Чего только он не обещал мне. Клялся, что станем крепкой парой, заведем семью. А потом постепенно к нему начали приходить и писать женщины. Они восхищались им, его талантами, изысканным вкусом и врожденной утонченностью. Вот тогда-то он и стал сильно раздражаться при виде меня. Потом до меня дошли слухи, что он уже присмотрел новую женщину, но поймать его за руку не удалось. Зато совсем недавно я застала их в нашем доме… точнее, в его доме.
Она замолчала, сжимая в руке фарфоровую чашку. Слезы катились по ее щекам, и художник невольно подумал о том, что ждет эту девушку. Такая красивая, нежная и совершенно беззащитная. Стоит ей встретить на своем пути еще одного Чарльза Фореста, как вся жизнь будет кончена. Сердце его сжималось от переживаний. Вот тогда-то он и протянул ей масло, которым попросил натереть тело.
– Не волнуйтесь, это просто масло. Оно безвредно.
– Но зачем им натираться? – поинтересовалась мисс Рид.
– Для определенного эффекта. Масло (а оно изготовлено по особому рецепту) дарит коже питание и сияние. Я сам придумал данный состав.
– Звучит просто потрясающе.
Эстер аккуратно наклонила бутылочку, смочив руку маслом и провела ей по своей шее. Кожа тотчас заблестела и к тому же на ней возникли золотые блестки. Альберт подошел ближе и посмотрел ей в глаза:
– Могу ли я тоже помочь?
– Конечно.
Гостья вскочила на ноги, сбросив всю одежду на пол и оставшись абсолютно обнаженной. Он точно знал, что она не пытается соблазнить, а просто пребывает в растерянности из-за трудностей со своим бывшим возлюбленным. Мистер Хант провел рукой по ее гладким плечам и ощутил, что вот-вот взлетит над землей. Эта красавица определенно ему нравилась. Даже больше, похоже, он успел в нее влюбиться.
– И что дальше?
– Придется так немного посидеть, чтобы я смог передать сияние кожи.
– Здесь мало света, – подсказала Эстер, не отводя глаз.
– Я все устрою.
Он принес свечи, зажег их и в студии стало светлее, а кожа натурщицы действительно принялась сиять с добавлением золотистых бликов. Альберт писал быстро, ловко и с особым упоением. Мисс Рид стояла, а иногда садилась, но по-прежнему без одежды. Ее прекрасное тело излучало нечто такую нежность и красоту, что трудно было отвести глаза.
– Думаю, что на сегодня мы закончили.
– Так быстро?
– Уже прошло более часа, – сообщил мистер Хант. – Я считаю, что вам пора отдохнуть.
– Значит скоро картина будет готова?
– Разумеется.
– И вы уже решили на какую выставку ее отправить?
– Скорее всего во Францию.
Он протянул ей газету, в которой упоминалась парижская выставка, на которой можно было получить денежный приз и заявить о себе.
– Я так взволнована, – улыбнулась мисс Рид, прикрывшись накидкой. – Если вы поедете в Париж, то вас безусловно ожидает грандиозный успех.
– Почему поеду я? Нам стоит отправиться туда вместе.
– Нет, что вы…
Альберт шагнул к ней и порывисто обнял. Эстер не стала смущаться или кривляться. Она слегка откинула голову назад и позволила себя поцеловать. Но боже мой, что это был за поцелуй. Казалось, что они оба просто растворились в нежности и красоте момента. Он знал, еще одно движение, и он коснется ее обнаженного тела, и тогда невозможно будет остановиться. А пугать или хоть чем-то оттолкнуть мисс Рид ему хотелось меньше всего.
После того поцелуя Эстер не приходила два дня. Альберт не мог найти себе места от волнения, потому что уже решил будто бы напугал девушку своим напором. Конечно, она уже имела опыт с мужчинами, и все же было в ней нечто хрупкое и трогательное. Она напоминала прекрасный цветок, что раскрыл свои лепестки в ветреную погоду. Он и восхищал этот цветок и заставлял за него тревожиться. Когда же мисс Рид наконец появилась, то у него камень с души упал.
– Добрый день! – Эстер улыбнулась и все тревоги мгновенно растаяли.
– Я так боялся, что вы больше не придете.
– Почему же? Мы еще не закончили картину. Или вы больше не нуждаетесь в моем участии?
– Нет, мисс Рид, – взял ее за руку Альберт. – Без вас мне точно не справиться.
– Вот и хорошо.
Она сняла шляпку и тряхнула своими медными волосами. Прелестница. Фея.
– Я прикажу экономку принести нам чай.
– Не стоит беспокоиться, – нахмурилась гостья. – Я ненадолго. У меня есть еще одно важное дело.
– Какие могут быть дела? Вы работаете у меня. К тому же, в прошлый раз вы не взяли деньги за свою работу.
– Вы должно быть, шутите, мистер Хант.
– Ничуть, – серьезным тоном произнес Альберт. – С тех пор как вы остались без покровителя, вам нужно на что-то жить.
– Вы так добры… Не знаю, как и благодарить вас.
Чай им все-таки принесли. Мистер Хант порезал свежие яблоки, которые ему передал близкий друг Реджинальд. Затем отрезал кусок ванильного кекса, положил его на тарелку и пододвинул ближе к мисс Рид.
– Угощайтесь.
– Не понимаю, почему вы так хорошо относитесь ко мне, – запинаясь пробормотала Эстер.
– Вы мне просто нравитесь.
– Только по этой причине?
– Конечно. С тех пор, как я увидел вас, то и думать ни о ком не могу. Простите, что говорю так…
– А ваш приятель тоже здесь?
– Если вы про мистера Фостера, то он не придет, – добавляя молоко в чай, сообщил Альберт.
– Почему же?
– Его поведение я не одобряю, поэтому мы поругались.
– Значит, из-за меня, да?
Мисс Рид вскочила со стула и едва не опрокинула чашку с горячим чаем. Мистер Хант поймал чашку, а затем спокойно вернул гостью на прежнее место. По ее лицу было заметно, что она напугана и смущена.
– Мы не станем обсуждать этого странного человека.
– Он прав насчет меня, – со слезами на глазах, выпалила Эстер. – Теперь, когда я в затруднительном положении, то продаю вещи, подарки и всякую мелочь, чтобы не умереть от голода.
– Уверен, что вы отдаете много денег за комнату.
– К сожалению, все именно так.
– Давайте, мы спокойно насладимся кексом и чаем. А потом уже можно и поговорить.
Они ели в тишине. Слышался звук каминных часов, шаги экономки в глубине дома, что хозяйничала на кухне и даже пенье птиц за окном. После чего они снова отправились в его студию, и девушка увидела, что полотно почти закончено. Ее огорчению не было предела.
– Я вам больше не нужна. Зачем вы дали мне надежду?
– Постойте, – Альберт преградил ей путь. – Вы не должны сейчас убегать.
– Мне так стыдно…
– Чего вам стыдиться? Того, что вы были влюблены и доверяли мужчине, который вас предал?
– Ах, мистер Хант. После этой истории на меня ни один приличный мужчина даже не посмотрит.
– Вот и неправда. Я же смотрю. Многие восхищаются вами, мисс Рид.
– Вы слишком великодушны, – мисс Рид, смахнула слезу со щеки. – Мне не стоило сюда приходить.
– Как раз наоборот. Пока мы еще в Лондоне, вы будете позировать другим художникам, если захотите, конечно.
– Позировать?
– Да, за деньги, – кивнул художник. – Понимаю, что тебе страшно и непривычно, но это честный заработок. Тем более хороших натурщиц всегда мало, уж поверь мне.
– Мне надо подумать.
– Если ты боишься, что будут только заказы на позирование без одежды, то не нужно сомневаться. Я всегда могу тебя сопровождать.
– Для чего?
– Чтобы ты была в безопасности.
– Наверняка вы хотите меня очаровать, – отвернулась Эстер. – Просто сейчас говорите все эти сладкие слова, чтобы получить то, что хотите…
– Что именно?
– Ну, что всем мужчинам так нравится.
Возникла неловкая пауза. Альберт так и застыл на месте не в силах вымолвить ни слова. Что сказать? Как убедить ее в том, что не только физически она его привлекает? Он не стал ничего говорить, убеждать или доказывать, а просто взял бумагу и кусочек угля. За несколько минут мистер Хант написал ее портрет и протянул свою работу гостье.
– Что вы видите здесь? – поинтересовался Альберт.
– Себя. Рисунок чудесный…
– Вы сделали его таким. Весь секрет в том, что у вас дар нести в мир красоту и гармонию. Почему же вы не ощущаете этого?
– Если вы уже закончили работу, то я пойду домой.
Мисс Рид выглядела расстроенной и униженной. И все же мистер Хант ее догнал возле дверей.
– Ты не можешь вот так уйти.
– Назовите мне хотя бы одну причину, – хмыкнула Эстер.
– Я назову несколько. Ты нужна мне. Я хочу, чтобы мы вместе поехали в Париж. Ты мне очень дорога. Я бы хотел, чтобы мы не расставались.
– Мистер Хант, это слишком… Вы играете со мной…
– Даже не думай так, – перебил ее Альберт. – Я не прошу ничего. Просто друзья. Трудно не заметить, как ты переживаешь предательство Арчибальда.
– Мне даже помощь от вас принимать неудобно.
– Решено, мы едем в Париж. А пока собирай свои вещи и переезжай ко мне.
– Нет, нет, – возразила мисс Рид. – Это невозможно…
– Жить ты будешь у меня, а не со мной. Поняла?
– Если так то… мне надо подумать.
Выбор у нее оказался весьма скудный. Так что на фоне всех трудностей, что свалились на нее, появился мистер Хант, который не приставал, уважал и ценил ее. Просто она ощутила жуткий страх. А вдруг человек снова притворяется? Вдруг за маской любезности скрывается чудовище? Они поговорили еще немного и Эстер согласилась временно поселиться у него в доме, хотя очень сомневалась в своем решении.
– Ты можешь делать, что пожелаешь.
– Что вы имеете ввиду?
– Хочешь работай, а хочешь просто позируй, набирайся опыта, – заглянув ей в лицо проговорил Альберт. – Понимаю, что ты не доверяешь людям, особенно мужчинам.
– Обещайте, что не станете ко мне приставать.
– Безусловно. Можешь даже не сомневаться.
– Только не думайте, что я набиваю себе цену, – вся съежилась мисс Рид. – Просто я не ищу любовника или покровителя.
– Никто тебя ни к чему не станет принуждать, даю слово.
Тем же вечером мисс Эстер Рид со своими нехитрыми пожитками поселилась в доме Альберта. Ей выделили отдельную комнату с маленьким окном и старой печкой. Однако она была счастлива и благодарна. Чтобы хоть как-то отплатить за добро, Эстер стала помогать экономке по дому, стирала, гладила одежду, крахмалила белье и всегда была на подхвате. Мистер Хант радовался каждому дню и лелеял надежду, что совсем скоро они постепенно обретут друг друга.
Через две недели пришло письмо, в котором мистер Альберт Хант был приглашен на Парижскую выставку вместе со своими работами. Разумеется, сам живописец заранее отправил полотна в Париж, понимая, что медлить нельзя. Даже участие в данном мероприятии раздвигало границы, помогало любому мастеру найти состоятельных клиентов, а значит, жить тепло и сыто.
– Если вы уже все знали заранее, то зачем тогда это приглашение? – удивилась Эстер, занимаясь рукоделием.
– Я узнал лишь благодаря моим друзьям во Франции, а вот приглашение тоже получил не сразу и с большим трудом. Снова постарались мои друзья и коллеги.
– Так вы ни разу не были на такой выставке?
– Пока нет. Прежде у меня и связей не имелось достойных.
– Не знала, что всюду нужны связи…
– Да, Эстер, – кивнул Альберт, сложив утреннюю газету. – Любому человеку, особенно творческому нудна помощь и поддержка. Сперва надо работать усердно и много, чтобы окружающие люди запомнили имя мастера, а потом уже, если повезет, то имя начинает работать на самого мастера.
– Все не просто. Теперь я поняла, почему Арчибальд так любил выступать меценатом. Это его очень вдохновляло.
Возникла пауза. Мисс Рид побледнела и перестала вышивать. У нее оказались просто золотые руки. Едва она перебралась в этот дом, как научилась рукоделию, точнее улучшила свои навыки и стала шить, вышивать легко и изумительно красиво. Салфетки, платки и другие мелочи. Конечно, она могла и что-то более трудное сшить, но все у нее получалось легко, исключительно талантливо и быстро. Вот и теперь она работала над картиной, где была изображена пара – юная девушка и высокий богатый кавалер в сером цилиндре.
– Ты по-прежнему думаешь о нем?
– Почти нет, – вздрогнула собеседница. – У меня и времени-то свободного нет. Тем более у него все хорошо…
– Откуда такая информация?
– Не важно. У меня тоже есть друзья.
– Если ты не хочешь говорить, то это твое право. Я просто искренне переживаю за тебя.
– Не стоит, мистер Хант.
– Лучше просто Альберт, – коснулся ее руки художник. – Или Берти, так называют меня самые близкие.
– Я не уверена, что смогу…
– Мне бы хотелось, чтобы ты поехала вместе со мной в Париж.
– Кто? Я?
– Именно ты.
– Вы меня с кем-то путаете, – разволновалась Эстер. – Я не благородная дама. Это неприлично. Вам будет просто стыдно за меня.
Она вскочила с кресла и направилась к выходу. Альберт поймал ее за руку и резко развернул к себе лицом.
– Почему ты убегаешь? Я тебя чем-то напугал?
– Нет, мистер Хант. Просто я никто… вы и так позаботились обо мне… Я уж и не знаю, как вас отблагодарить.
– Хочу показать тебе Париж.
– И в каком качестве я должна поехать? Вы уже решили?
– Выбирать только тебе, – ласковым тоном произнес мистер Хант.
– Что вы задумали? Ну, признайтесь.
– У меня нет никаких дурных помыслов, если ты об этом.
– Правда?
– Милая Эстер, понимаю, что тебе трудно довериться мне. И все же я постараюсь показать тебе, что на свете есть добрые и порядочные мужчины.
Она взглянула на него так, что внутри у Альберта все перевернулось. Такая тоска и страх таился в ее глазах, просто не передать словами. Он порывисто обнял ее, стараясь утешить и поддержать.
– Да, мистер Хант. Я думаю про Арчи… Мне трудно мгновенно взять и забыть о нем. У нас был короткий роман, однако для меня он казался почти принцем из сказки. Понимаете?
– Разумеется. С виду приличный господин, вот ты и приняла его за хорошего человека.
– У него новая возлюбленная.
– Боже мой!
– Мне многое известно, – вздохнула мисс Рид, выскользнув из его объятий. – Пожалуй, я пойду к себе.
– Так значит ты поедешь со мной в Париж?
– Мне надо подумать.
Она бесшумно выскользнула за дверь, хотя на самом деле попросту сбежала. Мистер Хант усмехнулся. Он был почти уверен в том, что рыжеволосая красавица постепенно оттает и, хотя бы подружится с ним. Но пока он не особенно продвинулся в сближении с Эстер. В ней еще были живы воспоминания о богатом меценате, о его щедрости, а может, и страстности. Альберт ощутил укол ревности. Он сам давно знал, что Арчибальд за короткий срок сменил уже пару девушек, а еще готовился к женитьбе. Может стоило ей рассказать об этом? Едва он представил себе печальное лицо милой девушки, как ему становилось больно и тревожно. Нет, нет. Она и так пережила жестокий удар, так что добивать ее не следует. В другой раз они встретились за ужином. Экономка ушла пораньше, чтобы навестить свою сестру, которая жила на окраине Лондона. Так что в доме они остались совершенно одни.
– Если ты не хочешь ехать в Париж, то я все пойму, – начал мистер Хант, приглашая ее за стол.
– Мне очень хочется там побывать. Просто мне страшно, Берти.
– Как ты меня назвала?
– Берти. Трудно доверять мужчинам, когда у них на уме лишь грязные мысли и коварные планы.
– Ты сильно любила его?
– Арчи был для меня целым миром, – призналась мисс Рид. – Но теперь, спустя время, я осознаю, что во многом его образ я себе придумала. Дорисовала его в своем уме, прямо как вы, когда пишите картины.
Она замолчала, сжимая в руке фарфоровую чашку. Слезы катились по ее щекам, и художник невольно подумал о том, что ждет эту девушку. Такая красивая, нежная и совершенно беззащитная. Стоит ей встретить на своем пути еще одного Чарльза Фореста, как вся жизнь будет кончена. Сердце его сжималось от переживаний. Вот тогда-то он и протянул ей масло, которым попросил натереть тело.
– Не волнуйтесь, это просто масло. Оно безвредно.
– Но зачем им натираться? – поинтересовалась мисс Рид.
– Для определенного эффекта. Масло (а оно изготовлено по особому рецепту) дарит коже питание и сияние. Я сам придумал данный состав.
– Звучит просто потрясающе.
Эстер аккуратно наклонила бутылочку, смочив руку маслом и провела ей по своей шее. Кожа тотчас заблестела и к тому же на ней возникли золотые блестки. Альберт подошел ближе и посмотрел ей в глаза:
– Могу ли я тоже помочь?
– Конечно.
Гостья вскочила на ноги, сбросив всю одежду на пол и оставшись абсолютно обнаженной. Он точно знал, что она не пытается соблазнить, а просто пребывает в растерянности из-за трудностей со своим бывшим возлюбленным. Мистер Хант провел рукой по ее гладким плечам и ощутил, что вот-вот взлетит над землей. Эта красавица определенно ему нравилась. Даже больше, похоже, он успел в нее влюбиться.
– И что дальше?
– Придется так немного посидеть, чтобы я смог передать сияние кожи.
– Здесь мало света, – подсказала Эстер, не отводя глаз.
– Я все устрою.
Он принес свечи, зажег их и в студии стало светлее, а кожа натурщицы действительно принялась сиять с добавлением золотистых бликов. Альберт писал быстро, ловко и с особым упоением. Мисс Рид стояла, а иногда садилась, но по-прежнему без одежды. Ее прекрасное тело излучало нечто такую нежность и красоту, что трудно было отвести глаза.
– Думаю, что на сегодня мы закончили.
– Так быстро?
– Уже прошло более часа, – сообщил мистер Хант. – Я считаю, что вам пора отдохнуть.
– Значит скоро картина будет готова?
– Разумеется.
– И вы уже решили на какую выставку ее отправить?
– Скорее всего во Францию.
Он протянул ей газету, в которой упоминалась парижская выставка, на которой можно было получить денежный приз и заявить о себе.
– Я так взволнована, – улыбнулась мисс Рид, прикрывшись накидкой. – Если вы поедете в Париж, то вас безусловно ожидает грандиозный успех.
– Почему поеду я? Нам стоит отправиться туда вместе.
– Нет, что вы…
Альберт шагнул к ней и порывисто обнял. Эстер не стала смущаться или кривляться. Она слегка откинула голову назад и позволила себя поцеловать. Но боже мой, что это был за поцелуй. Казалось, что они оба просто растворились в нежности и красоте момента. Он знал, еще одно движение, и он коснется ее обнаженного тела, и тогда невозможно будет остановиться. А пугать или хоть чем-то оттолкнуть мисс Рид ему хотелось меньше всего.
После того поцелуя Эстер не приходила два дня. Альберт не мог найти себе места от волнения, потому что уже решил будто бы напугал девушку своим напором. Конечно, она уже имела опыт с мужчинами, и все же было в ней нечто хрупкое и трогательное. Она напоминала прекрасный цветок, что раскрыл свои лепестки в ветреную погоду. Он и восхищал этот цветок и заставлял за него тревожиться. Когда же мисс Рид наконец появилась, то у него камень с души упал.
– Добрый день! – Эстер улыбнулась и все тревоги мгновенно растаяли.
– Я так боялся, что вы больше не придете.
– Почему же? Мы еще не закончили картину. Или вы больше не нуждаетесь в моем участии?
– Нет, мисс Рид, – взял ее за руку Альберт. – Без вас мне точно не справиться.
– Вот и хорошо.
Она сняла шляпку и тряхнула своими медными волосами. Прелестница. Фея.
– Я прикажу экономку принести нам чай.
– Не стоит беспокоиться, – нахмурилась гостья. – Я ненадолго. У меня есть еще одно важное дело.
– Какие могут быть дела? Вы работаете у меня. К тому же, в прошлый раз вы не взяли деньги за свою работу.
– Вы должно быть, шутите, мистер Хант.
– Ничуть, – серьезным тоном произнес Альберт. – С тех пор как вы остались без покровителя, вам нужно на что-то жить.
– Вы так добры… Не знаю, как и благодарить вас.
Чай им все-таки принесли. Мистер Хант порезал свежие яблоки, которые ему передал близкий друг Реджинальд. Затем отрезал кусок ванильного кекса, положил его на тарелку и пододвинул ближе к мисс Рид.
– Угощайтесь.
– Не понимаю, почему вы так хорошо относитесь ко мне, – запинаясь пробормотала Эстер.
– Вы мне просто нравитесь.
– Только по этой причине?
– Конечно. С тех пор, как я увидел вас, то и думать ни о ком не могу. Простите, что говорю так…
– А ваш приятель тоже здесь?
– Если вы про мистера Фостера, то он не придет, – добавляя молоко в чай, сообщил Альберт.
– Почему же?
– Его поведение я не одобряю, поэтому мы поругались.
– Значит, из-за меня, да?
Мисс Рид вскочила со стула и едва не опрокинула чашку с горячим чаем. Мистер Хант поймал чашку, а затем спокойно вернул гостью на прежнее место. По ее лицу было заметно, что она напугана и смущена.
– Мы не станем обсуждать этого странного человека.
– Он прав насчет меня, – со слезами на глазах, выпалила Эстер. – Теперь, когда я в затруднительном положении, то продаю вещи, подарки и всякую мелочь, чтобы не умереть от голода.
– Уверен, что вы отдаете много денег за комнату.
– К сожалению, все именно так.
– Давайте, мы спокойно насладимся кексом и чаем. А потом уже можно и поговорить.
Они ели в тишине. Слышался звук каминных часов, шаги экономки в глубине дома, что хозяйничала на кухне и даже пенье птиц за окном. После чего они снова отправились в его студию, и девушка увидела, что полотно почти закончено. Ее огорчению не было предела.
– Я вам больше не нужна. Зачем вы дали мне надежду?
– Постойте, – Альберт преградил ей путь. – Вы не должны сейчас убегать.
– Мне так стыдно…
– Чего вам стыдиться? Того, что вы были влюблены и доверяли мужчине, который вас предал?
– Ах, мистер Хант. После этой истории на меня ни один приличный мужчина даже не посмотрит.
– Вот и неправда. Я же смотрю. Многие восхищаются вами, мисс Рид.
– Вы слишком великодушны, – мисс Рид, смахнула слезу со щеки. – Мне не стоило сюда приходить.
– Как раз наоборот. Пока мы еще в Лондоне, вы будете позировать другим художникам, если захотите, конечно.
– Позировать?
– Да, за деньги, – кивнул художник. – Понимаю, что тебе страшно и непривычно, но это честный заработок. Тем более хороших натурщиц всегда мало, уж поверь мне.
– Мне надо подумать.
– Если ты боишься, что будут только заказы на позирование без одежды, то не нужно сомневаться. Я всегда могу тебя сопровождать.
– Для чего?
– Чтобы ты была в безопасности.
– Наверняка вы хотите меня очаровать, – отвернулась Эстер. – Просто сейчас говорите все эти сладкие слова, чтобы получить то, что хотите…
– Что именно?
– Ну, что всем мужчинам так нравится.
Возникла неловкая пауза. Альберт так и застыл на месте не в силах вымолвить ни слова. Что сказать? Как убедить ее в том, что не только физически она его привлекает? Он не стал ничего говорить, убеждать или доказывать, а просто взял бумагу и кусочек угля. За несколько минут мистер Хант написал ее портрет и протянул свою работу гостье.
– Что вы видите здесь? – поинтересовался Альберт.
– Себя. Рисунок чудесный…
– Вы сделали его таким. Весь секрет в том, что у вас дар нести в мир красоту и гармонию. Почему же вы не ощущаете этого?
– Если вы уже закончили работу, то я пойду домой.
Мисс Рид выглядела расстроенной и униженной. И все же мистер Хант ее догнал возле дверей.
– Ты не можешь вот так уйти.
– Назовите мне хотя бы одну причину, – хмыкнула Эстер.
– Я назову несколько. Ты нужна мне. Я хочу, чтобы мы вместе поехали в Париж. Ты мне очень дорога. Я бы хотел, чтобы мы не расставались.
– Мистер Хант, это слишком… Вы играете со мной…
– Даже не думай так, – перебил ее Альберт. – Я не прошу ничего. Просто друзья. Трудно не заметить, как ты переживаешь предательство Арчибальда.
– Мне даже помощь от вас принимать неудобно.
– Решено, мы едем в Париж. А пока собирай свои вещи и переезжай ко мне.
– Нет, нет, – возразила мисс Рид. – Это невозможно…
– Жить ты будешь у меня, а не со мной. Поняла?
– Если так то… мне надо подумать.
Выбор у нее оказался весьма скудный. Так что на фоне всех трудностей, что свалились на нее, появился мистер Хант, который не приставал, уважал и ценил ее. Просто она ощутила жуткий страх. А вдруг человек снова притворяется? Вдруг за маской любезности скрывается чудовище? Они поговорили еще немного и Эстер согласилась временно поселиться у него в доме, хотя очень сомневалась в своем решении.
– Ты можешь делать, что пожелаешь.
– Что вы имеете ввиду?
– Хочешь работай, а хочешь просто позируй, набирайся опыта, – заглянув ей в лицо проговорил Альберт. – Понимаю, что ты не доверяешь людям, особенно мужчинам.
– Обещайте, что не станете ко мне приставать.
– Безусловно. Можешь даже не сомневаться.
– Только не думайте, что я набиваю себе цену, – вся съежилась мисс Рид. – Просто я не ищу любовника или покровителя.
– Никто тебя ни к чему не станет принуждать, даю слово.
Тем же вечером мисс Эстер Рид со своими нехитрыми пожитками поселилась в доме Альберта. Ей выделили отдельную комнату с маленьким окном и старой печкой. Однако она была счастлива и благодарна. Чтобы хоть как-то отплатить за добро, Эстер стала помогать экономке по дому, стирала, гладила одежду, крахмалила белье и всегда была на подхвате. Мистер Хант радовался каждому дню и лелеял надежду, что совсем скоро они постепенно обретут друг друга.
Глава 4. Полное разочарование
Через две недели пришло письмо, в котором мистер Альберт Хант был приглашен на Парижскую выставку вместе со своими работами. Разумеется, сам живописец заранее отправил полотна в Париж, понимая, что медлить нельзя. Даже участие в данном мероприятии раздвигало границы, помогало любому мастеру найти состоятельных клиентов, а значит, жить тепло и сыто.
– Если вы уже все знали заранее, то зачем тогда это приглашение? – удивилась Эстер, занимаясь рукоделием.
– Я узнал лишь благодаря моим друзьям во Франции, а вот приглашение тоже получил не сразу и с большим трудом. Снова постарались мои друзья и коллеги.
– Так вы ни разу не были на такой выставке?
– Пока нет. Прежде у меня и связей не имелось достойных.
– Не знала, что всюду нужны связи…
– Да, Эстер, – кивнул Альберт, сложив утреннюю газету. – Любому человеку, особенно творческому нудна помощь и поддержка. Сперва надо работать усердно и много, чтобы окружающие люди запомнили имя мастера, а потом уже, если повезет, то имя начинает работать на самого мастера.
– Все не просто. Теперь я поняла, почему Арчибальд так любил выступать меценатом. Это его очень вдохновляло.
Возникла пауза. Мисс Рид побледнела и перестала вышивать. У нее оказались просто золотые руки. Едва она перебралась в этот дом, как научилась рукоделию, точнее улучшила свои навыки и стала шить, вышивать легко и изумительно красиво. Салфетки, платки и другие мелочи. Конечно, она могла и что-то более трудное сшить, но все у нее получалось легко, исключительно талантливо и быстро. Вот и теперь она работала над картиной, где была изображена пара – юная девушка и высокий богатый кавалер в сером цилиндре.
– Ты по-прежнему думаешь о нем?
– Почти нет, – вздрогнула собеседница. – У меня и времени-то свободного нет. Тем более у него все хорошо…
– Откуда такая информация?
– Не важно. У меня тоже есть друзья.
– Если ты не хочешь говорить, то это твое право. Я просто искренне переживаю за тебя.
– Не стоит, мистер Хант.
– Лучше просто Альберт, – коснулся ее руки художник. – Или Берти, так называют меня самые близкие.
– Я не уверена, что смогу…
– Мне бы хотелось, чтобы ты поехала вместе со мной в Париж.
– Кто? Я?
– Именно ты.
– Вы меня с кем-то путаете, – разволновалась Эстер. – Я не благородная дама. Это неприлично. Вам будет просто стыдно за меня.
Она вскочила с кресла и направилась к выходу. Альберт поймал ее за руку и резко развернул к себе лицом.
– Почему ты убегаешь? Я тебя чем-то напугал?
– Нет, мистер Хант. Просто я никто… вы и так позаботились обо мне… Я уж и не знаю, как вас отблагодарить.
– Хочу показать тебе Париж.
– И в каком качестве я должна поехать? Вы уже решили?
– Выбирать только тебе, – ласковым тоном произнес мистер Хант.
– Что вы задумали? Ну, признайтесь.
– У меня нет никаких дурных помыслов, если ты об этом.
– Правда?
– Милая Эстер, понимаю, что тебе трудно довериться мне. И все же я постараюсь показать тебе, что на свете есть добрые и порядочные мужчины.
Она взглянула на него так, что внутри у Альберта все перевернулось. Такая тоска и страх таился в ее глазах, просто не передать словами. Он порывисто обнял ее, стараясь утешить и поддержать.
– Да, мистер Хант. Я думаю про Арчи… Мне трудно мгновенно взять и забыть о нем. У нас был короткий роман, однако для меня он казался почти принцем из сказки. Понимаете?
– Разумеется. С виду приличный господин, вот ты и приняла его за хорошего человека.
– У него новая возлюбленная.
– Боже мой!
– Мне многое известно, – вздохнула мисс Рид, выскользнув из его объятий. – Пожалуй, я пойду к себе.
– Так значит ты поедешь со мной в Париж?
– Мне надо подумать.
Она бесшумно выскользнула за дверь, хотя на самом деле попросту сбежала. Мистер Хант усмехнулся. Он был почти уверен в том, что рыжеволосая красавица постепенно оттает и, хотя бы подружится с ним. Но пока он не особенно продвинулся в сближении с Эстер. В ней еще были живы воспоминания о богатом меценате, о его щедрости, а может, и страстности. Альберт ощутил укол ревности. Он сам давно знал, что Арчибальд за короткий срок сменил уже пару девушек, а еще готовился к женитьбе. Может стоило ей рассказать об этом? Едва он представил себе печальное лицо милой девушки, как ему становилось больно и тревожно. Нет, нет. Она и так пережила жестокий удар, так что добивать ее не следует. В другой раз они встретились за ужином. Экономка ушла пораньше, чтобы навестить свою сестру, которая жила на окраине Лондона. Так что в доме они остались совершенно одни.
– Если ты не хочешь ехать в Париж, то я все пойму, – начал мистер Хант, приглашая ее за стол.
– Мне очень хочется там побывать. Просто мне страшно, Берти.
– Как ты меня назвала?
– Берти. Трудно доверять мужчинам, когда у них на уме лишь грязные мысли и коварные планы.
– Ты сильно любила его?
– Арчи был для меня целым миром, – призналась мисс Рид. – Но теперь, спустя время, я осознаю, что во многом его образ я себе придумала. Дорисовала его в своем уме, прямо как вы, когда пишите картины.
