Не говоря уже о моей наивной мечте изменить наши глупые законы. Да, мне будет сложно осуществить задуманное, но я буду стараться, а значит, сдаться не могу. Поэтому после лекций и семинаров, бывало, что даже пропускала обеды и сразу шла к Норию. Обычно мы с ним тренировались по несколько часов в день, после чего к шести я уходила на работу, где и ужинала.
Вот и сейчас я возвращалась обратно в академию ужасно вымотанная и сонная. На улице было темно и холодно. Последний месяц осени принес первые заморозки и даже снег. Я куталась в теплую курточку, быстро топая по направлению к главным воротам. По правилам академии они закрывались после десяти, пропуская лишь преподавателей. Впрочем, благодаря сплетенному еще в школе браслету, магические ворота открывали проход даже после полуночи и для меня. Как оказалось, мои нити обходили здешнюю защиту также легко. Ясное дело, что помимо меня были и другие адепты, которые возвращались довольно поздно, но как они разобрались с вредными воротами, мне было неизвестно.
Я уже собиралась свернуть на улицу Розий, что недалеко от главной, когда из темного проулка кто-то схватил меня за руку и резко дернул назад. От неожиданности даже закричать не успела, в следующее мгновение оказываясь прижатой кем-то к стене. В тот же миг большая потная ладонь закрыла рот, а лицо обдало противным запахом перегара и табака.
— Не дергайся, девка!
Мужская рука рванула ворот, срывая старые пряжки с плаща, горячие пальцы пробрались под плотную ткань рабочего платья. Меня захлестнула волна отвращения и злости, вызывая неприятные воспоминания из прошлого, которые я так старалась забыть… и которые, как я думала, мне удалось забыть.
— Хорошенько ублажишь, заберу к себе! – полные губы скривились в усмешке. – Поверь, у меня тебе будет лучше, чем на кухне трактира.
Так он следил за мной?! Я дернулась, пытаясь вырваться, но держали меня крепко.
— Я что сказал?! – лицо обожгла ощутимая пощечина, а затем мои губы властно смяли чужие, оставляя гадкий вкус браги, наваливаясь всем телом. – Хорошая девочка…
И это словно отрезвило. Пальцы сами сложились в пассы, а губы зашептали древнее заклинание на везорийском. Мужчина в первое мгновение опешил, а после отскочил будто ужаленный.
— Ведьма, что ли?!
Я не слушала, продолжая плести заклинание. Тьма поднималась вокруг нас, и я с каким-то неправильным наслаждением отметила испуг в широко распахнутых глазах мужика. Он уже хотел сбежать, но темное марево оплело его за ноги и повалило наземь.
— Не ведьма, а маг!
Он скрючился и завыл от боли, но я лишь переступила через него, не испытывая угрызений совести. Скорее опустошение и отвращение. Все равно ничего с ним не будет! Проклятие спадет с первыми солнечными лучами. От спазмов и рвотных позывов никто еще не умирал.
Размазывая по лицу выступившие злые слезы и придерживая дрожащей рукой плащ, оставшийся без пряжек, я неожиданно для самой себя поняла, насколько была глупой. Попасть в королевскую гвардию, во дворец? Ха! В действительности я все та же крепостная без будущего. Маг?! Мечта изменить законы? Освободить свою семью от Венских? Наивность! Мне никогда не прыгнуть выше своей головы.
Верно когда-то сказал Венский – в королевскую гвардию попадают только с чистой кровью. А кто я? Смердок, чудом получивший благословение богов и шанс обучаться. Да если бы не мистер Горан, я бы, может, и в школу никогда не попала, а в академию тем паче. Забрал бы Далион мою силу, как делается это из года в год, и отдал достойному. В академии, как и в школе, я была единственной крепостной в прошлом. Почему же мне такая выпала удача? Да, бедные, сироты, но свободные учились магии! А я… кто я?! Кухонная девка без имени и рода, чумазая беднота, которую вновь захотели поиметь!..
— Лэкорил?
Я изумленно обернулась, замечая справа длинную тень, завернутую в дорогой плащ, подбитый мехом. Боги, но почему из всех надо было встретить именно его? Снова?! Где он вообще ходит так поздно?
Расго остановил свой внимательный взгляд на торчащих нитках плаща, припухших губах и слезах. Он не стал спрашивать, что случилось, по всей видимости, сделав свои собственные, скорее всего верные выводы. Вместо этого я услышала:
— Чем ты думала, возвращаясь одна в такое время?
Отвечать не стала, изо всех сил стараясь не заплакать. Хватит! Все хорошо, Кори, а Расго уж точно не должен видеть твоих слез. Слышишь, Кори?!
Больше всего мне хотелось, как в детстве, скрыться в душе, смывая неприятные прикосновения.
Расго молча последовал за мной. Просто неторопливо шел в нескольких шагах позади, не расспрашивая и ничего не говоря. Только у самих ворот неожиданно остановил, кладя руку мне на плечо:
— Скрой следы проклятия, — предостерегающе напомнил он. – Арка засветится и выдаст, что ты в городе использовала темное искусство.
— А тебе какое дело? – я обернулась к Даронну. – Еще несколько дней назад не ты ли требовал извинений, угрожая поставить меня на место?
— Это разные вещи, Риддис! – Юноша скривился. – Ты влезла не в свое дело. Первогодка, посмевшая проклясть троих лучших магов на потоке. Правда думаешь, что это сойдет тебе с рук?
— Да что он вам сделал? – резко спросила я, тем самым хоть немного пытаясь выбросить из головы случившееся.
— Он? – Расго вдруг глухо рассмеялся. – Алан Лодвин отравил мою лошадь, Риддис!
Я опешила.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что этот идиот сглупил, — раздраженно ответил Даронн. – Он и сам это понимает. Наши семьи давно враждуют, вот и решил хотя бы так низко отомстить, не имея смелости пойти в открытую против целого клана.
— Низко? — я скривилась. — А разве ты вел себя не так же? Или уже забыл, как пытался навредить Шорёну!
— Глупая, ничего бы не было с твоим псом! Мы хотели лишь…
Он говорил, а я понимала, что отвлечься все-таки не удается. Пытаюсь сосредоточиться на словах Расго, а в голову все равно лезут неприятные воспоминания: прикосновения потных рук, запах перегара и холодная стена, упирающаяся в спину.
Дрожат руки, ноги ватные – идти дальше сил нет. До академии всего ничего, два шага от силы, но я будто вросла в землю. Слова Даронна теряются в звонком шуме. В висках пульсирует, и кажется… по щекам вновь влажные дорожки слез. Я не смогла сдержаться. И не хотела.
Только ощутив холодную ладонь на лице, сфокусировала взгляд на Расго. Его лицо оказалось так близко, что это, наверное, впервые, когда я рассмотрела, что глаза у него не синие, как всегда казалось, нет, они темно-фиолетовые, как предгрозовое небо.
— Не надо меня жалеть! – я моментально скинула его руку. – Ни к чему это после всех твоих угроз! Выглядит просто смешно.
— Мне тебя и не жаль, — убедительно заявил Даронн, складывая руки на груди. – Тебе уже не тринадцать, ты должна понимать, чем может закончиться столь поздняя прогулка по ночной столице. Но раз ты так спокойно ходишь одна, значит, уверена в себе. И, судя по остаточным следам магии вокруг тебя, кому-то сегодня очень не повезло…
— Спасибо.
— За что? – изумился Расго, явно не ожидая от меня такого ответа.
— За честность.
Стало легче. Немного, но действительно легче. Ворота академии замерцали магией, а затем пропустили нас на территорию. В последний миг накрыла себя двойным пологом, пряча следы магии от арки истины, которая шла сразу над воротами.
Расго поднялся со мной в общежитие, но прежде чем свернуть в комнаты третьекурсников, ненадолго остановился:
— Риддис, я надеюсь, ты поумнеешь и не станешь так поздно ходить неизвестно где.
«Нет, Расго, не перестану!» — мысленно ответила магу, наблюдая за тем, как он скрывается в коридоре своего курса.
Бросать работать я была не намерена. Просто обращусь снова к нитям. Впрочем, в одном он прав! Мне нужно было сделать это раньше. Действительно, слишком беспечно полагать, будто со мной ничего не случится. Да, на мне и так есть защитные браслеты, но это все не то. Я не хочу даже чувствовать чьих-либо прикосновений! Глупо. Правда глупо! После того, что случилось когда-то в школе, попасться на том же самом, заранее не подумав, чем опасна ночная столичная жизнь. Никакая не умная и не талантливая, как часто хвалит меня мистер Горан. Я – самоуверенная дура, вот кто!
С такими мыслями я вошла к себе в комнату, срывая испорченное платье – его только выкинуть. И снова, так же как три года назад – долгое времяпровождение под сильной струей прохладного душа.
Холодно. В комнате было приоткрыто окно. Кутаясь в тяжелое полотенце, я прошла к кровати, замечая под одеялом грелку. Видимо, слуги постарались – в последние дни в академии было холодно, а камины еще не везде топили.
На целую ночь заняла себя плетением. Все равно сон не шел, а память упорно подкидывала темный проулок и того грязного мужика, воняющего застарелым потом! Нити брала редко, и теперь они радостно скользнули мне в ладонь, отзываясь силой. К утру, уморенная, я все-таки провалилась в беспокойный сон. И именно тогда, впервые за очень долгое время, мне вновь приснился кошмар…
Я в изумлении замерла, когда толстые пальцы ловко расстегнули верхнюю пуговку моего платья.
— Что ты?!.. – поперхнулась воздухом, ощутив, как чья-то потная рука залезла под юбку.
— А ты ничего, и школа тебя ненавидит, никто и слова не скажет.
Ужас ледяной змеей заполз в сердце. Я испуганно сжалась, а тело забила крупная дрожь. Страх, стыд, омерзение и злость. Перед глазами помутнело.
— Пожалуйста... – я не узнала собственный дрожащий голос.
Утром, бегая по заснеженной дорожке, я пыталась отогнать отголоски ночного кошмара и случившегося. На некоторое время мне даже это удалось. В штанах и легком жилете на шнуровке поверх льняной рубашки даже не чувствовала утреннего первого мороза, просто со всех ног бежала вперед, в действительности стараясь убежать от самой себя. Не знаю, сколько так пронеслась кругов, пока не врезалась в появившегося на моем пути мистера Горана. Затормозила, проехавшись на носочках, и уткнулась носом в теплый кафтан. Вздрогнула и моментально отстранилась, замечая удивление в глазах преподавателя.
— Лэкорил, что с тобой сегодня? – он недовольно нахмурился. — Ты никак загнать себя решила перед турниром?
Покачала головой, все еще тяжело дыша. Когда же справилась с собственным дыханием, серьезно сказала:
— А какой смысл мне участвовать? Зачем?
— Как зачем? – это впервые на моей памяти, когда Горан Нэрдок растерялся. – Ты разве расхотела идти в королевскую гвардию?
— Я все равно туда не попаду! Все мои мечты просто детские глупости. Вы ведь сами это понимаете. В королевскую гвардию берут только аристократов. Даже случись чудо, и я смогу победить – мою силу просто отберут, чтобы отдать достойному. Не говоря уже о глупой идее попасть в королевский дворец. Или того лучше – стать будущим правителем, чтобы поменять уклад Руты.
— Да что произошло?! – непонимающе спросил преподаватель, кладя руки мне на плечи и заглядывая в лицо.
Я напряглась, что не укрылось от мистера Горана, впрочем, руки его не скинула. Он долго смотрел на меня, а после неожиданно огорошил:
— Сегодня свободна от занятий, пойдешь со мной!
— Куда?
Отвечать мне не стали, просто взяли за руку и повели за собой. Только в академии отпустили, давая несколько минут, чтобы сбегать в душ. Сам преподаватель все это время ждал меня у ворот. Когда же я вернулась, то заметила за его спиной карету. Что он уже задумал?
— Хочу тебе кое-что показать, — серьезно проговорил мужчина, подавая мне руку. Я лишь на секунду засомневалась и все-таки приняла протянутую ладонь.
— И все же, Лэкорил, — вновь заговорил учитель, когда тронулась повозка. – Что вчера случилось?
— Ничего, — в который раз соврала я, смело глядя прямо в глаза. Давно заметила, что ни в коем случае нельзя отводить взгляда, если врешь.
— И вот это, как я понимаю… — теплые пальцы коснулись скулы. – И есть твое ничего?
Демоново отродье! Я мысленно ругнулась, понимая, что выбегая из душа, совсем забыла о пудре!
— Лэкорил, поверь, мне всегда известно, когда ты пытаешься лгать. И сейчас я просто прошу рассказать, что тебя так расстроило и откуда этот след?
— Не хочу говорить, — теперь уже честно призналась я, действительно не желая обсуждать вчерашнее, по крайней мере, не сейчас.
Горан Нэрдок понял, как и всегда, он не стал настаивать, только недовольно сморщил лоб и убрал руку.
— Хорошо, но мы вернемся к этому разговору.
Я только кивнула и уставилась в окно, понимая, что просто не смогу рассказать ему о случившемся. Стыдно. Противно. Низко. Не уверена даже, смогу ли потом поделиться этим. В любом случае на руке был новый узкий браслет, который в любой момент сработает, подпусти я кого-то чересчур близко к себе. Именно на него потратила всю ночь. Ведь мне придется снова уходить поздно с работы. Осталось только найти новое место. Возвращаться в прежний постоялый двор было бы глупостью. Напавший мужчина знает, что меня можно там найти. Благо никому не было известно обо мне правды. Я всегда переодевалась, перед тем как идти на кухню, и рассказывала всем выдуманную историю о бедной судьбе, не желая говорить правду. Пока я и вовсе решила некоторое время не показываться в городе, так надо было же именно сегодня преподавателю куда-то меня повезти. Впрочем, раз он взял карету, значит путешествие не близкое, что не могло не радовать.
За окном проносились невысокие домики Кургода. Столица была очень насаженной, если так можно выразиться: дома, казалось, находили друг на друга, негде было яблоку упасть. Откровенно говоря, Кургод не нравился мне как город, хотя в детстве я и мечтала побывать в столице. Зато сейчас прекрасно понимаю, что ожидания совсем не оправдались. Даже дворец короля расположен за чертой Кургода – на природе, вдали от суеты и грязи. Впрочем, поговаривают, что оттуда прекрасно виден сам город. Когда-нибудь я все-таки побываю во дворце! Даже если мои детские мечты навсегда останутся мечтами.
— О чем думаешь, Лэкорил? – вдруг спросил учитель, накрывая мою ладонь, лежащую на мягком сиденье. Поборов в себе возникшее мимолетное желание убрать руку, я успокоила дыхание и спокойно ответила, незаметно посылая импульс вмиг нагревшемуся браслету:
— О королевском дворце.
На всякий случай даже вот такое мимолетное прикосновение я сделала для нитей звоночком. Нэрдок Горан, наверное, единственный, кому я позволяла к себе прикасаться, однако каждое управление браслетом выходило мне боком, так как тянуло силу. Впрочем, оно того стоило. Я могла быть уверена, что никакая скотина не вздумает меня трогать. Жалела только, что раньше этого не сделала.
— Лицо у тебя сейчас совсем не мечтательное, — задумчиво проговорил учитель. – Скорее злое. Думаешь о захвате дворца?
— Нет. – Я улыбнулась. – Почему вы ни разу не сказали, что моя затея ерунда? Почему приняли такие глупые мечты?
— Любые мечты имеют право на существование. Кто знает? Сейчас тебе кажется это глупым, но боги любят вмешиваться в судьбы смертных. Порою им очень скучно. Все может случиться, и даже так, что ты действительно станешь… даже не королевой, а императрицей. Хотя цели твои значительные… — продолжил размышлять вслух мужчина, все также держа свою теплую ладонь на моей руке. И это совсем не вызывало противоречия, удивительно, но она наоборот успокаивала и дарила надежность.
Вот и сейчас я возвращалась обратно в академию ужасно вымотанная и сонная. На улице было темно и холодно. Последний месяц осени принес первые заморозки и даже снег. Я куталась в теплую курточку, быстро топая по направлению к главным воротам. По правилам академии они закрывались после десяти, пропуская лишь преподавателей. Впрочем, благодаря сплетенному еще в школе браслету, магические ворота открывали проход даже после полуночи и для меня. Как оказалось, мои нити обходили здешнюю защиту также легко. Ясное дело, что помимо меня были и другие адепты, которые возвращались довольно поздно, но как они разобрались с вредными воротами, мне было неизвестно.
Я уже собиралась свернуть на улицу Розий, что недалеко от главной, когда из темного проулка кто-то схватил меня за руку и резко дернул назад. От неожиданности даже закричать не успела, в следующее мгновение оказываясь прижатой кем-то к стене. В тот же миг большая потная ладонь закрыла рот, а лицо обдало противным запахом перегара и табака.
— Не дергайся, девка!
Мужская рука рванула ворот, срывая старые пряжки с плаща, горячие пальцы пробрались под плотную ткань рабочего платья. Меня захлестнула волна отвращения и злости, вызывая неприятные воспоминания из прошлого, которые я так старалась забыть… и которые, как я думала, мне удалось забыть.
— Хорошенько ублажишь, заберу к себе! – полные губы скривились в усмешке. – Поверь, у меня тебе будет лучше, чем на кухне трактира.
Так он следил за мной?! Я дернулась, пытаясь вырваться, но держали меня крепко.
— Я что сказал?! – лицо обожгла ощутимая пощечина, а затем мои губы властно смяли чужие, оставляя гадкий вкус браги, наваливаясь всем телом. – Хорошая девочка…
И это словно отрезвило. Пальцы сами сложились в пассы, а губы зашептали древнее заклинание на везорийском. Мужчина в первое мгновение опешил, а после отскочил будто ужаленный.
— Ведьма, что ли?!
Я не слушала, продолжая плести заклинание. Тьма поднималась вокруг нас, и я с каким-то неправильным наслаждением отметила испуг в широко распахнутых глазах мужика. Он уже хотел сбежать, но темное марево оплело его за ноги и повалило наземь.
— Не ведьма, а маг!
Он скрючился и завыл от боли, но я лишь переступила через него, не испытывая угрызений совести. Скорее опустошение и отвращение. Все равно ничего с ним не будет! Проклятие спадет с первыми солнечными лучами. От спазмов и рвотных позывов никто еще не умирал.
Размазывая по лицу выступившие злые слезы и придерживая дрожащей рукой плащ, оставшийся без пряжек, я неожиданно для самой себя поняла, насколько была глупой. Попасть в королевскую гвардию, во дворец? Ха! В действительности я все та же крепостная без будущего. Маг?! Мечта изменить законы? Освободить свою семью от Венских? Наивность! Мне никогда не прыгнуть выше своей головы.
Верно когда-то сказал Венский – в королевскую гвардию попадают только с чистой кровью. А кто я? Смердок, чудом получивший благословение богов и шанс обучаться. Да если бы не мистер Горан, я бы, может, и в школу никогда не попала, а в академию тем паче. Забрал бы Далион мою силу, как делается это из года в год, и отдал достойному. В академии, как и в школе, я была единственной крепостной в прошлом. Почему же мне такая выпала удача? Да, бедные, сироты, но свободные учились магии! А я… кто я?! Кухонная девка без имени и рода, чумазая беднота, которую вновь захотели поиметь!..
— Лэкорил?
Я изумленно обернулась, замечая справа длинную тень, завернутую в дорогой плащ, подбитый мехом. Боги, но почему из всех надо было встретить именно его? Снова?! Где он вообще ходит так поздно?
Расго остановил свой внимательный взгляд на торчащих нитках плаща, припухших губах и слезах. Он не стал спрашивать, что случилось, по всей видимости, сделав свои собственные, скорее всего верные выводы. Вместо этого я услышала:
— Чем ты думала, возвращаясь одна в такое время?
Отвечать не стала, изо всех сил стараясь не заплакать. Хватит! Все хорошо, Кори, а Расго уж точно не должен видеть твоих слез. Слышишь, Кори?!
Больше всего мне хотелось, как в детстве, скрыться в душе, смывая неприятные прикосновения.
Расго молча последовал за мной. Просто неторопливо шел в нескольких шагах позади, не расспрашивая и ничего не говоря. Только у самих ворот неожиданно остановил, кладя руку мне на плечо:
— Скрой следы проклятия, — предостерегающе напомнил он. – Арка засветится и выдаст, что ты в городе использовала темное искусство.
— А тебе какое дело? – я обернулась к Даронну. – Еще несколько дней назад не ты ли требовал извинений, угрожая поставить меня на место?
— Это разные вещи, Риддис! – Юноша скривился. – Ты влезла не в свое дело. Первогодка, посмевшая проклясть троих лучших магов на потоке. Правда думаешь, что это сойдет тебе с рук?
— Да что он вам сделал? – резко спросила я, тем самым хоть немного пытаясь выбросить из головы случившееся.
— Он? – Расго вдруг глухо рассмеялся. – Алан Лодвин отравил мою лошадь, Риддис!
Я опешила.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что этот идиот сглупил, — раздраженно ответил Даронн. – Он и сам это понимает. Наши семьи давно враждуют, вот и решил хотя бы так низко отомстить, не имея смелости пойти в открытую против целого клана.
— Низко? — я скривилась. — А разве ты вел себя не так же? Или уже забыл, как пытался навредить Шорёну!
— Глупая, ничего бы не было с твоим псом! Мы хотели лишь…
Он говорил, а я понимала, что отвлечься все-таки не удается. Пытаюсь сосредоточиться на словах Расго, а в голову все равно лезут неприятные воспоминания: прикосновения потных рук, запах перегара и холодная стена, упирающаяся в спину.
Дрожат руки, ноги ватные – идти дальше сил нет. До академии всего ничего, два шага от силы, но я будто вросла в землю. Слова Даронна теряются в звонком шуме. В висках пульсирует, и кажется… по щекам вновь влажные дорожки слез. Я не смогла сдержаться. И не хотела.
Только ощутив холодную ладонь на лице, сфокусировала взгляд на Расго. Его лицо оказалось так близко, что это, наверное, впервые, когда я рассмотрела, что глаза у него не синие, как всегда казалось, нет, они темно-фиолетовые, как предгрозовое небо.
— Не надо меня жалеть! – я моментально скинула его руку. – Ни к чему это после всех твоих угроз! Выглядит просто смешно.
— Мне тебя и не жаль, — убедительно заявил Даронн, складывая руки на груди. – Тебе уже не тринадцать, ты должна понимать, чем может закончиться столь поздняя прогулка по ночной столице. Но раз ты так спокойно ходишь одна, значит, уверена в себе. И, судя по остаточным следам магии вокруг тебя, кому-то сегодня очень не повезло…
— Спасибо.
— За что? – изумился Расго, явно не ожидая от меня такого ответа.
— За честность.
Стало легче. Немного, но действительно легче. Ворота академии замерцали магией, а затем пропустили нас на территорию. В последний миг накрыла себя двойным пологом, пряча следы магии от арки истины, которая шла сразу над воротами.
Расго поднялся со мной в общежитие, но прежде чем свернуть в комнаты третьекурсников, ненадолго остановился:
— Риддис, я надеюсь, ты поумнеешь и не станешь так поздно ходить неизвестно где.
«Нет, Расго, не перестану!» — мысленно ответила магу, наблюдая за тем, как он скрывается в коридоре своего курса.
Бросать работать я была не намерена. Просто обращусь снова к нитям. Впрочем, в одном он прав! Мне нужно было сделать это раньше. Действительно, слишком беспечно полагать, будто со мной ничего не случится. Да, на мне и так есть защитные браслеты, но это все не то. Я не хочу даже чувствовать чьих-либо прикосновений! Глупо. Правда глупо! После того, что случилось когда-то в школе, попасться на том же самом, заранее не подумав, чем опасна ночная столичная жизнь. Никакая не умная и не талантливая, как часто хвалит меня мистер Горан. Я – самоуверенная дура, вот кто!
С такими мыслями я вошла к себе в комнату, срывая испорченное платье – его только выкинуть. И снова, так же как три года назад – долгое времяпровождение под сильной струей прохладного душа.
Холодно. В комнате было приоткрыто окно. Кутаясь в тяжелое полотенце, я прошла к кровати, замечая под одеялом грелку. Видимо, слуги постарались – в последние дни в академии было холодно, а камины еще не везде топили.
На целую ночь заняла себя плетением. Все равно сон не шел, а память упорно подкидывала темный проулок и того грязного мужика, воняющего застарелым потом! Нити брала редко, и теперь они радостно скользнули мне в ладонь, отзываясь силой. К утру, уморенная, я все-таки провалилась в беспокойный сон. И именно тогда, впервые за очень долгое время, мне вновь приснился кошмар…
Я в изумлении замерла, когда толстые пальцы ловко расстегнули верхнюю пуговку моего платья.
— Что ты?!.. – поперхнулась воздухом, ощутив, как чья-то потная рука залезла под юбку.
— А ты ничего, и школа тебя ненавидит, никто и слова не скажет.
Ужас ледяной змеей заполз в сердце. Я испуганно сжалась, а тело забила крупная дрожь. Страх, стыд, омерзение и злость. Перед глазами помутнело.
— Пожалуйста... – я не узнала собственный дрожащий голос.
***
Утром, бегая по заснеженной дорожке, я пыталась отогнать отголоски ночного кошмара и случившегося. На некоторое время мне даже это удалось. В штанах и легком жилете на шнуровке поверх льняной рубашки даже не чувствовала утреннего первого мороза, просто со всех ног бежала вперед, в действительности стараясь убежать от самой себя. Не знаю, сколько так пронеслась кругов, пока не врезалась в появившегося на моем пути мистера Горана. Затормозила, проехавшись на носочках, и уткнулась носом в теплый кафтан. Вздрогнула и моментально отстранилась, замечая удивление в глазах преподавателя.
— Лэкорил, что с тобой сегодня? – он недовольно нахмурился. — Ты никак загнать себя решила перед турниром?
Покачала головой, все еще тяжело дыша. Когда же справилась с собственным дыханием, серьезно сказала:
— А какой смысл мне участвовать? Зачем?
— Как зачем? – это впервые на моей памяти, когда Горан Нэрдок растерялся. – Ты разве расхотела идти в королевскую гвардию?
— Я все равно туда не попаду! Все мои мечты просто детские глупости. Вы ведь сами это понимаете. В королевскую гвардию берут только аристократов. Даже случись чудо, и я смогу победить – мою силу просто отберут, чтобы отдать достойному. Не говоря уже о глупой идее попасть в королевский дворец. Или того лучше – стать будущим правителем, чтобы поменять уклад Руты.
— Да что произошло?! – непонимающе спросил преподаватель, кладя руки мне на плечи и заглядывая в лицо.
Я напряглась, что не укрылось от мистера Горана, впрочем, руки его не скинула. Он долго смотрел на меня, а после неожиданно огорошил:
— Сегодня свободна от занятий, пойдешь со мной!
— Куда?
Отвечать мне не стали, просто взяли за руку и повели за собой. Только в академии отпустили, давая несколько минут, чтобы сбегать в душ. Сам преподаватель все это время ждал меня у ворот. Когда же я вернулась, то заметила за его спиной карету. Что он уже задумал?
— Хочу тебе кое-что показать, — серьезно проговорил мужчина, подавая мне руку. Я лишь на секунду засомневалась и все-таки приняла протянутую ладонь.
— И все же, Лэкорил, — вновь заговорил учитель, когда тронулась повозка. – Что вчера случилось?
— Ничего, — в который раз соврала я, смело глядя прямо в глаза. Давно заметила, что ни в коем случае нельзя отводить взгляда, если врешь.
— И вот это, как я понимаю… — теплые пальцы коснулись скулы. – И есть твое ничего?
Демоново отродье! Я мысленно ругнулась, понимая, что выбегая из душа, совсем забыла о пудре!
— Лэкорил, поверь, мне всегда известно, когда ты пытаешься лгать. И сейчас я просто прошу рассказать, что тебя так расстроило и откуда этот след?
— Не хочу говорить, — теперь уже честно призналась я, действительно не желая обсуждать вчерашнее, по крайней мере, не сейчас.
Горан Нэрдок понял, как и всегда, он не стал настаивать, только недовольно сморщил лоб и убрал руку.
— Хорошо, но мы вернемся к этому разговору.
Я только кивнула и уставилась в окно, понимая, что просто не смогу рассказать ему о случившемся. Стыдно. Противно. Низко. Не уверена даже, смогу ли потом поделиться этим. В любом случае на руке был новый узкий браслет, который в любой момент сработает, подпусти я кого-то чересчур близко к себе. Именно на него потратила всю ночь. Ведь мне придется снова уходить поздно с работы. Осталось только найти новое место. Возвращаться в прежний постоялый двор было бы глупостью. Напавший мужчина знает, что меня можно там найти. Благо никому не было известно обо мне правды. Я всегда переодевалась, перед тем как идти на кухню, и рассказывала всем выдуманную историю о бедной судьбе, не желая говорить правду. Пока я и вовсе решила некоторое время не показываться в городе, так надо было же именно сегодня преподавателю куда-то меня повезти. Впрочем, раз он взял карету, значит путешествие не близкое, что не могло не радовать.
За окном проносились невысокие домики Кургода. Столица была очень насаженной, если так можно выразиться: дома, казалось, находили друг на друга, негде было яблоку упасть. Откровенно говоря, Кургод не нравился мне как город, хотя в детстве я и мечтала побывать в столице. Зато сейчас прекрасно понимаю, что ожидания совсем не оправдались. Даже дворец короля расположен за чертой Кургода – на природе, вдали от суеты и грязи. Впрочем, поговаривают, что оттуда прекрасно виден сам город. Когда-нибудь я все-таки побываю во дворце! Даже если мои детские мечты навсегда останутся мечтами.
— О чем думаешь, Лэкорил? – вдруг спросил учитель, накрывая мою ладонь, лежащую на мягком сиденье. Поборов в себе возникшее мимолетное желание убрать руку, я успокоила дыхание и спокойно ответила, незаметно посылая импульс вмиг нагревшемуся браслету:
— О королевском дворце.
На всякий случай даже вот такое мимолетное прикосновение я сделала для нитей звоночком. Нэрдок Горан, наверное, единственный, кому я позволяла к себе прикасаться, однако каждое управление браслетом выходило мне боком, так как тянуло силу. Впрочем, оно того стоило. Я могла быть уверена, что никакая скотина не вздумает меня трогать. Жалела только, что раньше этого не сделала.
— Лицо у тебя сейчас совсем не мечтательное, — задумчиво проговорил учитель. – Скорее злое. Думаешь о захвате дворца?
— Нет. – Я улыбнулась. – Почему вы ни разу не сказали, что моя затея ерунда? Почему приняли такие глупые мечты?
— Любые мечты имеют право на существование. Кто знает? Сейчас тебе кажется это глупым, но боги любят вмешиваться в судьбы смертных. Порою им очень скучно. Все может случиться, и даже так, что ты действительно станешь… даже не королевой, а императрицей. Хотя цели твои значительные… — продолжил размышлять вслух мужчина, все также держа свою теплую ладонь на моей руке. И это совсем не вызывало противоречия, удивительно, но она наоборот успокаивала и дарила надежность.
