– Не твоего ума дело, – буркнул он.
– Ну да, куда уж мне.
– Мне нужно Василису Прекрасную из Кощеева царства вызволить, тогда уж и желание загадаю, что б навьи вихри чудеса не попортили.
– Я тебе не МЧС.
– Чудное заклятие, не слыхал таких раньше? – склонил голову парень. Здорово, и сколько мне придется ждать, пока эту Василису вытащат из царства. И кто с этим странным типом пойдет… Он сам странный… И реально, не как обычный человек смотрит. И глаза как пеленой подернуты, еле заметной, чуть перламутровой, но...
– Нет, эм… слушай… а ты… прости за прямоту, я понимаю, мы только познакомились. Ну отчасти… Ты этот… невидящий?
– Видящий. Просто не зрячий. А будущее вижу лучше прочих, – нехотя ответил парень.
– И как ты собрался кого-то вызволять? Где там твоя собака-поводырь или сопровождающий? – искренне удивилась я.
– Вот ты меня и сопроводишь. В царстве Кощеевом много странностей обитает. Я все их с помощью чар узреть не могу. Коли понадобится – подсобишь, Василису вызволим назад в Явь, ты желание мое исполнишь и я тебя отпущу.
Сеть можно было бы и вырвать из его рук или разорвать. Но вот меня стал беспокоить браслет. Он почему-то нагрелся и стал жечь руку, причиняя хоть и небольшой, но дискомфорт.
– Вот значит как… А мог бы для приличия и просто денег попросить, – процедила я. Браслет стал нагреваться сильнее.
– Толку от них? – фыркнул он. Ну и правда. Кощеево царство и деньги. Где логика. Может, как там, злато стоило предложить?
– Ладно, я Женя, – решила я сменить тактику. Что Рыбка советовала? Поговорить. Ну давай поговорим.
– Басурманское имя, – задумчиво произнес парень.
– Ну я не отсюда. Так скажи мне, спасатель,…
– Всеволод я, – неохотно произнес он.
– Скажи мне, Всеволод. А зачем тебе это надо? Может, ну ее, эту… Василису? Давай, я магией тебе зрение верну, вот… сейчас…
А и вот… Я ж не умею желания исполнять. Технологию не знаю. Как-то неудобно получилось. Вдалеке сверкнули сразу четыре кроваво-красные молнии, осветив замок на возвышении. Знаете, если Дракула где-то и мог обитать, то только вот там. На пригорочке.
– Не получится. Энто… Не те чары нужны. Ладно, я сюда не лясы пришел точить. У меня времени мало, – он круто развернулся и пошагал по небольшой застеленной камнями дорожке. Прямо в сумрак темного царства. Я б вообще ушла. Но меня смущало два момента.
Во-первых, Всеволод все еще держал край сети, словно повадок.
Во-вторых, руку мне стало так нестерпимо жечь, что я сама бросилась за ним вдогонку, чудом не забыв про свой чемоданчик. Стоило сократить расстояние между нами, как жжение прошло.
Ну и не бросать же слепого парня одного, когда он решил погулять по сомнительного вида трапе, ведущий в логово старославянского злодея! Несколько минут мы шли молча. Поскольку это я оказалась непонятно где, да еще и должна исполнять чьи-то там желания, хотя вроде Рыбка сказала, что нужно словами пытаться разрешить все вопросы... Ну я прочистила почему-то охрипшее горло, поудобней перехватила чемоданчик, колесики которого жалобно позвякивали, ударяясь о почти глянцевые черные камни, и завела светскую беседу.
– Василиса это твоя невеста?
– Нет, – он шел осторожно, но медленным я б его не назвала. Вокруг нас стал скапливаться туман.
– А кто?
– В детстве вместе играли.
– А… подруга. И что, у вас с ней уже больше, чем просто дружба?
– Нет.
– Ты такой приятный собеседник, – буркнула я. Плохой из меня переговорщик.
– Знаю, – тем же ровным, безэмоциональным голосом ответил парень. Злиться на человека, который в случае чего не сможет увидеть подставленную тобой подножку подло.
Главное, повторять это себе почаще.
– Боишься, что этот мужик, Кощей, на ней жениться попробует? – попыталась я зайти с другой стороны.
– Нет, – через пару мгновений Всеволод все же снизошел до объяснений. – Они родственники. Он Ваське прадедушка.
– Кощей пра..? Серьезно?
– Стой, – парень буквально врос в землю. Вдалеке послышались голоса.
– Да, заучка эта… – зазвенел Иркин смех. Откуда она-то здесь?
– Это… ты слышал? – почему-то именно в эту конкретную секунду я отчетливо ощутила, что вся промокла, что очень сильно расстроена, что чуть не утонула, что подвязалась в сильно сомнительное мероприятие, что не унывать, как учили родители, вряд ли получится и что вокруг страшное, незнакомое место, заполненное плотным и неожиданно темным туманом. А в этом самом тумане бродят некие, неизвестные ни мне, ни современной науке, существа.
– Мороки, – бросил парень. – Их легко пройти. – Видимо, я как-то красноречиво молчала, потому что он снизошел до пояснений. – Они не настоящие.
– Влюбленная серая мышка, – раздалось совсем близко.
– Кому не настоящие, а кому даже очень, – в раз севшим голосом произнесла я.
– Возомнила о себе…
Всеволод зашагал дальше, а я осталась стоять на месте. Я не хочу. Я не могу слушать это опять! Я вообще не хочу об этом думать! Я домой хочу! Собрав силу в кулак, я дернула натянувшийся «поводок» и парень от неожиданности его опустил.
Развернувшись я побежала в противоположную сторону, как мне казалось, назад к морю. Нырну-вынырну, отдам Рыбке браслет и уеду на дачу к дедушке!
Мой новый знакомый явно хорошо ориентируется в этом сумрачном пейзаже, так что и без меня справится.
Вот только не успела я пробежать и десятка шагов, как браслет стал жечь руку так сильно, что запахло паленным мясом. Он прожег сеть и ее тлеющие остатки упали на землю. Но я старалась игнорировать нарастающую боль в запястье и все равно упрямо шла дальше, пытаясь выбраться. Только вот туман все никак не желал заканчиваться. Недалеко завыли, кажется, волки, туман стал реально плотными, хотя я думала, что до этого момента он уже был предельно непроходим! Ан нет, оказывается видимость была еще очень даже. По крайне мере пару минут назад я прекрасно различала свои ноги. И даже тропинку по которой шла в диапазоне двух шагов. Сейчас и коленки я с трудом могла увидеть. Но единственное, что в этом белесо-серым мареве различалось хорошо и четко были молнии на небе. Они окрашивали туман в зловеще-бордовый цвет, при этом, непостижимым для меня образом, от их вспышек светлее не становилось и окружающую обстановку рассмотреть тоже не удавалось. Хотя вот в эту самую минуту молнии метались с такой частотой, что я ощутила себя на рок-концерте или лазер-шоу. Но все это ушло на второй план, когда впереди загорелись зеленые глаза. Много-много зеленых-светящихся глаз. Из тумана стали проступать очертания страшных человекоподобных монстров, от которых исходило нечто напоминающие темное свечение. Если в сказки начнется зомби-апокалипсис, я буду требовать прибавку к оплате за вредность. Если выживу, конечно.
Я подумала, что надо самой загадать желание чтобы телепортироваться домой, или хоть бы к порталу, но сколько бы я не шептала свои пожелания браслету, ситуация отказывалась меняться в лучшую сторону.
Существа, опираясь на все четыре конечности, подбирались все ближе и ближе, затем кто-то сзади врезался в меня. И я двинула локтем напавшему под дых.
– Точно блаженная, – прохрипел Всеволод. При его появлении браслет перестал прожигать руку. Но запах паленого мяса никуда не делся. Это капец как больно.
– Куда ты меня притащил! – тут же вцепилась в его рубашку я.
– Сама в лес свернула, тут навий больше, чем рыбы в реке, – парировал он, приходя в себя. Страшные существа застыли на расстоянии, не решаясь приближаться. – Скажи спасибо, что они сами меня к тебе привели, глупые очень. Просто так б я тебя не узрел.
– Если ты тут так хорошо ориентируешься, зачем тебе я! – все еще взвизгивала я, крепче сжимая рубашку парня.
– Мне желание исполнить надо, чем раньше – тем лучше. А не с навьими душами споры вести. Иди за мной. Тут короткий путь есть. Без мороков и прочих… тенивиков.
Подмывало ответить, что он может идти сам куда хочет, но браслет снова стал нагреваться и я покорно побрела за своим мучителем.
– Ты что, уже умудрилась кого-то из них подпалить? – через пару минут спросил парень. – Кощей за это строго спросит. Он за Навь головой отвечает. Натурально.
– Никого я не подпаливала. Это браслет… это чары мне руку жгут, – пожаловалась я. Ожог на запястье пульсировал и ныл. Но зато душевные терзания отошли на второй план.
– А, ну ладно.
Чурбан бесчувственный!
К моему удивлению, пока я мысленно обдумывала, как отказаться от всей этой работы, мы подошли к огромным кованным воротом из черного металла и кажется, костей. Я тихо присвистнула. Вот она, натуральная готика, а не череп из стразиков на рюкзаке.
– Красиво? – вдруг уточнил до того молчащий парень.
– Впечатляюще… – тактично заметила я. Как декорация для фильма ужасов. Так, пора перестать себя жалеть и начать себе помогать. И лучшее, что я могу, это соображать головой, а не слезными железами. Нужно посмотреть в моем чемодане, мама наверняка собрала мне с собой аптечку. – Так что, будем штурмовать? Или желание загадаешь, чтобы ворота отворились?
– Нет, чары добрые в Нави иначе работают, – он задрал голову вверх и закричал, так что заткнулись и завывавшие до этого волки. – Я пришел за Василисой Прекрасной, дочерью Василисы Премудрой и Ивана, сына царского. Тех, что царство наше от упырихи ночной спасли и….
– Да-да, – раздался рядом с нами до ужаса усталый голос. Я взвизгнула и попыталась выставить перед собой чемодан наподобие щита. Но в этот раз я, кажется, зря испугалась. К нам из тумана вынырнул мужчина лет пятидесяти. В костяной короне, правда у нее большая часть зубчиков была обломана. А сам гость выглядел так, словно не один день лично забивал шпалы для новой железной дороги. Вот что значит смертельная усталость. – Наконец-то соизволил явиться. Я тебя аж с прошлой седмицы жду. А с вами, барышня, я не знаком, Кощей Бессмертный, рад, очень рад.
Он протянул мне руку, как-то не удобно было в данных обстоятельствах падать в обморок, так что я протянула свою здоровую руку в ответ и он галантно ее поцеловал.
Если это Кощей Бессмертный, то нам так многое не договаривали в сказках...
– Василиска, собирайся, хватились тебя, – заорал Кощей.
– Ну дедуличка, можно я еще у тебя побуду, а Севочка чегой-нибудь насказывает маменьки, – из сумрака тут же выплыла настоящая фотомодель. Волосы цвета розового золота. Глаза насыщенно синие, лицо настолько правильной и симметричной формы, что по нему градусы сверять можно. Руки и ноги тонкие, талия тоже, все остальное выпуклое. Если от моей самооценки еще что-то и оставалась, то оно исчезло в пучине осознания собственного несовершенства в сравнении... Единственный вопрос, который у меня вертелся в голове, почему у нее волосы отдают в розовый оттенок, разве в сказке так можно? – Ну, Севочка, вот чего ты так рано!
Севочка, растерялся. О. Так он все ж таки влюблен в нее, да?
– Васька, какой договор был? – насупился Кощей. – Как только тебя кто-нить хватится, так ты сразу домой улепетываешь! Хорошо хоть мать твоя самолично не явилась. У нее характер весь в бабку, а у той в ее бабушку. А изначально корни тех характеров в жену мою, эх… – На секунду Кощей мечтательно прикрыл глаза, затем быстро вернулся в режим ворчливой бабки. – Домой! С провожатым! Все!
Я только ручку чемодана посильнее успела сжать, как вокруг нас закружились потоки искры и ветра. Мы тут же оказались посреди довольно позитивной летней лужаечки. Вокруг весело пели птички. С одной стороны виднелся резной терем, раскрашенный в красный и золотой цвета, вокруг него стояли симпатичные домики. С другой возвышался летний, зеленый лес. Напротив леса, так полагаю в качестве противовеса, возвышался одинокий, но очень крупный дуб. А позади него плескалось чистое, прозрачное море.
А что происходит-то в этом бедламе?
– Эх, Севочка! Ну, я ведь всего на пару дней от своих обязанностей уклонилася, чего ты сразу-то так явился! – пожурила Василиса «Севочку». Тот, как стоял истуканом, так им и остался, даже не вздохнул печально изображая раскаяние. – Маменька уж больно строжится последнее время.
– Ты с русалками всю ночь гуляла. Еще бы ей не строжиться, – все же буркнул он. – А в селе говаривать стали, что тебя Кощей украл, мол, темные чары хочет на тебя наложить.
– Дедушка-то? Да он же милый. Просто нелюдимый слегка, – отмахнулась Василиса. Вот еще с утра я б Кощея милым не назвала. Но сейчас, возможно, и согласна с этим определением. Мне надоело стоять предметом интерьера и я влезла в разговор.
– Я Женя, здравствуйте. Замещаю Золотую рыбку. Если хотите загадать желание, то лучше не надо, потерпите до сентября и Рыбка сама вам все исполнит в лучшем виде.
– Да ладно, – рассмеялась Василиса, пожимая мне руку. – А я-то гадаю, чего ты так чудно выглядишь. Одета не по-нашенски. Волосы такие… Своеобразные. – В последний момент запнулась девушка. И покраснела. – Прости, я как ляпну, папенька все время говорит, что язык, как помело. Рыбка просто с прошлого Равноденствия грозилась сбежать от нас на энти… лыжные горы. Да мы к ней не прислушивались уже, думали, какой ж дурак согласится ее обязанности исполнять… Ой!
– И этот дурак я, – пришлось согласиться с еще более отчаянно краснеющей Василисой. – А твой благоверный меня за собой потащил. Вызволять тебя.
– Севка? Ты слышал, благоверный, – даже поперхнулась от новой волны смеха Василиса. У «Севки» на практически белом лице проступил чуть заметный румянец. – Мы с Севой друзья с детства. Наши маменьки подруги. Ладно, пойду виниться перед своей. Спасибо, Севочка, что ты про меня вспомнил, но провожатые мне все ж таки не нужны. – Она лучезарно улыбнулась незрячему парню и зашагала в сторону расписного терема. Но затем обернулась. – А ты, Женя, заходи к нам на пир. Маменька, наверняка, с тобой познакомиться пожелает.
– Обязательно. Как только осмотрюсь, – согласилась я, обдумывая, куда ж мне идти… Жить где-то надо ведь. Может и правда, на постой к кому попроситься? Сказать, мол так и так, обманом заставили быть Рыбкой золотой, а какая же я рыбка? Пустите переночевать до сентября. – Ну раз все так благополучно…
Браслет опять стал жечь и без того больное запястье.
– Ты должна исполнить желание, – бесстрастно проговорил парень.
– Ну что ты от меня хочешь-то! – взвилась я – В порядке твоя Василиса. Вот как резво к коттеджу своему шпарит! Ни царапинки, ни…
– Пусть она меня полюбит. Сделай приворот.
– Что? – я во все глаза уставилась на парня.– Не... слушай, это уже перебор. Я понимаю, неразделенная любовь и все такое…
– Не твоему ума дело! – Нахмурился он. – Исполняй желание.
– Да-да, помню. Ну так раз у тебя такие сердечные треволнения, так иди и признайся ей, я насильно девушке портить жизнь не буду, – решительно отказалась я и попыталась уйти от этого ненормального.
– Исполни желание! – он схватил меня за руку.
– Не буду!
И вот тут я поняла в чем проблема быть Золотой рыбкой. Браслет зажег кожу так что от запястья повалил дым! Это что еще такое!
– А! – закричала я.
– Желание. Рыбка не может отказать, ежли ее поймали! – спокойно сказал парень, все еще удерживая меня за здоровую руку. – Просто исполни желание.
– Ладно! – Блин, как больно-то! – Хорошо. Как их исполнять?!
– Я не ведаю, ты же Золотая рыбка.
– Я заместительница!
Как только я согласилась исполнить желание, браслет прекратил сжигать мою руку. Я прислонила ее к груди, чувствуя, как пульсирует обожженное запястье.
– Ну да, куда уж мне.
– Мне нужно Василису Прекрасную из Кощеева царства вызволить, тогда уж и желание загадаю, что б навьи вихри чудеса не попортили.
– Я тебе не МЧС.
– Чудное заклятие, не слыхал таких раньше? – склонил голову парень. Здорово, и сколько мне придется ждать, пока эту Василису вытащат из царства. И кто с этим странным типом пойдет… Он сам странный… И реально, не как обычный человек смотрит. И глаза как пеленой подернуты, еле заметной, чуть перламутровой, но...
– Нет, эм… слушай… а ты… прости за прямоту, я понимаю, мы только познакомились. Ну отчасти… Ты этот… невидящий?
– Видящий. Просто не зрячий. А будущее вижу лучше прочих, – нехотя ответил парень.
– И как ты собрался кого-то вызволять? Где там твоя собака-поводырь или сопровождающий? – искренне удивилась я.
– Вот ты меня и сопроводишь. В царстве Кощеевом много странностей обитает. Я все их с помощью чар узреть не могу. Коли понадобится – подсобишь, Василису вызволим назад в Явь, ты желание мое исполнишь и я тебя отпущу.
Сеть можно было бы и вырвать из его рук или разорвать. Но вот меня стал беспокоить браслет. Он почему-то нагрелся и стал жечь руку, причиняя хоть и небольшой, но дискомфорт.
– Вот значит как… А мог бы для приличия и просто денег попросить, – процедила я. Браслет стал нагреваться сильнее.
– Толку от них? – фыркнул он. Ну и правда. Кощеево царство и деньги. Где логика. Может, как там, злато стоило предложить?
– Ладно, я Женя, – решила я сменить тактику. Что Рыбка советовала? Поговорить. Ну давай поговорим.
– Басурманское имя, – задумчиво произнес парень.
– Ну я не отсюда. Так скажи мне, спасатель,…
– Всеволод я, – неохотно произнес он.
– Скажи мне, Всеволод. А зачем тебе это надо? Может, ну ее, эту… Василису? Давай, я магией тебе зрение верну, вот… сейчас…
А и вот… Я ж не умею желания исполнять. Технологию не знаю. Как-то неудобно получилось. Вдалеке сверкнули сразу четыре кроваво-красные молнии, осветив замок на возвышении. Знаете, если Дракула где-то и мог обитать, то только вот там. На пригорочке.
– Не получится. Энто… Не те чары нужны. Ладно, я сюда не лясы пришел точить. У меня времени мало, – он круто развернулся и пошагал по небольшой застеленной камнями дорожке. Прямо в сумрак темного царства. Я б вообще ушла. Но меня смущало два момента.
Во-первых, Всеволод все еще держал край сети, словно повадок.
Во-вторых, руку мне стало так нестерпимо жечь, что я сама бросилась за ним вдогонку, чудом не забыв про свой чемоданчик. Стоило сократить расстояние между нами, как жжение прошло.
Ну и не бросать же слепого парня одного, когда он решил погулять по сомнительного вида трапе, ведущий в логово старославянского злодея! Несколько минут мы шли молча. Поскольку это я оказалась непонятно где, да еще и должна исполнять чьи-то там желания, хотя вроде Рыбка сказала, что нужно словами пытаться разрешить все вопросы... Ну я прочистила почему-то охрипшее горло, поудобней перехватила чемоданчик, колесики которого жалобно позвякивали, ударяясь о почти глянцевые черные камни, и завела светскую беседу.
– Василиса это твоя невеста?
– Нет, – он шел осторожно, но медленным я б его не назвала. Вокруг нас стал скапливаться туман.
– А кто?
– В детстве вместе играли.
– А… подруга. И что, у вас с ней уже больше, чем просто дружба?
– Нет.
– Ты такой приятный собеседник, – буркнула я. Плохой из меня переговорщик.
– Знаю, – тем же ровным, безэмоциональным голосом ответил парень. Злиться на человека, который в случае чего не сможет увидеть подставленную тобой подножку подло.
Главное, повторять это себе почаще.
– Боишься, что этот мужик, Кощей, на ней жениться попробует? – попыталась я зайти с другой стороны.
– Нет, – через пару мгновений Всеволод все же снизошел до объяснений. – Они родственники. Он Ваське прадедушка.
– Кощей пра..? Серьезно?
– Стой, – парень буквально врос в землю. Вдалеке послышались голоса.
– Да, заучка эта… – зазвенел Иркин смех. Откуда она-то здесь?
– Это… ты слышал? – почему-то именно в эту конкретную секунду я отчетливо ощутила, что вся промокла, что очень сильно расстроена, что чуть не утонула, что подвязалась в сильно сомнительное мероприятие, что не унывать, как учили родители, вряд ли получится и что вокруг страшное, незнакомое место, заполненное плотным и неожиданно темным туманом. А в этом самом тумане бродят некие, неизвестные ни мне, ни современной науке, существа.
– Мороки, – бросил парень. – Их легко пройти. – Видимо, я как-то красноречиво молчала, потому что он снизошел до пояснений. – Они не настоящие.
– Влюбленная серая мышка, – раздалось совсем близко.
– Кому не настоящие, а кому даже очень, – в раз севшим голосом произнесла я.
– Возомнила о себе…
Всеволод зашагал дальше, а я осталась стоять на месте. Я не хочу. Я не могу слушать это опять! Я вообще не хочу об этом думать! Я домой хочу! Собрав силу в кулак, я дернула натянувшийся «поводок» и парень от неожиданности его опустил.
Развернувшись я побежала в противоположную сторону, как мне казалось, назад к морю. Нырну-вынырну, отдам Рыбке браслет и уеду на дачу к дедушке!
Мой новый знакомый явно хорошо ориентируется в этом сумрачном пейзаже, так что и без меня справится.
Вот только не успела я пробежать и десятка шагов, как браслет стал жечь руку так сильно, что запахло паленным мясом. Он прожег сеть и ее тлеющие остатки упали на землю. Но я старалась игнорировать нарастающую боль в запястье и все равно упрямо шла дальше, пытаясь выбраться. Только вот туман все никак не желал заканчиваться. Недалеко завыли, кажется, волки, туман стал реально плотными, хотя я думала, что до этого момента он уже был предельно непроходим! Ан нет, оказывается видимость была еще очень даже. По крайне мере пару минут назад я прекрасно различала свои ноги. И даже тропинку по которой шла в диапазоне двух шагов. Сейчас и коленки я с трудом могла увидеть. Но единственное, что в этом белесо-серым мареве различалось хорошо и четко были молнии на небе. Они окрашивали туман в зловеще-бордовый цвет, при этом, непостижимым для меня образом, от их вспышек светлее не становилось и окружающую обстановку рассмотреть тоже не удавалось. Хотя вот в эту самую минуту молнии метались с такой частотой, что я ощутила себя на рок-концерте или лазер-шоу. Но все это ушло на второй план, когда впереди загорелись зеленые глаза. Много-много зеленых-светящихся глаз. Из тумана стали проступать очертания страшных человекоподобных монстров, от которых исходило нечто напоминающие темное свечение. Если в сказки начнется зомби-апокалипсис, я буду требовать прибавку к оплате за вредность. Если выживу, конечно.
Я подумала, что надо самой загадать желание чтобы телепортироваться домой, или хоть бы к порталу, но сколько бы я не шептала свои пожелания браслету, ситуация отказывалась меняться в лучшую сторону.
Существа, опираясь на все четыре конечности, подбирались все ближе и ближе, затем кто-то сзади врезался в меня. И я двинула локтем напавшему под дых.
– Точно блаженная, – прохрипел Всеволод. При его появлении браслет перестал прожигать руку. Но запах паленого мяса никуда не делся. Это капец как больно.
– Куда ты меня притащил! – тут же вцепилась в его рубашку я.
– Сама в лес свернула, тут навий больше, чем рыбы в реке, – парировал он, приходя в себя. Страшные существа застыли на расстоянии, не решаясь приближаться. – Скажи спасибо, что они сами меня к тебе привели, глупые очень. Просто так б я тебя не узрел.
– Если ты тут так хорошо ориентируешься, зачем тебе я! – все еще взвизгивала я, крепче сжимая рубашку парня.
– Мне желание исполнить надо, чем раньше – тем лучше. А не с навьими душами споры вести. Иди за мной. Тут короткий путь есть. Без мороков и прочих… тенивиков.
Подмывало ответить, что он может идти сам куда хочет, но браслет снова стал нагреваться и я покорно побрела за своим мучителем.
– Ты что, уже умудрилась кого-то из них подпалить? – через пару минут спросил парень. – Кощей за это строго спросит. Он за Навь головой отвечает. Натурально.
– Никого я не подпаливала. Это браслет… это чары мне руку жгут, – пожаловалась я. Ожог на запястье пульсировал и ныл. Но зато душевные терзания отошли на второй план.
– А, ну ладно.
Чурбан бесчувственный!
К моему удивлению, пока я мысленно обдумывала, как отказаться от всей этой работы, мы подошли к огромным кованным воротом из черного металла и кажется, костей. Я тихо присвистнула. Вот она, натуральная готика, а не череп из стразиков на рюкзаке.
– Красиво? – вдруг уточнил до того молчащий парень.
– Впечатляюще… – тактично заметила я. Как декорация для фильма ужасов. Так, пора перестать себя жалеть и начать себе помогать. И лучшее, что я могу, это соображать головой, а не слезными железами. Нужно посмотреть в моем чемодане, мама наверняка собрала мне с собой аптечку. – Так что, будем штурмовать? Или желание загадаешь, чтобы ворота отворились?
– Нет, чары добрые в Нави иначе работают, – он задрал голову вверх и закричал, так что заткнулись и завывавшие до этого волки. – Я пришел за Василисой Прекрасной, дочерью Василисы Премудрой и Ивана, сына царского. Тех, что царство наше от упырихи ночной спасли и….
– Да-да, – раздался рядом с нами до ужаса усталый голос. Я взвизгнула и попыталась выставить перед собой чемодан наподобие щита. Но в этот раз я, кажется, зря испугалась. К нам из тумана вынырнул мужчина лет пятидесяти. В костяной короне, правда у нее большая часть зубчиков была обломана. А сам гость выглядел так, словно не один день лично забивал шпалы для новой железной дороги. Вот что значит смертельная усталость. – Наконец-то соизволил явиться. Я тебя аж с прошлой седмицы жду. А с вами, барышня, я не знаком, Кощей Бессмертный, рад, очень рад.
Он протянул мне руку, как-то не удобно было в данных обстоятельствах падать в обморок, так что я протянула свою здоровую руку в ответ и он галантно ее поцеловал.
Если это Кощей Бессмертный, то нам так многое не договаривали в сказках...
– Василиска, собирайся, хватились тебя, – заорал Кощей.
– Ну дедуличка, можно я еще у тебя побуду, а Севочка чегой-нибудь насказывает маменьки, – из сумрака тут же выплыла настоящая фотомодель. Волосы цвета розового золота. Глаза насыщенно синие, лицо настолько правильной и симметричной формы, что по нему градусы сверять можно. Руки и ноги тонкие, талия тоже, все остальное выпуклое. Если от моей самооценки еще что-то и оставалась, то оно исчезло в пучине осознания собственного несовершенства в сравнении... Единственный вопрос, который у меня вертелся в голове, почему у нее волосы отдают в розовый оттенок, разве в сказке так можно? – Ну, Севочка, вот чего ты так рано!
Севочка, растерялся. О. Так он все ж таки влюблен в нее, да?
– Васька, какой договор был? – насупился Кощей. – Как только тебя кто-нить хватится, так ты сразу домой улепетываешь! Хорошо хоть мать твоя самолично не явилась. У нее характер весь в бабку, а у той в ее бабушку. А изначально корни тех характеров в жену мою, эх… – На секунду Кощей мечтательно прикрыл глаза, затем быстро вернулся в режим ворчливой бабки. – Домой! С провожатым! Все!
Я только ручку чемодана посильнее успела сжать, как вокруг нас закружились потоки искры и ветра. Мы тут же оказались посреди довольно позитивной летней лужаечки. Вокруг весело пели птички. С одной стороны виднелся резной терем, раскрашенный в красный и золотой цвета, вокруг него стояли симпатичные домики. С другой возвышался летний, зеленый лес. Напротив леса, так полагаю в качестве противовеса, возвышался одинокий, но очень крупный дуб. А позади него плескалось чистое, прозрачное море.
А что происходит-то в этом бедламе?
– Эх, Севочка! Ну, я ведь всего на пару дней от своих обязанностей уклонилася, чего ты сразу-то так явился! – пожурила Василиса «Севочку». Тот, как стоял истуканом, так им и остался, даже не вздохнул печально изображая раскаяние. – Маменька уж больно строжится последнее время.
– Ты с русалками всю ночь гуляла. Еще бы ей не строжиться, – все же буркнул он. – А в селе говаривать стали, что тебя Кощей украл, мол, темные чары хочет на тебя наложить.
– Дедушка-то? Да он же милый. Просто нелюдимый слегка, – отмахнулась Василиса. Вот еще с утра я б Кощея милым не назвала. Но сейчас, возможно, и согласна с этим определением. Мне надоело стоять предметом интерьера и я влезла в разговор.
– Я Женя, здравствуйте. Замещаю Золотую рыбку. Если хотите загадать желание, то лучше не надо, потерпите до сентября и Рыбка сама вам все исполнит в лучшем виде.
– Да ладно, – рассмеялась Василиса, пожимая мне руку. – А я-то гадаю, чего ты так чудно выглядишь. Одета не по-нашенски. Волосы такие… Своеобразные. – В последний момент запнулась девушка. И покраснела. – Прости, я как ляпну, папенька все время говорит, что язык, как помело. Рыбка просто с прошлого Равноденствия грозилась сбежать от нас на энти… лыжные горы. Да мы к ней не прислушивались уже, думали, какой ж дурак согласится ее обязанности исполнять… Ой!
– И этот дурак я, – пришлось согласиться с еще более отчаянно краснеющей Василисой. – А твой благоверный меня за собой потащил. Вызволять тебя.
– Севка? Ты слышал, благоверный, – даже поперхнулась от новой волны смеха Василиса. У «Севки» на практически белом лице проступил чуть заметный румянец. – Мы с Севой друзья с детства. Наши маменьки подруги. Ладно, пойду виниться перед своей. Спасибо, Севочка, что ты про меня вспомнил, но провожатые мне все ж таки не нужны. – Она лучезарно улыбнулась незрячему парню и зашагала в сторону расписного терема. Но затем обернулась. – А ты, Женя, заходи к нам на пир. Маменька, наверняка, с тобой познакомиться пожелает.
– Обязательно. Как только осмотрюсь, – согласилась я, обдумывая, куда ж мне идти… Жить где-то надо ведь. Может и правда, на постой к кому попроситься? Сказать, мол так и так, обманом заставили быть Рыбкой золотой, а какая же я рыбка? Пустите переночевать до сентября. – Ну раз все так благополучно…
Браслет опять стал жечь и без того больное запястье.
– Ты должна исполнить желание, – бесстрастно проговорил парень.
– Ну что ты от меня хочешь-то! – взвилась я – В порядке твоя Василиса. Вот как резво к коттеджу своему шпарит! Ни царапинки, ни…
– Пусть она меня полюбит. Сделай приворот.
– Что? – я во все глаза уставилась на парня.– Не... слушай, это уже перебор. Я понимаю, неразделенная любовь и все такое…
– Не твоему ума дело! – Нахмурился он. – Исполняй желание.
– Да-да, помню. Ну так раз у тебя такие сердечные треволнения, так иди и признайся ей, я насильно девушке портить жизнь не буду, – решительно отказалась я и попыталась уйти от этого ненормального.
– Исполни желание! – он схватил меня за руку.
– Не буду!
И вот тут я поняла в чем проблема быть Золотой рыбкой. Браслет зажег кожу так что от запястья повалил дым! Это что еще такое!
– А! – закричала я.
– Желание. Рыбка не может отказать, ежли ее поймали! – спокойно сказал парень, все еще удерживая меня за здоровую руку. – Просто исполни желание.
– Ладно! – Блин, как больно-то! – Хорошо. Как их исполнять?!
– Я не ведаю, ты же Золотая рыбка.
– Я заместительница!
Как только я согласилась исполнить желание, браслет прекратил сжигать мою руку. Я прислонила ее к груди, чувствуя, как пульсирует обожженное запястье.
