Медленно выдыхаю, берусь за низ одежки и тяну вверх. Руки как деревянные, пальцы не слушаются, а в какой-то момент еще и голова начинает кружиться…
– Ясмин?
– Да, в порядке я, – буркнула и таки избавилась от пропахшей госпиталем сорочки. Прохладный воздух скользнул по спине, погладил ягодицы. Я сижу голая в присутствии Франца, и впервые мне от этого не по себе. Кажется, вампир сейчас развернется и набросится, как оголодавший. Тряхнула головой и начала опускаться в воду.
– А-а-ах…
– Ясмин, ты так сладостно стонешь…
– Молчи, морда клыкастая, я тут блаженствую! – выдыхаю, а сама ловлю совершенно новые ощущения. Пена щекочет кожу, а еще мне жарко. Прямо-таки горячо, аж дыхание сбивается.
Мне шестьсот лет, а я впервые принимаю ванну, вернее, ощущаю, что принимаю ванну. Уже ради этого блаженства стоило дожить до нынешней эпохи. Следом меня накрывает осознание — сколько всего другого я никогда не пробовала? А если и пробовала, то не ощущала. Человеческая еда! Банька! Нет, целые салонные процедуры! А еще парк аттракционов! Господи, я хочу познакомиться со всем этим по-настоящему, как человек.
– Ясмин, а мне любопытно стало — у тебя секс был? До того, как ты стала вампиром?
Капер сидел на бортике ко мне спиной, но, похоже, думал он о том же, что и я. Секс? Откидываюсь на спинку ванной и вытягиваю ноги, медленно выдыхаю. Затем смотрю на могучую фигуру Франца, только под новым углом – как на мужчину, а вернее, как на возможного любовника.
В пору своей человеческой жизни я над такими вещами не задумывалась, как ни крути, но воспитывалась я в приюте, и там же нам привили мысль, что близость допустима только в браке. Да, я была плясуньей, уличным музыкантом, но старалась не подпускать к себе никого, чтобы не прослыть шлюхой. А когда попала к вампирам, дни смешались настолько, что я даже не помню, брали меня там как женщину или нет. Когда сама стала бессмертной, то долго избегала близких отношений. Да и признаться честно, не особо-то они и доставляли удовольствие. Хотя… Мой художник был хорош…
Теперь я человек, и мне хочется попробовать… Только не с Францем, а… хм, с Диего, он не такой опасный, да и прав на меня не заявляет.
– Ты ответишь? Или предоставишь мне возможность самому выяснять?
– Франц, вот давай не будем, ты – вампир, а значит, почти ничего не чувствуешь!
– Не чувствую, что за глупость? – протянул он нахально так, – И твоей ответ… Означает, не было!
И я буквально воочию увидела ухмылку капера, ту самую, жгучую и голодную, стало жарко, любопытно и вместе с тем очень не по себе.
– Ты мой клан отобрал! А теперь еще на секс надеешься?
Прода от 15.01.2026, 10:32
Глава 4. Жадный капер
Нахал рассмеялся — расслабленно, дерзко, в духе пиратов.
– Надеюсь? Нет, Ясмин, я никогда ни на что не надеюсь. Я беру свое по праву! Ты теперь моя, и секс… Признайся, тебе тоже этого хочется.
– Закатай хотелку, Франц, – тут же пресекла я мечты вампира, но сердце в груди предательски дернулось, следом воображение нарисовало картинку, где я в объятиях капера. Пришлось встряхнуть головой и жестко припечатать: – Если мне и захочется секса, то не с тобой.
Наглец так крепко сжал бортик ванной, что мрамор треснул, а я резко вспомнила, кого за клыки щупаю.
С пиратишкой хорошо играться, пока он на другом конце сидит и по условиям сделки не дергается, но вечно прятаться в воде не получится.
– Ясмин, я того человеческого выродка не тронул лишь потому, что ты просила. Второй раз номер не пройдет! – процедил он так, что у меня спина мурашками покрылась, даром что я в горячей воде сижу.
Захотелось в комочек сжаться, но я усилием воли задавила это мерзкое чувство. Я глава Дамиона, а значит:
– Я не потерплю угроз!
– И что же ты сделаешь? – наглец снова расслабился, а голос пестрел нотками веселья. Мерзавец явно наслаждался моей беспомощностью.
Стало горько и холодно, будто я изнутри замерзала.
Отныне я человек, и мои силы ничтожны по сравнению с капером. Хуже того, я полностью в его власти — как по законам вампиров, так и по законам людей. Вряд ли он выдаст мне паспорт и отпустит на все четыре стороны.
Пушистая шапка пены подплыла ближе, такая белая. Она щекотала кожу и дарила почти детский восторг. Я улыбнулась, а через мгновение остолбенела.
Франц думает, будто запер меня, но ведь это мой клан. Моя территория. Я построила здесь все с нуля, и только мне известны все тайны. Да, быть человеком не так уж и хорошо, во всяком случае пока со старыми врагами не разделалась, но я же предприимчивая, найду и на этого наглеца управу. А пока стоит прощупать границы дозволенного — в том, что они есть, я не сомневаюсь.
– Думаешь, я совсем беспомощна? – протянула, играясь с пеной.
Франц повел плечами — скорее всего, пытался заставить себя расслабиться.
– Сладкая моя, ты сейчас просишь демонстрации силы?
Я поежилась от фривольного обращения. Да как он смеет! Пальцы сжались в кулаки, вот только стукнуть гада не получится. Ладно, хлестнем словом и поиграем на нервах.
– Горький мой, тебе говорили, что угрожать слабым и беззащитными – подло? Если хочешь уложить меня в постель, надо быть нежным и понимающим, а ты что? Напасть пытаешься? И напоминаешь, какая я теперь слабая и человечная!
Франц дернулся, порывался обернуться, но замер на полпути.
– Никаких угроз. Просто я не хочу, чтобы ты наделала глупостей.
– Глупостей? Франц, давай называть вещи своими именами. Ты боишься, что я ускользну из твоей власти, а ты не успеешь натешиться…
– Ясмин! – спина его напряглась, а в голосе послышались первые рычащие нотки. – Утратив вампирскую сущность, ты потеряла все! Я твоя защита, а не твой… хозяин.
От последнего слова меня передернуло.
– Тогда прекрати выставлять мне условия! Или угрожать жизнью Диего!
Неожиданно Франц расслабился, даже ногу на ногу закинул.
– Не вопрос! – заявил нахал, спутав мне все карты, а потом добавил: – А ты будешь верной женой?
Я подавилась собственным возмущением. Даже крепкие словечки не сразу вспомнила.
– Верной женой? Очнись! Ты обманом нас связал! – рявкнула, не сдержавшись. – Какая верность! По доброй воле я бы никогда с тобой…
– Что сделано, то сделано, – парировал капер. – Прими факт — ты моя! Сунешься к другому, и я оторву ему голову!
Да я этого пиратишку на дух не выношу! А он еще и верности требует? Чтоб тебе высохнуть! Ярость пронеслась по телу, да так что в дрожь бросило.
– Еще раз посмеешь ляпнуть такое и я уйду к Дитриху! – выкрикнула, сжимая кулаки.
Уж кто, а тысячелетний старейшина ему не соперник. Блеф, конечно, но для капера сгодится как весомый аргумент.
Только вот где-то я просчиталась. Терпение Франца лопнуло, а он сам в мгновение ока очутился рядом, навис скалой. Глаза вампира полыхали бледно-сиреневым оттенком.
– Сунешься к нему — и весь твой клан окажется на грани войны! – процедил капер. – Потому что я нападу немедля, даже если это будет стоить мне жизни!
Да, откуда у этого поганца столько смелости набралось?
– Ты совсем рехнулся! – выдала едва слышно, близость вампира не давала дышать полной грудью.
Франц ухмыльнулся, потянулся пальцами к моему лицу, нежно убрал прядь волос со лба.
Меня озноб прошиб — от его нежности. Добрый капер? Черта с два! Что опять у него на уме…
– Ясмин, нашу связь я воспринимаю серьезно и убью любого, кто посмеет коснуться моей жены! Понимаешь?
Смотрю на вампира и хочется ему глаза выцарапать! В жены он меня взял! Будь я вампиром — в бетон бы нахала закатала, лет так на тридцать!
Франц скользнул пальцами по щеке, подцепил подбородок.
– Ясми-и-ин, я не слышу ответа? – допытывается, а глаза вновь полыхают вампирской мощью.
Я дернулась, вырываясь, но Франц удержал, заулыбался, а взгляд наглеца соскользнул на мои губы. Жадный и голодный, будто вампир на мне помешался.
Нет, только не снова!
– Отойди! – выдохнула хрипло, но капер ни на йоту не сместился. Тогда я медленно выдохнула и ухмыльнулась… Дерзко! Только вот запала едва хватало. – Ты только что нарушил установленные тобою же правила! Грош цена твоему слову и обещаниям.
Капер дернулся, но руку не убрал. Мало ему, сейчас еще добавлю.
– Утверждаешь, что не хозяин, но стремишься контролировать каждый шаг! Что дальше? Будешь решать, с кем мне можно говорить, а с кем нет! Или сразу паранджу натянешь! Катись в ад, Франц! Я тебя не выбирала и слушаться не буду!
Вампир медленно провел пальцем по моей губе, а я замерла. Даже дышать забыла, казалось, он сейчас с тормозов сорвется и на меня набросится.
– Ясмин, неужели я так много прошу? Быть мне верной женой? В ответ я буду защищать твой клан… Все, что попросишь, сделаю!
– У меня всего одно желание – чтобы ты исчез! – припечатала и в глаза наглые уставилась.
Время будто остановилось, а его нежное прикосновение жгло, как ненавистные клыки вампира возле шеи.
Да, я теперь человек, и физически я слаба, но хватка-то никуда не делась. Я этому клыкастику все нервы вымотаю и душу на запчасти разберу. За то, что посмел связать нас мерзким ритуалом!
Франц будто мысли подслушал, руку наконец убрал и рядом с ванной на корточки присел. Лицо мрачное, взгляд задумчивый. И ведь сейчас до чего-нибудь плохого додумается.
– Касательно клана… Ты говорил, он все еще мой! Теперь начнешь и это отрицать?
– Клан твой… Но как ты будешь управлять им без своих сил? – самодовольная ухмылка украсила наглую харю. – Перечислить, сколько бессмертных жаждут заполучить тайну искусственной крови?
Так и снова наглец пытается строить из себя хорошего, но словам капера веры нет.
– Недруг мой, я на память не жалуюсь, – говорю снисходительно, а потом кивком указываю на шкафчик. – На второй полке мочалка, а над ней шампунь. Подай сюда?
– Тогда на что ты рассчитываешь? – спросил он и даже послушно отправился к шкафу, вытащил все, что я просила, вернулся.
Такой милый, покорный. Смотрю на вампира с подозрением. Неужели ничего не предпримет? Франц протягивает мне вещи.
– Не припоминаю, чтобы у тебя были союзнические связи с другими кланами…
Ага, а вот это уже похоже на капера. Притвориться хорошим, понимающим, чтобы выпытать информацию. И что ответить?
К счастью, Франца отвлек телефонный звонок. Вампир глянул на номер и скривился, будто у него все клыки воспалились.
Занимательно, кто же это так достал капера?
– Да? Нет, клан Дамион сейчас не продает кровь. Нет, все поставки отменены! Исключений нет. Даже так, все равно нет!
Смотрю на него, а у самой руки чешутся, так хочется треснуть бестолочь пиратскую! Кто ж так переговоры ведет? А Франц уселся на бортик ванной и со скоростью автоматной очереди строчит «нет», да «нет».
После пятого «нет» я приподнялась. Капер заметил движение и повернул голову в мою сторону. Пена облепила тело, но не настолько, чтобы скрыть все пикантные места. Следом моё шаткое прикрытие стекло вниз, обнажая аппетитные полушария.
Франц остолбенел и, кажется, забыл, о чем говорил, а я, пользуясь моментом, нахально отобрала у капера телефон.
– Алло?
– Ясмин? – донеслось из трубки.
Собеседник меня узнал, впрочем, я его тоже. Оттого губы мои расползлись в бессовестно широченной ухмылке, будь я вампиром — еще и клыками сверкнула бы.
– Кастор, недруг ты мой! – протянула. – Жив, здоров? Удивительно… Чего моего любимого кровопийцу беспокоишь?
– Ты жива? – прозвучало растерянно.
– Кас, что же ты такие вопросы задаешь по телефону? Некрасиво… Да, и помнится, я уверяла, что тебя первого в гробик упакую, если еще раз свои клыки покажешь.
– Я не… – вампир на той стороне прокашлялся, а заодно собрался с мыслями и выпалил: – Это сделка! Мы предлагаем цену, все законно!
– Закон? В Конкордии? С каких пор? Или вы там опять своим кроветворным пойлом отравились?
– Ясмин, ну ты же несерьезно! Столько лет прошло, мы больше не претендуем на твой рынок! – жалобно заблеял выходец из Римской империи.
На самом деле угрожать они тоже умеют, а еще хороши как в защите, так и в воровстве данных. Даже как-то раз у меня важную разработку умыкнули. За то им отдельная благодарность — такую жирную уязвимость нашли, Маркус после этого еще лет шесть причмокивал. А я за воровство этим прохиндеям зареклась кровь целых шестьдесят лет продавать. Но они настырные, как только изворачиваться не пытались, теперь вон к Францу подход ищут… А нарвались на меня, хорошую. Не повезло им.
– Кас, еще раз позвонишь моему драгоценному — и срок запрета на торговлю удвоится.
– Ясмин, ты же со всего клана шкуру живьем сдерёшь!
– А вот на жалость давить не надо! Или думаешь, я тридцатые годы забыла? Ты чуть Лору не загрыз ради моей разработки… Так что, драгоценный мой клыкастик, хочешь сделку — предложи что-нибудь интереснее!
– Ну ты и стерва! – раздосадовано буркнул вампир.
– Училась у лучших! – говорю и ухмыляюсь. – И, Кас… Переговоры только со мной! Усек?
– Чтоб тебе провалиться, кровопийца проклятая, – пожелал он и трубку повесил.
Какие-то вампиры нынче нервные. Хотя… Мой взгляд падает на здоровяка-капера, и становится не по себе. Вспоминается наша первая встреча в Картахене, тогда он выглядел как демон в человеческом обличье. Вот и сейчас на дне глаз мелькнуло нечто такое первородное и дикое, что я невольно в воду спряталась почти по самый нос.
Франц медленно выдохнул, потянулся вперед, опять нависая скалой, но руками меня больше не трогал, только свой телефон отобрал из моих пальцев.
Что, не понравилась моя выходка? Так ведь глава клана — я…
Или он говорит это лишь для красного словца? А на самом деле мой клан уже благополучно пилят, рвут на куски, пока я в ванной блаженствую. Надо прощупать почву! Срочно.
– Клыкастик римский давно названивает?
– Неделю, – миролюбиво откликается Франц, – предлагал деньги, не меньше чем ты получаешь от других кланов, но Лора советовала не соглашаться. Хотя я в упор не понимаю логики…
Звучит как приглашение к диалогу. Ладно, наехать и подергать за нервы я уже успела, теперь попытаемся поговорить цивилизованно, тем более узнать новости целиком в моих интересах.
– Дело не в логике. Конкордия много лет пытается меня прогнуть. Как-то раз они украли у нас одну разработку. К счастью, бесперспективную, – тут уж я не удержалась и улыбнулась во весь рот.
– Так это месть? У Конкордии есть гвардия… Они могут напасть, и твои вампирята пострадают.
Не удержалась, заскрипела зубами и глянула на здоровяка-капера. Нормальные у меня вампиры, умные, цивилизованные, главное — кормить вовремя…
– Клыки у них не доросли, чтобы на меня нападать.
Франц морщится, встает на ноги и с высоты своего роста заявляет:
– Малыш, ты недооцениваешь опасность! Конкордия занимается контрабандой оружия, захватить твою башню для них…
Поворачиваю голову, смотрю на капера очень выразительно, и мужчина замолкает на полуслове.
– Я чего-то не знаю? – начинает догадываться он.
Облизываю губы, рассказывать или нет.
Франц резко наклоняется, опираясь руками о бортик, и смотрит на меня. Его лицо так близко. У меня аж дыхание сбилось, а следом сердце с удвоенной скоростью затарахтело.
