кого она пытается обмануть – Мьёса бесит её одним выражением лица.
– Что ж, ни в коем случае не собираюсь сбивать твой режим сна. Всего доброго. – и наконец отошла к учителю. Невежливо, но блондинка первая начала.
Рядом с господином Кинаком стоял высокий красавец с невероятно обаятельной улыбкой. Темные, как мех норки, волосы вопреки моде не были убраны в хвост, а крупными локонами спадали на бархатный камзол, обрамляя классически вылепленное лицо аристократа. Не хватает огонька в глазах, как у Ньёра, а так вполне ничего. И сама при этой мысли вздохнула – опять она сравнивает всех с этим невозможно-самоуверенным огневиком.
– Виора, – начал господин Кинак с непроницаемым выражением лица, – позволь представить тебе Ольгера Ка-Малера, мага воды.
Первые минуты они обменивались предписанными этикетом для таких случаев фразами, и только когда новый знакомый отметил, что Виора очень похожа на мать, девушка вспомнила, откуда ей знакомо его имя. Отец. Маг, соблазнивший молоденькую дурочку из благородной семьи и бросивший её, даже не поинтересовавшись возможными последствиями. Холод внутри зашипел, ощетинился тонкими ледяными иглами. Виора шире улыбнулась, сдерживаясь изо всех сил. Похоже, получалось. Спасибо даме Этелье, вот в жизни не поверила бы, что так подумает. А он, очевидно, ждал узнавания и хоть какой-нибудь реакции. Нет, облегчать ему процесс объяснения Виора не собиралась, как и кормить слухи бесплатным представлением. Поэтому при первой же возможности попрощалась и ушла наверх, к себе в номер.
Боги, какой же это был длинный и тяжелый вечер. И каким наслаждением было снять платье с украшениями, распустить волосы, принять слегка теплый душ, смывая хотя бы часть головной боли. Как странно: новость о свадьбе сводной сестры и лицемерие отчима едва не разорвало её на части, а знакомство с отцом… легкое возмущение силы. Может, потому, что мысленно была к нему готова? И опять нужно сказать спасибо Ньёру. Только ни за какие богатства мира она ему этого не скажет – и так самоуверен сверх всякой меры! И вообще Марья, наверное, сейчас просто подпрыгивает от любопытства и нетерпения. Вот только писать ей о сегодняшнем сборище сил уже нет. Потому ограничилась короткой запиской, мол устала и подробно всё опишет завтра. Отправила и легла в постель.
Нервное напряжение понемногу спало, голова постепенно успокоилась. И уснуть бы до самого утра, только мысли метались, как безумные. Не так представляла она встречу с отцом. Маленькая девочка мечтала, что добрый папа-маг обнимет её и скажет, что любит, будет оберегать и заботиться. Вот только сегодня вечером, как и всю жизнь до этого, она была одна. И весьма неплохо сама себя защищала. А вот Ньёр оказался не таким уж и параноиком, тайная канцелярия всё-таки была замешана. Так, всё, хватит! Нужно спать!
Под закрытыми веками танцевали снежинки, всё медленнее и гуще становилась их круговерть. Виора пока только осваивала это умение погружаться в состояние полного покоя. Наконец всё совсем пропало, она заснула. Метель – это невероятно красиво.
Глава 28
Утром было так тяжело заставить себя встать, что пришлось наморозить себе несколько кусочков льда и ими протирать лицо. Очень быстрый способ прийти в себя. Но кое-кто встал ещё раньше: на столе лежало письмо от Ньёра. Просто с первых же строк захотелось закричать от злости, а ещё лучше – чем-то стукнуть автора. Мужчина четким почерком сообщал, что деньги за платье возвращать не нужно, ибо Виора взбесила его сестру так, как редко удавалось ему самому. Прохвост! Как есть прохвост! А вот дальше девушка читала уже с огромным вниманием. Ньёр перечислил своих клиентов и коротко характеризовал их заказы с тем, чтобы она, как договаривались ранее, выполнила их. Разумеется, оплата вся принадлежит исполнителю.
Виора перечитала несколько раз: пять имен, задания несложные, деньги – первые заработанные магическим талантом – приличные. Она рассмеялась, предвкушая первые самостоятельные покупки и независимость. Письмо полетело на стол, а комнате ощутимо похолодало. Утро сразу стало лучше. Немного успокоившись, Виора прибрала постель и привела себя в порядок.
Занятия никто не отменял, поэтому после завтрака, принесенного традиционно в номер, девушка направилась к дому учителя. Город стремительно прощался с осенью и готовился к зиме, а прохожие активно утеплялись. Но ей грядущие морозы сулили только радость и комфорт. Улыбка всё время норовила выползти на лицо, разрушая образ серьёзной благородной госпожи. Что поделать, если солнце светит, финансовая стабильность грядет, а настроение просто отличное.
Господин Кинак встретил её прямо у порога, и они сразу направились во внутренний двор. Полтора месяца обучения за спиной, ещё около четырёх впереди. Именно с этого начал разговор старый маг, с задумчивым видом рассматривая вымороженные кусты и травы. В глубине водянисто-серых глаз притаилась озабоченность, унизанная кольцами и морщинами рука время от времени поглаживала белую, словно вата, бороду. Виора невольно напряглась. Счастье как-то мало длится в её жизни.
– Как тебе вчерашнее собрание?
– Вполне рабочее. Надеюсь, что глава тайной канцелярии не каждое освещает своим присутствием.
Господин Кинак усмехнулся, скорее просто губы дернулись.
– Нет, далеко не каждое. На моей памяти всего второй раз. Возможно… – старик немного замялся. – не стоило ссориться с Ильтмаром.
– Но я…
Маг строго взглянул на свою ученицу.
– Ни разу не проголосовала так, как ему нужно, нахамила его любимице Асго-Тарен и к тому же улыбалась его заклятому врагу и бывшей любовнице.
Виора переплела пальцы, прижав их к поясу платья. Ссора с председателем совета магов в её планы не входила.
– А когда будут переизбирать председателя?
Губы учителя лпять дернулись, он тоже скрестил руки, спрятав ладони в широких рукавах своего плотного кафтана.
– Летом. Но у него есть все шансы остаться на третий срок.
Девушка теперь тоже пристально рассматривала поникшую растительность сада.
– Господин Кинак, чем это может мне грозить?
– Кто знает? Воздушник мстительный. – он снова хмыкнул. – Хотя что это я тебя всё пытаюсь напугать? Я вот тоже далеко не всегда поступаю так, как ожидают другие маги. А у тебя к тому же такой ловкий защитник.
Виора резко обернулась, изумленно распахнув вьжно-серые глаза.
– Какой защитник? Ка-Малер?
Теперь настала очередь учителя удивляться.
– Так ты знаешь, что он твой отец?
– Он единственный, кто сравнил меня с матерью. Догадаться не сложно.
– Только по этому признаку?
Девушка смотрела открыто и прямо, ни на секунду не моргнув. Ни к чему приплетать сюда Ньёра.
– Что ж, у тебя богатая фантазия и хорошая логика. Не буду волноваться. – он снова провел ладонью по бороде. – Гинура…
– Я… – что ещё сказать, она просто не знала, так что самое время менять тему. И снова господин Кинак перехватил инициативу.
– Так вот, барышня, мне на три недели нужно будет уехать. Вместе с внучатым племянником навестим его родителей и прочую родню. Так что у тебя наступают… если можно так сказать… каникулы. Книги и эскизы на это время я, разумеется, оставлю.
Виора с трудом сдержалась от разочарованного возгласа – с учителем рядом было спокойнее. К кому здесь ещё можно обратиться за советом или, не приведите боги, за помощью?
– Что-то случилось?
– Нет. – вот теперь господин Кинак в самом деле улыбнулся. – У моей двоюродной сестры весьма тонкая душевная организация, что в её возрасте – хотя она почти на двадцать лет младше меня – не самое лучшее занятие. Алиша уж очень любит поволноваться. В преддверии зимы мы с её сыном хотим убедиться, что всё в порядке.
Виора, не удержавшись, удивленно приподняла брови: и для этой новости они стоят сейчас в саду. Он вправду считает её настолько нервной?
– Господин Кинак, раз такое дело, проверьте, пожалуйста, точность узоров и я заберу книги в гостиницу, чтобы не мешать вам собирать вещи.
Следующий час был очень напряженным. Сначала Виора выводила узоры, а учитель их поправлял. Кстати, совсем чуть-чуть. А потом прилежная ученица записывала наставления и задания, упаковывала выданные книги и только после этого смогла вернуться в гостиницу. Первым делом, раз уж образовалось так много свободного времени, Виора уселась писать письмо Марье. Подробно вышло почти на пять страниц, пусть теперь она читает, всё равно на лекциях слушает через слово, а то и через десять.
Толстый бумажный сверток исчез со столешницы, отправившись к своему адресату, и Виора с довольной улыбкой откинулась на спинку стула. Вот появится у неё свой дом, в нём обязательно будет кабинет, а в кабинете большой стол и пышное удобное кресло. С другой стороны… девушка оценила погоду за окном. Почему бы не позаниматься на балконе? На свежем воздухе и заклинания лучше выходят.
Один стул вытащила и вернулась в комнату за вторым, для книг и чашки чая, когда на стол приземлилось ещё одно письмо. В первый момент она удивилась, что Марья так быстро ответила, но размашистый почерк на конверте был ей не знаком. Ольгер Ка-Малер приглашает госпожу Геор на обед в небольшой уютный ресторанчик на беседу очень важную и личную. Папенька решил раскрыть карты и наладить общение. Кто бы ей объяснил, почему этот факт так раздражает. Очень удачно она осталась одна. Или…
Посчитав в уме расписание своей группы, Виора хмыкнула – а ведь начались каникулы. Так что можно Марью сюда пригласить. Но на встречу с отцом согласилась. Хотя похоже Ньёр заразил её своей паранойей и постоянными предосторожностями. Кстати, он ведь предупреждал, что новая жизнь закрутит её в водовороте, только успевай выплывать.
За такими мыслями какая уже учеба. Виора просто сидела на балконе, рассматривала городские крыши за стеной гостиничного двора и небо над ними. Ещё на эти три недели нужно найти место для тренировок, ведь вряд ли хозяева гостиницы обрадуются, если она тут что-нибудь отморозит или разобьёт. Жаль, что она ещё плохо знает Октрас, но у Ольгера спрашивать точно не будет. Как и у Ньёра. Эту тягу к огненному магу нужно во что бы то ни стало перебороть, вылечиться. Тут в дверь номера постучали. Служащий принес оставленную для неё на регистрации записку. Ещё одна просьба о встрече, только уже от репортера. Какой-то Молин Кратье очень хочет получить от неё интервью. Поблагодарив служащего за заботу – он ведь не должен относить корреспонденцию в номер, – девушка снова вернулась на балкон. Здесь как-то думается легче.
