- Ну, вот и иди в таком случае к своей сто тринадцатой.
- Ладно. Так я пошёл?
За дверью послышался шум шагов
- Я тебе пойду! - мрачно заявила я и, поднявшись на ноги, распахнула дверь.
Этот красавчик, разумеется, не собиравшийся никуда уходить, мгновенно заключил меня в объятия, причём такие крепкие, что и цепей не надо. Зашёл в опочивальню и захлопнул дверь изнутри.
- Решил воспользоваться тем, что в твоём доме находится одинокая и беззащитная девушка, за которую некому заступиться? - спросила я, кладя руки ему на плечи.
- Нет. Я решил воспользоваться тем, что в моём доме находится потрясающая женщина, решительная, самоотверженная, немного смешная и острая на язык, которая ни за что меня не прогонит.
- Ты - самодовольный, циничный и наглый аристократ, - заявила я, вставая на цыпочки и заглядывая ему в глаза.
И впилась в его губы со страстью, которая оказалась неожиданной даже для меня самой. Не прерывая поцелуя и обнимая меня одной рукой, Кентон второй рукой нащупал щеколду и запер дверь. А потом решительно потянул меня к кровати, на ходу развязывая шнуровку ночной рубашки.
...Я сидела с ногами на кровати, прижимаясь щекой к мускулистой груди Кентона. Он стоял на коленях и, наклонившись, целовал мои волосы, шею, спину. Плавно повернув голову, так, чтобы ни на мгновение не отрываться от его кожи, я тоже принялась его целовать - грудь, шею, подбородок и, наконец, губы. Потом настойчиво надавила ему на плечи, и он опустился на подушку, увлекая меня за собой.
...Я лежала, прикрыв глаза, даже сквозь опущенные веки различая монотонное колебание свечей. Спать по-прежнему не хотелось. Хотелось и дальше лежать, ощущая тепло кожи Кентона, слушая его дыхание и вдыхая запах его тела. Просто осознавать, что он - рядом и никуда уже от меня не денется. Кентон, который не дарит цветов, не признаётся в любви, не врёт, чтобы сделать приятное, и может запросто сообщить женщине, что у неё лицо красивого красно-зелёно-синего оттенка. Кентон, который иногда бывает высокомерным и излишне гордым, хорошо знает дорогу в модный бордель и поступает импульсивно, не задумываясь о последствиях. Кентон, который всегда оказывается рядом в трудную минуту, даже тогда, когда этого никак не возможно ожидать. Кентон, циничный юмор и небрежное обхождение которого позволяют почти при любых обстоятельствах чувствовать себя спокойно, уверенно и надёжно.
- Ну как, теперь ты убедилась в том, что я и следующей ночью найду, чем нам заняться?
Ну конечно, Кентон не был бы Кентоном, если бы сказал сейчас что-нибудь романтичное.
- Да, убедилась, - кивнула я. - Теперь я понимаю, что Рэйчел рекомендовала тебя не напрасно.
- Меня рекомендовала тебе Рэйчел? - с любопытством спросил он, садясь на постели. - Что, в качестве любовника?
- Нет, в качестве мужа, - язвительно отозвалась я. - Помнится, я ещё дала себе слово, что когда-нибудь сообщу об этом твоей невесте.
- Ты ходишь за рекомендациями в своеобразные места.
- Ты в своеобразных местах их получаешь.
Застывшая на его лице усмешка медленно сползла с губ, а взгляд устремился в одну точку.
- Что-то не так? - озабоченно спросила я, моментально пряча коготочки до лучших времён.
- Просто задумался, - ответил Кентон, накрывая мою руку своей ладонью.
- О чём?
- О "Хмельном охотнике". Подумал, как бы всё могло сложиться, если бы я тогда что-то там не брякнул про твою статью. Можешь смеяться, но когда мы всей толпой поднялись в комнаты, у меня чуть не сорвалось с языка предложение поменяться парами.
Я действительно рассмеялась, но совсем по другой причине.
- У меня чуть было не сорвалось с языка точно такое же предложение, - призналась я.
- Серьёзно?
- Угу.
Он усмехнулся.
- Любопытно, что было бы, если бы один из нас всё-таки высказал своё предложение вслух.
- Думаю, Ланс и Бетси очень бы удивились.
- Зато именно Лансу пришлось бы скармливать этой прожорливой барышне годовой запас морепродуктов.
- Тебе что, жалко денег на кальмары? - попыталась пристыдить его я. Ага, пристыдить Кентона, как же!
- Нет, мне жалко самих кальмаров, - возразил он. - Они не для того родились на свет, чтобы так бесславно закончить свою жизнь в желудке разгневанной женщины, которая даже не голодна. А давится ими назло мужчине, которому, скажем прямо, нет до её выходок ни малейшего дела.
- Жалко кальмаров? - задумчиво переспросила я. - Вы с Говорящей не даром нашли общий язык. Но, возвращаясь к твоему вопросу, я думаю, хорошо, что ни один из нас ничего тогда не сказал. Как говорится, что ни делается, всё к лучшему. Не думаю, что для меня той ночью могло бы начаться что-то стоящее.
- Может, ты и права. И тем не менее в известном смысле всё началось именно там. Поэтому у меня возникло желание как-нибудь отметить этот трактир. Например, освободить его хозяина от выплаты налогов на ближайший год.
- Ого! - впечатлилась я. - На такие деньги они смогут накупить уйму морепродуктов. Надеюсь, они хотя бы будут кормить нас бесплатно?
- Тебе что же, жалко денег на еду? - насмешливо осведомился Кентон.
- Ничего мне не жалко. Я, между прочим, девушка работающая и в состоянии сама себя прокормить, - отрезала я. - Просто мне до сих пор обидно, что Бетси ты тогда раскормил, а мне так и не перепало даже одной маленькой креветочки.
- И кто же виноват? Не надо было уходить из заведения, хлопнув дверью, с видом оскорблённого достоинства.
- Ну да, конечно, а надо было вопить на грани ультразвука, так, чтобы ты готов был пойти на всё, лишь бы закрыть мне рот....
Кентон как-то странно на меня посмотрел.
- Вынужден признать, что такого эффекта тебе временами удаётся достичь без того, чтобы кричать на грани ультразвука.
- Слушай, ну, может, хоть на свадьбу на креветки расщедришься? - взмолилась я.
- Сказала бы раньше, я бы прямо тогда на площадь прискакал с ведром креветок.
- Спасибо, но, боюсь, тогда бы я этого не оценила. У меня, знаешь ли, запах дыма отбил аппетит.
Выражение лица Кентона не изменилось, оставаясь всё таким же слегка насмешливым, но его рука крепко сжала мои пальцы.
- На свадьбе могу поставить перед тобой персональный аквариум с морепродуктами, - заверил он. - Только не показывай его Говорящей. Она их, кажется, не ест.
Настал мой черёд задуматься, устремив отсутствующий взгляд в чёрный провал окна.
- Кстати о Говорящей, - проговорила я, снова поворачиваясь к Кентону и с трудом заставляя глаза сфокусироваться. - Ты знал о том, что у неё хранилось венчальное кольцо короля?
Кентон отрицательно покачал головой.
- Я думаю, об этом никто не знал, - ответил он. - Если бы проведал хоть кто-нибудь, то в скорости знали бы все. А я уверен, для обитателей дворца это ещё станет большим сюрпризом.
- И в самое ближайшее время, - заметила я. - Если она не станет снимать кольцо перед завтрашней церемонией, то в объявлении их помолвки даже не будет необходимости. А такие новости разносятся быстро. Но неужели хоть что-то может оставаться секретом так долго, тем более в таком улье, как королевский дворец?
- В тебе говорит газетчица, - ухмыльнулся Кентон. - Ты так привыкла охотиться за информацией, что не готова поверить в человеческое умение хранить тайну. Я думаю, если хоть кто-то и знал про кольцо, то только самые близкие люди. Возможно, Юджин, личный секретарь Рауля, и был в курсе... Хотя честно говоря, не думаю.
- Я, конечно, обратила внимание, что у короля на мизинце нет перстня, - задумчиво проговорила я. - Но думала, мало ли что... Их не все сейчас носят. К тому же он вполне мог быть обручён с какой-нибудь заграничной принцессой с двухлетнего возраста. В случае тайной помолвки, конечно, иначе я бы знала... Кстати, а у тебя случайно не завалялась какая-нибудь такая наречённая невеста? - с подозрением воззрилась я на него.
- Какая тебе разница? - хмыкнул Кентон. - Даже если бы это было и так, женюсь-то я всё равно на тебе.
- Хочется, знаешь ли, быть в курсе, каких именно встрясок ожидать от счастливой семейной жизни, - отозвалась я. - От вас, дворян, можно ждать любой пакости.
- Абигайль, - вздохнул он, - видишь ли, какое дело... Ты только не пугайся. Всё дело в том, что ты - моя невеста, а стало быть, ты и сама уже одной ногой дворянка. Может, пора начинать обуздывать твою классовую ненависть?
- Боже, какой ужас! - Я схватилась рукой за голову. - И что, это уже никак не лечится? Мне следовало быть более разборчивой в связях! С другой стороны, откуда я могла знать, что дворянство передаётся половым путём???
- Эти случаи настолько редки, что пока ещё не вошли в учебники по медицине.
- И что же, тебя это не смущает? - с сомнением спросила я.
- Что? Несовершенство учебных пособий?
- Ты отлично знаешь, о чём я. Со своим нынешним положением ты мог ты присмотреть себе графиню, ну или по меньшей мере какую-нибудь завалящую баронессу.
- Ты забываешь о том, что графом я стал совсем недавно и в сущности случайно, - серьёзно ответил Кентон. - Никаких шансов доказать свои права в случае, если бы дело приняло стандартный формальный ход, у меня не было. Так что я не успел ещё проникнуться чувством собственной значимости настолько, чтобы воротить нос ото всех, у кого нет громкого титула.
- Но у меня нет никакого. Тебя это не смущает?
Он безразлично передёрнул плечами.
- Выходит, что нет. Намного сильнее меня смущает твоя профессия, равно как и неприятное чувство, что твои вопросы - это ни что иное, как дерзкая попытка взять у меня интервью.
- Кому ты нужен?! - возмутилась я.
- Тебе, раз завтра ты выходишь за меня замуж, - самодовольно заявил он, укладываясь поудобнее и закидывая руки за голову.
- Это ни о чём не говорит, - предупредила я. - Муж - это, знаешь ли, полезный предмет домашней утвари, в хозяйстве лишним не бывает. Мне вот интересно другое. Почему Рауль сделал Айрин предложение именно сегодня? Они ведь вместе уже три года. Если бы ему, как тебе, была безразлична разница в происхождении, он сделал бы ей предложение уже давно.
- Не забывай: с короля в таких вещах особый спрос, - возразил Кентон. - Тут слишком много всего повязано: и давление влиятельных людей внутри королевства, и взаимоотношения с другими державами, и вопрос общественных настроений... В том, что касается женитьбы, король более зависим, чем любой из его подданных.
- Почему же в таком случае он сделал ей предложение сейчас?
- Я думаю, именно поэтому, - откликнулся Кентон. - За эти три года он как следует упрочил свою власть. И теперь может позволить себе то, что было недосягаемо сразу после коронации. А кроме того, - он хитро прищурился, - возможно, на него просто повлияла наша необыкновенно романтическая помолвка.
- Романтическая?! - Я аж закашлялась. - Да менее романтического предложения, сделанного в более неподходящем месте, невозможно себе представить!
- Но ты же ведь согласилась, - напомнил он.
- Какая разница? Это не имеет значения!
- Ошибаешься, как раз только это-то значение и имеет.
- Ага, - мрачно поддакнула я. - И теперь нам придётся раз в год, чтобы отметить годовщину помолвки, торжественно спускаться в тюремную камеру.
- Чем тебе не нравится такая семейная традиция? - поразился Кентон. - Сплошная романтика! Можешь быть уверена: все твои подруги обзавидуются.
Обсуждение милых семейных традиций было бесцеремонно прервано громким стуком в дверь. Мы с Кентоном переглянулись. Мой взгляд был изумлённым, его - подозрительным.
- Ну, и позволь полюбопытствовать, кто это пожаловал к тебе в такой час? - осведомился он елейным голосом.
- Э... Может быть, ещё один будущий муж? - предположила я с надеждой.
- Перебьёшься.
- Ну, тогда не знаю, - развела руками я. - Так я пойду спрошу?
- Пойди, пойди, - кивнул Кентон, вроде бы даже натянуто улыбаясь, но при этом очень нехорошо прищурившись.
Я соскочила на пол.
- Прямо в таком виде будешь открывать? - осведомился он.
- А я не собираюсь открывать, - фыркнула я, но всё-таки запаковалась в приготовленный горничной халат.
Кентон потянулся к своей одежде: горничная, по всей видимости, была целомудренной и потому наличием мужского халата в моей спальне не озаботилась. Его взгляд как бы между делом задержался на коротких кожаных ножнах, из которых торчала инкрустированная рукоять кинжала.
- У меня сто четырнадцать любовников, - ехидно сообщила я, - так что которого бы ты ни убил, особенно сильно я не пострадаю.
- Ты собираешься их всех принять сегодня? - не менее язвительно поинтересовался он.
Стук между тем повторился, и прозвучал на сей раз ещё более настойчиво.
- Кого там черти принесли? - невежливо поинтересовалась я, подходя к двери.
- Самого главного мужчину в твоей жизни, - проникновенно ответили снаружи.
Я тихо выматерилась сквозь зубы.
- Люк, а не пошёл бы ты...в камеру? - посоветовала я чуть погромче.
- О, уже и аристократические замашки прорезались! - воскликнул приятель. - Ненадолго же тебя хватило!
- Что?! - гневно выдохнула я.
- Аби, открой, нам совершенно необходимо потолковать! - твёрдо заявил газетчик.
- В три часа ночи?! - возмутилась я.
- А когда же ещё? Дорогая, нам надо пользоваться моментом, пока Алисдейр мирно храпит в отдельной комнате. Когда ещё я смогу вот так вот запросто заглянуть к тебе в опочивальню на огонёк?
Я осторожно покосилась на Кентона. Начнёт убивать прямо сейчас или сперва разберётся, что к чему? И на что, интересно знать, рассчитывает Люк? Думает, что Кентон в порыве ярости прикончит меня, а на мнимого любовника у него уже не хватит запала? Учитывая вспыльчивость Кентона, его запросто хватит на обоих. А учитывая мою вспыльчивость, я успею запустить в Люка чем-нибудь тяжёлым ещё раньше, чем руки Кентона сомкнутся на моей шее.
Жених стоял, склонив голову набок и уперев руки в бока, и его раздражённо-вопросительный взгляд требовал объяснений.
- Что так смотришь? Он знает, что ты здесь и всё слышишь, - озвучила единственно возможное объяснение я.
- Кто бы сомневался, - неожиданно спокойно отозвался Кентон. - Мы достаточно громко разговаривали.
У меня отлегло от сердца. Для первой ссоры на почве ревности как-то рановато. Но этого мерзавца я точно убью.
Я отодвинула щеколду и рывком распахнула дверь.
- Какого дьявола тебе надо в опочивальнях скромных целомудренных женщин? - возмущённо спросила я.
Взгляд Люка моментально скользнул поверх моего плеча вглубь комнаты и выхватил из общей картины полуодетого Кентона.
- Абигайль, как ты можешь?! - с деланным ужасом вскричал он. - Ты разве не понимаешь, что нельзя пускать к себе будущего мужа до свадьбы? Если он получит от тебя всё, что можно, уже сейчас, то раздумает жениться.
- Спасибо, папочка! - Я прижала руку к груди в знак благодарности. - И что же, ты притащился ко мне в три часа ночи только за тем, чтобы сообщить эту потрясающую новость?
- Я не могу говорить при нём, - решительно заявил Люк. - Вид такого разврата лишает меня дара речи.
- Гринн, я ведь был до сих пор чрезвычайно терпелив, - заметил, подходя поближе, Кентон. - Но моё терпение уже на пределе.
На моём женихе были сейчас надеты брюки и наспех накинутая рубашка, и мне невольно подумалось, что ему не мешало бы почаще оставлять её расстёгнутой.
- Ладно. Так я пошёл?
За дверью послышался шум шагов
- Я тебе пойду! - мрачно заявила я и, поднявшись на ноги, распахнула дверь.
Этот красавчик, разумеется, не собиравшийся никуда уходить, мгновенно заключил меня в объятия, причём такие крепкие, что и цепей не надо. Зашёл в опочивальню и захлопнул дверь изнутри.
- Решил воспользоваться тем, что в твоём доме находится одинокая и беззащитная девушка, за которую некому заступиться? - спросила я, кладя руки ему на плечи.
- Нет. Я решил воспользоваться тем, что в моём доме находится потрясающая женщина, решительная, самоотверженная, немного смешная и острая на язык, которая ни за что меня не прогонит.
- Ты - самодовольный, циничный и наглый аристократ, - заявила я, вставая на цыпочки и заглядывая ему в глаза.
И впилась в его губы со страстью, которая оказалась неожиданной даже для меня самой. Не прерывая поцелуя и обнимая меня одной рукой, Кентон второй рукой нащупал щеколду и запер дверь. А потом решительно потянул меня к кровати, на ходу развязывая шнуровку ночной рубашки.
...Я сидела с ногами на кровати, прижимаясь щекой к мускулистой груди Кентона. Он стоял на коленях и, наклонившись, целовал мои волосы, шею, спину. Плавно повернув голову, так, чтобы ни на мгновение не отрываться от его кожи, я тоже принялась его целовать - грудь, шею, подбородок и, наконец, губы. Потом настойчиво надавила ему на плечи, и он опустился на подушку, увлекая меня за собой.
...Я лежала, прикрыв глаза, даже сквозь опущенные веки различая монотонное колебание свечей. Спать по-прежнему не хотелось. Хотелось и дальше лежать, ощущая тепло кожи Кентона, слушая его дыхание и вдыхая запах его тела. Просто осознавать, что он - рядом и никуда уже от меня не денется. Кентон, который не дарит цветов, не признаётся в любви, не врёт, чтобы сделать приятное, и может запросто сообщить женщине, что у неё лицо красивого красно-зелёно-синего оттенка. Кентон, который иногда бывает высокомерным и излишне гордым, хорошо знает дорогу в модный бордель и поступает импульсивно, не задумываясь о последствиях. Кентон, который всегда оказывается рядом в трудную минуту, даже тогда, когда этого никак не возможно ожидать. Кентон, циничный юмор и небрежное обхождение которого позволяют почти при любых обстоятельствах чувствовать себя спокойно, уверенно и надёжно.
- Ну как, теперь ты убедилась в том, что я и следующей ночью найду, чем нам заняться?
Ну конечно, Кентон не был бы Кентоном, если бы сказал сейчас что-нибудь романтичное.
- Да, убедилась, - кивнула я. - Теперь я понимаю, что Рэйчел рекомендовала тебя не напрасно.
- Меня рекомендовала тебе Рэйчел? - с любопытством спросил он, садясь на постели. - Что, в качестве любовника?
- Нет, в качестве мужа, - язвительно отозвалась я. - Помнится, я ещё дала себе слово, что когда-нибудь сообщу об этом твоей невесте.
- Ты ходишь за рекомендациями в своеобразные места.
- Ты в своеобразных местах их получаешь.
Застывшая на его лице усмешка медленно сползла с губ, а взгляд устремился в одну точку.
- Что-то не так? - озабоченно спросила я, моментально пряча коготочки до лучших времён.
- Просто задумался, - ответил Кентон, накрывая мою руку своей ладонью.
- О чём?
- О "Хмельном охотнике". Подумал, как бы всё могло сложиться, если бы я тогда что-то там не брякнул про твою статью. Можешь смеяться, но когда мы всей толпой поднялись в комнаты, у меня чуть не сорвалось с языка предложение поменяться парами.
Я действительно рассмеялась, но совсем по другой причине.
- У меня чуть было не сорвалось с языка точно такое же предложение, - призналась я.
- Серьёзно?
- Угу.
Он усмехнулся.
- Любопытно, что было бы, если бы один из нас всё-таки высказал своё предложение вслух.
- Думаю, Ланс и Бетси очень бы удивились.
- Зато именно Лансу пришлось бы скармливать этой прожорливой барышне годовой запас морепродуктов.
- Тебе что, жалко денег на кальмары? - попыталась пристыдить его я. Ага, пристыдить Кентона, как же!
- Нет, мне жалко самих кальмаров, - возразил он. - Они не для того родились на свет, чтобы так бесславно закончить свою жизнь в желудке разгневанной женщины, которая даже не голодна. А давится ими назло мужчине, которому, скажем прямо, нет до её выходок ни малейшего дела.
- Жалко кальмаров? - задумчиво переспросила я. - Вы с Говорящей не даром нашли общий язык. Но, возвращаясь к твоему вопросу, я думаю, хорошо, что ни один из нас ничего тогда не сказал. Как говорится, что ни делается, всё к лучшему. Не думаю, что для меня той ночью могло бы начаться что-то стоящее.
- Может, ты и права. И тем не менее в известном смысле всё началось именно там. Поэтому у меня возникло желание как-нибудь отметить этот трактир. Например, освободить его хозяина от выплаты налогов на ближайший год.
- Ого! - впечатлилась я. - На такие деньги они смогут накупить уйму морепродуктов. Надеюсь, они хотя бы будут кормить нас бесплатно?
- Тебе что же, жалко денег на еду? - насмешливо осведомился Кентон.
- Ничего мне не жалко. Я, между прочим, девушка работающая и в состоянии сама себя прокормить, - отрезала я. - Просто мне до сих пор обидно, что Бетси ты тогда раскормил, а мне так и не перепало даже одной маленькой креветочки.
- И кто же виноват? Не надо было уходить из заведения, хлопнув дверью, с видом оскорблённого достоинства.
- Ну да, конечно, а надо было вопить на грани ультразвука, так, чтобы ты готов был пойти на всё, лишь бы закрыть мне рот....
Кентон как-то странно на меня посмотрел.
- Вынужден признать, что такого эффекта тебе временами удаётся достичь без того, чтобы кричать на грани ультразвука.
- Слушай, ну, может, хоть на свадьбу на креветки расщедришься? - взмолилась я.
- Сказала бы раньше, я бы прямо тогда на площадь прискакал с ведром креветок.
- Спасибо, но, боюсь, тогда бы я этого не оценила. У меня, знаешь ли, запах дыма отбил аппетит.
Выражение лица Кентона не изменилось, оставаясь всё таким же слегка насмешливым, но его рука крепко сжала мои пальцы.
- На свадьбе могу поставить перед тобой персональный аквариум с морепродуктами, - заверил он. - Только не показывай его Говорящей. Она их, кажется, не ест.
Настал мой черёд задуматься, устремив отсутствующий взгляд в чёрный провал окна.
- Кстати о Говорящей, - проговорила я, снова поворачиваясь к Кентону и с трудом заставляя глаза сфокусироваться. - Ты знал о том, что у неё хранилось венчальное кольцо короля?
Кентон отрицательно покачал головой.
- Я думаю, об этом никто не знал, - ответил он. - Если бы проведал хоть кто-нибудь, то в скорости знали бы все. А я уверен, для обитателей дворца это ещё станет большим сюрпризом.
- И в самое ближайшее время, - заметила я. - Если она не станет снимать кольцо перед завтрашней церемонией, то в объявлении их помолвки даже не будет необходимости. А такие новости разносятся быстро. Но неужели хоть что-то может оставаться секретом так долго, тем более в таком улье, как королевский дворец?
- В тебе говорит газетчица, - ухмыльнулся Кентон. - Ты так привыкла охотиться за информацией, что не готова поверить в человеческое умение хранить тайну. Я думаю, если хоть кто-то и знал про кольцо, то только самые близкие люди. Возможно, Юджин, личный секретарь Рауля, и был в курсе... Хотя честно говоря, не думаю.
- Я, конечно, обратила внимание, что у короля на мизинце нет перстня, - задумчиво проговорила я. - Но думала, мало ли что... Их не все сейчас носят. К тому же он вполне мог быть обручён с какой-нибудь заграничной принцессой с двухлетнего возраста. В случае тайной помолвки, конечно, иначе я бы знала... Кстати, а у тебя случайно не завалялась какая-нибудь такая наречённая невеста? - с подозрением воззрилась я на него.
- Какая тебе разница? - хмыкнул Кентон. - Даже если бы это было и так, женюсь-то я всё равно на тебе.
- Хочется, знаешь ли, быть в курсе, каких именно встрясок ожидать от счастливой семейной жизни, - отозвалась я. - От вас, дворян, можно ждать любой пакости.
- Абигайль, - вздохнул он, - видишь ли, какое дело... Ты только не пугайся. Всё дело в том, что ты - моя невеста, а стало быть, ты и сама уже одной ногой дворянка. Может, пора начинать обуздывать твою классовую ненависть?
- Боже, какой ужас! - Я схватилась рукой за голову. - И что, это уже никак не лечится? Мне следовало быть более разборчивой в связях! С другой стороны, откуда я могла знать, что дворянство передаётся половым путём???
- Эти случаи настолько редки, что пока ещё не вошли в учебники по медицине.
- И что же, тебя это не смущает? - с сомнением спросила я.
- Что? Несовершенство учебных пособий?
- Ты отлично знаешь, о чём я. Со своим нынешним положением ты мог ты присмотреть себе графиню, ну или по меньшей мере какую-нибудь завалящую баронессу.
- Ты забываешь о том, что графом я стал совсем недавно и в сущности случайно, - серьёзно ответил Кентон. - Никаких шансов доказать свои права в случае, если бы дело приняло стандартный формальный ход, у меня не было. Так что я не успел ещё проникнуться чувством собственной значимости настолько, чтобы воротить нос ото всех, у кого нет громкого титула.
- Но у меня нет никакого. Тебя это не смущает?
Он безразлично передёрнул плечами.
- Выходит, что нет. Намного сильнее меня смущает твоя профессия, равно как и неприятное чувство, что твои вопросы - это ни что иное, как дерзкая попытка взять у меня интервью.
- Кому ты нужен?! - возмутилась я.
- Тебе, раз завтра ты выходишь за меня замуж, - самодовольно заявил он, укладываясь поудобнее и закидывая руки за голову.
- Это ни о чём не говорит, - предупредила я. - Муж - это, знаешь ли, полезный предмет домашней утвари, в хозяйстве лишним не бывает. Мне вот интересно другое. Почему Рауль сделал Айрин предложение именно сегодня? Они ведь вместе уже три года. Если бы ему, как тебе, была безразлична разница в происхождении, он сделал бы ей предложение уже давно.
- Не забывай: с короля в таких вещах особый спрос, - возразил Кентон. - Тут слишком много всего повязано: и давление влиятельных людей внутри королевства, и взаимоотношения с другими державами, и вопрос общественных настроений... В том, что касается женитьбы, король более зависим, чем любой из его подданных.
- Почему же в таком случае он сделал ей предложение сейчас?
- Я думаю, именно поэтому, - откликнулся Кентон. - За эти три года он как следует упрочил свою власть. И теперь может позволить себе то, что было недосягаемо сразу после коронации. А кроме того, - он хитро прищурился, - возможно, на него просто повлияла наша необыкновенно романтическая помолвка.
- Романтическая?! - Я аж закашлялась. - Да менее романтического предложения, сделанного в более неподходящем месте, невозможно себе представить!
- Но ты же ведь согласилась, - напомнил он.
- Какая разница? Это не имеет значения!
- Ошибаешься, как раз только это-то значение и имеет.
- Ага, - мрачно поддакнула я. - И теперь нам придётся раз в год, чтобы отметить годовщину помолвки, торжественно спускаться в тюремную камеру.
- Чем тебе не нравится такая семейная традиция? - поразился Кентон. - Сплошная романтика! Можешь быть уверена: все твои подруги обзавидуются.
Обсуждение милых семейных традиций было бесцеремонно прервано громким стуком в дверь. Мы с Кентоном переглянулись. Мой взгляд был изумлённым, его - подозрительным.
- Ну, и позволь полюбопытствовать, кто это пожаловал к тебе в такой час? - осведомился он елейным голосом.
- Э... Может быть, ещё один будущий муж? - предположила я с надеждой.
- Перебьёшься.
- Ну, тогда не знаю, - развела руками я. - Так я пойду спрошу?
- Пойди, пойди, - кивнул Кентон, вроде бы даже натянуто улыбаясь, но при этом очень нехорошо прищурившись.
Я соскочила на пол.
- Прямо в таком виде будешь открывать? - осведомился он.
- А я не собираюсь открывать, - фыркнула я, но всё-таки запаковалась в приготовленный горничной халат.
Кентон потянулся к своей одежде: горничная, по всей видимости, была целомудренной и потому наличием мужского халата в моей спальне не озаботилась. Его взгляд как бы между делом задержался на коротких кожаных ножнах, из которых торчала инкрустированная рукоять кинжала.
- У меня сто четырнадцать любовников, - ехидно сообщила я, - так что которого бы ты ни убил, особенно сильно я не пострадаю.
- Ты собираешься их всех принять сегодня? - не менее язвительно поинтересовался он.
Стук между тем повторился, и прозвучал на сей раз ещё более настойчиво.
- Кого там черти принесли? - невежливо поинтересовалась я, подходя к двери.
- Самого главного мужчину в твоей жизни, - проникновенно ответили снаружи.
Я тихо выматерилась сквозь зубы.
- Люк, а не пошёл бы ты...в камеру? - посоветовала я чуть погромче.
- О, уже и аристократические замашки прорезались! - воскликнул приятель. - Ненадолго же тебя хватило!
- Что?! - гневно выдохнула я.
- Аби, открой, нам совершенно необходимо потолковать! - твёрдо заявил газетчик.
- В три часа ночи?! - возмутилась я.
- А когда же ещё? Дорогая, нам надо пользоваться моментом, пока Алисдейр мирно храпит в отдельной комнате. Когда ещё я смогу вот так вот запросто заглянуть к тебе в опочивальню на огонёк?
Я осторожно покосилась на Кентона. Начнёт убивать прямо сейчас или сперва разберётся, что к чему? И на что, интересно знать, рассчитывает Люк? Думает, что Кентон в порыве ярости прикончит меня, а на мнимого любовника у него уже не хватит запала? Учитывая вспыльчивость Кентона, его запросто хватит на обоих. А учитывая мою вспыльчивость, я успею запустить в Люка чем-нибудь тяжёлым ещё раньше, чем руки Кентона сомкнутся на моей шее.
Жених стоял, склонив голову набок и уперев руки в бока, и его раздражённо-вопросительный взгляд требовал объяснений.
- Что так смотришь? Он знает, что ты здесь и всё слышишь, - озвучила единственно возможное объяснение я.
- Кто бы сомневался, - неожиданно спокойно отозвался Кентон. - Мы достаточно громко разговаривали.
У меня отлегло от сердца. Для первой ссоры на почве ревности как-то рановато. Но этого мерзавца я точно убью.
Я отодвинула щеколду и рывком распахнула дверь.
- Какого дьявола тебе надо в опочивальнях скромных целомудренных женщин? - возмущённо спросила я.
Взгляд Люка моментально скользнул поверх моего плеча вглубь комнаты и выхватил из общей картины полуодетого Кентона.
- Абигайль, как ты можешь?! - с деланным ужасом вскричал он. - Ты разве не понимаешь, что нельзя пускать к себе будущего мужа до свадьбы? Если он получит от тебя всё, что можно, уже сейчас, то раздумает жениться.
- Спасибо, папочка! - Я прижала руку к груди в знак благодарности. - И что же, ты притащился ко мне в три часа ночи только за тем, чтобы сообщить эту потрясающую новость?
- Я не могу говорить при нём, - решительно заявил Люк. - Вид такого разврата лишает меня дара речи.
- Гринн, я ведь был до сих пор чрезвычайно терпелив, - заметил, подходя поближе, Кентон. - Но моё терпение уже на пределе.
На моём женихе были сейчас надеты брюки и наспех накинутая рубашка, и мне невольно подумалось, что ему не мешало бы почаще оставлять её расстёгнутой.
