Душа сжалась в комочек – путь к дому был длинный, и деревьев впереди виднелось много.
Принц сглотнул, а по спине холодок прошёлся, липкий такой.
– Они же не изобьют меня до смерти? Я принц…
Прозвучало неубедительно.
Риккардо встряхнул головой!
– Вот же наглый чародеище, думаешь, я этих дрючков разноцветных испугаюсь! Я – наследный принц Галисии, и я намерен забрать свою любимую! – рявкнул Рик, в тот же миг последовал новый хлёсткий удар.
– Зараза! – процедил принц, глубоко вдохнул, выдохнул, ухмыльнулся. – Это как полоса препятствий в академии! Вперёд!
Скомандовал и сорвался с места. Деревья будто только этого и ждали – его пытались стегать со всех сторон. Риккардо вертелся словно шмель, подпрыгивал и ускользал от большинства ударов, но иногда всё же прилетало. Потому дорога казалась галисийскому наследнику бесконечной.
Когда впереди показалась окутанная туманом крыша, принц не поверил собственным глазам. Остановился и тут же получил удар поперёк спины.
– Р-р-ра! Зараза! – процедил он и бегом забежал на порог.
А дверь-то закрыта!
– Какое гостеприимство! – всплеснул руками принц. Сейчас бы сюда стражу с десятком факелов, тогда небось чародей повежливее бы стал. – Открывайся, или вышибу!
Фонарь рядом с дверью неожиданно ожил, декоративная веточка поднялась к плафону и совершила ну очень человеческий жест. Будто пальцем у виска покрутила. Риккардо скрипнул зубами.
– Ладно, отворись! – скомандовал принц, а после нехотя добавил: – Пожалуйста, я — гость.
И надо же – к просьбе прислушались. Дверь действительно отворилась, только вот заходить Рикардо не спешил. Вдруг он шаг сделает, а ему створкой по носу прилетит. И что тогда?
«Да ничего особенного, просто будут когда-то чеканить на монетах горбоносого короля!» — ехидно подсказал голос разума.
Рик фыркнул, руки вперёд выставил и медленно шагнул на порог. Двери у чародея оказались более культурными, чем деревья, — они хотя бы не дрались.
Принц перевёл дыхание, браслет под одежду спрятал и быстрым шагом попёр обратно в гостиную. Чтобы там ни обсуждали, он должен знать!
Хрустальная дверь отворилась, и первое, что увидел Риккардо, – как его девочка тянется к непонятной штуковине. Ну вот зачем? Разве ей не рассказывали, что нельзя всякую бяку руками хватать!
– Вержик! – крикнул он, но оказалось поздно – девушка ослабла, будто сознание потеряла. Риккардо бросило в холодный пот. Он сам не понял, как рядом с ней оказался, – чудом успел на руки подхватить. Палец к носу подсунул – дышит.
Уже хорошо! Риккардо перевёл негодующий взгляд на лохматое чудовище. И узрел такое же негодование в ответ. Ох как захотелось отчитать безобразника, аж язык заныл. Почему его драгоценная воспитанница сознание на людях теряет? В последний момент Рик осекся – бежать через волшебный лес опять не хотелось, спина и без того болела немилосердно. Потому принц обошёлся нейтральным вариантом.
– Она моя невеста!
Где-то на улице грохотнул гром, но Риккардо даже не дрогнул, только Вержика крепче к себе прижал. И хрен кто-нибудь её заберёт.
Чародей, как ни странно, орать не спешил, даже ногою не топнул, так клыки оскалил, будто ухмыляется. И уточнил:
– А ты сам-то готов стать моим зятем?
Спина заныла с удвоенной силой. Дурное предчувствие подкатило к горлу, а ещё зад колоть начало и пятки зачесались.
Зятем? Вот этого вот?
Говорят, самый грозный родственник для жениха – тёща. Но Вержик сумела устроить сюрприз, вон аж ноги подкашиваются и спина болит. Риккардо замешкался с ответом, культурно ответить на вопрос не получалось. Покривить душой и согласиться, нет становиться зятем чудовища он никак не собирался. Более того, принц даже не думал о такой стороне их с Вержаной отношений. Для него тесть – Витанский король, а не вот это лестное чудище с непомерным самомнением.
– Вержану в кресло посади, да и сам сядь как положено! – велел лохматый.
Принц заскрежетал зубами. Мысль, что придётся выпустить сокровище из рук, заставляла сердце кровью истекать.
– Как придёт в себя, сама пересядет! – мотнул головой Рик.
Улыбка на морде чародея сделалась особенно безобразной, ехидной такой. Зато чародей поднял руку и сложил пальцы в щепотку.
Принцу мигом вспомнились деревья и хлёсткие удары поперёк спины. Пройти через всё это ещё раз? Ага, нашли дурака.
Риккардо вздохнул и осторожно опустил Вержану в кресло, покосился на чародея. Мол, видишь – я послушался!
Чудище лохматое недовольно выдохнуло, точно жаждало его обратно в свой треклятый парк отправить. Вот уж не дождётся. Главное, чародей руку опустил, как раз то, чего Риккардо дожидался.
– Так на чём мы остановились? – Добриэль обвёл взглядом остальных гостей.
– Вы хотели показать нам воспоминания, – изрекла черноволосая выскочка, ишь какая вежливая сделалась!
Прода от 27.01.2026, 08:54
Рикардо поморщился, а затем цапнул табурет и потянул поближе к Вержику. Через полметра стул намертво к полу прилип. Принц его и туда и сюда, а ни в какую.
– Что за… – договорить не успел – пол ожил, под ногами пасть появилась, настоящая, зубастая. Она стул из рук галисийского наследника выхватила и с голодным «чавк-чавк» сожрала. И ведь даже не подавилась, зараза!
Опять колдовство! Главное, остальные даже не дёрнулись, разве что с лица Агнес окончательно все краски ушли. Принц вперил недовольный взгляд в чародея. Морда лохматая отвечала тем же.
Ах так! – галисиец хмыкнул, развернулся и приблизился к креслу, где была Вержана, а потом внаглую уселся на подлокотник и тёплую ладошку обеими руками – хвать!
– Ваше высочество, осмелюсь напомнить, что мы собрались для важного дела! – изрёк Леонид и попытался усовестить принца.
Ага, размечтался. Он Вержика в этой сомнительной компании не оставит.
– Вам кто-то мешает обсуждать дела? – изогнул бровь принц. Наглость для монарших особ – это особый вид искусства, который холят и тренируют с самых малых лет. – Так и быть, продолжайте. Вот даже мне стало любопытно!
Чародей щёлкнул пальцами. Рикардо дёрнулся, но, к счастью, его обратно в парк никто не отправил. Просто рядом с Вержиком кресло появилось. Вернее, табуретка, самая обыкновенная и даже без спинки.
«Либо так – либо на улицу!» – прочёл на лохматом лбу принц.
Наглость наглостью, но спина до сих пор побаливала, потому пришлось повиноваться. Ничего, он терпеливый, а вечно они здесь сидеть не будут. Потому Риккардо пересел, поёрзал и наконец затих.
Чародей глянул на него раздражённо и рукой махнул – с когтистых пальцев сорвался целый сноп искр, и над столом повисло облако.
– Коснитесь, и вы увидите всё, что видела Вержана в день нападения.
Первым вперёд подался Найджел, а на лице – ни капли тревоги, будто он с волшебством каждый день якшается. Следом с горящими глазами вперёд подалась младшая принцесса.
Вот как можно быть такой доверчивой – она ж будущая королева!
Черноволосая бестия целую минуту кусала губы, а потом азартно сунулась вперёд.
– Ваше высочество, а вы чего мнётесь-то? – вопросил Рикардо, глядя на Агнес. Она единственная не спешила совать руку в непонятное нечто.
– Я обойд…
– Моя воспитанница могла покинуть дворец в любой момент, – изрёк чародей. – Но она осталась, несмотря на угрозу. Знаешь почему?
Кронпринцесса помотала головой.
– Вержана переживала за вас! За всех вас! И пыталась защитить! Ты действительно намерена пренебречь её стараниями?
Агнес нахохлилась, губы поджала, но твёрдости во взгляде не хватило, впрочем как и аргументов для отказа. Она шевельнулась, медленно вытащила тонкую и заметно дрожащую ладошку и потянулась вперёд.
– Смелее, девочка, я не собираюсь вредить детворе!
Вот теперь на бледном лице полыхнул румянец негодования. Агнес никто не смел называть ребёнком. Злость придала сил, кронпринцесса наконец перестала трястись и сунула руку в облако.
– Светоч Добриэль, а вы как относитесь к замужеству Вержаны? – полюбопытствовал Леонид, пока остальные заинтересованные лица воспоминания смотрели.
Риккардо встрепенулся — он сам хотел поднять эту тему, но не знал как.
– Вержана слишком юна для всего этого! – мотнул головой чародей. – Она жаждет знаний…
– А если она сама изъявит желание! – выпалил принц и подался вперёд. Глаза горят и душа полыхает.
Добриэль одарил принца раздражённым взглядом, когтистые лапы вместе сложил. И что дальше? Скажет «нет»? Тогда как Вержик очнётся, Рик обязательно ей обо всём расскажет! Пусть знает, что её добродетель печётся вовсе не о ней.
– Я уважаю решения Вержаны, – наконец изрёк чародей. – Она вправе выбирать себе супруга. Но это не отменяет того факта, что я всё равно стану тестем. И для меня нет границ или запертых дверей!
Нет, чародейская морда определённо хуже тёщи. Воображение Рикардо мигом нарисовало самую ужасную картинку — они с Вержи вместе в опочивальне, принц целует такие желанные губы, стягивает с плеч наряд, касается разгорячённой кожи. И в самый неподходящий момент появляется лохматая морда с вопросом: «А что это вы тут делаете?»
Чур его, беса рогатого! Надо Галисию как-то от этой волшбы поганой оградить!
– Мы с благодарностью принимаем ваше решение, светоч. Наш князь благоволит принцессе Вержане. А также Александр с гордостью назовёт вас зятем, – щебетал как соловей старик-истриец.
– Вержана выберет меня! Мы любим друг друга! – нагло влез в разговор принц.
– Кстати, – воевода подался вперёд, даже локтями о стол опёрся, – барышня просила о встрече с князем? Сандр сейчас на границе, и у меня с собой связующий амулет, если вы позволите… Я могу дать его Вержане, тогда они с князем увидятся.
– Что? Опять волшба! Небось ещё и с приворотом! – воскликнул Рикардо, даже со своей табуретки вскочил. Внутреннее чутьё вопило на всю катушку, что нельзя допустить встречи Вержика с князем. – Если вашему владетелю так нужна именно Вержана, то пусть приезжает и лично делает предложение!
– На границе? – нахмурил брови чародей. – В Истрии неспокойно?
– Рядовая процедура, – откликнулся Данияр, но, заметив требовательный взгляд, пояснил: – обновление защиты возле Излома…
– Излом… Он до сих пор существует? Печально это слышать, – вздохнул Добриэль.
– Ошибки прошлого сложно исправить, – дипломатично изрёк Леонид. – Так что насчёт встречи с князем — вы одобрите?
– Поддерживаю, у девочки должен быть выбор! – добавила зеленоглазая бестия. Вот чего она так рано очнулась-то, а? – К тому же князь — мужчина видный.
– Ох ты ж… – следующей пришла в себя Агнес, вид у неё был ошарашенный. – Надо же… Мы тогда помирились! И всё благодаря ей! – взгляд кронпринцессы метнулся в сторону Вержика. Затем она встрепенулась и глянула на Эмбер. – А что ты там про князя говорила?
– Данияр пытается встречу для Вержаны с князем организовать!
Риккардо сжал кулаки! Почему никто не хочет встать на его сторону! Он послал жгучий взгляд кронпринцессе, та победно улыбнулась и повела плечами.
– Конечно, Вержана должна познакомиться со всеми претендентами. Встретить истрийского князя на улице невозможно, а он знатный, богатый и влиятельный. Это достойная партия не только для принцессы, но и… для воспитанницы чародея.
– Ничего себе! – охнула Люсия. – Вот это негодяй! Его надо обезвредить, чтобы он больше не смел на сестрёнку покушаться!
Глазки младшенькой воинственно блестели, вон даже кудряшки по-боевому встопорщились.
– А что это вы тут обсуждаете?
– Вержика хотят с князем познакомить, – неожиданно подмигнула младшенькой Агнес.
– Ты опять за своё! – кудряшка сжала пальчики в кулачки. – Истрия далеко, там холодно и всё непонятное…
– Хоть кто-то дело говорит! – воскликнул принц. – Что там Вержане делать?
– С другой стороны, – Люсия задумалась на мгновенье и окинула взглядом истрийцев, спокойных и уверенных, – если там волшебство поощряется, то, может быть, Истрия понравится Вержи.
– И ты туда же! – воскликнул Рик.
– Так ведь я хочу, чтобы сестрёнка была счастлива!
– И я могу сделать её счастливой! Мы же любим друг друга! Ты же видела.
– Если вы любите друг друга, то откуда столько сомнений? – прищурилась зеленоглазая бестия.
Вот откуда она такая беспардонная взялась, а? И главное, как её обратно на место задвинуть?
– Что ж, я одобряю встречу с князем Александром! – изрёк Добриэль, поставив жирную точку в споре.
– Какую такую встречу с Александром? – послышался сонный голосок Вержика. – Вы что, меня собрались в Истрию отправить?
Прода от 28.01.2026, 11:07
Глава 24. Старшенькая
Агнес сильнее закуталась в камзол советника. Она никак не могла согреться, в горле застрял ком, а внутри поселилась пустота.
Кронпринцесса смотрела на лохматое чудовище, но снова и снова видела в нём заботливого человека, почти отца.
«Я уважаю решение Вержаны».
Одна фраза, такая простая и такая понятная. И Агнес без раздумий отдала бы всё на свете, чтобы услышать такие же слова от его величества.
Почему лесное чудовище добрее, чем человек? Почему защищает? Поддерживает? Почему не пытается давить или навязывать свою волю и правила?
Старшенькая скользнула взглядом по Вержане. Захолустная девчонка с самого первого дня вызывала раздражение, да ещё и выглядела копией отца. Казалось, король, едва увидев, полюбит наивную дурочку, и это порождало в душе кипучую злость.
При встрече второй раз наивная дурочка заткнула им с сестрой рты знанием этикета, притом не прилагая особых усилий.
Мариана велела забрать всю одежду младших принцесс, оставила Вержану прозябать в купальне! И что? Сам принц, пусть в чужом обличии, нёс её на руках, нарушая все придворные правила.
Уже тогда душу лихорадило. Разум кричал:
«Она превзойдёт тебя! Она затмит тебя, и ты никогда не получишь отцовского одобрения».
А теперь, сидя в волшебном доме, Агнес вдруг осознала – Вержане всегда было плевать на отцовское одобрение. Витанский король для неё – посторонний, а вот этот устрашающий тип – её семья.
Та, кто выросла в бедности и выглядела как церковная мышь, оказалась богаче наследной принцессы. А ещё она оказалась свободной. За её руку сражались два сильнейших государства, но Вержана только снисходительно улыбалась. Ей никогда не придётся выбирать. Она никогда не станет пешкой в руках ни отца, ни мужа.
Агнес, у которой с рождения было всё, вдруг ощутила жгучую зависть. Это мерзкое чувство сжимало сердце, скребло душу, буквально раздирая её на части. Больно. Горько…
– Гости из Истрии предлагают устроить тебе волшебную встречу с князем. Если согласна – я проконтролирую переход. Если нет – гости больше не вернутся к этому вопросу.
Вот так, одной фразой чародей поставил всех на место. Даже Рикардо резко поумерил пыл и держит язык за зубами.
Сердце в груди трепыхнулось, а следом голову поразила горькая мысль – а какой смысл завидовать?
Плечи опустились, а в груди – пустота. Зияющая дыра, которую нечем заполнить. Отцу и Мариане на неё плевать, принцу она и даром не сдалась, несмотря на все доводы разума. И что же ей, Агнес, делать? Есть ли в этом мире хоть кто-нибудь, кто сможет подарить ей частичку тепла?
А над столом клубилось облако чужих воспоминаний.
