- Но дело, конечно, не в этом. Завтра ты увидишь элиту моего мира. Все они отнюдь не просты. Между сильными личностями борьба за власть никогда не прекращается, она лишь на время замирает в точке достигнутого равновесия. Со мной рядом на балу давно никого не было, Диана, и твое появление - причина достаточная, чтобы равновесие нарушить. Но, скорее всего, это будет испытанием не для меня - бороться с ними придется тебе!
Тревожное напряжение снова переполняло Кристофа, и мне захотелось стереть тяжесть с его лица. Я выбрала самый легкий тон и произнесла:
- Какими бы ни были гости, это всего лишь бал!
- Нет, не просто бал! - он покачал головой, нахмурившись, расстроенный моим непониманием. - Некоторых из них я вижу раз в год - в день приема и очень этому рад! Раньше я никого и ничего не боялся, Диана, но теперь... - он нежно провел пальцами по моей щеке, вызвав бурю во всем теле, - теперь есть ты.
Чтобы вернуть ясность ума, я отстранилась и сказала:
- Ну давай я не пойду на бал...
- Нет! - прервал меня Кристоф. - Нет, Диана! Теперь ты - часть меня, и поэтому должна всегда присутствовать на балу! Я хочу, чтобы ты узнала мое окружение, чтобы узнали тебя! Это нужно хотя бы для того, чтобы ты была в безопасности, чтобы всем стало официально известно: ты моя.
Все внутри меня пело в ответ на его слова! Хотя я и не совсем понимала, что он имел в виду, когда говорил, что я должна присутствовать на этом балу всегда, - мое время с ним было мучительно коротко. Я знала это! Десять... двадцать лет самое большее... А потом я увяну.
Огромным усилием воли я вырвалась из плена безнадежных мыслей...
Но, несмотря на все откровения, я чувствовала: причина его беспокойства - в другом. Он так и не объяснил главного.
- Кристоф, ты обещал сказать мне правду. Но так и не сказал.
Он сжал челюсти и отвернулся, не желая отвечать. Но я все равно шагнула ближе и, заглянув ему в лицо, прошептала:
- Чего ты боишься?
Неожиданно исчезнув, он возник у черного проема окна спиной ко мне и глухо произнес:
- Я боюсь, что после этого вечера ты будешь смотреть на меня так, как смотрела три года назад.
** ** **
Да, платье сидело идеально.
Оглядев свое отражение в зеркале, я вновь утвердилась в мысли: красный - определенно мой цвет. И без того яркая, а теперь еще и в волнах алого шелка, я выглядела экзотическим цветком, от которого невозможно отвести глаз! Помада в тон, длинные волосы в высокой прическе, юная сияющая кожа... Мои глаза сверкнули от радости - я соответствовала сегодняшнему событию. Посмотрим, что скажет Кристоф, когда увидит меня! Я знала - его не было рядом...
Изматывающее напряжение вчерашнего дня сменилось почти забытой холодной отстраненностью - с утра мы едва перебросились парой фраз. Мойра и Дженоб лишь обменивались молчаливыми взглядами, когда высокий силуэт надолго замирал у окна.
Сама не своя, гонимая призраками прошлого, я, наверное, в сотый раз со страхом подумала: с чем же мне сегодня придется встретиться? Какое событие могло изменить мое отношение к Кристофу до такой степени, что он боялся?
Спрашивая себя, я не могла не поразиться прихотливым изгибам судьбы. Как случилось, что это вообще стало меня волновать? Что я начала сопереживать его тревоге? Я пропустила этот момент! Как смог подобный монстр зацепить мое сердце? Ведь его суть не изменилась... Это он забрал меня у родителей! Он, а не кто-то другой, заставил смотреть на бойню, которая возвращалась ко мне снова и снова - в сотнях кошмаров. Именно он долго и безжалостно ломал меня (чтобы добиться послушания?).
Возможно, причина заключалась в том, что его любовь была нечеловеческой, и это если не прощало многое, то хотя бы... извиняло?
Как случилось, что он стал мне дорог? А ведь он стал мне дорог.
Красавица в зеркале зло тряхнула головой. Ненавижу боязнь неизвестного! Пора встретиться с ним лицом к лицу.
Еще раз полюбовавшись на себя для поднятия боевого духа, я зафиксировала на губах ослепительную улыбку и вышла из гардеробной.
Кристоф застыл у окна в той же беспокоившей меня позе: руки сложены за спиной, плечи напряжены. Весь в тревоге. И я решила отвлечь его любой ценой! Красться не имело смысла. Я нарочно звонко стучала каблучками по лестнице, недоверчиво вспоминая, как впервые боялась ступить на нее. Но он не оборачивался. Даже со спины Кристоф производил необыкновенно сильное впечатление: высокий, элегантный, подтянутый - и мой. Я улыбнулась еще шире.
- Эй, мужчина! - воскликнула я игриво, подходя к нему и предвкушая его реакцию. - Взгляните на вашу даму!
- Моя дама как всегда прекрас... - холодный, почти равнодушный голос прервался, как только он увидел меня, обернувшись.
Его не спасла ни быстрота восприятия, ни скорость мышления. Ну наконец-то! В его глазах не осталось места тревоге и переживаниям - только желанию! Я ощутила кожей, как его взгляд прошелся по мне, посылая миллион крохотных вспышек удовольствия. И его лицо озарилось тонкой улыбкой...
Нет, он не потерял дар речи. Он просто растягивал удовольствие от созерцания, а затем точно так же - медленно, наслаждаясь каждым мгновением, - подошел и взял меня за руку.
- Никогда не видел тебя такой.
- Какой?
- Ослепительной! - И из-под замка его души выскользнуло: - Как же долго я ждал этой улыбки, Диана.
Вдруг я почувствовала необыкновенное раздражение и хмуро посмотрела на дверь. Все давно собрались, и нам нужно было идти.
К дьяволу этот бал! Я хотела быть лишь с ним.
- Но пойти все-таки придется, - понимающе усмехнулся Кристоф и, пальцем приподняв мой подбородок, добавил: - Надо и остальным дать возможность полюбоваться твоей красотой! Идем, Диана, нас уже ждут...
Переплетение голосов, музыки, звона бокалов становилось четче с каждым шагом. Плавное течение приглушенных разговоров то и дело прерывалось тихими аккордами разнотонального смеха - гости уже успели осмотреться и теперь активно общались между собой.
Их было много.
- Боишься? - Кристоф посмотрел на меня с прежним беспокойством. От полного зала нас отделяло всего несколько шагов.
- Нет. - Мне действительно не было страшно, и, улыбнувшись, я объяснила почему: - Ведь ты рядом.
Он коснулся моей щеки, отдалив весь мир на мгновение...
- Ты даже представить не можешь, как приятны мне твои слова! - обжег улыбкой и повлек за собой к лестнице, спускавшейся в зал, снова включая окружающую нас реальность на полную громкость.
И бал ворвался, подавляя впечатлениями!..
Огромный зал, в котором я бывала много раз, стараниями Мойры изменился до неузнаваемости. Нереальное ощущение удвоения пространства, чуть не сбившее меня с ног в первое мгновение, вскоре объяснилось зеркалами, покрывавшими целую стену. Но в следующую секунду мое внимание уже отвлек пол, который выглядел так, будто был отлит из чистого золота. Такой же стала и лестница, по которой спускались мы с Кристофом. Как это сделали? И когда?.. Скрытые источники света, мягко освещавшие зал, удивительно гармонировали со старинными канделябрами. С их ветвей темно-красные толстые свечи капали кровью на пол...
От созерцания этого великолепия меня отвлекло царапанье бесчисленных острых взглядов. Их обладатели еще оставались смутными фигурами, заполнявшими зал, а я уже ощутила особое внимание ко мне. И, вспомнив предупреждение Кристофа о том, что меня непременно будут испытывать на 'соответствие', я поклялась себе: ему не придется меня стыдиться!
Прислушиваясь к его близости, опираясь на его сильную руку, я заставила свое сердце биться спокойно и размеренно. Превратила лицо в надменную маску, скрывшую мое смятение (боковое зрение подсказало, что теперь мое выражение лица было таким же, как и у Кристофа)...
И только потом я поняла, насколько было тихо: несмотря на огромное количество гостей, звук падающих капель воска звенел, как в пустой пещере. Но как только наши ноги коснулись пола, полилась музыка, и нас стали приветствовать ожившие статуи. Традиция, без сомнения.
Кристофу кивали, говорили комплименты, кланялись... Но смотрели на меня.
'...твое появление - причина, достаточная, чтобы равновесие нарушить...'
Удивительно, насколько разной была их одежда: камзолы и кринолины без стеснения соседствовали со смокингами и вечерними платьями. Бриллианты, рубины и сапфиры прошлого не стыдились модных сегодня минималистических украшений.
'Они вне времени', - поняла я. Просто каждый выбрал то, что ему больше нравилось. И выберет вновь, пройдя сквозь будущее неизменным. Как Кристоф. А я...
- Ваша дама прекрасна!
- Как и все, что меня окружает...
Эти яркие индивидуальности не могли составлять стаю - они собрались вместе только ради сегодняшнего дня. Среди них память выхватывала лица знаменитостей. Кого-то, к своему удивлению, я запомнила по опере, других видела впервые. Было много женщин. Они не отличались неземной красотой, но что-то в их лицах делало мое присутствие здесь неуместным...
- Вот, Диана, те, кто правит миром. Те, кто пасет стадо, - и снова улыбка, обращенная неизвестно к кому. - Владельцы несметных состояний, убежденные рабовладельцы и, конечно же, мои почетные гости!
Кристоф говорил негромко, обращаясь лишь ко мне, и 'почетные гости' вежливо занимались друг другом, подчеркнуто не обращая внимания на нас, стоявших в центре. Только иногда я ловила насмешливый взгляд, напоминающий, что каждое слово было услышано. Свидетельствующий, что все сказанное - правда. Правда, которую мне придется принять.
И действительно, было очень трудно поверить, что каждый из сотен стоявших здесь вызывал у своих слуг ужас, подобный тому, который когда-то я сама испытывала под властью Кристофа. Что у каждого было могущество, безграничные возможности и... хранилища пищи.
Но труднее всего было поверить в то, что это меня теперь не пугало.
** ** **
- Итак, графиня Измаилова, - негромко обращался Кристоф. - Мы рады вас приветствовать! Познакомьтесь, это...
...
- Вероника, ты, как всегда, прекрасна. Познакомься, это...
...
- Рад вас видеть, Роберто, познакомьтесь, это...
...
Их лица, проходя передо мной бесконечной вереницей, слились в одно: тревожащая холодная красота, гипнотический взгляд, влекущая грация движений, таящих силу дикого зверя. И только глаза у каждого гостя особенного цвета - переменчивого, как настроение их обладателя: синие - как осеннее небо, серые - как стальной клинок, карие - как крепкий кофе в деревянной чашке в маленьком городке, где...
- А это один из наиболее уважаемых гостей.
И хотя передо мной было несколько мужчин, я сразу поняла, к кому относились слова Кристофа.
- Познакомься, Диана, один из первых гостей бала, почти его основатель - Адамас.
Темные вьющиеся волосы, аккуратная ухоженная щетина - большего память не сохранила. Но и этого было достаточно, чтобы перенести меня в далекий летний вечер и услышать его слова, как наяву.
'Иди за мной!'
Адамас улыбнулся и поцеловал мне руку, не побеспокоившись спросить взглядом разрешения у Кристофа, как делали все остальные. И слишком долго ее не отпускал...
Пауза затягивалась.
Безусловно, он помнил меня. Я невольно улыбнулась в ответ, когда в памяти всплыла неуместная - а скорее наоборот - истерика, спасшая мне жизнь.
- Почти, так как основателем являешься ты, Кристоф, не так ли?.. - Его темно-карие глаза все еще не покидали моего лица, и это уже выглядело почти оскорблением.
Большая мышечная масса моего несостоявшегося убийцы с легкостью компенсировала чуть более низкий рост, чем у Кристофа. Что, впрочем, не мешало разглядеть их невероятное сходство: сила, уверенность и властность в облике делала их почти близнецами.
'Старая вражда? Соперничество?' - предположила я, отмечая их скрестившиеся взгляды, но тут Кристоф развернул меня к другим гостям.
И хотя я не обладала его сверхчувствами, от меня не укрылось, как напряжение сковало его тело, как насторожились глаза, когда он смотрел на меня исподтишка...
Вдруг музыка - ненавязчивый фон для общения - изменилась, вплетая по нарастающей в незнакомую мелодию диссонансные резкие звуки, которые в конце концов составили с ней удивительную гармонию. Едва заметная волна оживления, обежавшая зал, предсказывала приближение чего-то особенного. Но ничто не могло подготовить меня к последовавшему зрелищу.
С разных сторон на середину зала выходили пары - одна за другой, и каждая вступала в танец, никак не согласованный со стилем движений других. Не успела я подумать, что это больше всего напоминает конкурс импровизаций, как один из танцоров, подхватив свою партнершу в полунаклоне, запустил ее снарядом в стену. Пораженное 'Ах!' даже не успело вырваться из моей груди, как женщина, оттолкнувшись от стены и перевернувшись в полете, смеясь, грациозно приземлилась на каблуки-стилеты рядом со своим жестоким партнером. И началось!
С каждым последующим движением танец все больше уступал место единоборству. Дамы, подброшенные в воздух, делали сальто, приземлялись и в отместку подсекали своих партнеров, вынуждая тех отступать и уклоняться. За что мужчины поднимали их над головой и резко бросали о пол, но тщетно - изворотливые кошки всегда могли устоять! Платья, которые, казалось, должны были мешать, удивительным образом подчеркивали движения их точеных фигур...
Очень быстро я поняла, почему вышло так мало пар: огромный зал был слишком мал для их скорости и силы! Наблюдая за непринужденностью магических игр, я засомневалась, что, увидев их служанкой, посмела бы сбежать.
Однако самое поразительное было в том, как этот синтез танца и жестокой драки подчинялся дикому ритму музыки - они составляли единое целое...
- Невероятно! Ты должен был рассказать мне заранее! - я не могла оторвать взгляд от этих нечеловечески красивых танцев!
- Это мелочь, Диана... Лишь начало, - но не было в его голосе улыбки. - Ты даже представить себе не можешь, на что мы способны.
И вдруг, вслед за вступлением более спокойной музыки, напоминавшей вальс, Кристоф подхватил меня в танец. Наше кружение было классически размеренным, и мне подумалось: это к лучшему, ведь моя неуклюжесть по сравнению с остальными дамами очевидна. Расслабившись, я позволила себе идти за партнером до самого конца мелодии, и поэтому, когда прозвучали завершающие аккорды и Кристоф неожиданно подбросил меня вверх, я застыла в моменте головокружительного полета. Окруженная волнами алого шелка, я изумленно разглядывала тонкую лепнину потолка прямо перед своим лицом... А потом вдруг оказалась в руках Кристофа, лукаво улыбавшегося мне! Это было мгновение изумительной красоты, и мне так не хотелось, чтобы он меня отпускал...
Большой зал постепенно пустел, выливая толпу через стеклянные двери в сад. Я не знала, что было запланировано дальше, но понимала: это не зря - Кристоф хотел увидеть мою истинную, неподготовленную реакцию. И потому жадно впитывала впечатления от происходившего вокруг, пытаясь выстроить картину предстоящего.
Вглядываясь в лица гостей, я отмечала почти детское нетерпение, радостное предвкушение чего-то... забавного.
В отличие от гостей, Кристоф не спешил и рад не был.
Тревожное напряжение снова переполняло Кристофа, и мне захотелось стереть тяжесть с его лица. Я выбрала самый легкий тон и произнесла:
- Какими бы ни были гости, это всего лишь бал!
- Нет, не просто бал! - он покачал головой, нахмурившись, расстроенный моим непониманием. - Некоторых из них я вижу раз в год - в день приема и очень этому рад! Раньше я никого и ничего не боялся, Диана, но теперь... - он нежно провел пальцами по моей щеке, вызвав бурю во всем теле, - теперь есть ты.
Чтобы вернуть ясность ума, я отстранилась и сказала:
- Ну давай я не пойду на бал...
- Нет! - прервал меня Кристоф. - Нет, Диана! Теперь ты - часть меня, и поэтому должна всегда присутствовать на балу! Я хочу, чтобы ты узнала мое окружение, чтобы узнали тебя! Это нужно хотя бы для того, чтобы ты была в безопасности, чтобы всем стало официально известно: ты моя.
Все внутри меня пело в ответ на его слова! Хотя я и не совсем понимала, что он имел в виду, когда говорил, что я должна присутствовать на этом балу всегда, - мое время с ним было мучительно коротко. Я знала это! Десять... двадцать лет самое большее... А потом я увяну.
Огромным усилием воли я вырвалась из плена безнадежных мыслей...
Но, несмотря на все откровения, я чувствовала: причина его беспокойства - в другом. Он так и не объяснил главного.
- Кристоф, ты обещал сказать мне правду. Но так и не сказал.
Он сжал челюсти и отвернулся, не желая отвечать. Но я все равно шагнула ближе и, заглянув ему в лицо, прошептала:
- Чего ты боишься?
Неожиданно исчезнув, он возник у черного проема окна спиной ко мне и глухо произнес:
- Я боюсь, что после этого вечера ты будешь смотреть на меня так, как смотрела три года назад.
** ** **
Да, платье сидело идеально.
Оглядев свое отражение в зеркале, я вновь утвердилась в мысли: красный - определенно мой цвет. И без того яркая, а теперь еще и в волнах алого шелка, я выглядела экзотическим цветком, от которого невозможно отвести глаз! Помада в тон, длинные волосы в высокой прическе, юная сияющая кожа... Мои глаза сверкнули от радости - я соответствовала сегодняшнему событию. Посмотрим, что скажет Кристоф, когда увидит меня! Я знала - его не было рядом...
Изматывающее напряжение вчерашнего дня сменилось почти забытой холодной отстраненностью - с утра мы едва перебросились парой фраз. Мойра и Дженоб лишь обменивались молчаливыми взглядами, когда высокий силуэт надолго замирал у окна.
Сама не своя, гонимая призраками прошлого, я, наверное, в сотый раз со страхом подумала: с чем же мне сегодня придется встретиться? Какое событие могло изменить мое отношение к Кристофу до такой степени, что он боялся?
Спрашивая себя, я не могла не поразиться прихотливым изгибам судьбы. Как случилось, что это вообще стало меня волновать? Что я начала сопереживать его тревоге? Я пропустила этот момент! Как смог подобный монстр зацепить мое сердце? Ведь его суть не изменилась... Это он забрал меня у родителей! Он, а не кто-то другой, заставил смотреть на бойню, которая возвращалась ко мне снова и снова - в сотнях кошмаров. Именно он долго и безжалостно ломал меня (чтобы добиться послушания?).
Возможно, причина заключалась в том, что его любовь была нечеловеческой, и это если не прощало многое, то хотя бы... извиняло?
Как случилось, что он стал мне дорог? А ведь он стал мне дорог.
Красавица в зеркале зло тряхнула головой. Ненавижу боязнь неизвестного! Пора встретиться с ним лицом к лицу.
Еще раз полюбовавшись на себя для поднятия боевого духа, я зафиксировала на губах ослепительную улыбку и вышла из гардеробной.
Кристоф застыл у окна в той же беспокоившей меня позе: руки сложены за спиной, плечи напряжены. Весь в тревоге. И я решила отвлечь его любой ценой! Красться не имело смысла. Я нарочно звонко стучала каблучками по лестнице, недоверчиво вспоминая, как впервые боялась ступить на нее. Но он не оборачивался. Даже со спины Кристоф производил необыкновенно сильное впечатление: высокий, элегантный, подтянутый - и мой. Я улыбнулась еще шире.
- Эй, мужчина! - воскликнула я игриво, подходя к нему и предвкушая его реакцию. - Взгляните на вашу даму!
- Моя дама как всегда прекрас... - холодный, почти равнодушный голос прервался, как только он увидел меня, обернувшись.
Его не спасла ни быстрота восприятия, ни скорость мышления. Ну наконец-то! В его глазах не осталось места тревоге и переживаниям - только желанию! Я ощутила кожей, как его взгляд прошелся по мне, посылая миллион крохотных вспышек удовольствия. И его лицо озарилось тонкой улыбкой...
Нет, он не потерял дар речи. Он просто растягивал удовольствие от созерцания, а затем точно так же - медленно, наслаждаясь каждым мгновением, - подошел и взял меня за руку.
- Никогда не видел тебя такой.
- Какой?
- Ослепительной! - И из-под замка его души выскользнуло: - Как же долго я ждал этой улыбки, Диана.
Вдруг я почувствовала необыкновенное раздражение и хмуро посмотрела на дверь. Все давно собрались, и нам нужно было идти.
К дьяволу этот бал! Я хотела быть лишь с ним.
- Но пойти все-таки придется, - понимающе усмехнулся Кристоф и, пальцем приподняв мой подбородок, добавил: - Надо и остальным дать возможность полюбоваться твоей красотой! Идем, Диана, нас уже ждут...
Переплетение голосов, музыки, звона бокалов становилось четче с каждым шагом. Плавное течение приглушенных разговоров то и дело прерывалось тихими аккордами разнотонального смеха - гости уже успели осмотреться и теперь активно общались между собой.
Их было много.
- Боишься? - Кристоф посмотрел на меня с прежним беспокойством. От полного зала нас отделяло всего несколько шагов.
- Нет. - Мне действительно не было страшно, и, улыбнувшись, я объяснила почему: - Ведь ты рядом.
Он коснулся моей щеки, отдалив весь мир на мгновение...
- Ты даже представить не можешь, как приятны мне твои слова! - обжег улыбкой и повлек за собой к лестнице, спускавшейся в зал, снова включая окружающую нас реальность на полную громкость.
И бал ворвался, подавляя впечатлениями!..
Огромный зал, в котором я бывала много раз, стараниями Мойры изменился до неузнаваемости. Нереальное ощущение удвоения пространства, чуть не сбившее меня с ног в первое мгновение, вскоре объяснилось зеркалами, покрывавшими целую стену. Но в следующую секунду мое внимание уже отвлек пол, который выглядел так, будто был отлит из чистого золота. Такой же стала и лестница, по которой спускались мы с Кристофом. Как это сделали? И когда?.. Скрытые источники света, мягко освещавшие зал, удивительно гармонировали со старинными канделябрами. С их ветвей темно-красные толстые свечи капали кровью на пол...
От созерцания этого великолепия меня отвлекло царапанье бесчисленных острых взглядов. Их обладатели еще оставались смутными фигурами, заполнявшими зал, а я уже ощутила особое внимание ко мне. И, вспомнив предупреждение Кристофа о том, что меня непременно будут испытывать на 'соответствие', я поклялась себе: ему не придется меня стыдиться!
Прислушиваясь к его близости, опираясь на его сильную руку, я заставила свое сердце биться спокойно и размеренно. Превратила лицо в надменную маску, скрывшую мое смятение (боковое зрение подсказало, что теперь мое выражение лица было таким же, как и у Кристофа)...
И только потом я поняла, насколько было тихо: несмотря на огромное количество гостей, звук падающих капель воска звенел, как в пустой пещере. Но как только наши ноги коснулись пола, полилась музыка, и нас стали приветствовать ожившие статуи. Традиция, без сомнения.
Кристофу кивали, говорили комплименты, кланялись... Но смотрели на меня.
'...твое появление - причина, достаточная, чтобы равновесие нарушить...'
Удивительно, насколько разной была их одежда: камзолы и кринолины без стеснения соседствовали со смокингами и вечерними платьями. Бриллианты, рубины и сапфиры прошлого не стыдились модных сегодня минималистических украшений.
'Они вне времени', - поняла я. Просто каждый выбрал то, что ему больше нравилось. И выберет вновь, пройдя сквозь будущее неизменным. Как Кристоф. А я...
- Ваша дама прекрасна!
- Как и все, что меня окружает...
Эти яркие индивидуальности не могли составлять стаю - они собрались вместе только ради сегодняшнего дня. Среди них память выхватывала лица знаменитостей. Кого-то, к своему удивлению, я запомнила по опере, других видела впервые. Было много женщин. Они не отличались неземной красотой, но что-то в их лицах делало мое присутствие здесь неуместным...
- Вот, Диана, те, кто правит миром. Те, кто пасет стадо, - и снова улыбка, обращенная неизвестно к кому. - Владельцы несметных состояний, убежденные рабовладельцы и, конечно же, мои почетные гости!
Кристоф говорил негромко, обращаясь лишь ко мне, и 'почетные гости' вежливо занимались друг другом, подчеркнуто не обращая внимания на нас, стоявших в центре. Только иногда я ловила насмешливый взгляд, напоминающий, что каждое слово было услышано. Свидетельствующий, что все сказанное - правда. Правда, которую мне придется принять.
И действительно, было очень трудно поверить, что каждый из сотен стоявших здесь вызывал у своих слуг ужас, подобный тому, который когда-то я сама испытывала под властью Кристофа. Что у каждого было могущество, безграничные возможности и... хранилища пищи.
Но труднее всего было поверить в то, что это меня теперь не пугало.
** ** **
- Итак, графиня Измаилова, - негромко обращался Кристоф. - Мы рады вас приветствовать! Познакомьтесь, это...
...
- Вероника, ты, как всегда, прекрасна. Познакомься, это...
...
- Рад вас видеть, Роберто, познакомьтесь, это...
...
Их лица, проходя передо мной бесконечной вереницей, слились в одно: тревожащая холодная красота, гипнотический взгляд, влекущая грация движений, таящих силу дикого зверя. И только глаза у каждого гостя особенного цвета - переменчивого, как настроение их обладателя: синие - как осеннее небо, серые - как стальной клинок, карие - как крепкий кофе в деревянной чашке в маленьком городке, где...
- А это один из наиболее уважаемых гостей.
И хотя передо мной было несколько мужчин, я сразу поняла, к кому относились слова Кристофа.
- Познакомься, Диана, один из первых гостей бала, почти его основатель - Адамас.
Темные вьющиеся волосы, аккуратная ухоженная щетина - большего память не сохранила. Но и этого было достаточно, чтобы перенести меня в далекий летний вечер и услышать его слова, как наяву.
'Иди за мной!'
Адамас улыбнулся и поцеловал мне руку, не побеспокоившись спросить взглядом разрешения у Кристофа, как делали все остальные. И слишком долго ее не отпускал...
Пауза затягивалась.
Безусловно, он помнил меня. Я невольно улыбнулась в ответ, когда в памяти всплыла неуместная - а скорее наоборот - истерика, спасшая мне жизнь.
- Почти, так как основателем являешься ты, Кристоф, не так ли?.. - Его темно-карие глаза все еще не покидали моего лица, и это уже выглядело почти оскорблением.
Большая мышечная масса моего несостоявшегося убийцы с легкостью компенсировала чуть более низкий рост, чем у Кристофа. Что, впрочем, не мешало разглядеть их невероятное сходство: сила, уверенность и властность в облике делала их почти близнецами.
'Старая вражда? Соперничество?' - предположила я, отмечая их скрестившиеся взгляды, но тут Кристоф развернул меня к другим гостям.
И хотя я не обладала его сверхчувствами, от меня не укрылось, как напряжение сковало его тело, как насторожились глаза, когда он смотрел на меня исподтишка...
Вдруг музыка - ненавязчивый фон для общения - изменилась, вплетая по нарастающей в незнакомую мелодию диссонансные резкие звуки, которые в конце концов составили с ней удивительную гармонию. Едва заметная волна оживления, обежавшая зал, предсказывала приближение чего-то особенного. Но ничто не могло подготовить меня к последовавшему зрелищу.
С разных сторон на середину зала выходили пары - одна за другой, и каждая вступала в танец, никак не согласованный со стилем движений других. Не успела я подумать, что это больше всего напоминает конкурс импровизаций, как один из танцоров, подхватив свою партнершу в полунаклоне, запустил ее снарядом в стену. Пораженное 'Ах!' даже не успело вырваться из моей груди, как женщина, оттолкнувшись от стены и перевернувшись в полете, смеясь, грациозно приземлилась на каблуки-стилеты рядом со своим жестоким партнером. И началось!
С каждым последующим движением танец все больше уступал место единоборству. Дамы, подброшенные в воздух, делали сальто, приземлялись и в отместку подсекали своих партнеров, вынуждая тех отступать и уклоняться. За что мужчины поднимали их над головой и резко бросали о пол, но тщетно - изворотливые кошки всегда могли устоять! Платья, которые, казалось, должны были мешать, удивительным образом подчеркивали движения их точеных фигур...
Очень быстро я поняла, почему вышло так мало пар: огромный зал был слишком мал для их скорости и силы! Наблюдая за непринужденностью магических игр, я засомневалась, что, увидев их служанкой, посмела бы сбежать.
Однако самое поразительное было в том, как этот синтез танца и жестокой драки подчинялся дикому ритму музыки - они составляли единое целое...
- Невероятно! Ты должен был рассказать мне заранее! - я не могла оторвать взгляд от этих нечеловечески красивых танцев!
- Это мелочь, Диана... Лишь начало, - но не было в его голосе улыбки. - Ты даже представить себе не можешь, на что мы способны.
И вдруг, вслед за вступлением более спокойной музыки, напоминавшей вальс, Кристоф подхватил меня в танец. Наше кружение было классически размеренным, и мне подумалось: это к лучшему, ведь моя неуклюжесть по сравнению с остальными дамами очевидна. Расслабившись, я позволила себе идти за партнером до самого конца мелодии, и поэтому, когда прозвучали завершающие аккорды и Кристоф неожиданно подбросил меня вверх, я застыла в моменте головокружительного полета. Окруженная волнами алого шелка, я изумленно разглядывала тонкую лепнину потолка прямо перед своим лицом... А потом вдруг оказалась в руках Кристофа, лукаво улыбавшегося мне! Это было мгновение изумительной красоты, и мне так не хотелось, чтобы он меня отпускал...
Большой зал постепенно пустел, выливая толпу через стеклянные двери в сад. Я не знала, что было запланировано дальше, но понимала: это не зря - Кристоф хотел увидеть мою истинную, неподготовленную реакцию. И потому жадно впитывала впечатления от происходившего вокруг, пытаясь выстроить картину предстоящего.
Вглядываясь в лица гостей, я отмечала почти детское нетерпение, радостное предвкушение чего-то... забавного.
В отличие от гостей, Кристоф не спешил и рад не был.
