Ну, не я. Во–вторых, он оказался еще и модником. На этом существе одновременно были надеты леопардовые штаны (смотрелись, как лосины, великан же), шерты в клеточку и шуба из очень синтетического меха (кто там говорил, что я выбираю экстравагантный рисунок для своих футболок, а, да, Стужев, как я могла забыть?). Я даже знать не хочу, как ему в голову пришла идея все это на себя напялить, и вам выяснять не советую.
Под действием песни Верлиоко стал засыпать, его единственный глаз закрывался, и великан захрапел.
Я хотела подползти к жердочкам, но тут меня схватили за плечо. Обернувшись, я увидела своего похищенного соседа.
– Сашенька, вы как смогли выкрутиться из этих ниток? – спросил он меня. Я неопределенно повела плечами и взяв в руки нитку, стала ее изучать. Она была сделана из тончайшего металла… Я могла бы предположить сталь, закаленную тьмой. В руках она неприятно жглась и у моего соседа уже был довольно сильный ожог на запястье. Боюсь представить, что у остальных. Я попыталась порезать эту цепочку кинжалом, но металл срезанировал, волна энергии от соприкосновения отбросила меня из укрытия. Но мне повезло Верлиоко не проснулся.
Нда… проблемка. Как всех вывести, если цепь не перерезать? Забрать веретено… У злобного, одноглазого великана. Пф… Да ладно. Обычный вторник.
– Ты что, про антиматерию не знаешь? – тут же шикнула на меня Алконост. – Когда материя и антиматерия соприкасаются, то происходит…
– Аннигиляция, уничтожение, – шепотом закончила я. – Это антисталь?
– У тебя сталь освященная, что б нечисть изничтожать, а эта сталь наоборот. Ее тьмой пропитали, – пояснила Сирин. – Вместе их держать не надо. А то создашь новую черную дыру. Хотя ты и так столько всего наворотишь...
– Ты не обычная, да, – согласилась Алкан ост.
– Просто не повезло оказаться не там, – заспорила Сирин.
– Глаза, посмотри какие глаза!
– Ну глаза и что. У всех глаза!
– Да сразу видно!
– Что видно, была б без глаз, тогда да, необычно!
Они сводили меня с ума! Макс не отвечал и я попыталась написать ему еще раз. Как не удивительно, но смартфон поймал сигнал в середине берлоги. Прямо напротив Верлиоки. Хорошо, что он спал.
– Так, тихо! – попыталась я перекричать двух спорщиц. Шепотом, естественно. Я ж себе не враг. – Что тут происходит? Что за металл? Почему вы тут, почему он тут, почему в моем городе объявился проклятый этаж? Причем тут Манило с Водилой? Вы все к Бабе Яге?
– Знаешь Ягу? – спросили они хором.
– Да, она у нас в огороде припарковалась, сказала будет обеспечивать размещение войска для противостояния тьме. Что б это не значило.
– Так мы к тебе и прилетели! – обрадовались они.
– Да, мы только прибыли!
– Заблудились!
– Город незнакомый!
– Тут раньше лес был да река.
– Ну как в раньше....
– Недавно.
– Веков пять назад.
– Ага, пять ты еще половцев вспомни. Десять не меньше.
– Мы не такие старые.
– Такие, смирись.
– Не буду, я буду петь и…
– Что дальше! – я приложила громадные усилия, что б не взвыть. – Как вы попали сюда… Он тоже к нам? – Я указала на Верлиоку.
– Так это… говорю ж, заблудились. Нас и поймали… Такие личности, неприятные… – закатила глаза Алконост.
– Колдуны, – пояснила Сирин. – Темные.
– В мантиях? – я изобразила руками, как примерно выглядит униформа первого ковена.
– В мантиях! – согласились птицы.
– Привязали нас своей жуткой гадостью.
– Темным веретеном. Их разработка. Когда нас привязывали, они друг другу хвалились, как у них хорошо с новыми технологиями.
– Сначала они нас просто в квартире заперли. Но мы улететь попытались.
– Самую малость не вышло.
– Кто–то стал пророчить конец света.
– Там была подходящая атмосфера. Ты их видела?!
– Мы почти сбежали!
– Так, вы не смогли улететь и? – перебила я их. Иначе это будет долго.
– Так они и решили, что нужен кто–то тупой, но сильный, что б веретено в руках держать смог. И вот – он, – они указали крыльями на великана.
– А почему на проклятом этаже?
– Сначала это бы обычный этаж в недостроенном доме. Но веретено слишком сильный магический артефакт. Оно привлекло тьму. Самой подходящей формой был этаж. Вот он и явился.
– Тьма не любит усложнять.
– Ага, ей все на блюдечке…
– Тебе только бы пожрать.
– Кто б говорил? Кому эти два чудика шоколад тоннами таскают?
– Мне нужны эндорфины!
– А мне успокоительное, но они притащили какие–то капли!
– Вы про Манилу и Водило? – я начинаю привыкать к этому формату общения.
– Да, они хотели, что бы мы им подсказали, как можно их проклятие ослабить.
– Что б как нормальные люди выгладить, но не умирать.
– Чары там мудреные.
– Яга толк в воспитательных мерах знает.
– Воровать не надо было
– Или хоть бы не у Яги.
– Они по этому на Верлиоку работают? – вздохнула я.
– Не… они давно в городах стали промышлять.
– Да, они сначала к колдунам сунулись, но те не смогли придумать, как первозданную магию укротить.
– Вот и трутся поблизости. Ищут.
– А вы знаете, как такое сделать? Сказали им? – я сделала мысленную заметку разузнать про первозданную магию. Потом.
– Сказали, что если они нас обеспечат всем что надо – подумаем.
– А вообще нельзя такое снять, – пояснила Сирин.
– Ну Яга–то может.
– Они к ней не сунутся.
– Да, трусоваты.
– Так. Ладно… вы тут давно, на вас этот зов действует? – спросила я. У меня вот голова уже была ватной.
– Мы ж сказочные птицы, тьме нас не взять, – пожали они плечами–крыльями.
– Вы можете мне подсказать, как это веретено уничтожить, что бы всех освободить?
– Уничтожить вряд ли… а вот освободить… Тот, кто им владеет, тот и повелевает. Если Верлиоко захочет пленников освободить, те сводными станут.
– Ты что несешь, они ж все во мрак уйдут. Надо забрать веретено и с ним тащиться назад. Тогда и пленники за тобой выйдут, а там уже отпускать.
– Ладно… – я поглядела на спящего Верлиоку и медленно потянулась к его трехпалой лапищи, сжимающей темное веретено.
– Только это магическое веретено.
– Им завладеть можно, только если убить прежнего хозяина.
– Это как? – замерла я.
– Глаз выколоть!
И тут он проснулся.
– Здрасте, – успела сказать я, прежде чем по тому месту, где я стояла, приземлилась его вторая лапища. Я ему что, комар?
– Воровка! Разорву! – взревел он. Я успела откатиться назад, быстро подпрыгнула на ноги и заняла оборонительную позицию.
Верлиоко поднялся со своего места и готовился броситься на меня. Я явно проигрывала в комплекции и силе. Тут полно гражданских, так что… ну почему бы и нет. Драка вряд ли пойдет нам на пользу.
У Первой ведьмы в книге было заклинание ослепления, если поступить, как Одиссей с циклопом? Должно получиться быстро, безопасно и эффективно. Я сосредоточилась, направляя волевым усилием магию на монстра...
Нда…
Все вокруг меня замигало и магия, почему–то (???) обратилась не на Верлиоку, а на меня! Я уменьшилась в размерах до, блин, муравья!!
– Саня? – раздался удивленный голос Стужева. Он и Стефа стояли у входа в берлогу и пялились на то место, где минуту назад стояла я. Я вообще–то там же и осталась, но просто уже не такая заметная.
– Добыча! – заорал Верлиоко и к моим друзьям быстро прикрепились нитки. Кожа на их руках зашипела.
– Где Саня, ты! – Взвыл Стужев, которого не останавливало вообще ничего. Я пыталась себя расколдовать, но магия не слушалась.
– Ты, зашей, – Верлиоко швырнул в Стефу недошитые брюки. – А ты…
– А я тебя сейчас в далекую быль отправлю, циклоп недобитый! – прошипел Макс. Верлиоко улыбнулся. Жутко улыбнулся.
– Давно я косточки молодецкие не ломал, – великан размял толстую шею и поднялся со своего насеста. Так… надо что–то делать. Делать надо что–то… Я побежала к Верлиоке и добралась довольно быстро, потому что великан сделал шаг вперед. – Ну давай, нападай добрый молодец.
– Нет, Макс, не вздумай! – завопила я, но подозреваю, что присутствующие услышали лишь писк комара.
Я не помню, как точно у меня получилось, кажется, я втыкала свой кинжал, как альпинистский крюк, взбираясь по толстой шкуре великана, но нажравшись синтетического меха я таки достигла цели.
– Остановись! – прокричала я прямо в ухо Верлиоке, когда тот с усмешкой наблюдая, как Макс пытается ударить его под дых, схватил моего напарника за голову и поднял над полом.
– Кто это? – удивился великан. Стужев пытался разжать толстые пальцы врага. Тут раздались выстрели. Стефа целилась в голову монстра. И почти попала в меня. Я, наверное, оглохла. Верлиоко схватил что–то из кучи мусора и швырнул в мою подругу. Она не увернулась. Но покалечило ее не сильно. Я надеюсь.
– Совесть твоя! – крикнула я. Великан испугался. Весь задрожал и стал прыгать на месте. О, моя вестибулярка!
– Нет тебя. Нет. Нет у меня совести! – он разжал пальцы и выпустил Стужева. Напарник упал на пол, но вместо того, что бы атаковать монстра, сощурился, присматриваясь к правому плечу великана. Там, как раз, была я.
– Саня? – удивленно вопросил Макс, руша мне план.
– Нет, я совесть! – настаивала я. – Ты вел себя, как очень плохой… великан!
– Нет у меня совести! Я большой и страшный, я любого одолеть могу. Я всех одолеть могу. Где ты, совесть, прячешься? Выходи! Я и тебя одолею.
Этот шанс упускать было нельзя.
– Так туточки я, на носу у тебя сижу, а ты меня и не видишь!
И он стал лупасить себя по носу. Мне пришлось держаться из последних сил!
– Сань, ты там вообще как. Жива? – раздался голос Макса.
– Не мешай мне! – Заорала я Стужеву, затем в ухо Верлиоке. – Не попал, не попал. Меня прихлопнуть нельзя. Только заколоть. Но тебе нечем. Я буду всю жизнь тебя винить, и стыдить. Каждый твой злой поступок осуждать, за каждую гадость ругать. Вот каким непослушным ты был в детстве, и не стыдно тебе…
– ААА! Совесть уходи! – он так замотался на месте, что я слетела с плеча великана и подумала, что с такой высоты точно разобьюсь в лепешку. Вот и пришел мой бесславный и довольно комичный конец, но магия решила, что я нуждаюсь в помощи. Я почувствовала, как она наполнила мое тело и вернула мне нормальные габариты. И влетела я прямо в Макс.
– Да сколько можно! – прохрипел он. – Теперь ты на меня валишься и без швабр. Признайся, тебе просто нравится меня ронять!
– Вижу, ты мне рад, – сказала я, чмокнув его в щеку. Я больше не мелкая. Ура! Мы бы еще кое–что сказали друг другу, но тут раздался неимоверно сильный грохот. Верлиоко все таки засандалил себе веретеном в глаз. Как я и рассчитывала. Темный артефакт треснул, но еще сохранял силы. А вот великан повалился на землю и заорал.
– ААА. Совесть меня глаза лишила!
– Да, я очень мстительная совесть, – подтвердила я.
– Ага, да ты не расстраивайся, друг мой, – подхватил Стужев. – У тебя такая совесть, что лучше вообще без глаза, чем ее видеть. Страшненькая, двуглавая, в перьях, фиолетовая в крапинку.
– Не увлекайся! – обиделась я.
– Уйди! Уйди! – пуще прежнего заорал великан, барахтаясь на полу.
– Уйду, если веретено мне отдашь, – пообещала я. И Верлиоко не особенно даже сопротивляясь, швырнул в меня темный артефакт. Я поймала его и веретено тут же завибрировало в моих руках.
Тут возле нас с Максом раздалось два выстрела. За нашими спинами стали видимыми Манила и Водило. Стефа попала одному в корпус, другому в лоб.
– Соточка тебе, за меткость и обаяние! – крикнула я ей. Стефа при этом как–то не особо обрадовались. – О старые знакомые!
– Говорил тебе, тикать надо! – обиделся хриплый, выплевывая серую жижу. – Она же маньячка ненормальная, и остальные такие же, даже рядом пройти нельзя.
За нашими спинами раздался переливчатый смех волшебных птиц. Они вспорхнули со своих жердочек и уселись прямо на головы проклятым мертвецам.
– Значит так…
– Или вы нас выводить…
– Или я…
– Она…
– Я Сирин…
– Это серьезно…
– Начну петь таку-ую грустную песню… Что вы…
– Она может…
– Я еще у тебя не обо всем спросил, – проговорил Стужев, кивая на Алконост и Сирина. – Тут, ты пока исчезала, уменьшалась или что это было…
– Не знаю, – соврала я. – Но они будут жить у нас. Кажется.
– Давайте уже выберемся и людей уведем. У тебя сейчас рука сгорит, – подошла к нам мрачная Стефа.
– Барышни, да все будет в лучшем виде. Ай! – Птицы клюнули проклятых прямо в темечко. У бедолаг не осталось другого выхода, кроме как вывести нас с этажа. Верлиоко остался там, возможно, со временем его поглотит тьма. Но я думаю, он уже не опасен.
Людей удалось вывести, они словно лунатики тянулись за цепями, и очнулись только, когда мы приехали на нормальный этаж. Как мы все запихнулись в лифт, я до сих пор не понимаю. Мы вот с Максом стояли так плотно, что я слышала, как у него стучит сердце. Стефа оказалась в другой стороне и я упустила ее из виду. Через пару тесных минут мы все же вывалились из лифта всей гурьбой и люди стали приходить в себя, пытаясь осмыслить, что с ними произошло. Мы мило улыбались и вызывали им такси.
И пришла пора разбираться с двумя товарищами по проклятию.
– Могу поговорить с Ягой, – предложила я.
– Нет, нет, пощади, девушка. Мы ж вас вывели, – замахали они руками.
– Ладно, – сказала я – Но что больше никого никуда не заманивали.
– Звучит, как задание, – улыбнулись они и исчезли.
– Эй, надеюсь, вы нам раздельные комнаты предоставите? – влезла в разговор Алконост.
– И по выше.
– На солнечной стороне.
– Мне б в тенек.
Всю дорогу до дома мы слушала их препирательства и подбирая цензурные эпитеты на ответы для их просьб, я задавалась вопросом, почему Стефа просто ушла, ни сказав нам ни единого слова. Что там у них с Максом произошло?
И это вообще не смешно. Я не собиралась возвращаться никогда. У нас и дома, если вы обратили внимание, еще то светопредставление намечается. Я вообще–то просто немного вредный человек с природными способностями к белой магии и умопомрачительному юмору, за что мне все это?
Ну вы помните да, проклятый этаж, Верлиоко, Алконост и Сирин? Я вот при всем желании не забуду. Видите ли, меня там уменьшали, бросали, сводили с ума, а ближе к концу пришлось еще и чужой совестью назваться. Это, блин, выше моих сил!
И еще один факт меня теперь мучает. Стефа перестала к нам приходить и выслеживать магов ковена. Со мной она созванивается, но интереса к работе Стража не проявляет. Словно гнетущие ожидание апокалипсиса перестало быть чем–то значимым в ее жизни. Нет, с одной стороны хорошо, целее будет, если перестанет лезть к психам, которые владеют темной магией. Но такая резкая смена планов? Я волнуюсь, надеюсь, это не очередная порча или подавление воли в следствии приворота.
Но еще тут есть второй странный товарищ, который Макс. Он вроде бы все делает, как обычно. Но вот что–то меня в нем смущает.
– Сказала девушка, которая сломала очередную швабру. Причем, методы поломки у тебя, конечно… – огрызнулся Стужев, старясь вытащить ручку швабры из пробитого ей окна. Ну не справилась я с управлением, что теперь. У меня, между прочим, уже неплохо выходит маневрировать на больших скоростях. Только с тормозами нужно лучше разобраться.
– Я вообще–то молчала.
– Ты это кому слепому расскажи, – пропыхтел Стужев. Швабра зависла в верхней части окна наискось, неясным мне способом зацепившись за гардину. Вытащить ее не представлялось возможным.
Под действием песни Верлиоко стал засыпать, его единственный глаз закрывался, и великан захрапел.
Я хотела подползти к жердочкам, но тут меня схватили за плечо. Обернувшись, я увидела своего похищенного соседа.
– Сашенька, вы как смогли выкрутиться из этих ниток? – спросил он меня. Я неопределенно повела плечами и взяв в руки нитку, стала ее изучать. Она была сделана из тончайшего металла… Я могла бы предположить сталь, закаленную тьмой. В руках она неприятно жглась и у моего соседа уже был довольно сильный ожог на запястье. Боюсь представить, что у остальных. Я попыталась порезать эту цепочку кинжалом, но металл срезанировал, волна энергии от соприкосновения отбросила меня из укрытия. Но мне повезло Верлиоко не проснулся.
Нда… проблемка. Как всех вывести, если цепь не перерезать? Забрать веретено… У злобного, одноглазого великана. Пф… Да ладно. Обычный вторник.
– Ты что, про антиматерию не знаешь? – тут же шикнула на меня Алконост. – Когда материя и антиматерия соприкасаются, то происходит…
– Аннигиляция, уничтожение, – шепотом закончила я. – Это антисталь?
– У тебя сталь освященная, что б нечисть изничтожать, а эта сталь наоборот. Ее тьмой пропитали, – пояснила Сирин. – Вместе их держать не надо. А то создашь новую черную дыру. Хотя ты и так столько всего наворотишь...
– Ты не обычная, да, – согласилась Алкан ост.
– Просто не повезло оказаться не там, – заспорила Сирин.
– Глаза, посмотри какие глаза!
– Ну глаза и что. У всех глаза!
– Да сразу видно!
– Что видно, была б без глаз, тогда да, необычно!
Они сводили меня с ума! Макс не отвечал и я попыталась написать ему еще раз. Как не удивительно, но смартфон поймал сигнал в середине берлоги. Прямо напротив Верлиоки. Хорошо, что он спал.
– Так, тихо! – попыталась я перекричать двух спорщиц. Шепотом, естественно. Я ж себе не враг. – Что тут происходит? Что за металл? Почему вы тут, почему он тут, почему в моем городе объявился проклятый этаж? Причем тут Манило с Водилой? Вы все к Бабе Яге?
– Знаешь Ягу? – спросили они хором.
– Да, она у нас в огороде припарковалась, сказала будет обеспечивать размещение войска для противостояния тьме. Что б это не значило.
– Так мы к тебе и прилетели! – обрадовались они.
– Да, мы только прибыли!
– Заблудились!
– Город незнакомый!
– Тут раньше лес был да река.
– Ну как в раньше....
– Недавно.
– Веков пять назад.
– Ага, пять ты еще половцев вспомни. Десять не меньше.
– Мы не такие старые.
– Такие, смирись.
– Не буду, я буду петь и…
– Что дальше! – я приложила громадные усилия, что б не взвыть. – Как вы попали сюда… Он тоже к нам? – Я указала на Верлиоку.
– Так это… говорю ж, заблудились. Нас и поймали… Такие личности, неприятные… – закатила глаза Алконост.
– Колдуны, – пояснила Сирин. – Темные.
– В мантиях? – я изобразила руками, как примерно выглядит униформа первого ковена.
– В мантиях! – согласились птицы.
– Привязали нас своей жуткой гадостью.
– Темным веретеном. Их разработка. Когда нас привязывали, они друг другу хвалились, как у них хорошо с новыми технологиями.
– Сначала они нас просто в квартире заперли. Но мы улететь попытались.
– Самую малость не вышло.
– Кто–то стал пророчить конец света.
– Там была подходящая атмосфера. Ты их видела?!
– Мы почти сбежали!
– Так, вы не смогли улететь и? – перебила я их. Иначе это будет долго.
– Так они и решили, что нужен кто–то тупой, но сильный, что б веретено в руках держать смог. И вот – он, – они указали крыльями на великана.
– А почему на проклятом этаже?
– Сначала это бы обычный этаж в недостроенном доме. Но веретено слишком сильный магический артефакт. Оно привлекло тьму. Самой подходящей формой был этаж. Вот он и явился.
– Тьма не любит усложнять.
– Ага, ей все на блюдечке…
– Тебе только бы пожрать.
– Кто б говорил? Кому эти два чудика шоколад тоннами таскают?
– Мне нужны эндорфины!
– А мне успокоительное, но они притащили какие–то капли!
– Вы про Манилу и Водило? – я начинаю привыкать к этому формату общения.
– Да, они хотели, что бы мы им подсказали, как можно их проклятие ослабить.
– Что б как нормальные люди выгладить, но не умирать.
– Чары там мудреные.
– Яга толк в воспитательных мерах знает.
– Воровать не надо было
– Или хоть бы не у Яги.
– Они по этому на Верлиоку работают? – вздохнула я.
– Не… они давно в городах стали промышлять.
– Да, они сначала к колдунам сунулись, но те не смогли придумать, как первозданную магию укротить.
– Вот и трутся поблизости. Ищут.
– А вы знаете, как такое сделать? Сказали им? – я сделала мысленную заметку разузнать про первозданную магию. Потом.
– Сказали, что если они нас обеспечат всем что надо – подумаем.
– А вообще нельзя такое снять, – пояснила Сирин.
– Ну Яга–то может.
– Они к ней не сунутся.
– Да, трусоваты.
– Так. Ладно… вы тут давно, на вас этот зов действует? – спросила я. У меня вот голова уже была ватной.
– Мы ж сказочные птицы, тьме нас не взять, – пожали они плечами–крыльями.
– Вы можете мне подсказать, как это веретено уничтожить, что бы всех освободить?
– Уничтожить вряд ли… а вот освободить… Тот, кто им владеет, тот и повелевает. Если Верлиоко захочет пленников освободить, те сводными станут.
– Ты что несешь, они ж все во мрак уйдут. Надо забрать веретено и с ним тащиться назад. Тогда и пленники за тобой выйдут, а там уже отпускать.
– Ладно… – я поглядела на спящего Верлиоку и медленно потянулась к его трехпалой лапищи, сжимающей темное веретено.
– Только это магическое веретено.
– Им завладеть можно, только если убить прежнего хозяина.
– Это как? – замерла я.
– Глаз выколоть!
И тут он проснулся.
– Здрасте, – успела сказать я, прежде чем по тому месту, где я стояла, приземлилась его вторая лапища. Я ему что, комар?
– Воровка! Разорву! – взревел он. Я успела откатиться назад, быстро подпрыгнула на ноги и заняла оборонительную позицию.
Верлиоко поднялся со своего места и готовился броситься на меня. Я явно проигрывала в комплекции и силе. Тут полно гражданских, так что… ну почему бы и нет. Драка вряд ли пойдет нам на пользу.
У Первой ведьмы в книге было заклинание ослепления, если поступить, как Одиссей с циклопом? Должно получиться быстро, безопасно и эффективно. Я сосредоточилась, направляя волевым усилием магию на монстра...
Нда…
Все вокруг меня замигало и магия, почему–то (???) обратилась не на Верлиоку, а на меня! Я уменьшилась в размерах до, блин, муравья!!
– Саня? – раздался удивленный голос Стужева. Он и Стефа стояли у входа в берлогу и пялились на то место, где минуту назад стояла я. Я вообще–то там же и осталась, но просто уже не такая заметная.
– Добыча! – заорал Верлиоко и к моим друзьям быстро прикрепились нитки. Кожа на их руках зашипела.
– Где Саня, ты! – Взвыл Стужев, которого не останавливало вообще ничего. Я пыталась себя расколдовать, но магия не слушалась.
– Ты, зашей, – Верлиоко швырнул в Стефу недошитые брюки. – А ты…
– А я тебя сейчас в далекую быль отправлю, циклоп недобитый! – прошипел Макс. Верлиоко улыбнулся. Жутко улыбнулся.
– Давно я косточки молодецкие не ломал, – великан размял толстую шею и поднялся со своего насеста. Так… надо что–то делать. Делать надо что–то… Я побежала к Верлиоке и добралась довольно быстро, потому что великан сделал шаг вперед. – Ну давай, нападай добрый молодец.
– Нет, Макс, не вздумай! – завопила я, но подозреваю, что присутствующие услышали лишь писк комара.
Я не помню, как точно у меня получилось, кажется, я втыкала свой кинжал, как альпинистский крюк, взбираясь по толстой шкуре великана, но нажравшись синтетического меха я таки достигла цели.
– Остановись! – прокричала я прямо в ухо Верлиоке, когда тот с усмешкой наблюдая, как Макс пытается ударить его под дых, схватил моего напарника за голову и поднял над полом.
– Кто это? – удивился великан. Стужев пытался разжать толстые пальцы врага. Тут раздались выстрели. Стефа целилась в голову монстра. И почти попала в меня. Я, наверное, оглохла. Верлиоко схватил что–то из кучи мусора и швырнул в мою подругу. Она не увернулась. Но покалечило ее не сильно. Я надеюсь.
– Совесть твоя! – крикнула я. Великан испугался. Весь задрожал и стал прыгать на месте. О, моя вестибулярка!
– Нет тебя. Нет. Нет у меня совести! – он разжал пальцы и выпустил Стужева. Напарник упал на пол, но вместо того, что бы атаковать монстра, сощурился, присматриваясь к правому плечу великана. Там, как раз, была я.
– Саня? – удивленно вопросил Макс, руша мне план.
– Нет, я совесть! – настаивала я. – Ты вел себя, как очень плохой… великан!
– Нет у меня совести! Я большой и страшный, я любого одолеть могу. Я всех одолеть могу. Где ты, совесть, прячешься? Выходи! Я и тебя одолею.
Этот шанс упускать было нельзя.
– Так туточки я, на носу у тебя сижу, а ты меня и не видишь!
И он стал лупасить себя по носу. Мне пришлось держаться из последних сил!
– Сань, ты там вообще как. Жива? – раздался голос Макса.
– Не мешай мне! – Заорала я Стужеву, затем в ухо Верлиоке. – Не попал, не попал. Меня прихлопнуть нельзя. Только заколоть. Но тебе нечем. Я буду всю жизнь тебя винить, и стыдить. Каждый твой злой поступок осуждать, за каждую гадость ругать. Вот каким непослушным ты был в детстве, и не стыдно тебе…
– ААА! Совесть уходи! – он так замотался на месте, что я слетела с плеча великана и подумала, что с такой высоты точно разобьюсь в лепешку. Вот и пришел мой бесславный и довольно комичный конец, но магия решила, что я нуждаюсь в помощи. Я почувствовала, как она наполнила мое тело и вернула мне нормальные габариты. И влетела я прямо в Макс.
– Да сколько можно! – прохрипел он. – Теперь ты на меня валишься и без швабр. Признайся, тебе просто нравится меня ронять!
– Вижу, ты мне рад, – сказала я, чмокнув его в щеку. Я больше не мелкая. Ура! Мы бы еще кое–что сказали друг другу, но тут раздался неимоверно сильный грохот. Верлиоко все таки засандалил себе веретеном в глаз. Как я и рассчитывала. Темный артефакт треснул, но еще сохранял силы. А вот великан повалился на землю и заорал.
– ААА. Совесть меня глаза лишила!
– Да, я очень мстительная совесть, – подтвердила я.
– Ага, да ты не расстраивайся, друг мой, – подхватил Стужев. – У тебя такая совесть, что лучше вообще без глаза, чем ее видеть. Страшненькая, двуглавая, в перьях, фиолетовая в крапинку.
– Не увлекайся! – обиделась я.
– Уйди! Уйди! – пуще прежнего заорал великан, барахтаясь на полу.
– Уйду, если веретено мне отдашь, – пообещала я. И Верлиоко не особенно даже сопротивляясь, швырнул в меня темный артефакт. Я поймала его и веретено тут же завибрировало в моих руках.
Тут возле нас с Максом раздалось два выстрела. За нашими спинами стали видимыми Манила и Водило. Стефа попала одному в корпус, другому в лоб.
– Соточка тебе, за меткость и обаяние! – крикнула я ей. Стефа при этом как–то не особо обрадовались. – О старые знакомые!
– Говорил тебе, тикать надо! – обиделся хриплый, выплевывая серую жижу. – Она же маньячка ненормальная, и остальные такие же, даже рядом пройти нельзя.
За нашими спинами раздался переливчатый смех волшебных птиц. Они вспорхнули со своих жердочек и уселись прямо на головы проклятым мертвецам.
– Значит так…
– Или вы нас выводить…
– Или я…
– Она…
– Я Сирин…
– Это серьезно…
– Начну петь таку-ую грустную песню… Что вы…
– Она может…
– Я еще у тебя не обо всем спросил, – проговорил Стужев, кивая на Алконост и Сирина. – Тут, ты пока исчезала, уменьшалась или что это было…
– Не знаю, – соврала я. – Но они будут жить у нас. Кажется.
– Давайте уже выберемся и людей уведем. У тебя сейчас рука сгорит, – подошла к нам мрачная Стефа.
– Барышни, да все будет в лучшем виде. Ай! – Птицы клюнули проклятых прямо в темечко. У бедолаг не осталось другого выхода, кроме как вывести нас с этажа. Верлиоко остался там, возможно, со временем его поглотит тьма. Но я думаю, он уже не опасен.
Людей удалось вывести, они словно лунатики тянулись за цепями, и очнулись только, когда мы приехали на нормальный этаж. Как мы все запихнулись в лифт, я до сих пор не понимаю. Мы вот с Максом стояли так плотно, что я слышала, как у него стучит сердце. Стефа оказалась в другой стороне и я упустила ее из виду. Через пару тесных минут мы все же вывалились из лифта всей гурьбой и люди стали приходить в себя, пытаясь осмыслить, что с ними произошло. Мы мило улыбались и вызывали им такси.
И пришла пора разбираться с двумя товарищами по проклятию.
– Могу поговорить с Ягой, – предложила я.
– Нет, нет, пощади, девушка. Мы ж вас вывели, – замахали они руками.
– Ладно, – сказала я – Но что больше никого никуда не заманивали.
– Звучит, как задание, – улыбнулись они и исчезли.
– Эй, надеюсь, вы нам раздельные комнаты предоставите? – влезла в разговор Алконост.
– И по выше.
– На солнечной стороне.
– Мне б в тенек.
Всю дорогу до дома мы слушала их препирательства и подбирая цензурные эпитеты на ответы для их просьб, я задавалась вопросом, почему Стефа просто ушла, ни сказав нам ни единого слова. Что там у них с Максом произошло?
Прода от 06.12.2025, 17:10
Часть пятая. С возвращением, Саша!
Глава 1
И это вообще не смешно. Я не собиралась возвращаться никогда. У нас и дома, если вы обратили внимание, еще то светопредставление намечается. Я вообще–то просто немного вредный человек с природными способностями к белой магии и умопомрачительному юмору, за что мне все это?
Ну вы помните да, проклятый этаж, Верлиоко, Алконост и Сирин? Я вот при всем желании не забуду. Видите ли, меня там уменьшали, бросали, сводили с ума, а ближе к концу пришлось еще и чужой совестью назваться. Это, блин, выше моих сил!
И еще один факт меня теперь мучает. Стефа перестала к нам приходить и выслеживать магов ковена. Со мной она созванивается, но интереса к работе Стража не проявляет. Словно гнетущие ожидание апокалипсиса перестало быть чем–то значимым в ее жизни. Нет, с одной стороны хорошо, целее будет, если перестанет лезть к психам, которые владеют темной магией. Но такая резкая смена планов? Я волнуюсь, надеюсь, это не очередная порча или подавление воли в следствии приворота.
Но еще тут есть второй странный товарищ, который Макс. Он вроде бы все делает, как обычно. Но вот что–то меня в нем смущает.
– Сказала девушка, которая сломала очередную швабру. Причем, методы поломки у тебя, конечно… – огрызнулся Стужев, старясь вытащить ручку швабры из пробитого ей окна. Ну не справилась я с управлением, что теперь. У меня, между прочим, уже неплохо выходит маневрировать на больших скоростях. Только с тормозами нужно лучше разобраться.
– Я вообще–то молчала.
– Ты это кому слепому расскажи, – пропыхтел Стужев. Швабра зависла в верхней части окна наискось, неясным мне способом зацепившись за гардину. Вытащить ее не представлялось возможным.
