Из-за повышенного риска проект, конечно, придётся закрыть, но привлечённое к нему внимание, многократно увеличенное скандальной историей, позволит без особых потерь раскрутить уже полюбившиеся зрителям лица. И только он, Антон Холмс, на фоне всех этих событий будет выглядеть ни на что не способным папенькиным сынком, чья прежняя слава явно куплена, опять же, на деньги отца.
При мысли об этом Антон сжал руль так, что хрустнули костяшки пальцев. Нет! Этого допустить нельзя! Он с детства стремился быть первым, добиваясь всего собственными усилиями, а не с помощью влиятельных родителей, как считали многие. Другого выхода выйти из тени их славы и перестать быть безликим приложением звёздной пары, у него просто не было. Упорный труд был вознаграждён - Антону удалось добиться того, чтобы его перестали воспринимать как безымянного сына «тех самых родителей». Агентство «Мистер Холмс» было полностью его детищем, если не считать финансовых вложений отца в покупку помещения. Всё остальное: безупречная репутация и доверие клиентов было исключительно его заслугой, и рисковать всем этим детектив просто не мог.
В приёмной агентства Алик и Май играли в нарды.
- Опять бездельничаете? - голос начальника не предвещал ничего хорошего.
- Никак нет, ждём дальнейших указаний, - лениво козырнул Май.
- Алик, я просил тебя найти информацию о Зарецком.
- Так я ещё вчера…
- Я имел в виду сплетни в прессе, в официальных сведениях никаких зацепок нет.
- Там ничего особенного, к тому же в инете далеко не полный архив изданий. Сначала папарацци писали о его романе с Ирмой, потом заявили, что Ирма предпочитает женщин, и что типа у неё были отношения со своей гримёршей, с которой она практически не расставалась.
- Сейчас меня интересует Зарецкий, - отмахнувшись, напомнил Антон.
- О нём упоминают только говоря о «Рождении звезды». Ну и его свадьбе с молоденькой секретаршей пресса тоже уделяла много внимания в самом начале их романа - шесть лет назад, сейчас интерес остыл - образцовые семьи журналистов не интересуют. Вот и всё.
- Никаких скандалов с бывшими подопечными или конкурентами? - не поверил Антон.
- Почти, Кристина Тэнн пыталась подать на него в суд, когда Леонид Егорович переманил один из её самых удачных проектов «Антигейшу», но там всё было вполне законно, у неё ничего не вышло.
- Это всё?
- Да, говорю же - ничего интересного!
- Зато я сегодня узнал много интересного, - мрачно сообщил Антон, он огляделся по сторонам, - Ангелина ушла?
Май кивнул.
- Уборку сделала, я отпустил - поздно уже.
Антон мельком взглянул на часы и сел рядом с помощниками.
- Вот и хорошо, поговорим здесь. Зарецкий снова получил анонимку, вот она, - детектив швырнул конверт на стол. - А две его конкурсантки получили те же сообщения, что и Заряна перед смертью. Причём отправили их с того же самого номера, который зарегистрирован на Товкаленко. Его нужно найти.
- Проще найти телефон или сим-карту, - возразил Май. - Предлагаю проверить распечатку звонков за несколько предыдущих месяцев. Обнаружим контакты - выйдем на владельца.
- Это ж сколько работы?! - пискнул Алик.
- Работы много, но другого выхода нет, - мрачно кивнул Антон, - Зарецкий умыл руки и дал нам сутки на поиски убийцы. Если не найдём - работы, Алик, у тебя, как впрочем и у меня, больше не будет вообще. Это понятно?
Парень испуганно закивал и заверил:
- Хорошо, я прямо сейчас начинаю!
- А сам Зарецкий ничего не предпримет? - не поверил Май. - Ведь над его подопечными целые сутки будет висеть дамоклов меч и это при условии, что мы уложимся в срок.
- Мы уложимся! - отрезал Холмс, в этом он даже не сомневался. - Сам Зарецкий обязался усилить контроль за доставкой продуктов питания. Он уже нанял специалистов, которые будут проверять химический состав всего, что попадает на стол конкурсантов. По его мнению, этого пока достаточно. Алик, почему ты ещё здесь? Немедленно приступай к работе!
- Уже иду, - парень встал, но у дверей замялся в нерешительности: - Антон Леонидович, я тут кое-что вспомнил, не знаю, имеет ли это какое-то значение. В общем, я когда прессу прошлых лет изучал, просмотрел заодно и статейки, посвящённые преследованию Ирмы маньяком-анонимщиком. Их действительно было много, но все какие-то размытые, неконкретные, нагнетающие обстановку. В них было много эмоций и очень мало конкретной информации.
- И?
- И не в одной из них стихи полностью не приводились, пару раз мелькали две последние строчки, но целиком их не печатали нигде.
- Это точно? - сдержанно спросил Антон.
- Абсолютно, по крайней мере, за те, что были в сети - ручаюсь.
Арбенин и Холмс переглянулись.
- Алик, я тебя убью! - простонал детектив. - Что ж ты сразу не сказал? Это же всё меняет! Получается, автор либо тот же самый, либо посвящённый в тайну первого анонимщика. Хотя, скорее второе - слишком большой разрыв и почерк разный: первый не убивал.
- Пока рано об этом говорить, - покачал головой Май, - Алик прав, в Интернете далеко не полный архив средств массовой информации, тем более - история пятилетней давности. Возможно, где-нибудь сей литературный шедевр всё же упоминался.
Антон нахмурился, признавая правоту помощника, но перелопатить всю прессу полностью, в поисках нужной информации не представлялось возможным - сроки поджимали. Май внимательно наблюдавший за начальником, зачем-то спросил:
- О вас часто пишут в газетах, Антон Леонидович?
Холмс удивлённо посмотрел на Арбенина.
- Сам знаешь, пишут иногда и что?
- Вы собираете эту информацию?
- Я…ну…да я… - в глазах Антона мелькнуло понимание, - ты хочешь сказать, что Ирма тоже могла их сохранить?
- Надеюсь, она так и сделала - сутками торчать в библиотеке я не собираюсь.
- И не придётся - на это времени нет, я прямо сейчас позвоню Ирме.
Детективам повезло, Ирма действительно собирала всю прессу, в которой упоминалось её имя. Уже через час Май разложил перед собой восемь толстых фотоальбомов с заботливо и аккуратно вклеенными в них газетными вырезками. В комплект входили и три огромные папки, в которых эти вырезки были сложены уже беспорядочно - видно у Ирмы больше не было желания сохранить их для потомков в образцовом порядке.
Посмотрев на всю эту библиотеку, Арбенин приуныл: ему совсем не улыбалось просидеть до утра, разгребая кучу чужой славы - свои дела имелись. Что же делать? С сомнением, покосившись на часы, Май всё же набрал номер Ангелины и через минуту услышал её сонный голос:
- Что случилось?
- Я соскучился.
- А я - нет, вы на часы смотрели?
- Только что. Не вредничай, есть работа, давай я за тобой заеду и…
- Уже час ночи, - сонно напомнила Ангелина, - если вы сейчас меня увезёте, утром нам придётся пожениться. У моих родственников далеко не демократичные взгляды на отношения полов.
- Не придётся, ты ведь не согласишься.
- Боюсь, моим мнением, как обычно, не поинтересуются…
- Как обычно? То есть, у тебя там полная диктатура предков?
- Можно и так сказать, - согласилась Ангелина и неизвестно зачем добавила: - Вы были правы - я абсолютно не подготовлена к реальной жизни. Только как я к ней подготовлюсь, если мне шага не дают ступить самостоятельно? Отец хотел, чтобы я поступила в Медакадемию, а я пошла в музыкалку, так он до сих пор со мной не разговаривает. Почему-то за самостоятельность мне приходится очень дорого платить.
- Какой отец? - удивился Арбенин. - Я лично проверял твои родственные связи на предмет заинтересованных в утечке информации лиц - никакого отца там не было.
- А его даже в свидетельстве о рождении нет! - горько вздохнула Ангелина. - Он военный, занимается чем-то секретным. Говорит, сделал это в целях конспирации, чтобы враги не знали о моём существовании. Только мне кажется - я ему просто не нужна.
В голосе девушки прозвучала вселенская грусть. Май невольно представил, как она сидит сейчас в постели, до конца не проснувшаяся, растрёпанная, несчастная, прижимается щекой к телефону, сонно бормочет признания, о которых утром пожалеет, и ему вдруг очень захотелось оказаться рядом. Обнять, уткнуться лицом в её волосы, смахнуть губами набежавшие слезинки, обвести пальцем контур нежных губ, а потом… Чёрт! Этого ещё не хватало! А ведь он был уверен, что после истории с Анитой получил вечную прививку от всех этих романтических бредней!
- Ладно, спи дальше, сам справлюсь! - почти грубо бросил Май и, не прощаясь, положил трубку.
Отгоняя опасные мысли, он с головой погрузился в работу и через несколько часов выяснил, что полный вариант рокового четверостишья не упоминался нигде.
***
Рано утром Ангелина обнаружила в приёмной агентства полусонного Алика, который немигающим воспалённым взглядом смотрел на монитор и ритмично щёлкал мышкой, не замечая ничего вокруг.
- Доброе утро, - осторожно поздоровалась девушка.
- Привет, - машинально кивнул парень, не отвлекаясь от своего занятия. Ангелина даже не была уверена, что он её узнал.
Она вздохнула, достала из подсобки пылесос и, решив не беспокоить Алика, скрылась в кабинете помощников. Но и это помещение, несмотря на ранний час, не пустовало. За столом, на ворохе газет и альбомов мирно спал Арбенин. Ангелина вспомнила его поздний звонок с предложением потрудиться сверхурочно и поняла, что они с Белкиным работали всю ночь.
Арбенин, услышав тихий шорох, приоткрыл один глаз, но, увидев помощницу, предпочёл притвориться спящим. Общаться с ней не хотелось - слишком свежи были в памяти те непростительно глупые мысли об объятиях и прочих телячьих нежностях. Ангелина вскоре вышла, и Май вздохнул с облегчением, но когда через пару минут за дверью опять послышались её шаги он, мысленно чертыхнувшись, снова плюхнулся лицом в газеты. Это все от недостатка близкого общения с женщинами - решил мужчина, пообещав себе в ближайшее время навестить Эллу.
Ангелина между тем подошла к его столу и, помедлив несколько секунд, вышла из кабинета. Открыв глаза, Май увидел стоящую перед ним кружку с ароматным горячим кофе.
***
- Кто-нибудь понимает, что происходит? - озвучил Руслан общий вопрос, когда после урока вокала ребята собрались в общем зале.
- Ты о медосмотре? По-моему ничего особенного, - передёрнула плечами Олеся и усмехнулась: - просто Леонид Егорович птичьего гриппа боится.
- А экзамен? - Руслан покосился в сторону зеркал, за которыми прятались вездесущие камеры. - Обычно он не рассказывал сценарий заранее, да и как-то всё слишком просто, вам не показалось? Десять приглашённых звёзд, десять разных песен, мы готовим все сразу, а в эфире тянем жребий кому с кем петь - это было известно ещё неделю назад! И совсем ничего нового!
- Не забывай, мы ещё свои песни поём, - напомнила Таня Антонова.
- Ну и что, мы их уже больше недели репетируем, - не унимался Руслан, - вам не кажется, что здесь какой-то подвох?
- Точно, как тогда с переходом! Готовились к одному, а получили совсем другое, - мрачно согласилась Юлиана.
Посовещавшись, ребята решили, что вздыхать с облегчением слишком рано - от Зарецкого можно ожидать чего угодно.
Им и в голову не могло прийти, что продюсеру сейчас совсем не до импровизаций: в глубине души он уже почти готов был закрыть проект. На Антона мужчина не слишком надеялся и теперь старался просчитать наиболее выигрышный и наименее безболезненный выход из сложившейся ситуации. Главное, чтобы все конкурсанты остались живы, пиар на крови ему не нужен, к тому же с одной из девушек он связывал далеко идущие планы. Творческие, разумеется.
***
- Я пытался поговорить с Ирмой на интересующую нас тему, но она ничего нового не сказала и вообще отвечала очень неохотно. Похоже, эта тема до сих пор причиняет ей боль, - поделился Антон результатами беседы.
- С чего бы это? - зевнул Арбенин. - Ей всего лишь стихи присылали, а не уши и пальцы, как Заряне.
- За тот период она сменила много телефонных номеров, даже несколько раз переезжала, но стихи продолжали приходить. Думаю, её подкосило именно чувство полной незащищённости и невозможности скрыться от преследования. Она женщина, к тому же творческая натура….
- Значит, автор анонимок след ни разу не потерял? Напрашивается вполне логичный вывод - это кто-то из «свиты королевы».
- Не исключено, - вздохнул Антон, - я думал об этом и навёл некоторые справки по поводу той самой свиты. К счастью для нас, она была немногочисленной. Друзей, кроме Зарецкого у Ирмы нет - зависть и дружба понятия несовместимые. Любовника на тот момент тоже не имелось.
- Алик что-то упоминал о романе с гримёршей, было такое? - скорее из любопытства, чем из профессионального интереса поинтересовался Май.
Антон бросил в его сторону возмущённый взгляд, буркнув:
- И как, по-твоему, я должен был её об этом спросить? Да она бы просто выставила меня за дверь! А гримёрша действительно была при ней без малого двадцать лет, Ирма её везде за собой таскала - говорит, никому другому заботу о своей внешности доверить просто не могла.
- А потом?
- Если ты о гримёрше, она умерла несколько лет назад. Что-то связанное с онкологией. Ещё к свите можно отнести костюмершу Варвару Леонидову - работала как раз в интересующий нас отрезок времени, ну и музыкантов, с которыми наша королева гастролировала. Состав менялся лишь однажды и, кстати, в обновлённом варианте клавишником был бывший муж Ирмы Андрей Пичужкин.
- Пичужкин, не слышал о таком.
- О нём никто не слышал, - пренебрежительно отмахнулся Антон. - Как музыкант он из себя ничего особенного не представлял, хотя и был уверен в обратном. А прессу интересовал лишь в качестве мужа певицы, собственно, на этой почве они лет десять назад и расстались.
- Я серая тень твоей яркой звезды - вполне исчерпывающая характеристика отношений обычного серенького такого музыкантика и королевы сцены.
- Вот и я о том же, нужно проверить всех музыкантов, вот список. Если действует тот же автор…
- Вряд ли, почему тогда он оставил в покое Ирму и переключился на подопечных Зарецкого?
Антон пожал плечами.
- Не знаю, но вообще-то, Ирма тоже его подопечная…
В кабинет без стука ворвался бледный взволнованный Алик.
- Нашёл! Нашёл! - закричал он, потрясая какими-то бумагами. - Два месяца назад с этой сим-карты несколько раз звонили на один и тот же номер. Общее время разговоров - больше двадцати минут.
- Отлично! - обрадовался Холмс. - Уже кое-что! Скорее узнай, чей это номер.
- Уже узнал, - Алик замялся и почему-то тяжело вздохнул, - он зарегистрирован на имя Леонида Егоровича Зарецкого.
Немедленно призванный к ответу продюсер, проявил философское спокойствие, заметив:
- Да, похоже, звонили именно мне, но номера я не запоминаю, и этот мне ни о чём не говорит.
- Но вы довольно долго общались с его владельцем, - сдержанно напомнил Холмс, внимательно наблюдая за своим клиентом.
Зарецкий не изменился в лице, лишь немного погрустнел и снова погрузился в изучение предъявленной распечатки.
- Я этого не отрицаю. Знали бы вы, сколько раз в сутки звонят мои телефоны.
- Но вы ведь не разговариваете подолгу с незнакомыми людьми, - теряя терпение возразил детектив.
При мысли об этом Антон сжал руль так, что хрустнули костяшки пальцев. Нет! Этого допустить нельзя! Он с детства стремился быть первым, добиваясь всего собственными усилиями, а не с помощью влиятельных родителей, как считали многие. Другого выхода выйти из тени их славы и перестать быть безликим приложением звёздной пары, у него просто не было. Упорный труд был вознаграждён - Антону удалось добиться того, чтобы его перестали воспринимать как безымянного сына «тех самых родителей». Агентство «Мистер Холмс» было полностью его детищем, если не считать финансовых вложений отца в покупку помещения. Всё остальное: безупречная репутация и доверие клиентов было исключительно его заслугой, и рисковать всем этим детектив просто не мог.
В приёмной агентства Алик и Май играли в нарды.
- Опять бездельничаете? - голос начальника не предвещал ничего хорошего.
- Никак нет, ждём дальнейших указаний, - лениво козырнул Май.
- Алик, я просил тебя найти информацию о Зарецком.
- Так я ещё вчера…
- Я имел в виду сплетни в прессе, в официальных сведениях никаких зацепок нет.
- Там ничего особенного, к тому же в инете далеко не полный архив изданий. Сначала папарацци писали о его романе с Ирмой, потом заявили, что Ирма предпочитает женщин, и что типа у неё были отношения со своей гримёршей, с которой она практически не расставалась.
- Сейчас меня интересует Зарецкий, - отмахнувшись, напомнил Антон.
- О нём упоминают только говоря о «Рождении звезды». Ну и его свадьбе с молоденькой секретаршей пресса тоже уделяла много внимания в самом начале их романа - шесть лет назад, сейчас интерес остыл - образцовые семьи журналистов не интересуют. Вот и всё.
- Никаких скандалов с бывшими подопечными или конкурентами? - не поверил Антон.
- Почти, Кристина Тэнн пыталась подать на него в суд, когда Леонид Егорович переманил один из её самых удачных проектов «Антигейшу», но там всё было вполне законно, у неё ничего не вышло.
- Это всё?
- Да, говорю же - ничего интересного!
- Зато я сегодня узнал много интересного, - мрачно сообщил Антон, он огляделся по сторонам, - Ангелина ушла?
Май кивнул.
- Уборку сделала, я отпустил - поздно уже.
Антон мельком взглянул на часы и сел рядом с помощниками.
- Вот и хорошо, поговорим здесь. Зарецкий снова получил анонимку, вот она, - детектив швырнул конверт на стол. - А две его конкурсантки получили те же сообщения, что и Заряна перед смертью. Причём отправили их с того же самого номера, который зарегистрирован на Товкаленко. Его нужно найти.
- Проще найти телефон или сим-карту, - возразил Май. - Предлагаю проверить распечатку звонков за несколько предыдущих месяцев. Обнаружим контакты - выйдем на владельца.
- Это ж сколько работы?! - пискнул Алик.
- Работы много, но другого выхода нет, - мрачно кивнул Антон, - Зарецкий умыл руки и дал нам сутки на поиски убийцы. Если не найдём - работы, Алик, у тебя, как впрочем и у меня, больше не будет вообще. Это понятно?
Парень испуганно закивал и заверил:
- Хорошо, я прямо сейчас начинаю!
- А сам Зарецкий ничего не предпримет? - не поверил Май. - Ведь над его подопечными целые сутки будет висеть дамоклов меч и это при условии, что мы уложимся в срок.
- Мы уложимся! - отрезал Холмс, в этом он даже не сомневался. - Сам Зарецкий обязался усилить контроль за доставкой продуктов питания. Он уже нанял специалистов, которые будут проверять химический состав всего, что попадает на стол конкурсантов. По его мнению, этого пока достаточно. Алик, почему ты ещё здесь? Немедленно приступай к работе!
- Уже иду, - парень встал, но у дверей замялся в нерешительности: - Антон Леонидович, я тут кое-что вспомнил, не знаю, имеет ли это какое-то значение. В общем, я когда прессу прошлых лет изучал, просмотрел заодно и статейки, посвящённые преследованию Ирмы маньяком-анонимщиком. Их действительно было много, но все какие-то размытые, неконкретные, нагнетающие обстановку. В них было много эмоций и очень мало конкретной информации.
- И?
- И не в одной из них стихи полностью не приводились, пару раз мелькали две последние строчки, но целиком их не печатали нигде.
- Это точно? - сдержанно спросил Антон.
- Абсолютно, по крайней мере, за те, что были в сети - ручаюсь.
Арбенин и Холмс переглянулись.
- Алик, я тебя убью! - простонал детектив. - Что ж ты сразу не сказал? Это же всё меняет! Получается, автор либо тот же самый, либо посвящённый в тайну первого анонимщика. Хотя, скорее второе - слишком большой разрыв и почерк разный: первый не убивал.
- Пока рано об этом говорить, - покачал головой Май, - Алик прав, в Интернете далеко не полный архив средств массовой информации, тем более - история пятилетней давности. Возможно, где-нибудь сей литературный шедевр всё же упоминался.
Антон нахмурился, признавая правоту помощника, но перелопатить всю прессу полностью, в поисках нужной информации не представлялось возможным - сроки поджимали. Май внимательно наблюдавший за начальником, зачем-то спросил:
- О вас часто пишут в газетах, Антон Леонидович?
Холмс удивлённо посмотрел на Арбенина.
- Сам знаешь, пишут иногда и что?
- Вы собираете эту информацию?
- Я…ну…да я… - в глазах Антона мелькнуло понимание, - ты хочешь сказать, что Ирма тоже могла их сохранить?
- Надеюсь, она так и сделала - сутками торчать в библиотеке я не собираюсь.
- И не придётся - на это времени нет, я прямо сейчас позвоню Ирме.
Детективам повезло, Ирма действительно собирала всю прессу, в которой упоминалось её имя. Уже через час Май разложил перед собой восемь толстых фотоальбомов с заботливо и аккуратно вклеенными в них газетными вырезками. В комплект входили и три огромные папки, в которых эти вырезки были сложены уже беспорядочно - видно у Ирмы больше не было желания сохранить их для потомков в образцовом порядке.
Посмотрев на всю эту библиотеку, Арбенин приуныл: ему совсем не улыбалось просидеть до утра, разгребая кучу чужой славы - свои дела имелись. Что же делать? С сомнением, покосившись на часы, Май всё же набрал номер Ангелины и через минуту услышал её сонный голос:
- Что случилось?
- Я соскучился.
- А я - нет, вы на часы смотрели?
- Только что. Не вредничай, есть работа, давай я за тобой заеду и…
- Уже час ночи, - сонно напомнила Ангелина, - если вы сейчас меня увезёте, утром нам придётся пожениться. У моих родственников далеко не демократичные взгляды на отношения полов.
- Не придётся, ты ведь не согласишься.
- Боюсь, моим мнением, как обычно, не поинтересуются…
- Как обычно? То есть, у тебя там полная диктатура предков?
- Можно и так сказать, - согласилась Ангелина и неизвестно зачем добавила: - Вы были правы - я абсолютно не подготовлена к реальной жизни. Только как я к ней подготовлюсь, если мне шага не дают ступить самостоятельно? Отец хотел, чтобы я поступила в Медакадемию, а я пошла в музыкалку, так он до сих пор со мной не разговаривает. Почему-то за самостоятельность мне приходится очень дорого платить.
- Какой отец? - удивился Арбенин. - Я лично проверял твои родственные связи на предмет заинтересованных в утечке информации лиц - никакого отца там не было.
- А его даже в свидетельстве о рождении нет! - горько вздохнула Ангелина. - Он военный, занимается чем-то секретным. Говорит, сделал это в целях конспирации, чтобы враги не знали о моём существовании. Только мне кажется - я ему просто не нужна.
В голосе девушки прозвучала вселенская грусть. Май невольно представил, как она сидит сейчас в постели, до конца не проснувшаяся, растрёпанная, несчастная, прижимается щекой к телефону, сонно бормочет признания, о которых утром пожалеет, и ему вдруг очень захотелось оказаться рядом. Обнять, уткнуться лицом в её волосы, смахнуть губами набежавшие слезинки, обвести пальцем контур нежных губ, а потом… Чёрт! Этого ещё не хватало! А ведь он был уверен, что после истории с Анитой получил вечную прививку от всех этих романтических бредней!
- Ладно, спи дальше, сам справлюсь! - почти грубо бросил Май и, не прощаясь, положил трубку.
Отгоняя опасные мысли, он с головой погрузился в работу и через несколько часов выяснил, что полный вариант рокового четверостишья не упоминался нигде.
***
Рано утром Ангелина обнаружила в приёмной агентства полусонного Алика, который немигающим воспалённым взглядом смотрел на монитор и ритмично щёлкал мышкой, не замечая ничего вокруг.
- Доброе утро, - осторожно поздоровалась девушка.
- Привет, - машинально кивнул парень, не отвлекаясь от своего занятия. Ангелина даже не была уверена, что он её узнал.
Она вздохнула, достала из подсобки пылесос и, решив не беспокоить Алика, скрылась в кабинете помощников. Но и это помещение, несмотря на ранний час, не пустовало. За столом, на ворохе газет и альбомов мирно спал Арбенин. Ангелина вспомнила его поздний звонок с предложением потрудиться сверхурочно и поняла, что они с Белкиным работали всю ночь.
Арбенин, услышав тихий шорох, приоткрыл один глаз, но, увидев помощницу, предпочёл притвориться спящим. Общаться с ней не хотелось - слишком свежи были в памяти те непростительно глупые мысли об объятиях и прочих телячьих нежностях. Ангелина вскоре вышла, и Май вздохнул с облегчением, но когда через пару минут за дверью опять послышались её шаги он, мысленно чертыхнувшись, снова плюхнулся лицом в газеты. Это все от недостатка близкого общения с женщинами - решил мужчина, пообещав себе в ближайшее время навестить Эллу.
Ангелина между тем подошла к его столу и, помедлив несколько секунд, вышла из кабинета. Открыв глаза, Май увидел стоящую перед ним кружку с ароматным горячим кофе.
***
- Кто-нибудь понимает, что происходит? - озвучил Руслан общий вопрос, когда после урока вокала ребята собрались в общем зале.
- Ты о медосмотре? По-моему ничего особенного, - передёрнула плечами Олеся и усмехнулась: - просто Леонид Егорович птичьего гриппа боится.
- А экзамен? - Руслан покосился в сторону зеркал, за которыми прятались вездесущие камеры. - Обычно он не рассказывал сценарий заранее, да и как-то всё слишком просто, вам не показалось? Десять приглашённых звёзд, десять разных песен, мы готовим все сразу, а в эфире тянем жребий кому с кем петь - это было известно ещё неделю назад! И совсем ничего нового!
- Не забывай, мы ещё свои песни поём, - напомнила Таня Антонова.
- Ну и что, мы их уже больше недели репетируем, - не унимался Руслан, - вам не кажется, что здесь какой-то подвох?
- Точно, как тогда с переходом! Готовились к одному, а получили совсем другое, - мрачно согласилась Юлиана.
Посовещавшись, ребята решили, что вздыхать с облегчением слишком рано - от Зарецкого можно ожидать чего угодно.
Им и в голову не могло прийти, что продюсеру сейчас совсем не до импровизаций: в глубине души он уже почти готов был закрыть проект. На Антона мужчина не слишком надеялся и теперь старался просчитать наиболее выигрышный и наименее безболезненный выход из сложившейся ситуации. Главное, чтобы все конкурсанты остались живы, пиар на крови ему не нужен, к тому же с одной из девушек он связывал далеко идущие планы. Творческие, разумеется.
***
- Я пытался поговорить с Ирмой на интересующую нас тему, но она ничего нового не сказала и вообще отвечала очень неохотно. Похоже, эта тема до сих пор причиняет ей боль, - поделился Антон результатами беседы.
- С чего бы это? - зевнул Арбенин. - Ей всего лишь стихи присылали, а не уши и пальцы, как Заряне.
- За тот период она сменила много телефонных номеров, даже несколько раз переезжала, но стихи продолжали приходить. Думаю, её подкосило именно чувство полной незащищённости и невозможности скрыться от преследования. Она женщина, к тому же творческая натура….
- Значит, автор анонимок след ни разу не потерял? Напрашивается вполне логичный вывод - это кто-то из «свиты королевы».
- Не исключено, - вздохнул Антон, - я думал об этом и навёл некоторые справки по поводу той самой свиты. К счастью для нас, она была немногочисленной. Друзей, кроме Зарецкого у Ирмы нет - зависть и дружба понятия несовместимые. Любовника на тот момент тоже не имелось.
- Алик что-то упоминал о романе с гримёршей, было такое? - скорее из любопытства, чем из профессионального интереса поинтересовался Май.
Антон бросил в его сторону возмущённый взгляд, буркнув:
- И как, по-твоему, я должен был её об этом спросить? Да она бы просто выставила меня за дверь! А гримёрша действительно была при ней без малого двадцать лет, Ирма её везде за собой таскала - говорит, никому другому заботу о своей внешности доверить просто не могла.
- А потом?
- Если ты о гримёрше, она умерла несколько лет назад. Что-то связанное с онкологией. Ещё к свите можно отнести костюмершу Варвару Леонидову - работала как раз в интересующий нас отрезок времени, ну и музыкантов, с которыми наша королева гастролировала. Состав менялся лишь однажды и, кстати, в обновлённом варианте клавишником был бывший муж Ирмы Андрей Пичужкин.
- Пичужкин, не слышал о таком.
- О нём никто не слышал, - пренебрежительно отмахнулся Антон. - Как музыкант он из себя ничего особенного не представлял, хотя и был уверен в обратном. А прессу интересовал лишь в качестве мужа певицы, собственно, на этой почве они лет десять назад и расстались.
- Я серая тень твоей яркой звезды - вполне исчерпывающая характеристика отношений обычного серенького такого музыкантика и королевы сцены.
- Вот и я о том же, нужно проверить всех музыкантов, вот список. Если действует тот же автор…
- Вряд ли, почему тогда он оставил в покое Ирму и переключился на подопечных Зарецкого?
Антон пожал плечами.
- Не знаю, но вообще-то, Ирма тоже его подопечная…
В кабинет без стука ворвался бледный взволнованный Алик.
- Нашёл! Нашёл! - закричал он, потрясая какими-то бумагами. - Два месяца назад с этой сим-карты несколько раз звонили на один и тот же номер. Общее время разговоров - больше двадцати минут.
- Отлично! - обрадовался Холмс. - Уже кое-что! Скорее узнай, чей это номер.
- Уже узнал, - Алик замялся и почему-то тяжело вздохнул, - он зарегистрирован на имя Леонида Егоровича Зарецкого.
Глава 20
Немедленно призванный к ответу продюсер, проявил философское спокойствие, заметив:
- Да, похоже, звонили именно мне, но номера я не запоминаю, и этот мне ни о чём не говорит.
- Но вы довольно долго общались с его владельцем, - сдержанно напомнил Холмс, внимательно наблюдая за своим клиентом.
Зарецкий не изменился в лице, лишь немного погрустнел и снова погрузился в изучение предъявленной распечатки.
- Я этого не отрицаю. Знали бы вы, сколько раз в сутки звонят мои телефоны.
- Но вы ведь не разговариваете подолгу с незнакомыми людьми, - теряя терпение возразил детектив.
