И все-таки я никак не могла понять, с какой стати лорд Джеснар решил поставить себя под удар. Слишком глупый поступок для столь опытного и хитрого человека, настоящего мастера в придворных интригах.
— Ты так и не ответил, в чем твоя выгода, — напомнила я один из самых первых своих вопросов. — И давай без откровенной лжи. В твое благородство я не верю. В благородство твоего отца — тем более. Зачем вам это?
Тернар машинально поднес ко рту опустевший бокал. Попытался было сделать глоток и лишь после этого заметил, что уже выпил все. Чуть слышно ругнулся и прищелкнул пальцами, подозвав к себе бутылку с вином.
Я дождалась, когда парень утолит свою жажду. Он опять одним махом выпил весь бокал, но на этот раз я удержалась от каких-либо замечаний. Пусть. Вряд ли он настолько хорошо владеет собой, как тот же Эйнар или Вэлнар. Скорее всего, алкоголь развяжет ему язык, что будет мне лишь на пользу.
Судя по тому, как заблестели глаза Тернара — мои ожидания оправдались. Хмель точно ударил ему в голову.
— Предположим, кое-кто очень хочет, чтобы лорд протектор забыл о тебе, — чуть заплетающимся голосом, проговорил он. — Твоя помолвка со мной, пусть даже фиктивная, послужит для этого наилучшим образом. И уж тем более если из фиктивной она перейдет в самую настоящую. Ради обещанной награды я даже готов закрыть глаза на твое безродное происхождение. В конце концов, договорные браки были во все времена. Ты получишь защиту в моем лице. Я получу красивую, покорную моей воле супругу. А мой отец восстановит свое влияние при дворе.
— Ясно, — бесцветно прошелестела я.
— Так как, согласна?
Тернар опять взял в руки злополучную коробочку. Расплылся в широкой улыбке и сделал шаг ко мне, видимо, опять желая опуститься передо мной на одно колено.
— Нет, — без тени сомнений сказала я в тот же миг.
Лицо Тернара немедленно вытянулось из обиды. Он воззрился на меня с таким удивлением, что стало понятно — он не допускал ни малейшей возможности того, что я откажусь от столь «великодушного» предложения.
— Ты шутишь, что ли? — спросил он зло. — Или набиваешь себе цену? Амара, смею напомнить, что ты — никто. Нищая безродная. И ты еще смеешь нос воротить от моего предложения?
Ну вот, о чем я и думала. Не удалось Тернару долго играть роль спасителя. Ишь, сколько из него гадостей полезло.
— Или ты всерьез метишь на роль официальной фаворитки лорда протектора? — продолжил изливать яд и желчь парень. — В таком случае, глупее девицы я еще не встречал! Эйнар удовлетворит свою похоть — и немедленно забудет о тебе.
Что и требовало доказать. Даже оскорбления у него такие же, как и в прошлый раз. Хоть бы что-нибудь новенькое придумал.
— Тебе выпал небывалый шанс! — Тернар горделиво приосанился. — Можно сказать, уникальный и единственный! Войти в могущественный драконий род на правах моей законной супруги. Тогда все забыли бы про твое недостойное происхождение. Никто бы не посмел более потешаться над твоей матерью, залетевшей от какого-то мимо проезжающего аристократа, а потом поторопившейся спровадить нежеланного ребенка в монастырь…
Этого я вытерпеть уже не смогла, хоть и пообещала себе не реагировать на провокации Тернара.
Бамс!
И он замолчал, уставившись на меня неверящим взором. Медленно поднял руку к щеке, на которой отчетливым алым следом пятерни проявился след магической пощечины.
— Ты ударила меня? — прошипел с такой горячей ненавистью, что стало очевидно: больше мне в этой комнате делать нечего. Лучше сделать ноги, пока Тернар не очнулся и не полез в драку.
— Твое предложение отвергнуто, — все-таки сухо сообщила я напоследок.
И торопливо выскочила прочь, не дожидаясь, пока опешивший от оплеухи парень придет в себя.
Едва дверь захлопнулась за мной, как тотчас же жалобно застонала, опасно прогнувшись наружу. Видимо, Тернар метнул мне в спину какое-то заклинание.
Но я уже убегала прочь по коридору.
Эх, Амара, бедовая твоя голова! Ведь с самого начала понимала, что грядет какая-то грандиозная подстава. И все равно не смогла умерить свое любопытство.
Зуб даю, что теперь Тернар взбесится пуще прежнего. Еще бы! Какая-то безродная посмела отвергнуть его предложение руки и сердца.
Но, с другой стороны, я узнала немало интересного. И теперь смогу спокойно проанализировать все.
Опустевшая бутылка лежала около стола. Из ее горлышка вылилось несколько последних капель вина, которые некрасивыми алыми пятнами испачкали дорогой светлый ковер.
Тернар сидел за столом, тупым хмельным взглядом уставившись на бокал напротив. Там уже ничего не осталось.
След пощечины на его щеке почти исчез. Осталась лишь небольшая припухлость и покраснение. Но если специально не вглядываться — то ничего не заметишь.
Внезапно парень встрепенулся. Вполголоса выругался и достал из-под ворота рубашки камень связи.
Амулет налился тревожным багрово-черным свечением, показывая, что кто-то очень хочет поговорить с Тернаром.
Он выругался опять, на этот раз громче и с какими-то истерическими нотками в голосе. Ударом ноги отправил пустую бутылку в другой конец комнаты. Бокал торопливо спрятал за стопкой учебников. И лишь после этого осмелился ответить на зов. Сорвал с груди амулет, сжал его в ладони, после чего аккуратно положил на стол перед собой.
Воздух перед ним загустел, медленно, но верно преображаясь окном в другое место. И перед вставшим и вытянувшимся по струнке Тернаром предстал невысокий сутулый мужчина с серыми волосами, густо припорошенными сединой, с серыми же глазами и в мышиного цвета мешковатом камзоле, сшитом явно не по размеру.
— Ну? — вместо приветствия сразу заговорил он. — Девчонка надела на палец кольцо?
— Простите, отец. — Тернар, мгновенно протрезвевший, согнулся в подобострастном поклоне чуть ли не до пола.
— Да или нет?
— Нет, — чуть слышно ответил Тернар, продолжая держать голову повинно склоненной.
— Да ты издеваешься, что ли?
Мужчина по-прежнему говорил тихо. Но в его голосе прорезался неприятный металлический скрежет, показывающий его недовольство.
— Твоя задача была до смешного простой, — продолжил он со все возрастающим раздражением. — Очаровать безмозглую тупую безродную. Наобещать ей исполнение всех желаний. Защиту, почет, уважение. Все, что угодно, лишь бы она надела кольцо. А дальше она попала бы под мою власть. Недаром этот амулет до сих пор считается запрещенным и подлежащим уничтожению. Просто попросил бы ее примерить кольцо, если она была так против помолвки. И ты даже с этим не справился?
Тернар вместо ответа очень низко опустил голову, носом почти уткнувшись в свою грудь.
— Надеюсь, ты ей ничего лишнего не сболтнул? — внезапно с обеспокоенностью спросил Джеснар Реднар.
— Нет.
Тернар ответил слишком быстро, поэтому его отец мгновенно насторожился. Его глаза в один миг стали совершенно змеиными, ледяными. И он холодно обвел взглядом комнату сына.
— А ну-ка, отодвинь те учебники, — вдруг приказал он.
— Отец… — слабо запротестовал Тернар.
— Быстро!
Нет, Джеснар не закричал. Он так сильно понизил голос, что его слова можно было лишь угадывать по движению губ.
Тернар больше не осмелился возражать. Он послушно подвинул стопку книг — и пустой бокал предстал перед глазами его отца.
— Дрянной мальчишка! — прошипел тот после секундной заминки. — Совсем уже спился? Сколько раз тебе говорить: алкоголь убивает мозг! Делает нас тупыми!
— Но, отец, — сделал слабую попытку возразить Тернар. — А как же лорд протектор? Император? Да тот же Вэлнар? Они спокойно…
— Вот когда ты добьешься их успехов и положения при дворе, да к тому же без моей помощи, тогда и призывай их в примеры, — огрызнулся Джеснар. Неполную минуту дышал, то сжимая, то разжимая кулаки, видимо, силясь умерить гнев. Затем сухо спросил: — Ну? Выкладывай. Что ты ей рассказал?
— Ничего особенного, — пискнул было Тернар. Осекся, когда осмелился приподнять голову и увязнуть взглядом в стылых глазах своего отца. Забормотал сбивчиво: — Она требовала ответа, какой будет выгода нашей семьи. Не верила, что я поступаю по велению сердца. И-и-и…
Замолчал, негромко всхлипнув. На его по-девичьи длинных и густых ресницах повисла одинокая слезинка.
— Тернар, не испытывай мое терпение! — прошипел Джеснар. — Что ты ей сболтнул?
— Почти ничего! — Тернар в каком-то детском беззащитном жесте прижал к груди руки. — Честное слово!
— Почти? — Джеснар вдруг выпрямился, и оказалось, что ростом он гораздо выше сына. Серые глаза сверкнули сталью выхваченного клинка. — Но что-то ты сболтнул, верно?
— Я-я-я… — Тернар от страха принялся заикаться. — Я сказал немного…
— Что?!
О нет, Джеснар Реднар не закричал. Даже не повысил голос. Но Тернар вздрогнул всем телом и попятился от стола, на котором лежал камень связи.
— Даже не вздумай оборвать связь! — сухо предупредил Джеснар. — Иначе… О, ты прекрасно понимаешь, что будет в противном случае. Тернар, мое терпение на исходе! Что ты сболтнул девчонке?
— Почти ничего, — пробормотал тот, повторив предыдущий ответ. Серые глаза Джеснара вспыхнули злостью, и Тернар продолжил словно через силу: — Я сказал, что есть могущественный человек при дворе, который очень желает, чтобы Эйнар потерял к ней интерес. И наша помолвка послужит этому наилучшим способом. Мы получим свою награду. Она — свою, из безродной став уважаемой супругой семейства.
— Вот ты… — Джеснар замялся в определении поступка сына. Заклятье связи пошло сильной рябью, видимо, слишком отчетливый посыл гнева пошел от мужчины. Но почти сразу заклинание стабилизировалось, и Джеснар продолжил с негодованием: — И это мой сын! Да ты этой безродной все выложил! Жаль, что ты не рядом!
Тернар вдруг рухнул на колени. Да с такой силой, что наверняка разбил их в кровь. Лбом уткнулся в пол и провыл:
— Отец, я готов понести наказание за свой проступок! Пожалуйста, простите меня!
Джеснар не торопился с ответом. Он долго вглядывался в побледневшего сына.
— А она тебе нравится? — вдруг задал вопрос. — Эта девчонка… Ты бы хотел заполучить ее?
— Да, — без тени сомнений немедленно ответил Тернар, приподняв голову. — Очень!
— Почему? — Джеснар лениво изогнул бровь.
— Она язва та еще. — По губам Тернара скользнула быстрая усмешка. — Ершистая и колкая. Но я… Я хочу ее, отец. Хочу до безумия. И никогда никого не хотел так, как ее. Хочу наказать ее за все то, что она сделала, а еще сильнее за то, что сказала мне. За ее непослушание. За ее насмешки. За ее пренебрежение. Хочу, чтобы она извивалась подо мной, плакала, умоляя меня прекратить. А я бы взял ее жестко, нет, жестоко, без подготовки, насилием. Не обращая внимания на ее крики, стоны и мольбы о пощаде. А потом брал бы ее и брал, пока она не признала бы, что ошиблась, пока не попросила бы у меня прощения в слезах. Но даже после этого я бы не остановился, пока она не понесла бы от меня. Я хочу видеть ее брюхатой от меня. Видеть слезы и обреченность в ее глазах, когда она поймет, что носит под сердцем моего ребенка. Что это свяжет нас навсегда, хочет она того или нет. Мне нужна одна лишь ночь с ней, отец! Но чтобы она понесла от меня. И тогда она не сумеет разорвать нашу связь при всем желании.
— О-о… — насмешливо протянул Джеснар в ответ на столь прочувственную и яростную тираду. — Впервые слышу от тебя такое. А ты всерьез запал на эту безродную сиротку. Ну что же. Чего только ради единственного сына не сделаешь.
Заклинание связи забурлило, почти разрушив картинку. И помехи скрыли дальнейший разговор между сыном и отцом.
У себя в комнате я немного отдышалась. Рука сама дернулась к камню связи. Очень хотелось поговорить с Вэлнаром и рассказать ему про встречу с Тернаром. Но почти сразу я отказалась от этой идеи.
Вэлнар и без того знает, что Тернар имеет на меня огромный зуб. И вообще, в монастыре нам запрещали ябедничать на других. За это полагалось такое же наказание, как и для обидчика. Как любила говорить матушка Хельга: доносчику полагается первый кнут.
Я устало рухнула в кресло. Чуть дрожащей рукой потерла лоб.
— Гад, безумный гад, ужасающий гад!
И рядом материализовался Айс, щедро рассыпающий ругательства в адрес Тернара.
— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он.
— В полном, — кисло отозвалась я.
— Какой же он гад. — Айс белой едва заметной тенью заметался по моей комнате. — Самодовольный сытый гад, не допускающий ни тени сомнений в своем решении. Ненавижу алых!
И весь запылал белоснежным огнем ярости.
Я слушала его стенания краем уха, думая о совсем другом.
Вообще, из разговора с Тернаром я поняла одну вещь: он ничего не знает про четвертый драконий род. Иначе он не называл бы меня так упорно безродной.
А из этого следует, что за Тернаром и его отцом стоит именно Элизабет. Потому что и император, и тем более его брат в курсе того, что я последняя из рода Уайтнаров.
Но куда более меня заинтересовали слова Тернара о том, что мне не позволят спокойно сдать сессию. Будут придираться всеми возможными способами, лишь бы исключить.
— Расписание! — скомандовала я и прищелкнула пальцами.
Тотчас же из моей сумки с тетрадями выпорхнул блокнот. Подлетел ко мне и послушно раскрылся на последней странице с расписанием на следующую неделю.
Я досадливо цокнула языком. Зачет по истории никуда не делся.
А что, если Эйнар все-таки найдет в кратчайший срок замену преподавателю? Иначе почему зачет до сих пор не отменен? В таком случае все завтра явятся с рефератами. Все, кроме меня.
— Ты куда? — озадаченно спросил Айс, когда я заметалась по комнате, поспешно надевая теплую одежду.
— В библиотеку на факультете черных драконов, — честно ответила я и сунула в сумку пачку писчей бумаги.
— Но зачем? — еще сильнее изумился Айс.
— Затем, — коротко ответила я. После секундной паузы все-таки пояснила: — Айс, завтрашний зачет по истории никто и не подумал отменять. И гложут меня сомнения: отменят ли его вообще. Это будет подстава вполне в духе Эйнара. Полагаю, ты прекрасно осознаешь, что он желает моего провала на сессии. Без сданного зачета меня никто до экзаменов даже не допустит.
— Ох ты ж, — растерянно протянул Айс, видимо, сразу же признав мою правоту. — Но твоя тема, Амара… Очень сомнительна. Фесс не даст тебе нужных книг.
— Вот поэтому я иду в библиотеку рода Блекнаров, — огрызнулась я. — Вэлнар обещал, что там мне всегда выдадут нужные книги без малейших ограничений.
— Кстати о Вэлнаре… — Айс многозначительно прокашлялся. — Ничего не желаешь мне рассказать о прошлой ночи? Я так и не сумел пробиться на факультет черных драконов. Хотя очень хотел. Но чувствовал, что ты прекрасно проводишь время.
Мои щеки закономерно зарумянились после этого. Я смущенно потупила глаза и выпалила:
— Между нами ничего не было!
— Да я вижу, — с сарказмом фыркнул Айс. — Как там Тернар сказал? Цветок твоей невинности еще не сорван. И мне донельзя любопытно: а почему?
Я вместо ответа зло засопела, не имея ни малейшего желания отвечать на столь провокационный вопрос.
Потому что… Ай, да что юлить и обманывать! Если бы Вэлнар только пожелал — то я отдалась бы ему прошлой ночью без тени сомнений. Так сильно я его хотела.
— Потому что это было желанием лорда Блекнара, — очень ровно проговорила я. — Он мой преподаватель. Ему принимать экзамен у меня. И подобные отношения поставили бы его профессиональные качества под большое сомнение.
— Ты так и не ответил, в чем твоя выгода, — напомнила я один из самых первых своих вопросов. — И давай без откровенной лжи. В твое благородство я не верю. В благородство твоего отца — тем более. Зачем вам это?
Тернар машинально поднес ко рту опустевший бокал. Попытался было сделать глоток и лишь после этого заметил, что уже выпил все. Чуть слышно ругнулся и прищелкнул пальцами, подозвав к себе бутылку с вином.
Я дождалась, когда парень утолит свою жажду. Он опять одним махом выпил весь бокал, но на этот раз я удержалась от каких-либо замечаний. Пусть. Вряд ли он настолько хорошо владеет собой, как тот же Эйнар или Вэлнар. Скорее всего, алкоголь развяжет ему язык, что будет мне лишь на пользу.
Судя по тому, как заблестели глаза Тернара — мои ожидания оправдались. Хмель точно ударил ему в голову.
— Предположим, кое-кто очень хочет, чтобы лорд протектор забыл о тебе, — чуть заплетающимся голосом, проговорил он. — Твоя помолвка со мной, пусть даже фиктивная, послужит для этого наилучшим образом. И уж тем более если из фиктивной она перейдет в самую настоящую. Ради обещанной награды я даже готов закрыть глаза на твое безродное происхождение. В конце концов, договорные браки были во все времена. Ты получишь защиту в моем лице. Я получу красивую, покорную моей воле супругу. А мой отец восстановит свое влияние при дворе.
— Ясно, — бесцветно прошелестела я.
— Так как, согласна?
Тернар опять взял в руки злополучную коробочку. Расплылся в широкой улыбке и сделал шаг ко мне, видимо, опять желая опуститься передо мной на одно колено.
— Нет, — без тени сомнений сказала я в тот же миг.
Лицо Тернара немедленно вытянулось из обиды. Он воззрился на меня с таким удивлением, что стало понятно — он не допускал ни малейшей возможности того, что я откажусь от столь «великодушного» предложения.
— Ты шутишь, что ли? — спросил он зло. — Или набиваешь себе цену? Амара, смею напомнить, что ты — никто. Нищая безродная. И ты еще смеешь нос воротить от моего предложения?
Ну вот, о чем я и думала. Не удалось Тернару долго играть роль спасителя. Ишь, сколько из него гадостей полезло.
— Или ты всерьез метишь на роль официальной фаворитки лорда протектора? — продолжил изливать яд и желчь парень. — В таком случае, глупее девицы я еще не встречал! Эйнар удовлетворит свою похоть — и немедленно забудет о тебе.
Что и требовало доказать. Даже оскорбления у него такие же, как и в прошлый раз. Хоть бы что-нибудь новенькое придумал.
— Тебе выпал небывалый шанс! — Тернар горделиво приосанился. — Можно сказать, уникальный и единственный! Войти в могущественный драконий род на правах моей законной супруги. Тогда все забыли бы про твое недостойное происхождение. Никто бы не посмел более потешаться над твоей матерью, залетевшей от какого-то мимо проезжающего аристократа, а потом поторопившейся спровадить нежеланного ребенка в монастырь…
Этого я вытерпеть уже не смогла, хоть и пообещала себе не реагировать на провокации Тернара.
Бамс!
И он замолчал, уставившись на меня неверящим взором. Медленно поднял руку к щеке, на которой отчетливым алым следом пятерни проявился след магической пощечины.
— Ты ударила меня? — прошипел с такой горячей ненавистью, что стало очевидно: больше мне в этой комнате делать нечего. Лучше сделать ноги, пока Тернар не очнулся и не полез в драку.
— Твое предложение отвергнуто, — все-таки сухо сообщила я напоследок.
И торопливо выскочила прочь, не дожидаясь, пока опешивший от оплеухи парень придет в себя.
Едва дверь захлопнулась за мной, как тотчас же жалобно застонала, опасно прогнувшись наружу. Видимо, Тернар метнул мне в спину какое-то заклинание.
Но я уже убегала прочь по коридору.
Эх, Амара, бедовая твоя голова! Ведь с самого начала понимала, что грядет какая-то грандиозная подстава. И все равно не смогла умерить свое любопытство.
Зуб даю, что теперь Тернар взбесится пуще прежнего. Еще бы! Какая-то безродная посмела отвергнуть его предложение руки и сердца.
Но, с другой стороны, я узнала немало интересного. И теперь смогу спокойно проанализировать все.
***
Опустевшая бутылка лежала около стола. Из ее горлышка вылилось несколько последних капель вина, которые некрасивыми алыми пятнами испачкали дорогой светлый ковер.
Тернар сидел за столом, тупым хмельным взглядом уставившись на бокал напротив. Там уже ничего не осталось.
След пощечины на его щеке почти исчез. Осталась лишь небольшая припухлость и покраснение. Но если специально не вглядываться — то ничего не заметишь.
Внезапно парень встрепенулся. Вполголоса выругался и достал из-под ворота рубашки камень связи.
Амулет налился тревожным багрово-черным свечением, показывая, что кто-то очень хочет поговорить с Тернаром.
Он выругался опять, на этот раз громче и с какими-то истерическими нотками в голосе. Ударом ноги отправил пустую бутылку в другой конец комнаты. Бокал торопливо спрятал за стопкой учебников. И лишь после этого осмелился ответить на зов. Сорвал с груди амулет, сжал его в ладони, после чего аккуратно положил на стол перед собой.
Воздух перед ним загустел, медленно, но верно преображаясь окном в другое место. И перед вставшим и вытянувшимся по струнке Тернаром предстал невысокий сутулый мужчина с серыми волосами, густо припорошенными сединой, с серыми же глазами и в мышиного цвета мешковатом камзоле, сшитом явно не по размеру.
— Ну? — вместо приветствия сразу заговорил он. — Девчонка надела на палец кольцо?
— Простите, отец. — Тернар, мгновенно протрезвевший, согнулся в подобострастном поклоне чуть ли не до пола.
— Да или нет?
— Нет, — чуть слышно ответил Тернар, продолжая держать голову повинно склоненной.
— Да ты издеваешься, что ли?
Мужчина по-прежнему говорил тихо. Но в его голосе прорезался неприятный металлический скрежет, показывающий его недовольство.
— Твоя задача была до смешного простой, — продолжил он со все возрастающим раздражением. — Очаровать безмозглую тупую безродную. Наобещать ей исполнение всех желаний. Защиту, почет, уважение. Все, что угодно, лишь бы она надела кольцо. А дальше она попала бы под мою власть. Недаром этот амулет до сих пор считается запрещенным и подлежащим уничтожению. Просто попросил бы ее примерить кольцо, если она была так против помолвки. И ты даже с этим не справился?
Тернар вместо ответа очень низко опустил голову, носом почти уткнувшись в свою грудь.
— Надеюсь, ты ей ничего лишнего не сболтнул? — внезапно с обеспокоенностью спросил Джеснар Реднар.
— Нет.
Тернар ответил слишком быстро, поэтому его отец мгновенно насторожился. Его глаза в один миг стали совершенно змеиными, ледяными. И он холодно обвел взглядом комнату сына.
— А ну-ка, отодвинь те учебники, — вдруг приказал он.
— Отец… — слабо запротестовал Тернар.
— Быстро!
Нет, Джеснар не закричал. Он так сильно понизил голос, что его слова можно было лишь угадывать по движению губ.
Тернар больше не осмелился возражать. Он послушно подвинул стопку книг — и пустой бокал предстал перед глазами его отца.
— Дрянной мальчишка! — прошипел тот после секундной заминки. — Совсем уже спился? Сколько раз тебе говорить: алкоголь убивает мозг! Делает нас тупыми!
— Но, отец, — сделал слабую попытку возразить Тернар. — А как же лорд протектор? Император? Да тот же Вэлнар? Они спокойно…
— Вот когда ты добьешься их успехов и положения при дворе, да к тому же без моей помощи, тогда и призывай их в примеры, — огрызнулся Джеснар. Неполную минуту дышал, то сжимая, то разжимая кулаки, видимо, силясь умерить гнев. Затем сухо спросил: — Ну? Выкладывай. Что ты ей рассказал?
— Ничего особенного, — пискнул было Тернар. Осекся, когда осмелился приподнять голову и увязнуть взглядом в стылых глазах своего отца. Забормотал сбивчиво: — Она требовала ответа, какой будет выгода нашей семьи. Не верила, что я поступаю по велению сердца. И-и-и…
Замолчал, негромко всхлипнув. На его по-девичьи длинных и густых ресницах повисла одинокая слезинка.
— Тернар, не испытывай мое терпение! — прошипел Джеснар. — Что ты ей сболтнул?
— Почти ничего! — Тернар в каком-то детском беззащитном жесте прижал к груди руки. — Честное слово!
— Почти? — Джеснар вдруг выпрямился, и оказалось, что ростом он гораздо выше сына. Серые глаза сверкнули сталью выхваченного клинка. — Но что-то ты сболтнул, верно?
— Я-я-я… — Тернар от страха принялся заикаться. — Я сказал немного…
— Что?!
О нет, Джеснар Реднар не закричал. Даже не повысил голос. Но Тернар вздрогнул всем телом и попятился от стола, на котором лежал камень связи.
— Даже не вздумай оборвать связь! — сухо предупредил Джеснар. — Иначе… О, ты прекрасно понимаешь, что будет в противном случае. Тернар, мое терпение на исходе! Что ты сболтнул девчонке?
— Почти ничего, — пробормотал тот, повторив предыдущий ответ. Серые глаза Джеснара вспыхнули злостью, и Тернар продолжил словно через силу: — Я сказал, что есть могущественный человек при дворе, который очень желает, чтобы Эйнар потерял к ней интерес. И наша помолвка послужит этому наилучшим способом. Мы получим свою награду. Она — свою, из безродной став уважаемой супругой семейства.
— Вот ты… — Джеснар замялся в определении поступка сына. Заклятье связи пошло сильной рябью, видимо, слишком отчетливый посыл гнева пошел от мужчины. Но почти сразу заклинание стабилизировалось, и Джеснар продолжил с негодованием: — И это мой сын! Да ты этой безродной все выложил! Жаль, что ты не рядом!
Тернар вдруг рухнул на колени. Да с такой силой, что наверняка разбил их в кровь. Лбом уткнулся в пол и провыл:
— Отец, я готов понести наказание за свой проступок! Пожалуйста, простите меня!
Джеснар не торопился с ответом. Он долго вглядывался в побледневшего сына.
— А она тебе нравится? — вдруг задал вопрос. — Эта девчонка… Ты бы хотел заполучить ее?
— Да, — без тени сомнений немедленно ответил Тернар, приподняв голову. — Очень!
— Почему? — Джеснар лениво изогнул бровь.
— Она язва та еще. — По губам Тернара скользнула быстрая усмешка. — Ершистая и колкая. Но я… Я хочу ее, отец. Хочу до безумия. И никогда никого не хотел так, как ее. Хочу наказать ее за все то, что она сделала, а еще сильнее за то, что сказала мне. За ее непослушание. За ее насмешки. За ее пренебрежение. Хочу, чтобы она извивалась подо мной, плакала, умоляя меня прекратить. А я бы взял ее жестко, нет, жестоко, без подготовки, насилием. Не обращая внимания на ее крики, стоны и мольбы о пощаде. А потом брал бы ее и брал, пока она не признала бы, что ошиблась, пока не попросила бы у меня прощения в слезах. Но даже после этого я бы не остановился, пока она не понесла бы от меня. Я хочу видеть ее брюхатой от меня. Видеть слезы и обреченность в ее глазах, когда она поймет, что носит под сердцем моего ребенка. Что это свяжет нас навсегда, хочет она того или нет. Мне нужна одна лишь ночь с ней, отец! Но чтобы она понесла от меня. И тогда она не сумеет разорвать нашу связь при всем желании.
— О-о… — насмешливо протянул Джеснар в ответ на столь прочувственную и яростную тираду. — Впервые слышу от тебя такое. А ты всерьез запал на эту безродную сиротку. Ну что же. Чего только ради единственного сына не сделаешь.
Заклинание связи забурлило, почти разрушив картинку. И помехи скрыли дальнейший разговор между сыном и отцом.
Глава вторая
У себя в комнате я немного отдышалась. Рука сама дернулась к камню связи. Очень хотелось поговорить с Вэлнаром и рассказать ему про встречу с Тернаром. Но почти сразу я отказалась от этой идеи.
Вэлнар и без того знает, что Тернар имеет на меня огромный зуб. И вообще, в монастыре нам запрещали ябедничать на других. За это полагалось такое же наказание, как и для обидчика. Как любила говорить матушка Хельга: доносчику полагается первый кнут.
Я устало рухнула в кресло. Чуть дрожащей рукой потерла лоб.
— Гад, безумный гад, ужасающий гад!
И рядом материализовался Айс, щедро рассыпающий ругательства в адрес Тернара.
— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он.
— В полном, — кисло отозвалась я.
— Какой же он гад. — Айс белой едва заметной тенью заметался по моей комнате. — Самодовольный сытый гад, не допускающий ни тени сомнений в своем решении. Ненавижу алых!
И весь запылал белоснежным огнем ярости.
Я слушала его стенания краем уха, думая о совсем другом.
Вообще, из разговора с Тернаром я поняла одну вещь: он ничего не знает про четвертый драконий род. Иначе он не называл бы меня так упорно безродной.
А из этого следует, что за Тернаром и его отцом стоит именно Элизабет. Потому что и император, и тем более его брат в курсе того, что я последняя из рода Уайтнаров.
Но куда более меня заинтересовали слова Тернара о том, что мне не позволят спокойно сдать сессию. Будут придираться всеми возможными способами, лишь бы исключить.
— Расписание! — скомандовала я и прищелкнула пальцами.
Тотчас же из моей сумки с тетрадями выпорхнул блокнот. Подлетел ко мне и послушно раскрылся на последней странице с расписанием на следующую неделю.
Я досадливо цокнула языком. Зачет по истории никуда не делся.
А что, если Эйнар все-таки найдет в кратчайший срок замену преподавателю? Иначе почему зачет до сих пор не отменен? В таком случае все завтра явятся с рефератами. Все, кроме меня.
— Ты куда? — озадаченно спросил Айс, когда я заметалась по комнате, поспешно надевая теплую одежду.
— В библиотеку на факультете черных драконов, — честно ответила я и сунула в сумку пачку писчей бумаги.
— Но зачем? — еще сильнее изумился Айс.
— Затем, — коротко ответила я. После секундной паузы все-таки пояснила: — Айс, завтрашний зачет по истории никто и не подумал отменять. И гложут меня сомнения: отменят ли его вообще. Это будет подстава вполне в духе Эйнара. Полагаю, ты прекрасно осознаешь, что он желает моего провала на сессии. Без сданного зачета меня никто до экзаменов даже не допустит.
— Ох ты ж, — растерянно протянул Айс, видимо, сразу же признав мою правоту. — Но твоя тема, Амара… Очень сомнительна. Фесс не даст тебе нужных книг.
— Вот поэтому я иду в библиотеку рода Блекнаров, — огрызнулась я. — Вэлнар обещал, что там мне всегда выдадут нужные книги без малейших ограничений.
— Кстати о Вэлнаре… — Айс многозначительно прокашлялся. — Ничего не желаешь мне рассказать о прошлой ночи? Я так и не сумел пробиться на факультет черных драконов. Хотя очень хотел. Но чувствовал, что ты прекрасно проводишь время.
Мои щеки закономерно зарумянились после этого. Я смущенно потупила глаза и выпалила:
— Между нами ничего не было!
— Да я вижу, — с сарказмом фыркнул Айс. — Как там Тернар сказал? Цветок твоей невинности еще не сорван. И мне донельзя любопытно: а почему?
Я вместо ответа зло засопела, не имея ни малейшего желания отвечать на столь провокационный вопрос.
Потому что… Ай, да что юлить и обманывать! Если бы Вэлнар только пожелал — то я отдалась бы ему прошлой ночью без тени сомнений. Так сильно я его хотела.
— Потому что это было желанием лорда Блекнара, — очень ровно проговорила я. — Он мой преподаватель. Ему принимать экзамен у меня. И подобные отношения поставили бы его профессиональные качества под большое сомнение.
