Вся эта троица - Лукреция впереди, Люк с Норманом следом - выскочила на улицу через парадный вход. И тут же была встречена восторженными соседями, только что не аплодирующими. Оглядевшись и осознав, что ожидать от окружающих сочувствия и восстановления справедливости не стоит - разве что советы давать начнут, - Лукреция метнулась назад, под спасительный кров. Люк и Норман постояли, пожимая плечами, потом развели перед соседями руками, мол, извините, у женщины мигрень, бывает, и тоже удалились в дом.
Впоследствии Люк рассказал мне, что Лукреция заперлась от них в кладовке, после чего они с Норманом преспокойно оделись и отправились каждый своей дорогой.
А затем настало время уходить и Кентону. Надолго задерживаться в моём доме было для него небезопасно. Люди графа могли вернуться.
- Абигайль.
Мы стояли у двери. Прежде, чем уйти, Кентон положил руки мне на плечи и заглянул в глаза.
- Послушай меня. Тебе тоже опасно здесь оставаться. Рейвен не перестанет тебя подозревать, а рано или поздно может всплыть какая-нибудь улика. И кроме того... он в любом случае не отступится.
- Наверное, - нехотя признала я. - Но он вбил себе в голову, что я приду к нему сама. А я вовсе не собираюсь этого делать. Так что скорее всего не так уж всё и страшно.
- Ты напрасно его недооцениваешь, - покачал головой Кентон. - Самым правильным для тебя было бы тоже уйти из города.
- Может, ты и прав. Но это слишком сложно.
Бросить всё и перебраться в другое графство, где я не знаю никого и ничего, и снова начинать пробиваться с самого нуля? Никаких особых средств у меня не было, продать дом так, чтобы об этом никто не проведал, не удастся. Документы и те придётся приобрести фальшивые, поскольку легальный переезд из одного графства в другое надо было бы оформлять через соответствующие инстанции, а уж тогда информация непременно дошла бы до графа. Стало быть, пришлось бы жить под чужим именем, что претило мне само по себе. Полученный в академии диплом тоже бы некоторым образом аннулировался, поскольку он выписан на моё настоящее имя. Да и люди... Здесь я знаю всех, и все знают меня, а там... Словом, такая авантюра была бы куда посерьёзнее какого-то несчастного проникновения в замок через окно башни.
- Во всяком случае обещай, что всё ещё раз как следует взвесишь.
- Обещаю, - кивнула я.
- Ближайшие несколько дней я буду в городе. Если понадоблюсь, справься обо мне у Рэйчел. Она будет знать, где меня найти.
- Что-что? - Это становилось совсем интересно. - Ты что же, собираешься провести эти дни в доме свиданий?! Я, кажется, начинаю понимать, что за неотложные дела удерживают тебя в графстве.
- Знаешь, Абигайль, бордель можно найти в любом мало-мальски приличном городе, - улыбнулся Кентон. - Так что поводом задерживаться в Торнсайде это точно послужить не может. Впрочем, мне приятна твоя ревность...хоть и глупо ревновать к девочкам из дома свиданий.
- Какая к дьяволу ревность? - фыркнула я. - Просто меня поражает такое легкомыслие!
- Пусть так, - не стал спорить он. - В любом случае я вовсе не собираюсь останавливаться в этом заведении. Просто мало кто в графстве знает все возможные укрытия так же хорошо, как Рэйчел. И мало кто умеет так же надёжно хранить чужие секреты. Так что в случае надобности обращайся именно к ней.
- Но дорожка в дом свиданий всё равно знакома тебе вполне неплохо, - не сдержавшись, съехидничала я.
- Абигайль, ты же видела меня без одежды, - усмехнулся он. - И наверняка заметила, что белые крылья у меня на спине пока не проросли.
- Кто тебе сказал, что я разглядывала твою спину? Впрочем, об отсутствии крыльев я догадалась ещё в "Хмельном охотнике".
- Неужели моё поведение не было безупречным? - притворно ужаснулся Кентон.
- Если бы оно было безупречным, я бы тебя даже не запомнила. Будь поосторожней, пока остаёшься в Торнсайде.
Я привстала на цыпочки, погладила его по волосам и поцеловала в губы. А что, на прощание можно. Не исключено, что я никогда больше его не увижу. Но даже при самом удачном - и почти невероятном - раскладе, если он вернётся в графство в принципиально новом качестве... То, что можно позволить себе с Кентоном Алисдейром, никогда не будет допустимо с графом Торнсайдским.
А между тем поцелуй затянулся. Кентон крепко прижал меня к себе.
- Ещё немного - и я никуда отсюда не уйду, - прошептал он мне на ухо.
Напугал. Можно подумать, я сильно расстроюсь.
- Береги себя. И обдумай как следует всё, что я сказал, пока ещё не поздно.
Сжав на прощание мою руку, он выскользнул на улицу через дверь чёрного хода. Что же касаемо его последних слов... Как вскоре выяснилось, было уже поздно.
Следующий день прошёл, как обычно. Люди графа не возвращались. А спустя ещё сутки я отправилась за покупками и углядела на главной площади знакомое лицо.
- Гай! - позвала я по имени юношу, внимательно изучавшего разложенный на временном уличном прилавке товар оружейника.
Была, конечно, вероятность, что парень вовсе меня не вспомнит или, даже вспомнив, отнесётся слишком настороженно, чтобы вступить в разговор. Но нет, похоже, он зашагал ко мне навстречу, настроенный вполне благожелательно.
- Привет, Гай! - сказала я, внимательно наблюдая за приближающимся мальчиком, надеясь прочитать по его лицу то, чего наверняка не узнаю из разговора.
- Здравствуйте, госпожа Абигайль.
- Просто Абигайль.
Надо же, запомнил, как меня зовут.
- Как дома? Есть какие-нибудь известия от Кентона?
Ну, конечно, даже если и есть, в чём я сомневалась, он не станет рассказывать об этом первой встречной на том единственном основании, что его господин как-то раз общался с ней в доме свиданий. Однако же если случилось непоправимое и Кентона всё-таки взяли, навряд ли это является большой тайной, а стало быть, такие сведения я от Гая получу. С другой стороны, если он является чьим-нибудь осведомителем, то мой вопрос ненавязчиво продемонстрирует, что я не в курсе местонахождения Кентона и снимет с меня лишние подозрения.
- С тех пор, как он бежал, нет, - ответил Гай. Мне показалось, что парень чего-то не договаривает, но давить я не стала. - А дома - плохо. - Он не жаловался, просто отвечал на поставленный вопрос. - Особняк конфисковали. Сказали, всё имущество Алисдейров теперь переходит в распоряжение графа. Часть слуг уволили, других оставили, чтобы поддерживали в доме относительный порядок...пока не появится новый хозяин.
По взгляду мальчика я поняла, что этого нового хозяина он ненавидит заранее.
- Но ты можешь и не оставаться в особняке, - заметила я. - Ты же не раб. Захотел - и уволился.
- Ага, щас я оставлю дом без присмотра! - вскинулся парнишка, заставив меня улыбнуться. - Новый хозяин ещё проклянёт тот день, когда получит такую награду за заслуги.
- Хотела бы я на это посмотреть, - проговорила я, но поспешила взять себя в руки. Нельзя поощрять такие настроения у подростка, в наше-то время. - Ты лучше поосторожнее, - строго сказала я. - Такие фокусы могут плохо закончиться, а Кентона это точно не порадует.
- Он всё равно вернётся, - пробурчал Гай.
- Будем надеяться.
- Абигайль Аткинсон?
Я резко обернулась. За спиной стоял незнакомый мужчина в лёгкой кольчуге, с мечом на поясе и непропорциональным ощущением собственной значимости на лице. Судя по этим признакам, телохранитель какой-то большой шишки.
Так оно и оказалось.
- Вам послание от господина графа. Он ждёт немедленного ответа.
Я развернула письмо и пробежала глазами по строкам. Ах, вот как. В моей реакции даже было что-то уважительное. Ну что ж, господин граф. Вы умеете бить по больному месту. И очень точно определяете, где оно находится. Мои поздравления...
- Граф велел спросить, придёте ли вы в замок, - сказал телохранитель, видя, что я закончила читать.
- Разумеется.
- Когда именно?
- Сегодня вечером, - пожала плечами я. - К чему тянуть?
- Это всё, что я должен был узнать.
Почтительно склонив голову на прощанье, телохранитель удалился. Я осталась стоять на прежнем месте, задумчиво помахивая злополучным листком.
- Извини, Гай, - сказала я затем. - Приятно было с тобой поболтать, но мне пора. У меня сегодня много дел.
Я не солгала, так как была действительно намерена успеть сделать кое-что прежде, чем отправиться к графу. И потому, покинув площадь, зашагала знакомой дорогой к дому свиданий.
На входе стоял всё тот же неизменный привратник. На этот раз он улыбнулся мне, как старой знакомой, и услужливо распахнул двери.
- Прошу вас, госпожа газетчица. Скажите, а могу я вас попросить об одном одолжении?
- Что, автограф? - догадалась я.
- Совершенно верно.
- Давайте, - вздохнула я.
Настроения на автографы не было ни малейшего, но это же не повод обижать человека, тем более что возможность проходить сюда по первому желанию ещё могла мне пригодиться. Так что я извлекла из сумки перо и поставила роспись на последнем номере недельника. Проходившие мимо люди смотрели на это действо с искренним удивлением. Должно быть, решили, что мужчины уже начали брать для своих жён автографы не только у знаменитых артистов, но и у особо талантливых работниц борделей... Впрочем, на данный момент я чувствовала, что не так уж и сильно отличаюсь от последних. Во всяком случае, совсем скоро перестану отличаться.
Рэйчел приняла меня почти сразу же, так что я успела дать автограф всего двум её сотрудницам, прежде чем оказаться в долгожданной тишине и спокойствии кабинета хозяйки.
- Что привело вас к нам на этот раз, госпожа Аткинсон? - с улыбкой осведомилась она.
- Абигайль. И можно на "ты".
- Хорошо. Будешь чаю?
- Почему бы нет?
- Агнес, принеси нам два чая.
Служанка покинула кабинет и прикрыла за собой дверь.
- Итак, теперь, когда мы остались одни, скажи, что ты ищешь здесь на этот раз, - прищурилась Рэйчел. - Или кого?
- Кого, разумеется, - кивнула я. - Кентон сказал, что если я захочу с ним связаться, могу обратиться к тебе.
- Справедливо, - кивнула Рэйчел. - Он меня предупредил. Я дам тебе адрес. Так что, - с интересом спросила она, - как я погляжу, ты решила воспользоваться моим советом?
- Какие советом? - искренне удивилась я.
- Искать себе мужа в нашем заведении.
В глазах мадам играли смешинки.
- Даже и не думала искать себе мужа, ни в вашем заведении, ни в каком бы то ни было другом, - возразила я.
- Разве? Ну, значит, мне показалось. Но только на всякий случай имей в виду: Алисдейр - как раз один из тех пятерых, о которых я упоминала в нашу предыдущую встречу.
Я рассмеялась.
- Боюсь, что когда Кентон соберётся жениться, я не удержусь и расскажу его невесте об этой рекомендации, - не без удовольствия призналась я.
- Хотела бы я на это взглянуть, - как-то по-своему усмехнулась Рэйчел. - Однако подозреваю, что это произойдёт нескоро. Видишь ли, Кентон уполномочил меня сообщить о своём местонахождении только двоим. И единственная женщина среди них - ты.
- Это как раз совершенно естественно и не имеет никакого отношения к тому, на что ты намекаешь, - отмахнулась я. - Просто у него есть веские причины считать, что я его не выдам.
- Не сомневаюсь, - улыбнулась Рэйчел. - Хотя к тому, на что я намекаю, эти причины имеют самое непосредственное отношение.
Служанка зашла в кабинет и поставила перед нами поднос с чашками и всем необходимым.
- Спасибо, Агнес, ты свободна, - ровным голосом произнесла Рэйчел и подождала, пока девушка снова покинет комнату.
- Нас не могут здесь подслушать? - запоздало уточнила я. - Всё-таки в особняке много людей.
- Если мои девочки торгуют своим телом, это ещё вовсе не означает, что в этом доме всё продаётся и покупается, - заметила Рэйчел. - Те, кто не понимает таких простых правил, вылетают отсюда очень быстро.
Я пододвинула к себе блюдце, взяла в руки чашку и отхлебнула горячий чай.
- Что ты так смотришь? - нахмурилась я. - Неужто на этот раз я пью, как клиент?
- Не как клиент, нет, - покачала головой Рэйчел. - Но и не так же, как в прошлый раз. Я бы сказала, что сейчас ты гораздо более настроена на постель, чем была тогда.
- Ну что ж, коли так, у меня есть к тебе вопрос, - решилась я. - Я, конечно, долго беседовала с твоими девушками и думала, что многое у них узнала... Но, видимо, всё-таки не всё.
- Я внимательно тебя слушаю.
- Что делает женщина, когда ей впервые приходится отдаваться мужчине не по своему выбору? Существует какой-нибудь способ пережить это с наименьшими потерями для себя?
Рэйчел задумчиво встретила мой прямой взгляд.
- Всё это очень индивидуально, - медленно проговорила она. - К тому же у каждой женщины свой порог терпимости к подобным вещам. У тебя этот порог более низок, чем у большинства из тех, кто оказывается здесь, поэтому для таких, как ты, это сложнее... Могу дать только один совет. Следует всё время помнить о том, что постель - это не более, чем постель. Чисто физическое действо, не имеющее ни малейшего отношения ни к чести, ни к любви, ни к психологической свободе. Сними с него всю ту романтическую ауру, которую на протяжении тысячелетий накручивало человеческое общество. Если мужчина переспал с женщиной, это не означает ничего, кроме того, что он с ней переспал. Это не даёт ему никаких прав и преимуществ. Не делает ни хозяином, ни победителем. Всего лишь самым обыкновенным человеком, неспособным устоять перед сильной стороной женщины и собственной слабостью.
- Другими словами, нас унижает не то, что мы делаем, а то, как мы это делаем, - пробормотала я.
- Справедливо, - подтвердила Рэйчел. - Хоть я и говорила несколько о другом, но это правда. Унижение заключается отнюдь не в физическом контакте.
- Я это запомню, - кивнула я, вставая из-за стола. - Спасибо.
- Привет Алисдейру.
Я вышла через распахнутую привратником дверь, делая вид, что не замечаю жгущего спину взгляда, которым она задумчиво смотрела мне вслед.
Эта часть города разительно отличалась как от центра, так и от богатых кварталов, прилегающих к замку Торнсайдов. Старые, обшарпанные домишки, казалось, никогда не знали не то что ремонта, но даже повторной покраски; редкий забор обходился без призывно зияющей дыры; улицы убирались, как говорится, "в последний раз - никогда", а стены были исписаны весьма изощрёнными пожеланиями. Однако меня эти обстоятельства не особенно смущали: в силу характера моей работы в трущобах мне доводилось бывать не намного реже, чем в других кварталах города. И поскольку данный район уже был мне знаком, найти названную Рэйчел улицу и нужный дом не составило особого труда.
Надо сказать, что для трущоб дом был не так уж и плох. Во всяком случае, краска не свисала со стен клочьями, прикрытые ставни смотрелись вполне аккуратно, а на одном из подоконников даже красовался цветочный горшок с каким-то чахленьким росточком. Поднявшись по скрипучей лестнице на последний, третий, этаж, я постучала в высокую тёмно-коричневую дверь. И, вовсе не ожидая, что постоялец поспешит приглашать внутрь первого встречного, сказала, достаточно громко, чтобы было слышно внутри, но и достаточно тихо для того, чтобы не привлекать излишнего внимания снаружи:
Впоследствии Люк рассказал мне, что Лукреция заперлась от них в кладовке, после чего они с Норманом преспокойно оделись и отправились каждый своей дорогой.
А затем настало время уходить и Кентону. Надолго задерживаться в моём доме было для него небезопасно. Люди графа могли вернуться.
- Абигайль.
Мы стояли у двери. Прежде, чем уйти, Кентон положил руки мне на плечи и заглянул в глаза.
- Послушай меня. Тебе тоже опасно здесь оставаться. Рейвен не перестанет тебя подозревать, а рано или поздно может всплыть какая-нибудь улика. И кроме того... он в любом случае не отступится.
- Наверное, - нехотя признала я. - Но он вбил себе в голову, что я приду к нему сама. А я вовсе не собираюсь этого делать. Так что скорее всего не так уж всё и страшно.
- Ты напрасно его недооцениваешь, - покачал головой Кентон. - Самым правильным для тебя было бы тоже уйти из города.
- Может, ты и прав. Но это слишком сложно.
Бросить всё и перебраться в другое графство, где я не знаю никого и ничего, и снова начинать пробиваться с самого нуля? Никаких особых средств у меня не было, продать дом так, чтобы об этом никто не проведал, не удастся. Документы и те придётся приобрести фальшивые, поскольку легальный переезд из одного графства в другое надо было бы оформлять через соответствующие инстанции, а уж тогда информация непременно дошла бы до графа. Стало быть, пришлось бы жить под чужим именем, что претило мне само по себе. Полученный в академии диплом тоже бы некоторым образом аннулировался, поскольку он выписан на моё настоящее имя. Да и люди... Здесь я знаю всех, и все знают меня, а там... Словом, такая авантюра была бы куда посерьёзнее какого-то несчастного проникновения в замок через окно башни.
- Во всяком случае обещай, что всё ещё раз как следует взвесишь.
- Обещаю, - кивнула я.
- Ближайшие несколько дней я буду в городе. Если понадоблюсь, справься обо мне у Рэйчел. Она будет знать, где меня найти.
- Что-что? - Это становилось совсем интересно. - Ты что же, собираешься провести эти дни в доме свиданий?! Я, кажется, начинаю понимать, что за неотложные дела удерживают тебя в графстве.
- Знаешь, Абигайль, бордель можно найти в любом мало-мальски приличном городе, - улыбнулся Кентон. - Так что поводом задерживаться в Торнсайде это точно послужить не может. Впрочем, мне приятна твоя ревность...хоть и глупо ревновать к девочкам из дома свиданий.
- Какая к дьяволу ревность? - фыркнула я. - Просто меня поражает такое легкомыслие!
- Пусть так, - не стал спорить он. - В любом случае я вовсе не собираюсь останавливаться в этом заведении. Просто мало кто в графстве знает все возможные укрытия так же хорошо, как Рэйчел. И мало кто умеет так же надёжно хранить чужие секреты. Так что в случае надобности обращайся именно к ней.
- Но дорожка в дом свиданий всё равно знакома тебе вполне неплохо, - не сдержавшись, съехидничала я.
- Абигайль, ты же видела меня без одежды, - усмехнулся он. - И наверняка заметила, что белые крылья у меня на спине пока не проросли.
- Кто тебе сказал, что я разглядывала твою спину? Впрочем, об отсутствии крыльев я догадалась ещё в "Хмельном охотнике".
- Неужели моё поведение не было безупречным? - притворно ужаснулся Кентон.
- Если бы оно было безупречным, я бы тебя даже не запомнила. Будь поосторожней, пока остаёшься в Торнсайде.
Я привстала на цыпочки, погладила его по волосам и поцеловала в губы. А что, на прощание можно. Не исключено, что я никогда больше его не увижу. Но даже при самом удачном - и почти невероятном - раскладе, если он вернётся в графство в принципиально новом качестве... То, что можно позволить себе с Кентоном Алисдейром, никогда не будет допустимо с графом Торнсайдским.
А между тем поцелуй затянулся. Кентон крепко прижал меня к себе.
- Ещё немного - и я никуда отсюда не уйду, - прошептал он мне на ухо.
Напугал. Можно подумать, я сильно расстроюсь.
- Береги себя. И обдумай как следует всё, что я сказал, пока ещё не поздно.
Сжав на прощание мою руку, он выскользнул на улицу через дверь чёрного хода. Что же касаемо его последних слов... Как вскоре выяснилось, было уже поздно.
Глава 12. Психология отношений.
Следующий день прошёл, как обычно. Люди графа не возвращались. А спустя ещё сутки я отправилась за покупками и углядела на главной площади знакомое лицо.
- Гай! - позвала я по имени юношу, внимательно изучавшего разложенный на временном уличном прилавке товар оружейника.
Была, конечно, вероятность, что парень вовсе меня не вспомнит или, даже вспомнив, отнесётся слишком настороженно, чтобы вступить в разговор. Но нет, похоже, он зашагал ко мне навстречу, настроенный вполне благожелательно.
- Привет, Гай! - сказала я, внимательно наблюдая за приближающимся мальчиком, надеясь прочитать по его лицу то, чего наверняка не узнаю из разговора.
- Здравствуйте, госпожа Абигайль.
- Просто Абигайль.
Надо же, запомнил, как меня зовут.
- Как дома? Есть какие-нибудь известия от Кентона?
Ну, конечно, даже если и есть, в чём я сомневалась, он не станет рассказывать об этом первой встречной на том единственном основании, что его господин как-то раз общался с ней в доме свиданий. Однако же если случилось непоправимое и Кентона всё-таки взяли, навряд ли это является большой тайной, а стало быть, такие сведения я от Гая получу. С другой стороны, если он является чьим-нибудь осведомителем, то мой вопрос ненавязчиво продемонстрирует, что я не в курсе местонахождения Кентона и снимет с меня лишние подозрения.
- С тех пор, как он бежал, нет, - ответил Гай. Мне показалось, что парень чего-то не договаривает, но давить я не стала. - А дома - плохо. - Он не жаловался, просто отвечал на поставленный вопрос. - Особняк конфисковали. Сказали, всё имущество Алисдейров теперь переходит в распоряжение графа. Часть слуг уволили, других оставили, чтобы поддерживали в доме относительный порядок...пока не появится новый хозяин.
По взгляду мальчика я поняла, что этого нового хозяина он ненавидит заранее.
- Но ты можешь и не оставаться в особняке, - заметила я. - Ты же не раб. Захотел - и уволился.
- Ага, щас я оставлю дом без присмотра! - вскинулся парнишка, заставив меня улыбнуться. - Новый хозяин ещё проклянёт тот день, когда получит такую награду за заслуги.
- Хотела бы я на это посмотреть, - проговорила я, но поспешила взять себя в руки. Нельзя поощрять такие настроения у подростка, в наше-то время. - Ты лучше поосторожнее, - строго сказала я. - Такие фокусы могут плохо закончиться, а Кентона это точно не порадует.
- Он всё равно вернётся, - пробурчал Гай.
- Будем надеяться.
- Абигайль Аткинсон?
Я резко обернулась. За спиной стоял незнакомый мужчина в лёгкой кольчуге, с мечом на поясе и непропорциональным ощущением собственной значимости на лице. Судя по этим признакам, телохранитель какой-то большой шишки.
Так оно и оказалось.
- Вам послание от господина графа. Он ждёт немедленного ответа.
Я развернула письмо и пробежала глазами по строкам. Ах, вот как. В моей реакции даже было что-то уважительное. Ну что ж, господин граф. Вы умеете бить по больному месту. И очень точно определяете, где оно находится. Мои поздравления...
- Граф велел спросить, придёте ли вы в замок, - сказал телохранитель, видя, что я закончила читать.
- Разумеется.
- Когда именно?
- Сегодня вечером, - пожала плечами я. - К чему тянуть?
- Это всё, что я должен был узнать.
Почтительно склонив голову на прощанье, телохранитель удалился. Я осталась стоять на прежнем месте, задумчиво помахивая злополучным листком.
- Извини, Гай, - сказала я затем. - Приятно было с тобой поболтать, но мне пора. У меня сегодня много дел.
Я не солгала, так как была действительно намерена успеть сделать кое-что прежде, чем отправиться к графу. И потому, покинув площадь, зашагала знакомой дорогой к дому свиданий.
На входе стоял всё тот же неизменный привратник. На этот раз он улыбнулся мне, как старой знакомой, и услужливо распахнул двери.
- Прошу вас, госпожа газетчица. Скажите, а могу я вас попросить об одном одолжении?
- Что, автограф? - догадалась я.
- Совершенно верно.
- Давайте, - вздохнула я.
Настроения на автографы не было ни малейшего, но это же не повод обижать человека, тем более что возможность проходить сюда по первому желанию ещё могла мне пригодиться. Так что я извлекла из сумки перо и поставила роспись на последнем номере недельника. Проходившие мимо люди смотрели на это действо с искренним удивлением. Должно быть, решили, что мужчины уже начали брать для своих жён автографы не только у знаменитых артистов, но и у особо талантливых работниц борделей... Впрочем, на данный момент я чувствовала, что не так уж и сильно отличаюсь от последних. Во всяком случае, совсем скоро перестану отличаться.
Рэйчел приняла меня почти сразу же, так что я успела дать автограф всего двум её сотрудницам, прежде чем оказаться в долгожданной тишине и спокойствии кабинета хозяйки.
- Что привело вас к нам на этот раз, госпожа Аткинсон? - с улыбкой осведомилась она.
- Абигайль. И можно на "ты".
- Хорошо. Будешь чаю?
- Почему бы нет?
- Агнес, принеси нам два чая.
Служанка покинула кабинет и прикрыла за собой дверь.
- Итак, теперь, когда мы остались одни, скажи, что ты ищешь здесь на этот раз, - прищурилась Рэйчел. - Или кого?
- Кого, разумеется, - кивнула я. - Кентон сказал, что если я захочу с ним связаться, могу обратиться к тебе.
- Справедливо, - кивнула Рэйчел. - Он меня предупредил. Я дам тебе адрес. Так что, - с интересом спросила она, - как я погляжу, ты решила воспользоваться моим советом?
- Какие советом? - искренне удивилась я.
- Искать себе мужа в нашем заведении.
В глазах мадам играли смешинки.
- Даже и не думала искать себе мужа, ни в вашем заведении, ни в каком бы то ни было другом, - возразила я.
- Разве? Ну, значит, мне показалось. Но только на всякий случай имей в виду: Алисдейр - как раз один из тех пятерых, о которых я упоминала в нашу предыдущую встречу.
Я рассмеялась.
- Боюсь, что когда Кентон соберётся жениться, я не удержусь и расскажу его невесте об этой рекомендации, - не без удовольствия призналась я.
- Хотела бы я на это взглянуть, - как-то по-своему усмехнулась Рэйчел. - Однако подозреваю, что это произойдёт нескоро. Видишь ли, Кентон уполномочил меня сообщить о своём местонахождении только двоим. И единственная женщина среди них - ты.
- Это как раз совершенно естественно и не имеет никакого отношения к тому, на что ты намекаешь, - отмахнулась я. - Просто у него есть веские причины считать, что я его не выдам.
- Не сомневаюсь, - улыбнулась Рэйчел. - Хотя к тому, на что я намекаю, эти причины имеют самое непосредственное отношение.
Служанка зашла в кабинет и поставила перед нами поднос с чашками и всем необходимым.
- Спасибо, Агнес, ты свободна, - ровным голосом произнесла Рэйчел и подождала, пока девушка снова покинет комнату.
- Нас не могут здесь подслушать? - запоздало уточнила я. - Всё-таки в особняке много людей.
- Если мои девочки торгуют своим телом, это ещё вовсе не означает, что в этом доме всё продаётся и покупается, - заметила Рэйчел. - Те, кто не понимает таких простых правил, вылетают отсюда очень быстро.
Я пододвинула к себе блюдце, взяла в руки чашку и отхлебнула горячий чай.
- Что ты так смотришь? - нахмурилась я. - Неужто на этот раз я пью, как клиент?
- Не как клиент, нет, - покачала головой Рэйчел. - Но и не так же, как в прошлый раз. Я бы сказала, что сейчас ты гораздо более настроена на постель, чем была тогда.
- Ну что ж, коли так, у меня есть к тебе вопрос, - решилась я. - Я, конечно, долго беседовала с твоими девушками и думала, что многое у них узнала... Но, видимо, всё-таки не всё.
- Я внимательно тебя слушаю.
- Что делает женщина, когда ей впервые приходится отдаваться мужчине не по своему выбору? Существует какой-нибудь способ пережить это с наименьшими потерями для себя?
Рэйчел задумчиво встретила мой прямой взгляд.
- Всё это очень индивидуально, - медленно проговорила она. - К тому же у каждой женщины свой порог терпимости к подобным вещам. У тебя этот порог более низок, чем у большинства из тех, кто оказывается здесь, поэтому для таких, как ты, это сложнее... Могу дать только один совет. Следует всё время помнить о том, что постель - это не более, чем постель. Чисто физическое действо, не имеющее ни малейшего отношения ни к чести, ни к любви, ни к психологической свободе. Сними с него всю ту романтическую ауру, которую на протяжении тысячелетий накручивало человеческое общество. Если мужчина переспал с женщиной, это не означает ничего, кроме того, что он с ней переспал. Это не даёт ему никаких прав и преимуществ. Не делает ни хозяином, ни победителем. Всего лишь самым обыкновенным человеком, неспособным устоять перед сильной стороной женщины и собственной слабостью.
- Другими словами, нас унижает не то, что мы делаем, а то, как мы это делаем, - пробормотала я.
- Справедливо, - подтвердила Рэйчел. - Хоть я и говорила несколько о другом, но это правда. Унижение заключается отнюдь не в физическом контакте.
- Я это запомню, - кивнула я, вставая из-за стола. - Спасибо.
- Привет Алисдейру.
Я вышла через распахнутую привратником дверь, делая вид, что не замечаю жгущего спину взгляда, которым она задумчиво смотрела мне вслед.
Эта часть города разительно отличалась как от центра, так и от богатых кварталов, прилегающих к замку Торнсайдов. Старые, обшарпанные домишки, казалось, никогда не знали не то что ремонта, но даже повторной покраски; редкий забор обходился без призывно зияющей дыры; улицы убирались, как говорится, "в последний раз - никогда", а стены были исписаны весьма изощрёнными пожеланиями. Однако меня эти обстоятельства не особенно смущали: в силу характера моей работы в трущобах мне доводилось бывать не намного реже, чем в других кварталах города. И поскольку данный район уже был мне знаком, найти названную Рэйчел улицу и нужный дом не составило особого труда.
Надо сказать, что для трущоб дом был не так уж и плох. Во всяком случае, краска не свисала со стен клочьями, прикрытые ставни смотрелись вполне аккуратно, а на одном из подоконников даже красовался цветочный горшок с каким-то чахленьким росточком. Поднявшись по скрипучей лестнице на последний, третий, этаж, я постучала в высокую тёмно-коричневую дверь. И, вовсе не ожидая, что постоялец поспешит приглашать внутрь первого встречного, сказала, достаточно громко, чтобы было слышно внутри, но и достаточно тихо для того, чтобы не привлекать излишнего внимания снаружи:
