Совместные завтраки, которые все старались не пропускать, забавные истории Шнурса, дружелюбие Дины и Златы, вылазки в город. Было весело. Ни одна из «трофейных» девушек не могла предположить, не думала и не мечтала, что к ним так отнесутся. Что помогут найти свое место среди беров.
Как будто два параллельных уровня, одинаково сильных течения. На поверхности радостное, приподнятое настроение, долгожданные уют и безопасность, а под ними скрытое, таящееся, беспрерывное беспокойство и ожидание скорой бури. Все ощущали это, у всех имелись секреты и страхи.
Кто-то готовился и решался начать новую жизнь с чистого листа, кто-то готовился к миру по ту сторону границы Духов. Был в замке и тот, кто уверенно готовился к решающей битве.
Утром четвертого дня Ада, как обычно, проснулась с первыми лучами солнца. Ей все так же нравилось встречать рассветы, пусть и не в любимом лесу. Теплый свет щекотал ресницы и нос, заставляя морщиться, чихать. Клык спал рядом и не думал просыпаться, он вел ночной образ жизни и на кухню спускался ближе к ужину.
Ада поднялась и босая подошла к распахнутому окну, стояла с закрытыми глазами, вдыхала свежий утренний воздух и прислушивалась к себе.
В библиотеке она нашла кое-что про медальон, подарок Дениса. Да уж, подарок. Непонятный, до конца не изученный и очень редкий. Такой медальон носили далеко не все оборотни. Ада просмотрела бессчетное количество книг, искала сведения. Даже рукописи Хонвея отложила на потом. И тем более странным казалось то, что почти ничего не нашла. Знает ли сам Денис, что именно значит его подарок?
В одной из книг коротко описывалось, что соединенная пара, зверь - хозяйка, может чувствовать друг друга на расстоянии. Медальон своего рода ниточка, связывающая две половинки и позволяющая почувствовать, точно знать, все ли хорошо или паре грозит опасность.
Подобная магия, подобная связь Аде совершенно незнакомы. Впервые о таком слышала. К тому же они с Денисом не вместе, они не завершали связь. И все то время, что Ада носила кулон, от него не исходило ничего странного или неприятного. Всегда то же, еле ощутимое тепло.
Вглядываясь в линию горизонта, где стремительно светлеющее небо сливалось со стальным, переливающимся бликами морем, Ада сильно надеялась, что «молчание» медальона – хороший знак.
Сразу после завтрака привычно засела в библиотеке. Дина нашла для нее тетради и письменные принадлежности, так что теперь Ада со всеми удобствами разместилась в кресле за солидным столом, читала, изучала и делала для себя пометки.
Когда дошла до третьей страницы книги, откуда-то из глубины замка донесся крик. Слов не разобрать, но почему-то Ада была точно уверенна в его причине. Все утро этого ждала.
Быстро отложила книгу и со всех ног кинулась по лестнице вниз. У выхода во двор натолкнулась на раскрасневшуюся от бега Дину.
- Они вернулись! Только почему-то совсем с другой стороны, через западный вход. Я их чуть не пропустила.
Девушки резко остановились, разглядывая прибывших. Вместо сундуков с золотом они принесли кое-что другое. Вернее, кое-кого. Между Дмитрием и Денисом, удерживаемый под руки, висел Эрик. Он был без сознания, обнаженное тело покрыто черным слоем грязи и крови.
Только Дина открыла рот, чтобы звать слуг и оповещать весь замок, как Дмитрий прорычал:
- Тихо! Не поднимайте шум и быстро найдите Яна.
- Я помогу, - кинулась к ним Ада, а Дина сорвалась выполнять указание.
Помещение, в котором они собрались, служило чем-то вроде склада. Из-за сложенных вдоль стен ящиков и мешков было не протолкнуться. Волка уложили на узкую деревянную скамью, предварительно смахнув с нее многочисленные свертки.
Ада протиснулась мимо Дениса, лишь мельком поймав его взгляд, сосредоточенный, резкий и колючий. Понятно, сейчас не до приветствий.
Чтобы лечить, чувствовать и направлять силу на ранения, нужно тесное соприкосновние с телом. Ада опустилась на колени, склонила голову и протянула ладони к развороченной груди волка. Самые страшные раны находились именно там, пересекали грязными глубокими порезами грудную клетку и живот.
Оборотни с хмурыми лицами негромко переговаривались, возвышаясь над Адой. Напряжение и неясная угроза витали в воздухе, смешивались с запахом крови. То, что беры обнаружили на тракте, точнее то, что они там не обнаружили, яснее ясного предупреждало о грозящей всем опасности. Им очень хотелось услышать, что расскажет волк, когда очнется.
От Дена донеслось низкое, с трудом подавляемое, рычание. Ощутив, как он дернулся вперед, Дмитрий рефлекторно опустил тяжелую руку брату на плечо, удерживая на месте.
- Ты что? - спросил, проследив за взглядом Дена.
Тот, не отрываясь, смотрел на девушку-рысь, чьи ладони застыли в миллиметре над телом волка. Вопрос повис в воздухе, провоцируя неясные догадки.
Через минуту подоспел здешний лекарь Ян, за ним в дверном проеме показалась Дина и бледная, как полотно, Марья. Последнюю никто не звал. Интуиция, острая нужда заставили нестись незнамо куда.
- Эрик!
Она оттолкнула заступивших дорогу недоумевающих оборотней - откуда только силы взялись? - и буквально рухнула на пол рядом с Адой. Сумасшедшими глазами обводила истерзанное тело волка.
- Эрик, Эрик... - шептала беспрерывно.
- Кровь не отравлена, слюны смолгов в нем нет, - произнесла Ада, умолчав о том, что и без яда смолгов мужчина почти труп. - Выживет.
Все промолчали, только из глаз волчицы, все еще неотрывно глядящей в лицо Эрику, полились слезы.
Ян, молодой бер с собранными в хвост длинными волосами и острым, похожим на клюв носом, остановился рядом с братьями и наблюдал, не вмешиваясь.
- Тебя для чего звали? - поинтересовался Ден.
- Не хочу мешать, - спокойно ответил Ян, не обращая внимания на грубый тон. Девушка-целитель знает, что делает.
- Где у вас лечебница? Его надо перенести и очистить рану, только тогда можно будет начать заживление. Кости начали неправильно срастаться, мне понадобится помощь.
Чьи-то сильные руки рывком подняли ее на ноги. Оглянувшись через плечо, столкнулась с разноцветным взглядом, мгновенно завладевшим всеми ее чувствами. Аду до сих пор поражали эти глаза - серый и карий, почти черный, они гипнотизировали, отрезая от остального мира.
Борис с Яном вышли вперед и аккуратно подхватили скамью вместе с распластанным на ней волком, так и нести удобнее и меньше вероятности причинить вред. Марья не отставала от них ни на шаг, словно привязанная, шла вслед за мужчинами, побелевшими пальцами вцепилась в край скамейки.
- Денис, - обратился к брату Дмитрий. - А-у!
- Ада? - удивленно позвала Дина.
- Денис, ДУхи бы тебя побрали! - Дмитрий повысил голос, за плечо развернув брата к себе и заставив оторвать взгляд от девушки. - Не до твоих заскоков сейчас! Надо собрать всех, посоветоваться с отцом и действовать.
- Дим, отец... - попыталась вставить слово Дина, но ее прервали.
- Когда волк придет в себя? - тяжелый взгляд из под густых бровей уперся в Аду.
- Вечером или ночью, зависит от...
- Дашь мне знать. Сразу, - резко прервал Дмитрий.
Денис сделал шаг к нему, но Дина поспешно встала между братьями и, глядя поочередно то на одного, то на второго, четко, с расстановкой произнесла:
- Нам троим нужно быть сейчас с папой. Поняли?
- А я о чем?
- Нет, Дима. Не для того, чтобы решать проблемы клана.
В такой популярный нынче склад зашла Злата. Пятна крови на полу и бардак притягивали внимание, но жена правителя не стала ничего выяснять. Собранная и строгая, спокойная, все движения выверенные. А за этим - пустота. За хлипкой стенкой собранности Злата рассыпалась на кусочки все то время, что умирал ее муж.
- Мальчики, Дина, скорей.
Дима и Ден сразу оставили свое недовольство друг другом и со скрытым страхом смотрели на мать.
- Уже? - хрипло выдавил из себя Дмитрий.
Злата тускло улыбнулась, вернее, приподняла уголки губ, и пошла в обратную сторону, даже не оглянувшись, идут ли ее дети следом.
Ден сделал шаг за сестрой и братом, но, поравнявшись с Адой, остановился. Стоял бок о бок и не двигался с места. Ждал ее слов или сам искал слова. Развернуться и просто уйти не мог, даже к смертному ложу отца. Особенно к нему.
Ада нашла ладонь Дениса и сжала. Также не имела понятия, что говорить и надо ли. А еще не могла и представить, что он должен сейчас чувствовать.Не знала, как утешить, выразить поддержку. Ада никого из близких не провожала за грань, а своих больных всегда удавалось удержать по эту сторону границы Духов.
Отец Дениса очень стар, просто его время пришло. Оборотни не бессмертны, как и все живое, - рождаются и угасают. Чуда не происходит.
Не разрешая себе струсить, повернулась и обхватила напряженное лицо ладонями. И поцеловала. Стояла на цыпочках и нежно проводила, не размыкая губ, по сомкнутым же губам Дена. Пальцы и губы покалывало, - пальцы от многодневной щетины, губы... наверное от напряжения, - решила Ада.
План был скромно поцеловать, сказать что-нибудь уместное: «Все будет хорошо!» или «Ты справишся!» или «Я с тобой!»... и уйти. План провалился.
Теперь уже ее поддерживали, одной рукой под ягодицы, второй под спину. Ближайшая стена послужила дополнительной опорой. И перед тем как мысли окончательно покинули голову, Ада успела понять: губы покалывало от нестерпимого желания прижаться сильнее, втянуть в рот губу Дена, обвести языком. Так, как она сделала сейчас.
Какая там нежность, робость! Ее губы смяли – она сделала то же самое в ответ, Денис гортанно застонал, каждый вздох Ады звучал тихой мольбой. Ее ноги как-то естественно, сами собой оплели его талию, сильные руки прижали ее еще теснее. Ада совсем не скромно содействовала этому новому виду поддержки, моральной и физической.
Первым опомнился Денис, замер, тяжело дыша, и опустил лицо в Адины волосы. Отстраниться и отойти казалось невыполнимой задачей. Ладно он... Денис и так невысокого мнения о своей выдержке, особенно вблизи Иды... То есть Ады. При всем желании не смог бы действовать иначе.
Ида не испугалась, когда он сорвался, не убежала. Мало того, она же первая и начала. Все это не укладывалось в голове.
- Тебе надо идти, - полуутвердительно, полувопросительно прошептала Ада.
Да, необходимо идти. Но это как упасть из рая прямехонько в преисподнюю.
- Буду ждать, - Ада не опустила взгляд, уверенно встретилась с разноцветным взглядом Дена.
Он не ответил, его ждет ад. У Дена благие намерения.
У Эрика держался сильный жар, за весь день он так ни разу не очнулся, метался в бреду и еле слышно, неразборчиво шептал. Марья сидела рядом, не разговаривала, ничего не спрашивала, не мешала целителям, но и упрямо не оставляла поста у кровати.
Слезы высохли, она не привыкла показывать свою слабость. И теперь настроена решительно: никто не заберет у нее Эрика, ее пару. Марья готова бороться даже с самой смертью, не говоря уже о берсерках.
Ян делал, что мог, не отвергал и помощь Ады. Бер сильнее в теории, его знания несравнимо больше Адиных. Еще бы, ученик самого Хонвея! Да и практика у Яна была намного разнообразней. Правда, с ранами, нанесенными смолгами, ни один из них прежде не сталкивался. То были не больные, а разлагающиеся трупы.
- Нашли его в половине дня пути от останков обоза, - поделился Борис, несколько раз на дню заходивший справиться о здоровье волка. - Все это время он шел, скорее полз, в сторону Йонви. Мы не сразу поняли, что он еще дышит.
- Почему его оставили в живых? Не заметили? Или с умыслом? - спросил Ян, сам поражаясь, что ожидает от смолгов какого-то умысла, которое от слова «ум». А у смолгов, как всем известно, его нет.
- Это мы у него и узнаем, когда очнется, - многообещающе произнес Борис, чем заслужил испепеляющий взгляд от Марьи.
День выдался суматошным для всех жителей замка. Медленное, длившееся уже полгода угасание их правителя вот-вот придет к лигическому концу. Это обстоятельство всех жителей Йонви держало в напряженном ожидании. Вдобавок еще и межклановая война, участившиеся набеги смолгов.
Повар в этот вечер напрасно готовил ужин: в столовой никто так и не появился. Зато к вечеру в замке собрались все главы родов. Дмитрий, несмотря ни на что, не терял времени даром. Особенно тогда, когда их городу грозит опасность.
Сведений слишком мало для того, чтобы выстраивать конкретные стратегии. Все, что известно: разоренный на полдороге к Йонви обоз и отсутствие в нем золота. Беры обязаны быть наготове и, если что, устроить смолгам горячую встречу.
После разговора с отцом и собрания глав Ден наконец вырвался из замка. Обе встречи были не из легких. Воспоминания, былые ошибки, обиды и обвинения. Старые друзья и старые недруги. Когда-то Ден предпочел уйти от всего этого, не разбираясь и не заботясь о чувствах тех, кого оставляет за спиной. Теперь, вернувшись, следовало поступать по-взрослому. Тем более если он хочет здесь остаться. А уж план брата и вовсе вынуждал Дениса брать ответственность за весь клан.
По правде, из замка сбежал не только, чтобы проветрить голову. Ден ушел подальше от искушения, подальше от Иды. Дух!.. Ады.
Решил поступить как лучше, правильнее. Хотя бы попытаться. Ведь отворачиваясь, всем естеством продолжал впитывать ее близость, ждать ее. Любить и надеяться на ответ.
Не пойдет он. Даст свободу выбрать и решить самой. Когда Ады нет поблизости, такие решения даются легче. Все равно трудно, но осуществимо. Когда же она рядом, Ден забывает обо всех благоразумных планах и хороших намерениях. Они даже не то что начинают казаться глупыми и невозможными, нет, просто бесследно исчезают. Рядом с Идой он способен думать только о ней.
Ада безвылазно находилась в лечебнице. Ян в ее лице получил неблагодарную, невнимательную слушательницу. Девушка то и дело выпадала из реальности, вздрагивала, чутко прислушиваясь к звукам, что доносились из-за плотно закрытой двери. Поняв, что Эрик в куда более надежных руках, чем ее, Ада в мыслях унеслась далеко от профессиональных тем.
Попытка Яна разговорить Марью также не увенчалась успехом. Да и под немигающим взглядом карих глаз волчицы он чувствовал себя немного не в своей тарелке. Будто при малейшей ошибке или неосторожном движении она кинется и загрызет. Не то чтобы Ян не сумел за себя постоять, но темпераментные самки – они такие... На многое способны. А Ян все-таки больше занимался, сидя за столом с книгами, а не прыгая с мечом по тренировочной площадке под наставления мастера Дарко.
В итоге, тишину в комнате нарушало лишь хриплое дыхание Эрика, шуршание бинтов да звякание склянок с мазями. А главный лекарь ограничивался короткими приказами-просьбами и пояснениями для Ады. Сделав все возможное, чтобы ускорить регенерацию волка, он поспешил избавиться от столь приятной компании. Сухо обронил:
- Свободны, - обращаясь к молчаливо выполнявшей указания Аде и неподвижно сидевшей рядом с кроватью, словно верный сторожевой пес, Марье.
Последняя не двинулась с места, а девушка-рысь даже не попрощалась толком.
- Молодежь! - подобно старому мудрому учителю, ворчал Ян, с недовольством посмотрев на захлопнувшуюся за Адой дверь. - Абсолютно никакого интереса к призванию.
Как будто два параллельных уровня, одинаково сильных течения. На поверхности радостное, приподнятое настроение, долгожданные уют и безопасность, а под ними скрытое, таящееся, беспрерывное беспокойство и ожидание скорой бури. Все ощущали это, у всех имелись секреты и страхи.
Кто-то готовился и решался начать новую жизнь с чистого листа, кто-то готовился к миру по ту сторону границы Духов. Был в замке и тот, кто уверенно готовился к решающей битве.
Утром четвертого дня Ада, как обычно, проснулась с первыми лучами солнца. Ей все так же нравилось встречать рассветы, пусть и не в любимом лесу. Теплый свет щекотал ресницы и нос, заставляя морщиться, чихать. Клык спал рядом и не думал просыпаться, он вел ночной образ жизни и на кухню спускался ближе к ужину.
Ада поднялась и босая подошла к распахнутому окну, стояла с закрытыми глазами, вдыхала свежий утренний воздух и прислушивалась к себе.
В библиотеке она нашла кое-что про медальон, подарок Дениса. Да уж, подарок. Непонятный, до конца не изученный и очень редкий. Такой медальон носили далеко не все оборотни. Ада просмотрела бессчетное количество книг, искала сведения. Даже рукописи Хонвея отложила на потом. И тем более странным казалось то, что почти ничего не нашла. Знает ли сам Денис, что именно значит его подарок?
В одной из книг коротко описывалось, что соединенная пара, зверь - хозяйка, может чувствовать друг друга на расстоянии. Медальон своего рода ниточка, связывающая две половинки и позволяющая почувствовать, точно знать, все ли хорошо или паре грозит опасность.
Подобная магия, подобная связь Аде совершенно незнакомы. Впервые о таком слышала. К тому же они с Денисом не вместе, они не завершали связь. И все то время, что Ада носила кулон, от него не исходило ничего странного или неприятного. Всегда то же, еле ощутимое тепло.
Вглядываясь в линию горизонта, где стремительно светлеющее небо сливалось со стальным, переливающимся бликами морем, Ада сильно надеялась, что «молчание» медальона – хороший знак.
Сразу после завтрака привычно засела в библиотеке. Дина нашла для нее тетради и письменные принадлежности, так что теперь Ада со всеми удобствами разместилась в кресле за солидным столом, читала, изучала и делала для себя пометки.
Когда дошла до третьей страницы книги, откуда-то из глубины замка донесся крик. Слов не разобрать, но почему-то Ада была точно уверенна в его причине. Все утро этого ждала.
Быстро отложила книгу и со всех ног кинулась по лестнице вниз. У выхода во двор натолкнулась на раскрасневшуюся от бега Дину.
- Они вернулись! Только почему-то совсем с другой стороны, через западный вход. Я их чуть не пропустила.
Девушки резко остановились, разглядывая прибывших. Вместо сундуков с золотом они принесли кое-что другое. Вернее, кое-кого. Между Дмитрием и Денисом, удерживаемый под руки, висел Эрик. Он был без сознания, обнаженное тело покрыто черным слоем грязи и крови.
Только Дина открыла рот, чтобы звать слуг и оповещать весь замок, как Дмитрий прорычал:
- Тихо! Не поднимайте шум и быстро найдите Яна.
- Я помогу, - кинулась к ним Ада, а Дина сорвалась выполнять указание.
Помещение, в котором они собрались, служило чем-то вроде склада. Из-за сложенных вдоль стен ящиков и мешков было не протолкнуться. Волка уложили на узкую деревянную скамью, предварительно смахнув с нее многочисленные свертки.
Ада протиснулась мимо Дениса, лишь мельком поймав его взгляд, сосредоточенный, резкий и колючий. Понятно, сейчас не до приветствий.
Чтобы лечить, чувствовать и направлять силу на ранения, нужно тесное соприкосновние с телом. Ада опустилась на колени, склонила голову и протянула ладони к развороченной груди волка. Самые страшные раны находились именно там, пересекали грязными глубокими порезами грудную клетку и живот.
Оборотни с хмурыми лицами негромко переговаривались, возвышаясь над Адой. Напряжение и неясная угроза витали в воздухе, смешивались с запахом крови. То, что беры обнаружили на тракте, точнее то, что они там не обнаружили, яснее ясного предупреждало о грозящей всем опасности. Им очень хотелось услышать, что расскажет волк, когда очнется.
От Дена донеслось низкое, с трудом подавляемое, рычание. Ощутив, как он дернулся вперед, Дмитрий рефлекторно опустил тяжелую руку брату на плечо, удерживая на месте.
- Ты что? - спросил, проследив за взглядом Дена.
Тот, не отрываясь, смотрел на девушку-рысь, чьи ладони застыли в миллиметре над телом волка. Вопрос повис в воздухе, провоцируя неясные догадки.
Через минуту подоспел здешний лекарь Ян, за ним в дверном проеме показалась Дина и бледная, как полотно, Марья. Последнюю никто не звал. Интуиция, острая нужда заставили нестись незнамо куда.
- Эрик!
Она оттолкнула заступивших дорогу недоумевающих оборотней - откуда только силы взялись? - и буквально рухнула на пол рядом с Адой. Сумасшедшими глазами обводила истерзанное тело волка.
- Эрик, Эрик... - шептала беспрерывно.
- Кровь не отравлена, слюны смолгов в нем нет, - произнесла Ада, умолчав о том, что и без яда смолгов мужчина почти труп. - Выживет.
Все промолчали, только из глаз волчицы, все еще неотрывно глядящей в лицо Эрику, полились слезы.
Ян, молодой бер с собранными в хвост длинными волосами и острым, похожим на клюв носом, остановился рядом с братьями и наблюдал, не вмешиваясь.
- Тебя для чего звали? - поинтересовался Ден.
- Не хочу мешать, - спокойно ответил Ян, не обращая внимания на грубый тон. Девушка-целитель знает, что делает.
- Где у вас лечебница? Его надо перенести и очистить рану, только тогда можно будет начать заживление. Кости начали неправильно срастаться, мне понадобится помощь.
Чьи-то сильные руки рывком подняли ее на ноги. Оглянувшись через плечо, столкнулась с разноцветным взглядом, мгновенно завладевшим всеми ее чувствами. Аду до сих пор поражали эти глаза - серый и карий, почти черный, они гипнотизировали, отрезая от остального мира.
Борис с Яном вышли вперед и аккуратно подхватили скамью вместе с распластанным на ней волком, так и нести удобнее и меньше вероятности причинить вред. Марья не отставала от них ни на шаг, словно привязанная, шла вслед за мужчинами, побелевшими пальцами вцепилась в край скамейки.
- Денис, - обратился к брату Дмитрий. - А-у!
- Ада? - удивленно позвала Дина.
- Денис, ДУхи бы тебя побрали! - Дмитрий повысил голос, за плечо развернув брата к себе и заставив оторвать взгляд от девушки. - Не до твоих заскоков сейчас! Надо собрать всех, посоветоваться с отцом и действовать.
- Дим, отец... - попыталась вставить слово Дина, но ее прервали.
- Когда волк придет в себя? - тяжелый взгляд из под густых бровей уперся в Аду.
- Вечером или ночью, зависит от...
- Дашь мне знать. Сразу, - резко прервал Дмитрий.
Денис сделал шаг к нему, но Дина поспешно встала между братьями и, глядя поочередно то на одного, то на второго, четко, с расстановкой произнесла:
- Нам троим нужно быть сейчас с папой. Поняли?
- А я о чем?
- Нет, Дима. Не для того, чтобы решать проблемы клана.
В такой популярный нынче склад зашла Злата. Пятна крови на полу и бардак притягивали внимание, но жена правителя не стала ничего выяснять. Собранная и строгая, спокойная, все движения выверенные. А за этим - пустота. За хлипкой стенкой собранности Злата рассыпалась на кусочки все то время, что умирал ее муж.
- Мальчики, Дина, скорей.
Дима и Ден сразу оставили свое недовольство друг другом и со скрытым страхом смотрели на мать.
- Уже? - хрипло выдавил из себя Дмитрий.
Злата тускло улыбнулась, вернее, приподняла уголки губ, и пошла в обратную сторону, даже не оглянувшись, идут ли ее дети следом.
Ден сделал шаг за сестрой и братом, но, поравнявшись с Адой, остановился. Стоял бок о бок и не двигался с места. Ждал ее слов или сам искал слова. Развернуться и просто уйти не мог, даже к смертному ложу отца. Особенно к нему.
Ада нашла ладонь Дениса и сжала. Также не имела понятия, что говорить и надо ли. А еще не могла и представить, что он должен сейчас чувствовать.Не знала, как утешить, выразить поддержку. Ада никого из близких не провожала за грань, а своих больных всегда удавалось удержать по эту сторону границы Духов.
Отец Дениса очень стар, просто его время пришло. Оборотни не бессмертны, как и все живое, - рождаются и угасают. Чуда не происходит.
Не разрешая себе струсить, повернулась и обхватила напряженное лицо ладонями. И поцеловала. Стояла на цыпочках и нежно проводила, не размыкая губ, по сомкнутым же губам Дена. Пальцы и губы покалывало, - пальцы от многодневной щетины, губы... наверное от напряжения, - решила Ада.
План был скромно поцеловать, сказать что-нибудь уместное: «Все будет хорошо!» или «Ты справишся!» или «Я с тобой!»... и уйти. План провалился.
Теперь уже ее поддерживали, одной рукой под ягодицы, второй под спину. Ближайшая стена послужила дополнительной опорой. И перед тем как мысли окончательно покинули голову, Ада успела понять: губы покалывало от нестерпимого желания прижаться сильнее, втянуть в рот губу Дена, обвести языком. Так, как она сделала сейчас.
Какая там нежность, робость! Ее губы смяли – она сделала то же самое в ответ, Денис гортанно застонал, каждый вздох Ады звучал тихой мольбой. Ее ноги как-то естественно, сами собой оплели его талию, сильные руки прижали ее еще теснее. Ада совсем не скромно содействовала этому новому виду поддержки, моральной и физической.
Первым опомнился Денис, замер, тяжело дыша, и опустил лицо в Адины волосы. Отстраниться и отойти казалось невыполнимой задачей. Ладно он... Денис и так невысокого мнения о своей выдержке, особенно вблизи Иды... То есть Ады. При всем желании не смог бы действовать иначе.
Ида не испугалась, когда он сорвался, не убежала. Мало того, она же первая и начала. Все это не укладывалось в голове.
- Тебе надо идти, - полуутвердительно, полувопросительно прошептала Ада.
Да, необходимо идти. Но это как упасть из рая прямехонько в преисподнюю.
- Буду ждать, - Ада не опустила взгляд, уверенно встретилась с разноцветным взглядом Дена.
Он не ответил, его ждет ад. У Дена благие намерения.
У Эрика держался сильный жар, за весь день он так ни разу не очнулся, метался в бреду и еле слышно, неразборчиво шептал. Марья сидела рядом, не разговаривала, ничего не спрашивала, не мешала целителям, но и упрямо не оставляла поста у кровати.
Слезы высохли, она не привыкла показывать свою слабость. И теперь настроена решительно: никто не заберет у нее Эрика, ее пару. Марья готова бороться даже с самой смертью, не говоря уже о берсерках.
Ян делал, что мог, не отвергал и помощь Ады. Бер сильнее в теории, его знания несравнимо больше Адиных. Еще бы, ученик самого Хонвея! Да и практика у Яна была намного разнообразней. Правда, с ранами, нанесенными смолгами, ни один из них прежде не сталкивался. То были не больные, а разлагающиеся трупы.
- Нашли его в половине дня пути от останков обоза, - поделился Борис, несколько раз на дню заходивший справиться о здоровье волка. - Все это время он шел, скорее полз, в сторону Йонви. Мы не сразу поняли, что он еще дышит.
- Почему его оставили в живых? Не заметили? Или с умыслом? - спросил Ян, сам поражаясь, что ожидает от смолгов какого-то умысла, которое от слова «ум». А у смолгов, как всем известно, его нет.
- Это мы у него и узнаем, когда очнется, - многообещающе произнес Борис, чем заслужил испепеляющий взгляд от Марьи.
День выдался суматошным для всех жителей замка. Медленное, длившееся уже полгода угасание их правителя вот-вот придет к лигическому концу. Это обстоятельство всех жителей Йонви держало в напряженном ожидании. Вдобавок еще и межклановая война, участившиеся набеги смолгов.
Повар в этот вечер напрасно готовил ужин: в столовой никто так и не появился. Зато к вечеру в замке собрались все главы родов. Дмитрий, несмотря ни на что, не терял времени даром. Особенно тогда, когда их городу грозит опасность.
Сведений слишком мало для того, чтобы выстраивать конкретные стратегии. Все, что известно: разоренный на полдороге к Йонви обоз и отсутствие в нем золота. Беры обязаны быть наготове и, если что, устроить смолгам горячую встречу.
После разговора с отцом и собрания глав Ден наконец вырвался из замка. Обе встречи были не из легких. Воспоминания, былые ошибки, обиды и обвинения. Старые друзья и старые недруги. Когда-то Ден предпочел уйти от всего этого, не разбираясь и не заботясь о чувствах тех, кого оставляет за спиной. Теперь, вернувшись, следовало поступать по-взрослому. Тем более если он хочет здесь остаться. А уж план брата и вовсе вынуждал Дениса брать ответственность за весь клан.
По правде, из замка сбежал не только, чтобы проветрить голову. Ден ушел подальше от искушения, подальше от Иды. Дух!.. Ады.
Решил поступить как лучше, правильнее. Хотя бы попытаться. Ведь отворачиваясь, всем естеством продолжал впитывать ее близость, ждать ее. Любить и надеяться на ответ.
Не пойдет он. Даст свободу выбрать и решить самой. Когда Ады нет поблизости, такие решения даются легче. Все равно трудно, но осуществимо. Когда же она рядом, Ден забывает обо всех благоразумных планах и хороших намерениях. Они даже не то что начинают казаться глупыми и невозможными, нет, просто бесследно исчезают. Рядом с Идой он способен думать только о ней.
Ада безвылазно находилась в лечебнице. Ян в ее лице получил неблагодарную, невнимательную слушательницу. Девушка то и дело выпадала из реальности, вздрагивала, чутко прислушиваясь к звукам, что доносились из-за плотно закрытой двери. Поняв, что Эрик в куда более надежных руках, чем ее, Ада в мыслях унеслась далеко от профессиональных тем.
Попытка Яна разговорить Марью также не увенчалась успехом. Да и под немигающим взглядом карих глаз волчицы он чувствовал себя немного не в своей тарелке. Будто при малейшей ошибке или неосторожном движении она кинется и загрызет. Не то чтобы Ян не сумел за себя постоять, но темпераментные самки – они такие... На многое способны. А Ян все-таки больше занимался, сидя за столом с книгами, а не прыгая с мечом по тренировочной площадке под наставления мастера Дарко.
В итоге, тишину в комнате нарушало лишь хриплое дыхание Эрика, шуршание бинтов да звякание склянок с мазями. А главный лекарь ограничивался короткими приказами-просьбами и пояснениями для Ады. Сделав все возможное, чтобы ускорить регенерацию волка, он поспешил избавиться от столь приятной компании. Сухо обронил:
- Свободны, - обращаясь к молчаливо выполнявшей указания Аде и неподвижно сидевшей рядом с кроватью, словно верный сторожевой пес, Марье.
Последняя не двинулась с места, а девушка-рысь даже не попрощалась толком.
- Молодежь! - подобно старому мудрому учителю, ворчал Ян, с недовольством посмотрев на захлопнувшуюся за Адой дверь. - Абсолютно никакого интереса к призванию.
