Мотылёк

Но они были, учитывая… Хм… Ночную гонку. Ничего больше не сказав, Лерой поднялся на второй этаж, унося вместе с собой свою давящую ауру. С его уходом мне стало даже как-то легче дышать.
       
       После того, как гостиная была украшена, Хэтти пошла, помогать Калэбу, искупаться, а мне пришлось пойти к себе и переодеться в костюм. Вообще Хэтти положительно меня удивила своей прытью: она успела покормить Лероя, сделать заготовки к вечеру и заняться Калэбом. Не женщина, а настоящая волшебница.
       
       Я стояла перед зеркалом в своей комнате и разглядывала себя, облаченную в серое платьице длиной чуть выше колена и милым белым воротничком. Если оценивать свою внешность, то сейчас я себе нравилась гораздо больше, чем те же несколько дней назад. На бледных щеках, наконец-то, появился здоровый румянец, да и такой уж жуткой тощей я себя уже не видела. Правда, мои ноги, вечно усыпанные синяки смотрелись ужасно. У меня всегда так, даже если чуть-чуть ударишься, обязательно будет синяк.
       
       Поразмыслив немного, я решила спрятать свои ноги за плотной тканью гольфов, которые мне купил Калэб. Усевшись прямо на пол перед зеркалом, я принялась натягивать гольфы в черно-белую полоску. Не знаю, зачем я так пристально всматриваюсь в свое отражение. Такое ощущение, будто я исщу в нем что-то. А что тут можно найти? Лишь взгляд, в котором временами видно столько ожесточения, ненависти и жажды жить, что мороз по коже бегает. Я прекрасно понимала, что не таким должен быть взгляд восемнадцатилетней девушки, но если задуматься, то на восемнадцать я себя никогда и не ощущала. В душе мне намного больше лет.
       
       Покончив с гольфами, я принялась расчесывать волосы. Удивительно, но вся эта подготовка к празднику немного отвлекала меня от всего того безумия, что творилось у меня в голове. Может быть, оно даже и к лучшему, ведь сегодня я планирую навсегда покинуть это место. Мне нужен был план, хоть какой-нибудь, но всё-таки план.
       
       Заплетя потуже две косички, я быстренько их завязала резинками. Перед тем как отправиться в ванную Калэб объяснил мне, что мой персонаж ходит с косичками и ровным пробором. Надеюсь, я сумела отобразить то, чего от меня хотел мой друг.
       
       Избавляя расческу от волос, я подошла к окну, чтобы получше изучить обстановку двора. Волос, конечно, у меня на расческе сталось куча. Хэтти сегодня за завтраком сказала, что позже начнет давать мне витамины, но к счастью, к тому времени от меня здесь и след простынет. Достаточно того, что меня противозачаточными пичкают.
       
       Высокий забор по периметру явно играл против меня и мне следует поискать другую альтернативу. Может, к кому-нибудь в машину забраться? Или дождаться, когда ворота будут открыты и удрать? Нет, здесь нужно смотреть по ситуации и уже тогда определить, как именно будет работать система безопасности.
       
       Я уже хотела отойти от окна, как внезапно увидела белую машину, въезжающую к нам во двор. Автомобиль был чистым-чистым как первый снег, я криво сама себе улыбнулась. А водитель-то отчаянный малый, раз решил на белой машине поехать в такую угрюмую погоду.
       
       Автомобиль остановился у самого входа в особняк, и на крыльце я заметила Лероя. Он стоял в простых спортивных штанах и тонкой белой футболке. Я поежилась, представляя, как холодный осенний ветер обдает его обнаженную кожу. Куртку бы надел что ли. Придурок! Из машины вскоре вышел высокий мужчина брюнет в темно-синем деловом костюме и белой рубашке. Незнакомец широко улыбнулся и открыл свои объятия для Лероя. Мужчины обнялись как старые друзья, которые давно не видели друг друга. Гость продолжал лучезарно улыбаться, в то время как Грейсон не позволял себе такой эмоциональной вольности. Но, кажется, такая сдержанность прибывшего ничуть не смущала. Постояв немного на крыльце, мужчины всё-таки зашли в дом. Я отошла от окна и продолжила свои сборы.
       
       - Мотылёк идем со мной! – вскрикнул Калэб, буквально вваливаясь ко мне в комнату.
       
       Я сидела на кровати и зашнуровывала свои старые черные мартинсы. Мне показалось, что они прекрасно дополнят образ, а самое главное в них очень удобно и если пойдет дождь, ноги не помокнут, и на грязи уж точно не поскользнусь. Для побега как раз то, что мне нужно. Эти мартинсы я выторговала у посудомойки, не помню, как ее звали. Мне нужна была обувь на осенне-зимний период и за три таблетки снотворного я выкупила ее. Поначалу я натирала себе жуткие мозоли, а потом как-то всё прошло.
       
       - Куда? – спросила я, покончив со шнурками. – И почему ты еще не в костюме? – я посмотрела на Калэба, он стоял передо мной, одетый в пижаму.
       
       - Хэтти пока еще не закончила с костюмом. Идем, - Калэб схватил меня за руку. – Суперски выглядишь. К нам приехал дядя Алестер, мы не виделись с прошлого Хэллоуина. Алестер – друг семьи. Он такой крутой, тебе обязательно понравится. Всегда привозит кучу всяких вкусных штук!
       
       Пока мы шли к лестнице, Калэб с упоением мне рассказывал про этого Алестера. Я сразу смекнула, что мой друг нежно любит этого человека и возможно, что привязан к нему так же, как и к Лерою. Но если этот Алестер окажется таким же уродом, как и Грейсон, то тогда я точно повешусь тут с ними всеми.
       
       Когда мы спускались по лестнице, до нас доносились звуки раскатистого и такого искренне веселого смеха. Это было так странно, слышать посторонний смех в стенах этого дома. Оказавшись в гостиной, Калэб отпустил меня и побежал к мужчине, который сидел на диване и разговаривал с Лероем. Значит, водитель белого автомобиля и есть тем самым Алестером.
       
       - Калэб! – он встал на ноги и крепко обнял его.
       
       - Дядя! Наконец-то ты к нам приехал!
       
       Я стояла у лестницы и наблюдала за этой встречей с неким теплом в своем израненном и оледеневшем сердце. Мне даже стало чуточку завидно из-за того, что я никогда не познаю такой же искренней и нежной встречи с близким человеком. Должно быть, это невероятное ощущение.
       
       Разорвав объятия, Алестер посмотрел в мою сторону. Взгляд его ясных голубых глаз не жалил меня и не прожигал во мне дыру, как это часто бывает с Лероем. Мужчина осмотрел меня с ног до головы таким взглядом, будто бы увидел что-то такое, чего прежде еще не встречал. Хотя, учитывая мой маскарад, то так оно и есть. Но как странно… Я непроизвольно пыталась отыскать в этом человеке хотя бы отголосок той темной, давящей ауры, что была у Лероя. Ничего подобного я не почувствовала.
       
       Внешность Алестера тоже не настраивала на опасения: добрая, даже немного заразительная улыбка, волевой подбородок и светящиеся жизнью глаза. Небольшие морщинки в уголках рта и глаз говорили о том, что этот человек любит смеяться, на любу глубокая вертикальная складка отсутствовала. Я мельком глянула на Лероя. Что могло связывать эти две противоположности? Будто черное и белое, огонь и вода… Это ведь несовместимые вещи, разве нет?
       
       Грейсон одарил меня колючим взглядом, явно недовольный тем, что Алестер смотрел на меня больше положенного. Не любит, когда кто-то еще обращает внимание на его игрушку? Козел!
       
       - Это Мотылёк! – торжественно объявил Калэб, возвращаясь ко мне.
       
       - Мотылёк? – Алестер часто заморгал и легонько тряхнул головой, словно бы пытаясь избавиться от какой-то навязчивой мысли. – Какое интересное имя, - широкая улыбка вновь озарила его лицо.
       
       - Ага, - Калэб потянул меня, подойти поближе к гостю.
       
       - Смотрю, вы уже приготовились к празднику, - Алестер взял меня за руку и поцеловал ее тыльную сторону. – Алестер Коулман.
       
       Я была в шоке… В приятном шоке. Никто и никогда так почтительно со мной еще не обходился. Для меня тычки в спину, отборная ругань и таскание за волосы уже давно стало чем-то настолько обыденным, без чего я уже просто не представляю свою жизнь. И тут неожиданно появляется воспитанный человек, который целует мне руку, словно бы я равная ему. Здесь явно присутствовал какой-то подвох.
       
       - Лерой, - обратился Алестер к своему товарищу, не сводя с меня своих красивых голубых глаз. – Почему ты не сказал, что у тебя в доме поселилось такое юное сокровище?
       
       - Не вижу смысла распыляться на прислугу, - ровным тоном ответил Лерой. – Таких как она пруд-пруди. Сегодня есть, а завтра нет.
       
       - Ты не прав, совершенно не прав.
       
       - Я тоже так думаю, - вставил свое слово Калэб, польщенный тем, что его игрушку оценили.
       
       - Идем, Ал, - Грейсон резко встал с дивана, - нам еще нужно многое обсудить.
       
       - Конечно, - Коулман, наконец-то отпустил мою руку. – Было приятно познакомиться, Мотылёк, - он улыбнулся мне и пошел вслед за Лероем.
       
       Это была самая странная и необычная встреча, которая слишком ярко отпечаталась в моей памяти.
       
       16.
       
       К вечеру в дом к Лерою прибыло достаточно гостей, чтобы я в их окружении себя начала чувствовать неуютно. Но, несмотря на это, я была рада наблюдать за тем, как гостей становилось всё больше и больше. С каждой новой прибывшей машиной я ощущала укрепляющуюся внутри себя надежду. Чем больше будет людей, тем у меня больше шансов сбежать отсюда.
       
       Думая об этом, я непроизвольно касалась того места, где весела подвеска, подаренная мне Калэбом. Мне было дико стыдно перед ним за то, что я дала слова и намеривалась вот-вот его нарушить. Но что поделать? Такова жизнь… Она несправедлива и жестока. К тому же, будет лучше, если я сбегу именно сейчас, а не потом, когда проникнусь к Калэбу дружескими чувствами. Я ощущала, что всё идет именно к этому. Обделенная вниманием, я тянулась к этому непростому человеку за теми дорогими крупицами заботы, но это нужно пресечь. Есть только я и моя жизнь, которую нужно спасти, если я не хочу, чтобы ее растоптал Лерой.
       
       В гостиной играла громкая музыка и гости, наряженные в различных монстров, попивая шампанское, смеялись, танцевали и разговаривали между собой. Интересно, а они знаю, кто такой вообще Лерой? Едва ли… Иначе бы их здесь не было или в противном случаи, они стали пресмыкаться перед Грейсоном. Такое всегда бывает, когда в поле твоего личного пространства вторгается опасный человек.
       
       Я стояла практически в самом углу комнаты с бокалом пунша в руках. Калэб в костюме Черепашки-Ниндзя с фиолетовой повязкой на глазах сидел на диване и живал конфеты, привезенные ему Алестером. Я смотрела на Калэба и чувствовала, как мое сердце больно сжимается. Что это такое? Тоска? Вот так дела… Медленно я перевела взгляд на Лероя. Его трудно было не заметить среди наряженной толпы. Обычный черный свитер с горлом, темные джинсы и простые ботинки. Несмотря на то, что Грейсон не счел нужным соблюдать общий дресс-код, даже в своей повседневной одежде он выглядел точно Дьявол. Черные цвет – это определенно его стихия. Она идеально отображала душу Лероя, всю ее порочность и жестокость. Уверена, ни один демон не решился бы на него напасть в эту ночь. Праздничный костюм только бы испортил темную ауру Грейсона, и он это прекрасно знал.
       
       Отставив свой бокал на ближайший столик, я сунула безглавую куклу себе подмышку и наклонилась, чтобы поправить сползший с коленки гольф. То ли ноги у меня такие худые, то ли гольфы неудачные, но они постоянно сползают.
       
       - Может быть, нужна помощь? – раздался знакомый голос у меня над головой.
       
       Я выпрямилась и увидела перед собой Алестера. Он был одет в костюм вампира и выглядел в нем очень даже забавно.
       
       - Уже второй год подряд его надеваю, - заявил мужчина, расправляя складки на своей черной мантии и с кровавым подбоем.
       
       - Ясно, спасибо, но помощь мне не нужна, - я вязала свой бокал и отпила из него.
       
       - Калэб мне все уши прожужжал о том, как вы прекрасная девушка и замечательная подруга, - Алестер глянул в сторону всё еще уплетающего сладости Калэба.
       
       - Видимо не настолько прекрасная, раз проигрываю конфетам, - я улыбнулась, и это было так странно. Я привыкла к другой форме общения, и она не такая радушная, как эта.
       
       - Как вы сюда вообще забрели? – Алестер перевел свой взгляд вновь на меня.
       
       - Я сюда не забредала, меня привели, - я пожала плечами.
       
       - У вас очень красивые глаза, вам когда-нибудь говорили об этом? – Коулман сосредоточено разглядывал меня, словно намереваясь дать оценку. – Не подумайте, что я к вам пристаю с похабными и избитыми комплементами. Просто ваш взгляд… Он такой взрослый, рассудительный, печальный и в то же время кричащий о нехватке внимания и любви. Я иногда занимаюсь рисованием, и порой мне говорят, что в своих картинах я прекрасно изображаю самую сильную сторону человеческой красоты.
       
       Я не знала, что сказать. Второй раз за день Алестер ввел меня в ступор, из которого я никак не могла выйти. Этот человек за считаные мгновения обнажил мою душу и описал ее так точно, что стало даже жутко. Я знала, что глаза – зеркало души, но не воспринимала это в буквальном смысле.
       
       - Вы смущены? – Алестер заулыбался.
       
       - Немного сбита с толку, - я смотрела на этого человека и не знала, можно ли ему доверять. Интуиция молчала, а значит мне нечего опасаться. К тому же природная энергетика этого человека была такой же светлой, как и его глаза.
       
       - Понимаю. Простите, если позволил себе лишнего.
       
       - Ничего… Страшного, - я заикнулась, впервые услышав слова извинения, что были адресованы мне.
       
       - Знаете, иногда я люблю выкурить сигаретку на свежем воздухе, особенно люблю это делать, когда уже наступил вечер. Не желаете составить мне компанию?
       
       Я посмотрела на Лероя, он разговаривал с каким-то упитанным мужчиной в карнавальной маске. Но беседа не мешала Грейсону следить за мной. Его взгляд жег мне кожу, и я поежилась.
       
       - Не волнуйтесь. Я знаю, что Лерой не выносит курящих в доме, поэтому мы это сделаем на крыльце. Кстати, вы курите?
       
       - Да, - я закивала головой, ощущая, как сильно успела соскучиться по сигарете.
       
       - Не скажу, что это хорошая привычка, но иногда жизнь вынуждает нас обзавестись негативными качествами.
       
       - Пожалуй, вы правы, - я последовала за Алестером не только для того, чтобы покурить, но и оценить обстановку во дворе. За нами увязался Калэб.
       
       - А куда это вы?
       
       - На улицу, хочешь с нами? – спросил Алестер.
       
       - Конечно.
       
       Мы стояли на крыльце и курили. Какое блаженство иметь возможность вновь вдыхать сигаретный дым! Учитывая, что я готовилась в побегу, мои нервы были натянуты как струны, и мне требовалась хоть какая-то разрядка.
       
       Ворота не были закрыты, я это отметила сразу же, как только вышла на улицу. Этот факт меня успокаивал и радовал.
       
       - Хотите конфет? – спросил Калэб, копаясь в своем ведёрке в виде тыквы.
       
       - Хотим, - ответил Коулман, зажав сигарету губами. – Какие у тебя есть?
       
       - Шоколадные, леденцы и желейные, - перечислил Калэб.
       
       - Леденец, - ответила я.
       
       - Шоколадную, - произнес Алестер.
       
       Апельсиновый привкус конфеты с примесью никотина рождали во рту некое безумие.
       
       - О! Вы поглядите, кто к нам приехал! – заявил Калэб, тыча пальцем в подъехавшую машину. Миниатюрный автомобиль вишневого цвета принадлежал Клариссе. Женщина вышла на улицу, облаченная в развратную монашку и уверенной походкой направилась к дому. Ее длинные ноги в черных чулках и черных лакированных туфлях на высоком каблуке выгладили просто потрясающе. Изящная фигура была стянута облегающим кротким платьицем, что отдаленно напоминало рясу. На груди поблескивал крестик. Тугие светлые локоны красиво подпрыгивали на каждый шаг этой женщины.