– А до этого весь день в грязи жить? – парировала я, садясь на корточки и выбирая самые крупные осколки. Били посуду с большим чувством.
– Зануда. Лучше бы рассказала, что там дальше было, после моего неожиданного отключения, – Макс облазил кухню и нашел спрятанный веник. Совка обнаружить не удалось, так что пришлось заметать осколки на старый журнал, который лежал в спальне. В процессе уборки, я рассказала, что случилось со мной после… трагических событий.
– Дела… На меня оно не так нападало, просто бросилось в удобный момент, а с тобой словно играло? – сделал вывод Макс.
– Оно набирается сил. С каждым новым убийством. И более ощутимо проявляет себя именно после чей-то смерти. Это чудовище такое злое, рассерженное и радуется этому.
– Таких тонкостей я не уловил, – признался Стужев, вытряхивая очередную порцию осколков в мусорное ведро. – Хотя соглашусь, что оно было злорадным. Но как это существо запустило петлю? И главное зачем?
– Может быть не оно причина повторяющегося дня, – предположила я. Не знаю нечисти, которая на такое способна. Очередной мутант?
– А что тогда? Вселенная не дает нам отдельно друг от друга склеить ласты? Все, придется жениться и умирать в один день. Саня, ищи фату, – на полном серьезе выдал напарник.
– Идиот, – беззлобно сказала я. Закончив уборку, я смогла добраться до зеркала в коридоре и с удивлением узнала, что на моем лице даже ран нет. А ведь они болели. После падения с лестницы, я чувствовала себя лучше, чем после атаки той твари. – Вселенной пофиг на двух неудачливых Стражей. Возможно, мы сами каким-то образом активировали петлю. Не знаю… Может магический артефакт задели или еще что.
– Артефакт… ты имеешь ввиду один из этих гарнитур? – Макс покосился на ближайшую картину. На ней были избраны люди танцующие возле огромного пламени. Каждый из них держал в руке деревянную палку, на которую был нанизан череп.
– Да, ты посмотри сколько тут статуэток разных, картин с непонятными надписями, маски эти дурацкие, мне все время кажется, что они за нами наблюдают…
– А я все гадал, когда твоя неприязнь к куклам начнет прогрессировать… – хмыкнул Стужев.
– После того чучело у меня все начало прогрессировать. Как вспомню… – передернула я плечами.
– Ладно, забей, вернемся к насущному, – сменил тему Макс, подходя к ближайшей статуэтке тигра, стоящей на столешнице в гостиной, куда мы переместились после уборки кухни. – Тут полным полно всякой магической фигни, но на мой взгляд – это ширпотреб. Безделушки из пластмассы…
– Ну среди всего этого хлама, могла затеряться одна реально действующая магическая вещь, ее и достаточно.
– И поскольку отыскать эту фигню среди гор другой фигни нереально, то ты предлагаешь спалить этот долбаный домик к такой-то матери? Хорошая идея, одобряю. Может быть ты и не совсем зануда, – в предвкушении потер руки Макс.
– Да нет, я бесперспективная зануда, тебе придется смирится, – улыбнулась я. Весь дом сотряс грустный и пронзительный плачь. Кажется, его источник находился на чердаке. – Вот тебе еще пища для размышлений. Предлагаю вспомнить, что происходило в наш самый первый день, когда…
– Когда умерла ты, ладно, – закатила он глаза. – Зануда.
– Нет, когда никто не умер, а мы спокойно легли спать! – объяснила я.
Вообще, что бы вы не думали ничего такого, мы все время были заняты поисками той злополучной деревни. Обосноваться у нас получилось в доме исчезнувшей живодерки. Найденные нами записи не особенно прояснили ситуацию, кроме того, что в ковене все маньяки, и с ними нужно было что-то решать. Но меня очень повеселили разные гениальные бизнес-идеи от нашей ведьмы. У женщины талант к подобного рода махинациям, это нужно признать. Вот к примеру:
«Продажа заколдованных зеркал. Всегда говорят, что ты красивая.
Вечный двигатель (простая схема механизма, работающего от магии, лет на пятнадцать хватит).
Карманный переносной портал (риски: расщепление клиентов на атомы).
Самовяжушие спицы (летальных случаев 44%).
Венцы безбрачия для лучших подружек.
Приворотные зелья (в случаи претензий (100%) и просьб отметить действие приворота, увеличивать цену до максимума, плюс душа)».
И все в таком роде.
– Какой потрясающей глубины люди обитают в ковене, – порадовался тогда Макс. – Такие пакости нам даже налоговые службы не подбрасывают, а тут смотри какое разнообразие.
– И это только то, что мы нашли в книжке, представляешь сколько гадостей она успела провернуть до нашего знакомства? Не удивлюсь, если дефолт и мода на всякую нетрадиционную фигню тоже ее стартапы, – задумчиво ответила я.
Из хороших новостей: нам заплатили за поимку Бабая и возвращение детей назад. Плохая: Егор Павлович опасался, что нагрянет проверка и быстренько нанял на наши места более квалифицированных людей. В том числе и по этой причине мы ненадолго поселились в доме ведьмы. Она снимала дом у какой-то пары и заплатила вперед. Но мы понимали, что долго прятаться тут не сможем, так что подыскивали куда бы приткнуться.
Мы надеялись, что изучив оставленные ведьмой вещи, сможем определить, где находится деревня. Живодерка наверняка должна была знать про то место, с ее-то хваткой! Сбежала она, не прихватив со собой ничего, даже гаджеты оставила. Правда, ее ноутбук и мобильник долго не прожили. В компьютере что-то бурлило и звенело. Стоило мне его открыть, как клавиши вылетели со своих мест, а сам корпус треснул пополам и задымился. С телефоном все было прозаично, у него просто вздулся аккумулятор, сломав экран и уничтожив микрочипы.
Мы находились в некотором расстройстве, когда мне позвонила Стефа.
– Вы реально дружите? На пол минуты оставил одну, она уже с моей бывшей скооперировалась, никакого уважения к чувствам напарника, – негромко ворчал Стужев, когда я выясняла, что случилось. Нет, она сначала узнала, как мы, потом поделилась, что Виктор Петрович проводит какие-то странные эксперименты дома, из-за которых Стефа очень волновалась. Мы с Максом привычно пожали плечами. Виктор Петрович всегда отличался любознательностью и порывистостью (кто сказал: Макс весь в отца?). Эксперименты дело обычное. Другой вопрос, что занимаясь ими, мой приемный отец выпадал из реальности и забывал о всех других проблемах. К примеру, что он собирался уладить какие-то дела с советом Стражи. Мы уже долгое время не могли вернутся домой из-за этих товарищей. И если они все ж таки открыли на нас охоту, то лучшее, что мы могли сделать – начать наше общение с козырей. К примеру, заявить, что у нас есть супер метод уничтожения колдунов в радиусе километра.
Даже этим до невозможности крутым Стражам, пригодились бы люди, знающие такой способ. Тут правда был риск, что меня саму может зацепить этим чудо-методом. Но на сколько я могла судить, моя магия имеет несколько иную специфику, так что и шанс уцелеть тоже был приличный.
После всех этих новостей Стефа приступила к описанию своей проблемы. У нее есть друг (да, да, с ним тоже все не просто). Он недавно купил коттедж в небольшом дачном полеске под Новосибирском. Дома новенькие, чистенькие, стройку закончили лишь недавно. Но прежний владелец решил съехать, а дом продал со значительной скидкой. Я, как человек занимающийся всякой потусторонней пакостью, могу назвать сорок четыре причины почему прожив в новом доме меньше месяца, счастливый обладатель недвижимости захочет съехать, убегая из уютного гнездышка быстрее грузовика, перевозящего его вещи. От банальных призраков погибших тут рабочих, до врат зла открывавшихся в подвале, по соседству с зимней резиной и закрутками.
Стефен друг (мы не будем называть его придурок из чувства сострадания к несчастному) решил вложится в недвижимость и нашел недорогой коттедж, в новеньком элитном поселке. Ну человек же не ловит нечисть двадцать четыре часа семь дней в неделю, ему простительно не знать про такие вещи. И нет, это не только моя позиции, буквально эту же мысль озвучил Стужев:
– Бедолага, видел бы хоть раз в своей жизни нормального упыря или русалку, даже смотреть бы на объявление не стал.
Так вот, коттедж был благополучно куплен, хотя парня, Виталия, смутило, что владелец на заключение сделки пришел, сжимая в руках приличных размеров серебряный крест, все время нервно оглядывался, а при каждом шуме у него начинался нервный тик на левом глазу (и смеяться все еще не нужно).
Виталик перевез свои вещи на новоприобретенную дачу. А как вы помните, увлекался он различными атрибутами магических практик. Начиная от древнего Египта и заканчивая современными шаманскими обрядами, типо по привлечению энергии удачи в деле выращивания подосиновиков (не спрашивайте). Жена Виталика (да, да, она тоже есть) его увлечения не разделяла, запрещала хранить эту пакость в их квартире и все свои сокровища наш герой был вынужден оставлять в закрытом гараже. Но с покупкой дачи был достигнут компромисс и милые сердцу Виталика безделушки переселились на новую жилплощадь. Приезжали туда супруги всего раза два, в городе дел много было. А потом наши герои подумали и решили – нужно устроить новоселье. А то задолбал этот город и работа. Хочется праздника. И они позвали к себе друзей.
В конкретно этой истории выиграли нелюдимые интроверты, социофобы, зануды и кому нужно было с утра пораньше на работу. То есть, те кто, либо не поехали, либо уехал до наступления темноты.
Потому что в ночи произошло что-то совсем страшное… На утро из выживших остался один Виталий, который пытался вскрыть себе вены столовым ножом. Когда приехала полиция (вызвал ее, кстати, сам Виталик), они, естественно, не знали за что хвататься. За пистолет, Виталика или корвалол.
Из того, что выяснила Стефа, когда ее пустили к Виталию в психбольницу, уже после суда, он рассказала, что сначала все было нормально. Ели, пили, много пили, весело было. Потом последовали безобразные сцены ругани и предъявления старых счетов. Народу было много, человек двадцать, собрали всех знакомых. Как начался мордобой – непонятно. Все вдруг настолько озлобились, что небольшой дачный участок превратился в живую инсталляцию фильма-катастрофы. Все против всех. Выиграл Виталик, порешивший в неравной битве больше всего товарищей.
Хотя он и признал все смерти от своих рук, но упрямо отрицал, что причастен к убийству жены. Парень утверждал, что нашел ее уже утром на чердаке, с жутким обезображенным лицом, и именно это, как он утверждает, вернуло ему разум. Сначала он не поверил в реальность происшедшего, попробовал себя ущипнуть, но когда понял, что не спит, чуть не сошел с ума.
Вася, по просьбе Стефы, выяснили, что всего обезображенных трупов было трое. Все девушки. Правда, Васю к экспертизе, как вы понимаете, не пустили, но про бойню было множество разных новостей и теорий. Так что он просто пообсуждал с коллегами резонансное дело.
А Стефа засомневалась в виновности друга, попросила нас проверить домик. И вот мы поехали на этот дачный участок. Дом не был опечатан. Напротив, был вымыт и находился в прекрасном состоянии. Вещи хозяев оставались на своих местах, словно они вышли погулять и скоро придут. Стефа сказала, что мать Виталика хотела продать проклятый коттедж, но наверное, никак не могла набраться сил, что бы приехать и забрать вещи сына.
На место мы прибыли довольно поздно. Потом долго искали нужный коттедж, еще Макс провозился с замком. Короче, мы не стали тщательно проверять дом, ограничившись поверхностным осмотром, после сделали круг из соли возле кровати и уснули. Но по утру мы сразу приступили к своим обязанностям.
Первое, что нам бросилось в глаза, круг из соли – исчез. Ни одной частички не осталось, начисто вылизали.
– Сань, кто из нежити любит соль? – уточнил Стужев.
– Никто. Но по-моему, есть парочка монстров, которые ее просто так воруют, что б попакостить, хотя и для них она опасна.
Подивившись наглости нечисти, мы принялись осматривать первый этаж. Три комнаты, ванная, туалет, кухня, прихожая. Ничего существенного ни свеча, ни камера показать не смогли. Даже призраков убитых в доме людей мы не обнаружили. Я стала подозревать злыдней. Опять. Затем мы направились на второй этаж, который, по честному, был обычным чердаком. К нему вела деревянная лестница, с высокими ступенями. Она мне сразу не понравилась. Когда я шла по ней, то думала о том, как бы не свалиться.
– Вообще, конечно, странно, что вы дружите, – снова завел свою шарманку Стужев. Раз нечисти нет, то можно и позанудствоать. А нет, извините, зануда здесь я.
– Что тебе не нравится, Стужев. Мы подружились, когда ты уехала. И вообще, ты сам нас познакомил.
Из-под пола послышался стук. Словно кто-то в потолок на первом этаже стучал. Я подумала, что это явление может иметь вполне рациональное объяснение и принялась осматривать имеющийся на чердаке хлам. Свеча опять же не слишком сильно реагировала, показывая слабое присутствие тьмы. Естественно, раз тут поубивали столько народу, отпечаток смерти должен был присутствовать. Меня смущало, что он такой слабый. В сложенных вещах ничего необычного найти тоже не удалось. Сплошные произведения магического искусства: картины, пластиковые обереги, вырезанные из дерева маски каких-то шаманов, или богов, или еще чьи-то. Они были довольно большие, если поставить их на пол, то маски доставали мне до колена. Мне не нравилось их выражения лица, какое-то… коварное. Что-то из этих вещей лежало просто на полу, а что-то запакованное в картонные коробки.
– Просто я не уверен… – камера тоже не давала результата. А свой бинокль, Макс еще не успел модифицировать.
– А я уверена, что мне не нравится этот чердак, – сказала я, ставя точку. – И еще мне не нравится, что ты пытаешься указывать с кем мне дружить.
– Нечего я тебе не указываю! Ты такая придирчивая последнее время стала. Разговаривать невозможно, – насупился Стужев.
– Ну как будто ты у нас образец вежливости, – иронично ответила я. И тут на моем телефоне заиграла мелодия звонка (тяжелый рок, как вы помните), заставив нас обоих подпрыгнуть на месте. Блин, собиралась же сменить рингтон, да все руки не доходят. – Это Виктор Петрович. Алло.
– Алло, Сашенька, Максим с тобой? – спросил мой приемный отец, но его слова было трудно разобрать, вызов тонул в помехах.
– Да, а что? Алло? Вы меня слышите?
– Радуйтесь, я уладил все вопросы с советом, они были вынуждены признать, что прикормили настоящего маньяка, который по ошибке, Саша запомни, по ошибке, пытался убить двух хороших Стражей.
– Поняла, – протянула я. Помехи то заглушали собой весь разговор, то исчезали.
– Хорошо, жду вас домам. Пока, – и отключился. Я была так рада, пока не увидела кислую физиономию Макса.
– Мы можем возвращаться домой, – повторила я и прошла к лестнице.
– И что бросим это дело? – вопрос Макса заставил меня застыть в дверном проеме.
– Нет, конечно. Быстренько разберемся и поедем. Почему ты не рад? – не поняла я.
– А почему рада ты? – парировал Макс, сделав шаг ко мне.
– Я хочу домой! – иногда приходилось проговаривать очевидные вещи.
– Да? А он у нас есть? – с убийственным сарказмом посмотрел на меня Стужев.
– Ты о чем? – хорошее настрое испарилось, не успев начаться. Макс меня раздражал своей непроходимой упертостью.
– О том, ты понимаешь, что произойдет, когда мы вернемся? Мы снова окажемся в эпицентре всех магических интриг, а отец, как обычно, будет держать нас в неведении или откровенно врать, выжидая удобного момента, что бы нас предать?
– Зануда. Лучше бы рассказала, что там дальше было, после моего неожиданного отключения, – Макс облазил кухню и нашел спрятанный веник. Совка обнаружить не удалось, так что пришлось заметать осколки на старый журнал, который лежал в спальне. В процессе уборки, я рассказала, что случилось со мной после… трагических событий.
– Дела… На меня оно не так нападало, просто бросилось в удобный момент, а с тобой словно играло? – сделал вывод Макс.
– Оно набирается сил. С каждым новым убийством. И более ощутимо проявляет себя именно после чей-то смерти. Это чудовище такое злое, рассерженное и радуется этому.
– Таких тонкостей я не уловил, – признался Стужев, вытряхивая очередную порцию осколков в мусорное ведро. – Хотя соглашусь, что оно было злорадным. Но как это существо запустило петлю? И главное зачем?
– Может быть не оно причина повторяющегося дня, – предположила я. Не знаю нечисти, которая на такое способна. Очередной мутант?
– А что тогда? Вселенная не дает нам отдельно друг от друга склеить ласты? Все, придется жениться и умирать в один день. Саня, ищи фату, – на полном серьезе выдал напарник.
– Идиот, – беззлобно сказала я. Закончив уборку, я смогла добраться до зеркала в коридоре и с удивлением узнала, что на моем лице даже ран нет. А ведь они болели. После падения с лестницы, я чувствовала себя лучше, чем после атаки той твари. – Вселенной пофиг на двух неудачливых Стражей. Возможно, мы сами каким-то образом активировали петлю. Не знаю… Может магический артефакт задели или еще что.
– Артефакт… ты имеешь ввиду один из этих гарнитур? – Макс покосился на ближайшую картину. На ней были избраны люди танцующие возле огромного пламени. Каждый из них держал в руке деревянную палку, на которую был нанизан череп.
– Да, ты посмотри сколько тут статуэток разных, картин с непонятными надписями, маски эти дурацкие, мне все время кажется, что они за нами наблюдают…
– А я все гадал, когда твоя неприязнь к куклам начнет прогрессировать… – хмыкнул Стужев.
– После того чучело у меня все начало прогрессировать. Как вспомню… – передернула я плечами.
– Ладно, забей, вернемся к насущному, – сменил тему Макс, подходя к ближайшей статуэтке тигра, стоящей на столешнице в гостиной, куда мы переместились после уборки кухни. – Тут полным полно всякой магической фигни, но на мой взгляд – это ширпотреб. Безделушки из пластмассы…
– Ну среди всего этого хлама, могла затеряться одна реально действующая магическая вещь, ее и достаточно.
– И поскольку отыскать эту фигню среди гор другой фигни нереально, то ты предлагаешь спалить этот долбаный домик к такой-то матери? Хорошая идея, одобряю. Может быть ты и не совсем зануда, – в предвкушении потер руки Макс.
– Да нет, я бесперспективная зануда, тебе придется смирится, – улыбнулась я. Весь дом сотряс грустный и пронзительный плачь. Кажется, его источник находился на чердаке. – Вот тебе еще пища для размышлений. Предлагаю вспомнить, что происходило в наш самый первый день, когда…
– Когда умерла ты, ладно, – закатила он глаза. – Зануда.
– Нет, когда никто не умер, а мы спокойно легли спать! – объяснила я.
Вообще, что бы вы не думали ничего такого, мы все время были заняты поисками той злополучной деревни. Обосноваться у нас получилось в доме исчезнувшей живодерки. Найденные нами записи не особенно прояснили ситуацию, кроме того, что в ковене все маньяки, и с ними нужно было что-то решать. Но меня очень повеселили разные гениальные бизнес-идеи от нашей ведьмы. У женщины талант к подобного рода махинациям, это нужно признать. Вот к примеру:
«Продажа заколдованных зеркал. Всегда говорят, что ты красивая.
Вечный двигатель (простая схема механизма, работающего от магии, лет на пятнадцать хватит).
Карманный переносной портал (риски: расщепление клиентов на атомы).
Самовяжушие спицы (летальных случаев 44%).
Венцы безбрачия для лучших подружек.
Приворотные зелья (в случаи претензий (100%) и просьб отметить действие приворота, увеличивать цену до максимума, плюс душа)».
И все в таком роде.
– Какой потрясающей глубины люди обитают в ковене, – порадовался тогда Макс. – Такие пакости нам даже налоговые службы не подбрасывают, а тут смотри какое разнообразие.
– И это только то, что мы нашли в книжке, представляешь сколько гадостей она успела провернуть до нашего знакомства? Не удивлюсь, если дефолт и мода на всякую нетрадиционную фигню тоже ее стартапы, – задумчиво ответила я.
Из хороших новостей: нам заплатили за поимку Бабая и возвращение детей назад. Плохая: Егор Павлович опасался, что нагрянет проверка и быстренько нанял на наши места более квалифицированных людей. В том числе и по этой причине мы ненадолго поселились в доме ведьмы. Она снимала дом у какой-то пары и заплатила вперед. Но мы понимали, что долго прятаться тут не сможем, так что подыскивали куда бы приткнуться.
Мы надеялись, что изучив оставленные ведьмой вещи, сможем определить, где находится деревня. Живодерка наверняка должна была знать про то место, с ее-то хваткой! Сбежала она, не прихватив со собой ничего, даже гаджеты оставила. Правда, ее ноутбук и мобильник долго не прожили. В компьютере что-то бурлило и звенело. Стоило мне его открыть, как клавиши вылетели со своих мест, а сам корпус треснул пополам и задымился. С телефоном все было прозаично, у него просто вздулся аккумулятор, сломав экран и уничтожив микрочипы.
Мы находились в некотором расстройстве, когда мне позвонила Стефа.
– Вы реально дружите? На пол минуты оставил одну, она уже с моей бывшей скооперировалась, никакого уважения к чувствам напарника, – негромко ворчал Стужев, когда я выясняла, что случилось. Нет, она сначала узнала, как мы, потом поделилась, что Виктор Петрович проводит какие-то странные эксперименты дома, из-за которых Стефа очень волновалась. Мы с Максом привычно пожали плечами. Виктор Петрович всегда отличался любознательностью и порывистостью (кто сказал: Макс весь в отца?). Эксперименты дело обычное. Другой вопрос, что занимаясь ими, мой приемный отец выпадал из реальности и забывал о всех других проблемах. К примеру, что он собирался уладить какие-то дела с советом Стражи. Мы уже долгое время не могли вернутся домой из-за этих товарищей. И если они все ж таки открыли на нас охоту, то лучшее, что мы могли сделать – начать наше общение с козырей. К примеру, заявить, что у нас есть супер метод уничтожения колдунов в радиусе километра.
Даже этим до невозможности крутым Стражам, пригодились бы люди, знающие такой способ. Тут правда был риск, что меня саму может зацепить этим чудо-методом. Но на сколько я могла судить, моя магия имеет несколько иную специфику, так что и шанс уцелеть тоже был приличный.
После всех этих новостей Стефа приступила к описанию своей проблемы. У нее есть друг (да, да, с ним тоже все не просто). Он недавно купил коттедж в небольшом дачном полеске под Новосибирском. Дома новенькие, чистенькие, стройку закончили лишь недавно. Но прежний владелец решил съехать, а дом продал со значительной скидкой. Я, как человек занимающийся всякой потусторонней пакостью, могу назвать сорок четыре причины почему прожив в новом доме меньше месяца, счастливый обладатель недвижимости захочет съехать, убегая из уютного гнездышка быстрее грузовика, перевозящего его вещи. От банальных призраков погибших тут рабочих, до врат зла открывавшихся в подвале, по соседству с зимней резиной и закрутками.
Стефен друг (мы не будем называть его придурок из чувства сострадания к несчастному) решил вложится в недвижимость и нашел недорогой коттедж, в новеньком элитном поселке. Ну человек же не ловит нечисть двадцать четыре часа семь дней в неделю, ему простительно не знать про такие вещи. И нет, это не только моя позиции, буквально эту же мысль озвучил Стужев:
– Бедолага, видел бы хоть раз в своей жизни нормального упыря или русалку, даже смотреть бы на объявление не стал.
Так вот, коттедж был благополучно куплен, хотя парня, Виталия, смутило, что владелец на заключение сделки пришел, сжимая в руках приличных размеров серебряный крест, все время нервно оглядывался, а при каждом шуме у него начинался нервный тик на левом глазу (и смеяться все еще не нужно).
Виталик перевез свои вещи на новоприобретенную дачу. А как вы помните, увлекался он различными атрибутами магических практик. Начиная от древнего Египта и заканчивая современными шаманскими обрядами, типо по привлечению энергии удачи в деле выращивания подосиновиков (не спрашивайте). Жена Виталика (да, да, она тоже есть) его увлечения не разделяла, запрещала хранить эту пакость в их квартире и все свои сокровища наш герой был вынужден оставлять в закрытом гараже. Но с покупкой дачи был достигнут компромисс и милые сердцу Виталика безделушки переселились на новую жилплощадь. Приезжали туда супруги всего раза два, в городе дел много было. А потом наши герои подумали и решили – нужно устроить новоселье. А то задолбал этот город и работа. Хочется праздника. И они позвали к себе друзей.
В конкретно этой истории выиграли нелюдимые интроверты, социофобы, зануды и кому нужно было с утра пораньше на работу. То есть, те кто, либо не поехали, либо уехал до наступления темноты.
Потому что в ночи произошло что-то совсем страшное… На утро из выживших остался один Виталий, который пытался вскрыть себе вены столовым ножом. Когда приехала полиция (вызвал ее, кстати, сам Виталик), они, естественно, не знали за что хвататься. За пистолет, Виталика или корвалол.
Из того, что выяснила Стефа, когда ее пустили к Виталию в психбольницу, уже после суда, он рассказала, что сначала все было нормально. Ели, пили, много пили, весело было. Потом последовали безобразные сцены ругани и предъявления старых счетов. Народу было много, человек двадцать, собрали всех знакомых. Как начался мордобой – непонятно. Все вдруг настолько озлобились, что небольшой дачный участок превратился в живую инсталляцию фильма-катастрофы. Все против всех. Выиграл Виталик, порешивший в неравной битве больше всего товарищей.
Хотя он и признал все смерти от своих рук, но упрямо отрицал, что причастен к убийству жены. Парень утверждал, что нашел ее уже утром на чердаке, с жутким обезображенным лицом, и именно это, как он утверждает, вернуло ему разум. Сначала он не поверил в реальность происшедшего, попробовал себя ущипнуть, но когда понял, что не спит, чуть не сошел с ума.
Вася, по просьбе Стефы, выяснили, что всего обезображенных трупов было трое. Все девушки. Правда, Васю к экспертизе, как вы понимаете, не пустили, но про бойню было множество разных новостей и теорий. Так что он просто пообсуждал с коллегами резонансное дело.
А Стефа засомневалась в виновности друга, попросила нас проверить домик. И вот мы поехали на этот дачный участок. Дом не был опечатан. Напротив, был вымыт и находился в прекрасном состоянии. Вещи хозяев оставались на своих местах, словно они вышли погулять и скоро придут. Стефа сказала, что мать Виталика хотела продать проклятый коттедж, но наверное, никак не могла набраться сил, что бы приехать и забрать вещи сына.
На место мы прибыли довольно поздно. Потом долго искали нужный коттедж, еще Макс провозился с замком. Короче, мы не стали тщательно проверять дом, ограничившись поверхностным осмотром, после сделали круг из соли возле кровати и уснули. Но по утру мы сразу приступили к своим обязанностям.
Первое, что нам бросилось в глаза, круг из соли – исчез. Ни одной частички не осталось, начисто вылизали.
– Сань, кто из нежити любит соль? – уточнил Стужев.
– Никто. Но по-моему, есть парочка монстров, которые ее просто так воруют, что б попакостить, хотя и для них она опасна.
Подивившись наглости нечисти, мы принялись осматривать первый этаж. Три комнаты, ванная, туалет, кухня, прихожая. Ничего существенного ни свеча, ни камера показать не смогли. Даже призраков убитых в доме людей мы не обнаружили. Я стала подозревать злыдней. Опять. Затем мы направились на второй этаж, который, по честному, был обычным чердаком. К нему вела деревянная лестница, с высокими ступенями. Она мне сразу не понравилась. Когда я шла по ней, то думала о том, как бы не свалиться.
– Вообще, конечно, странно, что вы дружите, – снова завел свою шарманку Стужев. Раз нечисти нет, то можно и позанудствоать. А нет, извините, зануда здесь я.
– Что тебе не нравится, Стужев. Мы подружились, когда ты уехала. И вообще, ты сам нас познакомил.
Из-под пола послышался стук. Словно кто-то в потолок на первом этаже стучал. Я подумала, что это явление может иметь вполне рациональное объяснение и принялась осматривать имеющийся на чердаке хлам. Свеча опять же не слишком сильно реагировала, показывая слабое присутствие тьмы. Естественно, раз тут поубивали столько народу, отпечаток смерти должен был присутствовать. Меня смущало, что он такой слабый. В сложенных вещах ничего необычного найти тоже не удалось. Сплошные произведения магического искусства: картины, пластиковые обереги, вырезанные из дерева маски каких-то шаманов, или богов, или еще чьи-то. Они были довольно большие, если поставить их на пол, то маски доставали мне до колена. Мне не нравилось их выражения лица, какое-то… коварное. Что-то из этих вещей лежало просто на полу, а что-то запакованное в картонные коробки.
– Просто я не уверен… – камера тоже не давала результата. А свой бинокль, Макс еще не успел модифицировать.
– А я уверена, что мне не нравится этот чердак, – сказала я, ставя точку. – И еще мне не нравится, что ты пытаешься указывать с кем мне дружить.
– Нечего я тебе не указываю! Ты такая придирчивая последнее время стала. Разговаривать невозможно, – насупился Стужев.
– Ну как будто ты у нас образец вежливости, – иронично ответила я. И тут на моем телефоне заиграла мелодия звонка (тяжелый рок, как вы помните), заставив нас обоих подпрыгнуть на месте. Блин, собиралась же сменить рингтон, да все руки не доходят. – Это Виктор Петрович. Алло.
– Алло, Сашенька, Максим с тобой? – спросил мой приемный отец, но его слова было трудно разобрать, вызов тонул в помехах.
– Да, а что? Алло? Вы меня слышите?
– Радуйтесь, я уладил все вопросы с советом, они были вынуждены признать, что прикормили настоящего маньяка, который по ошибке, Саша запомни, по ошибке, пытался убить двух хороших Стражей.
– Поняла, – протянула я. Помехи то заглушали собой весь разговор, то исчезали.
– Хорошо, жду вас домам. Пока, – и отключился. Я была так рада, пока не увидела кислую физиономию Макса.
– Мы можем возвращаться домой, – повторила я и прошла к лестнице.
– И что бросим это дело? – вопрос Макса заставил меня застыть в дверном проеме.
– Нет, конечно. Быстренько разберемся и поедем. Почему ты не рад? – не поняла я.
– А почему рада ты? – парировал Макс, сделав шаг ко мне.
– Я хочу домой! – иногда приходилось проговаривать очевидные вещи.
– Да? А он у нас есть? – с убийственным сарказмом посмотрел на меня Стужев.
– Ты о чем? – хорошее настрое испарилось, не успев начаться. Макс меня раздражал своей непроходимой упертостью.
– О том, ты понимаешь, что произойдет, когда мы вернемся? Мы снова окажемся в эпицентре всех магических интриг, а отец, как обычно, будет держать нас в неведении или откровенно врать, выжидая удобного момента, что бы нас предать?
