Настала очередь Кентона заскрипеть зубами, но вступать в спор он не стал. Я же на сей раз не выдержала.
- А мои показания, стало быть, роли не играют?
- Ваши показания были выслушаны ранее и будут учтены при вынесении решения, - спокойно ответил Рауль.
- В таком случае, быть может, нам имеет смысл перейти к следующему пункту? - с плохо скрываемым торжеством предложил Рейвен.
- Обвинение утверждает, что вы незаконно арестовали подруг госпожи Аткинсон, - Рауль заглянул в документ, - Терезу Мэй и Роуз Паркер, с целью шантажа. Превышение полномочий такого рода - серьёзное преступление, и наказывается оно весьма сурово. Что вы можете сказать на этот счёт?
Подняв глаза от бумаги, Рауль с интересом взглянул на графа.
- Я не делал ничего подобного, - заявил тот.
- А вот тут, - впервые вмешалась в ход суда Говорящая, - есть одна маленькая неувязка. У госпожи Аткинсон есть письмо, доказывающее её правоту.
- У вас есть такое письмо? - спросил у меня Рауль.
- Да, Ваше Величество, - ответила я, сдерживая улыбку.
Разумеется, письмо лежало у меня в сумке, и Раулю это было прекрасно известно. Король вытянул руку, и я вручила ему извлечённое на свет послание. Пробежав письмо глазами, король, прекрасно осведомленный о его содержании, обратился к Рейвену:
- Что вы можете сказать по этому поводу, граф?
- Я могу взглянуть, Ваше Величество?
- Будьте так любезны.
Рейвен принял листок и прочитал записку, хотя её содержание было известно ему ещё лучше, чем королю.
- Ваше Величество, увы, это письмо написано не моим почерком, - развёл руками он. - Не исключаю, что его написал кто-то из обитателей этого замка. В таком случае виновный понесёт самое суровое наказание.
- Надо понимать, в тюрьму этих двух женщин тоже посадил тот самый таинственный злоумышленник из замка? - язвительно осведомился Кентон.
- Эти женщины никогда не сидели в моей тюрьме.
- А если они будут утверждать обратное?
- Подруги госпожи Аткинсон? - многозначительно произнёс Рейвен. - Вполне возможно, что именно так они и поступят.
- Что там у нас дальше? - обратился к секретарю Рауль.
- Попытка совершить насилие над госпожой Аткинсон здесь в замке, - подсказал тот.
- Чепуха, - возразил Рейвен. - Госпожа Аткинсон пришла сюда по собственной воле.
- Принуждённая упомянутым нами письмом? - уточнил Рауль.
- Я ничего не могу сказать по этому поводу, поскольку о письме не знал, - пожал плечами Рейвен. - Она пришла ко мне сама и по собственному почину стала предлагать мне себя.
- А ты, конечно, всеми силами сопротивлялся. - Несмотря на ироничный тон Кентона, я чувствовала, как он злится. Кажется, он с трудом удерживался от того, чтобы поступить с Рейвеном так же, как когда-то поступил в "Хмельном охотнике" с Норманом. - Даже принялся отбиваться от Абигайль при помощи ножа. А она и тут не отстала, перехватила рукоять и в ходе борьбы разукрасила тебе лицо.
- Интересная версия событий, - отметила Говорящая.
- Интересная, но неверная, - развёл руками Рейвен. - Госпожа Аткинсон сама пришла в мой дом с ножом и, оставшись со мной наедине, попыталась меня убить. Разумеется, я сопротивлялся.
- И, движимый исключительно уважением к правосудию, велел посадить её в мужскую камеру? - зло спросил Кентон.
- Что? - переспросил Рауль, и если бы я была на месте Рейвена, мне бы чрезвычайно не понравился его взгляд. До сих пор об этой детали не было известно ни королю, ни Говорящей.
- Этому есть достаточно свидетелей, - добавил Кентон, сверля графа глазами.
- Мне ничего об этом неизвестно, - отрезал тот. - Если это действительно так, значит, стражники что-то напутали.
- О подобных вещах тебе тоже не докладывают?
- А мне было не до этого, - жёстко заявил Рейвен. - В те дни я был занят лечением раны. Которая и сейчас, должен заметить, ещё не зажила.
- Перейдём к сожжению, - постановил Рауль, хотя взгляд его оставался тяжёлым.
- В этом действительно есть моя вина, - сокрушённо признал граф. - Всё её поведение - то, как она напала на меня, то, как пыталась окрутить, её взгляды, многочисленные странности в поведении... Всё это заставило меня прийти к выводу, что эта женщина - именно ведьма и должна быть казнена как таковая. Я осознаю свою ошибку и искренне о ней сожалею. - Он приложил руку к сердцу и склонил голову. - У меня есть лишь одно оправдание: я искренне заблуждался. И ни в коем случае не собирался применять данное наказание к людям, использующим магию в мирных целях в рамках своей профессии. Полагаю, теперь я ответил на все обвинения и могу выдвинуть своё собственное?
Рауль ничего не сказал, но его выжидательный взгляд позволил Рейвену начать.
- Я обвиняю эту женщину в том, что она вступила в сговор с присутствующим здесь Кентоном Алисдейром. Последний стремится путём ложных притязаний завладеть графским престолом, который принадлежит мне по праву наследования. С этой целью он отправил свою любовницу, газетчицу Абигайль Аткинсон, шпионить за мной, забраться в мою постель, а в последствии и убить. Шрам на моём лице получен в ходе её неудавшейся попытки исполнить его волю.
- Ты окончательно зарвался, Рейвен, - процедил Кентон. - Думаешь, всё сойдёт тебе с рук?
- А что, Алисдейр, ты хочешь лично, прямо сейчас восстановить справедливость?
Рейвен сделал шаг вперёд, откровенно нарываясь на драку.
- Хочешь, чтобы я ударил тебя в присутствии короля? - мгновенно раскусил этот манёвр Кентон. - Не дождёшься. Но можешь не сомневаться: даже если сумеешь избежать возмездия на суде, оно настигнет тебя в другом месте.
- Ваше Величество, прошу вас обратить внимание на слова этого человека, - тут же воззвал к королю Рейвен. - Он в вашем присутствии угрожает мне физической расправой.
- Боже упаси, - улыбнулся Кентон, - я лишь имел в виду Страшный суд. Неужели мои слова можно было истолковать как-то иначе?
- А чего вы хотели, Рейвен?
Я устремила на Рауля изумлённый взгляд. Совершенно неожиданно, во всяком случае для меня, король заговорил совершенно иным тоном. Словно на некоторое время снял с лица маску верховного судьи и обратился к графу неофициально, просто как человек.
- Чего вы ждали, когда столь настойчиво и изощрённо добивались чужой женщины? Тем более после того, как она неоднократно и вполне однозначно сообщала вам о своей незаинтересованности? Разумеется, вы нарывались на неприятности, а в конечном счёте их и получили. Или вы решили, будто обеспечивать других неприятностями - ваша собственная прерогатива? Так не бывает, Рейвен. Несложно было предсказать, что рано или поздно найдётся человек, который создаст проблемы и вам. Но мы отвлеклись. - Маска судьи мгновенно возвратилась на своё место. - Вы сказали, граф, что обвинения против вас закончены. Это не так. Остался ещё один пункт. Алан Рейвен, граф Торнсайдский, вы обвиняетесь в попытке убийства газетчицы Абигайль Аткинсон, совершённой не далее как сегодня ночью в этом замке, в выделенной ей опочивальне.
Рейвен нахмурился; судя по всему, он рассчитывал на то, что такое обвинение не прозвучит. Должно быть, до последней минуты надеялся, что хоть убийство и не состоялось, о его планах во всяком случае никто не узнает.
- Ваше Величество, но это обвинение нелепо. - Говорил он тем не менее вполне спокойно. - Всё это время я находился в замке под стражей, не имея возможности выйти из комнаты. И теперь я чрезвычайно благодарен вам за то, что вы столь прозорливо отдали такой приказ. Ибо именно благодаря этому приказу я могу снять с себя последнее обвинение.
На губах Рауля заиграла лёгкая улыбка.
- Никто и не обвиняет вас в том, что вы лично бросились на неё с ножом, - заметил он. - Речь идёт о том, что с этой целью вы подослали к ней своего человека.
- Снова неувязка, - развёл руками граф. - У меня не было такой возможности. Мне были запрещены любые свидания и разговоры.
- Понимаю, - кивнул Рауль. - Сейчас мы проверим, как всё обстояло на самом деле.
Он сделал знак одному из дежуривших у двери телохранителей. Тот, почтительно поклонившись, вышел из зала и почти сразу же возвратился вместе с Тобиасом Холлом, руки которого были связаны за спиной.
Лёгкая светская улыбка слетела с лица Рейвена, будто её и не было. Граф был достаточно умным человеком, чтобы увидеть собственный проигрыш. Сомнений в том, что Тобиас пойман с поличным и, сознавшись во всём, указал на своего господина как на заказчика, быть не могло.
- Станем проводить подробный перекрёстный допрос? - спросил тем не менее Рауль. - Или сэкономим всем время, которое весьма дорого, и сочтём, что всё уже прояснилось.
- Сочтём, что всё прояснилось, - сглотнув, сказал Рейвен после небольшой напряжённой паузы.
- Стало быть, вы признаётесь в том, что приказали убить Абигайль Аткинсон, как утверждает этот несостоявшийся исполнитель?
Кивок со стороны Тобиаса, а затем и со стороны Рейвена.
- Хотел бы я знать, что заставило вас так поступить, - прищурившись, произнёс Рауль. - Ведь вы прекрасно продумали линию защиты, ничего не упустили из виду. Впрочем, подозреваю, что причина отнюдь не в суде. Госпожа Аткинсон слишком многое знает, ведь так? И вы сочли предпочтительным заставить её замолчать. Например, для того, чтобы она ничего не сообщила нам о проходящих под замком тоннелях. Но вы не могли просчитать наперёд всего стечения обстоятельств. В том числе и того, что проинформировать нас о подземном ходе она уже успела. Думаю, с его обследованием нельзя долее тянуть. Как я понимаю, туда можно проникнуть через одну из тюремных камер?
Последние слова Рауля были обращены к стражнику, однако вместо него ответил Рейвен.
- Необязательно идти через камеру, - глухо сказал он. - Есть вход прямо с этого этажа, совсем близко отсюда. Если хотите, я покажу.
- Где именно он расположен? - спросил Рауль.
- В одной из соседних комнат. Если выйти отсюда и повернуть по коридору направо, то это будет вторая дверь по правую руку, - медленно произнёс граф, кажется, с трудом выговаривавший слова. - Но вход в тоннель смогу открыть только я.
- Джон, возьми людей, пойдите и осмотрите эту комнату, - велел Рауль. - Убедитесь в том, что там нет сюрпризов.
Один из телохранителей сделал знак ещё двоим, и они вышли из зала. Остальные трое перегруппировались таким образом, чтобы вновь сформировать разорвавшийся полукруг за спиной у короля.
Долго ждать не пришлось. Джон возвратился достаточно скоро, подошёл к королю и что-то тихо сказал ему на ухо. Рауль нахмурился и бросил на Рейвена подозрительный взгляд.
- И что означают эти игры? - крайне недовольно спросил он.
- Ваше Величество, позвольте мне всё объяснить на месте, - произнёс Рейвен. - Клянусь вам, что я не лгу. Я покажу вам вход в подземные помещения. И не сбегу.
- Ну что ж, посмотрим, что там за вход и покончим с этим, - постановил Рауль, поднимаясь с трона и делая знак охранникам.
Трое из них вывели Рейвена из зала.
- Юджин, оставайся здесь и начинай готовить документы, - сказал Рауль. - Айрин, вы тоже подождите здесь. А вы, - обернулся он ко мне, - следуйте за нами. Возможно, моим людям понадобится имеющаяся у вас информация. Надо же хоть как-то утешить Рейвена, доказав оправданность его стремления с вами разделаться.
Я попыталась прочитать на лице короля хоть какие-то эмоции, но его выражение оставалось совершенно бесстрастным. Если я хоть что-то понимаю, в словах Рауля присутствовала ирония, но это никак не отразилось на голосе и не проявилось внешне. Кентон потихоньку ткнул меня в бок, давая понять, что на короля так подолгу не пялятся, и я вынужденно отвела взгляд.
- Я тоже пойду, - объявила Айрин, нагоняя нас у двери. - Всё-таки интересно посмотреть, что там за потайной ход. Я уже сказала Абигайль, что не полезла бы внутрь ни за какие деньги. Но взглянуть одним глазком всё равно любопытно.
Рауль не стал возражать, и в итоге зал покинули все, кроме секретаря. Нас сопровождали телохранители короля, а также волкодав, последовавший за монархом безо всякой команды.
Идти было недалеко. Миновав одну дверь, мы остановились у следующей, которая была уже предупредительно распахнута охранником, и по очереди прошли внутрь. Сначала Джон, потом Рауль, Айрин, ещё один охранник, а затем мы с Кентоном. Двое охранников и Рейвен уже были внутри. Ещё двое остались дежурить возле двери снаружи.
Мы оказались в пустой комнате, довольно маленькой, но не производившей впечатления тесной из-за полного отсутствия мебели. Ни стола, ни стульев, ни кушеток, ни сундуков - ровным счётом ничего. Не было даже ковров или звериных шкур. Лишь несколько канделябров на стенах, гардины на окне, да один-единственный гобелен. Зато сразу стало понятно, о чём именно Джон шёпотом сообщил Раулю и что стало причиной недовольства последнего. Посреди комнаты под потолком висела верёвка, недвусмысленно заканчивавшаяся петлёй.
Разумеется, именно эта достопримечательность моментально приковала к себе взгляды присутствующих. Впрочем, это не означает, что охранники забыли о своих обязанностях. Косясь глазами на петлю, они тем не менее продолжали следить за Рейвеном и, более того, на всякий случай извлекли из ножен мечи.
- Итак, где вход и что всё это значит? - решительно спросил Рауль.
Верёвка тихонько покачивалась в воздухе, растревоженная нашим появлением.
- Разве петля не есть лучший символ правосудия? - криво ухмыльнувшись, проговорил Рейвен.
- Вы хотите повеситься у нас на глазах, дабы таким образом доказать своё уважение к закону? - язвительно осведомился король. - Звучит очень трогательно. Надеюсь, вы не обидитесь, если я не поверю в столь благие намерения?
- Все знают, в каком направлении ведёт дорога, которая выстлана этими самыми намерениями, - вздохнул Рейвен.
Чувствуя, что что-то идёт не так, охранники приблизились к Раулю и Говорящей, а Кентон крепко сжал рукоять висящего на поясе меча. Как и многие другие, я неотрывно следила за каждым движением графа, но пока не видела, как он мог бы хоть что-нибудь предпринять.
- Обожаю старые избитые истины, - поморщился Рауль. - По-моему, граф, вы напрасно тратите наше время.
В этот момент снаружи послышался топот шагов и неразборчивые возгласы, а вскоре среди выкриков можно было разобрать отчётливое "Пожар!".
Говорящая нахмурилась.
- Нет, так не бывает! - пробормотала она, качая головой.
Кажется, я догадывалась, что она имела в виду. Среди материалов, собранных мной в надежде на интервью, были сведения о том, что Рауль и Айрин однажды чуть не погибли при пожаре, разбушевавшемся в королевском дворце. По неподтверждённой информации тот пожар явился результатом поджога, устроенного с целью лишить жизни тогдашнего принца и его фаворитку. А что, если и сейчас это был поджог? Только на сей раз - с целью предоставить Рейвену шанс скрыться в неразберихе, которая будет царить в замке в самом скором времени?
Я подняла на Кентона встревоженный взгляд, но, кажется, королю уже пришла в голову та же мысль, что и мне.
- Всем оставаться на своих местах, - спокойно велел он. - Тед, выясни, что там происходит.
Охранник, стоявший по левую руку от Джона, покинул комнату, спеша исполнить приказ.
- А мои показания, стало быть, роли не играют?
- Ваши показания были выслушаны ранее и будут учтены при вынесении решения, - спокойно ответил Рауль.
- В таком случае, быть может, нам имеет смысл перейти к следующему пункту? - с плохо скрываемым торжеством предложил Рейвен.
- Обвинение утверждает, что вы незаконно арестовали подруг госпожи Аткинсон, - Рауль заглянул в документ, - Терезу Мэй и Роуз Паркер, с целью шантажа. Превышение полномочий такого рода - серьёзное преступление, и наказывается оно весьма сурово. Что вы можете сказать на этот счёт?
Подняв глаза от бумаги, Рауль с интересом взглянул на графа.
- Я не делал ничего подобного, - заявил тот.
- А вот тут, - впервые вмешалась в ход суда Говорящая, - есть одна маленькая неувязка. У госпожи Аткинсон есть письмо, доказывающее её правоту.
- У вас есть такое письмо? - спросил у меня Рауль.
- Да, Ваше Величество, - ответила я, сдерживая улыбку.
Разумеется, письмо лежало у меня в сумке, и Раулю это было прекрасно известно. Король вытянул руку, и я вручила ему извлечённое на свет послание. Пробежав письмо глазами, король, прекрасно осведомленный о его содержании, обратился к Рейвену:
- Что вы можете сказать по этому поводу, граф?
- Я могу взглянуть, Ваше Величество?
- Будьте так любезны.
Рейвен принял листок и прочитал записку, хотя её содержание было известно ему ещё лучше, чем королю.
- Ваше Величество, увы, это письмо написано не моим почерком, - развёл руками он. - Не исключаю, что его написал кто-то из обитателей этого замка. В таком случае виновный понесёт самое суровое наказание.
- Надо понимать, в тюрьму этих двух женщин тоже посадил тот самый таинственный злоумышленник из замка? - язвительно осведомился Кентон.
- Эти женщины никогда не сидели в моей тюрьме.
- А если они будут утверждать обратное?
- Подруги госпожи Аткинсон? - многозначительно произнёс Рейвен. - Вполне возможно, что именно так они и поступят.
- Что там у нас дальше? - обратился к секретарю Рауль.
- Попытка совершить насилие над госпожой Аткинсон здесь в замке, - подсказал тот.
- Чепуха, - возразил Рейвен. - Госпожа Аткинсон пришла сюда по собственной воле.
- Принуждённая упомянутым нами письмом? - уточнил Рауль.
- Я ничего не могу сказать по этому поводу, поскольку о письме не знал, - пожал плечами Рейвен. - Она пришла ко мне сама и по собственному почину стала предлагать мне себя.
- А ты, конечно, всеми силами сопротивлялся. - Несмотря на ироничный тон Кентона, я чувствовала, как он злится. Кажется, он с трудом удерживался от того, чтобы поступить с Рейвеном так же, как когда-то поступил в "Хмельном охотнике" с Норманом. - Даже принялся отбиваться от Абигайль при помощи ножа. А она и тут не отстала, перехватила рукоять и в ходе борьбы разукрасила тебе лицо.
- Интересная версия событий, - отметила Говорящая.
- Интересная, но неверная, - развёл руками Рейвен. - Госпожа Аткинсон сама пришла в мой дом с ножом и, оставшись со мной наедине, попыталась меня убить. Разумеется, я сопротивлялся.
- И, движимый исключительно уважением к правосудию, велел посадить её в мужскую камеру? - зло спросил Кентон.
- Что? - переспросил Рауль, и если бы я была на месте Рейвена, мне бы чрезвычайно не понравился его взгляд. До сих пор об этой детали не было известно ни королю, ни Говорящей.
- Этому есть достаточно свидетелей, - добавил Кентон, сверля графа глазами.
- Мне ничего об этом неизвестно, - отрезал тот. - Если это действительно так, значит, стражники что-то напутали.
- О подобных вещах тебе тоже не докладывают?
- А мне было не до этого, - жёстко заявил Рейвен. - В те дни я был занят лечением раны. Которая и сейчас, должен заметить, ещё не зажила.
- Перейдём к сожжению, - постановил Рауль, хотя взгляд его оставался тяжёлым.
- В этом действительно есть моя вина, - сокрушённо признал граф. - Всё её поведение - то, как она напала на меня, то, как пыталась окрутить, её взгляды, многочисленные странности в поведении... Всё это заставило меня прийти к выводу, что эта женщина - именно ведьма и должна быть казнена как таковая. Я осознаю свою ошибку и искренне о ней сожалею. - Он приложил руку к сердцу и склонил голову. - У меня есть лишь одно оправдание: я искренне заблуждался. И ни в коем случае не собирался применять данное наказание к людям, использующим магию в мирных целях в рамках своей профессии. Полагаю, теперь я ответил на все обвинения и могу выдвинуть своё собственное?
Рауль ничего не сказал, но его выжидательный взгляд позволил Рейвену начать.
- Я обвиняю эту женщину в том, что она вступила в сговор с присутствующим здесь Кентоном Алисдейром. Последний стремится путём ложных притязаний завладеть графским престолом, который принадлежит мне по праву наследования. С этой целью он отправил свою любовницу, газетчицу Абигайль Аткинсон, шпионить за мной, забраться в мою постель, а в последствии и убить. Шрам на моём лице получен в ходе её неудавшейся попытки исполнить его волю.
- Ты окончательно зарвался, Рейвен, - процедил Кентон. - Думаешь, всё сойдёт тебе с рук?
- А что, Алисдейр, ты хочешь лично, прямо сейчас восстановить справедливость?
Рейвен сделал шаг вперёд, откровенно нарываясь на драку.
- Хочешь, чтобы я ударил тебя в присутствии короля? - мгновенно раскусил этот манёвр Кентон. - Не дождёшься. Но можешь не сомневаться: даже если сумеешь избежать возмездия на суде, оно настигнет тебя в другом месте.
- Ваше Величество, прошу вас обратить внимание на слова этого человека, - тут же воззвал к королю Рейвен. - Он в вашем присутствии угрожает мне физической расправой.
- Боже упаси, - улыбнулся Кентон, - я лишь имел в виду Страшный суд. Неужели мои слова можно было истолковать как-то иначе?
- А чего вы хотели, Рейвен?
Я устремила на Рауля изумлённый взгляд. Совершенно неожиданно, во всяком случае для меня, король заговорил совершенно иным тоном. Словно на некоторое время снял с лица маску верховного судьи и обратился к графу неофициально, просто как человек.
- Чего вы ждали, когда столь настойчиво и изощрённо добивались чужой женщины? Тем более после того, как она неоднократно и вполне однозначно сообщала вам о своей незаинтересованности? Разумеется, вы нарывались на неприятности, а в конечном счёте их и получили. Или вы решили, будто обеспечивать других неприятностями - ваша собственная прерогатива? Так не бывает, Рейвен. Несложно было предсказать, что рано или поздно найдётся человек, который создаст проблемы и вам. Но мы отвлеклись. - Маска судьи мгновенно возвратилась на своё место. - Вы сказали, граф, что обвинения против вас закончены. Это не так. Остался ещё один пункт. Алан Рейвен, граф Торнсайдский, вы обвиняетесь в попытке убийства газетчицы Абигайль Аткинсон, совершённой не далее как сегодня ночью в этом замке, в выделенной ей опочивальне.
Рейвен нахмурился; судя по всему, он рассчитывал на то, что такое обвинение не прозвучит. Должно быть, до последней минуты надеялся, что хоть убийство и не состоялось, о его планах во всяком случае никто не узнает.
- Ваше Величество, но это обвинение нелепо. - Говорил он тем не менее вполне спокойно. - Всё это время я находился в замке под стражей, не имея возможности выйти из комнаты. И теперь я чрезвычайно благодарен вам за то, что вы столь прозорливо отдали такой приказ. Ибо именно благодаря этому приказу я могу снять с себя последнее обвинение.
На губах Рауля заиграла лёгкая улыбка.
- Никто и не обвиняет вас в том, что вы лично бросились на неё с ножом, - заметил он. - Речь идёт о том, что с этой целью вы подослали к ней своего человека.
- Снова неувязка, - развёл руками граф. - У меня не было такой возможности. Мне были запрещены любые свидания и разговоры.
- Понимаю, - кивнул Рауль. - Сейчас мы проверим, как всё обстояло на самом деле.
Он сделал знак одному из дежуривших у двери телохранителей. Тот, почтительно поклонившись, вышел из зала и почти сразу же возвратился вместе с Тобиасом Холлом, руки которого были связаны за спиной.
Лёгкая светская улыбка слетела с лица Рейвена, будто её и не было. Граф был достаточно умным человеком, чтобы увидеть собственный проигрыш. Сомнений в том, что Тобиас пойман с поличным и, сознавшись во всём, указал на своего господина как на заказчика, быть не могло.
- Станем проводить подробный перекрёстный допрос? - спросил тем не менее Рауль. - Или сэкономим всем время, которое весьма дорого, и сочтём, что всё уже прояснилось.
- Сочтём, что всё прояснилось, - сглотнув, сказал Рейвен после небольшой напряжённой паузы.
- Стало быть, вы признаётесь в том, что приказали убить Абигайль Аткинсон, как утверждает этот несостоявшийся исполнитель?
Кивок со стороны Тобиаса, а затем и со стороны Рейвена.
- Хотел бы я знать, что заставило вас так поступить, - прищурившись, произнёс Рауль. - Ведь вы прекрасно продумали линию защиты, ничего не упустили из виду. Впрочем, подозреваю, что причина отнюдь не в суде. Госпожа Аткинсон слишком многое знает, ведь так? И вы сочли предпочтительным заставить её замолчать. Например, для того, чтобы она ничего не сообщила нам о проходящих под замком тоннелях. Но вы не могли просчитать наперёд всего стечения обстоятельств. В том числе и того, что проинформировать нас о подземном ходе она уже успела. Думаю, с его обследованием нельзя долее тянуть. Как я понимаю, туда можно проникнуть через одну из тюремных камер?
Последние слова Рауля были обращены к стражнику, однако вместо него ответил Рейвен.
- Необязательно идти через камеру, - глухо сказал он. - Есть вход прямо с этого этажа, совсем близко отсюда. Если хотите, я покажу.
- Где именно он расположен? - спросил Рауль.
- В одной из соседних комнат. Если выйти отсюда и повернуть по коридору направо, то это будет вторая дверь по правую руку, - медленно произнёс граф, кажется, с трудом выговаривавший слова. - Но вход в тоннель смогу открыть только я.
- Джон, возьми людей, пойдите и осмотрите эту комнату, - велел Рауль. - Убедитесь в том, что там нет сюрпризов.
Один из телохранителей сделал знак ещё двоим, и они вышли из зала. Остальные трое перегруппировались таким образом, чтобы вновь сформировать разорвавшийся полукруг за спиной у короля.
Долго ждать не пришлось. Джон возвратился достаточно скоро, подошёл к королю и что-то тихо сказал ему на ухо. Рауль нахмурился и бросил на Рейвена подозрительный взгляд.
- И что означают эти игры? - крайне недовольно спросил он.
- Ваше Величество, позвольте мне всё объяснить на месте, - произнёс Рейвен. - Клянусь вам, что я не лгу. Я покажу вам вход в подземные помещения. И не сбегу.
- Ну что ж, посмотрим, что там за вход и покончим с этим, - постановил Рауль, поднимаясь с трона и делая знак охранникам.
Трое из них вывели Рейвена из зала.
- Юджин, оставайся здесь и начинай готовить документы, - сказал Рауль. - Айрин, вы тоже подождите здесь. А вы, - обернулся он ко мне, - следуйте за нами. Возможно, моим людям понадобится имеющаяся у вас информация. Надо же хоть как-то утешить Рейвена, доказав оправданность его стремления с вами разделаться.
Я попыталась прочитать на лице короля хоть какие-то эмоции, но его выражение оставалось совершенно бесстрастным. Если я хоть что-то понимаю, в словах Рауля присутствовала ирония, но это никак не отразилось на голосе и не проявилось внешне. Кентон потихоньку ткнул меня в бок, давая понять, что на короля так подолгу не пялятся, и я вынужденно отвела взгляд.
- Я тоже пойду, - объявила Айрин, нагоняя нас у двери. - Всё-таки интересно посмотреть, что там за потайной ход. Я уже сказала Абигайль, что не полезла бы внутрь ни за какие деньги. Но взглянуть одним глазком всё равно любопытно.
Рауль не стал возражать, и в итоге зал покинули все, кроме секретаря. Нас сопровождали телохранители короля, а также волкодав, последовавший за монархом безо всякой команды.
Идти было недалеко. Миновав одну дверь, мы остановились у следующей, которая была уже предупредительно распахнута охранником, и по очереди прошли внутрь. Сначала Джон, потом Рауль, Айрин, ещё один охранник, а затем мы с Кентоном. Двое охранников и Рейвен уже были внутри. Ещё двое остались дежурить возле двери снаружи.
Мы оказались в пустой комнате, довольно маленькой, но не производившей впечатления тесной из-за полного отсутствия мебели. Ни стола, ни стульев, ни кушеток, ни сундуков - ровным счётом ничего. Не было даже ковров или звериных шкур. Лишь несколько канделябров на стенах, гардины на окне, да один-единственный гобелен. Зато сразу стало понятно, о чём именно Джон шёпотом сообщил Раулю и что стало причиной недовольства последнего. Посреди комнаты под потолком висела верёвка, недвусмысленно заканчивавшаяся петлёй.
Разумеется, именно эта достопримечательность моментально приковала к себе взгляды присутствующих. Впрочем, это не означает, что охранники забыли о своих обязанностях. Косясь глазами на петлю, они тем не менее продолжали следить за Рейвеном и, более того, на всякий случай извлекли из ножен мечи.
- Итак, где вход и что всё это значит? - решительно спросил Рауль.
Верёвка тихонько покачивалась в воздухе, растревоженная нашим появлением.
- Разве петля не есть лучший символ правосудия? - криво ухмыльнувшись, проговорил Рейвен.
- Вы хотите повеситься у нас на глазах, дабы таким образом доказать своё уважение к закону? - язвительно осведомился король. - Звучит очень трогательно. Надеюсь, вы не обидитесь, если я не поверю в столь благие намерения?
- Все знают, в каком направлении ведёт дорога, которая выстлана этими самыми намерениями, - вздохнул Рейвен.
Чувствуя, что что-то идёт не так, охранники приблизились к Раулю и Говорящей, а Кентон крепко сжал рукоять висящего на поясе меча. Как и многие другие, я неотрывно следила за каждым движением графа, но пока не видела, как он мог бы хоть что-нибудь предпринять.
- Обожаю старые избитые истины, - поморщился Рауль. - По-моему, граф, вы напрасно тратите наше время.
В этот момент снаружи послышался топот шагов и неразборчивые возгласы, а вскоре среди выкриков можно было разобрать отчётливое "Пожар!".
Говорящая нахмурилась.
- Нет, так не бывает! - пробормотала она, качая головой.
Кажется, я догадывалась, что она имела в виду. Среди материалов, собранных мной в надежде на интервью, были сведения о том, что Рауль и Айрин однажды чуть не погибли при пожаре, разбушевавшемся в королевском дворце. По неподтверждённой информации тот пожар явился результатом поджога, устроенного с целью лишить жизни тогдашнего принца и его фаворитку. А что, если и сейчас это был поджог? Только на сей раз - с целью предоставить Рейвену шанс скрыться в неразберихе, которая будет царить в замке в самом скором времени?
Я подняла на Кентона встревоженный взгляд, но, кажется, королю уже пришла в голову та же мысль, что и мне.
- Всем оставаться на своих местах, - спокойно велел он. - Тед, выясни, что там происходит.
Охранник, стоявший по левую руку от Джона, покинул комнату, спеша исполнить приказ.
