– Сказать… Ну, работник он аккуратный, исполнительный и пунктуальный. Нелюдимый правда, с коллегами так и не подружился, но и конфликтов у них нет. Дальше… Не любит сидеть без дела, всегда находит себе какое-нибудь занятие. Работает чуть ли не за двоих. Мы даже премии ему платим больше, чем остальным. Но при этом Ков – человек совершенно без амбиций. Я несколько раз предлагал ему повышение, а он все отказывался. Мол, неохота в кабинете штаны просиживать, интереснее, когда то тут, то там… Ну вы понимаете.
– Понимаю, – кивнула задумчиво. – Значит, уже второй день никто не знает, где он?
– Мы уже волноваться начинаем. Вдруг что случилось?
– Где он жил последние две недели?
– Наверное там же, где всегда. Он снимает пол коттеджа где-то возле центра.
Получается, о переезде Ков никому не рассказал. Жаль.
– А в какие командировки он ездил?
– В командировки? – мастер искренне удивился. – Хм, ну… Честер, бывает, подменяет наших курьеров. Развозит заказы по точкам или забирает наши. Но я бы не назвал это командировками. Все в Оксвиле, и даже не на целый день.
– Получается, за пределы города, да еще и на несколько дней, вы его не посылали?
– Нет, никогда.
– И отгулов он не брал?
– Насчет отгулов… – мастер почесал затылок. – Не помню. Наверное, даже если и брал, то не слишком часто. У нас это не слишком сложно, просто договариваешься с начальником, а потом отрабатываешь пропущенное время.
Больше ничего интересного Даг Атенбор не знал. Мы нашли еще несколько плотненьких очагов Гнили в печатном цеху и какой-то подсобке, но на этом все. Так что быстро попрощались с мастером и, дав ему свои номера, на всякий случай, оставили Уиллиса делать зачистку, а сами отправились на поздний обед.
Ресторан выбрали в центре, напротив гостиницы, в которую я тогда так «удачно» заселилась. Устроились за столиком у окна и сделали заказ.
– Что думаешь? – спросила у Риана, косясь одним глазом за окно.
Ну вдруг мне еще раз повезет и Ков совершенно случайно пройдет мимо?
– Ков на работе больше не появится, это однозначно, – ответил оборотень. – Он не дурак и понял, что там разыскивать будут в первую очередь. Искать его второе жилище тоже бесполезно.
– Он знает, что творится у него внутри, и знает давно, – кивнула медленно. – Теперь я в этом уверена. То, что он не стремился с кем-то общаться – это ладно, люди разные бывают. Но Ков понимал, что, если будет долго находиться в одном месте, это самое место зарастет Гнилью. Отсюда его нежелание получать кабинетную должность.
– И любовь к прогулкам, – кивнул оборотень. – Плюс до коттеджа Норков он явно жил где-то еще.
– Плюс он даже старался спать в разных местах, то в спальне, то в гостиной. Больная спина – просто отмазка, сто процентов.
– А переехал из-за того, что в доме скопилось слишком много Гнили, несмотря на все его усилия. Очень похоже.
– Да, он явно боялся, что приехавший Чистильщик его раскусит.
Мы замолчали, потому что официантка принесла заказанные блюда. Я ковырнула вилкой стейк и внимательно осмотрела улицу через окно, где ходили совершенно обычные люди. И никого подозрительного. В принципе, я и не надеялась, что будет легко. Все же Оксвил – не слишком большой по численности, но разбросанный по площади город. Ков вполне мог прожить все это время, не попавшись на глаза местным Чистильщикам.
– Где же он ее подцепил? – пробормотала задумчиво. – И как?
– Мне кажутся очень странными эти его «командировки». Семьи у Кова не было, друзей тоже. Вряд ли он ездил отдыхать или развлекаться.
– Может пытался где-то лечиться? – предположила я без особой уверенности. – Ну или просто уезжал, чтобы не торчать постоянно дома.
– Попробую поднять данные по его счетам. Вдруг где засветился.
– Я бы на его месте уже была на полпути на соседний материк.
Мужчина бросил на меня пристальный взгляд.
– Чутье подсказывает, что так просто мы от Кова не отделаемся.
– Мне вот что непонятно. Гниль – субстанция вредная. Она очень плохо влияет на людей. Обостряются хронические болячки, появляются новые, и физические, и ментальные. А у Кова не было никаких проблем со здоровьем. Нежелание общаться – не в счет. Нормальный, здоровый, активный мужик, раз пахал за двоих. Как он выдержал?!
– Тут я тебе вообще не помощник, – вздохнул Риан. – Медицина от меня далека примерно так же, как и концепция Гнили.
– Да, понимаю. Но это ерунда, найдем того, кто разбирается. Главное поймать этого Кова.
Немного помолчав, я призналась:
– Я чувствую себя слепым котенком. Этот случай – уникальный. И мы даже не можем предполагать, что, как и почему происходило или происходит с Ковом. Приходится отказаться от всего, что я знала раньше. Даже весь мой опыт тут совсем не помощник.
– Так бывает, – спокойно кивнул Тагриан. – Но мы справимся.
– Очень на это надеюсь.
Хотя от этого странно уверенного обещания оборотня стало легче. Как будто во время блуждания в темноте нашелся тот, кто подал руку и повел за собой. Надеюсь, интуиция не подводит, и я не разочаруюсь в своем неожиданном помощнике.
Когда мы уже ехали назад, Даэр предложил:
– Не хочешь прокатиться на адрес в Малейне, где Ков жил до ареста? Только мне нужно сначала в ваше центральное полицейское управление, забрать кое-что по убийце.
– Давай, – согласилась я.
В Малейне оборотень оставил меня на парковке управления, а сам пошел внутрь. Я вылезла из внедорожника, чтобы размять ноги. Солнце уже почти опустилось к горизонту, но было все еще тепло. Лучи светила отражались от больших стеклянных окон, слепя глаза. Туда-сюда сновали сотрудники управления, мимо проехал спецфургон, в котором возили преступников, а на крыльце курил дежурный в форме. Да, за полгода, что я не была здесь, ничего особенно не изменилось.
– Сола? – за спиной раздался знакомый голос.
Я плавно развернулась на каблуках и сделала нарочито удивленные глаза:
– Вастен?
Хм, совсем не на это я рассчитывала, когда вышла из машины. Напоминание о неудавшейся личной жизни – последнее, что мне сейчас нужно. Но я хотя бы убедилась, что при виде бывшего уже почти ничего не екает. Вполне себе повод для радости.
– Что ты здесь делаешь? – поинтересовался тот.
– Жду кое-кого, – ответила спокойно.
– По делу или так?
Я неопределенно повела плечами и промолчала. А потом спросила, пряча в голосе ехидство:
– Как сам? Как жена? Как дети?
Он неуловимо поморщился, отводя взгляд:
– Спасибо, нормально.
Мне стало как-то муторно. Прости дорогой, но это ты сам выбрал не любимую женщину, а привычку и какой-то непонятный семейный долг.
– А ты как? – бывший знакомым жестом пригладил короткие волосы.
– Лучше всех, – надеюсь, это прозвучало не слишком иронично. – Подумываю по примеру лена Алвуса завести кота.
– Зачем кота? – голос оборотня вклинился в наш неловкий разговор. – Может подумаешь насчет большого пса? Или даже волка?
Даэр подошел ко мне и приобнял за талию. У меня дернулась бровь, а у Вастена вытянулось лицо. Оборотень окинул его внимательным взглядом и чуть прищурился:
– Лен Григ.
– Лен Даэр, – кивнул тот.
– Меня искали?
– Да нет, – бывший, хоть и был даже шире и мощнее Тагриана, как-то поник. – Решил поздороваться. С Солой.
– Понятно, – кивнул Тагриан. – Мы может ехать, – это уже мне.
– Поехали, – согласилась я, открывая дверь в машину. – Пока, Вастен.
Мы проехали уже несколько кварталов, когда оборотень негромко спросил:
– Все в порядке?
– Да, – я пожала плечами.
Не ждет же он, что я начну изливать тут душу? Нет уж, мы пока недостаточно близко знакомы.
Район, где Честер Ков провел большую часть своей жизни, ничем особенным не выделялся. Левобережье, пяти-шестиэтажные дома, похожие друг на друга, как две капли воды, забитые машинами дворы, детские площадки. Просто и скучно, но хотя бы чистенько. Мы остановились возле одного из подъездов, втискивая машину на свободное место, и вышли на тротуар.
– Третий этаж, – Даэр поднял голову, осматривая фасад, потом повернулся ко мне. – Сола, я конечно очень сильно сомневаюсь, что Ков может прятаться здесь, но на всякий случай держись за мной.
Я молча кивнула. В длинном списке моих недостатков желание лезть на рожон вроде бы не замечалось.
Хотя Тагриан и ожидал подвох, в квартире на третьем нам открыли сразу. Не Ков, а молодая женщина с ребенком на руках.
– Добрый день, – обаятельно улыбнулся оборотень. – Меня зовут Тагриан Даэр, я из полиции.
– Здравствуете, – растеряно кивнула женщина.
– Мы ищем мужчину по имени Честер Ков. Три года назад он жил здесь.
– Простите, но я вряд ли смогу вам помочь. Мы с мужем купили эту квартиру два года назад, через агента, все бумаги делали через него же и с прошлым хозяином даже не встречались.
– Понял, – Даэр ничуть не расстроился, – тогда простите за беспокойство. Всего хорошего.
– Что дальше? – спросила я, когда за женщиной закрылась дверь.
– А дальше все просто, – почему-то вполголоса ответил оборотень и покосился в сторону соседской квартиры. – Кажется, сейчас нам очень многое расскажут про Кова.
Как будто в ответ на его слова дверь в квартиру напротив скрипнула, приоткрываясь, и в щели показался глаз. Пару секунд глаз осматривал нас с оборотнем, потом, видимо, признал достойными доверия, и дверь открылась шире, выпуская старушку с седыми кудряшками и цветастой шалью на плечах.
– Вы из полиции, да? – спросила любопытная соседка.
– Тагриан Даэр, к вашим услугам, – ей досталась еще более обаятельная улыбка.
Старушка мгновенно растаяла.
– Я могу рассказать про Кова. В конце концов, мы с ним почти сорок лет дверь в дверь прожили.
Мужчина благодарно склонил голову, и нас впустили в небольшую квартирку, заставленную разномастной мебелью.
– Садитесь, – женщина махнула рукой в сторону дивана, – я как раз чай заварила.
Перед нами поставили чайник, чашки и тарелку с печеньем. Судя по звуку, с каким печенье билось о фарфор, оно было ровесником любопытной старушки. Поэтому я не рискнула пробовать, а вот Риан как ни в чем ни бывало взял каменный кругляш и весело захрустел, не жалея зубов. Хотя чего ему бояться, он же оборотень. Хороший слух, хороший нюх, крепкие зубы…
– Вы хорошо знали Кова? – спросил предмет моих мыслей.
– А как же, – закивала старушка. – Он тут с самого рождения жил, еще с родителями. Они правда лет пятнадцать уже как умерли, и Честер один остался.
– Каким он был?
– Честер-то? Да нормальным. Тихий, спокойный, не пил, не курил, всегда и поздоровается, и сумку из магазина поможет донести. Выучился, работу хорошую нашел. Вот и жил себе, никогда не трогая.
– А что за инцидент случился три года назад?
– Инцидент… – женщина скривилась, как будто съела лимон вместе с кожурой. – Да какой там инцидент. Шаболда та сама была виновата, а Честер за нее и пострадал.
– Можно подробнее?
– Можно, почему нет. В общем, жил Честер один, даже женщин никаких не водил. А потом вдруг влюбился. Я как эту Мартену увидела, сразу поняла – профурсетка та еще. Ну знаете, оно ж видно, по лицу да по глазам, что за девица. Я так про любую сказать могу.
Я прищурилась, а старушка покосилась на меня и заюлила:
– Вот вы, сразу ясно, женщина приличная. И красивая, и вежливая, и при достатке. А нашему Честеру не повезло. Хоть сначала смотрелось все очень пристойно. Она вся такая цаца, в платьях, всегда дома, всегда с ужином ждет. Но перед самой свадьбой вдруг выясняется, что эта Мартена в молодости…
Женщина выдержала драматическую паузу, сделала огромные глаза и шепотом закончила:
– …работала в столичном борделе. И совсем не уборщицей.
– Серьезно? – удивилась я. – А это как выяснилось? Достоверно или так, сплетни принесли?
– Да что там сплетни, – она махнула рукой. – Такой скандал был, на весь двор. В общем, перед самой свадьбой к этой Мартене заявился мужик. И оказалось, что это ее бывший клиент. Он в нее еще в Эндерсе влюбился, даже замуж позвал. А она не захотела идти за того, кто знал, чем она занималась. Решила начать новую жизнь, уехала сюда, в Малейн, и подцепила Честера. А кавалер ее и у нас нашел. Стоял тут под окнами, в любви признавался.
– Надо же.
– Как есть вам говорю. Мартена та, конечно, кричала, что все в прошлом, но Честер ее прогнал. Да и как не прогнать? Зачем ему девка, через которую полстолицы прошло?
– И в процессе «изгнания» лен Ков нанес ей телесные повреждения средней тяжести, – заметил Риан.
– Ну… – старушка заерзала. – Ну нанес. Зуб ей выбил и нос того… сломал. Ну а что такое? Вспылил, с кем ни бывает. И этой Мартене уехать бы спокойно, нос лечить, так она на Честера заявление накатала. Вот его и посадили.
– А что стало с самой Мартеной? – спросила из любопытства.
– Уехала, – женщина равнодушно пожала плечами. – Вроде бы даже с тем своим кавалером.
– Значит, Ков отсидел весь срок. После чего он продал квартиру и тоже уехал, – кивнула я. – Не говорил, куда именно?
– Нет. Я его и не видела после тюрьмы. Эх, такого мужчину какая-то курица попортила.
– Что ж, спасибо за рассказ, – оборотень допил чай и поднялся. – Вы нам очень помогли.
– Так а что вам от Честера надо-то? – спохватилась старушка, семеня за нами в прихожую.
– Тайна следствия, лена. Тайна следствия.
Домой мы ехали молча. Усталость накатывала волнами, а голова была забита мыслям, которые крутились в каком-то хаотичном водовороте. Что же с тобой случилось, Честер Ков? Мы сегодня столько всего раскопали, но это ни на шаг не приблизило нас к ответу на этот вопрос. Все ниточки обрывались и было просто не понятно, за что хвататься дальше. Моя работа никогда не была скучной или однообразной, но раньше все было однрзначно, даже предсказуемо. А сегодняшняя растерянность угнетала.
Наверное, поэтому я отказалась от приглашения Тагриана поужинать, не стала заходить к Юссе, а просто поднялась к себе. Дома приняла душ, съела ужин, даже не обращая внимание на то, что ем, и упала на кровать.
Честер Ков, Честер Ков… Скромный тихий редактор, который может быть первый раз в жизни вспылил, когда узнал о прошлом невесты, и попал из-за этого в тюрьму. Потом продал квартиру и уехал, явно не желая жить там, где все знают о его позоре. Вполне логичное желание. Значит, он уехал в… как его, Келтон, немного прожил там, перебрался в Оксвил, где и осел.
Сколько же времени в Кове могла сидеть Гниль? По статистике, последствия для здоровья начинают проявляться через четыре-шесть месяцев плотного контакта с очагом. Конечно, в нашей статистике тоже есть исключения. Кто-то начинает страдать уже через неделю у только-только открывшегося Свища, а кто-то может и год возле него прожить, ничего не чувствуя. Как это происходит с Ковом, я даже не берусь предполагать. Но ведь есть еще его соседка. Лена Кракертон начала жаловаться на самочувствие совсем недавно. Так что можно попробовать вмесить лену в общую статистику и сделать вывод, что Гниль в ее соседе появилась примерно полгода назад. Вот только это все равно нам ничего не дает.
Дома или на работе он подцепить Гниль не мог. Или мог? Может в Кове есть что-то такое уникальное, что ему и не нужно было самому иметь Свищ, а просто коснуться Гнили где-то или даже пройти мимо, а она возьми и приживись? А-а-а, тут можно хоть тысячу разных версий придумать!
Я поднялась и заходила по квартире. Надо выбросить этого Кова из головы. Хотя бы на сегодня. Иначе не усну, промучаюсь до самого утра, а завтра буду похожа на вареную рыбину.
– Понимаю, – кивнула задумчиво. – Значит, уже второй день никто не знает, где он?
– Мы уже волноваться начинаем. Вдруг что случилось?
– Где он жил последние две недели?
– Наверное там же, где всегда. Он снимает пол коттеджа где-то возле центра.
Получается, о переезде Ков никому не рассказал. Жаль.
– А в какие командировки он ездил?
– В командировки? – мастер искренне удивился. – Хм, ну… Честер, бывает, подменяет наших курьеров. Развозит заказы по точкам или забирает наши. Но я бы не назвал это командировками. Все в Оксвиле, и даже не на целый день.
– Получается, за пределы города, да еще и на несколько дней, вы его не посылали?
– Нет, никогда.
– И отгулов он не брал?
– Насчет отгулов… – мастер почесал затылок. – Не помню. Наверное, даже если и брал, то не слишком часто. У нас это не слишком сложно, просто договариваешься с начальником, а потом отрабатываешь пропущенное время.
Больше ничего интересного Даг Атенбор не знал. Мы нашли еще несколько плотненьких очагов Гнили в печатном цеху и какой-то подсобке, но на этом все. Так что быстро попрощались с мастером и, дав ему свои номера, на всякий случай, оставили Уиллиса делать зачистку, а сами отправились на поздний обед.
Ресторан выбрали в центре, напротив гостиницы, в которую я тогда так «удачно» заселилась. Устроились за столиком у окна и сделали заказ.
– Что думаешь? – спросила у Риана, косясь одним глазом за окно.
Ну вдруг мне еще раз повезет и Ков совершенно случайно пройдет мимо?
– Ков на работе больше не появится, это однозначно, – ответил оборотень. – Он не дурак и понял, что там разыскивать будут в первую очередь. Искать его второе жилище тоже бесполезно.
– Он знает, что творится у него внутри, и знает давно, – кивнула медленно. – Теперь я в этом уверена. То, что он не стремился с кем-то общаться – это ладно, люди разные бывают. Но Ков понимал, что, если будет долго находиться в одном месте, это самое место зарастет Гнилью. Отсюда его нежелание получать кабинетную должность.
– И любовь к прогулкам, – кивнул оборотень. – Плюс до коттеджа Норков он явно жил где-то еще.
– Плюс он даже старался спать в разных местах, то в спальне, то в гостиной. Больная спина – просто отмазка, сто процентов.
– А переехал из-за того, что в доме скопилось слишком много Гнили, несмотря на все его усилия. Очень похоже.
– Да, он явно боялся, что приехавший Чистильщик его раскусит.
Мы замолчали, потому что официантка принесла заказанные блюда. Я ковырнула вилкой стейк и внимательно осмотрела улицу через окно, где ходили совершенно обычные люди. И никого подозрительного. В принципе, я и не надеялась, что будет легко. Все же Оксвил – не слишком большой по численности, но разбросанный по площади город. Ков вполне мог прожить все это время, не попавшись на глаза местным Чистильщикам.
– Где же он ее подцепил? – пробормотала задумчиво. – И как?
– Мне кажутся очень странными эти его «командировки». Семьи у Кова не было, друзей тоже. Вряд ли он ездил отдыхать или развлекаться.
– Может пытался где-то лечиться? – предположила я без особой уверенности. – Ну или просто уезжал, чтобы не торчать постоянно дома.
– Попробую поднять данные по его счетам. Вдруг где засветился.
– Я бы на его месте уже была на полпути на соседний материк.
Мужчина бросил на меня пристальный взгляд.
– Чутье подсказывает, что так просто мы от Кова не отделаемся.
– Мне вот что непонятно. Гниль – субстанция вредная. Она очень плохо влияет на людей. Обостряются хронические болячки, появляются новые, и физические, и ментальные. А у Кова не было никаких проблем со здоровьем. Нежелание общаться – не в счет. Нормальный, здоровый, активный мужик, раз пахал за двоих. Как он выдержал?!
– Тут я тебе вообще не помощник, – вздохнул Риан. – Медицина от меня далека примерно так же, как и концепция Гнили.
– Да, понимаю. Но это ерунда, найдем того, кто разбирается. Главное поймать этого Кова.
Немного помолчав, я призналась:
– Я чувствую себя слепым котенком. Этот случай – уникальный. И мы даже не можем предполагать, что, как и почему происходило или происходит с Ковом. Приходится отказаться от всего, что я знала раньше. Даже весь мой опыт тут совсем не помощник.
– Так бывает, – спокойно кивнул Тагриан. – Но мы справимся.
– Очень на это надеюсь.
Хотя от этого странно уверенного обещания оборотня стало легче. Как будто во время блуждания в темноте нашелся тот, кто подал руку и повел за собой. Надеюсь, интуиция не подводит, и я не разочаруюсь в своем неожиданном помощнике.
Когда мы уже ехали назад, Даэр предложил:
– Не хочешь прокатиться на адрес в Малейне, где Ков жил до ареста? Только мне нужно сначала в ваше центральное полицейское управление, забрать кое-что по убийце.
– Давай, – согласилась я.
В Малейне оборотень оставил меня на парковке управления, а сам пошел внутрь. Я вылезла из внедорожника, чтобы размять ноги. Солнце уже почти опустилось к горизонту, но было все еще тепло. Лучи светила отражались от больших стеклянных окон, слепя глаза. Туда-сюда сновали сотрудники управления, мимо проехал спецфургон, в котором возили преступников, а на крыльце курил дежурный в форме. Да, за полгода, что я не была здесь, ничего особенно не изменилось.
– Сола? – за спиной раздался знакомый голос.
Я плавно развернулась на каблуках и сделала нарочито удивленные глаза:
– Вастен?
Хм, совсем не на это я рассчитывала, когда вышла из машины. Напоминание о неудавшейся личной жизни – последнее, что мне сейчас нужно. Но я хотя бы убедилась, что при виде бывшего уже почти ничего не екает. Вполне себе повод для радости.
– Что ты здесь делаешь? – поинтересовался тот.
– Жду кое-кого, – ответила спокойно.
– По делу или так?
Я неопределенно повела плечами и промолчала. А потом спросила, пряча в голосе ехидство:
– Как сам? Как жена? Как дети?
Он неуловимо поморщился, отводя взгляд:
– Спасибо, нормально.
Мне стало как-то муторно. Прости дорогой, но это ты сам выбрал не любимую женщину, а привычку и какой-то непонятный семейный долг.
– А ты как? – бывший знакомым жестом пригладил короткие волосы.
– Лучше всех, – надеюсь, это прозвучало не слишком иронично. – Подумываю по примеру лена Алвуса завести кота.
– Зачем кота? – голос оборотня вклинился в наш неловкий разговор. – Может подумаешь насчет большого пса? Или даже волка?
Даэр подошел ко мне и приобнял за талию. У меня дернулась бровь, а у Вастена вытянулось лицо. Оборотень окинул его внимательным взглядом и чуть прищурился:
– Лен Григ.
– Лен Даэр, – кивнул тот.
– Меня искали?
– Да нет, – бывший, хоть и был даже шире и мощнее Тагриана, как-то поник. – Решил поздороваться. С Солой.
– Понятно, – кивнул Тагриан. – Мы может ехать, – это уже мне.
– Поехали, – согласилась я, открывая дверь в машину. – Пока, Вастен.
Мы проехали уже несколько кварталов, когда оборотень негромко спросил:
– Все в порядке?
– Да, – я пожала плечами.
Не ждет же он, что я начну изливать тут душу? Нет уж, мы пока недостаточно близко знакомы.
ГЛАВА 4
Район, где Честер Ков провел большую часть своей жизни, ничем особенным не выделялся. Левобережье, пяти-шестиэтажные дома, похожие друг на друга, как две капли воды, забитые машинами дворы, детские площадки. Просто и скучно, но хотя бы чистенько. Мы остановились возле одного из подъездов, втискивая машину на свободное место, и вышли на тротуар.
– Третий этаж, – Даэр поднял голову, осматривая фасад, потом повернулся ко мне. – Сола, я конечно очень сильно сомневаюсь, что Ков может прятаться здесь, но на всякий случай держись за мной.
Я молча кивнула. В длинном списке моих недостатков желание лезть на рожон вроде бы не замечалось.
Хотя Тагриан и ожидал подвох, в квартире на третьем нам открыли сразу. Не Ков, а молодая женщина с ребенком на руках.
– Добрый день, – обаятельно улыбнулся оборотень. – Меня зовут Тагриан Даэр, я из полиции.
– Здравствуете, – растеряно кивнула женщина.
– Мы ищем мужчину по имени Честер Ков. Три года назад он жил здесь.
– Простите, но я вряд ли смогу вам помочь. Мы с мужем купили эту квартиру два года назад, через агента, все бумаги делали через него же и с прошлым хозяином даже не встречались.
– Понял, – Даэр ничуть не расстроился, – тогда простите за беспокойство. Всего хорошего.
– Что дальше? – спросила я, когда за женщиной закрылась дверь.
– А дальше все просто, – почему-то вполголоса ответил оборотень и покосился в сторону соседской квартиры. – Кажется, сейчас нам очень многое расскажут про Кова.
Как будто в ответ на его слова дверь в квартиру напротив скрипнула, приоткрываясь, и в щели показался глаз. Пару секунд глаз осматривал нас с оборотнем, потом, видимо, признал достойными доверия, и дверь открылась шире, выпуская старушку с седыми кудряшками и цветастой шалью на плечах.
– Вы из полиции, да? – спросила любопытная соседка.
– Тагриан Даэр, к вашим услугам, – ей досталась еще более обаятельная улыбка.
Старушка мгновенно растаяла.
– Я могу рассказать про Кова. В конце концов, мы с ним почти сорок лет дверь в дверь прожили.
Мужчина благодарно склонил голову, и нас впустили в небольшую квартирку, заставленную разномастной мебелью.
– Садитесь, – женщина махнула рукой в сторону дивана, – я как раз чай заварила.
Перед нами поставили чайник, чашки и тарелку с печеньем. Судя по звуку, с каким печенье билось о фарфор, оно было ровесником любопытной старушки. Поэтому я не рискнула пробовать, а вот Риан как ни в чем ни бывало взял каменный кругляш и весело захрустел, не жалея зубов. Хотя чего ему бояться, он же оборотень. Хороший слух, хороший нюх, крепкие зубы…
– Вы хорошо знали Кова? – спросил предмет моих мыслей.
– А как же, – закивала старушка. – Он тут с самого рождения жил, еще с родителями. Они правда лет пятнадцать уже как умерли, и Честер один остался.
– Каким он был?
– Честер-то? Да нормальным. Тихий, спокойный, не пил, не курил, всегда и поздоровается, и сумку из магазина поможет донести. Выучился, работу хорошую нашел. Вот и жил себе, никогда не трогая.
– А что за инцидент случился три года назад?
– Инцидент… – женщина скривилась, как будто съела лимон вместе с кожурой. – Да какой там инцидент. Шаболда та сама была виновата, а Честер за нее и пострадал.
– Можно подробнее?
– Можно, почему нет. В общем, жил Честер один, даже женщин никаких не водил. А потом вдруг влюбился. Я как эту Мартену увидела, сразу поняла – профурсетка та еще. Ну знаете, оно ж видно, по лицу да по глазам, что за девица. Я так про любую сказать могу.
Я прищурилась, а старушка покосилась на меня и заюлила:
– Вот вы, сразу ясно, женщина приличная. И красивая, и вежливая, и при достатке. А нашему Честеру не повезло. Хоть сначала смотрелось все очень пристойно. Она вся такая цаца, в платьях, всегда дома, всегда с ужином ждет. Но перед самой свадьбой вдруг выясняется, что эта Мартена в молодости…
Женщина выдержала драматическую паузу, сделала огромные глаза и шепотом закончила:
– …работала в столичном борделе. И совсем не уборщицей.
– Серьезно? – удивилась я. – А это как выяснилось? Достоверно или так, сплетни принесли?
– Да что там сплетни, – она махнула рукой. – Такой скандал был, на весь двор. В общем, перед самой свадьбой к этой Мартене заявился мужик. И оказалось, что это ее бывший клиент. Он в нее еще в Эндерсе влюбился, даже замуж позвал. А она не захотела идти за того, кто знал, чем она занималась. Решила начать новую жизнь, уехала сюда, в Малейн, и подцепила Честера. А кавалер ее и у нас нашел. Стоял тут под окнами, в любви признавался.
– Надо же.
– Как есть вам говорю. Мартена та, конечно, кричала, что все в прошлом, но Честер ее прогнал. Да и как не прогнать? Зачем ему девка, через которую полстолицы прошло?
– И в процессе «изгнания» лен Ков нанес ей телесные повреждения средней тяжести, – заметил Риан.
– Ну… – старушка заерзала. – Ну нанес. Зуб ей выбил и нос того… сломал. Ну а что такое? Вспылил, с кем ни бывает. И этой Мартене уехать бы спокойно, нос лечить, так она на Честера заявление накатала. Вот его и посадили.
– А что стало с самой Мартеной? – спросила из любопытства.
– Уехала, – женщина равнодушно пожала плечами. – Вроде бы даже с тем своим кавалером.
– Значит, Ков отсидел весь срок. После чего он продал квартиру и тоже уехал, – кивнула я. – Не говорил, куда именно?
– Нет. Я его и не видела после тюрьмы. Эх, такого мужчину какая-то курица попортила.
– Что ж, спасибо за рассказ, – оборотень допил чай и поднялся. – Вы нам очень помогли.
– Так а что вам от Честера надо-то? – спохватилась старушка, семеня за нами в прихожую.
– Тайна следствия, лена. Тайна следствия.
Домой мы ехали молча. Усталость накатывала волнами, а голова была забита мыслям, которые крутились в каком-то хаотичном водовороте. Что же с тобой случилось, Честер Ков? Мы сегодня столько всего раскопали, но это ни на шаг не приблизило нас к ответу на этот вопрос. Все ниточки обрывались и было просто не понятно, за что хвататься дальше. Моя работа никогда не была скучной или однообразной, но раньше все было однрзначно, даже предсказуемо. А сегодняшняя растерянность угнетала.
Наверное, поэтому я отказалась от приглашения Тагриана поужинать, не стала заходить к Юссе, а просто поднялась к себе. Дома приняла душ, съела ужин, даже не обращая внимание на то, что ем, и упала на кровать.
Честер Ков, Честер Ков… Скромный тихий редактор, который может быть первый раз в жизни вспылил, когда узнал о прошлом невесты, и попал из-за этого в тюрьму. Потом продал квартиру и уехал, явно не желая жить там, где все знают о его позоре. Вполне логичное желание. Значит, он уехал в… как его, Келтон, немного прожил там, перебрался в Оксвил, где и осел.
Сколько же времени в Кове могла сидеть Гниль? По статистике, последствия для здоровья начинают проявляться через четыре-шесть месяцев плотного контакта с очагом. Конечно, в нашей статистике тоже есть исключения. Кто-то начинает страдать уже через неделю у только-только открывшегося Свища, а кто-то может и год возле него прожить, ничего не чувствуя. Как это происходит с Ковом, я даже не берусь предполагать. Но ведь есть еще его соседка. Лена Кракертон начала жаловаться на самочувствие совсем недавно. Так что можно попробовать вмесить лену в общую статистику и сделать вывод, что Гниль в ее соседе появилась примерно полгода назад. Вот только это все равно нам ничего не дает.
Дома или на работе он подцепить Гниль не мог. Или мог? Может в Кове есть что-то такое уникальное, что ему и не нужно было самому иметь Свищ, а просто коснуться Гнили где-то или даже пройти мимо, а она возьми и приживись? А-а-а, тут можно хоть тысячу разных версий придумать!
Я поднялась и заходила по квартире. Надо выбросить этого Кова из головы. Хотя бы на сегодня. Иначе не усну, промучаюсь до самого утра, а завтра буду похожа на вареную рыбину.
