Хотя я и не могу понять, что общего было у Клода – Клода! – и этой простушки-цветовода. Что-то, наверное, было, но этого не хватало, чтобы пожениться. А потом появилась я… Не знаю, почему он решил всё своё имущество завещать Андреа, но это и не важно. Его деньги, его право, я сама на себя заработаю.
- Я поняла. Ну что же, в таком случае, я с вами прощаюсь до завтра.
- Госпожа коммандер, постойте! - Луиза вскочила из-за стола и тоже подошла к двери. – Я согласна, оставьте, пожалуйста, ваш защитный амулет. Я вам верю.
- Ну, и чем вас кормить? - ворчала мадам Тома, проворно накрывая на стол. – Не то обед, не то ужин, добрый люди уже давно отдохнули после еды и работать пошли, а вы только за стол!
Привычно отмахнувшись, Лавиния впилась зубами в ломоть ещё тёплого хлеба с толстым куском домашнего окорока.
Доев последнюю ложку обжигающего кассуле*), она откинулась на спинку стула, поглядела на сидящую напротив Марджори и сказала весело:
- Нас с тобой ждёт исключительно интересная работа!
______
*) Кассуле — густая фасолевая похлёбка с зеленью и мясом. В зависимости от региона, готовится из свинины, гуся, утки, баранины или колбасок.
- Какая? – спросила Марджори.
- Кабинет покойного управляющего. Где он, мадам Тома, и у кого ключи?
- На втором этаже, - ответила кухарка. – А ключи… Погодите минутку!
Она нырнула в кладовую, не забыв прикрыть за собой дверь. Там что-то звякнуло, грохнуло, прокатилось со стуком… Лавиния переглянулась с секретаршей и открыла было рот, чтобы прокомментировать эти поиски, но тут же его и захлопнула, покачав головой. Наконец мадам Тома вышла, неся в руках связку самых разных ключей, штук тридцать – больших и маленьких, старых и новеньких, блестящих и слегка заржавевших.
- Вот! – связка легла на стол перед хозяйкой, – Клод на магический замок запирал и кабинет, и библиотеку, а как его не стало, я закрыла на обычный замок. От греха подальше.
Марджори пошевелила железную кучу кончиком пальца.
- И какой из них?
Глаза кухарки подозрительно заискрились весельем, и Лавиния усмехнулась.
- Нет-нет, дорогая, не надо! Это совсем не сложно определить.
Она провела ладонью над связкой, задержала её…
- Вот этот… и этот! Я права, мадам Тома?
- Да правы, конечно, что уж тут. Ладно, поиграли, и будет. Через пару часов работники с виноградника вернулся, надо рагу готовить.
И она отвернулась к плите.
Левое крыло второго этажа традиционно отводилось под хозяйские покои – спальни, гардеробную, кабинет хозяйки, в котором Лавиния, честно говоря, уже года три не была. В правом крыле размещались гостиные, пара спален, библиотека и несколько комнат «на всякий случай», вот в одной из них Клод Тезье и устроил свой кабинет. Замок открылся без запинки.
Кабинет был обжит. Подушки на одном из кресел смяты, словно только что кто-то встал, по столе стопкой лежат бумаги, в шкафу за стеклом поблёскивают бокалы разноцветного стекла. Более того, заглянув в соседнюю совсем уж крохотную комнату, Марджори обнаружила там аккуратно застеленную узкую кровать и шкаф, в котором висели и лежали мужские вещи.
- Получается, он и ночевал тут, - сказала она.
- Мы ж с тобой заглянули во флигель, - пожала плечами Лавиния. – Там явно никого давно не было, кроме мадам Камуан в последние пару ночей.
- Ну что же, значит, нам же проще. Обыскать полторы комнаты значительно легче, чем двухэтажный флигель. С чего начнём?
- Ты займись столом. Документы, что в ящиках, нет ли там расходных книг… Сама знаешь. А я отыщу сейф.
- Или два, - хмыкнула Марджори. – Или три, как помнишь, у того тёмного мага?
- Ну, первый, я полагаю, вот за тем натюрмортом, - коммандер подошла к картине, висящей между двумя книжными шкафами, осмотрела её раму и нажала на золочёный завиток в правом нижнем углу.
Натюрморт сдвинулся, открывая стальную дверцу.
Минут пять Лавиния провозилась, вскрывая обычный и магический замки, наконец, дверца подалась и мягко распахнулась. На верхней полке лежали несколько замшевых мешочков, в каких обычно хранят или перевозят наличные монеты, под ними – две толстые и довольно потрёпанные тетради.
- Ага, это, надо полагать, местная бухгалтерия, - пробормотала она. – Деньги, это неинтересно. Так, а тут что?
Нижняя полка была плотно заставлена толстенькими томиками, переплетёнными в скучную коричневую бумагу с белыми наклейками на корешке. Надписи на этих наклейках Лавиния расшифровать не смогла, чередование цифр и букв показалось ей совершенно произвольным и ни к чему не относящимся. Похмыкав и почесав левое ухо, она не без труда вытянула один из томиков и раскрыла посередине.
- Вот Тьма! Таблица… температуры? И где её измеряли?
- Средняя по больнице, - хихикнула за плечом Марджори, бросившая ящики стола на произвол судьбы. – Смотри, вот тут, по-моему, дата! – её палец упирался в левую колонку. – Вот, февраль восемьдесят пятого, двадцать первое число. Знаешь, я подозреваю, что это записи по виноградникам. Гляди, температура воздуха ночью, утром и днём, то же самое – у корней. Эта графа – почки, а вот здесь уже для меня слишком сложная кодировка…
- Да, пожалуй, ты права. И это что, он вёл такие записи каждый треклятый день за все эти годы? Зачем?
- Понятия не имею. Но тебе придётся нанимать нового управляющего плюс главу виноградарей, плюс энолога вместо одного Клода Тезье. Интересно, какой добрый человек подложил тебе такую свинью…
- Не знаю… - Лавиния закрыла журнал записей и аккуратно вернула его на место. – Но узнаю непременно. Ладно, в этом сейфе ничего важного. Деньги только надо посчитать, чтобы потом передать новому управляющему. Так, где ещё может быть скрыто что-то важное?
Марджори пожала плечами.
- Слушай, тут так мало места! Вряд ли тайник может быть в потолке, ведь так? Кровать узкая, без спинки… Ну, разве что в матрасе что-то спрятано.
Лавиния тут же, с трудом сдерживая смех, провела рукой вдоль кровати.
- Нет, ничего в матрасе нету!
- Слушай, а вообще каков объём того, что мы ищем?
- Ну-у… Клод получал заказы на аналитическую оценку довольно много лет, больше пятнадцати. Даже если он уничтожал расчёты и промежуточные записи, оставляя только исходники и страницы с обоснованием и выводами, всё равно, должна быть изрядная пачка бумаги. Думаю, объёмом не меньше того сейфа, что мы уже выпотрошили.
- А не может это всё храниться в компьютере?
Лавиния даже отвечать не стала, только выразительно покрутила пальцем у виска. Потом покосилась на секретаршу, тихонько выругалась и подошла к рабочему столу.
- В этом компьютере? Ты шутишь? Он даже записи по виноградникам держал в тетрадях, а аналитика – это секретность. Думаю, что здесь была максимум переписка по электронной почте, ну, и какие-то рабочие мелочи. Но… Сама предложила, сама и проверяй.
- И проверю! – Марджори нажала на кнопку и стала ждать загрузки, а Лавиния вернулась к поискам второго сейфа.
В конце концов он был обнаружен в полу, под журнальным столиком, хитро спрятанный в узорах паркета, и вскрыт. Там обнаружились банковские документы, договоры с работниками, ещё несколько мешочков с деньгами. Но и здесь вторая работа Клода Тезье никаких следов не оставила.
- Ну хорошо, - сказала Марджори, окидывая взглядом кабинет. – Здесь и в той конуре мы осмотрели каждый угол. Я бы предположила потайную комнату или что-то в этом роде, но зачем бы ему это понадобилось? Тезье был здоров, умирать не собирался, ты его работу никогда не проверяла, так ведь? Зачем ему было прятаться, словно заговорщику?
- Если бы мы так легко могли влезть в его голову, так уже знали бы, кто убийца, - буркнула коммандер. – Могу только повторить: аналитика – это секретность самой высокой пробы, уровня новейших разработок в артефакторике. Так что мог – и должен был – скрывать материалы не от меня или там от мадам Тома, а вообще, от всего и всех. У нас ещё не осмотрен флигель, хотя на него надежды мало.
- И ещё библиотека, - сказала вдруг Марджори. – Мадам Тома сказала, что Клод запирал на магический замок кабинет и библиотеку. Там могут храниться какие-нибудь очень уж редкие драгоценные книги?
Лавиния нахмурилась, припоминая.
- Там должна быть пара полок с хорошими старыми изданиями по теории и практике боевой магии, несколько книг по энологии, сколько-то художественных книг, даже и в прижизненных изданиях… Но чтобы раритеты – нет, такого нет. Не было. Или я об этом не знаю.
- Ну вот. Значит, сейчас мы считаем деньги, закрываем сейфы и идём в библиотеку. А если и там ничего нет…
- А если и там ничего нет, мы прекращаем деятельность на сегодня и отправляемся перекусить! Только одна поправка: деньги считаешь ты, а мне нужно переговорить с капитаном Кальве.
Экран коммуникатора довольно долго оставался синим, но Лавиния не отключалась. Её настойчивость была вознаграждена: появилась физиономия начальника городской стражи. Усы его шевелились, Кальве явно что-то дожёвывал.
- Добрый вечер, капитан.
- Добрый, добрый… Госпожа коммандер, вы, право же, словно нарочно момент выбираете!
- Да ладно, если бы так, я бы в три часа ночи вас дёрнула, а сейчас всего лишь половина девятого! Мне бы с вами поговорить, и лучше сегодня. Вы в Жансоне?
- Так где ж мне ещё быть? Только… назад в управление не пойду хоть режьте!
- Боюсь, там, где вы ужинаете, нам тоже побеседовать не удастся, - Лавиния поморщилась, как раз в этот момент до неё донёсся взрыв смеха, и мужской голос затянул песню.
- Тоже верно…
- Давайте я вам портал открою сюда, в «Лаванду», скажем, через полчаса, - предложила она. - И потом так же верну назад. Здесь уж во всяком случае тихо!
Когда госпожа Редфилд отключила коммуникатор, секретарша посмотрела на неё с сомнением.
- Ты хочешь сказать, что отправишь меня одну изучать библиотеку?
- Время уже позднее. Предлагаю так: сегодня ты начнёшь, посмотри хотя бы, что там вообще есть, и найдётся ли место, чтобы что-то прятать. А завтра продолжим.
- Если ты не отправишься куда-нибудь по следам господина Тезье – в Лютецию, в Геневу или в Магадху.
- В Магадху – ни за что, - рассмеялась Лавиния. – Остальное же вполне возможно!
Капитан Кальве вышел из портального окна, разгладил усы и спросил самым деловым тоном:
- Курить у вас где можно?
- Знаете что, пойдёмте в сад. Помнится, там была беседка, вот там и расположимся.
Беседка была увита виноградом, рядом цвели кусты душистого табака…
- А лаванды-то у вас в саду нет, - Кальве вытянул из кармана трубку.
- За что я каждый раз благодарю Великую Матерь! – Лавиния достала свой кисет и предложила стражнику. – Не хотите попробовать? Карибский, с островов Асунсьон. Вообще-то они его используют для сигар, но мне делают специальную, трубочную нарезку. Одна моя знакомая говорила, что он пахнет солнцем и фруктами.
Молча они набили трубки, Лавиния зажгла огонёк на пальце и поднесла собеседнику, потом зажгла табак у себя. Когда над ними стал подниматься ароматный дымок, капитан принюхался и пожал плечами:
- Ну, яблоками пахнет, это да. А насчёт солнца – это поэзия, высокий штиль, тут не ко мне. Так о чём вы хотели поговорить?
- О Тезье.
- Это понятно.
- Он служил в качестве капитана городской стражи до вас, так?
- Да.
- Долго?
- Нет, года два.
- Почему подал в отставку?
- Жаловался на головные боли. Доктор говорит, и в самом деле, такие приступы были, что он ничего не мог поделать. Последствия ранения. Ну да вы, наверное, в курсе.
- В курсе, - Лавиния кивнула. – Скажите, капитан, а досье на него у вас сохранилось?
- Ну, предположим…
- Я просмотрела документы в Легионе, но там они заканчиваются как раз увольнением после ранения, то есть, ноябрём шестьдесят пятого. А в Жансоне он появился в начале шестьдесят шестого…
- В апреле, - капитан смотрел заинтересованно, но по-прежнему слова ронял с такой осторожностью, словно за каждое платил собственными деньгами.
- Мне нужно знать, где он был с конца ноября по апрель. Или хотя бы что он об этом рассказывал.
- Вы считаете, что его смерть пришла оттуда?
- Понимаете, Кальве, у нас тут дыра. Пробел в биографии. Вполне возможно, что он провёл эти пять месяцев на Тибете и лечился у какого-нибудь просветлённого монаха…
- Или валялся на пляже Красного моря рядом с какой-нибудь блондинкой, - подхватил капитан.
- Именно так. Но я желаю знать имя этого монаха и адрес блондинки.
- Хорошее желание, трудновыполнимое. Это вам не стакан воды выпить. Значит, скажу вам сразу: я сомневаюсь, что в досье что-то есть, но посмотреть его вы сможете. Думаю, что найти адрес монаха и имя блондинки вы, скорее, сможете у кого-то, с кем Клод водил дружбу в те года, когда служил в страже. Пару имён я вам назову… Жак Дюфло и по сей день служит, он мой заместитель, тоже капитан. А Этьен Камуан нет, он давно на пенсии. Был начальником стражи перед приходом Тезье, и немало тому помогал, даже уйдя в отставку.
- Камуан? – переспросила Лавиния. – Не самая частая фамилия. Он случаем не родственник бывшей жене Клода?
Кальве ухмыльнулся и покрутил пальцами в воздухе.
- Ну, все мы родственники в той или иной степени… Другая ветвь семьи, и эти ветви уже лет сто как в ссоре. Я даже не уверен, что Этьен с этой дамочкой знаком.
- Интересно… А где его искать?
- Виноградник у него километрах в тридцати от Жансона, там и живёт. Завтра загляните, я кого-то из ребят отправлю с вами на экипаже, чтоб отвезли.
- Договорились.
- Ну что ж, спасибо за табачок, пойду я. В нашей работе, сами знаете, госпожа коммандер, выходных не бывает.
- Знаю, - Лавиния улыбнулась. – Я сейчас вообще-то в отпуске.
Завтракали Лавиния и Марджори на кухне, попытки устроить парадный вынос нескольких бутербродов и омлета с малую столовую хозяйка решительно пресекла.
Когда она спустилась вниз, за столом обнаружилось новое лицо: за столом возле окна сидела с чашкой кофе немолодая дама. Ну да, именно дама, по-другому назвать её не получалось – белоснежные волосы, уложенные в строгую причёску, чёткий профиль, отглаженное светло-синее платье. На мгновение коммандер почувствовала некоторую неловкость от того, что по своим коротко остриженным волосам попросту провела пятернёй, а белую рубашку разгладила щелчком пальцев и, кажется, немного подпалила. Ну, чуть-чуть подпалила, на рукаве, а он всё равно закатан. Так что никто ничего не увидит.
- Доброе утро, ваша милость! – поприветствовала её мадам Тома. – Сейчас омлет ваш поспеет, пару минуточек! А пока познакомьтесь вот, это наша тётушка София, выздоровела она, слава святой Бригите!
- Доброе утро, - дама склонила голову. – София Бертело. Я уже ухожу, прошу прощения, что помешала.
- Нисколько, мадам Бертело! Задержитесь, прошу вас, надо же нам познакомиться. Собственно говоря., я собиралась вас искать, у меня есть к вам несколько вопросов…
- Ну, искать меня не нужно, я далеко не ухожу, - мадам Бертело улыбнулась и встала, чтобы отнести чашку к раковине, и тут стало видно, что она довольно сильно хромает. – Я буду в саду, госпожа Редфилд.
Лавиния ела омлет, пила кофе и размышляла: об этой женщине говорила Луиза, и говорила с немалым уважением, это раз. Дальше, София Бертело была магом. Трудно понять по ауре, что именно с ней произошло, да и какой стихией она владела, но это случилось довольно давно.
- Я поняла. Ну что же, в таком случае, я с вами прощаюсь до завтра.
- Госпожа коммандер, постойте! - Луиза вскочила из-за стола и тоже подошла к двери. – Я согласна, оставьте, пожалуйста, ваш защитный амулет. Я вам верю.
***
- Ну, и чем вас кормить? - ворчала мадам Тома, проворно накрывая на стол. – Не то обед, не то ужин, добрый люди уже давно отдохнули после еды и работать пошли, а вы только за стол!
Привычно отмахнувшись, Лавиния впилась зубами в ломоть ещё тёплого хлеба с толстым куском домашнего окорока.
Доев последнюю ложку обжигающего кассуле*), она откинулась на спинку стула, поглядела на сидящую напротив Марджори и сказала весело:
- Нас с тобой ждёт исключительно интересная работа!
______
*) Кассуле — густая фасолевая похлёбка с зеленью и мясом. В зависимости от региона, готовится из свинины, гуся, утки, баранины или колбасок.
- Какая? – спросила Марджори.
- Кабинет покойного управляющего. Где он, мадам Тома, и у кого ключи?
- На втором этаже, - ответила кухарка. – А ключи… Погодите минутку!
Она нырнула в кладовую, не забыв прикрыть за собой дверь. Там что-то звякнуло, грохнуло, прокатилось со стуком… Лавиния переглянулась с секретаршей и открыла было рот, чтобы прокомментировать эти поиски, но тут же его и захлопнула, покачав головой. Наконец мадам Тома вышла, неся в руках связку самых разных ключей, штук тридцать – больших и маленьких, старых и новеньких, блестящих и слегка заржавевших.
- Вот! – связка легла на стол перед хозяйкой, – Клод на магический замок запирал и кабинет, и библиотеку, а как его не стало, я закрыла на обычный замок. От греха подальше.
Марджори пошевелила железную кучу кончиком пальца.
- И какой из них?
Глаза кухарки подозрительно заискрились весельем, и Лавиния усмехнулась.
- Нет-нет, дорогая, не надо! Это совсем не сложно определить.
Она провела ладонью над связкой, задержала её…
- Вот этот… и этот! Я права, мадам Тома?
- Да правы, конечно, что уж тут. Ладно, поиграли, и будет. Через пару часов работники с виноградника вернулся, надо рагу готовить.
И она отвернулась к плите.
Левое крыло второго этажа традиционно отводилось под хозяйские покои – спальни, гардеробную, кабинет хозяйки, в котором Лавиния, честно говоря, уже года три не была. В правом крыле размещались гостиные, пара спален, библиотека и несколько комнат «на всякий случай», вот в одной из них Клод Тезье и устроил свой кабинет. Замок открылся без запинки.
Кабинет был обжит. Подушки на одном из кресел смяты, словно только что кто-то встал, по столе стопкой лежат бумаги, в шкафу за стеклом поблёскивают бокалы разноцветного стекла. Более того, заглянув в соседнюю совсем уж крохотную комнату, Марджори обнаружила там аккуратно застеленную узкую кровать и шкаф, в котором висели и лежали мужские вещи.
- Получается, он и ночевал тут, - сказала она.
- Мы ж с тобой заглянули во флигель, - пожала плечами Лавиния. – Там явно никого давно не было, кроме мадам Камуан в последние пару ночей.
- Ну что же, значит, нам же проще. Обыскать полторы комнаты значительно легче, чем двухэтажный флигель. С чего начнём?
- Ты займись столом. Документы, что в ящиках, нет ли там расходных книг… Сама знаешь. А я отыщу сейф.
- Или два, - хмыкнула Марджори. – Или три, как помнишь, у того тёмного мага?
- Ну, первый, я полагаю, вот за тем натюрмортом, - коммандер подошла к картине, висящей между двумя книжными шкафами, осмотрела её раму и нажала на золочёный завиток в правом нижнем углу.
Натюрморт сдвинулся, открывая стальную дверцу.
Минут пять Лавиния провозилась, вскрывая обычный и магический замки, наконец, дверца подалась и мягко распахнулась. На верхней полке лежали несколько замшевых мешочков, в каких обычно хранят или перевозят наличные монеты, под ними – две толстые и довольно потрёпанные тетради.
- Ага, это, надо полагать, местная бухгалтерия, - пробормотала она. – Деньги, это неинтересно. Так, а тут что?
Нижняя полка была плотно заставлена толстенькими томиками, переплетёнными в скучную коричневую бумагу с белыми наклейками на корешке. Надписи на этих наклейках Лавиния расшифровать не смогла, чередование цифр и букв показалось ей совершенно произвольным и ни к чему не относящимся. Похмыкав и почесав левое ухо, она не без труда вытянула один из томиков и раскрыла посередине.
- Вот Тьма! Таблица… температуры? И где её измеряли?
- Средняя по больнице, - хихикнула за плечом Марджори, бросившая ящики стола на произвол судьбы. – Смотри, вот тут, по-моему, дата! – её палец упирался в левую колонку. – Вот, февраль восемьдесят пятого, двадцать первое число. Знаешь, я подозреваю, что это записи по виноградникам. Гляди, температура воздуха ночью, утром и днём, то же самое – у корней. Эта графа – почки, а вот здесь уже для меня слишком сложная кодировка…
- Да, пожалуй, ты права. И это что, он вёл такие записи каждый треклятый день за все эти годы? Зачем?
- Понятия не имею. Но тебе придётся нанимать нового управляющего плюс главу виноградарей, плюс энолога вместо одного Клода Тезье. Интересно, какой добрый человек подложил тебе такую свинью…
- Не знаю… - Лавиния закрыла журнал записей и аккуратно вернула его на место. – Но узнаю непременно. Ладно, в этом сейфе ничего важного. Деньги только надо посчитать, чтобы потом передать новому управляющему. Так, где ещё может быть скрыто что-то важное?
Марджори пожала плечами.
- Слушай, тут так мало места! Вряд ли тайник может быть в потолке, ведь так? Кровать узкая, без спинки… Ну, разве что в матрасе что-то спрятано.
Лавиния тут же, с трудом сдерживая смех, провела рукой вдоль кровати.
- Нет, ничего в матрасе нету!
- Слушай, а вообще каков объём того, что мы ищем?
- Ну-у… Клод получал заказы на аналитическую оценку довольно много лет, больше пятнадцати. Даже если он уничтожал расчёты и промежуточные записи, оставляя только исходники и страницы с обоснованием и выводами, всё равно, должна быть изрядная пачка бумаги. Думаю, объёмом не меньше того сейфа, что мы уже выпотрошили.
- А не может это всё храниться в компьютере?
Лавиния даже отвечать не стала, только выразительно покрутила пальцем у виска. Потом покосилась на секретаршу, тихонько выругалась и подошла к рабочему столу.
- В этом компьютере? Ты шутишь? Он даже записи по виноградникам держал в тетрадях, а аналитика – это секретность. Думаю, что здесь была максимум переписка по электронной почте, ну, и какие-то рабочие мелочи. Но… Сама предложила, сама и проверяй.
- И проверю! – Марджори нажала на кнопку и стала ждать загрузки, а Лавиния вернулась к поискам второго сейфа.
В конце концов он был обнаружен в полу, под журнальным столиком, хитро спрятанный в узорах паркета, и вскрыт. Там обнаружились банковские документы, договоры с работниками, ещё несколько мешочков с деньгами. Но и здесь вторая работа Клода Тезье никаких следов не оставила.
- Ну хорошо, - сказала Марджори, окидывая взглядом кабинет. – Здесь и в той конуре мы осмотрели каждый угол. Я бы предположила потайную комнату или что-то в этом роде, но зачем бы ему это понадобилось? Тезье был здоров, умирать не собирался, ты его работу никогда не проверяла, так ведь? Зачем ему было прятаться, словно заговорщику?
- Если бы мы так легко могли влезть в его голову, так уже знали бы, кто убийца, - буркнула коммандер. – Могу только повторить: аналитика – это секретность самой высокой пробы, уровня новейших разработок в артефакторике. Так что мог – и должен был – скрывать материалы не от меня или там от мадам Тома, а вообще, от всего и всех. У нас ещё не осмотрен флигель, хотя на него надежды мало.
- И ещё библиотека, - сказала вдруг Марджори. – Мадам Тома сказала, что Клод запирал на магический замок кабинет и библиотеку. Там могут храниться какие-нибудь очень уж редкие драгоценные книги?
Лавиния нахмурилась, припоминая.
- Там должна быть пара полок с хорошими старыми изданиями по теории и практике боевой магии, несколько книг по энологии, сколько-то художественных книг, даже и в прижизненных изданиях… Но чтобы раритеты – нет, такого нет. Не было. Или я об этом не знаю.
- Ну вот. Значит, сейчас мы считаем деньги, закрываем сейфы и идём в библиотеку. А если и там ничего нет…
- А если и там ничего нет, мы прекращаем деятельность на сегодня и отправляемся перекусить! Только одна поправка: деньги считаешь ты, а мне нужно переговорить с капитаном Кальве.
Экран коммуникатора довольно долго оставался синим, но Лавиния не отключалась. Её настойчивость была вознаграждена: появилась физиономия начальника городской стражи. Усы его шевелились, Кальве явно что-то дожёвывал.
- Добрый вечер, капитан.
- Добрый, добрый… Госпожа коммандер, вы, право же, словно нарочно момент выбираете!
- Да ладно, если бы так, я бы в три часа ночи вас дёрнула, а сейчас всего лишь половина девятого! Мне бы с вами поговорить, и лучше сегодня. Вы в Жансоне?
- Так где ж мне ещё быть? Только… назад в управление не пойду хоть режьте!
- Боюсь, там, где вы ужинаете, нам тоже побеседовать не удастся, - Лавиния поморщилась, как раз в этот момент до неё донёсся взрыв смеха, и мужской голос затянул песню.
- Тоже верно…
- Давайте я вам портал открою сюда, в «Лаванду», скажем, через полчаса, - предложила она. - И потом так же верну назад. Здесь уж во всяком случае тихо!
Когда госпожа Редфилд отключила коммуникатор, секретарша посмотрела на неё с сомнением.
- Ты хочешь сказать, что отправишь меня одну изучать библиотеку?
- Время уже позднее. Предлагаю так: сегодня ты начнёшь, посмотри хотя бы, что там вообще есть, и найдётся ли место, чтобы что-то прятать. А завтра продолжим.
- Если ты не отправишься куда-нибудь по следам господина Тезье – в Лютецию, в Геневу или в Магадху.
- В Магадху – ни за что, - рассмеялась Лавиния. – Остальное же вполне возможно!
Капитан Кальве вышел из портального окна, разгладил усы и спросил самым деловым тоном:
- Курить у вас где можно?
- Знаете что, пойдёмте в сад. Помнится, там была беседка, вот там и расположимся.
Беседка была увита виноградом, рядом цвели кусты душистого табака…
- А лаванды-то у вас в саду нет, - Кальве вытянул из кармана трубку.
- За что я каждый раз благодарю Великую Матерь! – Лавиния достала свой кисет и предложила стражнику. – Не хотите попробовать? Карибский, с островов Асунсьон. Вообще-то они его используют для сигар, но мне делают специальную, трубочную нарезку. Одна моя знакомая говорила, что он пахнет солнцем и фруктами.
Молча они набили трубки, Лавиния зажгла огонёк на пальце и поднесла собеседнику, потом зажгла табак у себя. Когда над ними стал подниматься ароматный дымок, капитан принюхался и пожал плечами:
- Ну, яблоками пахнет, это да. А насчёт солнца – это поэзия, высокий штиль, тут не ко мне. Так о чём вы хотели поговорить?
- О Тезье.
- Это понятно.
- Он служил в качестве капитана городской стражи до вас, так?
- Да.
- Долго?
- Нет, года два.
- Почему подал в отставку?
- Жаловался на головные боли. Доктор говорит, и в самом деле, такие приступы были, что он ничего не мог поделать. Последствия ранения. Ну да вы, наверное, в курсе.
- В курсе, - Лавиния кивнула. – Скажите, капитан, а досье на него у вас сохранилось?
- Ну, предположим…
- Я просмотрела документы в Легионе, но там они заканчиваются как раз увольнением после ранения, то есть, ноябрём шестьдесят пятого. А в Жансоне он появился в начале шестьдесят шестого…
- В апреле, - капитан смотрел заинтересованно, но по-прежнему слова ронял с такой осторожностью, словно за каждое платил собственными деньгами.
- Мне нужно знать, где он был с конца ноября по апрель. Или хотя бы что он об этом рассказывал.
- Вы считаете, что его смерть пришла оттуда?
- Понимаете, Кальве, у нас тут дыра. Пробел в биографии. Вполне возможно, что он провёл эти пять месяцев на Тибете и лечился у какого-нибудь просветлённого монаха…
- Или валялся на пляже Красного моря рядом с какой-нибудь блондинкой, - подхватил капитан.
- Именно так. Но я желаю знать имя этого монаха и адрес блондинки.
- Хорошее желание, трудновыполнимое. Это вам не стакан воды выпить. Значит, скажу вам сразу: я сомневаюсь, что в досье что-то есть, но посмотреть его вы сможете. Думаю, что найти адрес монаха и имя блондинки вы, скорее, сможете у кого-то, с кем Клод водил дружбу в те года, когда служил в страже. Пару имён я вам назову… Жак Дюфло и по сей день служит, он мой заместитель, тоже капитан. А Этьен Камуан нет, он давно на пенсии. Был начальником стражи перед приходом Тезье, и немало тому помогал, даже уйдя в отставку.
- Камуан? – переспросила Лавиния. – Не самая частая фамилия. Он случаем не родственник бывшей жене Клода?
Кальве ухмыльнулся и покрутил пальцами в воздухе.
- Ну, все мы родственники в той или иной степени… Другая ветвь семьи, и эти ветви уже лет сто как в ссоре. Я даже не уверен, что Этьен с этой дамочкой знаком.
- Интересно… А где его искать?
- Виноградник у него километрах в тридцати от Жансона, там и живёт. Завтра загляните, я кого-то из ребят отправлю с вами на экипаже, чтоб отвезли.
- Договорились.
- Ну что ж, спасибо за табачок, пойду я. В нашей работе, сами знаете, госпожа коммандер, выходных не бывает.
- Знаю, - Лавиния улыбнулась. – Я сейчас вообще-то в отпуске.
ГЛАВА 5.
Завтракали Лавиния и Марджори на кухне, попытки устроить парадный вынос нескольких бутербродов и омлета с малую столовую хозяйка решительно пресекла.
Когда она спустилась вниз, за столом обнаружилось новое лицо: за столом возле окна сидела с чашкой кофе немолодая дама. Ну да, именно дама, по-другому назвать её не получалось – белоснежные волосы, уложенные в строгую причёску, чёткий профиль, отглаженное светло-синее платье. На мгновение коммандер почувствовала некоторую неловкость от того, что по своим коротко остриженным волосам попросту провела пятернёй, а белую рубашку разгладила щелчком пальцев и, кажется, немного подпалила. Ну, чуть-чуть подпалила, на рукаве, а он всё равно закатан. Так что никто ничего не увидит.
- Доброе утро, ваша милость! – поприветствовала её мадам Тома. – Сейчас омлет ваш поспеет, пару минуточек! А пока познакомьтесь вот, это наша тётушка София, выздоровела она, слава святой Бригите!
- Доброе утро, - дама склонила голову. – София Бертело. Я уже ухожу, прошу прощения, что помешала.
- Нисколько, мадам Бертело! Задержитесь, прошу вас, надо же нам познакомиться. Собственно говоря., я собиралась вас искать, у меня есть к вам несколько вопросов…
- Ну, искать меня не нужно, я далеко не ухожу, - мадам Бертело улыбнулась и встала, чтобы отнести чашку к раковине, и тут стало видно, что она довольно сильно хромает. – Я буду в саду, госпожа Редфилд.
Лавиния ела омлет, пила кофе и размышляла: об этой женщине говорила Луиза, и говорила с немалым уважением, это раз. Дальше, София Бертело была магом. Трудно понять по ауре, что именно с ней произошло, да и какой стихией она владела, но это случилось довольно давно.
