Может, и показалось Виоре, что смотрел маг при этих словах как-то скользко, но осадок неприятный остался.
Слуга провел её в гостевую комнату, чтобы девушка могла освежиться и переодеться перед обедом. Вот и второе платье пригодилось.
За эту возможность перевести дух Виора была крайне благодарна хозяину. И ещё за возможность вдоволь налюбоваться домом. Та же яркая игра красок, так поразившая её в холле, буйствовала везде, во множестве деталей. То яркие занавеси, то подушки или вазы, то неожиданный узор на стене или потолке, даже на полу. Но при этом в глазах не рябило, каждая вещь была на своем месте, с достоинством и высокомерием шепча о роскоши. Если дом – отражение хозяина, то Ильтмар очень непростой человек, точнее маг. Ощущения от общения с ним были не самые лучшие, с примесью грязи. Ещё и холод настороженно ворочался в груди, ледяные иглы покалывали кожу ладоней, прося, чтобы их выпустили. Интересно, а как Ньёр сдерживает свой огненный дар при его-то «любви» к Ильтмару? Кстати, о своей семье он ни разу не обмолвился. Почему?
Виора вздохнула: слишком много мыслей о мужчине, который с таким облегчением передал её другим и исчез. А раздумывать и догадываться сейчас о причинах – только лишнюю головную боль зарабатывать.
Слегка теплый душ немного успокоил, и Виора растянулась на кровати прямо поверх пестрого покрывала. До обеда, который вряд ли будет безмятежным и легким, чуть более часа. Можно немного отдохнуть.
Всё тот же слуга, в котором по сравнению с первой встречей существенно поубавилось гонора, пригласил её к трапезе и сопроводил в столовую. Ильтмар тут же поднялся навстречу и лично усадил по правую руку от себя. Этикет утверждает, что на это место сажают самых почетных гостей. Виора про себя только насмешливо хмыкнула. Остальные гости оказались напротив.
Слева от Ильтмара сидела очень красивая блондинка со знакомыми голубыми глазами, только не хватало искр пламени в глубине зрачков. Холеная и уверенная в своей безупречности, госпожа маг изучала девушку будто какой-то механизм – занятный и, возможно, полезный. Рядом с нею, на взгляд Виоры слишком близко, сидел тощий, немного замученный, высокий шатен. Если между ними отношения, то пара весьма несуразная: красавица и нечто невыразительное.
После представления и слов приветствия слуга первую перемену блюд. Беседа текла плавно ни о чем, но Виора не могла расслабиться ни на мгновение. Добрые маги задавали так много с виду непринужденных вопросов, что голова начала гудеть. Особенно почему-то госпожу Мьёсу интересовало общение девушки и Ньёра.
– Вы так печетесь, дорогая Виора, о благочестии. Очень впечатляет. Скажите, а в Яртборе вы так же придерживались этих принципов? Жили в отдельных номерах?
Виора внутренне поморщилась – очень грубо, тут же Ньёр издевался гораздо более изощренное Так что лишь приподняла бровь, тщательно пережевала, а только потом ответила.
– Раз уж зашла речь о благочестии, то интересоваться интимной жизнью человека также, как минимум, бестактно. – положила ещё кусочек в рот, прожевала. – Хотя я прекрасно могу понять беспокойство сестры о брате, к тому же младшем. Или я что-то неправильно поняла возрасте?
Дамочка тоже хорошо умеет держать лицо, только искры наконец закружились в глубине зрачков, хотя скорее разводы зеленоватого цвета.
– Возраст для мага мало что значит. – вмешался Эльмар. – Моему повару ягнёнок сегодня удался просто невероятно, не так ли ?
Все тут же согласились и беседа потекла дальше, не возвращаясь к откровенным провокациям. Всё, чего хотелось самой девушке, – наконец-то немного покоя, может быть, написать письмо Марье. Мьёса ещё несколько раз сверкала в её сторону глазами, но придерживалась предложенного председателем варианта общения. В конце концов эта застольная каторга закончилась, с огромным удовольствием Виора сказала «До свидания» и Мьёсе, и её воздыхателю Аниору. Если другие маги такие же, то учиться будет крайне трудно.
В гостиницу её отвёз слуга, передал управляющему, а уже тот со всеми почестями и носильщиком сопроводил до номера. Несколько минут и – Ура! – она одна. От всех чужих и жадных до сплетен отделяет внушительная дверь. Мир почти прекрасен.
В первую очередь Виора распахнула дверь на балкончик с толстыми деревянными перилами, чтобы впустить внутрь осеннюю свежесть. Скоро, совсем скоро это унылое и облезлое нечто внизу, под балконом, занесет снегами, превратит в сверкающую белую сказку. Ей так не хватает зимы. Виора обхватила себя руками, чтобы – нет, не согреться, а просто унять тоску внутри, сосредоточиться на самом важном сейчас. И для начала стоит разложить свои вещи и пересчитать деньги. Марья перед отъездом всё-таки всунула подруге большую часть их сбережений.
Дальнейшие дни понеслись одним сплошным потоком, лавиной с гор – Виора иногда еле успевала.
На завтра Ильтмар лично заехал за девушкой в гостиницу и они отправились навещать тех магов, которые могут стать её учителями. Мол, так лучше, чем собирать их в доме председателя, как на собеседование. Конечно, нужно же соблюсти иерархию – нехорошо мастерам гоняться за новичком. Эту логику девушка прекрасно понимала. Итогом всех этих поездок и чаепитий стали жуткая головная боль и предварительное расписание занятий с учителем.
Кинак Альгор-Тари выглядел как добрый Дедушка Мороз: белая окладистая борода, инеистые ресницы и брови, льдисто-голубые глаза. Да и отмерил на свете не меньше полутора сотен лет. А самое главное – последние пятьдесят из них не бывал нигде южнее Таросы и никак не мог быть её отцом. Конечно, председатель уже расспрашивал её на эту тему, наверняка, начал поиск, но сама Виора не собиралась ничего делать, только учиться. Ведь Ньёр выторговал у института для неё всего два катрена.
Так что к девяти утра каждый день девушка шла через полгорода к стоящему на окраине особняку старого мага и под его присмотром разбиралась в сложных плетениях заклинаний, учила основные схемы, а потом до полного изнеможения тренировалась. Для этого небезопасного занятия господин Кинак выгонял ученицу в сад на заднем дворе, такой же суровый и осенне-мрачный, как и сам маг, наблюдающий за её попытками из окна своего кабинета. Но магия, это чудесное ощущение свободы её использования без осуждения или страха было непередаваемо, пьянило сильнее самого старого вина.
Приятным дополнением стала ежевечерняя переписка с Марьей и обсуждение последних факультетских новостей. Жизнь очень быстро вошла в стабильную колею и была хороша. Была до тех пор, пока две недели спустя господин Кинак не поинтересовался, нужен ли ей свободный день для покупки-примерки платья к следующему совету магов. Вот тогда и выяснилось, что это мероприятие не просто торжественное, а сверхпышное и значимое, на котором все сверкают и производят друг на друга впечатление. Но самое страшное для Виоры – необходимость купить очень дорогое платье.
Тем же вечером она долго сидела в номере, ломая голову где взять деньги. В Октрасе уже многие знали, что она тоже маг. В гостинице и магазинчике неподалеку вежливо раскланивались, но в банке для получения кредита нужен поручитель. Из всех её знакомых только Ньёр и господин Кинак не… ох, в общем, только с ними можно было нормально поговорить. Согласится ли кто-то из них быть поручителем? Хотя огненного мага она с самого приезда в город не видела и не слышала.
Виора мерила комнату шагами, то и дело замирая у темного зеркала балконной двери, вглядывалась в свое встревоженное отражение. Лучше она совсем не пойдет на это собрание, чем будет на нем нищей приживалкой. Кстати, тоже неплохой вариант, успеет ещё наобщаться. Одна только мысль о необходимости ещё глубже влезать в долги, ещё сильнее от кого-то зависеть убивала всю радость на корню.
Легкое покалывание магии и на столе появилась записка – ответ от Марьи. Приезжал её отец и пригласил Виору встречать Зимний солнцеворот с ними в селе. А ведь до него лишь чуть больше месяца, нужно найти подарки. И опять деньги. Кто-то говорил, что маги живут безбедно, да?
Виора со вздохом села за стол и теперь, подперев голову обеими руками, просто рассматривала ровный и четкий, совсем не медицинский почерк Марьи. Тупик. Заказы на работу можно получать через Совет, можно находить самостоятельно, вот только давать объявления в газеты – ниже достоинства благородных магов, а как иначе найти клиентов?
Ох, Ледяная владычица Среброокая Стужа, что же ей делать?
Вспомнилось пренебрежение в глазах Мьёсы и Аниора. Если и другие будут смотреть также, девушка просто не выдержит. И Ньёр тоже будет смотреть? Хотя вот уж о нем Виоре точно думать не стоит. Его доброта тоже могла быть не бесплатной. Всё-таки не пойдет она на это собрание, банальная женская беда – нечего надеть.
Часы намекали, что пора бы и спать, ведь день был очень насыщенным, а завтрашний будет таким же, только всё равно на душе было тоскливо. Настолько тоскливо, что сидеть в четырех стенах просто сил не было. Сейчас холод в груди, постоянный спутник, не тревожил и не колол острыми иглами, но всё же… Вряд ли служащий внизу не заметит, если она выйдет побродить ночью, это же не общежитие.
Приняв решение, Виора резко встала, накинула на плечи старую верную шубу и вышла на балкон. Третий этаж, до земли метров шесть-семь, а она недавно выучила такую интересную схему чар. Осторожно, отмеряя каждую каплю, призвала холод и выпускала его наружу так, что под балконом медленно стали появляться ледяные ступени. Виора совсем неблагородно перелезла через перила и шагнула на первую из них. Лед слегка затрещал, но ступенька выдержала. Виора тихонько рассмеялась, довольная своей силой и умением.
Пять минут и девушка оказалась на земле. Дверца заднего двора была закрыта только для вида, на защелку, и вряд ли хоть кого-то могла остановить. Виора шла по опустевшим улицам, освещенным горящими кое-где окнами. Днем в Октрасе довольно шумно, но спать местные ложатся рано, а если хочется развлечений – будьте добры в ночные заведения, укрытые плотными ставнями и магическими барьерами от света и звука.
Девушка гуляла без какой-то определенной цели, просто дыша осенним холодом и вышагивая свою тревогу. В самом деле, чего разволновалась из-за всяких мелочей. Будет ещё много собраний, много работы и денег, а время у неё и так есть. Шаги за спиной развеяли приятную дымку задумчивости, и Виора напряглась. Городок, конечно, по ночам очень тихий, но о безопасности она забыла зря. Холод внутри начал шириться, готовый в любой момент вырваться и уничтожить обидчика. Влажный камень тротуарных плит совсем по-другому отражает все звуки, как будто это просто игра воображения с размытым эхом стука металлических набоек. Шаги всё ускорялись и наконец были совсем близко, за спиною. Кончики пальцев укрыл иней.
– Девушка, вы опять гуляете ночью одна. Я от этого начинаю нервничать.
Мягко обтекая плечи, прошелестел теплый ветер и иней растаял.
– В этом городе несколько десятков тысяч жителей, а гуляя ночью по городу, встретила я именно вас, господин огненный маг. – Виора повернулась к мужчине, стараясь не выдать своего облегчения.
Он с хитрой усмешкой пожал плечами:
– В народе говорят, что противоположности притягиваются.
– Врут.
– Думаешь? – Ньёр предложил ей руку. – Позвольте вас сопровождать, госпожа Виора.
– Позволяю. – девушка с удовольствием включилась в игру и осторожно положила ладонь на сгиб локтя. Ткань его пальто приятно поглаживала пальцы.
– В чем причина столь позднего променада? Или опять личное?
– А вежливости и такта у вас…
– Тебя, мы же договорились!
– у тебя в избытке, да?
– За этими чудесными вещами к моей сестрице, это по её части.
– Увольте!
– Пообщалась?
– Имела счастье. Впечатлений хватило. Потому и пропущу вашу торжественную сходку, чувствую, там таких много.
– Пропустишь? Это зря. Нельзя ни в чем показывать слабость.
– Не учи ученого! – почему-то в темноте и тишине улицы легко было идти и шутить с ним. – Только это меньшее из зол.
– Как интересно. А какое же большее? Промерзший до подвалов город?
Виора вздохнула. Да, в Яртборе она сорвалась и теперь все имеют право попрекать. Но обидно, всё-таки обидно.
– В этот раз я ограничусь крышами.
– А если серьезно?
Их шаги отражались от стен домов и серьёзно никак не хотелось. Наверное, это свобода магии так на неё действует.
– Крыши – это очень серьёзно!
– Да уж это точно. А я уж было подумал, что извечная проблема всех женщин – нечего надеть.
Виора не удержалась от ещё одного вздоха.
– Уж моя-то дражайшая сестрица точно это знает. Кстати, она обычно выбирает наряды в зеленых, золотых и бронзовых тонах, так что не вздумай выбрать и себе нечто подобное – врага наживешь.
– Поздно.
– Выбрала? – Ньёр, не сбавляя шага, обернулся к ней. – Странно, не совсем… твои цвета.
– Нет, не то. – для убедительности даже замотала головой. – Она уже меня невзлюбила. Ещё в доме у Ильтмара. За обедом беседа так и не сложилась.
– Мьёса обычно более осмотрительна, старается всем понравиться.
– Но не тебе?
– Нет. У нас для этого слишком сложные отношения – знаем друг друга без прикрас.
Очень хотелось расспросить, но вовремя себя удержала: не стоит вмешиваться в их семью. И Виора промолчала.
Некоторое время они так и шли – каждый о своем. Потом Ньёр как будто очнулся.
– Так в каком салоне ты заказала платье?
– Ни в каком. Говорю тебе, я не пойду! – Ну почему он никак не успокоится, а теребит эту больную тему. Конечно, она тоже хотела на бал, пусть пока не царский и без цесаревича. Кому нужны эти напыщенные цесаревичи.
– Не пойдешь, так не пойдешь. Как тебе учеба? Кинак слывет угрюмым и дотошным затворником.
– Нормально. Хорошо учиться, когда объясняют, и посторонние при этом не мешают.
Осенний ветер легко поглаживал волосы, шуршал случайно залетевшими откуда-то одинокими листочками. Виора чувствовала рядом, под рукой, сдерживаемое пламя, но совсем не жгло. Среброокая Стужа, она начинала влюбляться, а нельзя. Просто никто, кроме Марьи, так о ней не заботился, словно важно именно она, Виора, а не какая-то выгода. Нельзя! Помни, что тебе нужен муж, а твои дети обязательно будут законнорожденными. Помни об этом.
– Я буду благодарна, если ты проведешь меня до гостиницы.
– Почту за честь, прекрасна госпожа. – Ньёр шутовски козырнул рукой, подражая военным, и они свернули на ближайшем перекрестке на соседнюю улицу, возвращаясь к гостинице.
Калитка по-прежнему была открыта, а задний дворик пуст. Маг смерил взглядом расстояние от земли до балкона.
– Как спускалась?
– Легко! По ступеням.
– Я тебя огорчу – они растаяли.
– Ух ты, а я и не заметила.
– Разрешишь помочь? Или моё пламя повредит?
– Если только не соберёшься меня в пепел сжечь.
– Мой девиз: «Если сгорать, то только от страсти!»
Наглец не дал ей времени придумать колкий ответ. Сильный поток теплого воздуха окутал со свех сторон, превратился в языки огня, подхватил её, поднял вверх и мягко опусти прямо на балкон.
– Спокойной ночи.
Маг в своём темном пальто был почти неразличим во мраке заднего двора гостиницы. Через мгновение калитка с тонким звяканьем стукнула, и её внутреннее чутье сообщило, что рядом больше нет источника магии.
Слуга провел её в гостевую комнату, чтобы девушка могла освежиться и переодеться перед обедом. Вот и второе платье пригодилось.
За эту возможность перевести дух Виора была крайне благодарна хозяину. И ещё за возможность вдоволь налюбоваться домом. Та же яркая игра красок, так поразившая её в холле, буйствовала везде, во множестве деталей. То яркие занавеси, то подушки или вазы, то неожиданный узор на стене или потолке, даже на полу. Но при этом в глазах не рябило, каждая вещь была на своем месте, с достоинством и высокомерием шепча о роскоши. Если дом – отражение хозяина, то Ильтмар очень непростой человек, точнее маг. Ощущения от общения с ним были не самые лучшие, с примесью грязи. Ещё и холод настороженно ворочался в груди, ледяные иглы покалывали кожу ладоней, прося, чтобы их выпустили. Интересно, а как Ньёр сдерживает свой огненный дар при его-то «любви» к Ильтмару? Кстати, о своей семье он ни разу не обмолвился. Почему?
Виора вздохнула: слишком много мыслей о мужчине, который с таким облегчением передал её другим и исчез. А раздумывать и догадываться сейчас о причинах – только лишнюю головную боль зарабатывать.
Слегка теплый душ немного успокоил, и Виора растянулась на кровати прямо поверх пестрого покрывала. До обеда, который вряд ли будет безмятежным и легким, чуть более часа. Можно немного отдохнуть.
Глава 18
Всё тот же слуга, в котором по сравнению с первой встречей существенно поубавилось гонора, пригласил её к трапезе и сопроводил в столовую. Ильтмар тут же поднялся навстречу и лично усадил по правую руку от себя. Этикет утверждает, что на это место сажают самых почетных гостей. Виора про себя только насмешливо хмыкнула. Остальные гости оказались напротив.
Слева от Ильтмара сидела очень красивая блондинка со знакомыми голубыми глазами, только не хватало искр пламени в глубине зрачков. Холеная и уверенная в своей безупречности, госпожа маг изучала девушку будто какой-то механизм – занятный и, возможно, полезный. Рядом с нею, на взгляд Виоры слишком близко, сидел тощий, немного замученный, высокий шатен. Если между ними отношения, то пара весьма несуразная: красавица и нечто невыразительное.
После представления и слов приветствия слуга первую перемену блюд. Беседа текла плавно ни о чем, но Виора не могла расслабиться ни на мгновение. Добрые маги задавали так много с виду непринужденных вопросов, что голова начала гудеть. Особенно почему-то госпожу Мьёсу интересовало общение девушки и Ньёра.
– Вы так печетесь, дорогая Виора, о благочестии. Очень впечатляет. Скажите, а в Яртборе вы так же придерживались этих принципов? Жили в отдельных номерах?
Виора внутренне поморщилась – очень грубо, тут же Ньёр издевался гораздо более изощренное Так что лишь приподняла бровь, тщательно пережевала, а только потом ответила.
– Раз уж зашла речь о благочестии, то интересоваться интимной жизнью человека также, как минимум, бестактно. – положила ещё кусочек в рот, прожевала. – Хотя я прекрасно могу понять беспокойство сестры о брате, к тому же младшем. Или я что-то неправильно поняла возрасте?
Дамочка тоже хорошо умеет держать лицо, только искры наконец закружились в глубине зрачков, хотя скорее разводы зеленоватого цвета.
– Возраст для мага мало что значит. – вмешался Эльмар. – Моему повару ягнёнок сегодня удался просто невероятно, не так ли ?
Все тут же согласились и беседа потекла дальше, не возвращаясь к откровенным провокациям. Всё, чего хотелось самой девушке, – наконец-то немного покоя, может быть, написать письмо Марье. Мьёса ещё несколько раз сверкала в её сторону глазами, но придерживалась предложенного председателем варианта общения. В конце концов эта застольная каторга закончилась, с огромным удовольствием Виора сказала «До свидания» и Мьёсе, и её воздыхателю Аниору. Если другие маги такие же, то учиться будет крайне трудно.
В гостиницу её отвёз слуга, передал управляющему, а уже тот со всеми почестями и носильщиком сопроводил до номера. Несколько минут и – Ура! – она одна. От всех чужих и жадных до сплетен отделяет внушительная дверь. Мир почти прекрасен.
В первую очередь Виора распахнула дверь на балкончик с толстыми деревянными перилами, чтобы впустить внутрь осеннюю свежесть. Скоро, совсем скоро это унылое и облезлое нечто внизу, под балконом, занесет снегами, превратит в сверкающую белую сказку. Ей так не хватает зимы. Виора обхватила себя руками, чтобы – нет, не согреться, а просто унять тоску внутри, сосредоточиться на самом важном сейчас. И для начала стоит разложить свои вещи и пересчитать деньги. Марья перед отъездом всё-таки всунула подруге большую часть их сбережений.
Дальнейшие дни понеслись одним сплошным потоком, лавиной с гор – Виора иногда еле успевала.
На завтра Ильтмар лично заехал за девушкой в гостиницу и они отправились навещать тех магов, которые могут стать её учителями. Мол, так лучше, чем собирать их в доме председателя, как на собеседование. Конечно, нужно же соблюсти иерархию – нехорошо мастерам гоняться за новичком. Эту логику девушка прекрасно понимала. Итогом всех этих поездок и чаепитий стали жуткая головная боль и предварительное расписание занятий с учителем.
Кинак Альгор-Тари выглядел как добрый Дедушка Мороз: белая окладистая борода, инеистые ресницы и брови, льдисто-голубые глаза. Да и отмерил на свете не меньше полутора сотен лет. А самое главное – последние пятьдесят из них не бывал нигде южнее Таросы и никак не мог быть её отцом. Конечно, председатель уже расспрашивал её на эту тему, наверняка, начал поиск, но сама Виора не собиралась ничего делать, только учиться. Ведь Ньёр выторговал у института для неё всего два катрена.
Так что к девяти утра каждый день девушка шла через полгорода к стоящему на окраине особняку старого мага и под его присмотром разбиралась в сложных плетениях заклинаний, учила основные схемы, а потом до полного изнеможения тренировалась. Для этого небезопасного занятия господин Кинак выгонял ученицу в сад на заднем дворе, такой же суровый и осенне-мрачный, как и сам маг, наблюдающий за её попытками из окна своего кабинета. Но магия, это чудесное ощущение свободы её использования без осуждения или страха было непередаваемо, пьянило сильнее самого старого вина.
Приятным дополнением стала ежевечерняя переписка с Марьей и обсуждение последних факультетских новостей. Жизнь очень быстро вошла в стабильную колею и была хороша. Была до тех пор, пока две недели спустя господин Кинак не поинтересовался, нужен ли ей свободный день для покупки-примерки платья к следующему совету магов. Вот тогда и выяснилось, что это мероприятие не просто торжественное, а сверхпышное и значимое, на котором все сверкают и производят друг на друга впечатление. Но самое страшное для Виоры – необходимость купить очень дорогое платье.
Тем же вечером она долго сидела в номере, ломая голову где взять деньги. В Октрасе уже многие знали, что она тоже маг. В гостинице и магазинчике неподалеку вежливо раскланивались, но в банке для получения кредита нужен поручитель. Из всех её знакомых только Ньёр и господин Кинак не… ох, в общем, только с ними можно было нормально поговорить. Согласится ли кто-то из них быть поручителем? Хотя огненного мага она с самого приезда в город не видела и не слышала.
Виора мерила комнату шагами, то и дело замирая у темного зеркала балконной двери, вглядывалась в свое встревоженное отражение. Лучше она совсем не пойдет на это собрание, чем будет на нем нищей приживалкой. Кстати, тоже неплохой вариант, успеет ещё наобщаться. Одна только мысль о необходимости ещё глубже влезать в долги, ещё сильнее от кого-то зависеть убивала всю радость на корню.
Легкое покалывание магии и на столе появилась записка – ответ от Марьи. Приезжал её отец и пригласил Виору встречать Зимний солнцеворот с ними в селе. А ведь до него лишь чуть больше месяца, нужно найти подарки. И опять деньги. Кто-то говорил, что маги живут безбедно, да?
Виора со вздохом села за стол и теперь, подперев голову обеими руками, просто рассматривала ровный и четкий, совсем не медицинский почерк Марьи. Тупик. Заказы на работу можно получать через Совет, можно находить самостоятельно, вот только давать объявления в газеты – ниже достоинства благородных магов, а как иначе найти клиентов?
Ох, Ледяная владычица Среброокая Стужа, что же ей делать?
Вспомнилось пренебрежение в глазах Мьёсы и Аниора. Если и другие будут смотреть также, девушка просто не выдержит. И Ньёр тоже будет смотреть? Хотя вот уж о нем Виоре точно думать не стоит. Его доброта тоже могла быть не бесплатной. Всё-таки не пойдет она на это собрание, банальная женская беда – нечего надеть.
Часы намекали, что пора бы и спать, ведь день был очень насыщенным, а завтрашний будет таким же, только всё равно на душе было тоскливо. Настолько тоскливо, что сидеть в четырех стенах просто сил не было. Сейчас холод в груди, постоянный спутник, не тревожил и не колол острыми иглами, но всё же… Вряд ли служащий внизу не заметит, если она выйдет побродить ночью, это же не общежитие.
Приняв решение, Виора резко встала, накинула на плечи старую верную шубу и вышла на балкон. Третий этаж, до земли метров шесть-семь, а она недавно выучила такую интересную схему чар. Осторожно, отмеряя каждую каплю, призвала холод и выпускала его наружу так, что под балконом медленно стали появляться ледяные ступени. Виора совсем неблагородно перелезла через перила и шагнула на первую из них. Лед слегка затрещал, но ступенька выдержала. Виора тихонько рассмеялась, довольная своей силой и умением.
Пять минут и девушка оказалась на земле. Дверца заднего двора была закрыта только для вида, на защелку, и вряд ли хоть кого-то могла остановить. Виора шла по опустевшим улицам, освещенным горящими кое-где окнами. Днем в Октрасе довольно шумно, но спать местные ложатся рано, а если хочется развлечений – будьте добры в ночные заведения, укрытые плотными ставнями и магическими барьерами от света и звука.
Девушка гуляла без какой-то определенной цели, просто дыша осенним холодом и вышагивая свою тревогу. В самом деле, чего разволновалась из-за всяких мелочей. Будет ещё много собраний, много работы и денег, а время у неё и так есть. Шаги за спиной развеяли приятную дымку задумчивости, и Виора напряглась. Городок, конечно, по ночам очень тихий, но о безопасности она забыла зря. Холод внутри начал шириться, готовый в любой момент вырваться и уничтожить обидчика. Влажный камень тротуарных плит совсем по-другому отражает все звуки, как будто это просто игра воображения с размытым эхом стука металлических набоек. Шаги всё ускорялись и наконец были совсем близко, за спиною. Кончики пальцев укрыл иней.
Глава 19
– Девушка, вы опять гуляете ночью одна. Я от этого начинаю нервничать.
Мягко обтекая плечи, прошелестел теплый ветер и иней растаял.
– В этом городе несколько десятков тысяч жителей, а гуляя ночью по городу, встретила я именно вас, господин огненный маг. – Виора повернулась к мужчине, стараясь не выдать своего облегчения.
Он с хитрой усмешкой пожал плечами:
– В народе говорят, что противоположности притягиваются.
– Врут.
– Думаешь? – Ньёр предложил ей руку. – Позвольте вас сопровождать, госпожа Виора.
– Позволяю. – девушка с удовольствием включилась в игру и осторожно положила ладонь на сгиб локтя. Ткань его пальто приятно поглаживала пальцы.
– В чем причина столь позднего променада? Или опять личное?
– А вежливости и такта у вас…
– Тебя, мы же договорились!
– у тебя в избытке, да?
– За этими чудесными вещами к моей сестрице, это по её части.
– Увольте!
– Пообщалась?
– Имела счастье. Впечатлений хватило. Потому и пропущу вашу торжественную сходку, чувствую, там таких много.
– Пропустишь? Это зря. Нельзя ни в чем показывать слабость.
– Не учи ученого! – почему-то в темноте и тишине улицы легко было идти и шутить с ним. – Только это меньшее из зол.
– Как интересно. А какое же большее? Промерзший до подвалов город?
Виора вздохнула. Да, в Яртборе она сорвалась и теперь все имеют право попрекать. Но обидно, всё-таки обидно.
– В этот раз я ограничусь крышами.
– А если серьезно?
Их шаги отражались от стен домов и серьёзно никак не хотелось. Наверное, это свобода магии так на неё действует.
– Крыши – это очень серьёзно!
– Да уж это точно. А я уж было подумал, что извечная проблема всех женщин – нечего надеть.
Виора не удержалась от ещё одного вздоха.
– Уж моя-то дражайшая сестрица точно это знает. Кстати, она обычно выбирает наряды в зеленых, золотых и бронзовых тонах, так что не вздумай выбрать и себе нечто подобное – врага наживешь.
– Поздно.
– Выбрала? – Ньёр, не сбавляя шага, обернулся к ней. – Странно, не совсем… твои цвета.
– Нет, не то. – для убедительности даже замотала головой. – Она уже меня невзлюбила. Ещё в доме у Ильтмара. За обедом беседа так и не сложилась.
– Мьёса обычно более осмотрительна, старается всем понравиться.
– Но не тебе?
– Нет. У нас для этого слишком сложные отношения – знаем друг друга без прикрас.
Очень хотелось расспросить, но вовремя себя удержала: не стоит вмешиваться в их семью. И Виора промолчала.
Некоторое время они так и шли – каждый о своем. Потом Ньёр как будто очнулся.
– Так в каком салоне ты заказала платье?
– Ни в каком. Говорю тебе, я не пойду! – Ну почему он никак не успокоится, а теребит эту больную тему. Конечно, она тоже хотела на бал, пусть пока не царский и без цесаревича. Кому нужны эти напыщенные цесаревичи.
– Не пойдешь, так не пойдешь. Как тебе учеба? Кинак слывет угрюмым и дотошным затворником.
– Нормально. Хорошо учиться, когда объясняют, и посторонние при этом не мешают.
Осенний ветер легко поглаживал волосы, шуршал случайно залетевшими откуда-то одинокими листочками. Виора чувствовала рядом, под рукой, сдерживаемое пламя, но совсем не жгло. Среброокая Стужа, она начинала влюбляться, а нельзя. Просто никто, кроме Марьи, так о ней не заботился, словно важно именно она, Виора, а не какая-то выгода. Нельзя! Помни, что тебе нужен муж, а твои дети обязательно будут законнорожденными. Помни об этом.
– Я буду благодарна, если ты проведешь меня до гостиницы.
– Почту за честь, прекрасна госпожа. – Ньёр шутовски козырнул рукой, подражая военным, и они свернули на ближайшем перекрестке на соседнюю улицу, возвращаясь к гостинице.
Калитка по-прежнему была открыта, а задний дворик пуст. Маг смерил взглядом расстояние от земли до балкона.
– Как спускалась?
– Легко! По ступеням.
– Я тебя огорчу – они растаяли.
– Ух ты, а я и не заметила.
– Разрешишь помочь? Или моё пламя повредит?
– Если только не соберёшься меня в пепел сжечь.
– Мой девиз: «Если сгорать, то только от страсти!»
Наглец не дал ей времени придумать колкий ответ. Сильный поток теплого воздуха окутал со свех сторон, превратился в языки огня, подхватил её, поднял вверх и мягко опусти прямо на балкон.
– Спокойной ночи.
Маг в своём темном пальто был почти неразличим во мраке заднего двора гостиницы. Через мгновение калитка с тонким звяканьем стукнула, и её внутреннее чутье сообщило, что рядом больше нет источника магии.
