Говорят – можно спасти? А как?
Первое – что пришло в голову Воителю – напиться и расслабиться… Да – дорого – ну и ладно – Боги-Близнецы на это дело выделили ему неимоверное много золота…
Он был уже изрядно пьян (убивать Красоту так не хотелось), когда услышал, как один из торговцев хвастается: «Представляете – моя старшая дочь участвует в конкурсе, чтобы стать женой Падишаха! Она – моя кровиночка – точно победит! Даола! Я не представлял, что мои чресла могут породить такой цветок! А у меня ещё четыре такие дочки есть! Все умницы и красавицы… У обычных – в общем-то родителей – родились такие совершенные девочки! Если моя старшенькая – она – конечно – самая лучшая – выйдет замуж за самого Падишаха Эль-Данто – остальных другие Падишахи разберут – наконец-то мне на старости лет не нужно будет зарабатывать опасным трудом торговца – с моей единственной женой (других мог бы завести, но так и не завёл) заживём безбедно!»
Имя Даола привлекло внимание Воителя…
Он стал вслушиваться в хвастовство торговца. Тот всё больше пил и пьянел – явно непривыкший к выпивке человек решил «расслабиться», сбросить постоянное нервное напряжение. Вайлет – напротив – отодвинул от себя очередную бутылку дорогого напитка и почему-то очень быстро к нему стала возвращаться трезвость…
Наконец-то наш герой решил – это ли не шанс спасти Даолу? Отец девушки – а теперь Вайлет точно понял – этот торговец, который напивается за соседним столиком – он точно отец той самой девушки с конкурса, которая так поразила его своей какой-то внутренней чистотой и красивостью…
Наконец-то он решился подойти к торговцу. Костей заказал у трактирщика самую дорогую бутылку спиртного (у того от удивления (покупают то, что никогда невозможно продать) аж глаза чуть из своих орбит не вылезли) и – забрав заказ – пересел за столик к отцу Даолы.
Несмотря на возражения (торговец привык пить гораздо более дешёвые напитки), Воитель налил в глиняные кружки себе и собеседнику.
«М-молодой ч-человек! П-прекратите б-безумство!» - залопотал подвыпивший посетитель трактира: «Себе наливайте! Я т-такого не п-привык пить! Н-не тратьте на м-меня это с-сокровище!»
«Пейте – разговор есть!» - настоял Вайлет.
«Н-ну – если т-так…» - торговец руками, которые тряслись скорее не от опьянения, а от осознания того – что именно налито и бултыхается в его глиняной кружке, попытался скорее поднести напиток ко рту и выпить почти залпом. Захлебнулся от жадности, закашлялся. Когда он пришёл в себя, он продолжил: «Р-раз уж Вы угощ-щаете – я н-не могу отказаться…»
«Не торопитесь – напиток действительно хорош – его смаковать нужно. Хотя – дело Ваше – надо будет – я ещё закажу. А разговор у нас действительно серьёзный…»
«Д-да хоть к-какой. В первый раз я т-такое пробую – н-не привык – скажем так… Так о чём разговор?»
«Скажу сразу – говорить станем о Вашей доченьке!»
«Положили глаз на м-мою к-кровиночку? Я бы с радостью отдал её за В-вас – н-но – поздно… Она в энтом самом – о!.. Кон-кур-се самого Падишаха Эль-Данто – В-великого П-падишаха участвует – ик… И выиграть может – отчего бы и нет?!!»
«Любит?»
«Чегось?»
«Ваша дочь влюблена в Падишаха?»
«Эй! Ты кто, чтобы так у её отца спрашивать?!!» - разъярился торговец, потом посмотрел на Вайлета и сник совсем – попытался стать незаметным (если бы магию невидимости знал – точно бы в невидимку обратился и убёг): «Простите меня – старика. Знаю я – Вы – Сам Непобедимый Воитель, а я против Вас никто…»
«Откуда знаешь?» - заинтересовало Костея.
«Ну, неужто, Вы – Великий Человек – не можете поверить, что моя стража исправно службу несёт? Это их обязанность дознаваться про каждое важное лицо в городе и мне докладывать… Только так скажу – Вы – Воитель из других стран… Наших обычаев совсем не знаете, даже понять не можете. У женщины нет права выбора – женщина – она как трёхгорбый верблюд – должна идти туда, куда сначала отец, а потом муж скажет – сопротивления оказать никак не может. Она даже не конь! Зачем ей любовь? У неё обязанности…»
Вайлет аж присвистнул: «Это как? Неужто у женщины вообще прав нет?»
«Ну – как Вам сказывать-то? Есть право – примерно на пару минут в жизни… Перед алтарём Сухобурного Бога во время свадебной церемонии будущему мужу твёрдое «Нет!» сказать. И за это даже не накажут. Там – во время церемонии – начинаются права женщины, да там и заканчиваются… Но моя Даола – она точно не такая своенравная – скажет то, что велю я, а потом будет делать то, что муж или обычаи повелят…»
«Как-то жутко это звучит… Наши девушки и женщины сами себе судьбу избирают…»
«Бедненькие. Кто же таких за себя возьмёт-то? Ты наших женщин не жалей – они за отцом или мужем как за каменной стеной! И за Падишахством… Представь – им всю жизнь вообще ни о чём беспокоиться не нужно. Дорога с караванами не нужна. Даже еду в доме, стирку и всё остальное слуги делают. Или – если мужчина такой болван, что себе слуг не может нанять, ну – или – в бою раба (даже рабыню) взять не может – значит – все хлопоты по дому на нём самом… Женщина – она должна Красоту создавать – первейшее – из себя… Девочек вообще учат только постельным утехам, танцам, песням народа, возможно – но это уже совсем неправильно – не совсем по Вере в Сухобурного Бога – рисовать и стены расписывать, разговоры умные, что услада для слуха мужчины разговаривать… По Вере Изначальной – женщина не должна быть в библиотеку вхожа… Но – сами мужики – да – лаваш – что я говорю – Великие Мужи – чтобы их дома кто-то веселил – придумали – женщин в общественные библиотеки бесплатно пускать. Для мужчины это дорого, да и времени нет… А их бесплатно. Одно хорошо – в храме книг, где мужчины книги мудрые читают – им места нет… Но они и под полкой с книгами при свете лампы из жира пустынного червя читать могут. Зрение своё убивать зазря… Моя Даола тоже из тех девочек, что иноземных книг начиталась сполна… Я не мог противиться – если сам Эль-Данто это приветствует… Пыталась обсудить со мной – когда я очень устал после торговой экспедиции… Конечно – от моего палача нужное количество плетей получила по своей прекрасной попочке… Чтобы отца дурными мыслями не донимала… Я тогда думал – абсолютно глупыми – сейчас думаю – это даже поможет ей. Наверное хорошо, что мои палачи её били жалеючи… Конечно – до крови – но я их нанимал, чтобы они плетьми кожу снимали… Не так они с Даолой сделали… Не выбили дурь… Зато все шансы на конкурсе Падишаха выиграть есть…»
«Подожди – ты наказывал свою доченьку только за то, что она попыталась учиться, новые знания принять? Наших девушек поощряют за это – но им просто лень!»
«Представьте – насколько разны наши культуры! У наших женщин нет права имущества, нет права на воспитание детей. Если мать ведёт себя хорошо – ей дозволяют встретится с ребёнком. До трёх лет мать – конечно – с дитём – очень много детей до этого возраста не доживают – но потом муж должен ребёнка забрать – всё равно – мальчик это или девочка – нанять учителей, ну – или – если он – полный нищеброд – отправить в общественную школу… Мать в воспитание ребёнка вообще вмешиваться не должна – воспитает хлюпика вместо Воина, воспитает дочку, что отцу перечить сможет…»
«Жуть какая!» - Вайлету от этого устройства общества вообще блевать захотелось. Он просто не мог представить как его названную сестрёнку Жанну или его почему-то до сих пор любимую Джудит будут так воспитывать (Он точно понимал – Джудит – это девочка – которая уже просто в очень далёком прошлом… Она даже не помнит его сейчас – зелье забвения при свадебном обряде – тоже не слишком-то добрая вещь). А потом о другом подумалось: «Слушай, а если жена мужу надоест, или муж, а может ещё и отец погибнут в бою – как женщине быть?»
«Вы не слишком о наших женщинах беспокойтесь. Если они мужу надоедят, или помрёт кто – муж или отец – на улице они не окажутся. Падишахство женские монастыри содержит. Там тоже совсем неплохо жить. Иногда и сама женщина от мужа-деспота может в монастырь сбежать. Так не должно быть – но так есть…»
«Ладно – я о другом говорить хотел,» - Вайлет снова долил в кружку торговца драгоценное пойло – иначе – похоже – тот начал трезветь. Так как бутылка из горного хрусталя опустела, Воитель показал знаками, чтобы трактирщик принёс ещё такого-же, чем нереально удивил всех присутствующих.
«Сказывай…» - торговец не мог отвести глаз от напитка, налитого в его простую глиняную кружку – такой напиток стоило бы пить точно не из этой посудины. Но от напитка, в котором была толика магии казалось, что кружка светится изнутри.
«Нельзя, чтобы твоя Даола выиграла в этом конкурсе!»
«Это ещё почему? Вы смотрите – Д-даола – она – конечно – красивая девочка, только давайте ко мне сходим – у меня ещё четыре доченьки есть – может какая Вам и приглянется. И даже – если не одна – берите всех четверых – калым возьму совсем не большой – мне и того, что Падишах выплатит вполне хватит на всю жизнь.»
«Ладно – отвлечёмся опять от темы – не положено мне четверых брать – в моём народе только одна жена быть должна. Да и жениться я совсем не хочу – хотел бы – давно бы уже женат был…»
«Так не в жёны берите – я своих к-кровиночек т-такому Воину и в наложницы отдам. А хотите – т-так вообще в р-рабыни…»
«Что же ты за отец такой?»
«Д-да н-не хуже всех б-буду. Нарожала мне жена девок – ч-что с ними делать-то? Чай обижать н-не с-станете – д-даже рабынь… Н-не т-такой Вы… П-по Вам сразу видно. В-вон – о Даоле м-моей б-беспокоитесь… Т-только сразу скажу – ч-чтобы обмана н-не было – п-плохие рабыни из м-моих девок будут…»
«Ладно – не нужно – сразу скажу. К Даоле возвратимся…»
«Д-далась т-тебе эта Д-даола! Н-неужто в-все мысли о ней? В-влюбился? Д-да – моя д-дочка м-может з-заинтересовать. С-сам на н-неё заглядываюсь иногда. Ежели бы Сухобурный Бог н-не так строг в этом вопросе был – сделал б-бы её своей н-наложницей. Т-только б-боюсь – знакомый т-торговец т-такое вытворил – так его к-караван д-давно пустынным песком занесло…»
Вайлет откинулся на спинку стула, широко открыв рот – чтобы отец на дочку виды имел – вот такие – вообще поверить было невозможно. Потом Костей взял себя в руки – говорить с этим мерзавцем не хотелось, но спасать девушку было надо – отговорит её отца – заберёт с конкурса Падишаха – увезёт в свои земли – поможет хорошего доброго мужа найти. А если девушка замуж не захочет – так Яков, Любава и Жанна не станут возражать, чтобы девушка в их доме жила, потому продолжать стоит: «Нельзя Даоле в конкурсе участвовать! Если она победит – её просто убьют. Убьют всякую, кто в конкурсе первое место займёт!» - чуть не сказал, что сам и должен будет убить…
«Откуда т-такие в-вести? Х-хотя… А н-не нужно – не нужно мне знать… А и убьют – т-так – туда ей и д-дорога. Г-главное – чтобы выиграла… М-моя жена – с-стерва, хоть и красивая. Н-нарожала одних девок – а это очень плохой п-признак, мол – сына родить н-не может… М-моих девчонок н-никто себе брать не хочет – м-мужу в-всегда сын нужен. Одна н-надежда – Даола конкурс выиграет – тогда и остальных разберут. А там… Д-да хоть бы и убивали – п-пусть…»
Вайлет размахнулся и ударил со всей силы по ухмыляющейся хмельной противной роже.
«С-стража!» - заорал торговец: «Х-хозяина бьют!»
Десяток воинов в пустынной одежде с мечами наголо вбежали в трактир.
Биться с ними Костей был готов – он бы сейчас с целым войском дрался – так его поразило отношение отца к своей дочери – безразличие к судьбе, а ещё и нескрываемая похоть!
К чему Воин никак не готов был, так это к тому, что не ему – а самому торговцу руки заломали, ударили пару раз – чтобы не сопротивлялся и вывели из трактира…
«Зря отпустил,» - тихо произнёс трактирщик: «Это его люди. Они ему ничего плохого не сделают. Даже плетей нужное количество не дадут за то, что он с гостем Великого Падишаха пререкаться стал. Надо бы – но его уже увели – никак теперь не докажешь…»
На слова трактирщика Вайлет внимание не обратил, так как в его голове зазвучал другой голос: «Первая попытка спасения девушки повалилась, как я и ожидал. Осталось лишь две. Запомни,» - сказал Безтиний – один из Богов-Близнецов своим противным голосом…
«Воин! Хозяйка хочет с тобой говорить!» - воины в одеждах Падишаха обступили Вайлета. Одна маленькая деталь отличала их от тех воинов, которых Костей видел во дворце – у каждого на правой руке был повязан красный платок.
«Я не против. Кто ваша хозяйка? Почему сама не подошла?» - Воителю действительно интересно стало.
«Мы – воины Великой Немиры. Хозяйка не может сама подойти – так не положено. Разговор для неё важен, но правила…»
«Так я к ней сам подойду.»
«Какой прыткий! Так тоже нельзя – с женой Падишаха говорить может только лекарь или учитель, ну – ещё и стража... Другой мужчина никак не имеет права. На лекаря ты не похож, в страже нашей не состоишь. Одно остаётся – если ты – Великий Учитель!»
«Ну и чему – по-вашему – я смогу Великую Немиру обучить?» - усмехнулся Костей.
«Ты – Непобедимый Воитель – стало быть – воинскому искусству и научишь…»
«Не знаю – наверное – я – готов…»
«Тогда Хозяйка предлагает тебе учебный поединок.»
«Не буду я биться с женщиной – зазорно это в моих землях,» - опешил Вайлет.
«В твоих – возможно – зазорно. В наших – это Великая Честь. Ты не бойся – Великая Немира – она не просто женщина. Лучше Воителя, чем она – просто не отыскать. Она и с сотней воинов справится. Мало того – ты даже ничего плохого ей не сделаешь – твой меч мы опечатаем – только маг, что печать наложил, сможет потом эту печать снять – не вынешь свой меч из ножен – тебе другой дадим – тренировочный – деревянный. Не бойся Хозяйку им ударить – лекари знают своё дело – у неё даже синяков не останется. Ежели сможешь хоть раз ударить. Старайся… Да – магию в поединке использовать тоже нельзя – наш маг тебе особый браслет на руку наденет – чтобы даже искушения не возникло…»
Маг – сгорбленный старик в одежде стражей Немиры подошёл, вежливо попросил левую руку, защёлкнул браслет. Меч привязал к ножнам тоненькими тесёмочками, поставил восковую печать.
«Эй! Эти тесёмки сами-то не порвутся? Ненадёжно всё как-то,» - усмехнулся наш герой.
«А ты попробуй – вынь свой меч!» - приказал маг. Вайлет потянул – меч в ножнах сидел крепко. Маг продолжил: «Ты не смотри, что всё хлипко выглядит – тут не верёвка главное и не восковая печать – тут Магия!» - потом – гораздо тише старик добавил: «Очень советую продержаться пять минут – потом сдаться Хозяйке. Дальше не стоит сопротивляться. Но в эти пять минут бейся как только можешь. Считай – перед тобой – самый страшный враг. Так что на долгий поединок не рассчитывай – выложись за эти пять минут полностью. Иначе – Хозяйка даже поговорить с тобой не сможет – такие у нас обычаи – говорить она может только с Учителем. Сам Великий Падишах будет на ваш тренировочный бой смотреть – не посрамись – покажи себя – сделай так, чтобы Грозный Эль-Данто не заскучал, да и Хозяйке скучно не стало…»
«Серьёзно у вас тут всё как-то…» - наш герой просто не верил своим ушам – его заставляют сражаться с женщиной… Мало того – ему самому разговор с ней в общем-то и не нужен – это ей приспичило. И для этого надо испытание пройти. А если он – Непобедимый Воитель (свою бессмертность Вайлет пытался скрыть) – случайно повредит этой влиятельной женщине?
Первое – что пришло в голову Воителю – напиться и расслабиться… Да – дорого – ну и ладно – Боги-Близнецы на это дело выделили ему неимоверное много золота…
Он был уже изрядно пьян (убивать Красоту так не хотелось), когда услышал, как один из торговцев хвастается: «Представляете – моя старшая дочь участвует в конкурсе, чтобы стать женой Падишаха! Она – моя кровиночка – точно победит! Даола! Я не представлял, что мои чресла могут породить такой цветок! А у меня ещё четыре такие дочки есть! Все умницы и красавицы… У обычных – в общем-то родителей – родились такие совершенные девочки! Если моя старшенькая – она – конечно – самая лучшая – выйдет замуж за самого Падишаха Эль-Данто – остальных другие Падишахи разберут – наконец-то мне на старости лет не нужно будет зарабатывать опасным трудом торговца – с моей единственной женой (других мог бы завести, но так и не завёл) заживём безбедно!»
Имя Даола привлекло внимание Воителя…
Он стал вслушиваться в хвастовство торговца. Тот всё больше пил и пьянел – явно непривыкший к выпивке человек решил «расслабиться», сбросить постоянное нервное напряжение. Вайлет – напротив – отодвинул от себя очередную бутылку дорогого напитка и почему-то очень быстро к нему стала возвращаться трезвость…
Наконец-то наш герой решил – это ли не шанс спасти Даолу? Отец девушки – а теперь Вайлет точно понял – этот торговец, который напивается за соседним столиком – он точно отец той самой девушки с конкурса, которая так поразила его своей какой-то внутренней чистотой и красивостью…
Наконец-то он решился подойти к торговцу. Костей заказал у трактирщика самую дорогую бутылку спиртного (у того от удивления (покупают то, что никогда невозможно продать) аж глаза чуть из своих орбит не вылезли) и – забрав заказ – пересел за столик к отцу Даолы.
Несмотря на возражения (торговец привык пить гораздо более дешёвые напитки), Воитель налил в глиняные кружки себе и собеседнику.
«М-молодой ч-человек! П-прекратите б-безумство!» - залопотал подвыпивший посетитель трактира: «Себе наливайте! Я т-такого не п-привык пить! Н-не тратьте на м-меня это с-сокровище!»
«Пейте – разговор есть!» - настоял Вайлет.
«Н-ну – если т-так…» - торговец руками, которые тряслись скорее не от опьянения, а от осознания того – что именно налито и бултыхается в его глиняной кружке, попытался скорее поднести напиток ко рту и выпить почти залпом. Захлебнулся от жадности, закашлялся. Когда он пришёл в себя, он продолжил: «Р-раз уж Вы угощ-щаете – я н-не могу отказаться…»
«Не торопитесь – напиток действительно хорош – его смаковать нужно. Хотя – дело Ваше – надо будет – я ещё закажу. А разговор у нас действительно серьёзный…»
«Д-да хоть к-какой. В первый раз я т-такое пробую – н-не привык – скажем так… Так о чём разговор?»
«Скажу сразу – говорить станем о Вашей доченьке!»
«Положили глаз на м-мою к-кровиночку? Я бы с радостью отдал её за В-вас – н-но – поздно… Она в энтом самом – о!.. Кон-кур-се самого Падишаха Эль-Данто – В-великого П-падишаха участвует – ик… И выиграть может – отчего бы и нет?!!»
«Любит?»
«Чегось?»
«Ваша дочь влюблена в Падишаха?»
«Эй! Ты кто, чтобы так у её отца спрашивать?!!» - разъярился торговец, потом посмотрел на Вайлета и сник совсем – попытался стать незаметным (если бы магию невидимости знал – точно бы в невидимку обратился и убёг): «Простите меня – старика. Знаю я – Вы – Сам Непобедимый Воитель, а я против Вас никто…»
«Откуда знаешь?» - заинтересовало Костея.
«Ну, неужто, Вы – Великий Человек – не можете поверить, что моя стража исправно службу несёт? Это их обязанность дознаваться про каждое важное лицо в городе и мне докладывать… Только так скажу – Вы – Воитель из других стран… Наших обычаев совсем не знаете, даже понять не можете. У женщины нет права выбора – женщина – она как трёхгорбый верблюд – должна идти туда, куда сначала отец, а потом муж скажет – сопротивления оказать никак не может. Она даже не конь! Зачем ей любовь? У неё обязанности…»
Вайлет аж присвистнул: «Это как? Неужто у женщины вообще прав нет?»
«Ну – как Вам сказывать-то? Есть право – примерно на пару минут в жизни… Перед алтарём Сухобурного Бога во время свадебной церемонии будущему мужу твёрдое «Нет!» сказать. И за это даже не накажут. Там – во время церемонии – начинаются права женщины, да там и заканчиваются… Но моя Даола – она точно не такая своенравная – скажет то, что велю я, а потом будет делать то, что муж или обычаи повелят…»
«Как-то жутко это звучит… Наши девушки и женщины сами себе судьбу избирают…»
«Бедненькие. Кто же таких за себя возьмёт-то? Ты наших женщин не жалей – они за отцом или мужем как за каменной стеной! И за Падишахством… Представь – им всю жизнь вообще ни о чём беспокоиться не нужно. Дорога с караванами не нужна. Даже еду в доме, стирку и всё остальное слуги делают. Или – если мужчина такой болван, что себе слуг не может нанять, ну – или – в бою раба (даже рабыню) взять не может – значит – все хлопоты по дому на нём самом… Женщина – она должна Красоту создавать – первейшее – из себя… Девочек вообще учат только постельным утехам, танцам, песням народа, возможно – но это уже совсем неправильно – не совсем по Вере в Сухобурного Бога – рисовать и стены расписывать, разговоры умные, что услада для слуха мужчины разговаривать… По Вере Изначальной – женщина не должна быть в библиотеку вхожа… Но – сами мужики – да – лаваш – что я говорю – Великие Мужи – чтобы их дома кто-то веселил – придумали – женщин в общественные библиотеки бесплатно пускать. Для мужчины это дорого, да и времени нет… А их бесплатно. Одно хорошо – в храме книг, где мужчины книги мудрые читают – им места нет… Но они и под полкой с книгами при свете лампы из жира пустынного червя читать могут. Зрение своё убивать зазря… Моя Даола тоже из тех девочек, что иноземных книг начиталась сполна… Я не мог противиться – если сам Эль-Данто это приветствует… Пыталась обсудить со мной – когда я очень устал после торговой экспедиции… Конечно – от моего палача нужное количество плетей получила по своей прекрасной попочке… Чтобы отца дурными мыслями не донимала… Я тогда думал – абсолютно глупыми – сейчас думаю – это даже поможет ей. Наверное хорошо, что мои палачи её били жалеючи… Конечно – до крови – но я их нанимал, чтобы они плетьми кожу снимали… Не так они с Даолой сделали… Не выбили дурь… Зато все шансы на конкурсе Падишаха выиграть есть…»
«Подожди – ты наказывал свою доченьку только за то, что она попыталась учиться, новые знания принять? Наших девушек поощряют за это – но им просто лень!»
«Представьте – насколько разны наши культуры! У наших женщин нет права имущества, нет права на воспитание детей. Если мать ведёт себя хорошо – ей дозволяют встретится с ребёнком. До трёх лет мать – конечно – с дитём – очень много детей до этого возраста не доживают – но потом муж должен ребёнка забрать – всё равно – мальчик это или девочка – нанять учителей, ну – или – если он – полный нищеброд – отправить в общественную школу… Мать в воспитание ребёнка вообще вмешиваться не должна – воспитает хлюпика вместо Воина, воспитает дочку, что отцу перечить сможет…»
«Жуть какая!» - Вайлету от этого устройства общества вообще блевать захотелось. Он просто не мог представить как его названную сестрёнку Жанну или его почему-то до сих пор любимую Джудит будут так воспитывать (Он точно понимал – Джудит – это девочка – которая уже просто в очень далёком прошлом… Она даже не помнит его сейчас – зелье забвения при свадебном обряде – тоже не слишком-то добрая вещь). А потом о другом подумалось: «Слушай, а если жена мужу надоест, или муж, а может ещё и отец погибнут в бою – как женщине быть?»
«Вы не слишком о наших женщинах беспокойтесь. Если они мужу надоедят, или помрёт кто – муж или отец – на улице они не окажутся. Падишахство женские монастыри содержит. Там тоже совсем неплохо жить. Иногда и сама женщина от мужа-деспота может в монастырь сбежать. Так не должно быть – но так есть…»
«Ладно – я о другом говорить хотел,» - Вайлет снова долил в кружку торговца драгоценное пойло – иначе – похоже – тот начал трезветь. Так как бутылка из горного хрусталя опустела, Воитель показал знаками, чтобы трактирщик принёс ещё такого-же, чем нереально удивил всех присутствующих.
«Сказывай…» - торговец не мог отвести глаз от напитка, налитого в его простую глиняную кружку – такой напиток стоило бы пить точно не из этой посудины. Но от напитка, в котором была толика магии казалось, что кружка светится изнутри.
«Нельзя, чтобы твоя Даола выиграла в этом конкурсе!»
«Это ещё почему? Вы смотрите – Д-даола – она – конечно – красивая девочка, только давайте ко мне сходим – у меня ещё четыре доченьки есть – может какая Вам и приглянется. И даже – если не одна – берите всех четверых – калым возьму совсем не большой – мне и того, что Падишах выплатит вполне хватит на всю жизнь.»
«Ладно – отвлечёмся опять от темы – не положено мне четверых брать – в моём народе только одна жена быть должна. Да и жениться я совсем не хочу – хотел бы – давно бы уже женат был…»
«Так не в жёны берите – я своих к-кровиночек т-такому Воину и в наложницы отдам. А хотите – т-так вообще в р-рабыни…»
«Что же ты за отец такой?»
«Д-да н-не хуже всех б-буду. Нарожала мне жена девок – ч-что с ними делать-то? Чай обижать н-не с-станете – д-даже рабынь… Н-не т-такой Вы… П-по Вам сразу видно. В-вон – о Даоле м-моей б-беспокоитесь… Т-только сразу скажу – ч-чтобы обмана н-не было – п-плохие рабыни из м-моих девок будут…»
«Ладно – не нужно – сразу скажу. К Даоле возвратимся…»
«Д-далась т-тебе эта Д-даола! Н-неужто в-все мысли о ней? В-влюбился? Д-да – моя д-дочка м-может з-заинтересовать. С-сам на н-неё заглядываюсь иногда. Ежели бы Сухобурный Бог н-не так строг в этом вопросе был – сделал б-бы её своей н-наложницей. Т-только б-боюсь – знакомый т-торговец т-такое вытворил – так его к-караван д-давно пустынным песком занесло…»
Вайлет откинулся на спинку стула, широко открыв рот – чтобы отец на дочку виды имел – вот такие – вообще поверить было невозможно. Потом Костей взял себя в руки – говорить с этим мерзавцем не хотелось, но спасать девушку было надо – отговорит её отца – заберёт с конкурса Падишаха – увезёт в свои земли – поможет хорошего доброго мужа найти. А если девушка замуж не захочет – так Яков, Любава и Жанна не станут возражать, чтобы девушка в их доме жила, потому продолжать стоит: «Нельзя Даоле в конкурсе участвовать! Если она победит – её просто убьют. Убьют всякую, кто в конкурсе первое место займёт!» - чуть не сказал, что сам и должен будет убить…
«Откуда т-такие в-вести? Х-хотя… А н-не нужно – не нужно мне знать… А и убьют – т-так – туда ей и д-дорога. Г-главное – чтобы выиграла… М-моя жена – с-стерва, хоть и красивая. Н-нарожала одних девок – а это очень плохой п-признак, мол – сына родить н-не может… М-моих девчонок н-никто себе брать не хочет – м-мужу в-всегда сын нужен. Одна н-надежда – Даола конкурс выиграет – тогда и остальных разберут. А там… Д-да хоть бы и убивали – п-пусть…»
Вайлет размахнулся и ударил со всей силы по ухмыляющейся хмельной противной роже.
«С-стража!» - заорал торговец: «Х-хозяина бьют!»
Десяток воинов в пустынной одежде с мечами наголо вбежали в трактир.
Биться с ними Костей был готов – он бы сейчас с целым войском дрался – так его поразило отношение отца к своей дочери – безразличие к судьбе, а ещё и нескрываемая похоть!
К чему Воин никак не готов был, так это к тому, что не ему – а самому торговцу руки заломали, ударили пару раз – чтобы не сопротивлялся и вывели из трактира…
«Зря отпустил,» - тихо произнёс трактирщик: «Это его люди. Они ему ничего плохого не сделают. Даже плетей нужное количество не дадут за то, что он с гостем Великого Падишаха пререкаться стал. Надо бы – но его уже увели – никак теперь не докажешь…»
На слова трактирщика Вайлет внимание не обратил, так как в его голове зазвучал другой голос: «Первая попытка спасения девушки повалилась, как я и ожидал. Осталось лишь две. Запомни,» - сказал Безтиний – один из Богов-Близнецов своим противным голосом…
***
«Воин! Хозяйка хочет с тобой говорить!» - воины в одеждах Падишаха обступили Вайлета. Одна маленькая деталь отличала их от тех воинов, которых Костей видел во дворце – у каждого на правой руке был повязан красный платок.
«Я не против. Кто ваша хозяйка? Почему сама не подошла?» - Воителю действительно интересно стало.
«Мы – воины Великой Немиры. Хозяйка не может сама подойти – так не положено. Разговор для неё важен, но правила…»
«Так я к ней сам подойду.»
«Какой прыткий! Так тоже нельзя – с женой Падишаха говорить может только лекарь или учитель, ну – ещё и стража... Другой мужчина никак не имеет права. На лекаря ты не похож, в страже нашей не состоишь. Одно остаётся – если ты – Великий Учитель!»
«Ну и чему – по-вашему – я смогу Великую Немиру обучить?» - усмехнулся Костей.
«Ты – Непобедимый Воитель – стало быть – воинскому искусству и научишь…»
«Не знаю – наверное – я – готов…»
«Тогда Хозяйка предлагает тебе учебный поединок.»
«Не буду я биться с женщиной – зазорно это в моих землях,» - опешил Вайлет.
«В твоих – возможно – зазорно. В наших – это Великая Честь. Ты не бойся – Великая Немира – она не просто женщина. Лучше Воителя, чем она – просто не отыскать. Она и с сотней воинов справится. Мало того – ты даже ничего плохого ей не сделаешь – твой меч мы опечатаем – только маг, что печать наложил, сможет потом эту печать снять – не вынешь свой меч из ножен – тебе другой дадим – тренировочный – деревянный. Не бойся Хозяйку им ударить – лекари знают своё дело – у неё даже синяков не останется. Ежели сможешь хоть раз ударить. Старайся… Да – магию в поединке использовать тоже нельзя – наш маг тебе особый браслет на руку наденет – чтобы даже искушения не возникло…»
Маг – сгорбленный старик в одежде стражей Немиры подошёл, вежливо попросил левую руку, защёлкнул браслет. Меч привязал к ножнам тоненькими тесёмочками, поставил восковую печать.
«Эй! Эти тесёмки сами-то не порвутся? Ненадёжно всё как-то,» - усмехнулся наш герой.
«А ты попробуй – вынь свой меч!» - приказал маг. Вайлет потянул – меч в ножнах сидел крепко. Маг продолжил: «Ты не смотри, что всё хлипко выглядит – тут не верёвка главное и не восковая печать – тут Магия!» - потом – гораздо тише старик добавил: «Очень советую продержаться пять минут – потом сдаться Хозяйке. Дальше не стоит сопротивляться. Но в эти пять минут бейся как только можешь. Считай – перед тобой – самый страшный враг. Так что на долгий поединок не рассчитывай – выложись за эти пять минут полностью. Иначе – Хозяйка даже поговорить с тобой не сможет – такие у нас обычаи – говорить она может только с Учителем. Сам Великий Падишах будет на ваш тренировочный бой смотреть – не посрамись – покажи себя – сделай так, чтобы Грозный Эль-Данто не заскучал, да и Хозяйке скучно не стало…»
«Серьёзно у вас тут всё как-то…» - наш герой просто не верил своим ушам – его заставляют сражаться с женщиной… Мало того – ему самому разговор с ней в общем-то и не нужен – это ей приспичило. И для этого надо испытание пройти. А если он – Непобедимый Воитель (свою бессмертность Вайлет пытался скрыть) – случайно повредит этой влиятельной женщине?
