Глава 1. Заснеженный гость.
Прогноз погоды оправдался: ещё с утра приложение в мобильном телефоне обещало три снежинки из грязно-голубой тучки. Для автомобилистов это грозило кошмаром многокилометровых пробок, а вот Саша любила красоту снегопадов. Закутавшись в клетчатый плед, пропахший бабушкиным шоколадным табаком, включив вместо люстры ночник, который помнил, наверное, ещё Брежнева, наслаждаясь горячим какао, она забралась с ногами на широкий подоконник и расслабилась. Сегодня она могла себе это позволить: последний реферат Саша дописала и сдала ещё накануне, к очередной статье планировала приступить грядущим утром, а зачётов в институте пока не предвиделось.
За окном валил снег. Снежинки цеплялись друг за друга, и, уносимые слабым ветром, исчезали в вечернем мраке. Если бы не свет уличных фонарей, выхватывающий их ненадолго из темноты, распознать снегопад было бы сложно. А так было что-то чарующее, волшебное в этом зимнем танце в конусах холодного света.
Квартира Саши находилась на третьем этаже современного высотного здания, а окна выходили на бульвар, относительно недавно облагороженный городскими властями. Сидя в своём теплом и уютном убежище, Саша любовалась не только пляской падающего снега, но и покоем зимней улицы. Изогнутые скамейки уже скрылись под белой периной такой толщины, что уложили бы на неё самую капризную принцессу в мире, та бы ни за что не почувствовала спрятанную горошину. Деревья, высаженные где-то в ряд, где-то кучками, где-то в шахматном порядке, лишившиеся на зиму своего лиственного одеяния, принарядились в белые пушистые свитера и кофты. Ели и сосны отдали предпочтение мощным погонам и эполетам на своих многоярусных плечах. Кустов, походивших до снегопада на потемневшие тонкие кости какого-то ископаемого чудовища, теперь вовсе не было видно под гладкими сугробами. И главное, никто не мешал этому творческому процессу мастера, именуемого Зимой. Прохожие, конечно, были, но все они держались поближе к домам и тротуарам, избегая бульвара. И спешили, бежали, бегло озираясь, натянув капюшоны и хохлясь, будто засыпающие птицы на насесте.
Только один человек привлёк Сашино внимание – она даже чашку отставила в сторону и прищурилась, разглядывая, хотя на зрение никогда не жаловалась.
Это был мужчина, и шёл он по бульвару: без шапки, в расстёгнутом пальто, спрятав руки в карманы, прямо по сугробам, вспахивая их точно кибитка из поэмы Пушкина. Вернее, медленно брёл, покачиваясь и с трудом переставляя ноги. Сверху было видно не слишком хорошо, но и этого Саше хватило, чтобы понять – дело не только в снежных заносах. С мужчиной явно было что-то не так. Он остановился возле лавочки прямо напротив Сашиного окна, поставил на неё что-то, а следом сам сел, не удосужившись даже немного расчистить себе место.
Саша сама не поняла, что её так сильно возмутило, но она даже подпрыгнула на месте, прильнула к холодному стеклу и процедила сквозь зубы:
¬¬– Ты что творишь?
Мужчина качнулся вперёд, упёрся локтями в колени, а руками обхватил тяжёлую, неумолимо клонящуюся голову, и так и остался сидеть.
Саша смотрела на него, не отрываясь, и всё ждала, что он придет в себя, поднимется и продолжит свой путь. Или какой-нибудь случайный прохожий заинтересуется заснеженной фигурой на скамейке. Но ничего не менялось: мужчина продолжал сидеть не двигаясь, а люди бежали, спешили мимо.
А минуты шли, торопились. Саше так и вовсе чудилось, что прошли часы. Вконец осознав, что её надежды тщетны, она спрыгнула с подоконника и, так и не сбросив с плеч плед, поспешила в комнату к брату.
Егор не запирал дверь на замок, зная, что сестра уважает его личное пространство и никогда не входит, предварительно не постучав. Но сейчас Саша торопилась, поэтому бегло, но звучно ударила костяшками пальцев в дверь и сразу же нажала на ручку.
– Егор! – громко оповестила она о своём появлении.
Брат, как и предполагалось, сидел за компьютером и ничуть не возмутился. Щёлкнув в очередной раз клавишей мыши, он неспешно крутанулся на компьютерном кресле и оказался к сестре лицом.
– Что случилось? – спросил он спокойно. – У нас пожар?
– Нет, – бросила Саша, – нужна твоя помощь. Там человек замерзает.
Светлые брови Егора удивлённо приподнялись, а глаза метнулись из стороны в сторону, будто человек, о котором шла речь, мог оказаться справа или слева от него.
– Где? – наконец уточнил он. – И причем здесь я?
– Там!
Отвечая на первую часть вопроса, Саша резко распахнула плотные, тёмно-серые шторы. Егор нехотя посмотрел за окно и увидел того несчастного, о котором так беспокоилась его сестра.
– Ну, вызови скорую или МЧС, – посоветовал он нехотя, – я вроде не похож ни на того, ни на другого.
– Они меня пошлют, – упрямо заявила Саша, – а если не пошлют, то пока доедут, уже катафалк понадобится. Егор, пошли, мне без твоей мужской силы не справиться.
Егору осталось только обречённо вздохнуть. Старшую сестру он любил всем сердцем и помог бы, даже если бы не видел смысла в задуманном. К тому же он прекрасно знал, что, если уж Саша что-то задумала, ничто не в силах её от этого отвратить.
– И что ты конкретно собираешься делать? – уточнил он, надевая пуховик.
– Не знаю, – Саша сама спешно всунула ноги в заранее зашнурованные по её ноге зимние ботинки, – но сидеть и наблюдать, как человек погибает – точно нет.
– Мать Тереза, – подытожил Егор и закрыл дверь в квартиру на ключ.
Лифт в высотной новостройке был скоростным, и им понадобилось всего пара секунд, чтобы оказаться на первом этаже. Саша спешила, почти бежала. Егор не отставал, но лишь потому, что не хотел выглядеть бесчувственным.
Мужчина сидел в прежней позе. Увидев его вблизи, Саша наспех оценила, что он точно не пропитой алкоголик – пальто было дорогим, фирменным, хотя в брендах Саша разбиралась не слишком хорошо. Она тронула мужчину за плечо, потрясла и позвала, вот только он не отреагировал. Егор присел на корточки и попытался заглянуть незнакомцу в лицо, но тут же отскочил, брезгливо морщась.
– Да он бухой в жопень!
И, уловив укоризненный взгляд сестры, добавил возмущённо:
– Чего ты смотришь, филолог! Ну, в зюзю, в дребодан, в какашку – это сути не меняет.
Егор заметил предмет, который мужчина положил на скамейку перед тем, как усесться, и, издав торжествующий вопль, схватил его. Это оказалась бочкообразная бутылка с темно–янтарным напитком, выпитая наполовину.
– Ого, вискарь! Двенадцатилетний. Неплохо так, понятно, чего этот морж так наклюкался. Не первая, небось к тому же.
– Что-то ты больно продвинутый для шестнадцати лет, – осадила Саша строго.
– Жизнь – непредсказуемый учитель, – выкрутился Егор. – С этом–то, что в итоге делать будем?
Саша сама присела. В отличие от брата запах алкоголя её не отпугнул, а даже, наоборот, успокоил. Раз был – значит человек дышал, а раз дышал – значит живой. К тому же на какой-то краткий миг, словно почувствовав внимание к себе, мужчина слабо открыл глаза и бессмысленно взглянул на Сашу.
Для неё это стало очередным сигналом. Девушка решительно выпрямилась и ответила брату:
Замёрзнет.
– И что ты предлагаешь? – продолжил уточнять Егор, но встретив многозначительный, твердый взгляд сестры, протестующие закачал головой.
– Нет, нет и ещё раз нет. Даже не думай, сердобольная ты моя.
– И что, бросить его тут умирать? Перебрал мужик, с кем не бывает. Приговорить его теперь за это?
– Что мы, судьи что ли, приговаривать? Но тащить домой первого встречного, в стельку пьяного – перебор, знаешь ли. Вон, давай в подъезд допрём, там согреется, очухается, такси, может, себе вызовет.
Саша покосилась на ближайшую пятиэтажку, о которой говорил брат. Обшарпанная панелька, явно пережившая полувековой юбилей, взывала к сносу. Но в окнах её: и в современных пластиковых, и древних деревянных – горел уютный жёлтый домашний свет. В одних он приглушался шторами, в других струился через поблекшие от городской пыли стекла на улицу прямо из плафонов люстр: причудливых, классических, старомодных. А кое-где еще и мелькали фигуры хозяев квартир, занятых вечерними заботами.
Несмотря на это Саша скорчила Егору укоризненную физиономию.
– Ты забыл, кто в таких хрущевках живёт теперь? Пока он в этом подъезде в себя придет, его уже до трусов разденут.
– Не факт.
– Рискнешь проверить?
Егор бы рискнул, если бы был уверен, что ему это не будут потом припоминать. А так он глухо выругался себе под нос:
– Флоренс Найтингейл, блин, – и попробовал поднять заснеженного незнакомца.
Это оказалось непросто даже ему. Егор не фанатично, но регулярно посещал тренажёрный зал, пользуясь приятельскими отношениями с его хозяином, потому на отсутствие силы и выносливости не жаловался. Ростом же он был больше ста восьмидесяти сантиметров, что в его шестнадцать лет воспринималось окружающими как нечто удивительное.
Мужчина оказался немного пониже Егора, но и худобой и вялостью не отличался. И, к тому же, не проявлял ни малейшего стремления помочь в попытках себя приподнять.
Егор прыгал возле, пытаясь то так, то сяк подлезть под руки незнакомца. В конце концов, оставив пустые надежды, он просто присел, быстро отвёл руку мужчины в сторону и поднырнул под неё.
– Выдерну сустав – не обижаться, – прошептал при этом сквозь зубы.
– Погоди ты, – Саша, воспользовавшись моментом, пристроилась с другой стороны, – давай вместе.
– Бутылку возьми, – и, прекрасно зная, как сестра сейчас на него смотрит, пояснил. – Чего? Я заслужил.
– Не рановато?
– Разберёмся. Жирновато как-то двенадцатилетний на лавке бросать.
Саша подцепила бутылку и убрала в широкий глубокий карман куртки. Затем синхронно с братом поднялась и тут же почувствовала, какого это – тащить на своём горбу человека, раза в два тяжелее тебя самого. И это ещё основной вес на себя принял Егор.
Тут спасаемый немного пришёл в себя, пробормотал что-то невнятное и тихое и даже сделал самостоятельно несколько шагов.
– Вот, молодец, – тут же подхватил Егор. – Давай в том же духе и до дома быстрее дотянем.
Быстрее, может, и получилось, но не слишком. Мужчина хоть и переставлял ноги, но делал это неловко, спотыкаясь и постоянно норовя упасть. Саша была ниже Егора, что ещё больше затрудняло перемещение, а сам Егор мужественно терпел и тащил на своих плечах основную ношу.
Кое-как они добрались до подъезда, зашли внутрь и тут же попали под цепкое внимание консьержки тёти Любы. Полная, рыжеволосая, в круглых очках, она чем-то напоминала сову. И даже шею вытянула подобно этой ночной птице, едва заметила вошедших.
– Кузнецовы, это что такое? – заухала возмущённо она.
– Это, тётя Люба, не что, а кто, – тяжело дыша от усталости объяснила Саша. – Друг мой, на корпоративе перегулял малёк.
– А у него что, своего дома нет? Что вы пьянь всякую к нам тащите?
– А мы его не на лестницу и не к вам в каморку ведём! А что в нашей квартире делается – вас не касается!
Саша не имела привычки дерзить старшим, однако сейчас, когда плечи ломило, в груди саднило, а ноги еле двигались от усталости, недовольная дотошность консьержки просто вывела её из себя.
– Не касается, не касается! – затараторила вслед тётя Люба. – Я вот сейчас полицию вызову и посмотрю, что вы потом скажете.
– Вызывайте, тёть Люб. Только не шумите, а то эта самая полиция вас оштрафует за нарушение тишины.
От дальнейшей перепалки брату и сестру спас лифт. Двери открылись, и Егор едва ли не впихнул пьяного мужчину внутрь. Саша запрыгнула следом и быстро нажала на кнопку своего этажа.
– Теперь ещё весь подъезд судачить будет, – устало выдохнул Егор. – Мало им, что мы без родителей живём, так теперь ещё и это.
– Пусть судачат, если заняться больше нечем. Много ты с ними общаешься, что ли?
Лифт остановился, створки разъехались, и Егор уже без помощи сестры выволок почти бессознательное тело на лестничную площадку. Саша же как могла скоро открыла ключами квартиру и широко распахнула дверь.
Самое сложное, как ей казалось, было позади. Егор втащил мужчину в квартиру и с явным облегчением без особой заботы усадил его на табурет в прихожей, прислонив к стене так, чтобы пьяный не свалился.
– Ну всё, миссия выполнена, – выдохнул он. – Что дальше?
Саша оценивающе взглянула на мужчину. На улице она его не разглядывала внимательно: темно было, да и не до того. Теперь же, под светом люстры в коридоре и в тепле, смогла понять, кого вытащила из снежных объятий зимы.
Спасённый оказался молодым мужчиной. Русые волосы его были аккуратно подстрижены, овальное лицо без каких-либо примечательных особенностей, гладко выбрито. На вид ему было около или чуть за тридцать лет. Если бы не дорогая одежда и прихваченный алкоголь, предположить, что это – состоятельный человек, было бы сложно. Оказался он каким-то простым, обыкновенным мужчиной, которых так много в толпе вокруг.
– Надо его раздеть, – решила Саша, – переодеть в сухое. Сколько он под снегом сидел, небось промок насквозь.
– А ванну ему не сделать? – недовольно фыркнул Егор. – Я всё могу понять, Саш, но это уже перебор какой -то.
– Я не уверена, что человеку в его состоянии нужна ванна – давление скаканёт ещё, – пропустила Саша иронию брата. – Давай, помоги мне снять с него пальто и ботинки и перетащить в мою комнату. И дай какие-нибудь штаны там, футболку. Если уж взялись, надо идти до конца.
– Я даже боюсь озвучить, сколько ты мне за это будешь должна, – сострил Егор. – А если серьёзно: ты собираешься уложить в своей комнате абсолютно незнакомого пьяного мужика? Сестра, у тебя с инстинктом самосохранения всё нормально?
– У тебя переночую, – спокойно ответила Саша, уже начиная снимать с мужчины пальто. – Ты всё равно всю ночь за своим компом просидишь. И не в свои же шмотки мне его переодевать? Ну и, если что, у меня шокер есть.
– Откуда?
– От Илюхина остался, – Саша нахмурились, не испытывая ничего приятного от кратких воспоминаний. – Ты мне поможешь или как?
Егор только качнул головой и всё же помог сестре избавить спасённого от и без того тяжёлого, а теперь ещё и промокшего пальто. Пока Саша разбиралась с ботинками мужчины, он пристроил пальто на вешалку и вместе с тем прощупал, что карманы верхней одежды оказались не пустыми.
– Саш, смотри.
Она подняла голову и увидела в руках брата толстый кожаный бумажник и телефон. Егор открыл кошелёк, пробежал пальцами по картам, нашёл и вытащил водительское удостоверение.
– Ну да, он самый, – заключил он, сверив фотографию, – знакомься, сестра. Филатов Дмитрий Сергеевич, двадцать восемь лет.
– Отлично, – Саша на миг задумалась. – Хоть знаем, как к нему обращаться, в случае чего. А сможешь телефон разблокировать?
– Хочешь друзей – знакомых найти?
– Чем чёрт не шутит. Может, приедут, заберут его.
Идея Егору понравилась, вот только повнимательнее рассмотрев телефон, он понял, что не так уж всё и просто.
– Модель из последних, – задумчиво пояснил он, – косарей сто, не меньше.
– И что, они не умеют звонить? – усмехнулась Саша на это замечание.
Брат её тут же осадил.
– Умеют ещё как. После разблокировки. Только её сделать может только владелец телефона. Тёмная ты, ей богу.
– Вообще никак?
Саша даже расстроилась. Не столько из-за осторожности, сколько из-за сочувствия ей хотелось, чтобы за мужчиной кто-нибудь приехал. А Егор, между тем, задумчиво ответил:
