Мы постояли так некоторое время, пока дыхание возле моей шеи не стало ровным и спокойным. Он наверняка так запыхался, потому что спешил приехать ко мне быстрей из другого конца города, а тут я ещё его о всяких глупостях попросила. Зачем я вообще это сделала, не понимаю!
– Он ушёл? – спросила тихо, все ещё чувствуя смущение и отсутствие земли под ногами. Я, конечно, вешу немного, но грыжу вполне могу ему сделать, если продолжит меня держать.
– Ещё нет, – ответил Макс, чуть повернув голову сторону, отчего я перестала чувствовать его дыхание на своей шее.
Не зная, чем себя занять принялась гладить своего друга по голову, как это делают парочки в сериалах. Волосы у него мягкие и совсем нежирные, хотя кажутся такими на первый взгляд. Мне бы такие волосы на ощупь. Интересно, что у него за шампунь? Я попыталась принюхаться, для этого немного наклонила голову и буквально напоролась на его лицо, нечаянно чмокнув его в щеку. Меня сразу же отпустили, когда я разжала руки, чувствуя, как сгораю от смущения. Просто друзья точно так не делают! Подняла пакет с едой и слегка смущенно посмотрела на своего друга.
– Спасибо, ты мне очень помог, – от всего сердца поблагодарила. Затем сгорая от интереса спросила:
– Что ты ему такого сказал, что он так быстро ушёл? Признавайся, может, воспользуюсь этим в будущем.
– Сказал, что сломаю ему обе руки, если он ещё хоть раз тронет тебя, – спокойно ответил Макс. Говорил так серьезно, что я даже присвистнула, а потом уже улыбнулась.
– Ух, тебе лучше дорогу не переходить, – чуть засмеялась я и затем протянула ему пакет. – Держи. Я, правда, не понимаю, зачем тебе кушать такую безвкусную еду, если с тобой все в порядке. В порядке ведь?
Последний вопрос задала с некоторым сомнением, поскольку Максим почему-то не поспешил взять у меня пакет. Да и выглядел он сейчас не очень, словно сказать что-то хотел, но ему что-то мешало. Так ещё выглядит человек, который на пределе или чайник, что вот-вот закипит. Наверное, зря я его о подобном попросила, все же втянула человека в свои проблемы, а мы сутки от силы знакомы. Совести у меня ни капли.
– Прости, что заставила тебя в этом участвовать. Такого больше не повторится, – затараторила я, после чего все же всучила ему пакет. – Мне пора на работу, обед почти кончился.
– Стоять, – рука друга слегка сжала моё плечо, так что я поняла, как это не иметь возможности вырваться. – Я вообще-то приехал не для этого.
– А для чего? – спросила с тревогой, косясь на его руку, которую он и не подумал убирать с моего плеча.
– Выглядишь ты неважно, – сказал он взволнованно, чем несколько втоптал мою самооценку в грязь. Не говоря уже о стараниях Леси и Вики, они же столько времени на меня потратили и все, видимо, впустую. – Давай я отвезу тебя в больницу? У меня есть знакомый врач, он тебя осмотрит.
– Со мной все в порядке, от обычного отравления ещё никто не умирал, – постаралась не подать виду, как обижена. – Спасибо за заботу.
Я опустила взгляд и осторожно дернула плечом, чтобы меня отпустили. Максим послушался меня и отпустил, но после небольшой заминки.
– Во сколько ты заканчиваешь? – спросил он после небольшой паузы. – Я подвезу тебя к клубу.
– На этом? – с сомнением посмотрела на его средство передвижения, а затем на свои ноги в зимних колготах под юбкой платья из легкой весенней ткани. Похоже, и сам Макс понял, что это довольно глупая идея.
– Тогда завтра тебя подвезу, – словно предупредил он меня. Но я решила сломать все его планы, сказав правду.
– Я не ношу штанов. К тому же я говорила тебе по телефону, что не буду ездить с тобой, особенно с пьяным! – чуть резче, чем мне хотелось, заявила.
Макс промолчал на это моё выступление, что-то задумчиво изучая на моем лице, а затем улыбнулся той самой улыбкой, показывая все своё обаяние.
– В таком случае мне придётся найти машину и бросить пить, чтобы возить тебя, – резюмировал с улыбкой, чем заставил улыбнуться и меня.
Кажется, мы оба поняли, что это нереально. По крайней мере, больше предлагать подвезти меня он не будет. Мы слишком отличаемся друг от друга, так что стоит перестать думать о всяких глупостях.
– Увидимся вечером, – попрощалась я с улыбкой, но она исчезла, как только я повернулась и пошла на работу.
– До вечера, – бросил он мне в спину.
До коридора, ведущего в бухгалтерию, я дошла, еле передвигая ногами. Не понимаю, почему так расстроилась? Ничего плохого не случилось, все просто отлично. Уговаривая себя так, почти дошла до кабинета, когда оттуда послышался женский крик. Не помня себя, ворвалась в кабинет, чтобы сразу оттуда вылететь. Зоя Павловна неслась по кабинету, крича во все горло и закрыв глаза руками, она меня и оттолкнула обратно в коридор. На ее крик в коридоре начали показываться другие работники, совсем скоро коридор заполнился людьми, а женщина так и не перестала кричать и сносить все на своем пути. Люди обменивались вопросами и не могли понять, что происходит, но никто не пытался помочь ей, пока в коридоре не появился директор и охрана. Охрана схватила Зою Павловну и усадила на стул, хотя она продолжала кричать и материть кого-то.
– ТИХО! – крикнул начальник так, что добрая половина сотрудников вздрогнула. – Что случилось?
Все присутствующие принялись шептаться об отёкшем лице женщины, в частности о красных и распухших глазах, которые она усиленно терла.
– Воды, – приказал директор, пока я, догадываясь, что происходит, продвинулась в бухгалтерию. Моя сумка валяется на полу, хотя совершенно точно помню, что оставила ее на столе. Часть содержимого высыпана, и баллончик, что дала мне Клото для самозащиты, валяется чуть в стороне.
– Вы что в мою сумку лазали? – в шоке выговорила я, глядя на баллончик, а потом уже на начальницу!
– Ты! – вскрикнула Зоя Павловна, промыв глаза водой. – Это все ты! Ты это подстроила! Чёртова сука!
Дальше она принялась на меня кричать и дернулась уже в мою сторону, так что я отшатнулась, но охрана ее удержала от расправы.
– Это все она сделала! Она! Вызовите полицию! Я требую вызвать полицию! Я так этого не оставлю! – принялась кричать, угрожая эта невыносимая женщина. – Тебе посадят, теперь точно посадят!
– Что я сделала? Вы зачем в мою сумку полезли? Кто вам давал на это разрешение? – закричала я в ответ, и начальник отодвинул назад уже меня, подальше от женщины.
– Кто-нибудь вызовите скорую! – крикнул он толпе, собравшейся в коридоре.
– Полицию вызывайте! Это покушение! Вы все свидетели! Я посажу тебя, тварь. Слышишь?! – принялась кричать взбешенная женщина.
– Вызывать? – спросили неуверенно в коридоре, смотря на директора.
– Вызывайте! – крикнула я, чувствуя ярость от такой отвратительной клеветы.
– Пусть ее посадят за воровство!
– Что?! – закричала в оскорбленных чувствах Зоя Павловна.
– То, что слышали! Что вы забыли в моей сумке, если не воровали?! – закричала на нее в ответ.
– Так, Андропова, хоть вы успокойтесь! – прорычал Юрий Васильевич, оттесняя меня подальше от бухгалтера. – Вызывайте. Пусть полиция разберётся.
Через полчаса я, Зоя Павловна, Юрий Васильевич, охранник, работники скорой помощи и сержант сидели в комнате охраны. Врачи оказывали первую помощь моей начальнице, а сержант вместе с начальником и охранником просматривали видео на камерах. Не понимаю, на что она рассчитывала, наговаривая на меня? Ужасная женщина, по делам ей!
– Тебя точно теперь посадят! – кричала Зоя Павловна так, что аж пена у нее изо рта течет. – Я тебя по миру пущу, такую компенсацию потребую, что на коленях будешь передо мной ползать!
– Успокойтесь пострадавшая, – обратился к ней сразу же полицейский, – вы мешаете работать.
Медсестра, что накладывала повязку истеричке на глаза, благодарно улыбнулась ему в ответ.
– Я мешаю? – вскрикнула Зоя Павловна. – Вы должны ее посадить за решетку, но вы даже наручники на нее не надели! Это так работает нынешняя полиция?! Мне позвонить вашему начальству?
– Пострадавшая, на видео ясно видно, что вы сами причинили себе вред по неосторожности, – возразил ей сержант, чем вызвал очередную вспышку гнева горластой женщины.
– Вы в своем уме? Это все она подстроила! Зачем ей перцовый баллончик в сумке? Она на меня напасть хотела! – закричала на меня Зоя Павловна, хотя даже и не видеть могла, где именно в комнате я нахожусь.
– Действительно, зачем вам баллончик в офисе? – почти все присутствующие повернулись ко мне.
– Я часто задерживаюсь на работе и возвращаюсь домой поздно вечером, поэтому этим утром его дала мне сестра для самозащиты, – спокойно ответила я.
– А ваша сестра…
– Андропова, она юрист в солидной фирме, – ответила, заметив узнавание во взгляде сержанта. – Мне позвонить ей?
Последний вопрос я задала с нажимом, а затем слегка улыбнулась показывая, что совершенно не чувствую себя в чем-то виноватой.
– Не думаю, максимум, что вам светит это нанесения легких телесных травм по неосторожности, – пробормотал, чуть запинаясь, сержант.
– Вообще-то я никакого вреда ей не приносила, только действия пострадавшей привели к такому исходу, – чуть улыбнулась я. – Никто не заставлял ее лезть в мою сумку и трогать перцовый баллончик.
– Ты все подстроила, это была ловушка! – закричала Зоя Павловна, непонятно к кому обращаясь, потому что смотрела она в стенку. – Посадите ее немедленно, а то я позвоню вашему начальнику, и вас живо разжалуют!
– По-моему законом предусмотрена статья за воровство, все-таки она заснула руки в чужую сумку, мою личную собственность, – напоминаю сержанту законы, а то он, похоже, забыл.
– Увозите ее, – приказал сержант медикам, когда Зоя Павловна принялась крыть меня матом. Когда ее крики стихли, он обратился ко мне. – Вы же понимаете, что эта дамочка кадр небезызвестный. У нее родственники и в налоговой, и в мэрии, просто так они от вас не отстанут.
– Прекрасно! – хлопнула я ладошки.
– Что прекрасно? – спросили мужчины.
– Прекрасный сюжет для моей второй сестры, она у меня журналист популярного Интернет-ресурса, – холодно улыбнулась. – Я знаю законы и свои права. А раз вам так интересно, почему я начала носить с собой перцовый баллончик, промотайте видео на вчерашний вечер.
Холодно кивнула на компьютер, пока мужчины отсмотрели нужное видео. Сержант немного побледнел и посмотрел на меня с жалостью и сочувствием, но оно мне не нужно.
– Я не могу работать в таких условиях, поэтому требую, чтобы мне подписали заявление на увольнение и выплатили все, как положено, без каких-либо санкций, – сделала я ход конем, с трудом сдерживая улыбку.
– Вполне имеете право, – подтвердил сержант, подавая охраннику флешку. – Сделайте мне копию обоих видео.
– И мне тоже, – холодно добавила, игнорируя разъярённый взгляд директора. – Отправьте на почту.
Я быстро написала на бумажке почту и, только когда убедилась, что охрана отправила видео мне на почту, села писать заявление на увольнение. Все это время Юрий Васильевич не сводил с меня взгляда.
– Будете писать заявление на гражданку? – спросил сержант.
– Мне все это не надо! Я просто хочу, чтобы она оставила меня в покое. Если у вас получится забрать заявление, меня это вполне устроит, если нет, тогда придётся написать.
– Тогда всего доброго, ваш номер у меня есть, если что-то будет нужно, я вам позвоню, – сержант бегло попрощался и ушёл. Я вышла из кабинета следом, понимая, что разговора с директором не избежать.
В бухгалтерии царил беспорядок, убирать весь этот бардак придётся или мне, или уборщице, что не радует. Сначала подняла свою сумку, забросила баллончик обратно в нее, вдруг там хоть что-то осталось? Юрий Васильевич зашёл в кабинет, как раз тогда, когда я удостоверилась, что черный конверт на месте.
– Андропова, вы же понимаете, что я не подпишу заявление, – сказал он, с порога прикрывая за собой дверь кабинета.
– Мне позвать сержанта обратно? – серьёзно спросила я, устав от игр в кошки-мышки. Хватило и того, что заставила Макса своим парнем представиться, так меня запугал мой начальник.
– Зоя Павловна пойдет на больничный, после нового года ее контракт прекращается. Так что мешать вашей работе она не должна, – холодно подметил директор.
«А вы?» – так и хотелось мне сказать, но я не сказала, решила не нарываться.
– Я ухожу после нового года, – твердо сказала ему, чем заставила его помолчать какое-то время.
– Это ваше окончательное решение? – спросил он, сложив руки в замок.
– Да, – не глядя на него ответила.
– Никогда бы не подумал, что вы на самом деле такая, – выдал он странную фразу, пристально смотря на меня.
– Не все на самом деле такое, каким кажется на первый взгляд, – улыбнулась я, вспомнив вчерашнюю фразу Макса.
– Что же, заканчивайте дела и после нового года можете уходить, – довольно спокойно ответил директор, чем меня очень сильно удивил. Он ушёл, а я, не веря в свое счастье, запрыгала от радости.
Наконец-то! Наконец-то я свободна! Не знаю, что там Макс ему сказал, но Юрия Васильевича словно подменили! Только одно расстраивало меня: убраться в кабинете все же придётся. Закончив с уборкой, села за работу, и лишь под вечер у меня появилось время, чтобы посмотреть, что было в черном конверте. С замиранием сердца и в ожидании то ли карты сокровищ, то ли сенсационных документов открыла конверт. Бумаги я, конечно, немного потрепала, так что два листа пришлось разглаживать руками, настолько я их помяла. Утюгом теперь, что ли, выравнивать? Но утюга в наличии нет, в любом случае там оказались всего навсего копии каких-то очень старых документов то ли на французском, то ли на итальянском языке.
Сами документы датировались чуть ли не девятнадцатым столетием, или же я неправильно поняла, и цифры означают что-то другое. Вот и зачем нужно было прятать что-то подобное? Некоторое время подумав, пошла и сделала копии с этих копий, раз уж полезла не в свое дело надо хотя бы разобраться что там. Аккуратно все сложила, разровняла конверт и засунула его между другими документами, что вечно таскаю в своей сумке.
К концу рабочего дня моё настроение впервые за последнее время поднялось, так что к метро я направилась, напевая рождественскую песенку. Даже поход через парк меня совсем не расстроил, дорога вообще заняла у меня по ощущениям очень мало времени. Мне не терпелось рассказать Максу, как здорово я расправилась с бывшей работой. Все же он моего начальника видел, и ему я могу обо всем рассказать. Макс-то переживать из-за этого так, как сестры, не будет. Оказывается, это очень приятно, когда у тебя есть друг, которому можно говорить все, в моём случае почти все.
Перед клубом как всегда толпа и тот же самый охранник, что и вчера. Я сразу пошла к нему, а он, завидев меня, почти сразу частично наклонился, пропуская меня внутрь. Интересно, что ему наплел Макс, что он так ведет себя, словно меня боится, даже в глаза не стал смотреть. Наверное, что-то про зарплату и то, что она от меня зависит, вот же баловник. Сам клуб встретил меня громкой музыкой, я сразу же принялась пробираться к барной стойке, рассчитывая найти там Макса, но вместо него там крутился какой-то другой парень. Я попыталась пробиться через толпу, чтобы спросить, знает ли он, где Макс, но вскоре сдалась. Даже проори я вопрос ему на ухо, он бы не расслышал при такой громкой музыке.
– Он ушёл? – спросила тихо, все ещё чувствуя смущение и отсутствие земли под ногами. Я, конечно, вешу немного, но грыжу вполне могу ему сделать, если продолжит меня держать.
– Ещё нет, – ответил Макс, чуть повернув голову сторону, отчего я перестала чувствовать его дыхание на своей шее.
Не зная, чем себя занять принялась гладить своего друга по голову, как это делают парочки в сериалах. Волосы у него мягкие и совсем нежирные, хотя кажутся такими на первый взгляд. Мне бы такие волосы на ощупь. Интересно, что у него за шампунь? Я попыталась принюхаться, для этого немного наклонила голову и буквально напоролась на его лицо, нечаянно чмокнув его в щеку. Меня сразу же отпустили, когда я разжала руки, чувствуя, как сгораю от смущения. Просто друзья точно так не делают! Подняла пакет с едой и слегка смущенно посмотрела на своего друга.
– Спасибо, ты мне очень помог, – от всего сердца поблагодарила. Затем сгорая от интереса спросила:
– Что ты ему такого сказал, что он так быстро ушёл? Признавайся, может, воспользуюсь этим в будущем.
– Сказал, что сломаю ему обе руки, если он ещё хоть раз тронет тебя, – спокойно ответил Макс. Говорил так серьезно, что я даже присвистнула, а потом уже улыбнулась.
– Ух, тебе лучше дорогу не переходить, – чуть засмеялась я и затем протянула ему пакет. – Держи. Я, правда, не понимаю, зачем тебе кушать такую безвкусную еду, если с тобой все в порядке. В порядке ведь?
Последний вопрос задала с некоторым сомнением, поскольку Максим почему-то не поспешил взять у меня пакет. Да и выглядел он сейчас не очень, словно сказать что-то хотел, но ему что-то мешало. Так ещё выглядит человек, который на пределе или чайник, что вот-вот закипит. Наверное, зря я его о подобном попросила, все же втянула человека в свои проблемы, а мы сутки от силы знакомы. Совести у меня ни капли.
– Прости, что заставила тебя в этом участвовать. Такого больше не повторится, – затараторила я, после чего все же всучила ему пакет. – Мне пора на работу, обед почти кончился.
– Стоять, – рука друга слегка сжала моё плечо, так что я поняла, как это не иметь возможности вырваться. – Я вообще-то приехал не для этого.
– А для чего? – спросила с тревогой, косясь на его руку, которую он и не подумал убирать с моего плеча.
– Выглядишь ты неважно, – сказал он взволнованно, чем несколько втоптал мою самооценку в грязь. Не говоря уже о стараниях Леси и Вики, они же столько времени на меня потратили и все, видимо, впустую. – Давай я отвезу тебя в больницу? У меня есть знакомый врач, он тебя осмотрит.
– Со мной все в порядке, от обычного отравления ещё никто не умирал, – постаралась не подать виду, как обижена. – Спасибо за заботу.
Я опустила взгляд и осторожно дернула плечом, чтобы меня отпустили. Максим послушался меня и отпустил, но после небольшой заминки.
– Во сколько ты заканчиваешь? – спросил он после небольшой паузы. – Я подвезу тебя к клубу.
– На этом? – с сомнением посмотрела на его средство передвижения, а затем на свои ноги в зимних колготах под юбкой платья из легкой весенней ткани. Похоже, и сам Макс понял, что это довольно глупая идея.
– Тогда завтра тебя подвезу, – словно предупредил он меня. Но я решила сломать все его планы, сказав правду.
– Я не ношу штанов. К тому же я говорила тебе по телефону, что не буду ездить с тобой, особенно с пьяным! – чуть резче, чем мне хотелось, заявила.
Макс промолчал на это моё выступление, что-то задумчиво изучая на моем лице, а затем улыбнулся той самой улыбкой, показывая все своё обаяние.
– В таком случае мне придётся найти машину и бросить пить, чтобы возить тебя, – резюмировал с улыбкой, чем заставил улыбнуться и меня.
Кажется, мы оба поняли, что это нереально. По крайней мере, больше предлагать подвезти меня он не будет. Мы слишком отличаемся друг от друга, так что стоит перестать думать о всяких глупостях.
– Увидимся вечером, – попрощалась я с улыбкой, но она исчезла, как только я повернулась и пошла на работу.
– До вечера, – бросил он мне в спину.
До коридора, ведущего в бухгалтерию, я дошла, еле передвигая ногами. Не понимаю, почему так расстроилась? Ничего плохого не случилось, все просто отлично. Уговаривая себя так, почти дошла до кабинета, когда оттуда послышался женский крик. Не помня себя, ворвалась в кабинет, чтобы сразу оттуда вылететь. Зоя Павловна неслась по кабинету, крича во все горло и закрыв глаза руками, она меня и оттолкнула обратно в коридор. На ее крик в коридоре начали показываться другие работники, совсем скоро коридор заполнился людьми, а женщина так и не перестала кричать и сносить все на своем пути. Люди обменивались вопросами и не могли понять, что происходит, но никто не пытался помочь ей, пока в коридоре не появился директор и охрана. Охрана схватила Зою Павловну и усадила на стул, хотя она продолжала кричать и материть кого-то.
– ТИХО! – крикнул начальник так, что добрая половина сотрудников вздрогнула. – Что случилось?
Все присутствующие принялись шептаться об отёкшем лице женщины, в частности о красных и распухших глазах, которые она усиленно терла.
– Воды, – приказал директор, пока я, догадываясь, что происходит, продвинулась в бухгалтерию. Моя сумка валяется на полу, хотя совершенно точно помню, что оставила ее на столе. Часть содержимого высыпана, и баллончик, что дала мне Клото для самозащиты, валяется чуть в стороне.
– Вы что в мою сумку лазали? – в шоке выговорила я, глядя на баллончик, а потом уже на начальницу!
– Ты! – вскрикнула Зоя Павловна, промыв глаза водой. – Это все ты! Ты это подстроила! Чёртова сука!
Дальше она принялась на меня кричать и дернулась уже в мою сторону, так что я отшатнулась, но охрана ее удержала от расправы.
– Это все она сделала! Она! Вызовите полицию! Я требую вызвать полицию! Я так этого не оставлю! – принялась кричать, угрожая эта невыносимая женщина. – Тебе посадят, теперь точно посадят!
– Что я сделала? Вы зачем в мою сумку полезли? Кто вам давал на это разрешение? – закричала я в ответ, и начальник отодвинул назад уже меня, подальше от женщины.
– Кто-нибудь вызовите скорую! – крикнул он толпе, собравшейся в коридоре.
– Полицию вызывайте! Это покушение! Вы все свидетели! Я посажу тебя, тварь. Слышишь?! – принялась кричать взбешенная женщина.
– Вызывать? – спросили неуверенно в коридоре, смотря на директора.
– Вызывайте! – крикнула я, чувствуя ярость от такой отвратительной клеветы.
– Пусть ее посадят за воровство!
– Что?! – закричала в оскорбленных чувствах Зоя Павловна.
– То, что слышали! Что вы забыли в моей сумке, если не воровали?! – закричала на нее в ответ.
– Так, Андропова, хоть вы успокойтесь! – прорычал Юрий Васильевич, оттесняя меня подальше от бухгалтера. – Вызывайте. Пусть полиция разберётся.
Через полчаса я, Зоя Павловна, Юрий Васильевич, охранник, работники скорой помощи и сержант сидели в комнате охраны. Врачи оказывали первую помощь моей начальнице, а сержант вместе с начальником и охранником просматривали видео на камерах. Не понимаю, на что она рассчитывала, наговаривая на меня? Ужасная женщина, по делам ей!
– Тебя точно теперь посадят! – кричала Зоя Павловна так, что аж пена у нее изо рта течет. – Я тебя по миру пущу, такую компенсацию потребую, что на коленях будешь передо мной ползать!
– Успокойтесь пострадавшая, – обратился к ней сразу же полицейский, – вы мешаете работать.
Медсестра, что накладывала повязку истеричке на глаза, благодарно улыбнулась ему в ответ.
– Я мешаю? – вскрикнула Зоя Павловна. – Вы должны ее посадить за решетку, но вы даже наручники на нее не надели! Это так работает нынешняя полиция?! Мне позвонить вашему начальству?
– Пострадавшая, на видео ясно видно, что вы сами причинили себе вред по неосторожности, – возразил ей сержант, чем вызвал очередную вспышку гнева горластой женщины.
– Вы в своем уме? Это все она подстроила! Зачем ей перцовый баллончик в сумке? Она на меня напасть хотела! – закричала на меня Зоя Павловна, хотя даже и не видеть могла, где именно в комнате я нахожусь.
– Действительно, зачем вам баллончик в офисе? – почти все присутствующие повернулись ко мне.
– Я часто задерживаюсь на работе и возвращаюсь домой поздно вечером, поэтому этим утром его дала мне сестра для самозащиты, – спокойно ответила я.
– А ваша сестра…
– Андропова, она юрист в солидной фирме, – ответила, заметив узнавание во взгляде сержанта. – Мне позвонить ей?
Последний вопрос я задала с нажимом, а затем слегка улыбнулась показывая, что совершенно не чувствую себя в чем-то виноватой.
– Не думаю, максимум, что вам светит это нанесения легких телесных травм по неосторожности, – пробормотал, чуть запинаясь, сержант.
– Вообще-то я никакого вреда ей не приносила, только действия пострадавшей привели к такому исходу, – чуть улыбнулась я. – Никто не заставлял ее лезть в мою сумку и трогать перцовый баллончик.
– Ты все подстроила, это была ловушка! – закричала Зоя Павловна, непонятно к кому обращаясь, потому что смотрела она в стенку. – Посадите ее немедленно, а то я позвоню вашему начальнику, и вас живо разжалуют!
– По-моему законом предусмотрена статья за воровство, все-таки она заснула руки в чужую сумку, мою личную собственность, – напоминаю сержанту законы, а то он, похоже, забыл.
– Увозите ее, – приказал сержант медикам, когда Зоя Павловна принялась крыть меня матом. Когда ее крики стихли, он обратился ко мне. – Вы же понимаете, что эта дамочка кадр небезызвестный. У нее родственники и в налоговой, и в мэрии, просто так они от вас не отстанут.
– Прекрасно! – хлопнула я ладошки.
– Что прекрасно? – спросили мужчины.
– Прекрасный сюжет для моей второй сестры, она у меня журналист популярного Интернет-ресурса, – холодно улыбнулась. – Я знаю законы и свои права. А раз вам так интересно, почему я начала носить с собой перцовый баллончик, промотайте видео на вчерашний вечер.
Холодно кивнула на компьютер, пока мужчины отсмотрели нужное видео. Сержант немного побледнел и посмотрел на меня с жалостью и сочувствием, но оно мне не нужно.
– Я не могу работать в таких условиях, поэтому требую, чтобы мне подписали заявление на увольнение и выплатили все, как положено, без каких-либо санкций, – сделала я ход конем, с трудом сдерживая улыбку.
– Вполне имеете право, – подтвердил сержант, подавая охраннику флешку. – Сделайте мне копию обоих видео.
– И мне тоже, – холодно добавила, игнорируя разъярённый взгляд директора. – Отправьте на почту.
Я быстро написала на бумажке почту и, только когда убедилась, что охрана отправила видео мне на почту, села писать заявление на увольнение. Все это время Юрий Васильевич не сводил с меня взгляда.
– Будете писать заявление на гражданку? – спросил сержант.
– Мне все это не надо! Я просто хочу, чтобы она оставила меня в покое. Если у вас получится забрать заявление, меня это вполне устроит, если нет, тогда придётся написать.
– Тогда всего доброго, ваш номер у меня есть, если что-то будет нужно, я вам позвоню, – сержант бегло попрощался и ушёл. Я вышла из кабинета следом, понимая, что разговора с директором не избежать.
В бухгалтерии царил беспорядок, убирать весь этот бардак придётся или мне, или уборщице, что не радует. Сначала подняла свою сумку, забросила баллончик обратно в нее, вдруг там хоть что-то осталось? Юрий Васильевич зашёл в кабинет, как раз тогда, когда я удостоверилась, что черный конверт на месте.
– Андропова, вы же понимаете, что я не подпишу заявление, – сказал он, с порога прикрывая за собой дверь кабинета.
– Мне позвать сержанта обратно? – серьёзно спросила я, устав от игр в кошки-мышки. Хватило и того, что заставила Макса своим парнем представиться, так меня запугал мой начальник.
– Зоя Павловна пойдет на больничный, после нового года ее контракт прекращается. Так что мешать вашей работе она не должна, – холодно подметил директор.
«А вы?» – так и хотелось мне сказать, но я не сказала, решила не нарываться.
– Я ухожу после нового года, – твердо сказала ему, чем заставила его помолчать какое-то время.
– Это ваше окончательное решение? – спросил он, сложив руки в замок.
– Да, – не глядя на него ответила.
– Никогда бы не подумал, что вы на самом деле такая, – выдал он странную фразу, пристально смотря на меня.
– Не все на самом деле такое, каким кажется на первый взгляд, – улыбнулась я, вспомнив вчерашнюю фразу Макса.
– Что же, заканчивайте дела и после нового года можете уходить, – довольно спокойно ответил директор, чем меня очень сильно удивил. Он ушёл, а я, не веря в свое счастье, запрыгала от радости.
Наконец-то! Наконец-то я свободна! Не знаю, что там Макс ему сказал, но Юрия Васильевича словно подменили! Только одно расстраивало меня: убраться в кабинете все же придётся. Закончив с уборкой, села за работу, и лишь под вечер у меня появилось время, чтобы посмотреть, что было в черном конверте. С замиранием сердца и в ожидании то ли карты сокровищ, то ли сенсационных документов открыла конверт. Бумаги я, конечно, немного потрепала, так что два листа пришлось разглаживать руками, настолько я их помяла. Утюгом теперь, что ли, выравнивать? Но утюга в наличии нет, в любом случае там оказались всего навсего копии каких-то очень старых документов то ли на французском, то ли на итальянском языке.
Сами документы датировались чуть ли не девятнадцатым столетием, или же я неправильно поняла, и цифры означают что-то другое. Вот и зачем нужно было прятать что-то подобное? Некоторое время подумав, пошла и сделала копии с этих копий, раз уж полезла не в свое дело надо хотя бы разобраться что там. Аккуратно все сложила, разровняла конверт и засунула его между другими документами, что вечно таскаю в своей сумке.
К концу рабочего дня моё настроение впервые за последнее время поднялось, так что к метро я направилась, напевая рождественскую песенку. Даже поход через парк меня совсем не расстроил, дорога вообще заняла у меня по ощущениям очень мало времени. Мне не терпелось рассказать Максу, как здорово я расправилась с бывшей работой. Все же он моего начальника видел, и ему я могу обо всем рассказать. Макс-то переживать из-за этого так, как сестры, не будет. Оказывается, это очень приятно, когда у тебя есть друг, которому можно говорить все, в моём случае почти все.
Перед клубом как всегда толпа и тот же самый охранник, что и вчера. Я сразу пошла к нему, а он, завидев меня, почти сразу частично наклонился, пропуская меня внутрь. Интересно, что ему наплел Макс, что он так ведет себя, словно меня боится, даже в глаза не стал смотреть. Наверное, что-то про зарплату и то, что она от меня зависит, вот же баловник. Сам клуб встретил меня громкой музыкой, я сразу же принялась пробираться к барной стойке, рассчитывая найти там Макса, но вместо него там крутился какой-то другой парень. Я попыталась пробиться через толпу, чтобы спросить, знает ли он, где Макс, но вскоре сдалась. Даже проори я вопрос ему на ухо, он бы не расслышал при такой громкой музыке.
