- Жизнью надо наслаждаться! - подняв указательный палец, назидательно произнес и протянул Аде большую ложку.
Уплетая кашу так, что уши шевелились, как бы между прочим, с набитым ртом, обронил:
- Смотрю, носишь медальон Дениса.
Девушка подавилась кашей и промолчала. Как он понял, что украшение от Дена? Самое смешное, что она как раз думала, где искать бера. В том, что будет искать, ничуточки не сомневалась. И даже намеревалась как-нибудь невзначай выведать у прыткого карлика возможные места, где мог быть Денис. Только вот не знала, как обойти ненужные сейчас объяснения, не хотелось вдаваться в подробности, рассказывать, что, как и почему.
Ада ни с кем не желала обсуждать чувство, которое испытывала к Денису, такое радостное, искрящееся и одновременно мягкое, робкое и томительное. Этим хотелось поделиться только с одним мужчиной, с тем, кто его вызывал.
- Имя приняла? - осведомился об этапе развития связи карлик.
- Какое имя?
То, что Ден звал ее Идой и что она отзывалась на новое имя, пришло в голову не сразу.
- Ну, медальон же носишь? - не понял Шнурс.
- Это просто так, - попыталась увильнуть от ответа Ада.
- Та-ак... Да похоже, ты ничего не знаешь, малышка! Как же это?! - Шнурс даже ложку отложил, так был возмущен.
- Ну... Я знаю главное.
- Рассказывай, что этот хулиган с тобой делал? - тоном строгого дедушки спросил Шнурс.
- Он, нет... ничего, - покраснела, невольно вспоминая поцелуй, прикосновения, еще один поцелуй и еще другие прикосновения.
- Это серьезно, малышка. Это не ничего, а очень даже много. И обычно происходит только после Выбора. Это навсегда. Денис подарил тебе медальон зверя, берсерк признал в тебе свою хозяйку. Он твой. И ничего тебе не объяснил?
Ада не ответила, переваривая услышанное. С утра мозгу требовалось больше времени, чтобы усвоить и понять услышанное. Хотя, скорее, дело в полной невероятности сказанного. В памяти пронеслись все выходки Дена, его странное поведение и слова.
Шнурс тоже некоторое время помолчал, думал, как лучше поступить и пытался понять причины поведения Дениса. И, признаться, понимал их.
Что ж, раз так... Привычная роль шута и здесь выручит.
- Сказал, что ты самая красивая для него, прекрасная, как цветок в нежных лучах восходящего солнца?
- Не-ет...
- Что он твой, что ты покорила его сердце с первой секунды встречи?
- Нет.
- Цветы, шоколад дарил? В таверну, на спектакль водил?
Ада подняла настороженный взгляд на карлика. Он издевается?
- Ох уж этот молодняк! Глупые, вот что за поколение растет? Ничего у них в головах не задерживается, ни крупицы из тех знаний, что я им даю, вкладываю, вдалбливаю изо всех сил! Дубина стоеросовая, а не соблазнитель! Учить их еще и учить.
Карлик недолго разливался соловьем, ругая безмозглых пацанов, не умеющих ухаживать за понравившейся девушкой. Шнурсу очень нравились разные театральные постановки, даже пытался внедрить такой предмет в свою программу обучения маленьких беров. Но никто его в этом начинании не поддержал.
Ада слушала вполуха, что не осталось незамеченным.
«Беги же, малышка... И хоть ты его сейчас и не найдешь, пусть это будет для тебя главной репетицией. Решись и попробуй, все у тебя теперь будет хорошо», - думал карлик, умело вплетая в поток шутовской болтовни сведения о маленьком домике на озере, любимом месте младшего сына правителя.
И, когда девушка подорвалась с места, неуклюже поцеловала Шнурса в колючую щеку и убежала, карлик удовлетворенно вздохнул. Похоже, прошлое осталось в прошлом. А настоящее очень даже радует.
- Дениска, прохиндей, - хмыкнул, выбирая очередной пирожок из миски.
Но Аду ждало разочарование, Дениса в городе уже не было. Вместе с Борисом, Дмитрием и еще парочкой берсерков они ушли в горы. Где-то на главном тракте до сих пор валялись сундуки с золотом и тела убитых охранников. И где-то там были и смолги.
Все это она узнала, столкнувшись на узкой лестнице с сестрой Дениса. К тому времени Ада успела обежать весь первый этаж, по дороге уличить Клыка, который на пустой кухне втихаря подъедал что-то из кастрюльки на плите, и, не сбавляя скорости перекинуться парой слов с обеспокоенными ее ночной отлучкой лисичками. Ада спешила, сама толком не зная, куда и зачем, нетерпеливая рысь подгоняла изнутри. Очень хотелось увидеть Дениса. И, пожалуй, впервые в жизни Ада решила не думать и не просчитывать ходы, а просто сделать так, как хочется и как требует ее звериная сущность.
- Они рано утром ушли из города, еще до восхода. А зачем тебе? Что-то случилось? - задала закономерный вопрос Дина.
- Нет, ничего страшного, - расстроенно ответила, добавив в уме: «Надеюсь». - Я с Денисом хотела поговорить.
Хорошего настроения как не бывало. Не успела, проспала – ушел. В горах же сейчас так опасно! Как они справятся, если наткнутся на смолгов? Есть ли среди отправившихся лекарь?
Шнурс наверняка знал, что Дениса нет в городе, но ничего не сказал, наоборот, задержал Аду еще больше, интриган эдакий. И почему у нее четкое ощущение, что Ден намеренно столь быстро покинул Йонви? Только вчера вернулся в клан, усталый после длинного пути. С Дмитрием вполне могли пойти те, кто сидели все это время дома.
Денис избегает ее? Или Ада воображает невесть что, слишком много на себя берет? Что же творится у этого берсерка в голове, кто бы ей подсказал?
Разговор, - вроде бы не самое сложное действо в мире, но до сих пор именно это им с Деном никак не удавалось. Куда там цветы, шоколад и танцы – с усмешкой вспомнила советы Шнурса. Пары искренних слов было бы вполне достаточно. Ну... или не пары, а трех. Всего три слова сделали бы Аду самой счастливой на земле.
Посверлив ее подозрительным и веселым взглядом, Дина все же промолчала и, взяв за руку, повела на «общий сбор».
Дине на ум пришла отличная идея, и она поспешила ее осуществить, еще до завтрака развила бурную деятельность. Решила собрать вместе всех тех счастливиц, которые будут участвовать в Выборе. У них должны найтись общие темы для разговора, да и новеньким не помешает начать постепенно вливаться в местное общество, познакомиться с обычаями и укладом жизни, найти друзей и занятие по душе. И, несомненно, всем им будет полезно перемыть косточки парням, посплетничать о своем, о девичьем. Заодно и узнают, кто что из себя представляет.
Единственная и любимая дочка правителя берсерков ответственно и со всей душой подошла к поручению брата. В последующие дни и Ада, и остальные девушки-трофеи как следует прочувствовали этот бъющий через край энтузиазм. Тем же днем к заботам о новеньких присоединился и Шнурс. Причем, с не меньшим воодушевлением и активностью, чем Дина.
В уютной комнате, со множеством кресел и удобным широким диваном, низким столом посередине и изумительным витражным окном во всю стену, собралось одиннадцать девушек. Пятеро из них - чужачки. Но окружающим не было никакой разницы, откуда они приехали. Все знакомились, смеялись, болтали и шутили без умолку.
Из обильного потока сведений Ада запомнила лишь имена и то не была до конца уверенной, что не перепутает при обращении, кто есть кто. Духи, какими же беспечными были местные девушки! Открытые, счастливые и предвкушающие еще большее счастье. Конечно, разве может быть иначе?!
Ада понимала, что в их жизни предстоящий Выбор - наиважнейшее событие. Может быть, именно поэтому ведут себя как ненормальные, щебечут без перерыва, рассказывая о себе абсолютно все, задают вопросы, не выслушивая ответов. Каждая из них ощущала себя в эти дни особенной, центром вселенной.
Не только Ада несколько не вписывалась в создавшуюся атмосферу и круг сияющих счастьем лиц. Не вступая ни с кем в беседу, не притрагиваясь к угощению на столе, в одном из кресел сидела Марья. Она очень изменилась с их первой встречи в клане волков, от самоуверенной соблазнительницы не осталось и следа. Изменения внутренние оставляли ужасающий след в ее внешнем облике. Осунувшееся лицо, острые выпирающие скулы и синеватые круги вокруг безжизненных глаз. Походка и осанка изменились до неузнаваемости. С ночи, когда стало известно о гибели охранников обоза, никто, даже Нелет, не слышал ее голоса. И никто не видел ее слез, их и не было. Марья не могла даже плакать.
Нелет одновременно и боялась за нее, и злилась. Она осталась без советов-указок, без поддержки, одна должна справляться и устраивать обещанное Марьей «светлое будущее». Из-за боязни, что их маленький секретик, не совсем обман, так просто, недомолвку, обнаружат, волчица не могла спать, потеряла аппетит, не смела лишний раз поднять взгляд на Керта.
Он так ей нравился, больше, чем кто-либо другой, больше, чем сыновья правителя. И пусть он не богат, не самый сильный в клане и не самый красивый, для Нелет Керт был бы самым лучшим. Если он узнает, что Нел не девственница... Что с ней будет? Отвергнут? Выгонят?
Так они с Марьей в соседних комнатах и мучались на пару бессонницей. Одна от страха разоблачения, другая из-за гибели истинной пары. И если Нелет менялась в лучшую сторону, становилась сильнее, решительнее и самостоятельнее для того, чтобы не упустить желаемого мужчину, то Марья все глубже погружалась в бездну отчаяния. Смерть любимого не то, что можно исправить, осознав вину.
Только Лисичка чувствовала себя как рыба в воде и то лишь в начале встречи. Она с удовольствием болтала с новыми знакомыми, перестав осторожничать и задумываться над словами. Опрометчиво, как оказалось.
Шнурс деловито выяснил, сколько ей лет, прошелся вопросами по знанию основных предметов, которым обучали в школах, расспросил об увлечениях и способностях. Несса все ниже опускала голову и молчала, она или не знала, или толком не помнила ничего из того, о чем спрашивал карлик. Не рассказывать же об увлечении гадальными картами, тем более о методе, с помощью которого делает выводы и прогнозы... Ее засмеют.
К концу допроса сидела вся красная. Вспоминала старенького и глуховатого учителя Саймона и те бесконечные надуманные предлоги, оправдывающие ее прогулы. В который раз убеждалась: оправдания никому не нужны. Ей самой в первую очередь, ибо увы, не помогают.
- И чем же ты, дорогая, заниматься тут собираешься? - с немалой долей превосходства спросила одна из девушек, с которой всего пару минут назад Несса увлеченно и весело разговаривала.
- А может твоя сила еще просто спит? Так довольно часто бывает, поэтому и сложно найти свое дело... - без тени иронии или насмешки спросила Дина. – Внизу, в городе, находится Высшая школа Дара. Там можно проверить. Хочешь, сходим с тобой?
Несса под одобрительным взглядом сестры неуверенно кивнула, соглашаясь. Шнурс также идею поддержал. Как раз есть свободное время, у его Говорящих сейчас каникулы, и он сможет как следует позаниматься с девочкой. Может даже подготовить к поступлению, если выявится какой-либо дар.
Занятие нашла и Ханна, познакомившись с двумя девушками - Ольгой и Сашей, так же сильно, как и она, увлекающимися стрельбой из лука и другими видами оружия. В клане отличный наставник для обучения молодняка, множество мастерских. Каждый день проводятся тренировки, даже турнир в скором времени намечается.
«Прям мечта, а не клан... Подозрительно», - думала Ханна, не разрешая себе радоваться и пытаясь не показывать охватившего ее интереса. С еле сдерживаемым любопытством слушала хвалебные оды мастеру Дарко и его школе. И что самое невероятное, девушек тренировали наравне с парнями. Никто не пытался указать женщине на ее место на кухне, как это частенько бывало в клане Лисов. По рассказам девушек, Ханна поняла, что здесь она сможет научиться много чему новому и интересному. Берсерки славятся не только своей физической силой, но и высоким мастерством владения оружием, совершенной техникой боя.
Уже ближе к вечеру, прежде чем разойтись, Дина предложила показать замок. Ханна с Нессой и Нел благоразумно промолчали о том, что вчера сами устроили себе небольшой экскурс по местным достопримечательностям, пошли со всеми вместе. И не прогадали: то, что они успели обследовать - сущие крохи.
Всех поразили размеры замка. Ада подумала, что понадобится много времени, прежде чем сможет здесь уверенно ориентироваться. Два крыла и огромная центральная часть, уходящая в глубину горы. Снаружи открывался вид лишь на одну сторону строения, отнюдь не большую. Три этажа в обоих крылах. Они, будто настоящие крылья огромной птицы, парили над обрывом, полукругом расходясь от центра и лишь одной, тыльной стороной, приникая к горному массиву.
Верхний этаж в левом крыле занимала потрясающая своими размерами богатая библиотека. В ней Ада и застряла, не в силах заставить себя отвести взгляд от высоченных стеллажей, хранящих сотни книг.
Извинилась и попросила продолжать осмотр без нее. Она нашла то, что займет на ближайшие... нет, не дни. Месяцы?
- Можно? - опомнившись, что не у себя дома, спросила у Дины.
- Конечно, - рассмеялась та в ответ, наблюдая, как Ада нетерпеливо топчется на месте. - Все, что заинтересует, все твое. То, что трогать не следует, папа хранит в другом месте. Но только выносить книги из библиотеки нельзя, ладно?
- Ага, - кивнула, кроме книг уже мало что замечая вокруг.
- Увидимся за ужином?
- Мм, - согласно промычала.
Если где и удастся отвлечься и не думать постоянно о Денисе, то именно здесь. А отвлечься однозначно надо, потому что иначе вынужденное бездействие ее доконает.
Шла по узким проходам между рядами. Дух, сколько всего. И как тут выбрать что-то одно? С чего начать? Глаза разбегались, хотелось всего и сразу. Ада, оказывается, жадина. Жадная, нетерпеливая и ревнивая. Она и не подозревала в себе этих качеств: до сих пор не возникало ситуаций, в которых бы они проявились. Сейчас же сплошные провокации - книги, Денис, ожидание Выбора.
Медленно водила указательным пальцем по плотным кожаным корешкам. Когда прошла несколько рядов, палец замер на скрепленных обыкновенной грубой веревкой листах. Что-то они ей напоминали.
Бережно достала довольно-таки увесистую стопку и, присев прямо на пол, раскрыла. И узнала почерк, мелкий, ровный, колючий. Эти записи писал тот же лекарь, что и Адины, украденные из библиотеки Ханнеса. То есть получается, неизвестный целитель жил сначала в клане рысей, а потом у берсерков? Или, может, до сих пор здесь проживает?
Ада поспешно пробежала глазами первые страницы, выискивая имя или даты.
Хонвей, целитель Хонвей. Он же... он самый великий, он легенда! И пожелтевшие страницы, исписанные настолько плотно, что на расстоянии кажутся чуть ли не черными, его личные записки.
Ада чуть не запрыгала от восторга. И так трудно оказалось решить: бежать искать Шнурса или кого-то другого из новых знакомых, чтобы выяснить про великого целителя - где он? Жив ли еще? - или отложить поиски и углубиться в чтение.
На страницах рукописи хранились баснословные сокровища. Ада столько может узнать, научиться и понять о своем даре, а значит, и о самой себе. Ведь у нее никогда не было учителя.
На ужине, как и следовало ожидать, она не появилась.
Так прошли три дня. С одной стороны, невыносимо долгих из-за неизвестности, страха и ожидания, с другой же, каждый из них был наполнен новыми открытиями, возможностями, знакомствами. Ощущение принадлежности к клану берсерков становилось все сильнее.
Уплетая кашу так, что уши шевелились, как бы между прочим, с набитым ртом, обронил:
- Смотрю, носишь медальон Дениса.
Девушка подавилась кашей и промолчала. Как он понял, что украшение от Дена? Самое смешное, что она как раз думала, где искать бера. В том, что будет искать, ничуточки не сомневалась. И даже намеревалась как-нибудь невзначай выведать у прыткого карлика возможные места, где мог быть Денис. Только вот не знала, как обойти ненужные сейчас объяснения, не хотелось вдаваться в подробности, рассказывать, что, как и почему.
Ада ни с кем не желала обсуждать чувство, которое испытывала к Денису, такое радостное, искрящееся и одновременно мягкое, робкое и томительное. Этим хотелось поделиться только с одним мужчиной, с тем, кто его вызывал.
- Имя приняла? - осведомился об этапе развития связи карлик.
- Какое имя?
То, что Ден звал ее Идой и что она отзывалась на новое имя, пришло в голову не сразу.
- Ну, медальон же носишь? - не понял Шнурс.
- Это просто так, - попыталась увильнуть от ответа Ада.
- Та-ак... Да похоже, ты ничего не знаешь, малышка! Как же это?! - Шнурс даже ложку отложил, так был возмущен.
- Ну... Я знаю главное.
- Рассказывай, что этот хулиган с тобой делал? - тоном строгого дедушки спросил Шнурс.
- Он, нет... ничего, - покраснела, невольно вспоминая поцелуй, прикосновения, еще один поцелуй и еще другие прикосновения.
- Это серьезно, малышка. Это не ничего, а очень даже много. И обычно происходит только после Выбора. Это навсегда. Денис подарил тебе медальон зверя, берсерк признал в тебе свою хозяйку. Он твой. И ничего тебе не объяснил?
Ада не ответила, переваривая услышанное. С утра мозгу требовалось больше времени, чтобы усвоить и понять услышанное. Хотя, скорее, дело в полной невероятности сказанного. В памяти пронеслись все выходки Дена, его странное поведение и слова.
Шнурс тоже некоторое время помолчал, думал, как лучше поступить и пытался понять причины поведения Дениса. И, признаться, понимал их.
Что ж, раз так... Привычная роль шута и здесь выручит.
- Сказал, что ты самая красивая для него, прекрасная, как цветок в нежных лучах восходящего солнца?
- Не-ет...
- Что он твой, что ты покорила его сердце с первой секунды встречи?
- Нет.
- Цветы, шоколад дарил? В таверну, на спектакль водил?
Ада подняла настороженный взгляд на карлика. Он издевается?
- Ох уж этот молодняк! Глупые, вот что за поколение растет? Ничего у них в головах не задерживается, ни крупицы из тех знаний, что я им даю, вкладываю, вдалбливаю изо всех сил! Дубина стоеросовая, а не соблазнитель! Учить их еще и учить.
Карлик недолго разливался соловьем, ругая безмозглых пацанов, не умеющих ухаживать за понравившейся девушкой. Шнурсу очень нравились разные театральные постановки, даже пытался внедрить такой предмет в свою программу обучения маленьких беров. Но никто его в этом начинании не поддержал.
Ада слушала вполуха, что не осталось незамеченным.
«Беги же, малышка... И хоть ты его сейчас и не найдешь, пусть это будет для тебя главной репетицией. Решись и попробуй, все у тебя теперь будет хорошо», - думал карлик, умело вплетая в поток шутовской болтовни сведения о маленьком домике на озере, любимом месте младшего сына правителя.
И, когда девушка подорвалась с места, неуклюже поцеловала Шнурса в колючую щеку и убежала, карлик удовлетворенно вздохнул. Похоже, прошлое осталось в прошлом. А настоящее очень даже радует.
- Дениска, прохиндей, - хмыкнул, выбирая очередной пирожок из миски.
Но Аду ждало разочарование, Дениса в городе уже не было. Вместе с Борисом, Дмитрием и еще парочкой берсерков они ушли в горы. Где-то на главном тракте до сих пор валялись сундуки с золотом и тела убитых охранников. И где-то там были и смолги.
Все это она узнала, столкнувшись на узкой лестнице с сестрой Дениса. К тому времени Ада успела обежать весь первый этаж, по дороге уличить Клыка, который на пустой кухне втихаря подъедал что-то из кастрюльки на плите, и, не сбавляя скорости перекинуться парой слов с обеспокоенными ее ночной отлучкой лисичками. Ада спешила, сама толком не зная, куда и зачем, нетерпеливая рысь подгоняла изнутри. Очень хотелось увидеть Дениса. И, пожалуй, впервые в жизни Ада решила не думать и не просчитывать ходы, а просто сделать так, как хочется и как требует ее звериная сущность.
- Они рано утром ушли из города, еще до восхода. А зачем тебе? Что-то случилось? - задала закономерный вопрос Дина.
- Нет, ничего страшного, - расстроенно ответила, добавив в уме: «Надеюсь». - Я с Денисом хотела поговорить.
Хорошего настроения как не бывало. Не успела, проспала – ушел. В горах же сейчас так опасно! Как они справятся, если наткнутся на смолгов? Есть ли среди отправившихся лекарь?
Шнурс наверняка знал, что Дениса нет в городе, но ничего не сказал, наоборот, задержал Аду еще больше, интриган эдакий. И почему у нее четкое ощущение, что Ден намеренно столь быстро покинул Йонви? Только вчера вернулся в клан, усталый после длинного пути. С Дмитрием вполне могли пойти те, кто сидели все это время дома.
Денис избегает ее? Или Ада воображает невесть что, слишком много на себя берет? Что же творится у этого берсерка в голове, кто бы ей подсказал?
Разговор, - вроде бы не самое сложное действо в мире, но до сих пор именно это им с Деном никак не удавалось. Куда там цветы, шоколад и танцы – с усмешкой вспомнила советы Шнурса. Пары искренних слов было бы вполне достаточно. Ну... или не пары, а трех. Всего три слова сделали бы Аду самой счастливой на земле.
Посверлив ее подозрительным и веселым взглядом, Дина все же промолчала и, взяв за руку, повела на «общий сбор».
Дине на ум пришла отличная идея, и она поспешила ее осуществить, еще до завтрака развила бурную деятельность. Решила собрать вместе всех тех счастливиц, которые будут участвовать в Выборе. У них должны найтись общие темы для разговора, да и новеньким не помешает начать постепенно вливаться в местное общество, познакомиться с обычаями и укладом жизни, найти друзей и занятие по душе. И, несомненно, всем им будет полезно перемыть косточки парням, посплетничать о своем, о девичьем. Заодно и узнают, кто что из себя представляет.
Единственная и любимая дочка правителя берсерков ответственно и со всей душой подошла к поручению брата. В последующие дни и Ада, и остальные девушки-трофеи как следует прочувствовали этот бъющий через край энтузиазм. Тем же днем к заботам о новеньких присоединился и Шнурс. Причем, с не меньшим воодушевлением и активностью, чем Дина.
В уютной комнате, со множеством кресел и удобным широким диваном, низким столом посередине и изумительным витражным окном во всю стену, собралось одиннадцать девушек. Пятеро из них - чужачки. Но окружающим не было никакой разницы, откуда они приехали. Все знакомились, смеялись, болтали и шутили без умолку.
Из обильного потока сведений Ада запомнила лишь имена и то не была до конца уверенной, что не перепутает при обращении, кто есть кто. Духи, какими же беспечными были местные девушки! Открытые, счастливые и предвкушающие еще большее счастье. Конечно, разве может быть иначе?!
Ада понимала, что в их жизни предстоящий Выбор - наиважнейшее событие. Может быть, именно поэтому ведут себя как ненормальные, щебечут без перерыва, рассказывая о себе абсолютно все, задают вопросы, не выслушивая ответов. Каждая из них ощущала себя в эти дни особенной, центром вселенной.
Не только Ада несколько не вписывалась в создавшуюся атмосферу и круг сияющих счастьем лиц. Не вступая ни с кем в беседу, не притрагиваясь к угощению на столе, в одном из кресел сидела Марья. Она очень изменилась с их первой встречи в клане волков, от самоуверенной соблазнительницы не осталось и следа. Изменения внутренние оставляли ужасающий след в ее внешнем облике. Осунувшееся лицо, острые выпирающие скулы и синеватые круги вокруг безжизненных глаз. Походка и осанка изменились до неузнаваемости. С ночи, когда стало известно о гибели охранников обоза, никто, даже Нелет, не слышал ее голоса. И никто не видел ее слез, их и не было. Марья не могла даже плакать.
Нелет одновременно и боялась за нее, и злилась. Она осталась без советов-указок, без поддержки, одна должна справляться и устраивать обещанное Марьей «светлое будущее». Из-за боязни, что их маленький секретик, не совсем обман, так просто, недомолвку, обнаружат, волчица не могла спать, потеряла аппетит, не смела лишний раз поднять взгляд на Керта.
Он так ей нравился, больше, чем кто-либо другой, больше, чем сыновья правителя. И пусть он не богат, не самый сильный в клане и не самый красивый, для Нелет Керт был бы самым лучшим. Если он узнает, что Нел не девственница... Что с ней будет? Отвергнут? Выгонят?
Так они с Марьей в соседних комнатах и мучались на пару бессонницей. Одна от страха разоблачения, другая из-за гибели истинной пары. И если Нелет менялась в лучшую сторону, становилась сильнее, решительнее и самостоятельнее для того, чтобы не упустить желаемого мужчину, то Марья все глубже погружалась в бездну отчаяния. Смерть любимого не то, что можно исправить, осознав вину.
Только Лисичка чувствовала себя как рыба в воде и то лишь в начале встречи. Она с удовольствием болтала с новыми знакомыми, перестав осторожничать и задумываться над словами. Опрометчиво, как оказалось.
Шнурс деловито выяснил, сколько ей лет, прошелся вопросами по знанию основных предметов, которым обучали в школах, расспросил об увлечениях и способностях. Несса все ниже опускала голову и молчала, она или не знала, или толком не помнила ничего из того, о чем спрашивал карлик. Не рассказывать же об увлечении гадальными картами, тем более о методе, с помощью которого делает выводы и прогнозы... Ее засмеют.
К концу допроса сидела вся красная. Вспоминала старенького и глуховатого учителя Саймона и те бесконечные надуманные предлоги, оправдывающие ее прогулы. В который раз убеждалась: оправдания никому не нужны. Ей самой в первую очередь, ибо увы, не помогают.
- И чем же ты, дорогая, заниматься тут собираешься? - с немалой долей превосходства спросила одна из девушек, с которой всего пару минут назад Несса увлеченно и весело разговаривала.
- А может твоя сила еще просто спит? Так довольно часто бывает, поэтому и сложно найти свое дело... - без тени иронии или насмешки спросила Дина. – Внизу, в городе, находится Высшая школа Дара. Там можно проверить. Хочешь, сходим с тобой?
Несса под одобрительным взглядом сестры неуверенно кивнула, соглашаясь. Шнурс также идею поддержал. Как раз есть свободное время, у его Говорящих сейчас каникулы, и он сможет как следует позаниматься с девочкой. Может даже подготовить к поступлению, если выявится какой-либо дар.
Занятие нашла и Ханна, познакомившись с двумя девушками - Ольгой и Сашей, так же сильно, как и она, увлекающимися стрельбой из лука и другими видами оружия. В клане отличный наставник для обучения молодняка, множество мастерских. Каждый день проводятся тренировки, даже турнир в скором времени намечается.
«Прям мечта, а не клан... Подозрительно», - думала Ханна, не разрешая себе радоваться и пытаясь не показывать охватившего ее интереса. С еле сдерживаемым любопытством слушала хвалебные оды мастеру Дарко и его школе. И что самое невероятное, девушек тренировали наравне с парнями. Никто не пытался указать женщине на ее место на кухне, как это частенько бывало в клане Лисов. По рассказам девушек, Ханна поняла, что здесь она сможет научиться много чему новому и интересному. Берсерки славятся не только своей физической силой, но и высоким мастерством владения оружием, совершенной техникой боя.
Уже ближе к вечеру, прежде чем разойтись, Дина предложила показать замок. Ханна с Нессой и Нел благоразумно промолчали о том, что вчера сами устроили себе небольшой экскурс по местным достопримечательностям, пошли со всеми вместе. И не прогадали: то, что они успели обследовать - сущие крохи.
Всех поразили размеры замка. Ада подумала, что понадобится много времени, прежде чем сможет здесь уверенно ориентироваться. Два крыла и огромная центральная часть, уходящая в глубину горы. Снаружи открывался вид лишь на одну сторону строения, отнюдь не большую. Три этажа в обоих крылах. Они, будто настоящие крылья огромной птицы, парили над обрывом, полукругом расходясь от центра и лишь одной, тыльной стороной, приникая к горному массиву.
Верхний этаж в левом крыле занимала потрясающая своими размерами богатая библиотека. В ней Ада и застряла, не в силах заставить себя отвести взгляд от высоченных стеллажей, хранящих сотни книг.
Извинилась и попросила продолжать осмотр без нее. Она нашла то, что займет на ближайшие... нет, не дни. Месяцы?
- Можно? - опомнившись, что не у себя дома, спросила у Дины.
- Конечно, - рассмеялась та в ответ, наблюдая, как Ада нетерпеливо топчется на месте. - Все, что заинтересует, все твое. То, что трогать не следует, папа хранит в другом месте. Но только выносить книги из библиотеки нельзя, ладно?
- Ага, - кивнула, кроме книг уже мало что замечая вокруг.
- Увидимся за ужином?
- Мм, - согласно промычала.
Если где и удастся отвлечься и не думать постоянно о Денисе, то именно здесь. А отвлечься однозначно надо, потому что иначе вынужденное бездействие ее доконает.
Шла по узким проходам между рядами. Дух, сколько всего. И как тут выбрать что-то одно? С чего начать? Глаза разбегались, хотелось всего и сразу. Ада, оказывается, жадина. Жадная, нетерпеливая и ревнивая. Она и не подозревала в себе этих качеств: до сих пор не возникало ситуаций, в которых бы они проявились. Сейчас же сплошные провокации - книги, Денис, ожидание Выбора.
Медленно водила указательным пальцем по плотным кожаным корешкам. Когда прошла несколько рядов, палец замер на скрепленных обыкновенной грубой веревкой листах. Что-то они ей напоминали.
Бережно достала довольно-таки увесистую стопку и, присев прямо на пол, раскрыла. И узнала почерк, мелкий, ровный, колючий. Эти записи писал тот же лекарь, что и Адины, украденные из библиотеки Ханнеса. То есть получается, неизвестный целитель жил сначала в клане рысей, а потом у берсерков? Или, может, до сих пор здесь проживает?
Ада поспешно пробежала глазами первые страницы, выискивая имя или даты.
Хонвей, целитель Хонвей. Он же... он самый великий, он легенда! И пожелтевшие страницы, исписанные настолько плотно, что на расстоянии кажутся чуть ли не черными, его личные записки.
Ада чуть не запрыгала от восторга. И так трудно оказалось решить: бежать искать Шнурса или кого-то другого из новых знакомых, чтобы выяснить про великого целителя - где он? Жив ли еще? - или отложить поиски и углубиться в чтение.
На страницах рукописи хранились баснословные сокровища. Ада столько может узнать, научиться и понять о своем даре, а значит, и о самой себе. Ведь у нее никогда не было учителя.
На ужине, как и следовало ожидать, она не появилась.
Так прошли три дня. С одной стороны, невыносимо долгих из-за неизвестности, страха и ожидания, с другой же, каждый из них был наполнен новыми открытиями, возможностями, знакомствами. Ощущение принадлежности к клану берсерков становилось все сильнее.
