Свидетели убийства, вернее казни, утверждали, что де Истель заявил во всеуслышание – что поторопился. После чего он начертил руну вызова и оживил убитого офицера. Вернее, возродил тело, так как офицер был мертв, а его сущность покинула мир Возгорья.
Но на этом история не закончилась. Некромант приказал жрецу обвенчать восставшего зомби и заплаканную девчушку, последняя правда от подобной участи едва не рухнула в обморок. Но некромант поспешно объяснил, что после церемонии зомби он упокоит, как только девушка получит имя, пенсию вдовы офицера и состояние последнего. Он даже предложил оставить зомби в хозяйстве девушки. Но та от предложения некроманта отказалась, а отец невесты с радостью отрубил голову новоиспеченному зятю.
Эта история пронеслась в голове наемника, и он понял – пощады не будет, хуже того, некромант и умереть просто так не позволит. Яд давно ждал своего часа, ведь в профессии наемника всякое случалось, и смерть зачастую была не худшей участью. Наемник проглотил яд и упал замертво, пребывая в полной уверенности в последние секунды перед смертью, что обретет таким способом покой.
Де Истель, однако, только усмехнулся и покачал головой. Люди, подумал он, ничего они не знали о магии. Яд убивал человека, разъедал плоть. Вот обычные люди и верили, что поднять из могилы принявшего зелье было невозможно. Слабый некромант действительно не смог бы вернуть этого наемника, чье сердце уже не билось в груди. Но для повелителя мертвых, который на щелчок пальцев возрождал тысячи умерших солдат и поднимал захоронения древности, возвращение наемника было одной песчинкой в часах.
Де Истель опустился на колени и начертил самый простейший символ на земле. Смерть, вместе с отнятыми жизнями, витала в воздухе. Несколько слов заклятия подчинения, и наемники неловко поднялись. Тела еще не подчинялись новоиспеченным зомби.
- Идите к мельнице за городом. Ни с кем не говорить, никого не убивать. Ждать меня, пока я не приду. Повинуйтесь!
Де Истель несколько минут смотрел вслед зомби, которые с каждым шагом двигались увереннее. Жалость? Сострадание? Убийцы и похитители, на его взгляд, заслуживали только смерти…
А вот вернувшись в лавку, он застал занимательную картину. Виктория и Кронш сидели на невысоких стульях и яростно играли в шахматы, судя по недоумению на лице старого торговца, он проигрывал.
- Это невозможно… - бормотал старик.
- У меня были хорошие учителя, - усмехнулась по-доброму Торьяш. - Шах и мат.
Кронш поднял взгляд от шахматных фигур и заметил де Истеля, замершего у дверей. Некромант пах смертью, яростью и злостью.
Торьяш проследила за взглядом старика и улыбнулась лорду-декану, стараясь не зажать нос от запаха разложения, который витал вокруг некроманта.
- Я упакую шахматы. Ты честно их выиграла.
Де Истель вопросительно приподнял брови, как только Кронш вышел в соседнюю комнату с шахматами в руках.
- Вижу, малышка, ты не теряла время.
Как и вы, замерло на губах Торьяш, но она благоразумно промолчала, не забывая, что для хозяина лавки не было секретов в его владениях.
- Я, пожалуй, помогу господину Кроншу.
Торьяш скользнула в соседнюю комнату за стариком.
Кронш насмешливо посмотрел на нее.
- Что-то еще? - спросил он, передовая упакованные в резной ящик шахматы.
- Да, я тут подумала о бескорыстных порывах… И в качестве жеста доброй воли, - Торьяш хмыкнула и нарисовала на бумаге два тайных выхода, которые вели прочь из лавки.
Кронш побагровел.
- Выходов всего четыре. Два я могу указать, как вы видите, с точностью до сантиметра. Другие два чувствую, но, чтобы найти их, мне потребовалось бы обыскать лавку и дом.
После этих слов гостьи старик побледнел. Стража, наемники, воры. У Кронша было много противников и врагов. Но он всегда считал, что о двух потайных ходах никому не известно.
Она взяла еще один лист бумаги и начертила символ.
- Нарисуйте его на дверях и активируйте с помощью собственной крови, тогда никто не пройдет там без вас.
Кронш спрятал листок бумаги в грудном кармане.
- И что я должен за это, миледи? - по-деловому поинтересовался он.
- Ничего, - улыбнулась Торьяш. - Если только разрешение как у лорда-декана, чтобы я могла иногда заходить в вашу лавку.
Старик низко поклонился.
- Вы всегда будете здесь желанной гостьей, миледи.
Де Истель уже хотел отправиться следом за исчезнувшей студенткой, так как его вновь охватило беспокойство. Не сбежала ли девушка, как и он, через потайной выход? Но Торьяш вернулась, прижимая к груди небольшой ящик. Кронш выглядел обеспокоенным и взволнованным. После чего поспешно проводил их до двери. Причем, Року он едва кивнул. А затем произошло довольно странное событие. Кронш впервые на веку Рока поклонился женщине и поцеловал ее ладонь, будто перед ним была королева, а не малолетняя девчонка.
- Буду с нетерпением ждать с вами встречи.
- У вас тут так занимательно и столько интересных вещей, что я буду частой гостьей.
Де Истель на улице вновь подхватил Торьяш за локоть, опасаясь, что наемников было больше нежели те двое убитых и возрожденных, ведь допросить их он так и не успел.
- Я отведу тебя в школу, - предложил некромант, бросая обеспокоенные взгляды по сторонам.
- Нет, я хочу еще погулять, - возразила Торьяш, у которой были свои планы на поиск собственных преследователей.
- Это плохая идея, - не замедляя шага, сообщил де Истель. Он намеривался обезопасить девушку, а затем допросить зомби.
- Почему? - выдохнула Торьяш, пытаясь приноровиться к размашистым шагам некроманта, а также выдернуть руку из захвата.
Де Истель замешкался, пугать ее в его планы не входило.
- Де Зуар с друзьями ждет меня в таверне, - сообщила Торьяш. - Я обещала, что приду.
- Хорошо, - неожиданно согласился он, - я отведу тебя в таверну. Может, так оно будет и лучше, - пробормотал он последние слова себе под нос.
Торьяш вздохнула, она надеялась, что, не взирая на то что в городе только смеркалось, Стев с друзьями был уже в таверне. Что-то подсказывало ей, что одну ее некромант в городе не оставит. К тому же она чуяла его страх и беспокойство, и это ей не нравилось. Впрочем, как и тени, преследующие ее, и запах смерти вокруг некроманта...
Де Зуар поглядывал на двери, не желая пропустить появления девушки. Конечно в тавернах чародейки редко появлялись, зачастую это были дочери купцов и чиновников, которые могли оплатить обучение дочерей в элитной школе.
Но вот сегодня, в первые выходные нового учебного года в таверне были одни маги, обычные люди и девушки для развлечений.
- Почему нет чародеек? - спросил Стев.
Дидье рассмеялся.
- А ты еще не слышал?
- Что? - рассеянно спросил молодой маг.
- За пару недель до начала занятий в таверне произошла драка из-за какой-то аристократки. В тот день разгромили полтаверны. Так что теперь вход для леди закрыт.
Стев недоверчиво поднял взгляд.
- Ну ты даешь, - хохотнул Дидье. - Неужели даже вывеску не прочел на входе?
- И что там? - недовольно уточнил маг.
Друзья, которые вывеску прочли, переглянулись и расхохотались...
Де Истель придержал девушку за локоть, не позволяя ей сделать следующий шаг.
- Ты уверена, что де Зуар ждет тебя именно здесь? - уточнил он.
Торьяш проследила за взглядом некроманта и рассмеялась, так как вывеска над дверью гласила:
- Вход запрещен истинным леди, хозяин таверны не несет ответственность за честь и достоинство вышеупомянутых.
- Забавная вывеска, - хмыкнула Торьяш.
Хозяин таверны ей уже нравился. Умный мужик. После прочитанного ни одна леди не переступит порога трактира. Но вот подчеркнутое прилагательное – истинная – давало возможность для полета фантазии. Какая женщина не считает себя истинной леди, если не по рождению, то хотя бы по духу?
Де Истель вопросительно посмотрел на веселящеюся девушку, не понимая, что ее так рассмешило.
- Я не леди, - напомнила Торьяш, усмехнувшись.
Он хотел было возразить, но промолчал. За городом его ждали зомби, которых надо было допросить и окончательно упокоить.
- Если де Зуара там нет, мы уйдем, - предупредил он, так и не выпустив локоть девушки из цепкого захвата.
- Хорошо, - согласилась Торьяш, которую уже порядком разозлило подобное внимание де Истеля к ее персоне. Ведь она с раннего детства привыкла сама о себе заботиться. Нет, родные всегда поддерживали ее, но никогда не пытались загнать ее в определенные рамки, признавая ее право на самостоятельность, а порой и на право совершать глупости.
К радости Торьяш – де Зуар сидел за столом и непонимающе смотрел на друзей, которые хохотали над какой-то шуткой. Но стоило студентам увидеть де Истеля, и смех стих.
Некромант подошел к столу, усадил девушку на жесткую лавку, сверля притихших студентов пронзительным взглядом.
- Вы уделите мне несколько минут, милорд? - спросил он, обращаясь к де Зуару.
Тот побледнел и поспешно вскочил с лавки, едва не разлив пиво, после чего последовал за некромантом, который, не дожидаясь студента, направился к стойке.
Разговор преподавателя и студента был предельно коротким.
- Я могу на вас положиться?
Стев удивленно посмотрел на некроманта: парень даже не мог мечтать, что наступит тот день, когда Рок де Истель обратится к нему с просьбой. Парень расправил плечи, он был готов выполнить любой приказ, ведь в его иерархии кумиров, высший некромант занимал вторую ступень, на первой безраздельно властвовал Алар де Шуар.
- Да, - выдохнул молодой де Зуар.
- Я прошу вас присмотреть за мисс Лорн. Не оставляйте ее одну даже на минуту. Если я не приду к десяти вечера, доставьте ее в школу вместе с друзьями.
Де Зуар хмуро кивнул.
- Ей грозит опасность? - обеспокоенно уточнил уже не просто обычный парень, веселящийся в трактире с друзьями, а темный маг, которого с первого курса в Кашире учили ответственности.
- Да, - не стал лукавить и лгать де Истель. - Но не стоит говорить об этом самой девушке. Если все удачно сложится – улицы нашего города будут для нее безопасны.
Стев подумал об Евгении. Ее отец обещал отомстить за дочь, а аристократы могли далеко зайти в попытке смыть позор, даже если речь шла о школьном розыгрыше.
- Я позабочусь о Виктории.
Де Истель кивнул, едва удержавшись, чтобы по-отечески не потрепать парня по волосам. Старший де Зуар нравился Року твердостью характера и стремлением к цели – стать мастером темного искусства. Парень обещал сделать хорошую карьеру, ведь он сразу стал одним из любимчиков Алара, а это дорогого стоило, учитывая высокие требования темного магистра.
Де Истель споткнулся на ровном месте, когда вспомнил о друге. Он мог бросить зов, но не стал. Почему-то ему не хотелось рассказывать о наемниках даже Алару. Кто бы ни преследовал девушку, он сам собирался с ними расправиться.
Парни за столом очнулись только после ухода де Истеля.
- Вот скажи, Тори, что они в тебе нашли, - спросил Дидье, с любопытством разглядывая девушку, которая не соответствовала его критериям и канонам красоты.
Остальные парни за столом благоразумно промолчали... никто не желал нажить врага в лице де Шуара или де Истеля.
- А тебе не приходило в голову, что они просто обо мне заботятся?
Дидье задумался, а потом покачал головой.
- Не…а, - хмыкнул парень. - Де Прок точно воспылал к тебе чувствами.
- Он не в моем вкусе, - фыркнула Торьяш.
- А кто в твоем вкусе? - вкрадчиво спросил маг, наклоняясь ближе к девушке.
«Красив гад», - подумала она. Подавшись порыву, она дернула белоснежную прядь волос парня.
- Блондинов люблю, - томно и мечтательно произнесла Торьяш и захлопала ресницами, имитируя поведение аристократок Рандала.
Дидье испугано отпрянул, едва не рухнув с лавки. Он опешил от неожиданности и сказанных слов, будто Торьяш призналась, что мечтает предстать с ним в храме перед ликом Света, дабы провести брачный обряд.
Маг выглядел столь комично, что Торьяш не выдержала и расхохоталась.
Рассмеялись все, в том числе и Стев, не забывая правда следить за двумя выходами из таверны. Последним улыбнулся Дидье, хотя его улыбка была немного натянутой.
- Лучше не пугай меня так, а то сердце не выдержит.
- Ничего, у темных магов сильное сердце, - безжалостно заметила Торьяш.
- У некоторых его и вовсе нет, - добавил Трой, намекая на Дидье.
- Ну-ну, прошу без оскорблений, - наигранно возмутился парень.
Подавальщик тем временем подошел за заказом, на единственную девушку в компании нескольких парней он бросил чуть презрительный взгляд.
- Че заказывать будешь?
Торьяш ненавидела, когда ей тыкали в трактирах, но в этот раз она не успела возмутиться. Как ни странно – за нее вступился не Стев, который больше следил за ее безопасностью, а не разговором в таверне, а Дидье.
- Ты говоришь с леди, парень. Так что прояви уважение, если не желаешь, чтобы я преподал тебе урок манер.
Улыбка исчезла с лица Дидье, глаза потемнели. Перед Торьяш сидел аристократ от кончиков ушей до пят, а также сильный маг. Подавальщик побледнел, и в трактире наступила тишина. Семь женщин в легкомысленных нарядах, сопровождающие мужчин, тоже притихли: их ухажеры не осмелились за них вступиться, когда подавальщик и по отношению к ним ранее проявил грубость.
- Простите, миледи, - пролепетал подавальщик. - Но на дверях вывеска и я….
Торьяш, к сожалению, не видела в этот момент собственное лицо. На мгновение ее скулы заострились, а глаза, как и у Дидье потемнели, выдавая в ней разозленную аристократку и ее истинную сущность, скрытую личиной Виктории Лорн. «Успокойся», - прошептала Торьяш своему внутреннему эго.
А затем она протянула ладонь и положила ее на сжатый кулак Дидье. Но вместо слов, умоляющих пощадить человека, она шепнула – «спасибо».
Дидье махнул рукой, приказав подойти к их столику другому подавальщику.
Стев не вмешивался в разговор, хотя в его глазах промелькнуло любопытство. Возмущение, отразившееся на лице девушки, не было наигранным. Обращение подавальщика разозлило ее. Хотя, казалось бы, незаконнорожденная девчонка из провинции, над которой в течение года издевались однокурсники, должна была спокойно отреагировать на очередное оскорбление. Домыслить предположение Стев не успел, к столу подошел хозяин таверны.
- Чего желаете, леди?
- Я не леди по рождению, - успокоившись, заметила Торьяш. - Но хамства в свой адрес не потерплю.
Трактирщик натянуто улыбнулся, он не хотел спорить и ссориться с молодыми магами, которые могли и спалить его таверну.
- Чтобы сгладить недоразумение, позвольте угостить вас ужином.
Торьяш поморщилась. После тыканья подавальщика, предложение трактирщика она расценила как милостыню. Дожилась, хмыкнула она. Но ее отказ мог оскорбить мужчину, поэтому она поспешно кивнула, чтобы сгладить неловкий момент.
- Малыш, а тебе пить-то можно? - громко спросил Дидье.
Торьяш едва не взвыла. Идиотское обращение малыш злило ее, пожалуй, не меньше нежели Викторию злило прозвище отродье. Но все мужчины, начиная с однокурсников и заканчивая преподавателями, при более близком общении скатывались до уменьшительного ласкательного – малыш.
Торьяш, чтобы не терять времени, поужинала, бросая время от времени взгляды на настенные часы. Они, скорее всего, были гордостью трактирщика, который поместил их за стойкой, то и дело любовно протирая до блеска стекло.
Но на этом история не закончилась. Некромант приказал жрецу обвенчать восставшего зомби и заплаканную девчушку, последняя правда от подобной участи едва не рухнула в обморок. Но некромант поспешно объяснил, что после церемонии зомби он упокоит, как только девушка получит имя, пенсию вдовы офицера и состояние последнего. Он даже предложил оставить зомби в хозяйстве девушки. Но та от предложения некроманта отказалась, а отец невесты с радостью отрубил голову новоиспеченному зятю.
Эта история пронеслась в голове наемника, и он понял – пощады не будет, хуже того, некромант и умереть просто так не позволит. Яд давно ждал своего часа, ведь в профессии наемника всякое случалось, и смерть зачастую была не худшей участью. Наемник проглотил яд и упал замертво, пребывая в полной уверенности в последние секунды перед смертью, что обретет таким способом покой.
Де Истель, однако, только усмехнулся и покачал головой. Люди, подумал он, ничего они не знали о магии. Яд убивал человека, разъедал плоть. Вот обычные люди и верили, что поднять из могилы принявшего зелье было невозможно. Слабый некромант действительно не смог бы вернуть этого наемника, чье сердце уже не билось в груди. Но для повелителя мертвых, который на щелчок пальцев возрождал тысячи умерших солдат и поднимал захоронения древности, возвращение наемника было одной песчинкой в часах.
Де Истель опустился на колени и начертил самый простейший символ на земле. Смерть, вместе с отнятыми жизнями, витала в воздухе. Несколько слов заклятия подчинения, и наемники неловко поднялись. Тела еще не подчинялись новоиспеченным зомби.
- Идите к мельнице за городом. Ни с кем не говорить, никого не убивать. Ждать меня, пока я не приду. Повинуйтесь!
Де Истель несколько минут смотрел вслед зомби, которые с каждым шагом двигались увереннее. Жалость? Сострадание? Убийцы и похитители, на его взгляд, заслуживали только смерти…
А вот вернувшись в лавку, он застал занимательную картину. Виктория и Кронш сидели на невысоких стульях и яростно играли в шахматы, судя по недоумению на лице старого торговца, он проигрывал.
- Это невозможно… - бормотал старик.
- У меня были хорошие учителя, - усмехнулась по-доброму Торьяш. - Шах и мат.
Кронш поднял взгляд от шахматных фигур и заметил де Истеля, замершего у дверей. Некромант пах смертью, яростью и злостью.
Торьяш проследила за взглядом старика и улыбнулась лорду-декану, стараясь не зажать нос от запаха разложения, который витал вокруг некроманта.
- Я упакую шахматы. Ты честно их выиграла.
Де Истель вопросительно приподнял брови, как только Кронш вышел в соседнюю комнату с шахматами в руках.
- Вижу, малышка, ты не теряла время.
Как и вы, замерло на губах Торьяш, но она благоразумно промолчала, не забывая, что для хозяина лавки не было секретов в его владениях.
- Я, пожалуй, помогу господину Кроншу.
Торьяш скользнула в соседнюю комнату за стариком.
Кронш насмешливо посмотрел на нее.
- Что-то еще? - спросил он, передовая упакованные в резной ящик шахматы.
- Да, я тут подумала о бескорыстных порывах… И в качестве жеста доброй воли, - Торьяш хмыкнула и нарисовала на бумаге два тайных выхода, которые вели прочь из лавки.
Кронш побагровел.
- Выходов всего четыре. Два я могу указать, как вы видите, с точностью до сантиметра. Другие два чувствую, но, чтобы найти их, мне потребовалось бы обыскать лавку и дом.
После этих слов гостьи старик побледнел. Стража, наемники, воры. У Кронша было много противников и врагов. Но он всегда считал, что о двух потайных ходах никому не известно.
Она взяла еще один лист бумаги и начертила символ.
- Нарисуйте его на дверях и активируйте с помощью собственной крови, тогда никто не пройдет там без вас.
Кронш спрятал листок бумаги в грудном кармане.
- И что я должен за это, миледи? - по-деловому поинтересовался он.
- Ничего, - улыбнулась Торьяш. - Если только разрешение как у лорда-декана, чтобы я могла иногда заходить в вашу лавку.
Старик низко поклонился.
- Вы всегда будете здесь желанной гостьей, миледи.
Де Истель уже хотел отправиться следом за исчезнувшей студенткой, так как его вновь охватило беспокойство. Не сбежала ли девушка, как и он, через потайной выход? Но Торьяш вернулась, прижимая к груди небольшой ящик. Кронш выглядел обеспокоенным и взволнованным. После чего поспешно проводил их до двери. Причем, Року он едва кивнул. А затем произошло довольно странное событие. Кронш впервые на веку Рока поклонился женщине и поцеловал ее ладонь, будто перед ним была королева, а не малолетняя девчонка.
- Буду с нетерпением ждать с вами встречи.
- У вас тут так занимательно и столько интересных вещей, что я буду частой гостьей.
Де Истель на улице вновь подхватил Торьяш за локоть, опасаясь, что наемников было больше нежели те двое убитых и возрожденных, ведь допросить их он так и не успел.
- Я отведу тебя в школу, - предложил некромант, бросая обеспокоенные взгляды по сторонам.
- Нет, я хочу еще погулять, - возразила Торьяш, у которой были свои планы на поиск собственных преследователей.
- Это плохая идея, - не замедляя шага, сообщил де Истель. Он намеривался обезопасить девушку, а затем допросить зомби.
- Почему? - выдохнула Торьяш, пытаясь приноровиться к размашистым шагам некроманта, а также выдернуть руку из захвата.
Де Истель замешкался, пугать ее в его планы не входило.
- Де Зуар с друзьями ждет меня в таверне, - сообщила Торьяш. - Я обещала, что приду.
- Хорошо, - неожиданно согласился он, - я отведу тебя в таверну. Может, так оно будет и лучше, - пробормотал он последние слова себе под нос.
Торьяш вздохнула, она надеялась, что, не взирая на то что в городе только смеркалось, Стев с друзьями был уже в таверне. Что-то подсказывало ей, что одну ее некромант в городе не оставит. К тому же она чуяла его страх и беспокойство, и это ей не нравилось. Впрочем, как и тени, преследующие ее, и запах смерти вокруг некроманта...
Де Зуар поглядывал на двери, не желая пропустить появления девушки. Конечно в тавернах чародейки редко появлялись, зачастую это были дочери купцов и чиновников, которые могли оплатить обучение дочерей в элитной школе.
Но вот сегодня, в первые выходные нового учебного года в таверне были одни маги, обычные люди и девушки для развлечений.
- Почему нет чародеек? - спросил Стев.
Дидье рассмеялся.
- А ты еще не слышал?
- Что? - рассеянно спросил молодой маг.
- За пару недель до начала занятий в таверне произошла драка из-за какой-то аристократки. В тот день разгромили полтаверны. Так что теперь вход для леди закрыт.
Стев недоверчиво поднял взгляд.
- Ну ты даешь, - хохотнул Дидье. - Неужели даже вывеску не прочел на входе?
- И что там? - недовольно уточнил маг.
Друзья, которые вывеску прочли, переглянулись и расхохотались...
Де Истель придержал девушку за локоть, не позволяя ей сделать следующий шаг.
- Ты уверена, что де Зуар ждет тебя именно здесь? - уточнил он.
Торьяш проследила за взглядом некроманта и рассмеялась, так как вывеска над дверью гласила:
- Вход запрещен истинным леди, хозяин таверны не несет ответственность за честь и достоинство вышеупомянутых.
- Забавная вывеска, - хмыкнула Торьяш.
Хозяин таверны ей уже нравился. Умный мужик. После прочитанного ни одна леди не переступит порога трактира. Но вот подчеркнутое прилагательное – истинная – давало возможность для полета фантазии. Какая женщина не считает себя истинной леди, если не по рождению, то хотя бы по духу?
Де Истель вопросительно посмотрел на веселящеюся девушку, не понимая, что ее так рассмешило.
- Я не леди, - напомнила Торьяш, усмехнувшись.
Он хотел было возразить, но промолчал. За городом его ждали зомби, которых надо было допросить и окончательно упокоить.
- Если де Зуара там нет, мы уйдем, - предупредил он, так и не выпустив локоть девушки из цепкого захвата.
- Хорошо, - согласилась Торьяш, которую уже порядком разозлило подобное внимание де Истеля к ее персоне. Ведь она с раннего детства привыкла сама о себе заботиться. Нет, родные всегда поддерживали ее, но никогда не пытались загнать ее в определенные рамки, признавая ее право на самостоятельность, а порой и на право совершать глупости.
К радости Торьяш – де Зуар сидел за столом и непонимающе смотрел на друзей, которые хохотали над какой-то шуткой. Но стоило студентам увидеть де Истеля, и смех стих.
Некромант подошел к столу, усадил девушку на жесткую лавку, сверля притихших студентов пронзительным взглядом.
- Вы уделите мне несколько минут, милорд? - спросил он, обращаясь к де Зуару.
Тот побледнел и поспешно вскочил с лавки, едва не разлив пиво, после чего последовал за некромантом, который, не дожидаясь студента, направился к стойке.
Разговор преподавателя и студента был предельно коротким.
- Я могу на вас положиться?
Стев удивленно посмотрел на некроманта: парень даже не мог мечтать, что наступит тот день, когда Рок де Истель обратится к нему с просьбой. Парень расправил плечи, он был готов выполнить любой приказ, ведь в его иерархии кумиров, высший некромант занимал вторую ступень, на первой безраздельно властвовал Алар де Шуар.
- Да, - выдохнул молодой де Зуар.
- Я прошу вас присмотреть за мисс Лорн. Не оставляйте ее одну даже на минуту. Если я не приду к десяти вечера, доставьте ее в школу вместе с друзьями.
Де Зуар хмуро кивнул.
- Ей грозит опасность? - обеспокоенно уточнил уже не просто обычный парень, веселящийся в трактире с друзьями, а темный маг, которого с первого курса в Кашире учили ответственности.
- Да, - не стал лукавить и лгать де Истель. - Но не стоит говорить об этом самой девушке. Если все удачно сложится – улицы нашего города будут для нее безопасны.
Стев подумал об Евгении. Ее отец обещал отомстить за дочь, а аристократы могли далеко зайти в попытке смыть позор, даже если речь шла о школьном розыгрыше.
- Я позабочусь о Виктории.
Де Истель кивнул, едва удержавшись, чтобы по-отечески не потрепать парня по волосам. Старший де Зуар нравился Року твердостью характера и стремлением к цели – стать мастером темного искусства. Парень обещал сделать хорошую карьеру, ведь он сразу стал одним из любимчиков Алара, а это дорогого стоило, учитывая высокие требования темного магистра.
Де Истель споткнулся на ровном месте, когда вспомнил о друге. Он мог бросить зов, но не стал. Почему-то ему не хотелось рассказывать о наемниках даже Алару. Кто бы ни преследовал девушку, он сам собирался с ними расправиться.
Парни за столом очнулись только после ухода де Истеля.
- Вот скажи, Тори, что они в тебе нашли, - спросил Дидье, с любопытством разглядывая девушку, которая не соответствовала его критериям и канонам красоты.
Остальные парни за столом благоразумно промолчали... никто не желал нажить врага в лице де Шуара или де Истеля.
- А тебе не приходило в голову, что они просто обо мне заботятся?
Дидье задумался, а потом покачал головой.
- Не…а, - хмыкнул парень. - Де Прок точно воспылал к тебе чувствами.
- Он не в моем вкусе, - фыркнула Торьяш.
- А кто в твоем вкусе? - вкрадчиво спросил маг, наклоняясь ближе к девушке.
«Красив гад», - подумала она. Подавшись порыву, она дернула белоснежную прядь волос парня.
- Блондинов люблю, - томно и мечтательно произнесла Торьяш и захлопала ресницами, имитируя поведение аристократок Рандала.
Дидье испугано отпрянул, едва не рухнув с лавки. Он опешил от неожиданности и сказанных слов, будто Торьяш призналась, что мечтает предстать с ним в храме перед ликом Света, дабы провести брачный обряд.
Маг выглядел столь комично, что Торьяш не выдержала и расхохоталась.
Рассмеялись все, в том числе и Стев, не забывая правда следить за двумя выходами из таверны. Последним улыбнулся Дидье, хотя его улыбка была немного натянутой.
- Лучше не пугай меня так, а то сердце не выдержит.
- Ничего, у темных магов сильное сердце, - безжалостно заметила Торьяш.
- У некоторых его и вовсе нет, - добавил Трой, намекая на Дидье.
- Ну-ну, прошу без оскорблений, - наигранно возмутился парень.
Подавальщик тем временем подошел за заказом, на единственную девушку в компании нескольких парней он бросил чуть презрительный взгляд.
- Че заказывать будешь?
Торьяш ненавидела, когда ей тыкали в трактирах, но в этот раз она не успела возмутиться. Как ни странно – за нее вступился не Стев, который больше следил за ее безопасностью, а не разговором в таверне, а Дидье.
- Ты говоришь с леди, парень. Так что прояви уважение, если не желаешь, чтобы я преподал тебе урок манер.
Улыбка исчезла с лица Дидье, глаза потемнели. Перед Торьяш сидел аристократ от кончиков ушей до пят, а также сильный маг. Подавальщик побледнел, и в трактире наступила тишина. Семь женщин в легкомысленных нарядах, сопровождающие мужчин, тоже притихли: их ухажеры не осмелились за них вступиться, когда подавальщик и по отношению к ним ранее проявил грубость.
- Простите, миледи, - пролепетал подавальщик. - Но на дверях вывеска и я….
Торьяш, к сожалению, не видела в этот момент собственное лицо. На мгновение ее скулы заострились, а глаза, как и у Дидье потемнели, выдавая в ней разозленную аристократку и ее истинную сущность, скрытую личиной Виктории Лорн. «Успокойся», - прошептала Торьяш своему внутреннему эго.
А затем она протянула ладонь и положила ее на сжатый кулак Дидье. Но вместо слов, умоляющих пощадить человека, она шепнула – «спасибо».
Дидье махнул рукой, приказав подойти к их столику другому подавальщику.
Стев не вмешивался в разговор, хотя в его глазах промелькнуло любопытство. Возмущение, отразившееся на лице девушки, не было наигранным. Обращение подавальщика разозлило ее. Хотя, казалось бы, незаконнорожденная девчонка из провинции, над которой в течение года издевались однокурсники, должна была спокойно отреагировать на очередное оскорбление. Домыслить предположение Стев не успел, к столу подошел хозяин таверны.
- Чего желаете, леди?
- Я не леди по рождению, - успокоившись, заметила Торьяш. - Но хамства в свой адрес не потерплю.
Трактирщик натянуто улыбнулся, он не хотел спорить и ссориться с молодыми магами, которые могли и спалить его таверну.
- Чтобы сгладить недоразумение, позвольте угостить вас ужином.
Торьяш поморщилась. После тыканья подавальщика, предложение трактирщика она расценила как милостыню. Дожилась, хмыкнула она. Но ее отказ мог оскорбить мужчину, поэтому она поспешно кивнула, чтобы сгладить неловкий момент.
- Малыш, а тебе пить-то можно? - громко спросил Дидье.
Торьяш едва не взвыла. Идиотское обращение малыш злило ее, пожалуй, не меньше нежели Викторию злило прозвище отродье. Но все мужчины, начиная с однокурсников и заканчивая преподавателями, при более близком общении скатывались до уменьшительного ласкательного – малыш.
Торьяш, чтобы не терять времени, поужинала, бросая время от времени взгляды на настенные часы. Они, скорее всего, были гордостью трактирщика, который поместил их за стойкой, то и дело любовно протирая до блеска стекло.
