Внутри дорожного кольца вместился небольшой фонтан. Справа от него уже устанавливали основу под ярмарочные прилавки, а слева строили какую-то странную конструкцию: овальный настил, огороженный невысокими, по пояс, перилами. Чем-то похоже на «стадион», на котором в Линте каждое лето устраивали поросячьи бега.
– А что здесь будет? – кивнула налево.
– Каток, – просто ответил Иррис.
– А-а-а, – протянула я.
На коньках, как и на лыжах, мне никогда не доводилось кататься.
– К следующим выходным уже должны доделать. Если повезет с погодой – сам замерзнет. Если нет, позовут студентов из Гельхемейра на помощь. Второкурсники часто так практикуются. Так что придем сюда покататься.
– Посмотрим, – хмыкнула я неопределенно.
– Пойдем дальше, – Иррис потянул меня направо, на узкую улочку, где можно было ходить только пешеходам. – Улица Ориса Дорнея, одного из первых герцогов Каррадеров. По праздникам здесь обычно проходят выставки уличных художников.
– Ты за пять лет уже успел весь Хельвинд изучить, – заметила я.
– За шесть, – поправил парень. – Я универсал, учусь немного по другой программе.
– А сколько тебе вообще лет?
– Двадцать пять. Я начал учиться позже, чем остальные. После открытия дара отец почти на полтора года отправил меня на полуостров Ормат, в приграничный форт. Режим и самодисциплина здорово закалили характер, а местные боевики научили контролировать силу.
– Знаешь, ты первый универсал, которого я встретила…
– И теперь тебе любопытно, Искорка? – тот бросил на меня хитрый взгляд.
– Любопытно, – призналась смущенно.
– Моя сила открылась, как и у обычных магов – в шестнадцать. Сначала проявился огонь, почти сразу за ним – остальные три стихии.
– Ты был рад?
– Еще бы. Мой отец – универсал, и я всегда хотел быть похожим на него. Выучиться, стать сильным магом, построить карьеру благодаря таланту, а не связям.
– Говорят, таланта тебе не занимать, – хмыкнула я.
– Искорка, неужели я слышу в твоем голосе скепсис? – шутливо возмутился универсал. – Ну ничего, ты еще не один раз убедишься в том, что меня не зря считают лучшим студентом академии.
Он вдруг остановился, присмотрелся к моему лицу и заявил:
– У тебя шоколад на носу.
Прежде, чем я спохватилась, мазнул меня по кончику носа пальцем, стирая пятно. И даже почти не поморщился, когда его ударило разрядом.
– Эй, ты как? – растерялась я.
– Да что мне сделается? – усмехнулся Иррис, растирая пальцы. – Не бери в голову.
– Просто… осторожнее со мной.
– Вот еще, – снисходительно фыркнул этот упрямец и схватил меня за руку. – Пойдем дальше.
И мы пошли. Прогулялись по узким улочкам центра. Дошли до маленького озера, обсаженного красивыми голубыми елями. Потом Иррис решил, что мы проголодались, и завел меня в маленькое, но очень уютное кафе. Я упиралась всеми конечностями, все же есть за чужой счет было очень неудобно, но мой спутник как обычно отмахнулся и посоветовал не забивать себе голову ерундой. А подкрепившись, мы еще почти час бродили по городу, болтая обо все на свете, и только потом засобирались в академию.
Я никогда не считала себя ни общительной, ни разговорчивой. И не думала, что могу сходиться с людьми так быстро. Но с Иррисом оказалось очень легко общаться. Сын герцога был лишен всякого снобизма и заносчивости, которую часто можно встретить у людей его круга. Он не обращал внимание на мою зажатость, на неловкое молчание или ответы невпопад. Просто показывал мне Хельвинд, рассказывал смешные истории, угощал разными вкусностями вроде тех же вафель или орешков в карамели. И делал все это настолько естественно и ненавязчиво, что я быстро перестала чувствовать себя обязанной чем-то за эти мелочи, а просто наслаждалась прогулкой.
– Спасибо, – искренне улыбнулась я, когда мы вернулись в общежитие, – это был замечательный день.
– Почему был? – хитро усмехнулся Иррис. – Он еще не закончился. После ужина будет вечеринка, помнишь?
– Помню.
– Приходи, будет весело, – он попробовал заправить мне за ухо прядь волос, получил разряд и рассмеялся. – Ладно, пойду.
А я обреченно покачала головой и отправилась в комнату.
Эвантея тоже вернулась с прогулки. Увидев меня, она отбросила яркий журнал, который читала, дождалась, пока я сниму верхнюю одежду и устало упаду на кровать, а потом плюхнулась рядом со мной и протянула:
– Ну-у-у-у?
– Что? – я сделала вид, как будто не поняла, что ее так распирает.
– Как погуляли?
– Хорошо. Хельвинд – красивый город, а Иррис… интересный.
– Говорят, Эльмарен красиво ухаживает за девушками, – в глазах Эвы светился восторг, – и не потому, что выпендривается или пускает пыль в глаза, просто он сам по себе такой.
– Не знаю, – я дернула плечом. – Он галантный и благородный, это да. Но я же ему просто однокурсница.
– Ну-ну.
– Глупо думать, что я могу быть интересна ему как девушка, – сказала со вздохом. – Наверное, Иррис просто пытается сделать из меня нормального человека.
– А это давно пора.
– Знаю, просто… нельзя так быстр перестроиться. Но я попробую. Для начала хотя бы не шарахаться от людей.
– Вот и славно, – улыбнулась огневичка. – На вечеринку пойдешь?
– На вечеринку….
Моя решимость стать нормальным человеком тут же спряталась под толстым слоем неуверенности в себе и страха больших компаний.
– Наверное, туда нужно приходить нарядной, – пробормотала смущенно, – а у меня нет ничего.
– Глупости, – махнула рукой соседка. – Это просто студенческие посиделки. Каждый приходит как хочет.
– Ну если так… Тогда ладно.
– Тебе понравится, вот увидишь.
Эвантея и правда не готовилась как-то по-особому. После ужина, на который мы ходили с Эльсой и Наритой, просто спустились с галереи на первый этаж общежития и попали в большую гостиную. Она оказалась очень уютной. Фонограф негромко играл какую-то популярную мелодию, возле входа стоял длинный стол с чашей пунша и маленькими, на один зуб, закусками. По углам и у стен были разбросаны забавные кресла-мешки, разделенные низкими столиками на зоны.
Мы пришли одними из первых, поэтому смогли занять пустующий пока угол, спокойно пить пунш, валяясь в креслах, и рассматривать приходящих студентов.
– Вообще эта гостиная всегда открыта, – сказала Эва. – Здесь можно слушать музыку, общаться, играть в настольные игры.
Она взяла со столика ближайшую коробку.
– «Башни драконов», моя любимая. Умеешь играть?
Я молча покачала головой.
– Ничего, научишься. Правила совсем простые.
– Но мы же не будем начинать прямо сейчас… – улыбнулась Эльса.
– …потому что играть лучше вшестером, – подхватила Нарита.
– Угу, – кивнула Эва и украдкой покосилась на дверь.
Предмет ее чаяний не заставил себя ждать долго. Совсем скоро Листер Кана появился в гостиной вместе с Иррисом.
Эвантея сидела как на иголках, все порываясь помахать парням, привлекая внимание, но смущалась. Я просто молчала, потягивая пунш. Конечно, Иррис приглашал меня сюда, но это не значит, что он должен сидеть с нами. Вон сколько у него знакомых.
Парни здоровались чуть ли не с каждым, кто был в гостиной. С кем-то перекидывались парой слов, а потом уже знакомая мне воздушница, Лорна, кажется, подошла к Эльмарену и, заискивающе улыбаясь, махнула в сторону пока еще свободных кресел. Но Иррис покачал головой, безошибочно нашел в толпе студентов меня и направился в нашу сторону. Девушка проводила его разочарованным взглядом.
– Дамы, – мурлыкнул он, когда они с Листером приблизились, – вы позволите двум презренным студентам разбавить вашу женскую компанию?
– Разбавляйте, – хором ответили близняшки и хихикнули.
– Привет, – пробормотала смущенно, когда брюнет плюхнулся в кресло рядом со мной.
– Рад, что ты пришла, Искорка, – улыбнулся тот.
А мне в висок впился чужой взгляд. Я скосила глаза в сторону и увидела воздушницу Лорну, сидевшую в другом конце комнаты. Она нервно комкала в руках салфетку, а по глазам можно было без труда прочитать досаду, зависть и раздражение. Бывшая девушка? Просто поклонница? Не знаю. Но надеюсь, она не станет вымещать свою злость на мне.
– Мири? Будем играть? – тронула меня за локоть Эва.
– Да, – спохватилась я, возвращая все свое внимание друзьям. – Только объясните правила.
Это действительно оказалось весело. Первый тур я безжалостно проиграла, придя к финишу последней, но быстро втянулась, и в итоге мой дракон нашел свою башню вторым, сразу за Эвантеей. Потом к нам присоединились еще несколько друзей Ирриса, и мы стали играть в забавную игру на угадывание слов. Поначалу мне было неловко в такой большой компании, но сокурсники оказались людьми очень легкими в общении, и мне удалось расслабиться. Пунш лился рекой, закуски не кончались, фонограф играл какие-то веселенькие мотивы, под которые кто-то даже начал танцевать. Вечер и правда получился отличным. И я не жалела, что приняла приглашение Ирриса сходить.
Но все хорошее когда-нибудь кончается. Вот и вечеринка закончилась тоже. Парни проводили нас до комнат и ушли, пожелав спокойной ночи. А я быстро умылась и залезла в кровать. Завтра было много дел. Домашние задания, книга из списка магистра Даралеса, и встреча с отцом.
На площади возле вокзала я была ровно в четыре. И сразу увидела высокую фигуру отца, стоящего под часовой башней.
На минуту даже застыла на месте, рассматривая мужчину, который пока что меня не заметил. Я редко приезжала домой во время учебы, зная, что мне там не будут рады. Последний раз ездила два года назад и сейчас со странным трепетом стояла, не решаясь сделать последний шаг.
Отец не слишком изменился за эти время. Но он был одет в солидное пальто из темно-серой шерсти и цилиндр, а в руках держал новенькую трость. Создает впечатление успешного человека или дела в поместье действительно идут не так плохо, как раньше?
Сделав глубокий вдох, отмерла и подошла к родителю.
– Здравствуй.
Он обернулся, смерил меня взглядом, задержавшись на перчатках, и кивнул:
– Здравствуй.
Повисло молчание. Мимо нас сновали люди с чемоданами, громыхали тележками носильщики, чуть дальше собирал пассажиров общественный дилижанс. Суета вокруг сбивала с мысли и как-то мешала задать главный вопрос. Зачем же отец приехал в Хельвинд?
– Не ожидала тебя здесь увидеть, – сказала наконец. – Что случилось?
– Нам нужно тихое место, где можно поговорить без свидетелей.
Я задумалась. В академию родителя вести не хотелось, а улицы и кафе не подходили в качестве места без лишних ушей. В итоге махнула рукой в сторону путей:
– Пойдём.
Мы обошли здание вокзала, маленькую привокзальную гостиницу и остановились в сквере рядом. Я заметила его еще тогда, когда ехала на поезде в город. Хотя это место даже сквером назвать нельзя было. На небольшом пятачке между глухой стеной и старым тупиковым путем росло несколько деревьев и стояла одинокая лавочка. Я создала воздушный купол, который защищал нас от ветра и любопытных ушей, и повернулась к отцу.
– Как твой дар? – спросил тот, оценивающе оглядывая купол.
– Как обычно, – пожала плечами. – Аномалия никуда не делась, продолжаю осваивать воздух. Только уже в новом месте.
– Вот уж не думал, что ты окажешься в лучшей академии королевства.
– Как ты вообще узнал, что я здесь?
– Я был в Линте, и там мне все рассказали. Это же надо, напасть на сына барона.
– Это была самозащита, – буркнула под нос.
Конечно, я не ждала поддержки или защиты, но от неодобрения в глазах отца становилось совсем уж пакостно. Как будто я сама провоцировала Мариса. И как будто совершила преступление простив человечества, попортив его холеное лицо.
– Так зачем ты приехал? – сменила тему. – Что-то случилось дома?
Отец помолчал, а потом выдал:
– Я нашел тебе мужа.
– Что, прости? – от удивления я аж села на холодную скамейку.
Мне казалось, родители махнули рукой на свои матримониальные планы еще шесть лет назад. И тут такая новость.
– Я нашел тебе мужа. Он согласен взять тебя, даже не смотря на твой… изъян.
Ошарашенно покачала головой. Мозг категорически отказывался воспринимать эти слова.
– Вот, – отец вытащил из внутреннего кармана пальто большой конверт и подал его мне. – Подпиши брачный договор, собери вещи, и ночным поездом мы отправимся домой. Люди твоего будущего супруга будут ждать тебя там.
Я машинально взяла конверт, машинально достала бумагу и глянула на ровные печатные строки. И чем больше вчитывалась, тем сильнее меня начинало колотить от возмущения. Во-первых, предполагаемым супругом был исфаниец. Во-вторых, после свадьбы я становилась подданной Исфанийского Халифата. И в-третьих, все права на меня, мое имущество и даже на магию после свадьбы переходили мужу.
– Это… это что такое? – я подняла глаза на мужчину, который являлся моим родителем.
– Брачный договор, – повторил тот и протянул мне ручку, – подпиши его.
– Вижу, что это брачный договор. Но тебе не кажется, что он немного странный?
– Стандартный для исфанийцев.
– Но мы же не исфанийцы.
– И что? – не проникся мужчина. – Как будто межнациональные браки редкость в наше время.
– Вот только по сути ты продаешь меня в рабство!
Конечно, межнациональные союзы встречались часто. Со мной в комнате живет ребенок от такого брака, вполне себе счастливый и довольный жизнью. Но ее отец бросил родную страну, чтобы не тянуть жену под гнет суровых обычаев Халифата. Мне же предлагается по своей воле отправиться туда. Вот уж ни за что!
– Брось, – поморщился отец. – Супруг будет о тебе заботиться.
– Серьезно?
– Многие девушки мечтают о такой жизни, какой живут жены исфанийцев.
– Жить в гареме мужа, не выходя на улицу? Подчиняться любым его приказам и не иметь прав ни на что?
– Ты сгущаешь краски, – отец отвел взгляд. – Я нашел тебе прекрасного жениха, договорился с ним, уже обсудил все детали. Выгоднее партии ты не найдешь.
– А кто тебе сказал, что я хочу найти выгодную партию?
– Будешь всю жизнь прозябать в какой-нибудь дыре, гоняя облака? Ты же леди, как-никак, мы готовили тебя для совсем другой жизни.
– Это для какой же? Выйти замуж за толстосума, которому захочется молоденькую воспитанную жену, и стать полностью зависимой от него, чтобы не выгнал на улицу без денег и перспектив?
– Утрируешь, – поморщился мужчина. – Многие леди выходят замуж и во всем слушаются мужа. Так что не дури и подпиши договор, Мирайя, нам еще нужно успеть на поезд.
Я горько усмехнулась. Надо же, похоже отец уже все за меня решил. Вот только мы не в Халифате, а в свободном Кандере. И даже у родителей нет такой власти, которая бы заставила меня делать то, чего не хочу.
– Я не стану это подписывать, – сказала, откладывая договор. – И замуж за исфанийца, где бы ты его ни откопал, не пойду.
– Не дури, – стал раздражаться отец. – Ты должна слушаться и делать то, что я говорю.
– Мне почти двадцать три года. У меня давно уже своя жизнь.
– Мы с матерью столько в тебя вложили. Обеспечили лучших учителей, наряды для выхода в свет. Неужели ответишь на это такой неблагодарностью?
– Чем именно обеспечивать – вы сами решали, – ответила резко. – Не нужно перекладывать ответственность на меня.
– Подпиши договор, – отец поднялся и навис надо мной.
– Нет.
– Ты обязана. Мы уже взяли выкуп за тебя!
– Выкуп? – изумилась я, а потом снова схватила бумаги.
Нашла нужную цифру и присвистнула. Да за эту сумму можно было выкупить все наше поместье вместе с землей.
– А что здесь будет? – кивнула налево.
– Каток, – просто ответил Иррис.
– А-а-а, – протянула я.
На коньках, как и на лыжах, мне никогда не доводилось кататься.
– К следующим выходным уже должны доделать. Если повезет с погодой – сам замерзнет. Если нет, позовут студентов из Гельхемейра на помощь. Второкурсники часто так практикуются. Так что придем сюда покататься.
– Посмотрим, – хмыкнула я неопределенно.
– Пойдем дальше, – Иррис потянул меня направо, на узкую улочку, где можно было ходить только пешеходам. – Улица Ориса Дорнея, одного из первых герцогов Каррадеров. По праздникам здесь обычно проходят выставки уличных художников.
– Ты за пять лет уже успел весь Хельвинд изучить, – заметила я.
– За шесть, – поправил парень. – Я универсал, учусь немного по другой программе.
– А сколько тебе вообще лет?
– Двадцать пять. Я начал учиться позже, чем остальные. После открытия дара отец почти на полтора года отправил меня на полуостров Ормат, в приграничный форт. Режим и самодисциплина здорово закалили характер, а местные боевики научили контролировать силу.
– Знаешь, ты первый универсал, которого я встретила…
– И теперь тебе любопытно, Искорка? – тот бросил на меня хитрый взгляд.
– Любопытно, – призналась смущенно.
– Моя сила открылась, как и у обычных магов – в шестнадцать. Сначала проявился огонь, почти сразу за ним – остальные три стихии.
– Ты был рад?
– Еще бы. Мой отец – универсал, и я всегда хотел быть похожим на него. Выучиться, стать сильным магом, построить карьеру благодаря таланту, а не связям.
– Говорят, таланта тебе не занимать, – хмыкнула я.
– Искорка, неужели я слышу в твоем голосе скепсис? – шутливо возмутился универсал. – Ну ничего, ты еще не один раз убедишься в том, что меня не зря считают лучшим студентом академии.
Он вдруг остановился, присмотрелся к моему лицу и заявил:
– У тебя шоколад на носу.
Прежде, чем я спохватилась, мазнул меня по кончику носа пальцем, стирая пятно. И даже почти не поморщился, когда его ударило разрядом.
– Эй, ты как? – растерялась я.
– Да что мне сделается? – усмехнулся Иррис, растирая пальцы. – Не бери в голову.
– Просто… осторожнее со мной.
– Вот еще, – снисходительно фыркнул этот упрямец и схватил меня за руку. – Пойдем дальше.
И мы пошли. Прогулялись по узким улочкам центра. Дошли до маленького озера, обсаженного красивыми голубыми елями. Потом Иррис решил, что мы проголодались, и завел меня в маленькое, но очень уютное кафе. Я упиралась всеми конечностями, все же есть за чужой счет было очень неудобно, но мой спутник как обычно отмахнулся и посоветовал не забивать себе голову ерундой. А подкрепившись, мы еще почти час бродили по городу, болтая обо все на свете, и только потом засобирались в академию.
Я никогда не считала себя ни общительной, ни разговорчивой. И не думала, что могу сходиться с людьми так быстро. Но с Иррисом оказалось очень легко общаться. Сын герцога был лишен всякого снобизма и заносчивости, которую часто можно встретить у людей его круга. Он не обращал внимание на мою зажатость, на неловкое молчание или ответы невпопад. Просто показывал мне Хельвинд, рассказывал смешные истории, угощал разными вкусностями вроде тех же вафель или орешков в карамели. И делал все это настолько естественно и ненавязчиво, что я быстро перестала чувствовать себя обязанной чем-то за эти мелочи, а просто наслаждалась прогулкой.
– Спасибо, – искренне улыбнулась я, когда мы вернулись в общежитие, – это был замечательный день.
– Почему был? – хитро усмехнулся Иррис. – Он еще не закончился. После ужина будет вечеринка, помнишь?
– Помню.
– Приходи, будет весело, – он попробовал заправить мне за ухо прядь волос, получил разряд и рассмеялся. – Ладно, пойду.
А я обреченно покачала головой и отправилась в комнату.
Эвантея тоже вернулась с прогулки. Увидев меня, она отбросила яркий журнал, который читала, дождалась, пока я сниму верхнюю одежду и устало упаду на кровать, а потом плюхнулась рядом со мной и протянула:
– Ну-у-у-у?
– Что? – я сделала вид, как будто не поняла, что ее так распирает.
– Как погуляли?
– Хорошо. Хельвинд – красивый город, а Иррис… интересный.
– Говорят, Эльмарен красиво ухаживает за девушками, – в глазах Эвы светился восторг, – и не потому, что выпендривается или пускает пыль в глаза, просто он сам по себе такой.
– Не знаю, – я дернула плечом. – Он галантный и благородный, это да. Но я же ему просто однокурсница.
– Ну-ну.
– Глупо думать, что я могу быть интересна ему как девушка, – сказала со вздохом. – Наверное, Иррис просто пытается сделать из меня нормального человека.
– А это давно пора.
– Знаю, просто… нельзя так быстр перестроиться. Но я попробую. Для начала хотя бы не шарахаться от людей.
– Вот и славно, – улыбнулась огневичка. – На вечеринку пойдешь?
– На вечеринку….
Моя решимость стать нормальным человеком тут же спряталась под толстым слоем неуверенности в себе и страха больших компаний.
– Наверное, туда нужно приходить нарядной, – пробормотала смущенно, – а у меня нет ничего.
– Глупости, – махнула рукой соседка. – Это просто студенческие посиделки. Каждый приходит как хочет.
– Ну если так… Тогда ладно.
– Тебе понравится, вот увидишь.
Эвантея и правда не готовилась как-то по-особому. После ужина, на который мы ходили с Эльсой и Наритой, просто спустились с галереи на первый этаж общежития и попали в большую гостиную. Она оказалась очень уютной. Фонограф негромко играл какую-то популярную мелодию, возле входа стоял длинный стол с чашей пунша и маленькими, на один зуб, закусками. По углам и у стен были разбросаны забавные кресла-мешки, разделенные низкими столиками на зоны.
Мы пришли одними из первых, поэтому смогли занять пустующий пока угол, спокойно пить пунш, валяясь в креслах, и рассматривать приходящих студентов.
– Вообще эта гостиная всегда открыта, – сказала Эва. – Здесь можно слушать музыку, общаться, играть в настольные игры.
Она взяла со столика ближайшую коробку.
– «Башни драконов», моя любимая. Умеешь играть?
Я молча покачала головой.
– Ничего, научишься. Правила совсем простые.
– Но мы же не будем начинать прямо сейчас… – улыбнулась Эльса.
– …потому что играть лучше вшестером, – подхватила Нарита.
– Угу, – кивнула Эва и украдкой покосилась на дверь.
Предмет ее чаяний не заставил себя ждать долго. Совсем скоро Листер Кана появился в гостиной вместе с Иррисом.
Эвантея сидела как на иголках, все порываясь помахать парням, привлекая внимание, но смущалась. Я просто молчала, потягивая пунш. Конечно, Иррис приглашал меня сюда, но это не значит, что он должен сидеть с нами. Вон сколько у него знакомых.
Парни здоровались чуть ли не с каждым, кто был в гостиной. С кем-то перекидывались парой слов, а потом уже знакомая мне воздушница, Лорна, кажется, подошла к Эльмарену и, заискивающе улыбаясь, махнула в сторону пока еще свободных кресел. Но Иррис покачал головой, безошибочно нашел в толпе студентов меня и направился в нашу сторону. Девушка проводила его разочарованным взглядом.
– Дамы, – мурлыкнул он, когда они с Листером приблизились, – вы позволите двум презренным студентам разбавить вашу женскую компанию?
– Разбавляйте, – хором ответили близняшки и хихикнули.
– Привет, – пробормотала смущенно, когда брюнет плюхнулся в кресло рядом со мной.
– Рад, что ты пришла, Искорка, – улыбнулся тот.
А мне в висок впился чужой взгляд. Я скосила глаза в сторону и увидела воздушницу Лорну, сидевшую в другом конце комнаты. Она нервно комкала в руках салфетку, а по глазам можно было без труда прочитать досаду, зависть и раздражение. Бывшая девушка? Просто поклонница? Не знаю. Но надеюсь, она не станет вымещать свою злость на мне.
– Мири? Будем играть? – тронула меня за локоть Эва.
– Да, – спохватилась я, возвращая все свое внимание друзьям. – Только объясните правила.
Это действительно оказалось весело. Первый тур я безжалостно проиграла, придя к финишу последней, но быстро втянулась, и в итоге мой дракон нашел свою башню вторым, сразу за Эвантеей. Потом к нам присоединились еще несколько друзей Ирриса, и мы стали играть в забавную игру на угадывание слов. Поначалу мне было неловко в такой большой компании, но сокурсники оказались людьми очень легкими в общении, и мне удалось расслабиться. Пунш лился рекой, закуски не кончались, фонограф играл какие-то веселенькие мотивы, под которые кто-то даже начал танцевать. Вечер и правда получился отличным. И я не жалела, что приняла приглашение Ирриса сходить.
Но все хорошее когда-нибудь кончается. Вот и вечеринка закончилась тоже. Парни проводили нас до комнат и ушли, пожелав спокойной ночи. А я быстро умылась и залезла в кровать. Завтра было много дел. Домашние задания, книга из списка магистра Даралеса, и встреча с отцом.
ГЛАВА 6
На площади возле вокзала я была ровно в четыре. И сразу увидела высокую фигуру отца, стоящего под часовой башней.
На минуту даже застыла на месте, рассматривая мужчину, который пока что меня не заметил. Я редко приезжала домой во время учебы, зная, что мне там не будут рады. Последний раз ездила два года назад и сейчас со странным трепетом стояла, не решаясь сделать последний шаг.
Отец не слишком изменился за эти время. Но он был одет в солидное пальто из темно-серой шерсти и цилиндр, а в руках держал новенькую трость. Создает впечатление успешного человека или дела в поместье действительно идут не так плохо, как раньше?
Сделав глубокий вдох, отмерла и подошла к родителю.
– Здравствуй.
Он обернулся, смерил меня взглядом, задержавшись на перчатках, и кивнул:
– Здравствуй.
Повисло молчание. Мимо нас сновали люди с чемоданами, громыхали тележками носильщики, чуть дальше собирал пассажиров общественный дилижанс. Суета вокруг сбивала с мысли и как-то мешала задать главный вопрос. Зачем же отец приехал в Хельвинд?
– Не ожидала тебя здесь увидеть, – сказала наконец. – Что случилось?
– Нам нужно тихое место, где можно поговорить без свидетелей.
Я задумалась. В академию родителя вести не хотелось, а улицы и кафе не подходили в качестве места без лишних ушей. В итоге махнула рукой в сторону путей:
– Пойдём.
Мы обошли здание вокзала, маленькую привокзальную гостиницу и остановились в сквере рядом. Я заметила его еще тогда, когда ехала на поезде в город. Хотя это место даже сквером назвать нельзя было. На небольшом пятачке между глухой стеной и старым тупиковым путем росло несколько деревьев и стояла одинокая лавочка. Я создала воздушный купол, который защищал нас от ветра и любопытных ушей, и повернулась к отцу.
– Как твой дар? – спросил тот, оценивающе оглядывая купол.
– Как обычно, – пожала плечами. – Аномалия никуда не делась, продолжаю осваивать воздух. Только уже в новом месте.
– Вот уж не думал, что ты окажешься в лучшей академии королевства.
– Как ты вообще узнал, что я здесь?
– Я был в Линте, и там мне все рассказали. Это же надо, напасть на сына барона.
– Это была самозащита, – буркнула под нос.
Конечно, я не ждала поддержки или защиты, но от неодобрения в глазах отца становилось совсем уж пакостно. Как будто я сама провоцировала Мариса. И как будто совершила преступление простив человечества, попортив его холеное лицо.
– Так зачем ты приехал? – сменила тему. – Что-то случилось дома?
Отец помолчал, а потом выдал:
– Я нашел тебе мужа.
– Что, прости? – от удивления я аж села на холодную скамейку.
Мне казалось, родители махнули рукой на свои матримониальные планы еще шесть лет назад. И тут такая новость.
– Я нашел тебе мужа. Он согласен взять тебя, даже не смотря на твой… изъян.
Ошарашенно покачала головой. Мозг категорически отказывался воспринимать эти слова.
– Вот, – отец вытащил из внутреннего кармана пальто большой конверт и подал его мне. – Подпиши брачный договор, собери вещи, и ночным поездом мы отправимся домой. Люди твоего будущего супруга будут ждать тебя там.
Я машинально взяла конверт, машинально достала бумагу и глянула на ровные печатные строки. И чем больше вчитывалась, тем сильнее меня начинало колотить от возмущения. Во-первых, предполагаемым супругом был исфаниец. Во-вторых, после свадьбы я становилась подданной Исфанийского Халифата. И в-третьих, все права на меня, мое имущество и даже на магию после свадьбы переходили мужу.
– Это… это что такое? – я подняла глаза на мужчину, который являлся моим родителем.
– Брачный договор, – повторил тот и протянул мне ручку, – подпиши его.
– Вижу, что это брачный договор. Но тебе не кажется, что он немного странный?
– Стандартный для исфанийцев.
– Но мы же не исфанийцы.
– И что? – не проникся мужчина. – Как будто межнациональные браки редкость в наше время.
– Вот только по сути ты продаешь меня в рабство!
Конечно, межнациональные союзы встречались часто. Со мной в комнате живет ребенок от такого брака, вполне себе счастливый и довольный жизнью. Но ее отец бросил родную страну, чтобы не тянуть жену под гнет суровых обычаев Халифата. Мне же предлагается по своей воле отправиться туда. Вот уж ни за что!
– Брось, – поморщился отец. – Супруг будет о тебе заботиться.
– Серьезно?
– Многие девушки мечтают о такой жизни, какой живут жены исфанийцев.
– Жить в гареме мужа, не выходя на улицу? Подчиняться любым его приказам и не иметь прав ни на что?
– Ты сгущаешь краски, – отец отвел взгляд. – Я нашел тебе прекрасного жениха, договорился с ним, уже обсудил все детали. Выгоднее партии ты не найдешь.
– А кто тебе сказал, что я хочу найти выгодную партию?
– Будешь всю жизнь прозябать в какой-нибудь дыре, гоняя облака? Ты же леди, как-никак, мы готовили тебя для совсем другой жизни.
– Это для какой же? Выйти замуж за толстосума, которому захочется молоденькую воспитанную жену, и стать полностью зависимой от него, чтобы не выгнал на улицу без денег и перспектив?
– Утрируешь, – поморщился мужчина. – Многие леди выходят замуж и во всем слушаются мужа. Так что не дури и подпиши договор, Мирайя, нам еще нужно успеть на поезд.
Я горько усмехнулась. Надо же, похоже отец уже все за меня решил. Вот только мы не в Халифате, а в свободном Кандере. И даже у родителей нет такой власти, которая бы заставила меня делать то, чего не хочу.
– Я не стану это подписывать, – сказала, откладывая договор. – И замуж за исфанийца, где бы ты его ни откопал, не пойду.
– Не дури, – стал раздражаться отец. – Ты должна слушаться и делать то, что я говорю.
– Мне почти двадцать три года. У меня давно уже своя жизнь.
– Мы с матерью столько в тебя вложили. Обеспечили лучших учителей, наряды для выхода в свет. Неужели ответишь на это такой неблагодарностью?
– Чем именно обеспечивать – вы сами решали, – ответила резко. – Не нужно перекладывать ответственность на меня.
– Подпиши договор, – отец поднялся и навис надо мной.
– Нет.
– Ты обязана. Мы уже взяли выкуп за тебя!
– Выкуп? – изумилась я, а потом снова схватила бумаги.
Нашла нужную цифру и присвистнула. Да за эту сумму можно было выкупить все наше поместье вместе с землей.
