Тридцать прожитых лет — это много или мало? Дрейк или Змей, как звали его сослуживцы, не без основания полагал, что безумно мало. Так что же, он позволит шайке властных негодяев вот так просто взять и прервать его жизненный путь?!
«Нет, дорогие мои, — подумал он, — я ещё поживу, побезобразничаю».
Около четырёх с половиной часов тому назад.
Новый рабочий день у Дрейка наступил неожиданно. Или ночь? Этого он не знал наверняка. Несколько секунд назад ему отдали по служебному каналу связи приказ, и он обязан был реагировать. У людей его профессии выбор ограничен: или выполняй задание, или катись ко всем чертям. Разнорабочие на станции всегда требуются.
— Уберёшь мусор с дороги. Координаты я передал на твой бортовой компьютер, — властным голосом заявил начальник. Он откашлялся и уточнил приказ: — Сразу уничтожишь.
«Очень надеюсь, что сегодня обойдётся без приключений», — Дрейк обречённо вздохнул. В последнее время большинство заданий никоим образом не соответствовали его служебным обязанностям. Текущий приказ — из этой серии. Тут он вспомнил, что у коммунальных и дорожных служб идёт бессрочная забастовка, и успокоился. — А с другой стороны, жалование мне всё равно исправно платят, и какой тогда смысл роптать? К тому же голова целее будет».
Приключения в последнее время Дрейк перестал любить: они ему жутко надоели своей ничтожностью и однообразием. Вот в молодости Дрейк ими просто грезил! В школе, а затем в Академии Звёздного флота. Большой космос, колонизация новых планет, битвы, в которых он — смелый и удачливый пилот или капитан крейсера. Мечты, мечты.
Мечта детства должна была сбыться у него десять лет назад, когда Дрейк окончил академию. Но он опоздал. Эпохальные события не дождались того момента, когда он будет к ним готов. Места в Большом флоте ему тоже не нашлось, да и на что мог рассчитывать сирота без связей? К тому же с некоторых пор всё в мире изменилось, он обрёл шаткую устойчивость. Альянс независимых планет окреп и активно оборонялся, а внеземные колонии перестали огрызаться в ответ на непомерные поборы Метрополии. Подытоживая вышесказанное, в служебной жизни Дрейка остались лишь происшествия и заварушки; их было много, но казались они ему какими-то мелкими и утомительными — эти погони за контрабандистами и прочими нарушителями закона, старающимися скрыться от возмездия. И самое любопытное в этом деле то, что приключения как будто специально его находили. Впрочем, это уже мистика, никоим образом не связанная с его должностными обязанностями.
«Докатился. Мусорщик!» — от бессилия Дрейку безумно захотелось выругаться, что он и сделал, только вслух.
На самом деле его профессия называлась несколько иначе: полицейский или спейскоп, так как служил он вдали от Земли, в давно освоенном секторе родной галактики, на межзвёздной космической станции. Описывать её подробно — форпост земной цивилизации — нет нужды. Они похожи повсюду как близнецы: груда рябого некрашеного железа снаружи и тусклый пластик внутри. Теснота и вонь от нестираного белья, отдушек и перегара.
Однако отвлеклись. Мельком взглянув на часы, Дрейк вскочил с узкой металлической койки. Чем хороши четырёхметровые апартаменты? Тем, что всё под рукой: кровать, тумбочка, которая одновременно служит столом, шкаф со сменной обувью, стул и небольшой холодильник, забитый отвратительными протеиновыми вкусняшками и пивом. На стене — неработающий монитор. Душа, умывальника и туалета нет, но это даже плюс: не надо тратиться на дорогущую воду. Для кого, спрашивается, строили места общего пользования?
Дрейк протёр влажной салфеткой лицо и руки, без аппетита сжевал энергетический батончик и запил его горячим суррогатным кофе из термоса. Служба службой, а кушать хочется всегда, даже такую вредную хрень, как эти снеки для перекуса с большим количеством сахара и насыщенных жирных кислот. Можно было, конечно, съесть саморазогревающуюся лапшу с сосиской из сои, но времени уже не было. На всё про всё у него ушло три минуты, и пора было выдвигаться. Бросив в зев утилизатора пластиковый стаканчик и упаковку от батончика, он выбрался из своего служебного жилища. Бриться не стал — не на свиданку же с местными красотками он собрался! Хотя чего там таить: в любое время его ждали прелестные девы в надежде завести семью, и это с его-то скудным заработком! Да уж, на станции давно царила полная безнадёга.
Быстрым шагом Дрейк преодолел двести метров гулкого и малолюдного коридора. По пути он поприветствовал знакомого техника и хотел с ним поговорить: доволен ли тот своей работой, и пожаловаться на свою, но время уже поджимало. Вот и гараж. Автоматическая проверка личности на входе, и через минуту Дрейк в двухместном патрульном звездолёте. Вы должны знать такие — нечто среднее между шаттлом, истребителем и перехватчиком. Предпоследняя модель с приличной скоростью в ноль девять световых, специально выпускаемая для таких же, как он, неудачников, страдающих после регулярных полётов мышечной атрофией, остеопорозом и другими спутниками невесомости. Минимум брони для повышения манёвренности, без систем сложного жизнеобеспечения, зато есть защита от радиации и мощная пушка, придающая полицейским хоть толику уверенности в завтрашнем дне. Слава Великому аттрактору, что Дрейк вышеперечисленными недугами ещё не страдал, а пушку всегда держал в полной боевой готовности.
В тесной рубке корабля его уже дожидался напарник — андроид, который прямо здесь и ночевал. Подзаряжался, конечно, сон ему не требовался по определению. Среднего роста, со строгим человеческим лицом из пластика и без единого кусочка органики как снаружи, так и внутри. Сплошные металл, маслопроводы, электрические провода и микроэлектроника. А вы уже успели подумать, что патрульный звездолёт бороздит беспокойные просторы космоса с одним человеком в своём чреве? Ошибаетесь, ибо Устав патрульно-постовой службы гласит, что стражей порядка должно быть как минимум двое: человек и ещё один, причём неважно кто — бедолага, которому спокойная жизнь не мила, или андроид. С напарниками Дрейку не везло: несколько синтетических организмов за десять лет службы он уже потерял по причине своих рискованных поступков. Что поделаешь, риск в его профессии иногда требует жертв, но вот люди — его коллеги-полицейские были иного мнения и наотрез отказывались идти в сотоварищи к этому безбашенному офицеру, потому как короткая служба у них в этом случае получится.
Текущий андроид был у Дрейка четвёртым — именно так он его и величал, игнорируя официальное имя. Что можно сказать о Четвёртом? Только хорошее. Юмора ноль, но вот исполнительность и чувство долга — на все сто. И память, конечно. Научились в последнее время андроидов делать, ведь именно эти качества требуются полицейскому при исполнении. Вершитель закона всегда должен быть уверен, что в трудный момент напарник не будет обсуждать его команды и шутить, потому как суровый и бездушный космос шуток не любит.
Три часа полётного времени пробежали для Дрейка совершенно незаметно: он крепко спал. За него нёс службу Четвёртый, разбудив командира лишь в нужном квадрате.
Космический мусор они обнаружили там почти сразу. Банальный случай: корабль был мёртв, двигатели его не работали, и летел он сейчас к одной ему известной цели только благодаря инерции. Иногда так случается: шальной космический камешек размером с теннисный мяч дырявит насквозь оба борта, и экипаж в спешке покидает своё судно. Кто как, но чаще всего их уже не встречают в кабаке на станции. Здесь именно такой случай. Когда-то стройный и красивый силуэт корабля серебристого цвета портили многочисленные следы от незапланированных встреч с небесными телами.
Андроид выровнял скорости двух кораблей, и сейчас они летели рядышком. Первичное сканирование находки показало, что защитного поля вокруг судна нет, живой органики и воздуха внутри тоже.
— Какие будут приказания, капитан? — бесстрастным голосом поинтересовался Четвёртый.
Выбор был невелик. Первый вариант — согласно приказу, сразу распылить. Не дело, когда на трассе болтается бесхозное железо, и абсолютно неважно, что дорога второстепенная. Авария — это ведь непредсказуемое явление, от всего на свете не убережёшься.
Второй вариант предусматривал предварительный осмотр транспортного средства снаружи и изнутри с последующим составлением протокола и, скорее всего, также уничтожение.
Третий вариант, а вот это уже приключения, которые, как вы помните, всегда преследовали Дрейка.
Любопытство взяло верх, и Дрейк выбрал второй, напрочь забыв о последствиях своего вроде бы безобидного поступка, где главную роль играет вовсе не голова.
«Хоть какое-то развлечение после трёхчасового полёта», — подумал он и спросил у Четвёртого:
— Определился, что это за хлам?
— Так точно. Корабль J6-2201-100G типа «Серебряная пуля». Запущен с Земли…
— Постой, дай я сам расшифрую. Направление — Европа, шестой спутник Юпитера; изготовлен в 2201 году. 100G? Что такое 100G?
— Крейсерская скорость. Он на ядерной тяге. Раньше делали такие тихоходы.
Дрейк попытался прикинуть его скорость, но бросил. Бог с ним, главное, что летит он уже без малого триста лет. Тогда какая на хрен органика внутри!
Он задумался. События трёхсотлетней давности вихрем промчались в голове. Их там оказалось немного, и самое яркое из всех — начало Великого Хаоса.
— Раритет, — выдавил он из себя. — Вот что я подумал: а давай-ка мы с тобой внутрь заглянем. Вскрыть его можешь?
— Легко, — тут же ответил Четвёртый и начал рыться в своём личном архиве, что находился на самом дне его электронной памяти. Приказы Дрейка имели для него высший приоритет.
Чертежи старинных кораблей он вскоре нашёл, а это уже половина дела.
— Да, выключи на время внешний видеорегистратор, — вспомнил Дрейк строгий приказ руководства: уничтожить корабль сразу по обнаружению. Камеры внутри судна он обесточивал перед каждым своим вылетом. Их потом чинили, ругались, грозили, а он опять их ломал. Не любил Дрейк назойливого внимания к своей персоне. Что он, шоумен что ли или затейник какой!
Потребовалось ещё немного времени, и механический метод проникновения внутрь корабля был найден. Очень уж не хотелось Дрейку применять плазменный или атомарный резаки. Лень, да и возиться долго. Можно было, конечно, избрать иной способ, стопроцентный — подзарядить аккумуляторы системы управления кораблём, но реализация данного способа заняла бы массу времени. К тому же, судя по разрушениям корпуса, автоматика на заброшке, скорее всего, повреждена.
Не теряя понапрасну времени, Дрейк надел скафандр, и вскоре полицейские оказались внутри. Отмычки и смекалка не подвели. Темно. Оно и понятно, электричества же нет. Откуда ему здесь взяться через триста лет после старта: квазичастицы электрического заряда давно закончились и не бегают, как прежде, по проводам. Внутри пусто и чисто, почти идеальный порядок, если не обращать внимания на рваные края дырок в корпусе. Включив свои фонари поярче, гости прямиком направились в командную рубку. По пути им не встретилось даже мумифицированных останков смелых космических работяг, и вскоре они поняли причину.
Корабль управлялся автопилотом.
— Почтовая служба, — доложил Четвёртый, прочитав гравировку на пульте управления судном, и назвал его пятизначный регистрационный номер.
Подумал немного и добавил:
— Три века назад это было самое быстроходное и надёжное транспортное средство.
— Надёжное?! Тогда какого дьявола корабль находится здесь, за десятки световых лет от Земли, а не ржавеет на спутнике Юпитера, куда он направлялся? Автопилот промахнулся? Но в то время траекторию полёта всегда корректировали дистанционно. Я это проходил в академии.
Четвёртому возразить было нечего, и он предпочёл промолчать.
Напомню, что корабль ждала незавидная участь быть уничтоженным, ибо приказ начальства — это святая обязанность каждого подчинённого, но тем не менее! Короче говоря, полицейские направились в трюм — багажное отделение, в котором, как известно, перевозят самые ценные грузы. Не пропадать же добру.
В глубине души Дрейк надеялся раздобыть на корабле хоть что-нибудь ценное, что позволило бы ему по возвращении пополнить свой скудный бюджет. В этом мире он был один. Отца Дрейк не помнил — и был ли он вообще? Его мама умерла пятнадцать лет назад, пожелав ему напоследок светлого будущего и оставив немного денег, чтобы он его себе устроил. Где? На Земле? С её экологией, безвозвратно разрушаемой веками?! Нет, сказал себе тогда Дрейк, на этой планете-заводе он жить не собирается, и поступил учиться на пилота. Мечтал покорять космос…
Однако вернёмся к текущему моменту. Вопреки надеждам Дрейка на богатую добычу, трюм оказался пуст.
— Странно, — почти одновременно сказали человек и андроид. Гонять порожняк в любые времена считалось верхом расточительства.
Для очистки совести Дрейк заглянул в капитанскую каюту, предусмотренную для этой серии кораблей. Заглянул на всякий случай, чтобы потом не жалеть, что не сделал этого. Здесь его ждал сюрприз: небольшой герметично закрытый металлический ящик с кодовым замком и непонятным содержимым, поскольку определить вес предмета в невесомости практически невозможно. «На безрыбье и рак рыба», — решил он, преодолел сопротивление магнитных присосок и захватил ящик с собой, чтобы вскрыть его в нормальных условиях. Тем более что открывать секретные замки в неуклюжих защитных перчатках — тот ещё квест.
— Облом, — с досадой произнёс Дрейк, скидывая в звездолёте скафандр. Найти что-то путное внутри своей находки он не надеялся: в условиях искусственной гравитации ящик оказался лёгким. — Включай видеорегистратор. Работаем.
Чем хорош смышлёный напарник? Тем, что он понимает тебя с полуслова. Патрульный звездолёт, управляемый твёрдой нечеловеческой рукой, удалился на безопасное расстояние и произвёл точный выстрел из штатного молекулярного дезинтегратора. Узконаправленного потока субъядерных частиц средней мощности оказалось вполне достаточно, чтобы разорвать ядерные связи в атомах некогда гордой «Серебряной пули», вследствие чего те неторопливо разлетелись.
Задание было выполнено, и Четвёртый начал строчить на компьютере отчёт. Плёвое дело, и через минуту информация о проделанной экипажем работе была отправлена руководству. Ещё секунда — и отчёт прочтёт, если захочет, начальник Дрейка. Никакой фантастики, а всего лишь новая служебная связь силовых органов, работающая на основе квантовой запутанности: когда чихнул в одном месте, а тебе уже сказали «будь здоров» с другого конца галактики.
«Жаль, что такие фокусы пока не проходят с физическими объектами», — Дрейк тяжело вздохнул и приступил к изучению своего трофея. Надежда на солидный куш ещё теплилась в его душе.
Замок он вскрыл без особого труда, сказались опыт и технические прибамбасы. Бумаги, кипы бумаг и только. Никаких упаковок с изотопами калифорния, осмия или другими дорогущими редкоземельными металлами там не оказалось, только бумаги с рукописными текстами на английском языке.
Первой реакцией Дрейка было недоумение. Вслед за ним последовало замысловатое ругательство, вырвавшееся помимо его воли. Ко всему прочему он устал, и очень захотелось чем-нибудь заполнить желудок, чтобы заглушить громкие звуки, доносящиеся оттуда. Дрейк вспомнил о спасительных батончиках и постучал ладонями по карманам комбинезона. Пусто. Забыл.
«Нет, дорогие мои, — подумал он, — я ещё поживу, побезобразничаю».
Около четырёх с половиной часов тому назад.
Новый рабочий день у Дрейка наступил неожиданно. Или ночь? Этого он не знал наверняка. Несколько секунд назад ему отдали по служебному каналу связи приказ, и он обязан был реагировать. У людей его профессии выбор ограничен: или выполняй задание, или катись ко всем чертям. Разнорабочие на станции всегда требуются.
— Уберёшь мусор с дороги. Координаты я передал на твой бортовой компьютер, — властным голосом заявил начальник. Он откашлялся и уточнил приказ: — Сразу уничтожишь.
«Очень надеюсь, что сегодня обойдётся без приключений», — Дрейк обречённо вздохнул. В последнее время большинство заданий никоим образом не соответствовали его служебным обязанностям. Текущий приказ — из этой серии. Тут он вспомнил, что у коммунальных и дорожных служб идёт бессрочная забастовка, и успокоился. — А с другой стороны, жалование мне всё равно исправно платят, и какой тогда смысл роптать? К тому же голова целее будет».
Приключения в последнее время Дрейк перестал любить: они ему жутко надоели своей ничтожностью и однообразием. Вот в молодости Дрейк ими просто грезил! В школе, а затем в Академии Звёздного флота. Большой космос, колонизация новых планет, битвы, в которых он — смелый и удачливый пилот или капитан крейсера. Мечты, мечты.
Мечта детства должна была сбыться у него десять лет назад, когда Дрейк окончил академию. Но он опоздал. Эпохальные события не дождались того момента, когда он будет к ним готов. Места в Большом флоте ему тоже не нашлось, да и на что мог рассчитывать сирота без связей? К тому же с некоторых пор всё в мире изменилось, он обрёл шаткую устойчивость. Альянс независимых планет окреп и активно оборонялся, а внеземные колонии перестали огрызаться в ответ на непомерные поборы Метрополии. Подытоживая вышесказанное, в служебной жизни Дрейка остались лишь происшествия и заварушки; их было много, но казались они ему какими-то мелкими и утомительными — эти погони за контрабандистами и прочими нарушителями закона, старающимися скрыться от возмездия. И самое любопытное в этом деле то, что приключения как будто специально его находили. Впрочем, это уже мистика, никоим образом не связанная с его должностными обязанностями.
«Докатился. Мусорщик!» — от бессилия Дрейку безумно захотелось выругаться, что он и сделал, только вслух.
На самом деле его профессия называлась несколько иначе: полицейский или спейскоп, так как служил он вдали от Земли, в давно освоенном секторе родной галактики, на межзвёздной космической станции. Описывать её подробно — форпост земной цивилизации — нет нужды. Они похожи повсюду как близнецы: груда рябого некрашеного железа снаружи и тусклый пластик внутри. Теснота и вонь от нестираного белья, отдушек и перегара.
Однако отвлеклись. Мельком взглянув на часы, Дрейк вскочил с узкой металлической койки. Чем хороши четырёхметровые апартаменты? Тем, что всё под рукой: кровать, тумбочка, которая одновременно служит столом, шкаф со сменной обувью, стул и небольшой холодильник, забитый отвратительными протеиновыми вкусняшками и пивом. На стене — неработающий монитор. Душа, умывальника и туалета нет, но это даже плюс: не надо тратиться на дорогущую воду. Для кого, спрашивается, строили места общего пользования?
Дрейк протёр влажной салфеткой лицо и руки, без аппетита сжевал энергетический батончик и запил его горячим суррогатным кофе из термоса. Служба службой, а кушать хочется всегда, даже такую вредную хрень, как эти снеки для перекуса с большим количеством сахара и насыщенных жирных кислот. Можно было, конечно, съесть саморазогревающуюся лапшу с сосиской из сои, но времени уже не было. На всё про всё у него ушло три минуты, и пора было выдвигаться. Бросив в зев утилизатора пластиковый стаканчик и упаковку от батончика, он выбрался из своего служебного жилища. Бриться не стал — не на свиданку же с местными красотками он собрался! Хотя чего там таить: в любое время его ждали прелестные девы в надежде завести семью, и это с его-то скудным заработком! Да уж, на станции давно царила полная безнадёга.
Быстрым шагом Дрейк преодолел двести метров гулкого и малолюдного коридора. По пути он поприветствовал знакомого техника и хотел с ним поговорить: доволен ли тот своей работой, и пожаловаться на свою, но время уже поджимало. Вот и гараж. Автоматическая проверка личности на входе, и через минуту Дрейк в двухместном патрульном звездолёте. Вы должны знать такие — нечто среднее между шаттлом, истребителем и перехватчиком. Предпоследняя модель с приличной скоростью в ноль девять световых, специально выпускаемая для таких же, как он, неудачников, страдающих после регулярных полётов мышечной атрофией, остеопорозом и другими спутниками невесомости. Минимум брони для повышения манёвренности, без систем сложного жизнеобеспечения, зато есть защита от радиации и мощная пушка, придающая полицейским хоть толику уверенности в завтрашнем дне. Слава Великому аттрактору, что Дрейк вышеперечисленными недугами ещё не страдал, а пушку всегда держал в полной боевой готовности.
В тесной рубке корабля его уже дожидался напарник — андроид, который прямо здесь и ночевал. Подзаряжался, конечно, сон ему не требовался по определению. Среднего роста, со строгим человеческим лицом из пластика и без единого кусочка органики как снаружи, так и внутри. Сплошные металл, маслопроводы, электрические провода и микроэлектроника. А вы уже успели подумать, что патрульный звездолёт бороздит беспокойные просторы космоса с одним человеком в своём чреве? Ошибаетесь, ибо Устав патрульно-постовой службы гласит, что стражей порядка должно быть как минимум двое: человек и ещё один, причём неважно кто — бедолага, которому спокойная жизнь не мила, или андроид. С напарниками Дрейку не везло: несколько синтетических организмов за десять лет службы он уже потерял по причине своих рискованных поступков. Что поделаешь, риск в его профессии иногда требует жертв, но вот люди — его коллеги-полицейские были иного мнения и наотрез отказывались идти в сотоварищи к этому безбашенному офицеру, потому как короткая служба у них в этом случае получится.
Текущий андроид был у Дрейка четвёртым — именно так он его и величал, игнорируя официальное имя. Что можно сказать о Четвёртом? Только хорошее. Юмора ноль, но вот исполнительность и чувство долга — на все сто. И память, конечно. Научились в последнее время андроидов делать, ведь именно эти качества требуются полицейскому при исполнении. Вершитель закона всегда должен быть уверен, что в трудный момент напарник не будет обсуждать его команды и шутить, потому как суровый и бездушный космос шуток не любит.
***
Три часа полётного времени пробежали для Дрейка совершенно незаметно: он крепко спал. За него нёс службу Четвёртый, разбудив командира лишь в нужном квадрате.
Космический мусор они обнаружили там почти сразу. Банальный случай: корабль был мёртв, двигатели его не работали, и летел он сейчас к одной ему известной цели только благодаря инерции. Иногда так случается: шальной космический камешек размером с теннисный мяч дырявит насквозь оба борта, и экипаж в спешке покидает своё судно. Кто как, но чаще всего их уже не встречают в кабаке на станции. Здесь именно такой случай. Когда-то стройный и красивый силуэт корабля серебристого цвета портили многочисленные следы от незапланированных встреч с небесными телами.
Андроид выровнял скорости двух кораблей, и сейчас они летели рядышком. Первичное сканирование находки показало, что защитного поля вокруг судна нет, живой органики и воздуха внутри тоже.
— Какие будут приказания, капитан? — бесстрастным голосом поинтересовался Четвёртый.
Выбор был невелик. Первый вариант — согласно приказу, сразу распылить. Не дело, когда на трассе болтается бесхозное железо, и абсолютно неважно, что дорога второстепенная. Авария — это ведь непредсказуемое явление, от всего на свете не убережёшься.
Второй вариант предусматривал предварительный осмотр транспортного средства снаружи и изнутри с последующим составлением протокола и, скорее всего, также уничтожение.
Третий вариант, а вот это уже приключения, которые, как вы помните, всегда преследовали Дрейка.
Любопытство взяло верх, и Дрейк выбрал второй, напрочь забыв о последствиях своего вроде бы безобидного поступка, где главную роль играет вовсе не голова.
«Хоть какое-то развлечение после трёхчасового полёта», — подумал он и спросил у Четвёртого:
— Определился, что это за хлам?
— Так точно. Корабль J6-2201-100G типа «Серебряная пуля». Запущен с Земли…
— Постой, дай я сам расшифрую. Направление — Европа, шестой спутник Юпитера; изготовлен в 2201 году. 100G? Что такое 100G?
— Крейсерская скорость. Он на ядерной тяге. Раньше делали такие тихоходы.
Дрейк попытался прикинуть его скорость, но бросил. Бог с ним, главное, что летит он уже без малого триста лет. Тогда какая на хрен органика внутри!
Он задумался. События трёхсотлетней давности вихрем промчались в голове. Их там оказалось немного, и самое яркое из всех — начало Великого Хаоса.
— Раритет, — выдавил он из себя. — Вот что я подумал: а давай-ка мы с тобой внутрь заглянем. Вскрыть его можешь?
— Легко, — тут же ответил Четвёртый и начал рыться в своём личном архиве, что находился на самом дне его электронной памяти. Приказы Дрейка имели для него высший приоритет.
Чертежи старинных кораблей он вскоре нашёл, а это уже половина дела.
— Да, выключи на время внешний видеорегистратор, — вспомнил Дрейк строгий приказ руководства: уничтожить корабль сразу по обнаружению. Камеры внутри судна он обесточивал перед каждым своим вылетом. Их потом чинили, ругались, грозили, а он опять их ломал. Не любил Дрейк назойливого внимания к своей персоне. Что он, шоумен что ли или затейник какой!
Потребовалось ещё немного времени, и механический метод проникновения внутрь корабля был найден. Очень уж не хотелось Дрейку применять плазменный или атомарный резаки. Лень, да и возиться долго. Можно было, конечно, избрать иной способ, стопроцентный — подзарядить аккумуляторы системы управления кораблём, но реализация данного способа заняла бы массу времени. К тому же, судя по разрушениям корпуса, автоматика на заброшке, скорее всего, повреждена.
Не теряя понапрасну времени, Дрейк надел скафандр, и вскоре полицейские оказались внутри. Отмычки и смекалка не подвели. Темно. Оно и понятно, электричества же нет. Откуда ему здесь взяться через триста лет после старта: квазичастицы электрического заряда давно закончились и не бегают, как прежде, по проводам. Внутри пусто и чисто, почти идеальный порядок, если не обращать внимания на рваные края дырок в корпусе. Включив свои фонари поярче, гости прямиком направились в командную рубку. По пути им не встретилось даже мумифицированных останков смелых космических работяг, и вскоре они поняли причину.
Корабль управлялся автопилотом.
— Почтовая служба, — доложил Четвёртый, прочитав гравировку на пульте управления судном, и назвал его пятизначный регистрационный номер.
Подумал немного и добавил:
— Три века назад это было самое быстроходное и надёжное транспортное средство.
— Надёжное?! Тогда какого дьявола корабль находится здесь, за десятки световых лет от Земли, а не ржавеет на спутнике Юпитера, куда он направлялся? Автопилот промахнулся? Но в то время траекторию полёта всегда корректировали дистанционно. Я это проходил в академии.
Четвёртому возразить было нечего, и он предпочёл промолчать.
Напомню, что корабль ждала незавидная участь быть уничтоженным, ибо приказ начальства — это святая обязанность каждого подчинённого, но тем не менее! Короче говоря, полицейские направились в трюм — багажное отделение, в котором, как известно, перевозят самые ценные грузы. Не пропадать же добру.
В глубине души Дрейк надеялся раздобыть на корабле хоть что-нибудь ценное, что позволило бы ему по возвращении пополнить свой скудный бюджет. В этом мире он был один. Отца Дрейк не помнил — и был ли он вообще? Его мама умерла пятнадцать лет назад, пожелав ему напоследок светлого будущего и оставив немного денег, чтобы он его себе устроил. Где? На Земле? С её экологией, безвозвратно разрушаемой веками?! Нет, сказал себе тогда Дрейк, на этой планете-заводе он жить не собирается, и поступил учиться на пилота. Мечтал покорять космос…
Однако вернёмся к текущему моменту. Вопреки надеждам Дрейка на богатую добычу, трюм оказался пуст.
— Странно, — почти одновременно сказали человек и андроид. Гонять порожняк в любые времена считалось верхом расточительства.
Для очистки совести Дрейк заглянул в капитанскую каюту, предусмотренную для этой серии кораблей. Заглянул на всякий случай, чтобы потом не жалеть, что не сделал этого. Здесь его ждал сюрприз: небольшой герметично закрытый металлический ящик с кодовым замком и непонятным содержимым, поскольку определить вес предмета в невесомости практически невозможно. «На безрыбье и рак рыба», — решил он, преодолел сопротивление магнитных присосок и захватил ящик с собой, чтобы вскрыть его в нормальных условиях. Тем более что открывать секретные замки в неуклюжих защитных перчатках — тот ещё квест.
— Облом, — с досадой произнёс Дрейк, скидывая в звездолёте скафандр. Найти что-то путное внутри своей находки он не надеялся: в условиях искусственной гравитации ящик оказался лёгким. — Включай видеорегистратор. Работаем.
Чем хорош смышлёный напарник? Тем, что он понимает тебя с полуслова. Патрульный звездолёт, управляемый твёрдой нечеловеческой рукой, удалился на безопасное расстояние и произвёл точный выстрел из штатного молекулярного дезинтегратора. Узконаправленного потока субъядерных частиц средней мощности оказалось вполне достаточно, чтобы разорвать ядерные связи в атомах некогда гордой «Серебряной пули», вследствие чего те неторопливо разлетелись.
Задание было выполнено, и Четвёртый начал строчить на компьютере отчёт. Плёвое дело, и через минуту информация о проделанной экипажем работе была отправлена руководству. Ещё секунда — и отчёт прочтёт, если захочет, начальник Дрейка. Никакой фантастики, а всего лишь новая служебная связь силовых органов, работающая на основе квантовой запутанности: когда чихнул в одном месте, а тебе уже сказали «будь здоров» с другого конца галактики.
«Жаль, что такие фокусы пока не проходят с физическими объектами», — Дрейк тяжело вздохнул и приступил к изучению своего трофея. Надежда на солидный куш ещё теплилась в его душе.
Замок он вскрыл без особого труда, сказались опыт и технические прибамбасы. Бумаги, кипы бумаг и только. Никаких упаковок с изотопами калифорния, осмия или другими дорогущими редкоземельными металлами там не оказалось, только бумаги с рукописными текстами на английском языке.
Первой реакцией Дрейка было недоумение. Вслед за ним последовало замысловатое ругательство, вырвавшееся помимо его воли. Ко всему прочему он устал, и очень захотелось чем-нибудь заполнить желудок, чтобы заглушить громкие звуки, доносящиеся оттуда. Дрейк вспомнил о спасительных батончиках и постучал ладонями по карманам комбинезона. Пусто. Забыл.
