На первый взгляд, дверь выглядела совсем обычно. Деревянная, дурно покрашенная какой-то дешевой краской, которая уже начала слезать крупными лоскутами. Но не это меня насторожило. В воздухе было разлито… нечто… Что-то, от чего мельчайшие волоски на моем теле встали дыбом.
На какой-то миг почудилось, что вокруг дверной ручки обернулась ядовитая змея, в любой момент готовая к броску. Томас потянул к ней руку, и я неожиданно даже для себя вдруг завизжала:
— Не сметь!
И со всей силой ударила его по пальцам, не дав прикоснуться к позеленевшей от времени бронзе.
Ударила — и замерла от осознания собственной дерзости. Ой, что сейчас будет! Наверняка лорд Бейрил знатно разозлится из-за того, что какая-то там девица непонятного происхождения позволила себе такой поступок. Как бы самой не получить звонкую оплеуху.
И я на всякий случай попятилась, не отводя испуганного взгляда от ошеломленного Томаса.
Тот неверяще поднял руку к лицу и внимательно осмотрел ее, словно ожидал увидеть какую-нибудь кровавую рану. Затем перевел взгляд на меня и вскинул бровь, ожидая разъяснений.
— И что все это значит? — холодно прозвучал его голос. — Что ты себе позволяешь?
— Да я сама не понимаю, как так вышло, — смущенно пролепетала, гадая, не будет ли самым верным поступком с моей стороны развернуться и кинуться куда глаза глядят. — Но… Дверная ручка… Там змея…
И окончательно смолкла, осознав, как глупо и смешно звучат мои оправдания. Эдак лорд Бейрил решит, будто у меня не все в порядке с головой.
Однако, к моему величайшему удивлению, Томас вдруг хихикнул, будто я сказала что-то в высшей степени забавное.
— А ты молодец, — уже благосклоннее проговорил он. — Сдается, я не ошибся, когда сделал тебе предложение.
Последняя фраза прозвучала слишком двусмысленно. О каком предложении он говорит? О предложении поработать на него, исполняя роль сбежавшей невесты? Или же о предложении руки и сердца, которое он сделал Джессике? И вообще, почему ему так понравился мой поступок? Мне, например, совершенно не привело в восторг то, как он едва не вывихнул мне руку на крыльце!
Но Томас уже отвернулся от меня. Уставился на злополучную дверь, будто пытался увидеть, что за ней находится. И осторожно стукнул в верхнюю створку, встав при этом на цыпочки. Три коротких удара. Перерыв. Четыре удара с большим промежутком между ними. И два коротких заключительных.
Тотчас же дверь распахнулась перед нами, словно хозяин уже ждал позади нее.
— А, это ты, — без малейшего удивления проговорил огромный и могучий в плечах мужчина, представший на пороге.
Я невольно содрогнулась, вспомнив, как этот великан откинул меня в сторону, даже не прикоснувшись ко мне. Ох, я успела забыть, какой этот Велдон здоровый!
— Проходи, — пробасил он и посторонился, не особо утруждая себя какими-либо приветствиями. Лишь мазнул по мне быстрым внимательным взглядом, но не стал задавать никаких вопросов, видимо, здраво рассудив, что Томас сам ему все расскажет.
Лорд Бейрил смело шагнул через порог, а я остолбенела от его безрассудной смелости. Или вернее будет сказать — от глупости? Куда он идет? Мы ведь вроде как пришли к выводу, что его приятель натравил на него полицейских, а следовательно, здесь нас может поджидать ловушка. И он так спокойно заходит внутрь!
— А ты что застыла? — недружелюбно пробурчал Велдон, заметив, что я не тороплюсь последовать примеру своего спутника. — Давай, руки в ноги — и сюда топай. И не боись, не укушу, поди.
И он жизнерадостно ощерился.
Меня кинуло в невольную дрожь от его широкого щербатого оскала. Ой, а ведь передних зубов у него просто нет! Такое чувство, будто некогда он получил хороший удар прямо в челюсть.
Да и вообще, говоря откровенно, видок у Велдона был тот еще. Больше всего он смахивал на разбойника с большого тракта. Высоченный, шкафообразный, с приплюснутым носом, который явно был не раз переломан в драках… А одежда! Велдон предстал перед нами в распахнутой рубахе, небрежно заправленной в широкие замызганные штаны, и босой. Мог хотя бы застегнуться. Как-то у меня нет ни малейшего желания любоваться на его грудь, покрытую курчавыми жесткими волосами, и шерстистыми ступнями, которые так и тянет назвать лапами.
— Заходи, — поддержал его Томас, заметив, что я не тороплюсь пересечь порог. Криво улыбнулся, добавив: — Не переживай, Джесси, Велдон — мой самый лучший друг.
Интересно, мне показалось, или голос лорда в самом деле дрогнул при это утверждении? Что-то мне не нравится, как это прозвучало. Будто на самом деле Томас хотел сказать совсем другое.
— Заходи, — уже тверже повторил Томас.
Хотя на его губах еще играла улыбка, глаза ощутимо похолодели. И я решила не испытывать его терпение, заставив в третий раз повторить приглашение. Ай, да будь, что будет! В конце концов, я его предупредила, что он поступает просто глупо и безрассудно!
И я, обмирая от собственной безрассудной храбрости, шагнула вперед.
— Наконец-то, — проворчал Велдон, посторонившись и пропустив меня внутрь своего жилища.
Затем с изяществом и грацией, которые тяжело было ожидать от человека такой комплекции, скользнул за мою спину. Я шустро отпрыгнула в сторону. Так, на всякий случай. А то вдруг опять схлопочу от этого верзилы. Как я успела убедиться на собственном печальном опыте, он не утруждает себя размышлениями по поводу того, допустимо ли применять грубую физическую силу против представительниц слабого пола.
Но Велдон и не подумал нападать на меня, по-моему, вообще не заметив моего стремительного маневра. Он принялся греметь засовами, старательно запирая дверь.
По мере того, как щелкали все новые и новые замки, мои брови все выше и выше поднимались. Ого, сколько же здесь запоров! Я уже со счета сбилась.
Наконец, последняя щеколда оказалась задвинута, но на этом Велдон не закончил возиться с дверью. Он приложил к ней обе руки, прижался лбом, словно приносил беззвучную молитву. Несколько секунд после этого ничего не происходило, и я озадаченно оглянулась на Томаса, надеясь, что он как-нибудь пояснит странное поведение своего знакомого. Но тот не обратил на мой взгляд ни малейшего внимания. Лорд Бейрил, по всей видимости, размышлял о чем-то своем. Томас напряженно смотрел в спину приятеля, и по его окаменевшему лицу было совершенно невозможно определить, о чем он в этот момент думает.
Я невольно поежилась. Благоразумно отступила еще на пару шагов. Что-то не хочется мне, если честно, стоять сейчас между двумя друзьями. Как бы не попасть кому-нибудь под горячую руку.
В этот момент пальцы Велдона полыхнули нестерпимо белым огнем. Искры магического пламени пробежали по косяку, бесследно впитываясь в древесину. Миг, другой — и больше ничего не напоминало о заклинании.
— Вот так-то лучше, — довольно проговорил Велдон. Обернулся к Томасу…
Я так и не поняла, что случилось в следующую секунду. Но Томас неожиданно ринулся на своего друга. Причем сделал это с такой скоростью, что я увидела лишь размытую тень. Отстраненно порадовалась за свою предусмотрительность и отпрыгнула еще дальше, буквально вжавшись в стену небольшой темной прихожей.
На полу, тяжело и хрипло рыча, сплелись единым клубком два тела. Томас и Велдон так быстро менялись местами, что я никак не могла понять, кто же одерживает верх.
— Ага! — вдруг злодейским голосом возликовал Велдон, и клубок распался.
Я с замиранием сердца увидела, что Томас повержен. Лежит на полу, оглушенный, а повязка на его лбу опасно напиталась красным, тогда как Велдон гордо восседал на груди побежденного соперника.
— Ага! — повторил Велдон. — Получил, жалкий аристократишка!
И потянулся к Томасу.
«Он его сейчас задушит, — тоскливо осознала я. — Прямо на моих глазах. А потом примется за меня!»
Надо было что-то делать. Причем делать немедленно! Не хочу я умирать в столь молодом возрасте, причем не по собственной вине, а из-за глупейшей самоуверенности какого-то там лорда, слишком много возомнившего о себе.
Мой взгляд неожиданно упал на напольную тяжелую вазу. Сейчас в ней красовался какой-то давным-давно засохший пыльный веник, видимо, цветы в этом доме было не принято менять.
Решение созрело в моей голове само собой. Я подскочила к вазе, рванула ее вверх, от страха даже не заметив ее веса. И с грохотом обрушила на голову врага!
С нежным звоном хрупкий фарфор разлетелся на множество осколков, и на Велдона хлынула зеленоватая и крайне дурно пахнущая жидкость. Ага, стало быть, цветы в этой вазе некогда стояли в воде.
Громила, чье лицо густо облепила тина, удивленно обернулся ко мне, и я испуганно сжалась. Ой, неужели у него голова чугунная, раз ему ничего от этого удара не будет?
Но через мгновение глаза Велдона закатились, и здоровяк рухнул на Томаса.
Я с облегчением перевела дыхание. Присела было перед лордом, намереваясь каким-либо образом вытащить его из-под тела врага. Но опять вздрогнула, услышав злобный шепот спасенного мною в очередной раз мужчины.
— Ты что творишь? — приглушенно рявкнул он. — Аль, ты мне друга убила!
— Но он… — залепетала я, пораженная тем, что в голосе Томаса прозвучала искренняя обеспокоенность. — Но ты… Вы же дрались! И я, вообще-то, спасла тебя! Уже который раз! Мог бы и поблагодарить!
После чего обиженно задрала нос и встала. Вот ведь неблагодарный хам! Быть может, стоит напомнить ему, который раз я спасаю ему жизнь?
Томас между тем заворочался под Велдоном, безуспешно пытаясь выбраться. Я с плохо скрытым злорадством наблюдала за его копошением, которое сопровождалось жалобными вздохами и стонами. Что, силенок не хватает? Худосочные, однако, ныне аристократы пошли!
— Помоги мне! — наконец, сдавшись, взмолился Томас, осознав-таки, что без посторонней помощи ему не справится. — Аль, ну не стой дуб дубом! Мне уже дышать нечем под этим здоровяком.
Я покачнулась было к этой парочке, распластанной на полу, но в последний момент остановилась и пакостливо улыбнулась. Ну нет, так легко ты у меня не отделаешься, лорд Бейрил.
— Сначала пообещай, что больше не станешь называть меня «Аль»,— потребовала, постаравшись, чтобы это прозвучало как можно более грозно.
Томас не ожидал, что я посмею выдвигать какие-либо ответные условия. Это было ясно по тому, что он замер, перестав дергаться под Велдоном.
— А почему, собственно, ты об этом просишь? — спросил он после недолгой паузы.
— Мне не нравится такое сокращение. — Я пожала плечами, удивленная, что надо объяснять настолько очевидные вещи. — Звучит как имя мальчишки-рассыльного из какой-нибудь лавки.
— А по-моему, очень оригинально, — посмел не согласиться со мной Томас. Но почти сразу со вздохом продолжил: — Ладно, я постараюсь. Еще что-нибудь?
— Пока остановимся на этом, — важно проговорила я, милостиво не обратив внимания на сарказм, скользнувший в его последней фразе.
Ишь ты, еще насмешничать вздумал. Нет, благодарности от него точно не дождешься!
Печально констатировав столь прискорбное обстоятельство, я присела, взяла за плечи Велдона, который по-прежнему пребывал без чувств, и со сдавленным кряхтением попыталась приподнять эту тушу. Оставим на потом предъявление Томасу счетов с тем, сколько раз я спасала его жизнь. В любой момент этот верзила может очнуться. И я бы предпочла, чтобы в этот момент Томас был на ногах и готовый к нападению. А еще лучше — чтобы мы были как можно дальше от столь негостеприимной квартиры. Кто знает, повезет ли мне оглушить этого типа во второй раз.
Поставленная задача оказалась не столь уж легко выполнимой. Этот самый Велдон весил как крупный и очень упитанный бык. Правда, Томас в свою очередь тоже приложил немало усилий, пытаясь как можно быстрее обрести свободу действий. Но все равно мне пришлось немало потрудиться, пока мы не сдвинули Велдона в сторону.
Я была настолько любезна, что даже протянула лежащему Томасу руку. Но он то ли не заметил этого, то ли посчитал ниже своего достоинства принимать помощь от девушки ниже себя по происхождению. И с болезненным стоном встал сам.
— А чем это так воняет? — спросил он, с подозрением принюхиваясь. Провел ладонями по своим волосам, поднес к носу и с отвращением скривился, выдохнув: — Фу, какая гадость! Что это?
— Я полагаю, в вазе слишком давно не меняли воду, — смущенно проговорила я. — Вот она и застоялась…
— Другими словами, ты вылила на меня тухлую воду, — оборвал мой жалкий лепет Томас. — Тьфу ты, придется голову мыть!
И с досадой сплюнул прямо на пол.
— Тебе все равно надо менять повязку, — еще тише проговорила я. — Кажется, этот негодяй…
— Это не негодяй, а мой лучший друг! — гневно перебил меня Томас. — А ты его покалечила. Или, что еще хуже, убила!
— Да, но… — пролепетала я, ощутив, как глаза начали наполняться слезами.
Но Томас, явно не желая выслушать меня, уже отвернулся и присел на корточки рядом с поверженным противником, и я замолчала, несколько раз приглушенно шмыгнув носом.
Меня поражала чудовищная несправедливость ситуации. Почему лорд Бейрил кричит на меня? Я ведь спасла ему жизнь!
— Ты как, дружище? — между тем ласково поинтересовался Томас и с усилием перевернул Велдона с живота на спину.
Тот слабо замычал, и моим глазам предстало его лицо, щедро разукрашенное кровавыми разводами и зеленоватой тиной.
Я с нескрываемым облегчением перевела дыхание. Ну что же, мычит— значит, дышит. То бишь, я все-таки не убила этого здоровяка. Но приложила хорошо. Вон, светлые волосы на макушке слиплись и пропитались красным.
— Ох, Велдон. — Томас покачал головой и поморщился. Принялся осторожно ощупывать его рану. Велдон застонал громче, и лорд Бейрил нетерпеливо прикрикнул на него: — Ладно, не будь сопливой девчонкой! Сейчас посмотрю, что можно сделать.
Кончики его длинных изящных пальцев засветились ледяным зеленым огнем, и гримаса страдания, исказившая было лицо Велдона, разгладилась. Ого, так Томас еще и исцелять умеет? Ну очень богатый на всевозможные магические таланты мужчина! Интересно, а почему он в таком случае не залечил мой синяк на скуле? Или не посчитал нужным заниматься такими мелочами? А еще через мгновение Велдон открыл совершенно ясные глаза, и я сразу же перестала думать на посторонние темы, потому что он посмотрел на меня.
Я торопливо отпрыгнула сразу на несколько шагов назад, встав так, чтобы за моей спиной оказалась входная дверь. Правда, почти сразу осознала, что глупо питать надежду на спасение в такой ситуации. Тут столько засовов, щеколд и замков, что мне вряд ли удастся убежать от разъяренного громилы, если тот вздумает поквитаться за мой удар.
— А хорошо она меня огрела, — с настоящим восхищением выдохнул вдруг Велдон и дружески двинул Томаса в плечо, да так, что тот даже крякнул. — Ну, приятель, какую невесту себе отхватил! Не девица, а огонь! Тебя-то не гоняет еще?
— Нет, — ответил Томас, и я заметила, как жесткие складки, залегшие было вокруг его рта, немного разгладились.
— Ничего, только дай время — прятаться от нее начнешь, — хохотнул Велдон. — Вот так придешь с пьянки под утро, а тебе в голову ваза прилетит. Ты это… Заранее все легко бьющееся убери, что ли. А то обидно будет из-за любовной ссоры друга потерять.
— Так вы не злитесь на меня? — рискнула я подать тоненький голосок.
— Да не, не убила — и лады.
На какой-то миг почудилось, что вокруг дверной ручки обернулась ядовитая змея, в любой момент готовая к броску. Томас потянул к ней руку, и я неожиданно даже для себя вдруг завизжала:
— Не сметь!
И со всей силой ударила его по пальцам, не дав прикоснуться к позеленевшей от времени бронзе.
Ударила — и замерла от осознания собственной дерзости. Ой, что сейчас будет! Наверняка лорд Бейрил знатно разозлится из-за того, что какая-то там девица непонятного происхождения позволила себе такой поступок. Как бы самой не получить звонкую оплеуху.
И я на всякий случай попятилась, не отводя испуганного взгляда от ошеломленного Томаса.
Тот неверяще поднял руку к лицу и внимательно осмотрел ее, словно ожидал увидеть какую-нибудь кровавую рану. Затем перевел взгляд на меня и вскинул бровь, ожидая разъяснений.
— И что все это значит? — холодно прозвучал его голос. — Что ты себе позволяешь?
— Да я сама не понимаю, как так вышло, — смущенно пролепетала, гадая, не будет ли самым верным поступком с моей стороны развернуться и кинуться куда глаза глядят. — Но… Дверная ручка… Там змея…
И окончательно смолкла, осознав, как глупо и смешно звучат мои оправдания. Эдак лорд Бейрил решит, будто у меня не все в порядке с головой.
Однако, к моему величайшему удивлению, Томас вдруг хихикнул, будто я сказала что-то в высшей степени забавное.
— А ты молодец, — уже благосклоннее проговорил он. — Сдается, я не ошибся, когда сделал тебе предложение.
Последняя фраза прозвучала слишком двусмысленно. О каком предложении он говорит? О предложении поработать на него, исполняя роль сбежавшей невесты? Или же о предложении руки и сердца, которое он сделал Джессике? И вообще, почему ему так понравился мой поступок? Мне, например, совершенно не привело в восторг то, как он едва не вывихнул мне руку на крыльце!
Но Томас уже отвернулся от меня. Уставился на злополучную дверь, будто пытался увидеть, что за ней находится. И осторожно стукнул в верхнюю створку, встав при этом на цыпочки. Три коротких удара. Перерыв. Четыре удара с большим промежутком между ними. И два коротких заключительных.
Тотчас же дверь распахнулась перед нами, словно хозяин уже ждал позади нее.
— А, это ты, — без малейшего удивления проговорил огромный и могучий в плечах мужчина, представший на пороге.
Я невольно содрогнулась, вспомнив, как этот великан откинул меня в сторону, даже не прикоснувшись ко мне. Ох, я успела забыть, какой этот Велдон здоровый!
— Проходи, — пробасил он и посторонился, не особо утруждая себя какими-либо приветствиями. Лишь мазнул по мне быстрым внимательным взглядом, но не стал задавать никаких вопросов, видимо, здраво рассудив, что Томас сам ему все расскажет.
Лорд Бейрил смело шагнул через порог, а я остолбенела от его безрассудной смелости. Или вернее будет сказать — от глупости? Куда он идет? Мы ведь вроде как пришли к выводу, что его приятель натравил на него полицейских, а следовательно, здесь нас может поджидать ловушка. И он так спокойно заходит внутрь!
— А ты что застыла? — недружелюбно пробурчал Велдон, заметив, что я не тороплюсь последовать примеру своего спутника. — Давай, руки в ноги — и сюда топай. И не боись, не укушу, поди.
И он жизнерадостно ощерился.
Меня кинуло в невольную дрожь от его широкого щербатого оскала. Ой, а ведь передних зубов у него просто нет! Такое чувство, будто некогда он получил хороший удар прямо в челюсть.
Да и вообще, говоря откровенно, видок у Велдона был тот еще. Больше всего он смахивал на разбойника с большого тракта. Высоченный, шкафообразный, с приплюснутым носом, который явно был не раз переломан в драках… А одежда! Велдон предстал перед нами в распахнутой рубахе, небрежно заправленной в широкие замызганные штаны, и босой. Мог хотя бы застегнуться. Как-то у меня нет ни малейшего желания любоваться на его грудь, покрытую курчавыми жесткими волосами, и шерстистыми ступнями, которые так и тянет назвать лапами.
— Заходи, — поддержал его Томас, заметив, что я не тороплюсь пересечь порог. Криво улыбнулся, добавив: — Не переживай, Джесси, Велдон — мой самый лучший друг.
Интересно, мне показалось, или голос лорда в самом деле дрогнул при это утверждении? Что-то мне не нравится, как это прозвучало. Будто на самом деле Томас хотел сказать совсем другое.
— Заходи, — уже тверже повторил Томас.
Хотя на его губах еще играла улыбка, глаза ощутимо похолодели. И я решила не испытывать его терпение, заставив в третий раз повторить приглашение. Ай, да будь, что будет! В конце концов, я его предупредила, что он поступает просто глупо и безрассудно!
И я, обмирая от собственной безрассудной храбрости, шагнула вперед.
— Наконец-то, — проворчал Велдон, посторонившись и пропустив меня внутрь своего жилища.
Затем с изяществом и грацией, которые тяжело было ожидать от человека такой комплекции, скользнул за мою спину. Я шустро отпрыгнула в сторону. Так, на всякий случай. А то вдруг опять схлопочу от этого верзилы. Как я успела убедиться на собственном печальном опыте, он не утруждает себя размышлениями по поводу того, допустимо ли применять грубую физическую силу против представительниц слабого пола.
Но Велдон и не подумал нападать на меня, по-моему, вообще не заметив моего стремительного маневра. Он принялся греметь засовами, старательно запирая дверь.
По мере того, как щелкали все новые и новые замки, мои брови все выше и выше поднимались. Ого, сколько же здесь запоров! Я уже со счета сбилась.
Наконец, последняя щеколда оказалась задвинута, но на этом Велдон не закончил возиться с дверью. Он приложил к ней обе руки, прижался лбом, словно приносил беззвучную молитву. Несколько секунд после этого ничего не происходило, и я озадаченно оглянулась на Томаса, надеясь, что он как-нибудь пояснит странное поведение своего знакомого. Но тот не обратил на мой взгляд ни малейшего внимания. Лорд Бейрил, по всей видимости, размышлял о чем-то своем. Томас напряженно смотрел в спину приятеля, и по его окаменевшему лицу было совершенно невозможно определить, о чем он в этот момент думает.
Я невольно поежилась. Благоразумно отступила еще на пару шагов. Что-то не хочется мне, если честно, стоять сейчас между двумя друзьями. Как бы не попасть кому-нибудь под горячую руку.
В этот момент пальцы Велдона полыхнули нестерпимо белым огнем. Искры магического пламени пробежали по косяку, бесследно впитываясь в древесину. Миг, другой — и больше ничего не напоминало о заклинании.
— Вот так-то лучше, — довольно проговорил Велдон. Обернулся к Томасу…
Я так и не поняла, что случилось в следующую секунду. Но Томас неожиданно ринулся на своего друга. Причем сделал это с такой скоростью, что я увидела лишь размытую тень. Отстраненно порадовалась за свою предусмотрительность и отпрыгнула еще дальше, буквально вжавшись в стену небольшой темной прихожей.
На полу, тяжело и хрипло рыча, сплелись единым клубком два тела. Томас и Велдон так быстро менялись местами, что я никак не могла понять, кто же одерживает верх.
— Ага! — вдруг злодейским голосом возликовал Велдон, и клубок распался.
Я с замиранием сердца увидела, что Томас повержен. Лежит на полу, оглушенный, а повязка на его лбу опасно напиталась красным, тогда как Велдон гордо восседал на груди побежденного соперника.
— Ага! — повторил Велдон. — Получил, жалкий аристократишка!
И потянулся к Томасу.
«Он его сейчас задушит, — тоскливо осознала я. — Прямо на моих глазах. А потом примется за меня!»
Надо было что-то делать. Причем делать немедленно! Не хочу я умирать в столь молодом возрасте, причем не по собственной вине, а из-за глупейшей самоуверенности какого-то там лорда, слишком много возомнившего о себе.
Мой взгляд неожиданно упал на напольную тяжелую вазу. Сейчас в ней красовался какой-то давным-давно засохший пыльный веник, видимо, цветы в этом доме было не принято менять.
Решение созрело в моей голове само собой. Я подскочила к вазе, рванула ее вверх, от страха даже не заметив ее веса. И с грохотом обрушила на голову врага!
С нежным звоном хрупкий фарфор разлетелся на множество осколков, и на Велдона хлынула зеленоватая и крайне дурно пахнущая жидкость. Ага, стало быть, цветы в этой вазе некогда стояли в воде.
Громила, чье лицо густо облепила тина, удивленно обернулся ко мне, и я испуганно сжалась. Ой, неужели у него голова чугунная, раз ему ничего от этого удара не будет?
Но через мгновение глаза Велдона закатились, и здоровяк рухнул на Томаса.
Я с облегчением перевела дыхание. Присела было перед лордом, намереваясь каким-либо образом вытащить его из-под тела врага. Но опять вздрогнула, услышав злобный шепот спасенного мною в очередной раз мужчины.
— Ты что творишь? — приглушенно рявкнул он. — Аль, ты мне друга убила!
— Но он… — залепетала я, пораженная тем, что в голосе Томаса прозвучала искренняя обеспокоенность. — Но ты… Вы же дрались! И я, вообще-то, спасла тебя! Уже который раз! Мог бы и поблагодарить!
После чего обиженно задрала нос и встала. Вот ведь неблагодарный хам! Быть может, стоит напомнить ему, который раз я спасаю ему жизнь?
Томас между тем заворочался под Велдоном, безуспешно пытаясь выбраться. Я с плохо скрытым злорадством наблюдала за его копошением, которое сопровождалось жалобными вздохами и стонами. Что, силенок не хватает? Худосочные, однако, ныне аристократы пошли!
— Помоги мне! — наконец, сдавшись, взмолился Томас, осознав-таки, что без посторонней помощи ему не справится. — Аль, ну не стой дуб дубом! Мне уже дышать нечем под этим здоровяком.
Я покачнулась было к этой парочке, распластанной на полу, но в последний момент остановилась и пакостливо улыбнулась. Ну нет, так легко ты у меня не отделаешься, лорд Бейрил.
— Сначала пообещай, что больше не станешь называть меня «Аль»,— потребовала, постаравшись, чтобы это прозвучало как можно более грозно.
Томас не ожидал, что я посмею выдвигать какие-либо ответные условия. Это было ясно по тому, что он замер, перестав дергаться под Велдоном.
— А почему, собственно, ты об этом просишь? — спросил он после недолгой паузы.
— Мне не нравится такое сокращение. — Я пожала плечами, удивленная, что надо объяснять настолько очевидные вещи. — Звучит как имя мальчишки-рассыльного из какой-нибудь лавки.
— А по-моему, очень оригинально, — посмел не согласиться со мной Томас. Но почти сразу со вздохом продолжил: — Ладно, я постараюсь. Еще что-нибудь?
— Пока остановимся на этом, — важно проговорила я, милостиво не обратив внимания на сарказм, скользнувший в его последней фразе.
Ишь ты, еще насмешничать вздумал. Нет, благодарности от него точно не дождешься!
Печально констатировав столь прискорбное обстоятельство, я присела, взяла за плечи Велдона, который по-прежнему пребывал без чувств, и со сдавленным кряхтением попыталась приподнять эту тушу. Оставим на потом предъявление Томасу счетов с тем, сколько раз я спасала его жизнь. В любой момент этот верзила может очнуться. И я бы предпочла, чтобы в этот момент Томас был на ногах и готовый к нападению. А еще лучше — чтобы мы были как можно дальше от столь негостеприимной квартиры. Кто знает, повезет ли мне оглушить этого типа во второй раз.
Поставленная задача оказалась не столь уж легко выполнимой. Этот самый Велдон весил как крупный и очень упитанный бык. Правда, Томас в свою очередь тоже приложил немало усилий, пытаясь как можно быстрее обрести свободу действий. Но все равно мне пришлось немало потрудиться, пока мы не сдвинули Велдона в сторону.
Я была настолько любезна, что даже протянула лежащему Томасу руку. Но он то ли не заметил этого, то ли посчитал ниже своего достоинства принимать помощь от девушки ниже себя по происхождению. И с болезненным стоном встал сам.
— А чем это так воняет? — спросил он, с подозрением принюхиваясь. Провел ладонями по своим волосам, поднес к носу и с отвращением скривился, выдохнув: — Фу, какая гадость! Что это?
— Я полагаю, в вазе слишком давно не меняли воду, — смущенно проговорила я. — Вот она и застоялась…
— Другими словами, ты вылила на меня тухлую воду, — оборвал мой жалкий лепет Томас. — Тьфу ты, придется голову мыть!
И с досадой сплюнул прямо на пол.
— Тебе все равно надо менять повязку, — еще тише проговорила я. — Кажется, этот негодяй…
— Это не негодяй, а мой лучший друг! — гневно перебил меня Томас. — А ты его покалечила. Или, что еще хуже, убила!
— Да, но… — пролепетала я, ощутив, как глаза начали наполняться слезами.
Но Томас, явно не желая выслушать меня, уже отвернулся и присел на корточки рядом с поверженным противником, и я замолчала, несколько раз приглушенно шмыгнув носом.
Меня поражала чудовищная несправедливость ситуации. Почему лорд Бейрил кричит на меня? Я ведь спасла ему жизнь!
— Ты как, дружище? — между тем ласково поинтересовался Томас и с усилием перевернул Велдона с живота на спину.
Тот слабо замычал, и моим глазам предстало его лицо, щедро разукрашенное кровавыми разводами и зеленоватой тиной.
Я с нескрываемым облегчением перевела дыхание. Ну что же, мычит— значит, дышит. То бишь, я все-таки не убила этого здоровяка. Но приложила хорошо. Вон, светлые волосы на макушке слиплись и пропитались красным.
— Ох, Велдон. — Томас покачал головой и поморщился. Принялся осторожно ощупывать его рану. Велдон застонал громче, и лорд Бейрил нетерпеливо прикрикнул на него: — Ладно, не будь сопливой девчонкой! Сейчас посмотрю, что можно сделать.
Кончики его длинных изящных пальцев засветились ледяным зеленым огнем, и гримаса страдания, исказившая было лицо Велдона, разгладилась. Ого, так Томас еще и исцелять умеет? Ну очень богатый на всевозможные магические таланты мужчина! Интересно, а почему он в таком случае не залечил мой синяк на скуле? Или не посчитал нужным заниматься такими мелочами? А еще через мгновение Велдон открыл совершенно ясные глаза, и я сразу же перестала думать на посторонние темы, потому что он посмотрел на меня.
Я торопливо отпрыгнула сразу на несколько шагов назад, встав так, чтобы за моей спиной оказалась входная дверь. Правда, почти сразу осознала, что глупо питать надежду на спасение в такой ситуации. Тут столько засовов, щеколд и замков, что мне вряд ли удастся убежать от разъяренного громилы, если тот вздумает поквитаться за мой удар.
— А хорошо она меня огрела, — с настоящим восхищением выдохнул вдруг Велдон и дружески двинул Томаса в плечо, да так, что тот даже крякнул. — Ну, приятель, какую невесту себе отхватил! Не девица, а огонь! Тебя-то не гоняет еще?
— Нет, — ответил Томас, и я заметила, как жесткие складки, залегшие было вокруг его рта, немного разгладились.
— Ничего, только дай время — прятаться от нее начнешь, — хохотнул Велдон. — Вот так придешь с пьянки под утро, а тебе в голову ваза прилетит. Ты это… Заранее все легко бьющееся убери, что ли. А то обидно будет из-за любовной ссоры друга потерять.
— Так вы не злитесь на меня? — рискнула я подать тоненький голосок.
— Да не, не убила — и лады.
