Вайлет закрыл лицо руками – такой стыд – он – полный урод, а тут сидит самая красивая на свете девочка. Дурочка зачем-то закрасила зелёной краской себе пол лица, но краска уже давно пересохла – отваливается кусочками. И сразу видно – личико – прехорошенькое, да ещё и улыбка такая!
«Эй! Ты это чего?» - испугалась девочка: «Девчонок совсем не видал? Или тебе больно стало – помогать надо? Ты только скажи как – я мигом, даже с радостью,» - девочка бросила свою удочку в воду (Какое кощунство! Драгоценная вещь размокнет и испортится!), вскочила на ноги, подбежала: «Покажи где болит! Я ничего не умею, но может быть у меня и получится! У нашего народа есть целебная магия!»
«Джудит! Не смотри на меня! Я – полный урод!»
«Где? Покажи! Ну – интересно ведь!»
«Ты моё лицо видела?»
«Ну – не знаю какому Богу ты молишься, но красишься ты неправильно. У любого Бога – только половина тела другого цвета – если вообще другого. У большинства одного. Моя Богиня – наполовину человек – наполовину – сама Природа – то есть зелёная. Вот – мы пол лица и красим… Но ты явно не так красишь – надо нос тоже закрашивать – половину – и пол подбородка… А лоб ты просто перекрасил – намазюкал лишнего… У твоей веры медные зеркала запрещены? Бывает – ты тогда грязную лужу найди – тоже хорошее зеркало…»
«Джудит! Ты не поняла – я – именно такой… Я пойду – не стану тебе общество портить… Сама посидишь… Или с русалкой поболтаешь…»
«Ой как интересно! Покажи! Я сказала – руки убери от лица – или драться станем?» - она своими нежными девичьими ручками взяла руки Вайлета и потянула от его лица – кстати – довольно сильно.
Мальчик сопротивлялся, но девочка оказалась сильнее, а потом в её глазах и на лице прочиталось не страшное отвращение, а нотки восхищения: «Как замечательно всё! Я тоже так хочу!»
«Чего?!!»
«Красивый ты… Это я так себе – даже правильный состав краски себе никак подобрать не могу. По моей вере – каждый верующий себе краску для лица сам выдумывает – представь – моя мама со мной не имеет права своим секретом поделиться… Я не права была – твой фиолетовый оттенок кожи – он совершенен – наши модницы тоже так иногда выпендриваются, только для нас – зелёный цвет… Увидели бы тебя – поняли бы как надо… Завидую…»
«Чего?»
«Ладно – прошагали уже! Если драться со мной расхотел или уходить – рядом садись. У меня наживка знатная – не только черви – есть мухи, кузнечики, есть распаренная пшеница и кусочки репы. Правда сегодня вообще не клюёт… Не знаю почему. Мариэль говорит – даже не станет – в большом мире – мол – погода меняется – завтра дождь будет. Но надежда у меня есть – мне всего-то одна большая рыбина и нужна… Тут всегда солнечно, только и холодно иногда бывает… Даже очень – но всегда красиво. Представь – ночи вообще нет – а если сюда постоянно ходить – видно как настоящие сезоны должны друг друга сменять. У нас весна и осень что? Гадость и слякоть… А тут это так Красиво! Поживёшь – посмотришь… Правда время тут не идёт совсем – сколько не находись тут – солнышко даже не сдвинется… Вот кстати – интересный парадокс…»
«Извини – пара… Чего?»
«Парадокс – несоответствие – нелогичность… Я утром пришла – для меня тут утреннее солнышко. Ты – небось – до полудня спал – разве не видишь, что солнце поменялось совсем – и не к вечеру – к утру…»
«Джудит… Пойми – не по моей вере на солнце смотреть… Да и слепит оно…»
«Ладно – прошагали – не умеешь смотреть – возможно я тебя потом научу. Рыбачить будем, или расходимся? Места ты действительно много расчистил – может быть и слишком… Только если расходиться станем – моя наживка пропадёт совсем… Жалко…»
«А давай порыбачим? Разговаривать это не мешает?»
«Да нисколько – клёва всё равно нет… Я не представляю – какой ливень у нас в мире будет. А – возможно и жуткая гроза! Такое бедствие! В прошлом году от одной молнии три дома сгорело! Но тут мы пока вне времени… Как пришла утром – так ничего и не меняется…»
«Карман времени?»
«Ой! Не слишком поняла… Что такое карман?»
«У твоего народа нет карманов? Это такая нашивка на одежде… Вот – смотри.»
«Можно я своей маме расскажу? Она у нас портниха – вот перед другими выпендрится! Это же так удобно!»
«Да – без проблем…»
«Сколько я тебе должна за это?»
И тут Вайлет совсем охамел – от старших мужчин он слышал про «сладостный поцелуй» женщины, потому и решился: «А ты меня поцелуешь… Даже такого урода!»
Джудит приникла к его губам – он сначала хотел отстраниться, потом обнял, притянул к себе – сладко! Нереальное чувство!
Отстранилась девочка: «Слушай – ты какой-то вообще деревянный… Вас что – целоваться не учат? Нет – ты не полная жуть – даже сладкий… Кстати – а тебе не слишком противно, что я дикого чеснока и вонючего перца с утра наелась?»
Вайлет ответить просто не мог – невероятно красивая девочка его поцеловала сама! Он ведь просто пошутил…
«Джудит! Ты – дура! Я пошутил – карманы у моего народа давно… Деньги всё равно лучше хранить в мешочках на поясе, но всякие мелочи? Удобно просто. А ты мне поцелуй за это подарила!»
«Нет – ты дурак! Поцелуй – это просто движение губ… Кстати – твои не двигаются… Можно ещё и язычком… Я тебя научу. Если не противно. А с тобой сладко – красивый мальчик… Целоваться не умеешь – но это поправимо… Хуже когда двоюродный дедушка целует – ты не представляешь – когда зубы гнилые все – как это противно! А у нас принято!»
«Эй! Это как? Двоюродный дедушка в губы?»
«Ну – скажу – разные обычаи есть – например – при знакомстве попу обнюхивать…»
«Фу! Гадость какая!» - Вайлет аж побледнел.
«Нет – это я просто так пошутила… Но лет 200 назад у народа моей веры такой обычай был. Отменили, когда горох начали выращивать…»
«Какая гадость!»
«Да ладно – у твоего народа тоже обычаи странные – за руку здороваться… А где эта рука до этого была – кто знает? У нас целуются…»
«Да – и то и другое – фу… Ты мне объяснила…»
«Так тебя учить хорошо целоваться? Или как?»
«Учи!»
Через долгое время объяснений уже Джудит начала стесняться: «Ты сладко целуешься, а я наелась сегодня того, что девушка вообще есть не должна…»
«Девушка?»
«Ну да – мне до совершеннолетия всего 6 лет осталось…»
«Ну – если у вас совершеннолетие девушки тоже в 14 лет – я младше. Мне недавно только семь исполнилось…»
«Ну – получается – я малолетку извратила? Не парься – у нас с пяти лет целоваться учат. Обычай и Вера… А так – какая хрен разница в возрасте? Моя тётка старше дядьки именно на 7 лет… Забудь… Так – упражнения в целовании прекратим – если завтра тоже придёшь – можно будет продолжить… Я завтра запретного есть не стану… Только мы ведь на рыбалке! Моя удочка уже набралась воды – почти утонула – хорошо, что что-то крупное не клюнуло – искала бы я её на середине озера – раздеваться бы пришлось – не мочить же одежду… А ты – как я погляжу – мальчик у нас очень скромный – голую девочку испугаешься и убежишь! И ещё – насадка совсем пропадает. Зря я что ли этих мух и кузнечиков так долго ловила?»
«А я просто не знаю где моя удочка…»
«А где оставлял?»
«Вилии отдал – она сохранить обещала – только их сегодня совсем не видно…»
«Ну вообще-то сегодня они совсем не в настроении. Позавчера – говорят – пятеро из них о том, кто лучший рыболов поспорили. Не знаю – как и что – но вчера тиару отдали одной… А потом кто-то из их сообщества решил, что несправедливо. Вот сегодня весь народец и рассорился – по своим норкам сидят. Ты покличь! Может и прилетит именно твоя Вилия. У меня своя есть… Рассказала всё и снова в норку спряталась. Но они точно разные…»
Странно – а рыбачить вдвоём – куда интереснее!
Даже без клёва дети по одной рыбине поймали – и вытащить легче – когда один с удочкой управляется – Джудит, второй в воду прыгнуть не боится – Вайлет…
Отныне они рыбачили только вместе…
А упражнения по поцелуям всегда приводили обоих в полный восторг!
Женщина со странным цветом кожи – ровно половина тела вполне человеческая, только загоревшая не в меру, другая половина ярко зелёная, зашла в комнату. Платье на ней тоже было странным – не по моде короткое, а ещё разрез сзади показывал всю красоту позвоночника (вообще-то спины – и немного ниже), да и спереди декольте показывало красивое тело до самого животика. Грудка была спрятана – почти спрятана. Как это платье вообще сохраняло форму – было не понятно. Да и платье состояло как будто из двух половинок – одна – та, что над человеческой кожей – была насыщенно-ярко-синей – наверное – символизируя небо или воду (кто знает?), вторая – над зелёной кожей была строго-коричневой – явно символизируя почву. На плечах золотое украшение, инкрустированное огромными изумрудами.
Странноватая красотка подошла к другой красавице – та была явно человеком. Она склонилась над магическим шаром. Слишком короткое ярко красное платье открывало своим вырезом вид на красивую спинку – загляденье просто. Вообще-то это сейчас не было видно, но спереди было огромное декольте, которое почти полностью открывало вообще-то не в меру большую грудь. Но – как это ни странно – грудь женщине шла – несмотря на чрезмерный размер. Женщина так была увлечена рассматриванием чего-то в магическом шаре, что даже не замечала – подол поднялся настолько, что открывал сейчас невероятно аппетитный задок. Только странный туман немного прикрывал всё великолепие, хотя это никак не мешало разыграться фантазии. Тиара, украшенная рубинами немного сползла, рискуя упасть, зато украшение немного подняло волосы – красиво и чуть-чуть обнажило маленькие рожки и остренькие ушки. Странно – и это на женщине выглядело невероятно красивым.
«Что – сестра Латха – тоже любуешься этими детьми?», спросила необычная красавица в необычном платье.
«Да, Лескоруя – смотрю… Вот – снова хочу тебе пари предложить даже два… Первое – что сильнее – Вера или Любовь – сможет хоть один ребёнок в другую веру перейти? Второе – в кого верят сильнее – в меня или в тебя. Я этих детей уже крепко связала – красивая парочка – девочка, что из-за тебя пол морды зелёной краской мажет, и мальчик, у которого из-за моих шалостей пол морды фиолетовая. Чем не парочка?»
«Нет – Латха – это жульничество – ты – Богиня Любви – а я не Богиня Веры и Истины – Веринас – вот с ней и поспорь…»
«Да – ну ладно тебе – с ней не поспоришь – она заранее всё знает – сама понимаешь. Это мы как две дуры тут… Правда она ни во что не вмешивается – тоже помешательство такое…»
«Хорошо – а ещё – у тебя всё равно преимущество – даже во втором споре. Мальчик верует в тебя – в Любовь, ты им любовь подсунула. Сама подумай! А у меня какие преимущества?»
«А – смотри – если девочка достигнет совершеннолетия – это уже скоро – и никто из них ничего толком не сделает – делай со своей девочкой что хочешь – я её отпущу… Даже чары свои по твоему слову наложу. Согласна?»
«Ой! А не боишься, что мальчику это сердечко навсегда разбить может? Вообще-то на девочку у меня свои планы есть… Мать клана – хорошо для меня… И ещё – ты не боишься, что всё случится как в прошлый раз? Обоих ведь в общем-то потеряли… Почти… Ты своего – точно… Я схитрила, но девочке тоже не сладко. А какие перспективные верующие были! Девчонка – хоть и жива – пусть даже не так – в меня почти и не верит…»
«Да ну – прекрати нюни – в прошлый раз мы просто баловались. А сейчас – настоящее пари. По рукам?»
«Ладно – по рукам. На консервированные мертвые души – как всегда?»
«Иначе-то как – сейчас – юристов позовём – обговорят все тонкости…»
Что бы не говорили родители – Вайлет каждый день просто «летел» на озеро – даже в самую зимнюю стужу – через невероятно высокий снег – грудью пробивая себе путь. В лесу даже тропинка образовалась – только увидеть её могли лишь звери и он сам.
А как родителям спорить, если сын только на часок и отлучается? Для них это так…
Похоже у Джудит происходила та же самая история…
Встретиться в очень красивом сказочном мире – пообщаться, пообниматься, нацеловаться вдосталь…
А ещё – если – например – это зима (на озере тоже зима есть – красиво) – с вилиями можно в «снежки» поиграть – двое людей против команды вилий. Маленькие девушки очень задорные, да и снежком им больно не сделаешь – если заранее об игре предупредил – они какие-то магические щиты себе делают – снежком их не ударишь, но «подбитая» вилия так красиво «танец умирающего магического существа» изображает – правда сама не может от смеха удержаться – танцует в воздухе и ржёт как лошадь – слишком даже громко. Благо – Мариэль очень уж терпеливая. Правда вилии всегда жульничают – снежок не из их ручек летит – с любого места, но всё равно видно – девушка колдовать начала… Можно за округой следить – увернуться…
Весна пришла – уже и дороги просохли – кроме рыбы от артели и каких-то поделок местных мастеров Михаю на ярмарку вроде бы везти и нечего, зато обратно в городок можно многое доставить – жители ждут. Он конечно и свою прибыль блюдёт, но торгует всегда честно – цены при покупке не сбавляет и при продаже не задирает сильно. Пришлые торговцы как-то приезжали – так там такие цены, что местные жители даже куриных яиц (довольно ценный продукт) не пожалели – те бежали под прицельным «огнём» - безопасным, но очень уж обидным.
А Михая ждут – он многое привезти должен – без этого в городке даже не прожить…
Что делать? Мужчина взял почти все накопленные деньги (дома на случай ограбления тоже надо хоть что-то оставить) и в большой город с обозом отправился…
По дороге в лесу привычных мавок не было, хоть он для них и взял много красивых ленточек – местные мастерицы научились делать что-то зелёно-синее с красивым геометрическим узором – лесным девочкам должно понравится.
Это очень настораживало…
И – наконец – он увидел картину – слуги барона Августина затаскивали бочки в лес и разливали там горючее масло.
Купец слез с телеги, подошёл к офицеру стражников: «Что вы делаете?»
Тому было совсем не по себе и хотелось хоть с кем-то поболтать (ну не будешь же перед слугами барона душу обнажать – не поймут – его невероятно жестоким все считают – боятся): «Лес наказываем. Недели две назад любимый старший сын барона с ватагой друзей в лес на охоту отправились. И пропали… Только позавчера следопыты косточки нашли – и людей и коней. Большинство костей не только обгрызены, а ещё и раздроблены так – будто их сначала раздробили жуткими ударами – ещё в теле – только потом ели…»
«Это как?»
«Пару частей тел нашли – даже не съеденных – на деревьях висели – это точно не волки и не медведь – что-то страшное. Оно разорвало тела на куски, изломало кости и раскидало… Вот так.»
«Значит в лесу какая-то гадость завелась. Так ведь лес и его Хозяйка – не виноваты совсем. Это как болезнь – иногда случается. Хозяйка Леса сама с этим сражается. За что лес-то жечь?»
«А ты это нашему барону объясни… Проезжай по хорошему – не мешай!»
«Да я не позволю пожар тут учинять!» - Михаю больно аж стало – лес после зимы сухой совсем, бурелома и валежника много – полыхнёт так, что и потушить нельзя. А тут ещё и сёла недалеко – их тоже лесным пожаром зацепит. Как барон этого может не понимать. Да и его городок от этого пожара не защищён совсем...
Офицер посмотрел на буйного мужика с явным сожалением: «Ты в этом точно уверен? Смотри – стражи тут много, твои люди в обозе уже струсили – за тебя не постоят. Лучше уходи, а?»
«Эй! Ты это чего?» - испугалась девочка: «Девчонок совсем не видал? Или тебе больно стало – помогать надо? Ты только скажи как – я мигом, даже с радостью,» - девочка бросила свою удочку в воду (Какое кощунство! Драгоценная вещь размокнет и испортится!), вскочила на ноги, подбежала: «Покажи где болит! Я ничего не умею, но может быть у меня и получится! У нашего народа есть целебная магия!»
«Джудит! Не смотри на меня! Я – полный урод!»
«Где? Покажи! Ну – интересно ведь!»
«Ты моё лицо видела?»
«Ну – не знаю какому Богу ты молишься, но красишься ты неправильно. У любого Бога – только половина тела другого цвета – если вообще другого. У большинства одного. Моя Богиня – наполовину человек – наполовину – сама Природа – то есть зелёная. Вот – мы пол лица и красим… Но ты явно не так красишь – надо нос тоже закрашивать – половину – и пол подбородка… А лоб ты просто перекрасил – намазюкал лишнего… У твоей веры медные зеркала запрещены? Бывает – ты тогда грязную лужу найди – тоже хорошее зеркало…»
«Джудит! Ты не поняла – я – именно такой… Я пойду – не стану тебе общество портить… Сама посидишь… Или с русалкой поболтаешь…»
«Ой как интересно! Покажи! Я сказала – руки убери от лица – или драться станем?» - она своими нежными девичьими ручками взяла руки Вайлета и потянула от его лица – кстати – довольно сильно.
Мальчик сопротивлялся, но девочка оказалась сильнее, а потом в её глазах и на лице прочиталось не страшное отвращение, а нотки восхищения: «Как замечательно всё! Я тоже так хочу!»
«Чего?!!»
«Красивый ты… Это я так себе – даже правильный состав краски себе никак подобрать не могу. По моей вере – каждый верующий себе краску для лица сам выдумывает – представь – моя мама со мной не имеет права своим секретом поделиться… Я не права была – твой фиолетовый оттенок кожи – он совершенен – наши модницы тоже так иногда выпендриваются, только для нас – зелёный цвет… Увидели бы тебя – поняли бы как надо… Завидую…»
«Чего?»
«Ладно – прошагали уже! Если драться со мной расхотел или уходить – рядом садись. У меня наживка знатная – не только черви – есть мухи, кузнечики, есть распаренная пшеница и кусочки репы. Правда сегодня вообще не клюёт… Не знаю почему. Мариэль говорит – даже не станет – в большом мире – мол – погода меняется – завтра дождь будет. Но надежда у меня есть – мне всего-то одна большая рыбина и нужна… Тут всегда солнечно, только и холодно иногда бывает… Даже очень – но всегда красиво. Представь – ночи вообще нет – а если сюда постоянно ходить – видно как настоящие сезоны должны друг друга сменять. У нас весна и осень что? Гадость и слякоть… А тут это так Красиво! Поживёшь – посмотришь… Правда время тут не идёт совсем – сколько не находись тут – солнышко даже не сдвинется… Вот кстати – интересный парадокс…»
«Извини – пара… Чего?»
«Парадокс – несоответствие – нелогичность… Я утром пришла – для меня тут утреннее солнышко. Ты – небось – до полудня спал – разве не видишь, что солнце поменялось совсем – и не к вечеру – к утру…»
«Джудит… Пойми – не по моей вере на солнце смотреть… Да и слепит оно…»
«Ладно – прошагали – не умеешь смотреть – возможно я тебя потом научу. Рыбачить будем, или расходимся? Места ты действительно много расчистил – может быть и слишком… Только если расходиться станем – моя наживка пропадёт совсем… Жалко…»
«А давай порыбачим? Разговаривать это не мешает?»
«Да нисколько – клёва всё равно нет… Я не представляю – какой ливень у нас в мире будет. А – возможно и жуткая гроза! Такое бедствие! В прошлом году от одной молнии три дома сгорело! Но тут мы пока вне времени… Как пришла утром – так ничего и не меняется…»
«Карман времени?»
«Ой! Не слишком поняла… Что такое карман?»
«У твоего народа нет карманов? Это такая нашивка на одежде… Вот – смотри.»
«Можно я своей маме расскажу? Она у нас портниха – вот перед другими выпендрится! Это же так удобно!»
«Да – без проблем…»
«Сколько я тебе должна за это?»
И тут Вайлет совсем охамел – от старших мужчин он слышал про «сладостный поцелуй» женщины, потому и решился: «А ты меня поцелуешь… Даже такого урода!»
Джудит приникла к его губам – он сначала хотел отстраниться, потом обнял, притянул к себе – сладко! Нереальное чувство!
Отстранилась девочка: «Слушай – ты какой-то вообще деревянный… Вас что – целоваться не учат? Нет – ты не полная жуть – даже сладкий… Кстати – а тебе не слишком противно, что я дикого чеснока и вонючего перца с утра наелась?»
Вайлет ответить просто не мог – невероятно красивая девочка его поцеловала сама! Он ведь просто пошутил…
«Джудит! Ты – дура! Я пошутил – карманы у моего народа давно… Деньги всё равно лучше хранить в мешочках на поясе, но всякие мелочи? Удобно просто. А ты мне поцелуй за это подарила!»
«Нет – ты дурак! Поцелуй – это просто движение губ… Кстати – твои не двигаются… Можно ещё и язычком… Я тебя научу. Если не противно. А с тобой сладко – красивый мальчик… Целоваться не умеешь – но это поправимо… Хуже когда двоюродный дедушка целует – ты не представляешь – когда зубы гнилые все – как это противно! А у нас принято!»
«Эй! Это как? Двоюродный дедушка в губы?»
«Ну – скажу – разные обычаи есть – например – при знакомстве попу обнюхивать…»
«Фу! Гадость какая!» - Вайлет аж побледнел.
«Нет – это я просто так пошутила… Но лет 200 назад у народа моей веры такой обычай был. Отменили, когда горох начали выращивать…»
«Какая гадость!»
«Да ладно – у твоего народа тоже обычаи странные – за руку здороваться… А где эта рука до этого была – кто знает? У нас целуются…»
«Да – и то и другое – фу… Ты мне объяснила…»
«Так тебя учить хорошо целоваться? Или как?»
«Учи!»
Через долгое время объяснений уже Джудит начала стесняться: «Ты сладко целуешься, а я наелась сегодня того, что девушка вообще есть не должна…»
«Девушка?»
«Ну да – мне до совершеннолетия всего 6 лет осталось…»
«Ну – если у вас совершеннолетие девушки тоже в 14 лет – я младше. Мне недавно только семь исполнилось…»
«Ну – получается – я малолетку извратила? Не парься – у нас с пяти лет целоваться учат. Обычай и Вера… А так – какая хрен разница в возрасте? Моя тётка старше дядьки именно на 7 лет… Забудь… Так – упражнения в целовании прекратим – если завтра тоже придёшь – можно будет продолжить… Я завтра запретного есть не стану… Только мы ведь на рыбалке! Моя удочка уже набралась воды – почти утонула – хорошо, что что-то крупное не клюнуло – искала бы я её на середине озера – раздеваться бы пришлось – не мочить же одежду… А ты – как я погляжу – мальчик у нас очень скромный – голую девочку испугаешься и убежишь! И ещё – насадка совсем пропадает. Зря я что ли этих мух и кузнечиков так долго ловила?»
«А я просто не знаю где моя удочка…»
«А где оставлял?»
«Вилии отдал – она сохранить обещала – только их сегодня совсем не видно…»
«Ну вообще-то сегодня они совсем не в настроении. Позавчера – говорят – пятеро из них о том, кто лучший рыболов поспорили. Не знаю – как и что – но вчера тиару отдали одной… А потом кто-то из их сообщества решил, что несправедливо. Вот сегодня весь народец и рассорился – по своим норкам сидят. Ты покличь! Может и прилетит именно твоя Вилия. У меня своя есть… Рассказала всё и снова в норку спряталась. Но они точно разные…»
***
Странно – а рыбачить вдвоём – куда интереснее!
Даже без клёва дети по одной рыбине поймали – и вытащить легче – когда один с удочкой управляется – Джудит, второй в воду прыгнуть не боится – Вайлет…
Отныне они рыбачили только вместе…
А упражнения по поцелуям всегда приводили обоих в полный восторг!
***
Женщина со странным цветом кожи – ровно половина тела вполне человеческая, только загоревшая не в меру, другая половина ярко зелёная, зашла в комнату. Платье на ней тоже было странным – не по моде короткое, а ещё разрез сзади показывал всю красоту позвоночника (вообще-то спины – и немного ниже), да и спереди декольте показывало красивое тело до самого животика. Грудка была спрятана – почти спрятана. Как это платье вообще сохраняло форму – было не понятно. Да и платье состояло как будто из двух половинок – одна – та, что над человеческой кожей – была насыщенно-ярко-синей – наверное – символизируя небо или воду (кто знает?), вторая – над зелёной кожей была строго-коричневой – явно символизируя почву. На плечах золотое украшение, инкрустированное огромными изумрудами.
Странноватая красотка подошла к другой красавице – та была явно человеком. Она склонилась над магическим шаром. Слишком короткое ярко красное платье открывало своим вырезом вид на красивую спинку – загляденье просто. Вообще-то это сейчас не было видно, но спереди было огромное декольте, которое почти полностью открывало вообще-то не в меру большую грудь. Но – как это ни странно – грудь женщине шла – несмотря на чрезмерный размер. Женщина так была увлечена рассматриванием чего-то в магическом шаре, что даже не замечала – подол поднялся настолько, что открывал сейчас невероятно аппетитный задок. Только странный туман немного прикрывал всё великолепие, хотя это никак не мешало разыграться фантазии. Тиара, украшенная рубинами немного сползла, рискуя упасть, зато украшение немного подняло волосы – красиво и чуть-чуть обнажило маленькие рожки и остренькие ушки. Странно – и это на женщине выглядело невероятно красивым.
«Что – сестра Латха – тоже любуешься этими детьми?», спросила необычная красавица в необычном платье.
«Да, Лескоруя – смотрю… Вот – снова хочу тебе пари предложить даже два… Первое – что сильнее – Вера или Любовь – сможет хоть один ребёнок в другую веру перейти? Второе – в кого верят сильнее – в меня или в тебя. Я этих детей уже крепко связала – красивая парочка – девочка, что из-за тебя пол морды зелёной краской мажет, и мальчик, у которого из-за моих шалостей пол морды фиолетовая. Чем не парочка?»
«Нет – Латха – это жульничество – ты – Богиня Любви – а я не Богиня Веры и Истины – Веринас – вот с ней и поспорь…»
«Да – ну ладно тебе – с ней не поспоришь – она заранее всё знает – сама понимаешь. Это мы как две дуры тут… Правда она ни во что не вмешивается – тоже помешательство такое…»
«Хорошо – а ещё – у тебя всё равно преимущество – даже во втором споре. Мальчик верует в тебя – в Любовь, ты им любовь подсунула. Сама подумай! А у меня какие преимущества?»
«А – смотри – если девочка достигнет совершеннолетия – это уже скоро – и никто из них ничего толком не сделает – делай со своей девочкой что хочешь – я её отпущу… Даже чары свои по твоему слову наложу. Согласна?»
«Ой! А не боишься, что мальчику это сердечко навсегда разбить может? Вообще-то на девочку у меня свои планы есть… Мать клана – хорошо для меня… И ещё – ты не боишься, что всё случится как в прошлый раз? Обоих ведь в общем-то потеряли… Почти… Ты своего – точно… Я схитрила, но девочке тоже не сладко. А какие перспективные верующие были! Девчонка – хоть и жива – пусть даже не так – в меня почти и не верит…»
«Да ну – прекрати нюни – в прошлый раз мы просто баловались. А сейчас – настоящее пари. По рукам?»
«Ладно – по рукам. На консервированные мертвые души – как всегда?»
«Иначе-то как – сейчас – юристов позовём – обговорят все тонкости…»
***
Что бы не говорили родители – Вайлет каждый день просто «летел» на озеро – даже в самую зимнюю стужу – через невероятно высокий снег – грудью пробивая себе путь. В лесу даже тропинка образовалась – только увидеть её могли лишь звери и он сам.
А как родителям спорить, если сын только на часок и отлучается? Для них это так…
Похоже у Джудит происходила та же самая история…
Встретиться в очень красивом сказочном мире – пообщаться, пообниматься, нацеловаться вдосталь…
А ещё – если – например – это зима (на озере тоже зима есть – красиво) – с вилиями можно в «снежки» поиграть – двое людей против команды вилий. Маленькие девушки очень задорные, да и снежком им больно не сделаешь – если заранее об игре предупредил – они какие-то магические щиты себе делают – снежком их не ударишь, но «подбитая» вилия так красиво «танец умирающего магического существа» изображает – правда сама не может от смеха удержаться – танцует в воздухе и ржёт как лошадь – слишком даже громко. Благо – Мариэль очень уж терпеливая. Правда вилии всегда жульничают – снежок не из их ручек летит – с любого места, но всё равно видно – девушка колдовать начала… Можно за округой следить – увернуться…
***
Весна пришла – уже и дороги просохли – кроме рыбы от артели и каких-то поделок местных мастеров Михаю на ярмарку вроде бы везти и нечего, зато обратно в городок можно многое доставить – жители ждут. Он конечно и свою прибыль блюдёт, но торгует всегда честно – цены при покупке не сбавляет и при продаже не задирает сильно. Пришлые торговцы как-то приезжали – так там такие цены, что местные жители даже куриных яиц (довольно ценный продукт) не пожалели – те бежали под прицельным «огнём» - безопасным, но очень уж обидным.
А Михая ждут – он многое привезти должен – без этого в городке даже не прожить…
Что делать? Мужчина взял почти все накопленные деньги (дома на случай ограбления тоже надо хоть что-то оставить) и в большой город с обозом отправился…
***
По дороге в лесу привычных мавок не было, хоть он для них и взял много красивых ленточек – местные мастерицы научились делать что-то зелёно-синее с красивым геометрическим узором – лесным девочкам должно понравится.
Это очень настораживало…
И – наконец – он увидел картину – слуги барона Августина затаскивали бочки в лес и разливали там горючее масло.
Купец слез с телеги, подошёл к офицеру стражников: «Что вы делаете?»
Тому было совсем не по себе и хотелось хоть с кем-то поболтать (ну не будешь же перед слугами барона душу обнажать – не поймут – его невероятно жестоким все считают – боятся): «Лес наказываем. Недели две назад любимый старший сын барона с ватагой друзей в лес на охоту отправились. И пропали… Только позавчера следопыты косточки нашли – и людей и коней. Большинство костей не только обгрызены, а ещё и раздроблены так – будто их сначала раздробили жуткими ударами – ещё в теле – только потом ели…»
«Это как?»
«Пару частей тел нашли – даже не съеденных – на деревьях висели – это точно не волки и не медведь – что-то страшное. Оно разорвало тела на куски, изломало кости и раскидало… Вот так.»
«Значит в лесу какая-то гадость завелась. Так ведь лес и его Хозяйка – не виноваты совсем. Это как болезнь – иногда случается. Хозяйка Леса сама с этим сражается. За что лес-то жечь?»
«А ты это нашему барону объясни… Проезжай по хорошему – не мешай!»
«Да я не позволю пожар тут учинять!» - Михаю больно аж стало – лес после зимы сухой совсем, бурелома и валежника много – полыхнёт так, что и потушить нельзя. А тут ещё и сёла недалеко – их тоже лесным пожаром зацепит. Как барон этого может не понимать. Да и его городок от этого пожара не защищён совсем...
Офицер посмотрел на буйного мужика с явным сожалением: «Ты в этом точно уверен? Смотри – стражи тут много, твои люди в обозе уже струсили – за тебя не постоят. Лучше уходи, а?»
