– Значит надо израсходовать всё на приглашения.
Где-то глубоко в душе лениво шевельнулась совесть.
– Но Ёба-сан ингредиентов целый мешок отсыпал! – молвила я.
– Да, ладно, – улыбка чародея стала бессовестно широкой. – Скорее ты сама вцепилась в него как клещ и помножила на жадность количество необходимого.
Я потупилась, надо признать крестный действительно знал меня лучше всех. Хотя чего уж там, множить на жадность я у него и научилась.
– Хватит щеками полыхать, лучше расскажи, как намеревались раздавать приглашения? И почему ты уверена, что старшие сестры будут мешать.
Пожимаю плечами.
– Так они всегда мешают, натура у них такая – бубликом не корми, а дай помешать чему-то.
– Ближе к делу.
– Люсия, собиралась раздачу приглашений организовать через свиту. Вот только к ней никто идти не хочет. Гнева старшеньких побаиваются. Мы к Эмбер пошли, чтобы ее на свою сторону перетянуть, но не получилось. Как быть теперь не знаю. Король меня запер, что я могу отсюда сделать?
– Вержик, ты себя недооцениваешь. Если бы с проклятьем ничего не вышло, как бы ты действовала?
– Во дворце полно других аристократок, по мнению старшеньких они не дотягивают до идеалов красоты. Я собиралась их чуть-чуть преобразить, чтобы все эти напомаженные красавицы в свите старшеньких от зависти удавились.
– Вержик!
– А что тут такого, моих мазей на всех хватит. И я верю, что все девушки красивые, надо только показать им эту сторону. К тому же при дворе есть комната забытых вещей, там столько нарядов. Только успевай выбирать и примерять.
– Наряды? – раздалось из пустоты с явственной ноткой недовольства.
Спустя секунду посреди комнаты возник вихрь из маленьких зеленых листиков. Внутри буйства зелени появилась она – Горяна.
Россыпь зелёных, курчавых волос, которые напоминали тончайшие лианы, женственная фигура. Одеяние в стиле Лехенга-чоли искрится в огнях свечей. Пожалуй если Горяночку закутать в мешковину, на нее все равно все вокруг заглядываться будут. Есть у супруги Добиэля нечто такое, чего нет у других женщин. Может это счастье в глазах и тепло, которое виднеется за каждым жестом и поворотом головы.
Смотрю на гостью с восхищением, сколько бы я не тренировалась, мне никогда не достичь грации самой очаровательной представительницы волшебного народа.
– Дорогая?! – крестный улыбается и смотрит на жену затаив дыхание. Можно подумать он ее сегодня только впервые увидел и влюбился.
– Что это вы тут секретничаете и без меня? – Горяна нахмурила темные брови, но улыбка все еще полыхала на лице.
– Мы думаем какой сюрприз для тебя лучше сделать? – Добриэль поймал ладошку жены. – Мы же знаем как ты любишь очаровательное делать неотразимым.
Горяна встрепенулась, пальчики сжали руку крестного, а наигранная обида растворилась без следа.
– Вержик, неужели ты идешь на свидание и тебя надо сделать неотразимой? – пальцы фейри окутались розовыми звездочками.
А я вскочила с кресла и поспешно замахала руками. Если Горяна серьезно возьмется за мой внешний вид, то боюсь все закончится войной между Истрией и Галисией.
– Не-не, я и так красавица с какой стороны не посмотри, зато во дворце… – тут я умолкла и бросила вопросительный взгляд на Добриэля.
Крестный сразу понял к чему я веду, лукавая улыбка озарила лицо и наконец он кивнул.
Ха! Ну, все сестрицы, вы попали!
Глава 4. Гости в башне
План мы придумали, это хорошо. Но как его воплотить сидя в заточении? Горяна не чародейка, она – фейри, соответственно ее никто не увидит.
Пока я ломала голову над проблемой, зеленовласая красавица улыбнулась супругу, что тот замер словно под чарами.
– Ты же не против да, дорогой? – ее голос звучал сладко, а пальцы тем временем проворно стянули с руки Добриэля перстенек.
Фокус? Нет, высшее искусство! Горяна никогда не спрашивает разрешения, но всегда оставляет крестного в состоянии, когда сердиться просто невозможно. А Добриэль смотрит на неё с таким обожанием, будто впитывает каждое слово и уже предвкушает награду.
Горяна ладонью скользнула по его щеке, подмигнула и обернулась ко мне. Надела перстень – и по ней пробежала волна преображения. Ярко-зеленая коса посветлела до пшеничного оттенка, а волшебное платье сменилось светским нарядом с пышной юбкой и рюшами, которые лишь подчеркивали безупречные формы.
Со стороны – ничего кричащего. Ни сложной прически, ни драгоценностей, но взгляд невольно возвращался к ней снова и снова, выхватывая новые изящные детали.
– Горянушка, свет моих очей, – прохрипел Добриэль. – Пожалей смертных. Я ведь вынужден буду отрывать им головы за каждый взгляд, брошенный в твою сторону.
– Ой, все! – фыркнула девушка сложив ладони на груди будто в наигранной обиде, но глаза смеются. – Где ваши умницы? Давайте превратим их красавиц!
В её глазах плясали нетерпеливые искорки, и стало ясно: на пути такой Горяны опасно стоять даже чародею. Добриэль вопросительно посмотрел на меня, и я сглотнула, понимая, что сейчас предстоит самое сложное.
– Видите ли, – начала я, чувствуя, как тепло разливается по щекам, – на самом деле... наши «умницы» пока даже не подозревают, что их ждёт преображение.
Горяна прищурила изумрудные глаза, фыркнула, совсем как капризная кошечка, и с решительным видом заявила:
– Какая девушка устоит перед искушением затмить заклятых соперниц? Просто предложи им стать лучше, ослепительнее... Ну, так кто у вас тут считается эталоном, самой-самой?
– Мариана, – сразу выдохнула, а мысль о самодовольной сестре, больно кольнула сердце.
Небось она сейчас упивается победой! Думает, может втоптать в грязь младшенькую. Не позволю! И вообще я заставлю сестрицу пожалеть о слезах Люсии.
Горяна поглядела на меня с прищуром, будто мысли прочла. Потом улыбнулась, а по моей спине пробежали мурашки предвкушения. Я хорошо знаю на какие чудеса способна супруга крестного.
– Вот и славно… А теперь, душенька, найди местечко поспокойнее, где никто не помешает преображению, – она обвела властным взглядом башню, поморщилась. – Что-нибудь попросторнее, чем эта каморка. И я обещаю, ты наших умниц и красавиц потом просто не узнаешь.
Добриэль встрепенулся.
– Комната забытых вещей, – сказал он, глянул на меня и попросил: – Ну, ка вспомни где она находится.
Я кивнула и сосредоточилась. Как хорошо что крестный здесь. Его присутствие, будто заслонило от злых слов брошенных в лицо королем.
Воздух наполнился ароматом ели, вспыхнула сладкая нотка клубники. Еще миг и в воздухе с легким хлопком возникло дрожащее марево, внутри которого угадывался арочный проход в другое помещение. Я краем глаза заметила полки забитые нарядами.
– То что нужно! – пропела Горяна и танцующие походкой вошла в волшебный вихрь, потом обернулась и махнула мне рукой.
Нога сами понесли к мареву. Сердце рвалось за Горяной, в самое пекло чудес! Но на пороге я замерла, будто в цепях. Нельзя. Я же обещала стражникам… Пятки будто налились свинцом, а горечь сжала душу в тиски. Хочу, но не могу и ясно понимаю это. Делаю шаг назад, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони. Сглатываю ком, а внутри обида жжется пополам с завистью. Чудеса будут так близко, но мне придется сидеть здесь, как в клетке. Такова цена моего обещания. Пытаюсь улыбнуться, но голос звучит карканье вороны.
– Ты пока подготовься… А я напишу девушкам. Хорошо?
Горяна понимающе улыбнулась, взмахнула рукой и проход закрылся. А я повернулась к Добриэлю, меня запоздало настиг вопрос:
– Ёба-сан говорил, что дворец территория другого чародея. Но ты здесь и Горяна тоже. Вдруг он рассердится и нападет?
Рука крестного легла на плечо, а сам он ободряюще улыбнулся.
– Обычно при встрече мы приветствуем друг друга и даем формальное дозволение на посещение. Самаэль правилом пренебрег Ни в прошлый раз ни в этот, хозяин не откликнулся на зов…
Любопытство укололо и вопрос сорвался быстрее, чем я осознала, что говорю вслух.
– Ты его знаешь? Он и правда причастен к безобразию, что творилось в столице, когда мама была здесь?
Добриэль покачал головой.
– Это место и близлежащие угодья никогда не находились под моей опекой, потому о произошедших событиях, я могу судить лишь по словам фейри. – тут крестный прищурился. – И чутье подсказывает, что ты побольше моего знаешь. Есть подозрения?
Скрывать правду не вижу смысла.
– Есть подозрительные типы. Один пытался воздействовать на меня, несмотря на твой оберег. Но ведь это не доказательство вины, да и… Проучила я нахала, с помощью Ёбы-сана.
– А второй?
– Вот он как раз со всех сторон подозрительный, судя по оговоркам Найджел знал мою маму. Иногда мне кажется, что он видит фейри, но старательно этого не показывает. И астралис… Запах редкого и волшебного цветка постоянно окружает королевского советника. Насколько мне известно, это основа для маскирующих зелий…
– Не только, – покачал головой Добриэль. – Еще это лекарство.
Наткнувшись на мой недоуменный взгляд крестный пустился в обьяснение:
– Когда наши силы истощены, приходится поддерживать себя веществами извне. Астралис как раз первый в этом списке.
– Теперь совсем запуталась, – обронила и уставилась на Добриэля. В прошлый раз я промолчала, но теперь вокруг той истории собралось больше фактов и возможно, крестный меня выслушает. Ладошки вспотели, сердце в груди сделало кульбит. Ума не приложу с чего начать.
– Вержик?
– Помнишь, я пробовала фейское вино? – голос внезапно дрогнул. – Тогда я... я видела маму.
Взгляд крестного помрачнел, и я замерла, буквально заледенев от страха. Вдруг он сейчас назовет это бредом. Знаю, что он хочет сказать – это лишь видение! Но у истории слишком много подтверждений.
– Я знаю, как это звучит, – выпалила я, уже почти не веря, что меня дослушают. – Но, умоляю, выслушай. А то мне кажется я со всеми этими тайнами схожу с ума!
Добриэль вздыхает, осторожно касается моих плеч и указывает в сторону софы. Ноги будто занемели? Он ведь послушает, а не вдастся в подробности, почему не надо верить видению? Сердце колотится и отдается звоном в ушах.
Сажусь на самый краешек, ладошки складываю на коленках и спину невольно выпрямляю. Мне очень хочется поговорить, обсудить все что я видела, хоть с кем-нибудь. Но кроме Добриэля мне никто не поверит. И если он отвернется? Паника захлестнула с головой.
Но крестный вдруг положил когтистую ладонь поверх моих сцепленных пальцев, поймал взгляд.
– Что тебя так встревожило?
Следом будто тяжелый камень свалился, душу заполнило тепло, к глазам подкатили слезы, но я встрепенулась и принялась рассказывать.
– В видении, мама утверждала, что находится в другом мире! Звучит как выдумка, но она добавила еще одно – ее туда отправил древний чародей! Похоже это был тот самый, который попросил тебя приглядеть за мной.
Вот теперь, Добриэль задумчиво хмурит брови. А я медленно перевожу дыхание, первое совпадение, самое значимое, как мне кажется, я озвучила. Надо переходить к следующим фактам. Ладошки подрагивают, а мысли разбегаются, будто я экзамен сдаю и напрочь забыла ответ.
Встряхнула головой, выровняла спину.
– Кроме того, мама утверждала, что была влюблена в чародея и надеялась с ним сбежать. Он подарил ей часть своей силы, как подтверждение серьезности намерений. Какой чародей в здравом уме поделится силой? – впиваюсь взглядом в лицо крестного. – Такое возможно только между самыми близкими, так ведь?
– Да, но очень редко, – изрек Добриэль. – Например, Горяна отвергла такой подарок…
– Но почему?
Крестный улыбается, будто вспоминает, нечто занятное.
– Когда я только начал за ней ухаживать, моя Горяночка думала это не серьезно. Я предложил поделиться силой, а она рассмеялась и фыркнула, мол не хочет быть призом в охоте. Ответ немного оскорбил, ведь я предлагал от чистого сердца и не понимал, о чем она толкует. Позже волшебный мир всколыхнул унизительный скандал. Как ты знаешь, фейри больше не могут получать силу от людей. Высших это особенно оскорбляет. Они начали искать другие источники. Предполагаю, твоя мама стала жертвой одного из них.
– О чем ты?
– На своей территории чародеи могут многое скрыть, – признал Добриэль, усаживаясь удобнее. – Молодняк этим и воспользовался, устроили забаву. Все начинается с подарка силы обычному человеку под предлогом влюбленности. А после чародей всем участникам выдает артефакты. Чтобы те стали вины людям и на хранителя силы начинается охота. Тот кто получит любовь смертного или любым способом заставит передать силу станет победителем. Войдет в чародейскую свиту и сможет стать сильнее… Я думал мы выловили всех нарушителей.
– Значит... — голос сорвался, став тихим и беззащитным. – Он ее не любил? Все это... была ложь?
Крестный вздыхает и кладет руку поверх моих ладоней.
– Вержик, ты же знаешь я не могу выдвигать обвинения без реальных оснований. Обман то был или нет, может ответить только Самаэль.
– Са-ма-эль… – протянула пробуя имя на вкус. И столько в нем таилось противоречий. – И все равно не понимаю. Мама говорила про чародея с такой нежностью. Хотя чародей сам требовал свою силу назад. И ради этого он так много бед натворил…
На миг взгляд крестного сделался особенно мрачным, нечитаемым, будто бы он подозревал, что все обстоит куда хуже. Прошел миг, взгляд посветлел, Добриэль коснулся моего плеча и изрек:
– Любовь непостижима штука. Даже могущественны чародеи не способны контролировать свои чувства, когда речь заходит о любви.
– Кстати об этом! Насколько мне известно родители, увезли маму на смотрины во дворец. Королю влюбился, но… Представляешь, я выяснила, это была не любовь, а – приворот!
– Уверена? – лицо Добриэля вытянулось, он прищурился.
– Собственными глазами видела розовый фейерверк! Приворот, действует по сей день.
В комнате повисла тишина, холодная и безмолвная. Мы с Добриэлем смотрели друг на друга. Наверняка у каждого из нас есть мысли на этот счет. Вот только, доказательств ноль и виноватых столько же.
– Похоже стоит таки взглянуть на короля…
Смотрю на крестного скептически. И как он себе это представляет? Мне живо представилось как Добриэль крадется по тайному ходу, пробирается в спальню короля, когда тот сладко спит, ну или кошмарики видит…
Дальше мое богатое воображение пасовало. Что можно сделать с королем, чтобы при этом не нарушить законы народов Холмов, не представляю. Зато крестный улыбается и гладит мои взъерошенные волосы.
– Не хмурься, а доверься крестному! Уж я найду способы!
Вот теперь я улыбнулась и так тепло на душе стало. Добриэль выслушал и не отмахнулся, даже готов рискнуть и встретиться с папенькой. Может быть если приворот спадет, король станет хоть чуточку мягче. И услышит не только себя, но и других. Тогда вместо замужества я все же смогу отправиться на учебу в Виттенбург? Надежда с новой силой вспыхнула в груди.
– Надо все же написать умницам и будущим красавицам, – лениво смотрю на стол с бумагами. Думаю чего бы такое написать.
– Ваше высочество! – доносится со стороны двери. – Вы здесь?
Ну, вот только решила делом занять, как уже кого-то принесло! Ну, что ты будешь делать? Даже строжайший арест не помогает. Что ж надо глянуть, кто там такой прыткий!
