Почему я об этом не подумала? Почему я совсем не подумала о том, что могу забеременеть? Из-за этого зелья и тупой Лафей, вся жизнь пойдет коту под хвост! Не то чтобы я не хотела детей, хотела, очень хотела! Но от мужа, а не позоря всю свою семью! Мысль возникла, что надо выпить зелье прерывания беременности на всякий пожарный. Сжала свои пальцы, пытаясь не показывать, как сильно нервничаю.
– Ты таким способом решила привязать его к себе? – спросила, чтобы отвлечь, чтобы она не заметила, как сильно я переживаю.
– Нет, нет! Что ты?! Я представила, как хорошо было бы иметь его частичку сначала под сердцем, а потом воспитывать маленькую копию того, кого люблю, – она радостно улыбнулась, а я невольно скривилась.
Хочу ли я того же? Однозначно – да, однако, в моем случае это явно будет не частичка того, кого люблю. Скорее всего, это будет напоминание о жестокой шутке и собственной роковой ошибке. Мне не хочется превратиться в свою мать и после рождения ребенка смотреть на него как на собственную ошибку. Не хочу, чтобы мой ребенок, знал, что такое, когда тебя ненавидит самый родной человек. Опустила руку на живот и невольно прикусила губу. Имею ли я право решать, жить ему или нет?
– Зачем ты так поступила, зачем прокляла его? – спросила Вероника, и я почему-то сразу подумала о ребенке и почувствовала огромную вину за еще не осуществленное решение проблемы.
До меня не сразу дошло, что это она об упыре нашем говорит.
– Я думала, что мщу за тебя.
– Но это не так! Ты даже не спросила меня, что было на самом деле!
– Так ты не разговаривала и смотрела в одну точку! Вот я и решила, что случилось самое страшное! Я же не знала… – мне не нравится перед ней оправдываться, ибо я почти уверена, что мстила в основном за себя.
– Что мне теперь делать? – кажется, она сейчас расплачется, вот только этого не хватало.
– Что, что? Поезжай в больницу, представляйся женой профессора, любой маг это подтвердит, и выхаживай своего мужа. Должен же он тебе хоть за что-то быть благодарен!
– Точно! Это же мой шанс наладить с ним отношения! Я побегу тогда, переоденусь и сразу к нему! Пока, Пепа, и спасибо! – она просияла так, что муки совести меня будут грызть еще долго.
Убежала, закрыв за собой дверь и оставив меня одну. Может, зря я Веронике сказала, что это ей поможет. На самом деле появление у профессора не только любовницы, но и жены из числа студентов похоронит его карьеру. Но все же из-за того, что статус Вероники откроется, отделаться от нее он уже не сможет. И я совсем не уверена, что профессор сможет простить такое несвоевременное появление жены на публике. Лафей и Захаров попытаются мне отомстить, лично я бы попыталась. Надеюсь, они проведут в больнице несколько месяцев. За это время практика закончится, и вместе с дипломом я уеду из этого города.
Чем больше я думаю над ситуацией, в которую попала, тем больше нахожу в ней нестыковок. Самый большой вопрос вызывает зелье, которым меня опоили. Слишком искусное и явно очень дорогое. Зачем Лафей было покупать такое зелье? Неужели лишь для того, чтобы подложить меня в постель Захарова? Она не могла создать его самостоятельно, слишком сложное даже для меня. Я уже два дня пытаюсь воссоздать цвет, структуру и эффект этого снадобья, но у меня пока ничего не получается сделать.
Моя собственная лаборатория служила убежищем от неприятных мыслей многие годы, здесь время есть только для работы. Лаборатория располагалась в подвале главного здания училища, в помещении, где раньше хранилась старая мебель. Это исключительно моё место, чтобы получить его, мне пришлось заключить довольно невыгодное для меня соглашение. Директриса спихивала на меня все заказы от государственных структур, не выделяя при этом денег на покупку ингредиентов и выплачивая сущие копейки за огромные объемы продукции. Можно подумать, что предложение невыгодное, но для меня оно таким не оказалось. Не знаю почему, но еще никто до меня не додумался перевести зельеварение в промышленные масштабы. В моей лаборатории стояло четыре казана размером с меня, в которых почти круглосуточно варились разные зелья. Стояла нестерпимая жара, а запахи многочисленных ингредиентов давали на выходе такую вонь, что профессора обходили этот этаж стороной. Соответственно никто и не замечал, что помимо госзаказов и частных от знати, я варю еще зелья и порошки, которые не совсем законны. Часть из них я продавала через магазин настоек, в котором подрабатываю в свободное время, часть через черный рынок так, чтобы никто ни догадался о том, кто сделал это зелье. О том, как люди потом распорядятся ими, я предпочитала не думать. Не знаю, виноват тот, кто создал орудие убийства или тот, кто его применил. Но мне лично казалось, что кузнец изготовивший нож, не будет виноват, если его ножом кто-то убьет. Это утрированное мнение, совсем неправильное. Мне часто поступали заказы на такие яды, которые никто не сможет вычислить. Несколько я даже сделала, однако так и не смогла продать, оставила на крайний случай. Но и многие мои остальные разработки не сказать, что невинные. Чего стоит порошок, усыпляющий всех, кто его вдохнет, находясь на довольно большом расстоянии. Его я не продавала не потому, что на него нет спроса, или потому что боялась, что им воспользуются с плохой целью. Просто если о нем пойдут слухи, проблем будет много, военный потенциал его безмерный, а значит, плохие люди пойдут на многое, чтобы его заполучить, да еще и узнать секреты его приготовления. Здесь сразу становится понятно, что со мной никто церемониться не будет, хотя бы потому, что защитить меня некому.
– Ну, Пепа! Ну, прости меня! – проныла из-за двери Клара, и я в который раз за день разозлилась. Похоже, пора пить успокоительное.
Порошок, который нельзя никому продавать и показывать, она использовала полностью непонятно где и непонятно на ком! Ей этого было мало, она и остальные редкие зелья, и порошки с собой захватила. Но главное другое, она взяла один-единственный пузырек зелья подчинения, а готовила я его несколько месяцев и собиралась использовать для очень важного дела. Но теперь ничего нет, и я даже не знаю, куда она все это дела!
– Пошла вон! – закричала, выливая очередную порцию, которая не удалась.
– Ну, Пеп, чего ты дуешься? – послышалось за дверью.
– Оставь меня, а то яды у меня остались! – злость снова клокотала во мне, и правая рука запылала синим огнем. Да что это такое? Опять!
Чертыхаясь, засунула ее в воду. За пару дней это уже шестой раз. Стоит мне разозлиться, и руки начинают пылать этим чертовым огнем, вновь напоминая мне о той ночи. Почему так происходит, я догадывалась, но не была уверена. После разговора с Вероникой, я залезла в библиотеку и там, спустя несколько часов, нашла старый фолиант «Огонь истинных магов». Сначала я ее не заметила, но потом разозлилась, что ничего не могу найти и чуть не спалила библиотеку. Случайно коснулась этой книги, но она не сгорела, наоборот, сама по себе из пыльной и почти гнилой развалюхи превратилась в практически новый томик. Огонь я погасила с трудом и начала читать эту увлекательную книгу. Увлекательную, потому что магическую литературу мне дома читать не разрешали, мол, у меня нет дара, а потом мне и самой не очень хотелось ее читать. Эту же я читала сама, не обращая внимания на то, как сильно зудят руки. Все дело в том, что в ней описывалось десять древних магических родов, обладающих разными цветами огня. Синий, кстати, там тоже был, главу про этот род я перечитала десять раз подряд. Информации там было немного, а фамилия рода – Скот вызвала желание назвать моего обидчика скотиной. Дальше в описании были особенности, которыми обладает каждый из родов. Некоторые из них впечатляли: возможность поднимать мертвое как у графов зеленого огня или мгновенно сменить облик как в графов крестного. У синих тоже была своя особенность недурной магический талант в любом направлении школ магии. Пролистав страницы, остановилась на довольно интересной главе, посвященной деторождению.
Вздрогнула всем телом, залезла рукой в карман брюк, там сжала бутылочку с зельем. Это зелье должно лишить меня ребенка, но я пока не готова его выпить. Возможно, потому что не уверена в том, что он существует. В книге было сказано, что мать наследника мужского пола может временно пользоваться силой огня, даже если брак между ней и отцом ребенка не осуществлен. Жена же получает эту силу сразу же после подтверждения брака. Такое впечатление, что этот огонь сродни венерической болезни, гадость-то какая! Правда, смущало меня то, что огонь в случае беременности появляется лишь на втором триместре, а не на следующий день! Эта нестыковка меня сбила с толку, в нерешительности я могла только ждать того, что произойдет дальше. Правда терпения мне всегда не хватало, и из-за этого я занимала себя работой, порой жертвуя своим сном.
В дверь снова постучали, и я сорвалась, подбежала, распахнула ее и застыла.
– Руднева, вот где ты! Все работаешь, как я посмотрю, – на пороге стояла директриса, она окинула меня нехорошим взглядом и с холодной улыбкой пошла к казанам.
– Что это у тебя? – спросила она, смотря, как закипает желтое зелье малого лечения.
– Зелье лечения, – не поверю, что она не знает, что это за зелье.
– Хорошо, хорошо, – закивала женщина, посмотрела на второй котел, где кипела «Малая отрава» и повернулась ко мне.
– Вы что-то хотели? – вежливо улыбаюсь, хотя на самом деле мне этого не хочется.
– Да, тут заказ пришел. Срочный. На зелье потенции, ты уж постарайся, поняла? – женщина подошла ко мне и посмотрела снисходительно.
– У меня нет времени, на этот заказ. Поручите его кому-то другому, или сделайте сами! – ответила почему-то. Меня одолевала усталость, смысла работать сегодня полдня над таким зельем я не видела.
– Милочка, меня не интересует, есть у тебя время или нет. Сделай! А то доступ к лаборатории, закрою, или вообще лишу диплома. И кому ты будешь нужна, без заветной корочки? – она хитро улыбнулась, что весьма меня разозлило. – И вообще, этот заказ должна была делать Лафей. Но поскольку она оказалась в больнице, сделаешь ты. Поняла?
Последний вопрос она задала для проформы, потому как ответа не хотела слышать. Женщина ушла, оставив меня. Именно это помогло мне, ибо из-за моего гнева, руки опять загорелись. Хорошо хоть я додумалась надеть летнюю рубашку без рукавов, а то так всю свою одежду бы испортила. Порылась в шкафах, нашла успокаивающую настойку и выпила ее залпом. Надо ей зелье для потенции, сделаю! Вот только вместо стояка оно поможет какому-то богатенькому старику обделаться.
***
Мне снился сон, очень неприятный сон. Сначала все было хорошо, мне было тепло и комфортно. Я лежала на мягкой кровати, голова на сильной мужской груди. Та самая комната, тот самый мужчина.
Слышала, как спокойно бьется его сердце под ухом, какое ровное у него дыхание. Одна его рука обнимала меня за талию, вторая удерживала руку у себя на груди. Мне не казалось это неправильным, наоборот было что-то очень притягательное в том, чтобы быть рядом с ним. По крайней мере до того момента, как я вспомнила о его Миле и чёртовом зелье. Злость овладела мной, и синий огонь охватил все вокруг кровати. Языки пламени съедали тяжелые шторы, уничтожали царивший полумрак. Свет начал падать на кровать, а человек, даривший мне тепло и комфорт, просыпаться.
Меня охватил ужас, я боялась того, что он проснется, но уже было поздно. Свет озарил комнату, веки мага дернулись, глаза открылись, и мою руку больно сжали.
«Он не простит, он не поймет!» – бились в голове судорожные мысли, и страх мой приобрел ужасную форму.
Синие языки пламени перекинулись на кровать, а потом окружили мужчину. Он не кричал от боли, когда его кожа покрывалась пузырями, лопалась и чернела, но он все равно держал меня за руку. Огонь охватил нас обоих, а я все пыталась вырвать свою руку, но не могла. Мужчина умирал, сгорал заживо и все смотрел на меня, не мигая, с упреком, с ненавистью, как на чудовище. В конце, когда волосы сжег огонь, лицо его утратило нормальные черты, он зловеще улыбнулся и обнял меня. Наверное, надеялся, что так заставит гореть и меня, а может, снова видел во мне свою Милу. Он выдохнул в последний раз, и в нос ударил резкий запах горелого.
На этой радужной ноте я и проснулась, чтобы заметить, что один котел уже пуст и просто выкипел. Выключила плитку, поморщилась от запаха. Все мышцы ужасно болели. Вчера допоздна тестировала новое зелье, лишающее магических способностей. Как я не додумалась создать что-то подобное раньше? Вот бы тогда сестрицы у меня наплакались, без магии они не способны даже посуду за собой помыть, попросту не умеют этого делать! Почувствовала собственное злорадство и тяжело вздохнула. Села обратно за свой стол, достала бутылочку успокоительного, в последнее время лишь благодаря ему мне удаётся избавиться от чрезмерной жестокости. Никогда раньше не было такого, чтобы я вела себя настолько плохо и не чувствовала за это вины. Как в глаза Нике теперь смотреть, ведь мне и правда, показалось отличной идеей отправить ее к своему мужу. Вот только вряд ли это наладит их отношения и сделает подругу счастливой. Можно сказать, я разрушила ее счастье, но не чувствовала по этому поводу ни-че-го. Во что же такое ужасное я начала превращаться? Достала пять бутылочек зелья антимагии, спрятала их в свою сумку. Того, что я выпила вчера, должно хватить еще до вечера.
– Попа! – крик я услышала раньше, чем дверь с грохотом открылась, – ты что натворила, маленькая негодница?!
Лицо директрисы вытянулось, выглядела она ужасно злой и напуганной. К тому же прибежала она не одна, а со своим скопом акул. Три остальные язвы были в таком же состоянии. Мне захотелось проверить все свои зелья, может, я напутала чего и что-то взорвала?
– О чем вы?
– Ой, не прикидывайся! Зелье! Что ты подложила в зелье, маленькая дрянь?! – директриса попыталась схватить меня через стол, но я вовремя увернулась.
– Я не понимаю, о чем вы, объяснитесь. Какое зелье? – мое показное спокойствие совсем не выдавало во мне жертву собственного настроения. Все-таки я кое-что подмешала в то зелье потенции.
– Заказ, который я дала тебе вчера! Признайся, что ты сделала?! – директриса взмахнула рукой, и я чисто инстинктивно отшатнулась.
– Не понимаю, о чем вы? Обычное зелье, я же вам вчера его отдала, – делать невинное непонимающее лицо становится все тяжелей.
– Да? Ты хоть представляешь, какие у нас теперь проблемы?! Кто-то из дворца отравился этим зельем! – завыла Маргарита Павловна, женщины начали меня окружать, так что я чисто инстинктивно вцепилась в сумку с зельями.
– Из дворца? Отравился? – мой испуг был настоящим, откуда мне было знать для кого это зелье?
– Да, из дворца! Ты хоть понимаешь, что теперь будет? И это совсем не шутки, дорогуша, пострадал кто-то из королевской семьи! Ни один врач не может вылечить последствия твоего зелья! Ты что туда намешала?
Кто-то из королевской семьи? Что-то мне нехорошо, так его еще и вылечить не могут? Дела мои плохи, очень плохи.
– А зельевар пострадавшего осматривал? – попыталась вспомнить, какие ингредиенты подмешала и поняла, что явно переборщила.
