- А почему вода непрозрачная? - изобличающим тоном спросил стражник.
- Мыльный корень и всякие масла, - охотно ответила я.
Судя по взгляду, которым одарил меня старший, к использованию мыльного корня он относился весьма подозрительно. Не иначе рассматривал его как первый шаг к государственной измене.
Двое стражников с топаньем спустились по лестнице, ещё один возвратился из прихожей, никто из них ничего не нашёл.
- Приносим вам свои извинения, - обратился ко мне старший. - Спокойной ночи и приятного отдыха.
Я проводила эту четвёрку до крыльца и с удовольствием закрыла за ними дверь, да ещё и заперла на прочный засов. Возвратившись в комнату, выждала ещё пару минут и лишь после этого распахнула створки шкафа.
- М-да, Аби, я, конечно, догадывался, что у тебя есть скелеты в шкафу, - заметил Люк, по-прежнему возлежавший на кушетке, - но никак не думал, что они настолько упитанные.
- Не такой уж я упитанный, - отозвался Кентон, выбираясь из шкафа.
- Для скелета - вполне, - возразил Люк.
- Ты не хочешь одеться? - едко спросил его Кентон.
- А что такого? - ухмыльнулся газетчик. - Абигайль нравится моё тело. Правда, Абигайль?
- Прекратите перепалку вы, двое! - устало отмахнулась я. - Ты, Люк, лучше и вправду оденься. А то вид твоей наглой физиономии в сочетании с завёрнутой в простыню задницей вызывает во мне крайне непристойные мысли... о порке!
- Да не могу я одеться, - вздохнул Люк. - Не во что. Сама погляди, во что превратились мои штаны, пока я через забор перебирался.
Он приподнял брюки, демонстрируя большую дыру в районе филейной части.
Я закатила глаза и с рычанием затопала на второй этаж, откуда вскоре принесла ещё один костюм Нормана. Люку повезло больше, чем Кентону. Ему костюм оказался чуть-чуть велик.
- Теперь ты. - Я подошла к Кентону поближе. - Кто ты такой, чёрт возьми?
- Абигайль, у тебя провалы в памяти на нервной почве? - хмыкнул Люк. - Или я чего-то не понимаю?
Я к приятелю даже не повернулась, продолжая пристально смотреть в глаза Кентону, отлично видя: он-то всё прекрасно понимал.
- О чём ты говоришь? - тем не менее спросил он.
- Ты отлично знаешь, о чём я говорю. Да, когда преступник сбегает из-под надзора, это неприятно. Если этот преступник досадил лично Майлзу, это неприятно вдвойне. Но искать его по всему городу посреди ночи, столь оперативно определив зону поисков и направив для этой цели столько людей? Тут не обошлось без личного вмешательства Рейвена, и это в такое-то время? Так кто ты такой?
- Это настолько важно? Я ведь с самого начала предупреждал, что ты навлекаешь на себя крупные неприятности.
- А я ни о чём и не жалею, но хочу знать, ради кого рискую. С какой такой радости твоя персона настолько интересна графу? Всё-таки ты находишься у меня дома. А может, ты серийный убийца или сексуальный маньяк?
- Вот точно, сексуальный маньяк - это как раз про меня, - рассеянно кивнул Кентон.
- Или палач, - продолжил предложенный мной список Люк.
- Палач-то почему? - вскинулся Кентон.
- Да так. Абигайль нынче интересуют сексуальные маньяки и палачи, - пояснил приятель. - Так что если хочешь ей понравиться, выбирай.
Я продолжала выжидательно смотреть на Алисдейра. Он задумчиво посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на Люка. Взгляд этот, прямо сказать, не был полон доверия.
- На него можно положиться, - сказала я.
- Я в этом не убеждён, - спокойно возразил Кентон. - Особенно если речь пойдёт о сенсации для недельника.
- Тебе всё равно придётся меня убить, если ты мне не доверяешь, - пожал плечами газетчик. - Я ведь знаю, где ты находишься и кто помог тебе бежать.
- Не стоит меня провоцировать. Я ведь могу именно так и поступить, - предупредил Кентон.
- За Люка я ручаюсь, - вмешалась я.
- Это не мой секрет... Ну хорошо. - Кентон поднялся и сделал несколько шагов по комнате. - Рейвену нужен не я, - сказал он, оборачиваясь к нам. - Ему нужен другой человек, но я могу на него вывести. Я - единственный человек в графстве, которому известно его местонахождение. Поэтому меня и ищут... столь тщательно.
- Кто он? Этот человек, который так нужен Рейвену?
На лице Кентона заиграла лёгкая улыбка. Совсем не весёлая, скорее агрессивная. Не сулящая Рейвену ничего хорошего.
- В твоей статье про Рейвена была одна ошибка, - сказал он мне. - Вообще, конечно, весь его образ сформировался неверный, но с точки зрения голых фактов ошибка одна. Зато глобальная.
- Я не ошибаюсь в фактах, - возразила я. Увы, по другим пунктам возразить было нечего. Да, с Рейвеном я промахнулась, и не только в вопросе биографической статьи.
- И тем не менее в одном ты ошиблась. Ты написала, что он - единственный из ныне живущих наследников графского трона Торнсайда. Но это не так. Есть ещё один. И именно до этого одного и хочет добраться Рейвен.
- Этот ещё один унаследует графство в случае смерти Рейвена? - живо заинтересовался Люк.
- Возможно, - кивнул Кентон. - Но главное даже не это. Главное то, что, строго говоря, этот человек уже унаследовал графство, прежде чем оно де факто перешло к Рейвену.
- Он что, старший брат Алана? - не поняла я.
- Нет. Родство между ними есть, но не настолько близкое.
- Тогда я не понимаю. Как дальний родственник Рейвена мог унаследовать графство, если предыдущим графом был отец Рейвена?
- Потому что он унаследовал графство раньше. Прежде, чем его заполучил Рейвен-отец.
- Ты хочешь сказать, что правление Рейвенов было незаконным с самого начала? - прищурился Люк.
- Понятие законности очень растяжимо в подобных вопросах, - поморщился Кентон. - В графстве тогда развернулась настоящая бойня. Очень большой куш и слишком много претендентов... И практически никто не выжил. Осталось двое - Рейвен-отец со своей семьёй и один маленький мальчик. Практически младенец, ему было тогда что-то около двух лет. Ну, и умные люди записали мальчика в мёртвые, вместе с остальными членами его семьи. Ясное дело, в борьбе против Рейвенов на тот момент он проигрывал по определению. Так что графство заполучил отец Алана, а теперь оно перешло по наследству к сыну. И вряд ли кто-нибудь когда-нибудь сможет что-то доказать. И тем не менее по праву рождения графство в своё время перешло к тому ребёнку. Хотя официально он и не правил ни одного дня.
- И этот мальчик сейчас вырос, живёт где-то в королевстве и представляет угрозу для Рейвена, - заключила я.
- Именно так.
- А почему никто, кроме тебя, не знает, где он находится? Он живёт под чужим именем?
- Да. Его усыновили другие люди, дали ему своё имя, и никто даже не знает, что он - не их родной сын. Он и сам узнал обо всём совсем не так давно.
- Так почему же Рейвен не искал его раньше? - Вопросы сыпались из меня один за другим. Ещё немного, и Кентон, чего доброго, откажется продолжать, заявив, что я беру у него интервью... - Стой, я, кажется, поняла. Рейвен об этом прежде не знал? Узнал только после того, как унаследовал графство?
- Его отцу и в голову не приходило что-то выяснять после того, как он победил на тех скачках, - кивнул Кентон. - Он прочно сидел на своём месте много лет. Правил, надо сказать, вполне неплохо. Когда к власти пришёл Эдвард Пятый, Рейвен стал одним из первых, кто присягнул в верности новому королю. Что и неудивительно, учитывая, что именно в здешнюю темницу в своё время посадили молодого Рауля. Ответственность за это, конечно, лежала не на графе, тюрьма-то как-никак королевская, но, как известно, при Эдварде головы и за меньшее летели. В общем, Рейвен-старший сумел выкрутиться и, видимо, все данные новому королю обещания сдержал, налоги в казну платил исправно, никаких особых нареканий на него не было. Так что мысли о возможных конкурентах не слишком тревожили его ночной сон. Но Рейвен-младший - человек гораздо более дотошный и мнительный. Когда несколько месяцев назад он пришёл к власти, то решил тщательно всё перепроверить и умудрился выйти на какой-то след.
- Тогда зачем он устроил весь этот спектакль с колодками? - растерянно спросила я. - По логике вещей он должен был просто приволочь тебя в пыточную и клещами вытащить нужную ему информацию. Я что-то не так сказала?
Люк смотрел на меня, как на музейный экспонат, восхищённо покачивая головой.
- Степень твоей деликатности впечатлила даже меня, - признал он.
- Ты всё так сказала, - принуждённо рассмеялся Кентон. - И ответ может быть только один: на том этапе Рейвен ещё не знал, что я обладаю такой информацией.
- А теперь?..
- А теперь, стало быть, знает. Иначе не стал бы поднимать такой шум посреди ночи. Согласен, совпадение странное... Но, может, это и не совпадение. Предполагаю, что в моё отсутствие он сумел покопаться в моих делах - просто так, на всякий случай, в стремлении держать руку на пульсе. И, по-видимому, докопался до того, чего узнать был не должен.
Сдвинув в сторону Люка, нахально захватившего всю кушетку, я уселась рядом с ним и на секунду прикрыла глаза.
- Ладно, это всё история, - сказала я затем. - А что насчёт будущего?
- Ты о чём? - повернулся ко мне Люк.
- Допустим, что у меня шкурный интерес, - отозвалась я. - Хочу увидеть на месте Рейвена кого-нибудь другого.
- О, ты хочешь устроить маленький государственный переворот в масштабах одного графства? - усмехнулся Люк. - Прежде не замечал за тобой подобных склонностей.
- Я сама за собой не замечала, - отозвалась я. - Так что же? Есть у этого парня шансы заполучить Торнсайд?
- Теоретически есть, - откликнулся Кентон, - но мизерные. Для этого ему понадобилось бы обратиться к королю с прошением, чтобы тот рассмотрел его права на графство.
- И в чём в таком случае проблема?
- А в том, что при таком сроке давности доказать ничего невозможно. Даже его принадлежность к роду Торнсайдов, не говоря уж о каких-то там призрачных правах. Тем более, что к Рейвенам у короля нет никаких претензий.
- Что значит "нет никаких претензий"?! - возмутилась я. - Это при всём том, что вытворяет Алан?!
- А что он такого вытворяет, чего не мог бы себе позволить граф? - отозвался Кентон.
- То есть как это "что"?
- Абигайль, не кипятись, - мрачно сказал Люк. - Он прав.
- Да что мы с вами, про разных графов, что ли, говорим? - удивилась я.
- Не про разных графов, а с разных позиций, - примирительно объяснил Кентон. - С позиции короля не так уж в Торнсайде всё и плохо. Налоги в казну поступают исправно. Все отчёты предоставляются вовремя, и можешь мне поверить, написаны они, как положено. Большое количество казней? Так преступность растёт; хороший граф обязан с этим бороться. Люди пропадают? Ну, так поосторожнее надо быть. Болота, дикие звери, разбойники. С последними, конечно, надо бороться, ну, так под этим соусом можно вздёрнуть ещё десяток человек. Знатных людей Рейвен не трогает. А из-за несправедливо осуждённых торговцев к королю, знаешь ли, не обращаются. Для таких целей вроде бы как инстанции пониже предназначены.
- Что значит "не трогает знать"? А прежний барон ван Дрейк?
- Барон сам сглупил дальше некуда. После того, как его люди практически захватили замок, любой король счёл бы реакцию Рейвена адекватной.
- А...
- А что касается его дочки, - предугадал моё возражение Кентон, - нет ровным счётом никаких доказательств того, что Рейвен имел к этому хоть какое-то отношение.
- Ну хорошо, а ты? - не желала сдаваться я. - Поставить дворянина к позорному столбу - это как, тоже адекватно?
- Если он - опасный государственный преступник? - изогнул брови Кентон. - Ну, в крайнем случае попеняют на неправильно выбранный способ наказания.
- А ты - опасный государственный преступник? - едко осведомилась я.
- Моё слово против слова графа Торнсайдского, - флегматично пожал плечами Кентон. - Как ты думаешь, кого из нас послушают в первую очередь?
- Но кто-то же должен открыть королю глаза на то, что здесь происходит!
- Должен, - не стал возражать Кентон. - И кто это сделает?
- Вот пусть этот твой наследник и сделает. Король, между прочим, сейчас совсем недалеко отсюда. Он путешествует по северным провинциям, и завтра уже будет в Фолкрейде, а это всего в двух днях пути от Торнсайда.
- И кто тебе сказал, что король его примет?
- Если он назовётся законным графом Торнсайдским? Разумеется, примет.
- Если он так назовётся, то должен будет доказать своё право на ношение этого титула. А если не сможет, то вероятнее всего будет просто-напросто казнён за самозванство.
- Ну хорошо, а ты? Ты - дворянин, ты ведь можешь быть принят? Безо всякого самозванства?
- Могу, но не так сразу без предварительной договорённости. Скорее в столице, через месяц-другой. Это имеет смысл обдумать, тем более, что из графства мне в любом случае придётся убираться. Послушай, и давай-ка на этом закончим, - остановил меня он, видя, что я готова задать очередной вопрос. - Всё это надо будет как следует обдумать, прежде чем принимать какие-либо решения, а у меня сегодня и без этого голова гудит.
- Ладно, только один вопрос! - быстро сказала я. - Какого цвета были волосы у родителей этого мальчика, наследника? Тёмные?
Люк непонимающе нахмурился.
- Ты очень умная девочка, Абигайль, - сказал Кентон, спокойно встретив мой взгляд.
Я не ответила. Он отлично знал, что я пойму, знал с самого начала. Это была информация для меня, но не для Люка.
- Так, Люк, я правильно понимаю, что ты собираешься оставаться здесь на ночь? - спросила я, не без труда подавляя зевок.
- Правильно понимаешь, - без капли стеснения кивнул приятель. - А что тебя в этом смущает? Ты не в первый раз проводишь со мной ночь!
- Отличная формулировка, - поаплодировала я, - особенно когда речь идёт о срочной работе над номером недельника.
В сущности какое имело значение, что подумает на этот счёт Кентон? Но факт оставался фактом: я не хотела, чтобы он подумал что-нибудь не то...
- Ладно, оставайся, всё равно от тебя не отделаешься, - махнула рукой я. - Но теперь всем надо хотя бы немного поспать. Впереди много дел. Один из вас ляжет здесь на кровати, другой на кушетке, а я пойду наверх. Завтра надо будет придумать, как переправить Кентона из города. Люк, у тебя есть какие-нибудь ходы?
- Я не уеду из города, - возразил Кентон.
- То есть как? - нахмурилась я. - Ты же сам сказал...
- Сказал. Но не сейчас. На несколько дней мне придётся задержаться: есть слишком важные дела. Не беспокойся: в трущобах можно укрыться не хуже, чем за пределами графства.
- Откуда только такие познания? - проворчала я. - Ладно, дело твоё. Но лучше не увлекайся. Рейвен явно не шутит.
Я извлекла из шкафа одеяла, вручила по одной штуке Люку и Кентону, и начала подниматься по лестнице.
- Абигайль! - позвал Кентон. - Будь добра, удовлетвори моё любопытство.
Я остановилась и обернулась.
- Ну?
- Почему этот работник пера заявил, что чтобы тебе понравиться, надо быть либо сексуальным маньяком, либо палачом?
- А что такого? У нашей Абигайль такие эротические фантазии, - тут же включился в разговор Люк.
- Заткнись! - огрызнулась я и пояснила: - Это просто темы моих будущих статей.
Кентон поморгал, переваривая информацию.
- Мыльный корень и всякие масла, - охотно ответила я.
Судя по взгляду, которым одарил меня старший, к использованию мыльного корня он относился весьма подозрительно. Не иначе рассматривал его как первый шаг к государственной измене.
Двое стражников с топаньем спустились по лестнице, ещё один возвратился из прихожей, никто из них ничего не нашёл.
- Приносим вам свои извинения, - обратился ко мне старший. - Спокойной ночи и приятного отдыха.
Я проводила эту четвёрку до крыльца и с удовольствием закрыла за ними дверь, да ещё и заперла на прочный засов. Возвратившись в комнату, выждала ещё пару минут и лишь после этого распахнула створки шкафа.
- М-да, Аби, я, конечно, догадывался, что у тебя есть скелеты в шкафу, - заметил Люк, по-прежнему возлежавший на кушетке, - но никак не думал, что они настолько упитанные.
- Не такой уж я упитанный, - отозвался Кентон, выбираясь из шкафа.
- Для скелета - вполне, - возразил Люк.
- Ты не хочешь одеться? - едко спросил его Кентон.
- А что такого? - ухмыльнулся газетчик. - Абигайль нравится моё тело. Правда, Абигайль?
- Прекратите перепалку вы, двое! - устало отмахнулась я. - Ты, Люк, лучше и вправду оденься. А то вид твоей наглой физиономии в сочетании с завёрнутой в простыню задницей вызывает во мне крайне непристойные мысли... о порке!
- Да не могу я одеться, - вздохнул Люк. - Не во что. Сама погляди, во что превратились мои штаны, пока я через забор перебирался.
Он приподнял брюки, демонстрируя большую дыру в районе филейной части.
Я закатила глаза и с рычанием затопала на второй этаж, откуда вскоре принесла ещё один костюм Нормана. Люку повезло больше, чем Кентону. Ему костюм оказался чуть-чуть велик.
- Теперь ты. - Я подошла к Кентону поближе. - Кто ты такой, чёрт возьми?
- Абигайль, у тебя провалы в памяти на нервной почве? - хмыкнул Люк. - Или я чего-то не понимаю?
Я к приятелю даже не повернулась, продолжая пристально смотреть в глаза Кентону, отлично видя: он-то всё прекрасно понимал.
- О чём ты говоришь? - тем не менее спросил он.
- Ты отлично знаешь, о чём я говорю. Да, когда преступник сбегает из-под надзора, это неприятно. Если этот преступник досадил лично Майлзу, это неприятно вдвойне. Но искать его по всему городу посреди ночи, столь оперативно определив зону поисков и направив для этой цели столько людей? Тут не обошлось без личного вмешательства Рейвена, и это в такое-то время? Так кто ты такой?
- Это настолько важно? Я ведь с самого начала предупреждал, что ты навлекаешь на себя крупные неприятности.
- А я ни о чём и не жалею, но хочу знать, ради кого рискую. С какой такой радости твоя персона настолько интересна графу? Всё-таки ты находишься у меня дома. А может, ты серийный убийца или сексуальный маньяк?
- Вот точно, сексуальный маньяк - это как раз про меня, - рассеянно кивнул Кентон.
- Или палач, - продолжил предложенный мной список Люк.
- Палач-то почему? - вскинулся Кентон.
- Да так. Абигайль нынче интересуют сексуальные маньяки и палачи, - пояснил приятель. - Так что если хочешь ей понравиться, выбирай.
Я продолжала выжидательно смотреть на Алисдейра. Он задумчиво посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на Люка. Взгляд этот, прямо сказать, не был полон доверия.
- На него можно положиться, - сказала я.
- Я в этом не убеждён, - спокойно возразил Кентон. - Особенно если речь пойдёт о сенсации для недельника.
- Тебе всё равно придётся меня убить, если ты мне не доверяешь, - пожал плечами газетчик. - Я ведь знаю, где ты находишься и кто помог тебе бежать.
- Не стоит меня провоцировать. Я ведь могу именно так и поступить, - предупредил Кентон.
- За Люка я ручаюсь, - вмешалась я.
- Это не мой секрет... Ну хорошо. - Кентон поднялся и сделал несколько шагов по комнате. - Рейвену нужен не я, - сказал он, оборачиваясь к нам. - Ему нужен другой человек, но я могу на него вывести. Я - единственный человек в графстве, которому известно его местонахождение. Поэтому меня и ищут... столь тщательно.
- Кто он? Этот человек, который так нужен Рейвену?
На лице Кентона заиграла лёгкая улыбка. Совсем не весёлая, скорее агрессивная. Не сулящая Рейвену ничего хорошего.
- В твоей статье про Рейвена была одна ошибка, - сказал он мне. - Вообще, конечно, весь его образ сформировался неверный, но с точки зрения голых фактов ошибка одна. Зато глобальная.
- Я не ошибаюсь в фактах, - возразила я. Увы, по другим пунктам возразить было нечего. Да, с Рейвеном я промахнулась, и не только в вопросе биографической статьи.
- И тем не менее в одном ты ошиблась. Ты написала, что он - единственный из ныне живущих наследников графского трона Торнсайда. Но это не так. Есть ещё один. И именно до этого одного и хочет добраться Рейвен.
- Этот ещё один унаследует графство в случае смерти Рейвена? - живо заинтересовался Люк.
- Возможно, - кивнул Кентон. - Но главное даже не это. Главное то, что, строго говоря, этот человек уже унаследовал графство, прежде чем оно де факто перешло к Рейвену.
- Он что, старший брат Алана? - не поняла я.
- Нет. Родство между ними есть, но не настолько близкое.
- Тогда я не понимаю. Как дальний родственник Рейвена мог унаследовать графство, если предыдущим графом был отец Рейвена?
- Потому что он унаследовал графство раньше. Прежде, чем его заполучил Рейвен-отец.
- Ты хочешь сказать, что правление Рейвенов было незаконным с самого начала? - прищурился Люк.
- Понятие законности очень растяжимо в подобных вопросах, - поморщился Кентон. - В графстве тогда развернулась настоящая бойня. Очень большой куш и слишком много претендентов... И практически никто не выжил. Осталось двое - Рейвен-отец со своей семьёй и один маленький мальчик. Практически младенец, ему было тогда что-то около двух лет. Ну, и умные люди записали мальчика в мёртвые, вместе с остальными членами его семьи. Ясное дело, в борьбе против Рейвенов на тот момент он проигрывал по определению. Так что графство заполучил отец Алана, а теперь оно перешло по наследству к сыну. И вряд ли кто-нибудь когда-нибудь сможет что-то доказать. И тем не менее по праву рождения графство в своё время перешло к тому ребёнку. Хотя официально он и не правил ни одного дня.
- И этот мальчик сейчас вырос, живёт где-то в королевстве и представляет угрозу для Рейвена, - заключила я.
- Именно так.
- А почему никто, кроме тебя, не знает, где он находится? Он живёт под чужим именем?
- Да. Его усыновили другие люди, дали ему своё имя, и никто даже не знает, что он - не их родной сын. Он и сам узнал обо всём совсем не так давно.
- Так почему же Рейвен не искал его раньше? - Вопросы сыпались из меня один за другим. Ещё немного, и Кентон, чего доброго, откажется продолжать, заявив, что я беру у него интервью... - Стой, я, кажется, поняла. Рейвен об этом прежде не знал? Узнал только после того, как унаследовал графство?
- Его отцу и в голову не приходило что-то выяснять после того, как он победил на тех скачках, - кивнул Кентон. - Он прочно сидел на своём месте много лет. Правил, надо сказать, вполне неплохо. Когда к власти пришёл Эдвард Пятый, Рейвен стал одним из первых, кто присягнул в верности новому королю. Что и неудивительно, учитывая, что именно в здешнюю темницу в своё время посадили молодого Рауля. Ответственность за это, конечно, лежала не на графе, тюрьма-то как-никак королевская, но, как известно, при Эдварде головы и за меньшее летели. В общем, Рейвен-старший сумел выкрутиться и, видимо, все данные новому королю обещания сдержал, налоги в казну платил исправно, никаких особых нареканий на него не было. Так что мысли о возможных конкурентах не слишком тревожили его ночной сон. Но Рейвен-младший - человек гораздо более дотошный и мнительный. Когда несколько месяцев назад он пришёл к власти, то решил тщательно всё перепроверить и умудрился выйти на какой-то след.
- Тогда зачем он устроил весь этот спектакль с колодками? - растерянно спросила я. - По логике вещей он должен был просто приволочь тебя в пыточную и клещами вытащить нужную ему информацию. Я что-то не так сказала?
Люк смотрел на меня, как на музейный экспонат, восхищённо покачивая головой.
- Степень твоей деликатности впечатлила даже меня, - признал он.
- Ты всё так сказала, - принуждённо рассмеялся Кентон. - И ответ может быть только один: на том этапе Рейвен ещё не знал, что я обладаю такой информацией.
- А теперь?..
- А теперь, стало быть, знает. Иначе не стал бы поднимать такой шум посреди ночи. Согласен, совпадение странное... Но, может, это и не совпадение. Предполагаю, что в моё отсутствие он сумел покопаться в моих делах - просто так, на всякий случай, в стремлении держать руку на пульсе. И, по-видимому, докопался до того, чего узнать был не должен.
Сдвинув в сторону Люка, нахально захватившего всю кушетку, я уселась рядом с ним и на секунду прикрыла глаза.
- Ладно, это всё история, - сказала я затем. - А что насчёт будущего?
- Ты о чём? - повернулся ко мне Люк.
- Допустим, что у меня шкурный интерес, - отозвалась я. - Хочу увидеть на месте Рейвена кого-нибудь другого.
- О, ты хочешь устроить маленький государственный переворот в масштабах одного графства? - усмехнулся Люк. - Прежде не замечал за тобой подобных склонностей.
- Я сама за собой не замечала, - отозвалась я. - Так что же? Есть у этого парня шансы заполучить Торнсайд?
- Теоретически есть, - откликнулся Кентон, - но мизерные. Для этого ему понадобилось бы обратиться к королю с прошением, чтобы тот рассмотрел его права на графство.
- И в чём в таком случае проблема?
- А в том, что при таком сроке давности доказать ничего невозможно. Даже его принадлежность к роду Торнсайдов, не говоря уж о каких-то там призрачных правах. Тем более, что к Рейвенам у короля нет никаких претензий.
- Что значит "нет никаких претензий"?! - возмутилась я. - Это при всём том, что вытворяет Алан?!
- А что он такого вытворяет, чего не мог бы себе позволить граф? - отозвался Кентон.
- То есть как это "что"?
- Абигайль, не кипятись, - мрачно сказал Люк. - Он прав.
- Да что мы с вами, про разных графов, что ли, говорим? - удивилась я.
- Не про разных графов, а с разных позиций, - примирительно объяснил Кентон. - С позиции короля не так уж в Торнсайде всё и плохо. Налоги в казну поступают исправно. Все отчёты предоставляются вовремя, и можешь мне поверить, написаны они, как положено. Большое количество казней? Так преступность растёт; хороший граф обязан с этим бороться. Люди пропадают? Ну, так поосторожнее надо быть. Болота, дикие звери, разбойники. С последними, конечно, надо бороться, ну, так под этим соусом можно вздёрнуть ещё десяток человек. Знатных людей Рейвен не трогает. А из-за несправедливо осуждённых торговцев к королю, знаешь ли, не обращаются. Для таких целей вроде бы как инстанции пониже предназначены.
- Что значит "не трогает знать"? А прежний барон ван Дрейк?
- Барон сам сглупил дальше некуда. После того, как его люди практически захватили замок, любой король счёл бы реакцию Рейвена адекватной.
- А...
- А что касается его дочки, - предугадал моё возражение Кентон, - нет ровным счётом никаких доказательств того, что Рейвен имел к этому хоть какое-то отношение.
- Ну хорошо, а ты? - не желала сдаваться я. - Поставить дворянина к позорному столбу - это как, тоже адекватно?
- Если он - опасный государственный преступник? - изогнул брови Кентон. - Ну, в крайнем случае попеняют на неправильно выбранный способ наказания.
- А ты - опасный государственный преступник? - едко осведомилась я.
- Моё слово против слова графа Торнсайдского, - флегматично пожал плечами Кентон. - Как ты думаешь, кого из нас послушают в первую очередь?
- Но кто-то же должен открыть королю глаза на то, что здесь происходит!
- Должен, - не стал возражать Кентон. - И кто это сделает?
- Вот пусть этот твой наследник и сделает. Король, между прочим, сейчас совсем недалеко отсюда. Он путешествует по северным провинциям, и завтра уже будет в Фолкрейде, а это всего в двух днях пути от Торнсайда.
- И кто тебе сказал, что король его примет?
- Если он назовётся законным графом Торнсайдским? Разумеется, примет.
- Если он так назовётся, то должен будет доказать своё право на ношение этого титула. А если не сможет, то вероятнее всего будет просто-напросто казнён за самозванство.
- Ну хорошо, а ты? Ты - дворянин, ты ведь можешь быть принят? Безо всякого самозванства?
- Могу, но не так сразу без предварительной договорённости. Скорее в столице, через месяц-другой. Это имеет смысл обдумать, тем более, что из графства мне в любом случае придётся убираться. Послушай, и давай-ка на этом закончим, - остановил меня он, видя, что я готова задать очередной вопрос. - Всё это надо будет как следует обдумать, прежде чем принимать какие-либо решения, а у меня сегодня и без этого голова гудит.
- Ладно, только один вопрос! - быстро сказала я. - Какого цвета были волосы у родителей этого мальчика, наследника? Тёмные?
Люк непонимающе нахмурился.
- Ты очень умная девочка, Абигайль, - сказал Кентон, спокойно встретив мой взгляд.
Я не ответила. Он отлично знал, что я пойму, знал с самого начала. Это была информация для меня, но не для Люка.
Глава 11. Развлекательная полоса.
- Так, Люк, я правильно понимаю, что ты собираешься оставаться здесь на ночь? - спросила я, не без труда подавляя зевок.
- Правильно понимаешь, - без капли стеснения кивнул приятель. - А что тебя в этом смущает? Ты не в первый раз проводишь со мной ночь!
- Отличная формулировка, - поаплодировала я, - особенно когда речь идёт о срочной работе над номером недельника.
В сущности какое имело значение, что подумает на этот счёт Кентон? Но факт оставался фактом: я не хотела, чтобы он подумал что-нибудь не то...
- Ладно, оставайся, всё равно от тебя не отделаешься, - махнула рукой я. - Но теперь всем надо хотя бы немного поспать. Впереди много дел. Один из вас ляжет здесь на кровати, другой на кушетке, а я пойду наверх. Завтра надо будет придумать, как переправить Кентона из города. Люк, у тебя есть какие-нибудь ходы?
- Я не уеду из города, - возразил Кентон.
- То есть как? - нахмурилась я. - Ты же сам сказал...
- Сказал. Но не сейчас. На несколько дней мне придётся задержаться: есть слишком важные дела. Не беспокойся: в трущобах можно укрыться не хуже, чем за пределами графства.
- Откуда только такие познания? - проворчала я. - Ладно, дело твоё. Но лучше не увлекайся. Рейвен явно не шутит.
Я извлекла из шкафа одеяла, вручила по одной штуке Люку и Кентону, и начала подниматься по лестнице.
- Абигайль! - позвал Кентон. - Будь добра, удовлетвори моё любопытство.
Я остановилась и обернулась.
- Ну?
- Почему этот работник пера заявил, что чтобы тебе понравиться, надо быть либо сексуальным маньяком, либо палачом?
- А что такого? У нашей Абигайль такие эротические фантазии, - тут же включился в разговор Люк.
- Заткнись! - огрызнулась я и пояснила: - Это просто темы моих будущих статей.
Кентон поморгал, переваривая информацию.
