– Кто там? – спросила подозрительно.
– Это я, Риан, – ответил знакомый голос.
Я облечено выдохнула и открыла дверь. На пороге и правда обнаружился оборотень.
– Что-то случилось? – спросила, пропуская его внутрь.
– Нет, – он хитро улыбнулся. – Просто я решил, что буду спать здесь.
– В каком смысле? – я аж обалдела от такой наглости.
– Тебе небезопасно оставаться одной, – уже без улыбки ответил Тагриан. – И мне, и тебе станет спокойнее, если ты будешь под присмотром.
– Под присмотром… – пробормотала себе под нос.
Если бы он пришел с таким предложением час назад, я бы еще поспорила, отстаивая свою независимость. Но пережитый по вине Уголька испуг показал, что я совсем не такая храбрая, какой хочу казаться, да и квартира моя – совсем не крепость. Поэтому просто кивнула:
– Ладно, оставайся.
Вот только куда Тагриана положить? На пол класть – жестоко, он же искренне беспокоится обо мне. На диван двухметровый оборотень не влезет, а кровать у меня только одна, хоть и широкая. Не то чтобы меня волновали какие-то приличия, просто не хотелось выглядеть в глазах этого мужчины как-то не так.
Но Риан сам разрешил мои сомнения. Он понимающе улыбнулся и вдруг обернулся волком. Пробежал по квартире, обнюхивая углы, потом улегся на коврик у кровати и положил голову на лапы.
– Э-э-э, – я растерялась. – Ну… может это уже крайность? Разве так удобно?
Волк насмешливо фыркнул и прикрыл глаза, показывая всем своим видом, что очень даже удобно. Но все же мне не позволила совесть оставить его просто так. Я достала из гардеробной толстое зимнее одеяло и аккуратно разложила на коврике.
– Наверное, тебе будет лучше здесь, – пробормотала, чувствуя себя донельзя глупо.
У меня возле кровати лежит мужчина и я стелю ему покрывало, как домашнему псу. И как мы дошли до жизни такой?
Тагриан снова фыркнул, поднялся, потерся боком о мое бедро и послушно улегся на одеяло.
– Ну… доброй ночи, – сказала я, нырнула в кровать и погасила свет.
А ночью до нас дошла гроза. Меня разбудили громовые раскаты, шелест капель по крыше и холод. Через окно, которое осталось приоткрытым, врывался холодный влажный воздух. И мне бы встать, закрыть его или поискать одеяло потеплее, но я болталась в том самом состоянии полусна-полуяви, когда категорически не хочется делать абсолютно ничего.
Я лениво повернулась на бок и натянула одеяло чуть ли не на нос, чтобы стало теплее. Но потом сквозь сон ощутила, как пружины матраса негромко заскрипели и ко мне прижалось что-то больше, меховое и очень теплое.
– Мог бы просто закрыть окно… – пробормотала, запуская пальцы в густую шерсть, приятно пахнущую лесом.
Над ухом насмешливо фыркнули. А я довольно зевнула и погрузилась в сон.
К утру гроза утихла. В квартире было очень свежо, как всегда бывает после весеннего дождя. Но я не замерзла. Потому что со спины ко мне прижималось горячее мужское тело.
Я глянула на часы, показывающие семь утра, потом скосила глаза на руку, которая нагло обхватывала меня поперек груди. Так правильно, естественно обхватывала. Да и вообще, близость мужчины, которым по сути был мне практически незнаком, не вызывала ни отторжения, ни неприятия. Совсем не хотелось подрываться и устраивать скандал или спихивать бесцеремонного захватчика с завоеванных постельных территорий. Скорее наоборот, мне хотелось прижаться как можно плотнее, чтобы еще больше усилить это ощущение тепла и уюта.
Из моей груди вырвался какой-то обреченный вздох. Ну почему, когда я как раз пришла в себя после тяжелого разрыва с женихом, меня угораздило так вляпаться? Да еще и оборотня? Даже несмотря на то, что мы знакомы всего ничего, глупо отрицать очевидное. Тагриан мне нравится. Он сильный, умный, красивый, что уж тут скрывать.
Может Юсса права? Мы взрослые люди, которые вполне могут позволить себе какой-нибудь необременительный роман. Хотя… Я ведь даже не знаю, а вдруг у Тагриана есть жена?
Как будто решив не уничтожать больше мои нервные клетки, оборотень потянулся, не выпуская из рук, и шумно выдохнул мне в шею. Пальцы обнимавшей меня конечности как будто невзначай скользнули по плечу, по ключице и дальше, остановившись у самой кромки ночкой рубашки. По спине тут же побежали мурашки, а в животе собралась горячая сладкая тяжесть. Но я не позволила себе потерять голову. Немного повозилась, чтобы ослабить чужие объятия, развернулась и внимательно посмотрела в льдисто-голубые глаза оборотня.
– Доброе утро, – улыбнулся тот.
– Доброе, – ответила я. – Ну и что это такое?
– Тебе было холодно, – ничуть не устыдился Тагриан.
– И одиноко, – добавила скептично.
– И одиноко.
– Совесть есть?
Вместо ответа он снова улыбнулся и провел пальцами по моему лицу, так нежно, что я невольно подалась следом за этой лаской. А оборотень очень серьезно произнес:
– Не бойся меня, Сола-солнышко. Я не обижу. И не сделаю больно. Никогда.
Я тряхнула головой и подозрительно прищурилась:
– Есть жена? Бывшая или нынешняя?
– Нет.
– Невеста?
– Нет, – опять ответил Тагриан и добавил: – Ни жены, ни невесты, ни пары. Я совершено свободен. Если ты, конечно, не захочешь это изменить.
– А если захочу?
– Тогда я сделаю все, чтобы ты не пожалела о своем решении.
Не пожалела? Ну-ну. Как показывает практика, обещать можно все, что угодно, и даже искренне хотеть эти обещания выполнить. Но жизнь иногда поворачивается таким боком, что любые слова превращаются в ничто. Я уже обжигалась на мужчинах, и не один раз. Вот только почему мне снова хочется забыть обо всех прошлых неудачах и рискнуть?
Рвано выдохнув, закрыла глаза и выпалила:
– Ладно, целуй давай. Пока не передумала.
– С превеликим удовольствием.
Целовать он почему-то не торопился. Но когда устав ждать, я открыла глаза, чтобы возмутиться, не смогла даже выдавить и слово. Потому что оборотень смотрел на меня с такой нежностью, что стало сложно дышать. На меня ни один мужчина так не смотрел.
Поймав мой взгляд, он оперся на локоть, а пальцами второй руки скользнул по моему лицу, обводя каждую черточку.
– Ты… издеваешься, да? – наконец, сумела выдавить я.
– Просто любуюсь, – хрипло произнес Тагриан.
От этого голоса сердце заколотилось как сумасшедшее. В горле пересохло, я судорожно сглотнула, машинально облизывая губы. И мужчина все же не выдержал, впившись в них голодным, страстным поцелуем.
Его руки скользнули по бедрам, собирая ткань ночной рубашки и одновременно лаская кожу. Я приподнялась, чтобы ему было удобнее избавлять меня от одежды, потом нетерпеливо дернула его за майку. Оборотень оторвался от меня, чтобы раздеться, и через секунду мое тело накрыло его, большое и горячее.
Это было что-то совершенно невообразимое. Пьянящее сочетание нечеловеческой силы и какой-то щемящей нежности, с которой оборотень прикасался, с которой целовал. Казалось, он задался целью заставить меня забыть обо всех сомнениях и страхах, о прошлых разочарованиях и обидах. И я забыла, плавясь в этом гремучем коктейле своих и чужих эмоций.
Снова пошел дождь, сплетая шелест своих капель с нашими стонами. Прохладный ветер из окна касался разгоряченной кожи. Но мне еще никогда не было настолько хорошо. Тагриан так чутко улавливал все мои желания и безмолвные просьбы, что мне оставалось только бессвязно шептать его имя, впиваясь ногтями в широкие плечи.
Не знаю, как и что у нас сложится дальше. Но об этом утре я точно никогда не пожалею.
– Надо вставать… – пробормотала я, бросив взгляд на часы.
Хотя больше всего на свете мне хотелось провести этот день в постели, нельзя было забывать о делах.
– Надо, – с неподдельным сожалением согласился оборотень.
Потом сжал меня в объятиях, оставляя на шее жаркий поцелуй, и сказал:
– Когда все закончится, уедем отдыхать куда-нибудь далеко, где никто не помешает, и будем проводить время в свое удовольствие.
– Серьезные планы, – хмыкнула я, млея от его ласк.
– Серьезнее некуда. Или ты думаешь, что я воспринимаю тебя, как девочку на несколько ночей?
– Ничего я не думаю, – соврала бессовестно и высвободилась. – Все, работа не ждет.
Вернее, меня-то работа как раз и не ждала. Потому что на вызовы все еще было нельзя, и весь день придется торчать в кабинете, перебирая книги. Но у Тагриана, который должен был отвезти мою драгоценную персону в Гильдию, полно дел, поэтому задерживать его я не имела права. Хоть и очень хотелось.
Вытолкав довольно улыбающегося оборотня из квартиры, я быстро приняла душ, который, впрочем, так и не смыл невидимые следы чужих прикосновений, горящие на коже. А кое-где хитрый волк оставил и следы видимые. Так что придется надевать блузку с высоким горлом. Или искать мгновенный заживитель.
После ревизии аптечки выяснилось, что заживитель у меня кончился, поэтому я надела блузку из кипенно-белого шелка, которая удачно закрывала все отметины, кожаный жилет, черные брюки, закончив образ неизменными туфлями на каблуках. И даже несмотря на то, что работы не предвидится, нацепила все свои любимые артефакты. Просто на всякий случай.
Громкий детский смех я услышала, еще когда спускалась по лестнице. А выйдя на улицу, увидела и его причину. Видимо, оборотню стало скучно ждать меня просто так, поэтому он решил развлечь соседских детей. И сейчас в облике волка Тагриан нарезал круги перед домом, а на его спине катались Лина и Микки – погодки наших соседей с первого. Они крепко держались за серую шерсть, заливисто хохоча. Волк же прыгал через лужи, оставшиеся после дождя, и довольно фыркал.
Я прислонилась к дверному косяку и улыбнулась, глядя на веселящуюся троицу. Но потом как-то тоскливо вздохнула. Может ли у нас с Тагрианом вообще быть будущее? Оборотни – существа стайные, семейные. Рано или поздно, но ему захочется свой собственный выводок маленьких сорванцов. Я же, как и всякий Чистильщик, детей иметь не могу. И давно уже не переживаю по этому поводу, вот только мне не хочется терять дорогого мужчину, если он вдруг после долгих лет отношений решит найти себе ту, которая все же сможет кого-нибудь родить. Не хочу снова оставаться с разбитым сердцем.
Гнилые помидоры, вот о чем я вообще думаю? Одно ночь вместе, вернее даже не ночь, а страстное утро. Это еще не повод впадать в депрессию. Может меня сегодня вечером вообще маньяк прибьет и все вопросы отпадут сами собой.
Даэр тем временем припал к земле, позволяя детям слезть, обернулся и, отряхиваясь, подошел ко мне.
– Все в порядке?
– Да, – улыбнулась невозмутимо, запихивая все сомнения поглубже. – Я готова. Поехали?
– Поехали.
День пришел скучно и спокойно. Я честно просидела его в кабинете в обнимку с толстой книгой «Гниль: нормальное и аномальное», где были собраны все самые сложные, интересные и необычные случаи из практики Чистильщиков. Было видно: автор сего талмуда провел огромную работу по сбору всякой разной информации, но мне не удалось найти даже намека на то, что кто-то из наших сталкивался раньше с феноменом вроде Честера Кова. Неужели это и правда первый случай в истории?
А вечером ко мне в кабинет заявилась Юсса.
– Привет, дорогая, – заявила она, размахивая сумочкой. – Читаешь?
– Привет, – улыбнулась, откладывая книгу. – У тебя разве не вечерняя смена сегодня?
– Мы поменялись с Гестом. А ты разве не в курсе, что сегодня вечером я – твой водитель и охранник?
– Нет, – растерянно покачала головой. – Почему?
– У твоего оборотня какие-то дела. Попросил отвезти тебя домой. Он не предупредил?
Я схватилась за смарт. М-да, а ведь и правда. Один пропущенный вызов и сообщение полчаса назад, которые прошли мимо меня из-за отключенного звука.
– Мне сообщили, что в Оксвиле видели кого-то, похожего на Кова, – прочитала вслух. – Я поеду туда и проверю. Тебя заберет Юсса. Не…
Хм, а вот «Не скучай. Целую» не для Юссиных ушей. Хотя по ее хитрому взгляду понятно, что подруга все додумала после моей заминки.
– Ладно, – кивнула, отправляя оборотню сообщение о том, что подруга уже у меня. – Тогда поехали домой.
– Не домой. Поехали-ка в нашу любимую кондитерскую. Съедим наши любимые пирожные, поболтаем…
Я была не против сладкого, поэтому согласилась. А когда мы добрались до кафе и заняли привычный столик в углу, поняла, что попала.
– Ну-у-у? – предвкушающе протянула Юсса. – И как он?
– Кто «он»?
– Оборотень, конечно.
– Не понимаю, о чем ты. – Я попыталась принять максимально независимый вид и принялась увлеченно ковырять пирожное.
– Ты пытаешься обмануть лучшую подругу? – хихикнула Юсса. – Брось. Я встретила Даэра сегодня утром на лестнице. Он выходил от тебя с такой довольной рожей, что мне сразу стало ясно: ему явно кое-что обломилось. Так что спрашиваю еще раз. И как он?
– Хорош, – вздохнула обреченно.
Да уж, подругу не проведешь.
– Ну я не сомневалась, – удовлетворенно фыркнула та.
– Он собирался просто охранять меня, – пробормотала я. – А потом как-то так вышло…
– И хорошо. Хоть не будешь по этому Вастену страдать.
– Я уже давно не страдаю по Вастену, – возмутилась искренне.
– Как бы да. Но при этом ты на всех мужиков, которые проявляли к тебе хоть каплю интереса, смотрела, как на личных врагов. Оно же со стороны видно.
И хоть мне не слишком хотелось соглашаться, но, кажется, Юсса была права. Я и правда после расставания с бывшим иногда начинала вести себя неадекватно. А может даже и не иногда. Вон, как на Тагриана шипела, когда мы только познакомились.
– М-да, – поморщилась я, но все же призналась мрачно: – Но если меня и Тагриан бросит, тогда точно больше никого к себе не подпущу.
– Все будет отлично, не накручивай себя, – оптимистично завила подруга и вдруг огорошила: – А нам нового главнюка прислали. Вчера еще.
– Серьезно? И почему «прислали»? Это кто-то левый?
– Ага. Аж из Эндерса. Некий Март Рингер.
– И как он?
– Молодой. Строгий, – подруга скорчила нарочито серьезную мину. – «Проверю все отделения…» «Найду проблемные места…» «Будем улучшать все, что можно улучшить…» Ну и так далее.
Она яростно воткнула вилку в пирожное, разламывая его на части. Я нахмурилась. Вот только второго Гнутого Гоблина нам не хватало. Придется же с ним как-то работать.
– И чего им было не назначить кого-то из ваших? – спросила, отпивая кофе.
– Не знаю. У нас врачи хорошие, но именно как врачи. Госпиталь огромный. Никому особенно не хочется взваливать на себя этот административный геморрой, а к пациентам подходить от силы раз в неделю.
– Интересно, почему тогда этого вашего… Рингера назначили?
– Ну… – подруга поболтала ложечкой в чашке. – Мы думаем, или он чей-нибудь сыночек, и тогда наша больница – это только ступенька в блестящей карьерной лестнице. Или наоборот, он где-то накосячил и его сослали к нам в наказание.
– Могу попросить Риана выяснить, – предложила я щедро.
– А, забей. Как-нибудь сами разберемся.
Домой мы приехали, когда стало уже совсем темно. Только луна светила, да и то, с перебоями, потому что облака после ночной грозы так до конца и не разошлись. Наш двор был тих и темен. Ни одно окно не светилось. И неудивительно, ведь сегодня пятница. Генерал Алвус по пятницам всегда ходит к старинному приятелю играть в шахматы, лена Невис – на танцы, несмотря на солидный возраст, а супруги Кроули вместе с детьми на выходные уезжают за город, к своим родителям.
– Как хорошо, что завтра выходной, – пробормотала Юсса, открывая дверь подъезда.
– Это я, Риан, – ответил знакомый голос.
Я облечено выдохнула и открыла дверь. На пороге и правда обнаружился оборотень.
– Что-то случилось? – спросила, пропуская его внутрь.
– Нет, – он хитро улыбнулся. – Просто я решил, что буду спать здесь.
– В каком смысле? – я аж обалдела от такой наглости.
– Тебе небезопасно оставаться одной, – уже без улыбки ответил Тагриан. – И мне, и тебе станет спокойнее, если ты будешь под присмотром.
– Под присмотром… – пробормотала себе под нос.
Если бы он пришел с таким предложением час назад, я бы еще поспорила, отстаивая свою независимость. Но пережитый по вине Уголька испуг показал, что я совсем не такая храбрая, какой хочу казаться, да и квартира моя – совсем не крепость. Поэтому просто кивнула:
– Ладно, оставайся.
Вот только куда Тагриана положить? На пол класть – жестоко, он же искренне беспокоится обо мне. На диван двухметровый оборотень не влезет, а кровать у меня только одна, хоть и широкая. Не то чтобы меня волновали какие-то приличия, просто не хотелось выглядеть в глазах этого мужчины как-то не так.
Но Риан сам разрешил мои сомнения. Он понимающе улыбнулся и вдруг обернулся волком. Пробежал по квартире, обнюхивая углы, потом улегся на коврик у кровати и положил голову на лапы.
– Э-э-э, – я растерялась. – Ну… может это уже крайность? Разве так удобно?
Волк насмешливо фыркнул и прикрыл глаза, показывая всем своим видом, что очень даже удобно. Но все же мне не позволила совесть оставить его просто так. Я достала из гардеробной толстое зимнее одеяло и аккуратно разложила на коврике.
– Наверное, тебе будет лучше здесь, – пробормотала, чувствуя себя донельзя глупо.
У меня возле кровати лежит мужчина и я стелю ему покрывало, как домашнему псу. И как мы дошли до жизни такой?
Тагриан снова фыркнул, поднялся, потерся боком о мое бедро и послушно улегся на одеяло.
– Ну… доброй ночи, – сказала я, нырнула в кровать и погасила свет.
А ночью до нас дошла гроза. Меня разбудили громовые раскаты, шелест капель по крыше и холод. Через окно, которое осталось приоткрытым, врывался холодный влажный воздух. И мне бы встать, закрыть его или поискать одеяло потеплее, но я болталась в том самом состоянии полусна-полуяви, когда категорически не хочется делать абсолютно ничего.
Я лениво повернулась на бок и натянула одеяло чуть ли не на нос, чтобы стало теплее. Но потом сквозь сон ощутила, как пружины матраса негромко заскрипели и ко мне прижалось что-то больше, меховое и очень теплое.
– Мог бы просто закрыть окно… – пробормотала, запуская пальцы в густую шерсть, приятно пахнущую лесом.
Над ухом насмешливо фыркнули. А я довольно зевнула и погрузилась в сон.
К утру гроза утихла. В квартире было очень свежо, как всегда бывает после весеннего дождя. Но я не замерзла. Потому что со спины ко мне прижималось горячее мужское тело.
Я глянула на часы, показывающие семь утра, потом скосила глаза на руку, которая нагло обхватывала меня поперек груди. Так правильно, естественно обхватывала. Да и вообще, близость мужчины, которым по сути был мне практически незнаком, не вызывала ни отторжения, ни неприятия. Совсем не хотелось подрываться и устраивать скандал или спихивать бесцеремонного захватчика с завоеванных постельных территорий. Скорее наоборот, мне хотелось прижаться как можно плотнее, чтобы еще больше усилить это ощущение тепла и уюта.
Из моей груди вырвался какой-то обреченный вздох. Ну почему, когда я как раз пришла в себя после тяжелого разрыва с женихом, меня угораздило так вляпаться? Да еще и оборотня? Даже несмотря на то, что мы знакомы всего ничего, глупо отрицать очевидное. Тагриан мне нравится. Он сильный, умный, красивый, что уж тут скрывать.
Может Юсса права? Мы взрослые люди, которые вполне могут позволить себе какой-нибудь необременительный роман. Хотя… Я ведь даже не знаю, а вдруг у Тагриана есть жена?
Как будто решив не уничтожать больше мои нервные клетки, оборотень потянулся, не выпуская из рук, и шумно выдохнул мне в шею. Пальцы обнимавшей меня конечности как будто невзначай скользнули по плечу, по ключице и дальше, остановившись у самой кромки ночкой рубашки. По спине тут же побежали мурашки, а в животе собралась горячая сладкая тяжесть. Но я не позволила себе потерять голову. Немного повозилась, чтобы ослабить чужие объятия, развернулась и внимательно посмотрела в льдисто-голубые глаза оборотня.
– Доброе утро, – улыбнулся тот.
– Доброе, – ответила я. – Ну и что это такое?
– Тебе было холодно, – ничуть не устыдился Тагриан.
– И одиноко, – добавила скептично.
– И одиноко.
– Совесть есть?
Вместо ответа он снова улыбнулся и провел пальцами по моему лицу, так нежно, что я невольно подалась следом за этой лаской. А оборотень очень серьезно произнес:
– Не бойся меня, Сола-солнышко. Я не обижу. И не сделаю больно. Никогда.
Я тряхнула головой и подозрительно прищурилась:
– Есть жена? Бывшая или нынешняя?
– Нет.
– Невеста?
– Нет, – опять ответил Тагриан и добавил: – Ни жены, ни невесты, ни пары. Я совершено свободен. Если ты, конечно, не захочешь это изменить.
– А если захочу?
– Тогда я сделаю все, чтобы ты не пожалела о своем решении.
Не пожалела? Ну-ну. Как показывает практика, обещать можно все, что угодно, и даже искренне хотеть эти обещания выполнить. Но жизнь иногда поворачивается таким боком, что любые слова превращаются в ничто. Я уже обжигалась на мужчинах, и не один раз. Вот только почему мне снова хочется забыть обо всех прошлых неудачах и рискнуть?
Рвано выдохнув, закрыла глаза и выпалила:
– Ладно, целуй давай. Пока не передумала.
– С превеликим удовольствием.
Целовать он почему-то не торопился. Но когда устав ждать, я открыла глаза, чтобы возмутиться, не смогла даже выдавить и слово. Потому что оборотень смотрел на меня с такой нежностью, что стало сложно дышать. На меня ни один мужчина так не смотрел.
Поймав мой взгляд, он оперся на локоть, а пальцами второй руки скользнул по моему лицу, обводя каждую черточку.
– Ты… издеваешься, да? – наконец, сумела выдавить я.
– Просто любуюсь, – хрипло произнес Тагриан.
От этого голоса сердце заколотилось как сумасшедшее. В горле пересохло, я судорожно сглотнула, машинально облизывая губы. И мужчина все же не выдержал, впившись в них голодным, страстным поцелуем.
Его руки скользнули по бедрам, собирая ткань ночной рубашки и одновременно лаская кожу. Я приподнялась, чтобы ему было удобнее избавлять меня от одежды, потом нетерпеливо дернула его за майку. Оборотень оторвался от меня, чтобы раздеться, и через секунду мое тело накрыло его, большое и горячее.
Это было что-то совершенно невообразимое. Пьянящее сочетание нечеловеческой силы и какой-то щемящей нежности, с которой оборотень прикасался, с которой целовал. Казалось, он задался целью заставить меня забыть обо всех сомнениях и страхах, о прошлых разочарованиях и обидах. И я забыла, плавясь в этом гремучем коктейле своих и чужих эмоций.
Снова пошел дождь, сплетая шелест своих капель с нашими стонами. Прохладный ветер из окна касался разгоряченной кожи. Но мне еще никогда не было настолько хорошо. Тагриан так чутко улавливал все мои желания и безмолвные просьбы, что мне оставалось только бессвязно шептать его имя, впиваясь ногтями в широкие плечи.
Не знаю, как и что у нас сложится дальше. Но об этом утре я точно никогда не пожалею.
ГЛАВА 7
– Надо вставать… – пробормотала я, бросив взгляд на часы.
Хотя больше всего на свете мне хотелось провести этот день в постели, нельзя было забывать о делах.
– Надо, – с неподдельным сожалением согласился оборотень.
Потом сжал меня в объятиях, оставляя на шее жаркий поцелуй, и сказал:
– Когда все закончится, уедем отдыхать куда-нибудь далеко, где никто не помешает, и будем проводить время в свое удовольствие.
– Серьезные планы, – хмыкнула я, млея от его ласк.
– Серьезнее некуда. Или ты думаешь, что я воспринимаю тебя, как девочку на несколько ночей?
– Ничего я не думаю, – соврала бессовестно и высвободилась. – Все, работа не ждет.
Вернее, меня-то работа как раз и не ждала. Потому что на вызовы все еще было нельзя, и весь день придется торчать в кабинете, перебирая книги. Но у Тагриана, который должен был отвезти мою драгоценную персону в Гильдию, полно дел, поэтому задерживать его я не имела права. Хоть и очень хотелось.
Вытолкав довольно улыбающегося оборотня из квартиры, я быстро приняла душ, который, впрочем, так и не смыл невидимые следы чужих прикосновений, горящие на коже. А кое-где хитрый волк оставил и следы видимые. Так что придется надевать блузку с высоким горлом. Или искать мгновенный заживитель.
После ревизии аптечки выяснилось, что заживитель у меня кончился, поэтому я надела блузку из кипенно-белого шелка, которая удачно закрывала все отметины, кожаный жилет, черные брюки, закончив образ неизменными туфлями на каблуках. И даже несмотря на то, что работы не предвидится, нацепила все свои любимые артефакты. Просто на всякий случай.
Громкий детский смех я услышала, еще когда спускалась по лестнице. А выйдя на улицу, увидела и его причину. Видимо, оборотню стало скучно ждать меня просто так, поэтому он решил развлечь соседских детей. И сейчас в облике волка Тагриан нарезал круги перед домом, а на его спине катались Лина и Микки – погодки наших соседей с первого. Они крепко держались за серую шерсть, заливисто хохоча. Волк же прыгал через лужи, оставшиеся после дождя, и довольно фыркал.
Я прислонилась к дверному косяку и улыбнулась, глядя на веселящуюся троицу. Но потом как-то тоскливо вздохнула. Может ли у нас с Тагрианом вообще быть будущее? Оборотни – существа стайные, семейные. Рано или поздно, но ему захочется свой собственный выводок маленьких сорванцов. Я же, как и всякий Чистильщик, детей иметь не могу. И давно уже не переживаю по этому поводу, вот только мне не хочется терять дорогого мужчину, если он вдруг после долгих лет отношений решит найти себе ту, которая все же сможет кого-нибудь родить. Не хочу снова оставаться с разбитым сердцем.
Гнилые помидоры, вот о чем я вообще думаю? Одно ночь вместе, вернее даже не ночь, а страстное утро. Это еще не повод впадать в депрессию. Может меня сегодня вечером вообще маньяк прибьет и все вопросы отпадут сами собой.
Даэр тем временем припал к земле, позволяя детям слезть, обернулся и, отряхиваясь, подошел ко мне.
– Все в порядке?
– Да, – улыбнулась невозмутимо, запихивая все сомнения поглубже. – Я готова. Поехали?
– Поехали.
День пришел скучно и спокойно. Я честно просидела его в кабинете в обнимку с толстой книгой «Гниль: нормальное и аномальное», где были собраны все самые сложные, интересные и необычные случаи из практики Чистильщиков. Было видно: автор сего талмуда провел огромную работу по сбору всякой разной информации, но мне не удалось найти даже намека на то, что кто-то из наших сталкивался раньше с феноменом вроде Честера Кова. Неужели это и правда первый случай в истории?
А вечером ко мне в кабинет заявилась Юсса.
– Привет, дорогая, – заявила она, размахивая сумочкой. – Читаешь?
– Привет, – улыбнулась, откладывая книгу. – У тебя разве не вечерняя смена сегодня?
– Мы поменялись с Гестом. А ты разве не в курсе, что сегодня вечером я – твой водитель и охранник?
– Нет, – растерянно покачала головой. – Почему?
– У твоего оборотня какие-то дела. Попросил отвезти тебя домой. Он не предупредил?
Я схватилась за смарт. М-да, а ведь и правда. Один пропущенный вызов и сообщение полчаса назад, которые прошли мимо меня из-за отключенного звука.
– Мне сообщили, что в Оксвиле видели кого-то, похожего на Кова, – прочитала вслух. – Я поеду туда и проверю. Тебя заберет Юсса. Не…
Хм, а вот «Не скучай. Целую» не для Юссиных ушей. Хотя по ее хитрому взгляду понятно, что подруга все додумала после моей заминки.
– Ладно, – кивнула, отправляя оборотню сообщение о том, что подруга уже у меня. – Тогда поехали домой.
– Не домой. Поехали-ка в нашу любимую кондитерскую. Съедим наши любимые пирожные, поболтаем…
Я была не против сладкого, поэтому согласилась. А когда мы добрались до кафе и заняли привычный столик в углу, поняла, что попала.
– Ну-у-у? – предвкушающе протянула Юсса. – И как он?
– Кто «он»?
– Оборотень, конечно.
– Не понимаю, о чем ты. – Я попыталась принять максимально независимый вид и принялась увлеченно ковырять пирожное.
– Ты пытаешься обмануть лучшую подругу? – хихикнула Юсса. – Брось. Я встретила Даэра сегодня утром на лестнице. Он выходил от тебя с такой довольной рожей, что мне сразу стало ясно: ему явно кое-что обломилось. Так что спрашиваю еще раз. И как он?
– Хорош, – вздохнула обреченно.
Да уж, подругу не проведешь.
– Ну я не сомневалась, – удовлетворенно фыркнула та.
– Он собирался просто охранять меня, – пробормотала я. – А потом как-то так вышло…
– И хорошо. Хоть не будешь по этому Вастену страдать.
– Я уже давно не страдаю по Вастену, – возмутилась искренне.
– Как бы да. Но при этом ты на всех мужиков, которые проявляли к тебе хоть каплю интереса, смотрела, как на личных врагов. Оно же со стороны видно.
И хоть мне не слишком хотелось соглашаться, но, кажется, Юсса была права. Я и правда после расставания с бывшим иногда начинала вести себя неадекватно. А может даже и не иногда. Вон, как на Тагриана шипела, когда мы только познакомились.
– М-да, – поморщилась я, но все же призналась мрачно: – Но если меня и Тагриан бросит, тогда точно больше никого к себе не подпущу.
– Все будет отлично, не накручивай себя, – оптимистично завила подруга и вдруг огорошила: – А нам нового главнюка прислали. Вчера еще.
– Серьезно? И почему «прислали»? Это кто-то левый?
– Ага. Аж из Эндерса. Некий Март Рингер.
– И как он?
– Молодой. Строгий, – подруга скорчила нарочито серьезную мину. – «Проверю все отделения…» «Найду проблемные места…» «Будем улучшать все, что можно улучшить…» Ну и так далее.
Она яростно воткнула вилку в пирожное, разламывая его на части. Я нахмурилась. Вот только второго Гнутого Гоблина нам не хватало. Придется же с ним как-то работать.
– И чего им было не назначить кого-то из ваших? – спросила, отпивая кофе.
– Не знаю. У нас врачи хорошие, но именно как врачи. Госпиталь огромный. Никому особенно не хочется взваливать на себя этот административный геморрой, а к пациентам подходить от силы раз в неделю.
– Интересно, почему тогда этого вашего… Рингера назначили?
– Ну… – подруга поболтала ложечкой в чашке. – Мы думаем, или он чей-нибудь сыночек, и тогда наша больница – это только ступенька в блестящей карьерной лестнице. Или наоборот, он где-то накосячил и его сослали к нам в наказание.
– Могу попросить Риана выяснить, – предложила я щедро.
– А, забей. Как-нибудь сами разберемся.
Домой мы приехали, когда стало уже совсем темно. Только луна светила, да и то, с перебоями, потому что облака после ночной грозы так до конца и не разошлись. Наш двор был тих и темен. Ни одно окно не светилось. И неудивительно, ведь сегодня пятница. Генерал Алвус по пятницам всегда ходит к старинному приятелю играть в шахматы, лена Невис – на танцы, несмотря на солидный возраст, а супруги Кроули вместе с детьми на выходные уезжают за город, к своим родителям.
– Как хорошо, что завтра выходной, – пробормотала Юсса, открывая дверь подъезда.
