Да, я нервничала, это дело ясное. Но я так же понимала, что в любой момент могу позвать Рэйвина, и он разберется с этим качком псевдо-математиком, как нечего делать. Тем не менее, сейчас эти стекла, что настигли меня и Рэйвина тогда, в моей комнате, преследовали нас по пятам. Они не отставали, словно кто-то специально их запускал за нами следом. Неужели Дарэн?..
Дарэн. Теперь мне все становится ясно. Я не воспользовалась его предложением о перемирии и в отместку он пускает за мной все те же ловушки. Интересно, как он их смог снова создать? Они не кажутся мне такими уж простыми ни в создании, ни в особенности преследовании. Да и не понятно, при чем здесь математик! В смысле, его уверенность в том, куда он меня тащит, конечно, наталкивает на некоторые определенные мысли. Но все-таки.
Снега намело довольно много, поэтому метаться между деревьев было и опасно и довольно тяжело. Но стекла все еще летели за нами, мы должны были уклоняться от них. Особенно после того, что я узнала об их необычайных свойствах. В смысле, как они отравляют, если хотя бы касаются слегка.
Я намеревалась преодолевать километры, но математик внезапно замер в метрах двухстах, не больше, от академии. Ловушки сразу же словно испарились. Математик огляделся по сторонам.
— Ты в порядке? — Спросил он меня.
— Да, — кивнула я.
Кроме того, что я стою раздетая в метель посреди леса с качком псевдоматематиком, вполне.
— Что… что произошло? — Спросила я.
Нужно же было изображать дурочку. На всякий случай. Хотя я не исключаю возможности, что это была ловушка.
— Виолантэ, — математик отдышался. Честное слово, качок под два метра ростом с фигурой бодибилдера — это не математик! — В академии есть те, кто очень опасен.
— Кто? — С лету спросила я.
— Те, кто охраняют академию.
— Что?
Серьезно — что? То есть я все поняла, причем здесь качок-математик?!
— Я хочу, чтобы ты выслушала меня очень внимательно, — подошел ко мне поближе он.
— А нельзя это сделать в академии?
— Это единственное место, где они не могут нас засечь.
— Почему? Что в нем такого особенного?
— Под землей здесь начертан круг, — объяснил математик, — магический круг. Он не дает им видеть нас.
— Вы не ответили на мой вопрос.
— Послушай, стражники академии не просто нанятые охранники, они посланники Дьявола. Его прислужники.
— Что? — Все больше хмурилась я.
— Они здесь, чтобы обнаружить любую силу, абсолютно любую.
— А Вы тогда кто?
— Я — охотник.
— Охотник за ведьмами?
— Скорей за нечестью, — поправил математик. — Но, в отличие от меня, стражники академии, обнаруживая свою жертву, убивают ее.
— А Вы?
— Я умею отличать добро от зла.
— Но Вы человек?
Математик удивленно улыбнулся.
— А кто я, по-твоему?
Это был вопрос не в тему. Просто как-то после Воронов, ангела и нефилима невольно ожидаешь чего-то подобного.
— Но зачем стражникам это делать?
— Они следуют приказу своего хозяина, больше ничего.
— Но смысл? — Не сдавалась я.
— Этого я не знаю, — лжец. Или просто слепой дурак. — Но ты должна запомнить: это единственное место, где ты сможешь скрыться от них. Это место очищения, после того, как выходишь из круга, ты снова становишься для них досягаемой.
— Почему Вы мне об этом рассказываете?
— Потому что я знаю, что ты тоже обладаешь силой.
Я нервно сглотнула. Я нахожусь в кругу, в котором меня не видят Вороны. Рэйвин тоже Ворон, а, следовательно, позвать его сейчас сюда я не смогу. Отлично, просто гениально!
— Я только создаю безобидные талисманы, — быстро выпалила я в свое оправдание.
— Я знаю, — заверил меня математик. — Не волнуйся. Как я уже сказал, я умею отличать добро от зла.
— И давно Вы знаете?
— В самый первый день мой напарник проверил тебя.
— Напарник?
— Да. Мистер Робертс.
— Бывший физрук?! — Взлетели мои брови.
— Да, — скривился математик. — Он слегка увлекся и не справился со своими обязанностями.
— Но… я слышала, Вы — внук предыдущего учителя математики. Это ложь?
— Нет, — мотнул головой математик. — Мой дедушка действительно преподавал здесь математику раньше. И следил за порядком.
— Так это семейное дело, — подвела итог я.
— Для меня, да, — подтвердил математик. — Послушай меня очень внимательно, Виолантэ…
— Вилу.
— Хорошо, Вилу. Стражники опасны. Они беспощадны. У них нет души, чтобы что-то чувствовать. Их не победить и не переубедить. Если кто-нибудь нападет на тебя еще раз…
— Еще раз?
— Да. Как они напали на нас только что.
Я выдохнула ухмылку.
— Нет, — покачала головой я, — они сейчас на нас не нападали.
— Боюсь, нападали. — Математик с подозрением посмотрел в мои глаза и добавил: — стеклянные ловушки — это их рук дело.
— Нет! — Воскликнула я. — Ничего подобного!
— Вилу…
— Послушайте: Вы ошибаетесь. Вы даже не знаете, зачем они здесь, но точно знаете, что это их рук дела. Они здесь не единственные…
— …я знаю, — вмешался математик.
— А как часто Вы встречали их?
— Если ты желаешь подсчитать количество… — он задумался на мгновение, — одиннадцать. И все одиннадцать раз их ловушки были идентичными.
— Ни за что, — отступила я. — Не может этого быть!
— Да что с тобой? — Теперь нахмурился математик.
Я сделала глубокий вздох. Холод меня успокаивал. Нельзя было сейчас вести себя так опрометчиво. Если он охотник за нечистью, вдруг он сможет догадаться, что помимо талисманов я владею одним из Воронов?
— Я просто… — голова разболелась от всего этого, — не ожидала такого. Простите.
— Ничего, — понимающе похлопал меня по плечу математик. — Запомни, Вилу: если они снова последуют за тобой, беги сюда. Здесь ты скроешься от них.
Я ничего не ответила, позволяя холоду пронизывать все мое тело. Ледяные снежинки хлестали беспощадно по всему моему телу. Я задыхалась, несмотря на то, как удивительно чист был сейчас воздух.
— Сейчас ты в безопасности, — видимо, приняв мое оцепенение за простой шок, заговорил математик, — давай вернемся в академию. Не хочу, чтобы ты простудилась.
Я посмотрела ему в глаза.
— Зачем они ставят такую ловушку? — Спросила я.
— Стекла ядовиты и… — математик вздохнул, — они рассчитывают таким образом, что маг или колдунья проявит свою силу. И тогда…
— …они придут за ними, — закончила я.
Математик кивнул, а потом мы отправились к академии.
Нет, я не могла, просто не могла в это поверить. Этого не может быть. Не может! Я же!.. Я же!.. Черт, как же так? Математик врет! Но… зачем ему врать? Он же отлично понимает, что… он охотник за нечестью, и он не тронул меня, пока я на хорошем счету у него. Но это все не важно. Важно совсем другое: Рэйвин мне все-таки солгал.
Глава 14.
Не верится, что это все-таки произошло. Он мне солгал. Когда не был способен на это. Тогда как? Каким образом это произошло?! Одно дело, мне об этом говорит Дарэн, человек (а точнее колдун), который пытался меня убить и до сих пор продолжает строить козни против меня, а другое дело тот, кто вообще не знает о нашей связи. Как же так? Ладно, я понимаю, кто-то заказал всех магов и колдунов в академии, наплевать. Но Рэйвин…
Я позвала его, как только вернулась в свою комнату, и очень долго смотрела ему в глаза. Я ничего не говорила, он тоже не блистал любопытством. Он просто стоял и смотрел на меня, ожидая приказов. А я не могла ничего сказать. Ком в горле застрял и не давал мне даже попытаться.
Я понимала, что нужно взять телефон и отправиться к кругу, набрать номер Оли и рассказать ему все.
Но я не могла.
Рэйвин был моей единственной защитой. Так или иначе, но я не могла его потерять. Я как будто ослепла! И каким-то шестым чувством я это прекрасно понимала. Но так отчаянно искала оправдания, словно от этого зависела не только моя безопасность, но и жизнь на земле.
Я не могла.
Пусть Оли не знает, пусть я знаю правду, но Рэйвин этого еще не знает. И он ведь все еще защищает меня, так ведь? Это самое главное. Потому что, если он уйдет.… Каждый раз, доходя до этой мысли, я понимала, что я вручила ему свою жизнь. Сначала я боялась его, как огня, но потом страх притупился, я была настолько уверена в нем, в каждом его шаге, каждом взгляде, во всем…
И что теперь? Мне просто выбрасывать его за ненадобностью? Разве он мне больше не нужен? Да, это опасно, что он внезапно оказывается лжецом, причем врет не в принципе, а именно мне. Но… что я могу в этой ситуации сделать? Как поступить? Это же Рэйвин. Мой Рэйвин! И он мне солгал…
Это было самым глупым, но все-таки я решила так: лучше я буду молчать о том, что мой единственный защитник мне солгал, нежели раскрою правду, но останусь совершенно одна. Ничего глупее я в своей жизни не придумывала. Но у меня просто не было выбора. Что будет, если Рэйвин исчезнет из моей жизни? Да, не исключен и вариант, что я исчезну по его милости. Но…
— Мисс Солэнклэр? — Обратился ко мне мистер Баррэт.
Наступил понедельник, и мы всем классом столпились у ворот академии, собираясь садиться в автобус. Экскурсию в исторический музей пока еще никто не отменял. Но мне было вообще не до нее, честное слово!
— Да, — посмотрела на историка я.
— Вы идете? — Уточнил у меня мистер Баррэт.
Я огляделась по сторонам и поняла, что стою на улице одна. Все уже сели в автобус. Метель немного успокоилась, и сейчас на землю опускались редкие снежинки. Я чувствовала себя совершенно измученной. Еще бы! Провалялась всю ночь без сна, таращась на Рэйвина в темноте. Отличный способ восстанавливать силы.
— Да-да, — поспешно ответила я и залезла в автобус.
Честно слово, мне было не до чего. Мысли о том, что Рэйвин мне солгал, буквально убивали. Я не могла с этим смириться. Он все еще наблюдал за моим сном, я это понимала. Но я все еще молчала, даже не пытаясь завести разговор на эту тему. Ни с ним, ни, тем более, с Оли. Если Оли узнает!..
— Солэнклэр! — Крикнул мне Тэд. — Очнись уже!
Парочка друзей Тэда заржали. Я только сейчас поняла, что уткнулась в сидение и застряла на одном месте. Я вздохнула:
— По крайней мере, я могу очнуться, а у тебя какое оправдание? — Съязвила я.
Народ заржал еще громче. У Тэда покраснел подбородок — он у него всегда краснел не как у нормальных людей, вместо щек. Я сосредоточилась на задаче, с которой могла сейчас справиться и отправилась назад, к единственному не занятому месту рядом с…
— Киан, — выдохнула я.
— Привет, малышка, — кивнул он мне.
Я уселась рядом, не отрывая от него взгляда.
— Что ты здесь делаешь?
— Сопровождаю учеников. Кому еще их доверить? Не Воронам же.
Верно. Это было бы ошибкой. Но только не для меня. Все здесь понимают, что они опасны. А я все еще допускаю мысль о том, что с Рэйвином все обойдется и само как-нибудь разрешится. Устроившись поудобнее, я пропустила мимо ушей то, что сказал мистер Баррэт перед отправлением (напутствующие слова, наверное) и вздохнула.
— Я хочу у окна, — сообщила я.
— Я тоже, малышка, — хмыкнул Киан. — Есть, что предложить?
Я посмотрела на Киана. Его ясно-голубые глаза практически скрылись за его густой прямой челкой. Как он что-то еще видел за ней?
— А чего ты хочешь? — Спросила я.
— Удиви меня.
Да без проблем!
— Математик — охотник за нечестью.
Киан с минуту смотрел на меня, не меняясь в лице. А затем кивнул мне, намекая, что готов меняться местами. Я ухмыльнулась и встала, пропуская его. В этот момент автобус поехал, и я грохнулась обратно. Но там уже сидел Киан. Я сглотнула, когда поняла, что он поймал меня и его руки сейчас лежат на моем теле. Одна — на груди, вторая на ноге.
— Извини, — попросила прощения я, совершенно не двигаясь с места.
— Ничего, — ответил на это Киан, не собираясь отнимать рук. — Бывает.
— Автобус… тронулся… — продолжала оправдываться я.
Поскольку мы сидели на самых дальних местах, никто за нами не наблюдал. Сидения слева были заняты куртками, от которых мои одноклассники избавились, пока я тормозила при входе в автобус. В салоне, правда, было очень жарко. Ладно, всем ведь жарко, да?
Рука Киана медленно поднялась к моей талии. Я повернула к нему голову. Он поймал мой взгляд.
— Это будет длинная поездка, — тихо произнес он.
Я улыбнулась.
— Тебе это не нравится? — Спросила я.
— Мне не нравится, что здесь слишком много людей, — ухмыльнулся он.
— Для чего?
— Для… — да и так было понятно, что он имел в виду, — нас двоих.
Мило.
— Можно притвориться, что их здесь нет, — предложила я.
— Перестань, — спрятал свои хитрые, наполненные вожделением, глаза от меня Киан и пересадил на сидение рядом с собой.
Я сделала глубокий вздох. Эта ситуация отвлекла меня от моих мыслей только на несколько мгновений, но я вспомнила кое-что, о чем по какой-то причине совершенно забыла со всеми этими событиями: Киан. Мне с ним спокойно.
Взяв его под руку, я здорово его удивила. Он так напрягся, как будто я собиралась перекинуть его через себя и выбросить в окно. Но я лишь обняла его руку и положила голову ему на плечо. Пару секунд он продолжал напряженно ожидать полета через окно, но когда я перестала шевелиться, он перестал опасаться.
— Я иногда думаю над тем, что ты сказал мне, — заговорила я. Киан внимательно слушал и молчал. Он был таким теплым и надежным. Мне сразу же вспомнилось, как он нес меня тогда по лесу. — Над тем, что тебе просто хочется побыть со мной рядом. Не объясняя ничего. Просто остановить это мгновение и полностью погрузиться в него.
Я сделала глубокий вздох.
— Знаешь, я начинаю понимать тебя.
Киан молчал достаточно долго для того, чтобы я почти забыла о своих словах.
— Что случилось, малышка? — Очень тихо спросил меня, наконец, он.
Я подняла голову и посмотрела в его синие глаза.
— Я хочу это время, Киан, — призналась я, — хочу это приятное неведение, когда, заталкивая свое любопытство куда подальше, ты можешь просто насладиться моментом…
Я не сдержалась, перед глазами все помутнело, и я замолчала, чтобы не расплакаться. Попытавшись выпрямиться, чтобы отвернуться и успокоиться, я встретила сопротивление Киана. Он приобнял меня и не позволил отстраниться.
— Недалеко от этого скучного музея есть отличная пиццерия, — беззаботно заговорил Киан. — Улизнем на полчаса? — Хмыкнул он.
Я расплылась в благодарной улыбке и обняла его. Он нежно обнял меня в ответ.
— Спасибо, Киан. Ты лучше всех!
Да, я понимала прекрасно, что все это только оттянет неизбежное. Теперь мне стало ясно, что имел в виду Киан. Иногда лучше не знать правды, довольствуясь комфортной ложью. Когда-нибудь правда все равно всплывет, но узнать ее не достаточно. Нужно быть готовым к ней. А это слишком много.
Я не имею ни малейшего понятия, кто такой Киан, что у него со Скарлет и все, что с этим связано. Но я знаю одно: мне хорошо с ним сейчас, в это мгновение, и он заставляет все мои печали уходить. Это главное, потому что, узнав правду, остаться на безопасной территории больше будет невозможно. Я уже сделала этот шаг, пути назад нет, теперь мне нужно подготовиться к тому, что меня ждет.
Как только мы приехали к музею, народ сразу же высыпал на улицу. Что-то явно случилось с отоплением в салоне, потому что у всех щеки были краснее некуда.
