Вернее, раньше избегал. Сейчас же Дарейн стоял и о чем-то весьма дружелюбно болтал с одним из охотников, улыбался даже, словно старым знакомым. А заметив Рейс, сделал страшные глаза, велев прятаться. Еще чуток полюбовавшись его гордым профилем, крепкой мускулистой фигурой и густой гривой черных волос, стянутых в тугую косу, девушка решила последовать его совету.
Сквозь спешно расступающуюся толпу к ним шествовала процессия из четырех охотников и девицы с длинной светлой косой в некогда роскошном, а ныне грязном и потрепанном голубом платье. Лица пленницы Рейс не увидела - на голову жертвы был надет вонючий (это Рейс из своего опыта знала) мешок. А вот белую меховую накидку (помятую и перепачканную) с плеч девушки почему-то не сняли. В благородство решили поиграть?
- Что, какая еще елка? – удивилась Рейс, наконец обратив внимание на что-то бормочущего себе под нос Ан-Тэйри.
Ухватив за руку вздумавшего сопротивляться Тэра, девушка потащила его в сторону церкви. Как она и ожидала, там вещала весьма живописная троица – толстый, тощий и кривой (куда ж еще бедолагам, кроме секты, деваться?), облаченные в неизменные серые хламиды, подпоясанные витым поясом определенного цвета (красный – Брат, синий – Сестра). Круглые блестящие бляхи на груди отличались куда большим разнообразием. На третьем десятке Рейс перестала считать эти конфессии, предпочитая высказываться иносказательно.
Только сейчас на это не было времени.
- Забирайте послушника вашего! – заявила она, подталкивая растерявшегося Тэра к сородичам. – Счастливо оставаться, парень! – дружески хлопнула его по плечу. – Больше не теряйся!
- Стой! Ты куда? – опешил он. – А это кто?
- Культ твой.
Праздники Ан-Тэйри не любил. С тех самых пор, как сдуру принял предложение Гира и отправился на Землю. А еще больше он не любил деревья – неизменный атрибут праздника. Здесь правда была сосна, а не елка, к тому же изрядно облезлая, но от горьких воспоминаний это не спасало. И то, что в этом мире водят хороводы вокруг столба, а игрушки, видимо, к цепям приматывают, мало что меняло – участвовать в чужих праздниках Ан-Тэйри не желал. Спасибо, одного хватило. Да и деревьями оборачиваться он с того раза зарекся.
А как начиналось-то все хорошо. Хоо-Гирра лично позвал Тэра на праздник, прозрачно намекнув, что и Лу-Си-Анна там будет. А что другой мир, так не сидеть же в одном мире, когда до совершеннолетия всего восемьдесят два года осталось. Координаты подкинул, подмигнул с хитрецой и исчез. А Тэр сдуру… хм, от большой любви решил принять приглашение. Но то ли что-то не то было с координатами, то ли с самим Тэром, только очутился он в центре огромной пентограммы, составленной из ярких сверкающих звезд. Поначалу Ан-Тэйри не разобрался – может, все так и задумано, и он прибыл по адресу, а потом уходить было уже поздно.
Тэр грустно улыбнулся, припоминая свои страдания, а губы сами собой растянулись в ехидной ухмылке. Как истинный поэт, Ан-Тэйри воспел свои похождения в песне, мелодию для которой юный демон подслушал на той же Земле. Она, кажется, называлась «Там вдали за рекой». Но это было не важно, куда интереснее был тот факт, что песню подхватили (не зная, кто же ее автор и непосредственный участник), а мелкая нечисть умудрилась подловить Гира на слове и заставить пройти через тоже самое. Для спектакля, разумеется, но сердце Тэра тем не менее торжествующе пело. И тогда, и сейчас вслед за всплывающей в голове мелодией:
Юный демон однажды на Землю попал,
Он о новых мечтал впечатленьях;
Вот открылся портал - и немаленький зал
Визитер оглядел с удивленьем.
А когда осмотрелся, то вдруг загрустил:
Здесь сверкали во множестве звезды,
Значит, как ни крути, а ему не уйти, -
Пентаграммы ведь - это серьезно!
«Что же делать?» - решал юный демон вопрос, -
«Может, деревом стать незаметным?
Станет шишкою нос, а несчастный мой хвост
Притворится обычною веткой!
Только жаль - шевельнуться тогда не моги...»
Юный демон - зеленый, колючий, -
Вдруг услышал шаги... Может, это враги?
И решил он, что елкой быть лучше.
Дверь открылась с пугающим скрипом, и вот:
«Кто здесь елку поставил до срока?» -
Крик раздался. – «Вот черт! Впрочем, время не ждет,
Да и нам же поменьше мороки!»
Демон чуть не решил, что пора убегать,
Когда стали на шею и руки
По одной надевать, на ветвях закреплять
Кто гирлянды, а кто и игрушки.
Юный демон едва не сорвался на рык,
Но от новой догадки застыл он:
Вот пойди, разбери, может это - дары?
Амулеты неведомой Силы?
Он сдержаться решил, он молчал и тогда,
Когда дети собрались у «елки», -
Ведь одна никогда не приходит беда, -
Уже тянутся руки к иголкам!
Юный демон решил: «Раз терпеть, то терпеть!
Умирать - так безмолвно и гордо!»
Только медлила смерть, - детки начали петь
Про Пришествие Нового Года!
Ну, а «Елка» стоял, продолжал наблюдать
И оценивать степень угрозы:
Дети стали кричать (а быть может, камлать), -
Звать какого-то Деда Мороза!
Ветки коротки были, чтоб уши закрыть:
Демон чуть не оглох безвозвратно,
А на страшный на крик вдруг явился старик
С бородой подозрительно-ватной.
Бедный «Елка» собрался, все мышцы напряг,
Приготовился к битве неравной:
Борода - это знак, что старик тот был маг,
Тот, что здесь начертал пентаграммы!
Юный демон решил: «Мой единственный шанс -
Попытаться прочесть его мысли!
Все, что хочешь сейчас, я исполню на раз...».
...Бородатый мечтал похмелиться!
Он при этом на елку совсем не смотрел,
Детям он объяснял между делом,
Что на зов прилетел, бросив тысячу дел,
А Снегурочка - ик! - заболела!
Трижды по полу посохом маг постучал,
Дети стали водить хороводы;
Бородач чуть стоял, он в сторонку дышал,
Хрипловато шепча: «С Новым Годом!»
Только Светлые Маги, что ни говори,
Многократно коварнее Черных:
Был пароль: «Раз, два, три!», отзыв: «Елка, гори!»,
И восторгом пылавшие взоры!
Юный демон Души ни одной не сгубил,
Не успел совершить преступлений;
Он губу закусил, а иначе б спросил,
Ну, за что ж ему - самосожженье?
И бедняга от ужаса к полу прирос,
Размышляя о подлости Светлых...
...У него от волненья подрагивал хвост,
Слава Бездне, не слишком заметно!
«Нужно срочно бежать, вот бы знать еще, как? -
Не домой, так... хотя б в Нидерланды!»
...Трижды посохом стукнул таинственный маг
Демон вспыхнул... огнями гирлянды!
Дед Мороз, покряхтев, развязал свой мешок,
Стали детки кричать без умолку:
Каждый что-то нашел, стало всем хорошо,
И тихонечко плакала елка!
...А когда в небесах уже звезды зажглись,
Те, которые не пентаграммы,
(Старый маг с детворою давно разошлись),
Демон стал собираться обратно.
В этом мире ему оставаться нельзя,
С пентаграммами - Сила поможет
Маг ведь явно был пьян - в его чарах изъян
Юный демон отыщет, он сможет!
Облик свой не меняя, он с места шагнул,
Осторожно прошелся по залу...
Сторож в дверь заглянул - и чертей помянул:
«Что же деется? Елка сбежала!»
Тот же час помянул он граненый стакан
И зачем-то - горячую белку:
То ли сторож - гурман, то ли это обман,
Ведь зверек-то невкусный и мелкий!
Юный демон застыл, поумерив свой пыл,
Проклиная судьбу и невзгоды,
А потом с полчаса сторож живописал,
Как же весело здесь в Новогодье!
Юный демон ошибку свою осознал:
Эти звезды - они без подвоха;
Мысли в кучку собрал, а в итоге - признал,
Что он время провел здесь неплохо.
С возвращеньем вот только слегка затянул,
Но теперь-то уж самое время!
Он портал распахнул, сторож только моргнул,
А потом закричал: 'Ограбленье!'.
Юный демон вернулся, но только теперь
Исчезает из дома надолго:
Каждый год, верь - не верь, где-то пару недель
На Земле он работает ЕЛКОЙ!
Последние слова он, кажется, пропел вслух, вызвав недовольство Рейс. Про Снегурочку, которую схватили злые разбойники, она слушать тоже не пожелала, велев заткнуться. Ан-Тэйри и заткнулся. Ему было нужно время, чтобы обдумать ситуацию. Похоже, он и впрямь угодил в самый разгар праздника. Поднаторев в земных традициях, Тэр заметил явные совпадения – миры-то, конечно, разные, а вот обычаи одинаковые. Елка, то бишь столб на месте. Снегурочка тоже, хотя на Земле ее так не пачкали, да и мешок на голову не цепляли. А вот наряд похож – голубое платье, шубка. И косища точь-в-точь, как у Снегурки с прошлого года. Аленушка ее, кажется, звали. Тэр ей тогда, после праздника, стихи читал, а Аленка очень удивлялась – никого вокруг, кроме елки, а стихи звучат. Все сотовый какой-то искала, микрофон спрятанный. А Тэр хихикал.
Здесь тоже намечалось что-то веселое. И разбойнички-то какие натуральные. А вот елку могли бы и попушистее выбрать! Но раз уж елка здесь уже есть, выходит, ему, Тэру отведена совсем другая роль.
Ан-Тэйри так увлекся, что не замечал ничего вокруг. Очнулся от чувствительного тычка в спину.
- Счастливо оставаться, парень! – усмехнулась Рейс. – Больше не теряйся!
Тысяча святых праведников! Она что, совсем рехнулась – в церковь его притащила!
- Стой! Ты куда? – рявкнул он. – А это кто?
- Культ твой.
Какой в бездну Рувала культ? Темному богу в обычной церкви?!
И дураку же ясно – отдельный культ должен быть. И церковь своя собственная.
А вот теперь Тэр, пожалуй, обиделся. Мало того, что эта наглая девка его бросила самым бессовестным образом, так еще и церковников каких-то натравила. Отбиться от этих фанатиков удалось далеко не сразу, две, а может, и три пламенные речи Тэр таки выслушал. Ну, как выслушал – смотрел внимательно, глубокомысленно хмурил брови и думал о своем. Вернее, о своей. Бывшей попутчице. Даже оду передумал ей писать (тем более, что последняя так и не сочинилась), решив, что с Рейс и песни достаточно. Слышал он как-то на Земле нечто похожее. А что не вспомнил, то сам выдумал. Не хуже оригинала вышло. А может, даже лучше. Конечно, в мелодию не всегда попадает, но зато от всей души…
Бедный Тэр ни ест, ни спит,
За лошадкою бежит.
Говорит, что нет ужасней
И наглее девушки, что на ней сидит.
Посмотрел Тэр на неё,
Ну ведь нет же ничего,
Про себя отметил...
У неё глаза -
Два бриллианта в три карата,
У одной свиньи
Видел он точь-в-точь, ребята.
Губки у неё -
Створки две в воротах рая,
Стоит их открыть
Вылетает хрень такая.
Первый день они вдвоём,
А еще с ее песцом,
Говорят, что нет полнее
Того песца, что вслед идет.
И эта дура хороша,
Не поймет ведь ни шиша,
А то б он ей ответил...
У неё ж ума -
Горсть всего, а не палата,
Если не сбежать,
Тэр сойдет с ума, ребята.
Заставлять стучать
Демона в ворота рая,
Это ж, вообще,
Это ж просто чушь какая!
На последних аккордах песни, Тэр не выдержал и рассмеялся вслух. Громко и злорадно. За что едва не отхватил столь же злобный удар посоха по голове. Оказывается, когда тебе вдохновенно рассказывают о богах, смеяться нельзя, да и рожи мерзкие корчить…
Что там еще нельзя, Ан-Тэйри так и не узнал, потому как ловко затерялся в толпе, решив на волне вдохновения воплотить в жизнь их праздничный сценарий. То бишь, спасти от «злых сил» невинную Снегурочку. Вот только наряд подходящий найдет, чтобы как на Земле было. Эх, все-таки некоторые миры бывают заразны. Будто вирус. Но зато как весело.
Но если уж выбирать роль, то на этот раз главную. А вот и красная шуба для Деда Мороза почти бесхозная висит. Да и шапка у того парня подходящая - белая, только почему-то все лицо закрывает (лишь для глаз прорези оставлены). Интересно, а не он ли в местном сценарии Деда Мороза отыгрывает? И зачем ему тогда топор? Или это только на Земле посохи, а тут топоры? Ой, а ведь здесь и посох есть. У того идиота – церковника!
Парень в красном халате и белой шапке с дырками, картинно закинув топор на плечо, прогуливался вокруг столба-елочки с привязанной к нему Снегурочкой. «Злые силы» стояли неподалеку и снисходительно смотрели на злобствующую толпу, кидающую в девушку гнилые яблоки. Это слегка удивило Ан-Тэйри, но, сообразив, что зрители наверняка заколдованы, парень приступил к основному действу. Раздобыть костюм Деда Мороза оказалось не так-то просто. Актер, как назло, ни на шаг не отходил от столба… тьфу ты, елки. Пришлось применить, как говорят на Земле, стратегическую хитрость. А попросту наслать на парня с топором простенькое слабительное заклинание.
Заклинание-то, может, и простенькое и силы почти не требует, но переполоху устроило, словно демон им тут огненную цепь на пару с водоворотом ужаса запустил. Первыми на него, как ни странно, отреагировали парни в черном, потянули носом, выискивая добычу, будто заправские гончие, бросились сквозь толпу, то и дело поглядывая на черные браслеты у себя на правой руке. Ан-Тэйри на всякий случай прикрылся, полностью блокируя свою силу и демонические отражения в ауре. Но внимание одного из черных все же привлек – дурацким свитером. Вдоволь потешившись за чужой счет и едва не померев со смеху (а уж рожа у него была точь-в-точь, как у демона на вышивке), парень отправился дальше, дружески хлопнув настоящего демона по плечу:
- Хвалю! Защита что надо!
Ан-Тэйри выдавил из себя кислую улыбку, чем развеселил «силы тьмы» еще больше. Парень с топором среагировал на заклинание чуть позже, но куда зрелищнее – замер, выпучив глаза, зачем-то прижал свой топор к заднице, взвизгнул и ломанулся куда-то в подворотню. Собственно, именно это Тэру и было нужно. Тюкнув его по голове заранее спертым у забывчивого церковника посохом, Ан-Тэйри снял с парня красный халат, шапку. Ну, и топор зачем-то прихватил.
Когда же новый Дед Мороз, старательно прячущий демонскую морду на груди (халат оказался чуток узковат в плечах), подошел к Снегурочке и попытался ее развязать, девица развизжалась так, что яблококидатели заулюлюкали от восторга.
- Молчи, дура, - по сценарию шепнул ей Тэр, - это же я, твой дедушка!
- Чего? – полузадушено промычала пленница.
- Куда? – громогласно взвыла толпа, не желая расставаться с бесплатной игрушкой.
- В холодный зимний лес! – нагло заявил Тэр, прикрывая распахнувшийся халат и демонскую морду Снегурочкой. – Там ее зайчики ждут, волчишки.
- Волчишки – это хорошо! – обрадовалась толпа. – Так ей и надо ведьме.
Пока не вернулись «силы тьмы» и побитый Дед Мороз, Тэр ухватил девицу за руку и, толкая перед собой, повел прочь с площади. Благо совсем рядом шумел рынок, а на его задворках начинались какие-то трущобы – то ли склады, то ли сараи. Толпа заколдованных, словно пришитая, плелась следом за главными героями. И Тэру пришлось, закинув Снегурочку на плечо, броситься бежать, плутая между складами. Когда преследователи немного подотстали, демон легко взвился вверх и, устроившись на крыше самого высокого склада за широкой каменной трубой, перевел дух. Но не тут-то было. Снимать со Снегурочки мешок явно не стоило.
Девица открыла рот, и Тэр приготовился к самому худшему. Девицы – они же всегда визжат. Натура у них такая. Зажимать ей рот собственной ничем не защищенной ладонью Ан-Тэйри не рискнул: девицы в этом случае обычно кусаются. Уже были прецеденты. Да и удирать от разъяренной толпы по крышам, да еще и с брыкающейся девчонкой на плече куда как веселее. Но реальность превзошла все его даже самые ужасные кошмары.
Сквозь спешно расступающуюся толпу к ним шествовала процессия из четырех охотников и девицы с длинной светлой косой в некогда роскошном, а ныне грязном и потрепанном голубом платье. Лица пленницы Рейс не увидела - на голову жертвы был надет вонючий (это Рейс из своего опыта знала) мешок. А вот белую меховую накидку (помятую и перепачканную) с плеч девушки почему-то не сняли. В благородство решили поиграть?
- Что, какая еще елка? – удивилась Рейс, наконец обратив внимание на что-то бормочущего себе под нос Ан-Тэйри.
Ухватив за руку вздумавшего сопротивляться Тэра, девушка потащила его в сторону церкви. Как она и ожидала, там вещала весьма живописная троица – толстый, тощий и кривой (куда ж еще бедолагам, кроме секты, деваться?), облаченные в неизменные серые хламиды, подпоясанные витым поясом определенного цвета (красный – Брат, синий – Сестра). Круглые блестящие бляхи на груди отличались куда большим разнообразием. На третьем десятке Рейс перестала считать эти конфессии, предпочитая высказываться иносказательно.
Только сейчас на это не было времени.
- Забирайте послушника вашего! – заявила она, подталкивая растерявшегося Тэра к сородичам. – Счастливо оставаться, парень! – дружески хлопнула его по плечу. – Больше не теряйся!
- Стой! Ты куда? – опешил он. – А это кто?
- Культ твой.
Праздники Ан-Тэйри не любил. С тех самых пор, как сдуру принял предложение Гира и отправился на Землю. А еще больше он не любил деревья – неизменный атрибут праздника. Здесь правда была сосна, а не елка, к тому же изрядно облезлая, но от горьких воспоминаний это не спасало. И то, что в этом мире водят хороводы вокруг столба, а игрушки, видимо, к цепям приматывают, мало что меняло – участвовать в чужих праздниках Ан-Тэйри не желал. Спасибо, одного хватило. Да и деревьями оборачиваться он с того раза зарекся.
А как начиналось-то все хорошо. Хоо-Гирра лично позвал Тэра на праздник, прозрачно намекнув, что и Лу-Си-Анна там будет. А что другой мир, так не сидеть же в одном мире, когда до совершеннолетия всего восемьдесят два года осталось. Координаты подкинул, подмигнул с хитрецой и исчез. А Тэр сдуру… хм, от большой любви решил принять приглашение. Но то ли что-то не то было с координатами, то ли с самим Тэром, только очутился он в центре огромной пентограммы, составленной из ярких сверкающих звезд. Поначалу Ан-Тэйри не разобрался – может, все так и задумано, и он прибыл по адресу, а потом уходить было уже поздно.
Тэр грустно улыбнулся, припоминая свои страдания, а губы сами собой растянулись в ехидной ухмылке. Как истинный поэт, Ан-Тэйри воспел свои похождения в песне, мелодию для которой юный демон подслушал на той же Земле. Она, кажется, называлась «Там вдали за рекой». Но это было не важно, куда интереснее был тот факт, что песню подхватили (не зная, кто же ее автор и непосредственный участник), а мелкая нечисть умудрилась подловить Гира на слове и заставить пройти через тоже самое. Для спектакля, разумеется, но сердце Тэра тем не менее торжествующе пело. И тогда, и сейчас вслед за всплывающей в голове мелодией:
Юный демон однажды на Землю попал,
Он о новых мечтал впечатленьях;
Вот открылся портал - и немаленький зал
Визитер оглядел с удивленьем.
А когда осмотрелся, то вдруг загрустил:
Здесь сверкали во множестве звезды,
Значит, как ни крути, а ему не уйти, -
Пентаграммы ведь - это серьезно!
«Что же делать?» - решал юный демон вопрос, -
«Может, деревом стать незаметным?
Станет шишкою нос, а несчастный мой хвост
Притворится обычною веткой!
Только жаль - шевельнуться тогда не моги...»
Юный демон - зеленый, колючий, -
Вдруг услышал шаги... Может, это враги?
И решил он, что елкой быть лучше.
Дверь открылась с пугающим скрипом, и вот:
«Кто здесь елку поставил до срока?» -
Крик раздался. – «Вот черт! Впрочем, время не ждет,
Да и нам же поменьше мороки!»
Демон чуть не решил, что пора убегать,
Когда стали на шею и руки
По одной надевать, на ветвях закреплять
Кто гирлянды, а кто и игрушки.
Юный демон едва не сорвался на рык,
Но от новой догадки застыл он:
Вот пойди, разбери, может это - дары?
Амулеты неведомой Силы?
Он сдержаться решил, он молчал и тогда,
Когда дети собрались у «елки», -
Ведь одна никогда не приходит беда, -
Уже тянутся руки к иголкам!
Юный демон решил: «Раз терпеть, то терпеть!
Умирать - так безмолвно и гордо!»
Только медлила смерть, - детки начали петь
Про Пришествие Нового Года!
Ну, а «Елка» стоял, продолжал наблюдать
И оценивать степень угрозы:
Дети стали кричать (а быть может, камлать), -
Звать какого-то Деда Мороза!
Ветки коротки были, чтоб уши закрыть:
Демон чуть не оглох безвозвратно,
А на страшный на крик вдруг явился старик
С бородой подозрительно-ватной.
Бедный «Елка» собрался, все мышцы напряг,
Приготовился к битве неравной:
Борода - это знак, что старик тот был маг,
Тот, что здесь начертал пентаграммы!
Юный демон решил: «Мой единственный шанс -
Попытаться прочесть его мысли!
Все, что хочешь сейчас, я исполню на раз...».
...Бородатый мечтал похмелиться!
Он при этом на елку совсем не смотрел,
Детям он объяснял между делом,
Что на зов прилетел, бросив тысячу дел,
А Снегурочка - ик! - заболела!
Трижды по полу посохом маг постучал,
Дети стали водить хороводы;
Бородач чуть стоял, он в сторонку дышал,
Хрипловато шепча: «С Новым Годом!»
Только Светлые Маги, что ни говори,
Многократно коварнее Черных:
Был пароль: «Раз, два, три!», отзыв: «Елка, гори!»,
И восторгом пылавшие взоры!
Юный демон Души ни одной не сгубил,
Не успел совершить преступлений;
Он губу закусил, а иначе б спросил,
Ну, за что ж ему - самосожженье?
И бедняга от ужаса к полу прирос,
Размышляя о подлости Светлых...
...У него от волненья подрагивал хвост,
Слава Бездне, не слишком заметно!
«Нужно срочно бежать, вот бы знать еще, как? -
Не домой, так... хотя б в Нидерланды!»
...Трижды посохом стукнул таинственный маг
Демон вспыхнул... огнями гирлянды!
Дед Мороз, покряхтев, развязал свой мешок,
Стали детки кричать без умолку:
Каждый что-то нашел, стало всем хорошо,
И тихонечко плакала елка!
...А когда в небесах уже звезды зажглись,
Те, которые не пентаграммы,
(Старый маг с детворою давно разошлись),
Демон стал собираться обратно.
В этом мире ему оставаться нельзя,
С пентаграммами - Сила поможет
Маг ведь явно был пьян - в его чарах изъян
Юный демон отыщет, он сможет!
Облик свой не меняя, он с места шагнул,
Осторожно прошелся по залу...
Сторож в дверь заглянул - и чертей помянул:
«Что же деется? Елка сбежала!»
Тот же час помянул он граненый стакан
И зачем-то - горячую белку:
То ли сторож - гурман, то ли это обман,
Ведь зверек-то невкусный и мелкий!
Юный демон застыл, поумерив свой пыл,
Проклиная судьбу и невзгоды,
А потом с полчаса сторож живописал,
Как же весело здесь в Новогодье!
Юный демон ошибку свою осознал:
Эти звезды - они без подвоха;
Мысли в кучку собрал, а в итоге - признал,
Что он время провел здесь неплохо.
С возвращеньем вот только слегка затянул,
Но теперь-то уж самое время!
Он портал распахнул, сторож только моргнул,
А потом закричал: 'Ограбленье!'.
Юный демон вернулся, но только теперь
Исчезает из дома надолго:
Каждый год, верь - не верь, где-то пару недель
На Земле он работает ЕЛКОЙ!
Последние слова он, кажется, пропел вслух, вызвав недовольство Рейс. Про Снегурочку, которую схватили злые разбойники, она слушать тоже не пожелала, велев заткнуться. Ан-Тэйри и заткнулся. Ему было нужно время, чтобы обдумать ситуацию. Похоже, он и впрямь угодил в самый разгар праздника. Поднаторев в земных традициях, Тэр заметил явные совпадения – миры-то, конечно, разные, а вот обычаи одинаковые. Елка, то бишь столб на месте. Снегурочка тоже, хотя на Земле ее так не пачкали, да и мешок на голову не цепляли. А вот наряд похож – голубое платье, шубка. И косища точь-в-точь, как у Снегурки с прошлого года. Аленушка ее, кажется, звали. Тэр ей тогда, после праздника, стихи читал, а Аленка очень удивлялась – никого вокруг, кроме елки, а стихи звучат. Все сотовый какой-то искала, микрофон спрятанный. А Тэр хихикал.
Здесь тоже намечалось что-то веселое. И разбойнички-то какие натуральные. А вот елку могли бы и попушистее выбрать! Но раз уж елка здесь уже есть, выходит, ему, Тэру отведена совсем другая роль.
Ан-Тэйри так увлекся, что не замечал ничего вокруг. Очнулся от чувствительного тычка в спину.
- Счастливо оставаться, парень! – усмехнулась Рейс. – Больше не теряйся!
Тысяча святых праведников! Она что, совсем рехнулась – в церковь его притащила!
- Стой! Ты куда? – рявкнул он. – А это кто?
- Культ твой.
Какой в бездну Рувала культ? Темному богу в обычной церкви?!
И дураку же ясно – отдельный культ должен быть. И церковь своя собственная.
ГЛАВА 3. Лист третий. Грандиозное похищение
А вот теперь Тэр, пожалуй, обиделся. Мало того, что эта наглая девка его бросила самым бессовестным образом, так еще и церковников каких-то натравила. Отбиться от этих фанатиков удалось далеко не сразу, две, а может, и три пламенные речи Тэр таки выслушал. Ну, как выслушал – смотрел внимательно, глубокомысленно хмурил брови и думал о своем. Вернее, о своей. Бывшей попутчице. Даже оду передумал ей писать (тем более, что последняя так и не сочинилась), решив, что с Рейс и песни достаточно. Слышал он как-то на Земле нечто похожее. А что не вспомнил, то сам выдумал. Не хуже оригинала вышло. А может, даже лучше. Конечно, в мелодию не всегда попадает, но зато от всей души…
Бедный Тэр ни ест, ни спит,
За лошадкою бежит.
Говорит, что нет ужасней
И наглее девушки, что на ней сидит.
Посмотрел Тэр на неё,
Ну ведь нет же ничего,
Про себя отметил...
У неё глаза -
Два бриллианта в три карата,
У одной свиньи
Видел он точь-в-точь, ребята.
Губки у неё -
Створки две в воротах рая,
Стоит их открыть
Вылетает хрень такая.
Первый день они вдвоём,
А еще с ее песцом,
Говорят, что нет полнее
Того песца, что вслед идет.
И эта дура хороша,
Не поймет ведь ни шиша,
А то б он ей ответил...
У неё ж ума -
Горсть всего, а не палата,
Если не сбежать,
Тэр сойдет с ума, ребята.
Заставлять стучать
Демона в ворота рая,
Это ж, вообще,
Это ж просто чушь какая!
На последних аккордах песни, Тэр не выдержал и рассмеялся вслух. Громко и злорадно. За что едва не отхватил столь же злобный удар посоха по голове. Оказывается, когда тебе вдохновенно рассказывают о богах, смеяться нельзя, да и рожи мерзкие корчить…
Что там еще нельзя, Ан-Тэйри так и не узнал, потому как ловко затерялся в толпе, решив на волне вдохновения воплотить в жизнь их праздничный сценарий. То бишь, спасти от «злых сил» невинную Снегурочку. Вот только наряд подходящий найдет, чтобы как на Земле было. Эх, все-таки некоторые миры бывают заразны. Будто вирус. Но зато как весело.
Но если уж выбирать роль, то на этот раз главную. А вот и красная шуба для Деда Мороза почти бесхозная висит. Да и шапка у того парня подходящая - белая, только почему-то все лицо закрывает (лишь для глаз прорези оставлены). Интересно, а не он ли в местном сценарии Деда Мороза отыгрывает? И зачем ему тогда топор? Или это только на Земле посохи, а тут топоры? Ой, а ведь здесь и посох есть. У того идиота – церковника!
Парень в красном халате и белой шапке с дырками, картинно закинув топор на плечо, прогуливался вокруг столба-елочки с привязанной к нему Снегурочкой. «Злые силы» стояли неподалеку и снисходительно смотрели на злобствующую толпу, кидающую в девушку гнилые яблоки. Это слегка удивило Ан-Тэйри, но, сообразив, что зрители наверняка заколдованы, парень приступил к основному действу. Раздобыть костюм Деда Мороза оказалось не так-то просто. Актер, как назло, ни на шаг не отходил от столба… тьфу ты, елки. Пришлось применить, как говорят на Земле, стратегическую хитрость. А попросту наслать на парня с топором простенькое слабительное заклинание.
Заклинание-то, может, и простенькое и силы почти не требует, но переполоху устроило, словно демон им тут огненную цепь на пару с водоворотом ужаса запустил. Первыми на него, как ни странно, отреагировали парни в черном, потянули носом, выискивая добычу, будто заправские гончие, бросились сквозь толпу, то и дело поглядывая на черные браслеты у себя на правой руке. Ан-Тэйри на всякий случай прикрылся, полностью блокируя свою силу и демонические отражения в ауре. Но внимание одного из черных все же привлек – дурацким свитером. Вдоволь потешившись за чужой счет и едва не померев со смеху (а уж рожа у него была точь-в-точь, как у демона на вышивке), парень отправился дальше, дружески хлопнув настоящего демона по плечу:
- Хвалю! Защита что надо!
Ан-Тэйри выдавил из себя кислую улыбку, чем развеселил «силы тьмы» еще больше. Парень с топором среагировал на заклинание чуть позже, но куда зрелищнее – замер, выпучив глаза, зачем-то прижал свой топор к заднице, взвизгнул и ломанулся куда-то в подворотню. Собственно, именно это Тэру и было нужно. Тюкнув его по голове заранее спертым у забывчивого церковника посохом, Ан-Тэйри снял с парня красный халат, шапку. Ну, и топор зачем-то прихватил.
Когда же новый Дед Мороз, старательно прячущий демонскую морду на груди (халат оказался чуток узковат в плечах), подошел к Снегурочке и попытался ее развязать, девица развизжалась так, что яблококидатели заулюлюкали от восторга.
- Молчи, дура, - по сценарию шепнул ей Тэр, - это же я, твой дедушка!
- Чего? – полузадушено промычала пленница.
- Куда? – громогласно взвыла толпа, не желая расставаться с бесплатной игрушкой.
- В холодный зимний лес! – нагло заявил Тэр, прикрывая распахнувшийся халат и демонскую морду Снегурочкой. – Там ее зайчики ждут, волчишки.
- Волчишки – это хорошо! – обрадовалась толпа. – Так ей и надо ведьме.
Пока не вернулись «силы тьмы» и побитый Дед Мороз, Тэр ухватил девицу за руку и, толкая перед собой, повел прочь с площади. Благо совсем рядом шумел рынок, а на его задворках начинались какие-то трущобы – то ли склады, то ли сараи. Толпа заколдованных, словно пришитая, плелась следом за главными героями. И Тэру пришлось, закинув Снегурочку на плечо, броситься бежать, плутая между складами. Когда преследователи немного подотстали, демон легко взвился вверх и, устроившись на крыше самого высокого склада за широкой каменной трубой, перевел дух. Но не тут-то было. Снимать со Снегурочки мешок явно не стоило.
Девица открыла рот, и Тэр приготовился к самому худшему. Девицы – они же всегда визжат. Натура у них такая. Зажимать ей рот собственной ничем не защищенной ладонью Ан-Тэйри не рискнул: девицы в этом случае обычно кусаются. Уже были прецеденты. Да и удирать от разъяренной толпы по крышам, да еще и с брыкающейся девчонкой на плече куда как веселее. Но реальность превзошла все его даже самые ужасные кошмары.
