Женщина протянула руки и Лайана вложила во влажные, покрытые ошметочками пены ладони письмо.
Она знала, что там написано, Лалиша не делала из этого секрета, не то, что Чиируна.
В общем-то, смысл сводился к нескольким фразам:
«У меня все просто замечательно! Я живу в далекой восточной стране. Работаю домоправительницей у очень преочень богатой и доброй госпожи. Получаю кучу денег. Жутко скучаю по тебе, папе и братику с сестренками!»
- Вот, значит, как! – женщина закончила читать и теперь держала промокшие листки, крепко сжимая их в опущенных руках.
- Да, и еще, она просила передать вам…
Лайана достала из все той же сумочки увесистый мешочек. Он тяжело звякнул, перекочевав в руку хозяйки дома.
- Зачем?! Пусть бы себе оставила! Ей нужнее! – запротестовала женщина.
- Нет, она сказала, чтобы я, как хочу, но обязательно заставила вас его взять! Лалиша, действительно, очень хорошо зарабатывает, а тратиться ей особо не на что. Живет на всем готовом, ее там даже одевают, не то, что кормят. Так что она уже скопила солидную сумму на приданное, и вам денежку послала.
- Вот на приданное бы…
- Не беспокойтесь, она найдет себе богатого жениха, - усмехнулась Лайана. - Знаете, сколько вокруг нее ухажеров крутится?!
- Узнаю дочку, - улыбнулась мать и встрепенулась: - А как же ее этот… Тиотерн?
- Погиб, - коротко вздохнула Лайана. - Но они еще до этого разошлись.
- Ну и поделом! – прорвалось у женщины. – Это же он все устроил! Я знаю! Ходил тут со всякими странными личностями, ребят подбивал на эту глупость!
- Ага, - кивнула Лайана и спохватилась: не стоило ей этого говорить.
Женщина цепко на нее взглянула.
- Вы ведь та самая богатая госпожа, у которой Лалиша работает? – сказала она полуутвердительно.
Лайана, моментально подумав и приняв решение, ответила:
- Да. И ваша дочка действительно живет далеко на востоке, в спокойной и мирной стране, а к пиратам уже не имеет никакого отношения.
- К пиратам Далкина, да, госпожа Лайана?
Та промолчала.
- Вы не бойтесь, я об этом никому не скажу, даже мужу и детям, - успокоила ее мама Лалиши. – Но вы бы что-то с макияжем сделали, все-таки. У вас лицо такое особенное. А в наших краях о вас столько сказок ходит. Вас и адмирала Далкина здесь почитают как героев. Даже те… кто пострадал от вашего восстания.
- Даже вы? – тихо спросила Лайана. Почему-то ей было очень важно услышать ответ.
- И я тоже, - широко улыбнулась женщина. – Значит, мою дочку вы отправили подальше от войны?
- Ага. Там ей будет лучше. Хотя… если честно я ужасно скучаю по ее стряпне! Повар она у вас просто чудесный, у меня на корабле коком летала.
- А то! Моя школа! Кстати, пойдемте в дом, я вас накормлю завтраком.
- Я вообще-то уже…
- Тоже мне: «уже»! Что не хотите попробовать, как готовит учительница Лалиши?
- Хочу!
И они прошли в небольшой, но уютный домик.
Пока мама Лалиши сновала у плиты, Лайана рассказывала ей о том, что случилось с ее дочкой. Временами пиратка замечала, что женщина замирает, и у нее трясутся руки. Но, не смотря на это, мама Лалиши умудрялась сохранить внешне веселое выражение, живо переспрашивала.
«Эх, какой разведчик пропадает, - подумала Лайана. – А, может, все-таки, задействовать и ее?»
Первоначально шпионка думала не привлекать семью Лалиши, но теперь переменила мнение.
- Да, кстати, о парнях, - между тем спросила мамаша. – А что, между Тиотерном и ее новыми ухажерами никого не было? Вот не могу я в это поверить! Чтобы моя доча и не захомутала себе парочку пиратов помоложе!
- Захомутала, - чуть вздохнула Лайана.
- Что, тоже погиб? – грустно спросила женщина.
- Да. Был у нее высокий молодой абордажник из кочевников. Золотоволосый и синеглазый.
- Жалко…
- Ага. Но Лалиша уже успела отойти от грусти-печали. У нее это быстро происходит.
- А как еще можно? Сами говорите, мужчины не долговечны. Ладно, давайте кормиться!
- Хорошо с вами общаться, но пора мне, - сообщила Лайана спустя четыре часа.
- Да, неплохо посидели, - улыбнулась мама Лалиши. – Я обещаю, что буду иногда заходить в гости к господину Карладину. Я и раньше с ним иногда встречалась, все-таки его Чии с моей дочкой дружили еще со школы. Надо же! Пиратская капитанша! Ну, я всегда знала, что она далеко пойдет. Жалко, Лалиша глупенькая у меня.
- Это вы наговариваете, - усмехнулась Лайана. – Она просто думает по-другому и о другом. Мы с ней, кстати, чуть ли не подругами сделались.
- Она, небось, за вашим малышом приглядывает? Да, не бойтесь так! Ну, догадливая я и знаю свою дочурку, она с мелочью всегда любила возиться.
- Вот за что я всегда уважала Лалишу! – с чувством высказалась Лайана. – Интуиция у нее ваша. Ой, ладно, пора мне. Надо сегодня зайти еще к одному человеку.
- Не к родителям Сониорна, случайно? – спросила женщина.
- Да, - ответила Лайана и почувствовала резкий укол тревоги.
- Я бы поосторожнее с ними была, - задумчиво заметила собеседница.
- А, знаете что?! Можно я вас попрошу?
- Сходить к ним вместо вас и передать письмо?
- Ну, почти. Письма все равно нет. Просто скажите, что к вам пришла весточка, что ваша дочка жива и Сониорн тоже.
- Договорились.
И Лайана ощутила, что тревога сменила тональность, с опасности лично для нее на общую опасность. Именно то, что было нужно. Жалко, конечно, если пострадают хорошие люди, но это ведь их выбор? К тому же она рассчитывала, что ничего такого уж страшного с ними не произойдет.
- Ну, тогда вам не надо никуда уходить, – между тем заявила мама Лалиши. - Оставайтесь у нас до утра. Правда, гостевых комнат, как у Карладина, у нас нету, но одна из детских верхних кроватей уже давно пустеет. Не побрезгуете?
- Не побрезговала бы, - серьезно ответила Лайана. – Но я обещала господину Креанону, что вернусь вечером к ним. Нам еще надо кое-что обговорить.
- Жалко… А то бы я тебя до поздней ночи заставила бы рассказывать о том, как там дочурка живет! – бесхитростно заявила женщина, как-то незаметно перейдя на «ты».
Лайана вышла из гостеприимного дома уже после заката. Отец семейства задержался на работе, так что познакомиться с ним не получалось. Зато вернулись детишки: девочка и мальчик из школы, а их старшая сестра из лицея, куда она поступила в начале весны.
- Тоже мастером ветров хочет стать, - притянув к себе явно смущенную дочку, сообщила мама Лалиши. – Только она у меня гораздо умнее, чем ее сестра. Одни шестерки и семерки домой приносит!
Девушка вскинула глаза на Лайану, повернулась к маме:
- Что? Что-то о Лалише известно?
- Ага, - кивнула мама. – Все хорошо у нее, даже, можно сказать, просто замечательно! Давай переодевайся в домашнее и беги слушать, что тетя… Фалия… о нашей Лалише рассказывать будет!
Идя по быстро темнеющей улице, Лайана подумала, что давно уже столько много не говорила. Горло даже немного побаливало. Зато, она ощущала удивительно приятные эмоции. Семья ее личной нянечки и домоправительницы была невероятно гостеприимной. Лайана чувствовала, что за этот день отдохнула душой так, как не отдыхала уже «тысячу периодов».
Правда, сейчас ей предстоял очень непростой разговор с господином Карладином. А завтра утром надо отправляться в городок Баланор, на встречу с последней семьей, которую она обязана обрадовать толстым конвертом, наполненным листочками, что заполнила своим четким, но слегка небрежным почерком Талиса Канода.
Родители Чиируны и Лалиши все сделали, как обещали Лайане. Они очень осторожно проверили друге семьи на лояльность и почти всех отбраковали. В том числе и весьма богатые и принципиально не ввязывающиеся в политику семьи Фабории и Данго Ферици. Поэтому в них о визите в город пиратской атаманши не узнали. И, когда, спустя две декады, в почтовый ящик владельца небольшой транспортной фирмы попало помятое и потертое письмо без обратного адреса, отец Фабории ничего не знал о судьбе спасшихся детей. На совете семей родители молодых людей никому не рассказывать о своих отпрысках. Так что ни мама Лалиши, ни отец Чиируны об их одноклассниках, поселившихся в Вольном Краю, не узнали тоже.
13.06.В.996
Зверский полуостров, Шиншилова Глушь.
Когда в Арлидоне был поздний вечер, в Шиншиловой Глуши наступило утро.
Сониорн проснулся от громкого щебета птиц и солнечного лучика, который проник через окошко и упал ему на лицо.
Юноша открыл глаза. Лежать под теплым одеялом было уютно. А еще уютнее было от соседства жены. Тия-Тулани прижалась к его левому боку, положила тонкую смуглую руку на грудь мужа и легла щекой на его плечо.
Сониорна накрало волной нежности. Он осторожно наклонился и, едва касаясь губами, поцеловал девушку в лоб над самой полоской темно-коричневой татуировки.
Он не хотел ее будить, но, отстранившись, встретился с взглядом карих глаз. Супруги одновременно улыбнулись друг другу.
Тия потянулась, изящно изогнувшись, и спросила:
- Что, уже пора на работу?
- Да, надо собираться, - вздохнул Сониорн.
Девушка хитровато взглянула на него, запустила левую руку под одеяло.
- А ты точно сможешь так работать?
- Ох…
- Не сможешь, - утвердительно и с явным удовлетворением ответила она на свой же вопрос. – Надо что-то с этим делать!
И нырнула под одеяло.
В Результате Сониорн на роботу в мастерские при воздушном порте все-таки опоздал.
К счастью ненадолго, да и никто всерьез за трудовым распорядком в этом полудиком краю не следил. Одно слово – Зверский полуостров.
Тем более что молодого человека здесь уважали. За два сезона он показал себя прекрасным работником. Очень хорошо разбирался в технике, был, хоть и немного угрюмым, зато не болтливым и не конфликтным. Так что в коллективе его не любили, но уважали. Что парня полностью устраивало.
А Тия-Тулани, проводив мужа, занялась домашними делами. Но сначала она присела за стол перекусить. Сониорн так и не смог добиться, чтобы она завтракала вместе с ним.
«Нет у нас такие обычаи! Мужа надо накормить и проводить. Это вечером можно вдвоем поужинать, а завтрак, только прислуживать мужчине!»
И, как всегда, когда Тия пододвинула к себе тарелку с тушеными овощами, входная дверь тихонько скрипнула и по дощатому полу процокали быстрые шаги.
- Явились?!
В комнату осторожно заглянули две хитрые мордочки, одна над другой. Пушистые, серые с черными «масками» вокруг глаз, почти такими же, как узорчатая татуировка на лице девушки.
- Ну, заходите!
Тия потянулась к тарелке с овощами, заранее поставленной на середину стола, подцепила два крупных корнеплода и протянула их енотам, которые, смешно переваливаясь, подошли к ней.
- Только уговор! Вы мне будете помогать все утро! И не отлынивать!
Звери вопросительно посмотрели на хозяйку дома и вцепились своими цепкими лапками в угощение.
Еноты действительно помогали.
Одного, вернее одну, Тия приставила к тазику со стиркой. И енотиха принялась тереть и полоскать в воде замоченные вещи.
А второго, матерого самца, Тия увела с собой на огород и заставила взрыхлять грунт на одной из грядок.
Конечно, посадку семян Тия зверям не доверила. Она бы и Сониорну этого не позволила делать. Это чисто ее. И, то ли жительница Дельты знала какие-то древние тайные секреты, то ли обладала какой-то особенной природной силой, но на участке вокруг маленького домика, который супруги купили на подаренные Лайаной деньги, все росло просто феноменально хорошо.
Соседи люто завидовали, а одна бабуся договорилась, что Тия будет помогать ей с посадками, а за это делилась с ней молоком.
Тия закончила прополку очередной грядки. Эту работу она енотам не доверяла, а то хитрые зверюги под шумок пытались вырвать корнеплоды и схрумкать их.
Звери на такое недоверие обиделись, но сами виноваты.
Вообще, даже здесь в Шиншиловой Глуши, то, как местное зверье слушается Тию, вызывало пересуды. В каком-нибудь другом государстве ее бы заподозрили, чуть ли не в ведьмовстве, но здесь…
Здесь к ней уже неоднократно наведывались служители государственной религии – друидического культа.
И, как Тия не отнекивалась, а Сониорн ни хмурился, но пришлось ей принять сан зверолюбицы. Службы она вести отказалась наотрез, но благословляла селян с удовольствием. Так что удивительно красивую девушку-енотку постепенно стали считать «благословенной».
Тия приняла это как данность, легко и с улыбкой. Главное ведь было не это почитание, а то, что рядом с ней был любимый.
29.06.В.996
Город Умбро-Кан, столица Территории Умбро-Аббер.
Лайана стояла, опершись на парапет беседки, нависшей над набережной реки Каппа-Тар.
Дальний высокий берег был едва различим в серой дымке, пологом накрывающей Умбро-Кан – один из пяти городов-миллионников ФНТ.
Сама река тоже была не особенно привлекательной. Медленное течение серовато-бурых вод, таких же грязных, как Изумрудная в низовьях. Только там по реку расцвечивали разноцветные потеки от красильных фабрик Калейдоскопа, а тут просто муть, копящаяся от сбросов сточных вод десятков маленьких, больших и огромных городов, расположенных вверх по течению.
Кроме неэстетичного цвета река ощутимо пованивала.
«И это здесь пьют!» – с брезгливостью подумала Лайана.
Нет, конечно же, не прямо из реки. У каждого города есть очистные сооружения в которых воду отстаивают, дезинфицируют и фильтруют. Но, все равно, то, что течет из водопроводных кранов, просто ужасно, особенно после хрустально чистых рек Драконьих гор.
Но, как это ни странно и даже не извращенно, на набережной гуляли люди. А в эту беседку любил захаживать Пало Натто – молодой отпрыск семьи Валтиа - самой известной Великой Семьи ФНТ, переживающей сейчас далеко не лучшие времена, но, тем не менее, пользующейся уважением в совете семей клана, которому принадлежала Территория Умбро-Аббер – вторая по населению среди Независимых Территорий Федерации и третья по богатству и значимости.
Вот на какую рыбку Лайана забросила сеть.
Когда пиратка отправлялась из Кра-Таку в Талинар, она не стала брать прямой билет на воздушный корабль. И вместо четырех дней добиралась почти месяц. Путь ее представлял собой странный зигзаг. Она летала на лайнерах, тряслась в омнибусах, плыла на пассажирских корабликах. Причем, каждый раз она старалась изменить внешность. Где-то достаточно было просто переодеться или нанести на лицо легкий макияж, где-то перекрасить волосы, а где-то и подложить под платье накладной животик.
Но в Умбро-Кане, где она задержалась на целых шесть дней, Лайана вернула свой обычный облик. Только подчеркнула тонким и умелым макияжем и хорошо подобранной одеждой свою красоту.
И, не безрезультатно.
В театре она «случайно» столкнулась с довольно-таки молодым и красивым господином. Неуклюже запнулась, и чуть было не упала к его ногам.
Тот вежливо помог незнакомке подняться.
И все.
Никакого продолжения, никакой внезапно вспыхнувшей страсти. Только пара взглядов, улыбок и короткого легкого разговора.
Но опытная авантюристка не зря когда-то была непревзойденной мастерицей обольщения. Она с удовольствием заметила, что подцепила мужчину на крючок.
И исчезла на долгие три декады, отправившись в Талинар, а, потом, в Баладор.
Лайана вспомнила, как прошел и чем завершился ее визит к отцу Талисы и улыбнулась.
Она знала, что там написано, Лалиша не делала из этого секрета, не то, что Чиируна.
В общем-то, смысл сводился к нескольким фразам:
«У меня все просто замечательно! Я живу в далекой восточной стране. Работаю домоправительницей у очень преочень богатой и доброй госпожи. Получаю кучу денег. Жутко скучаю по тебе, папе и братику с сестренками!»
- Вот, значит, как! – женщина закончила читать и теперь держала промокшие листки, крепко сжимая их в опущенных руках.
- Да, и еще, она просила передать вам…
Лайана достала из все той же сумочки увесистый мешочек. Он тяжело звякнул, перекочевав в руку хозяйки дома.
- Зачем?! Пусть бы себе оставила! Ей нужнее! – запротестовала женщина.
- Нет, она сказала, чтобы я, как хочу, но обязательно заставила вас его взять! Лалиша, действительно, очень хорошо зарабатывает, а тратиться ей особо не на что. Живет на всем готовом, ее там даже одевают, не то, что кормят. Так что она уже скопила солидную сумму на приданное, и вам денежку послала.
- Вот на приданное бы…
- Не беспокойтесь, она найдет себе богатого жениха, - усмехнулась Лайана. - Знаете, сколько вокруг нее ухажеров крутится?!
- Узнаю дочку, - улыбнулась мать и встрепенулась: - А как же ее этот… Тиотерн?
- Погиб, - коротко вздохнула Лайана. - Но они еще до этого разошлись.
- Ну и поделом! – прорвалось у женщины. – Это же он все устроил! Я знаю! Ходил тут со всякими странными личностями, ребят подбивал на эту глупость!
- Ага, - кивнула Лайана и спохватилась: не стоило ей этого говорить.
Женщина цепко на нее взглянула.
- Вы ведь та самая богатая госпожа, у которой Лалиша работает? – сказала она полуутвердительно.
Лайана, моментально подумав и приняв решение, ответила:
- Да. И ваша дочка действительно живет далеко на востоке, в спокойной и мирной стране, а к пиратам уже не имеет никакого отношения.
- К пиратам Далкина, да, госпожа Лайана?
Та промолчала.
- Вы не бойтесь, я об этом никому не скажу, даже мужу и детям, - успокоила ее мама Лалиши. – Но вы бы что-то с макияжем сделали, все-таки. У вас лицо такое особенное. А в наших краях о вас столько сказок ходит. Вас и адмирала Далкина здесь почитают как героев. Даже те… кто пострадал от вашего восстания.
- Даже вы? – тихо спросила Лайана. Почему-то ей было очень важно услышать ответ.
- И я тоже, - широко улыбнулась женщина. – Значит, мою дочку вы отправили подальше от войны?
- Ага. Там ей будет лучше. Хотя… если честно я ужасно скучаю по ее стряпне! Повар она у вас просто чудесный, у меня на корабле коком летала.
- А то! Моя школа! Кстати, пойдемте в дом, я вас накормлю завтраком.
- Я вообще-то уже…
- Тоже мне: «уже»! Что не хотите попробовать, как готовит учительница Лалиши?
- Хочу!
И они прошли в небольшой, но уютный домик.
Пока мама Лалиши сновала у плиты, Лайана рассказывала ей о том, что случилось с ее дочкой. Временами пиратка замечала, что женщина замирает, и у нее трясутся руки. Но, не смотря на это, мама Лалиши умудрялась сохранить внешне веселое выражение, живо переспрашивала.
«Эх, какой разведчик пропадает, - подумала Лайана. – А, может, все-таки, задействовать и ее?»
Первоначально шпионка думала не привлекать семью Лалиши, но теперь переменила мнение.
- Да, кстати, о парнях, - между тем спросила мамаша. – А что, между Тиотерном и ее новыми ухажерами никого не было? Вот не могу я в это поверить! Чтобы моя доча и не захомутала себе парочку пиратов помоложе!
- Захомутала, - чуть вздохнула Лайана.
- Что, тоже погиб? – грустно спросила женщина.
- Да. Был у нее высокий молодой абордажник из кочевников. Золотоволосый и синеглазый.
- Жалко…
- Ага. Но Лалиша уже успела отойти от грусти-печали. У нее это быстро происходит.
- А как еще можно? Сами говорите, мужчины не долговечны. Ладно, давайте кормиться!
- Хорошо с вами общаться, но пора мне, - сообщила Лайана спустя четыре часа.
- Да, неплохо посидели, - улыбнулась мама Лалиши. – Я обещаю, что буду иногда заходить в гости к господину Карладину. Я и раньше с ним иногда встречалась, все-таки его Чии с моей дочкой дружили еще со школы. Надо же! Пиратская капитанша! Ну, я всегда знала, что она далеко пойдет. Жалко, Лалиша глупенькая у меня.
- Это вы наговариваете, - усмехнулась Лайана. – Она просто думает по-другому и о другом. Мы с ней, кстати, чуть ли не подругами сделались.
- Она, небось, за вашим малышом приглядывает? Да, не бойтесь так! Ну, догадливая я и знаю свою дочурку, она с мелочью всегда любила возиться.
- Вот за что я всегда уважала Лалишу! – с чувством высказалась Лайана. – Интуиция у нее ваша. Ой, ладно, пора мне. Надо сегодня зайти еще к одному человеку.
- Не к родителям Сониорна, случайно? – спросила женщина.
- Да, - ответила Лайана и почувствовала резкий укол тревоги.
- Я бы поосторожнее с ними была, - задумчиво заметила собеседница.
- А, знаете что?! Можно я вас попрошу?
- Сходить к ним вместо вас и передать письмо?
- Ну, почти. Письма все равно нет. Просто скажите, что к вам пришла весточка, что ваша дочка жива и Сониорн тоже.
- Договорились.
И Лайана ощутила, что тревога сменила тональность, с опасности лично для нее на общую опасность. Именно то, что было нужно. Жалко, конечно, если пострадают хорошие люди, но это ведь их выбор? К тому же она рассчитывала, что ничего такого уж страшного с ними не произойдет.
- Ну, тогда вам не надо никуда уходить, – между тем заявила мама Лалиши. - Оставайтесь у нас до утра. Правда, гостевых комнат, как у Карладина, у нас нету, но одна из детских верхних кроватей уже давно пустеет. Не побрезгуете?
- Не побрезговала бы, - серьезно ответила Лайана. – Но я обещала господину Креанону, что вернусь вечером к ним. Нам еще надо кое-что обговорить.
- Жалко… А то бы я тебя до поздней ночи заставила бы рассказывать о том, как там дочурка живет! – бесхитростно заявила женщина, как-то незаметно перейдя на «ты».
Лайана вышла из гостеприимного дома уже после заката. Отец семейства задержался на работе, так что познакомиться с ним не получалось. Зато вернулись детишки: девочка и мальчик из школы, а их старшая сестра из лицея, куда она поступила в начале весны.
- Тоже мастером ветров хочет стать, - притянув к себе явно смущенную дочку, сообщила мама Лалиши. – Только она у меня гораздо умнее, чем ее сестра. Одни шестерки и семерки домой приносит!
Девушка вскинула глаза на Лайану, повернулась к маме:
- Что? Что-то о Лалише известно?
- Ага, - кивнула мама. – Все хорошо у нее, даже, можно сказать, просто замечательно! Давай переодевайся в домашнее и беги слушать, что тетя… Фалия… о нашей Лалише рассказывать будет!
Идя по быстро темнеющей улице, Лайана подумала, что давно уже столько много не говорила. Горло даже немного побаливало. Зато, она ощущала удивительно приятные эмоции. Семья ее личной нянечки и домоправительницы была невероятно гостеприимной. Лайана чувствовала, что за этот день отдохнула душой так, как не отдыхала уже «тысячу периодов».
Правда, сейчас ей предстоял очень непростой разговор с господином Карладином. А завтра утром надо отправляться в городок Баланор, на встречу с последней семьей, которую она обязана обрадовать толстым конвертом, наполненным листочками, что заполнила своим четким, но слегка небрежным почерком Талиса Канода.
Родители Чиируны и Лалиши все сделали, как обещали Лайане. Они очень осторожно проверили друге семьи на лояльность и почти всех отбраковали. В том числе и весьма богатые и принципиально не ввязывающиеся в политику семьи Фабории и Данго Ферици. Поэтому в них о визите в город пиратской атаманши не узнали. И, когда, спустя две декады, в почтовый ящик владельца небольшой транспортной фирмы попало помятое и потертое письмо без обратного адреса, отец Фабории ничего не знал о судьбе спасшихся детей. На совете семей родители молодых людей никому не рассказывать о своих отпрысках. Так что ни мама Лалиши, ни отец Чиируны об их одноклассниках, поселившихся в Вольном Краю, не узнали тоже.
Глава 13. Глушь и дичь.
13.06.В.996
Зверский полуостров, Шиншилова Глушь.
Когда в Арлидоне был поздний вечер, в Шиншиловой Глуши наступило утро.
Сониорн проснулся от громкого щебета птиц и солнечного лучика, который проник через окошко и упал ему на лицо.
Юноша открыл глаза. Лежать под теплым одеялом было уютно. А еще уютнее было от соседства жены. Тия-Тулани прижалась к его левому боку, положила тонкую смуглую руку на грудь мужа и легла щекой на его плечо.
Сониорна накрало волной нежности. Он осторожно наклонился и, едва касаясь губами, поцеловал девушку в лоб над самой полоской темно-коричневой татуировки.
Он не хотел ее будить, но, отстранившись, встретился с взглядом карих глаз. Супруги одновременно улыбнулись друг другу.
Тия потянулась, изящно изогнувшись, и спросила:
- Что, уже пора на работу?
- Да, надо собираться, - вздохнул Сониорн.
Девушка хитровато взглянула на него, запустила левую руку под одеяло.
- А ты точно сможешь так работать?
- Ох…
- Не сможешь, - утвердительно и с явным удовлетворением ответила она на свой же вопрос. – Надо что-то с этим делать!
И нырнула под одеяло.
В Результате Сониорн на роботу в мастерские при воздушном порте все-таки опоздал.
К счастью ненадолго, да и никто всерьез за трудовым распорядком в этом полудиком краю не следил. Одно слово – Зверский полуостров.
Тем более что молодого человека здесь уважали. За два сезона он показал себя прекрасным работником. Очень хорошо разбирался в технике, был, хоть и немного угрюмым, зато не болтливым и не конфликтным. Так что в коллективе его не любили, но уважали. Что парня полностью устраивало.
А Тия-Тулани, проводив мужа, занялась домашними делами. Но сначала она присела за стол перекусить. Сониорн так и не смог добиться, чтобы она завтракала вместе с ним.
«Нет у нас такие обычаи! Мужа надо накормить и проводить. Это вечером можно вдвоем поужинать, а завтрак, только прислуживать мужчине!»
И, как всегда, когда Тия пододвинула к себе тарелку с тушеными овощами, входная дверь тихонько скрипнула и по дощатому полу процокали быстрые шаги.
- Явились?!
В комнату осторожно заглянули две хитрые мордочки, одна над другой. Пушистые, серые с черными «масками» вокруг глаз, почти такими же, как узорчатая татуировка на лице девушки.
- Ну, заходите!
Тия потянулась к тарелке с овощами, заранее поставленной на середину стола, подцепила два крупных корнеплода и протянула их енотам, которые, смешно переваливаясь, подошли к ней.
- Только уговор! Вы мне будете помогать все утро! И не отлынивать!
Звери вопросительно посмотрели на хозяйку дома и вцепились своими цепкими лапками в угощение.
Еноты действительно помогали.
Одного, вернее одну, Тия приставила к тазику со стиркой. И енотиха принялась тереть и полоскать в воде замоченные вещи.
А второго, матерого самца, Тия увела с собой на огород и заставила взрыхлять грунт на одной из грядок.
Конечно, посадку семян Тия зверям не доверила. Она бы и Сониорну этого не позволила делать. Это чисто ее. И, то ли жительница Дельты знала какие-то древние тайные секреты, то ли обладала какой-то особенной природной силой, но на участке вокруг маленького домика, который супруги купили на подаренные Лайаной деньги, все росло просто феноменально хорошо.
Соседи люто завидовали, а одна бабуся договорилась, что Тия будет помогать ей с посадками, а за это делилась с ней молоком.
Тия закончила прополку очередной грядки. Эту работу она енотам не доверяла, а то хитрые зверюги под шумок пытались вырвать корнеплоды и схрумкать их.
Звери на такое недоверие обиделись, но сами виноваты.
Вообще, даже здесь в Шиншиловой Глуши, то, как местное зверье слушается Тию, вызывало пересуды. В каком-нибудь другом государстве ее бы заподозрили, чуть ли не в ведьмовстве, но здесь…
Здесь к ней уже неоднократно наведывались служители государственной религии – друидического культа.
И, как Тия не отнекивалась, а Сониорн ни хмурился, но пришлось ей принять сан зверолюбицы. Службы она вести отказалась наотрез, но благословляла селян с удовольствием. Так что удивительно красивую девушку-енотку постепенно стали считать «благословенной».
Тия приняла это как данность, легко и с улыбкой. Главное ведь было не это почитание, а то, что рядом с ней был любимый.
Глава 14. Сети.
29.06.В.996
Город Умбро-Кан, столица Территории Умбро-Аббер.
Лайана стояла, опершись на парапет беседки, нависшей над набережной реки Каппа-Тар.
Дальний высокий берег был едва различим в серой дымке, пологом накрывающей Умбро-Кан – один из пяти городов-миллионников ФНТ.
Сама река тоже была не особенно привлекательной. Медленное течение серовато-бурых вод, таких же грязных, как Изумрудная в низовьях. Только там по реку расцвечивали разноцветные потеки от красильных фабрик Калейдоскопа, а тут просто муть, копящаяся от сбросов сточных вод десятков маленьких, больших и огромных городов, расположенных вверх по течению.
Кроме неэстетичного цвета река ощутимо пованивала.
«И это здесь пьют!» – с брезгливостью подумала Лайана.
Нет, конечно же, не прямо из реки. У каждого города есть очистные сооружения в которых воду отстаивают, дезинфицируют и фильтруют. Но, все равно, то, что течет из водопроводных кранов, просто ужасно, особенно после хрустально чистых рек Драконьих гор.
Но, как это ни странно и даже не извращенно, на набережной гуляли люди. А в эту беседку любил захаживать Пало Натто – молодой отпрыск семьи Валтиа - самой известной Великой Семьи ФНТ, переживающей сейчас далеко не лучшие времена, но, тем не менее, пользующейся уважением в совете семей клана, которому принадлежала Территория Умбро-Аббер – вторая по населению среди Независимых Территорий Федерации и третья по богатству и значимости.
Вот на какую рыбку Лайана забросила сеть.
Когда пиратка отправлялась из Кра-Таку в Талинар, она не стала брать прямой билет на воздушный корабль. И вместо четырех дней добиралась почти месяц. Путь ее представлял собой странный зигзаг. Она летала на лайнерах, тряслась в омнибусах, плыла на пассажирских корабликах. Причем, каждый раз она старалась изменить внешность. Где-то достаточно было просто переодеться или нанести на лицо легкий макияж, где-то перекрасить волосы, а где-то и подложить под платье накладной животик.
Но в Умбро-Кане, где она задержалась на целых шесть дней, Лайана вернула свой обычный облик. Только подчеркнула тонким и умелым макияжем и хорошо подобранной одеждой свою красоту.
И, не безрезультатно.
В театре она «случайно» столкнулась с довольно-таки молодым и красивым господином. Неуклюже запнулась, и чуть было не упала к его ногам.
Тот вежливо помог незнакомке подняться.
И все.
Никакого продолжения, никакой внезапно вспыхнувшей страсти. Только пара взглядов, улыбок и короткого легкого разговора.
Но опытная авантюристка не зря когда-то была непревзойденной мастерицей обольщения. Она с удовольствием заметила, что подцепила мужчину на крючок.
И исчезла на долгие три декады, отправившись в Талинар, а, потом, в Баладор.
Лайана вспомнила, как прошел и чем завершился ее визит к отцу Талисы и улыбнулась.
