Я обдумывала план все время, что собиралась на занятия и делала завтрак. И как удачно, что не решилась пристать к магистру до пары: остался козырь для избавления от костюма.
- Эй, я уже уснул, - раздался скучающий голос. – Ты что, решила, что если закроешь глаза, то и я тебя не увижу или что? Где магия огня, адептка Драйвер?
Да, что-то я отвлеклась.
На кончиках пальцев вспыхнули огоньки. Крошечные – я боялась с непривычки, после долгого отсутствия практики, напортачить. Тепло, исходящее от магии, придало уверенность, и я чуть отпустила контроль, позволяя огню охватить кисти, а затем и руки до локтя. Он не причинял мне боли, не перекидывался на одежду, но вполне мог поджечь выбившиеся из прически волосы или торчащую нитку.
- Так, а теперь бери его под контроль… СТОЯТЬ!
Магистр рявкнул так громко, что я открыла глаза. Дальнейшее отпечаталось в памяти как цепочка четких последовательных событий.
Вот тролль Ося бодро бежит ко мне, рискуя попасть под магическое пламя.
Вот магистр на него орет.
Вот раздается уже привычный «чпок», и нос Оси исчезает внутри мохнатого тельца.
И вот Малкольм наклоняется, чтобы ухватить тролля за кончик появившегося хвоста.
В этот же момент я погасила пламя. На самом деле все это произошло за секунды. В голове не укладывалось, как магистр так быстро сообразил, что успеет остановить Осю лишь заставив его высунуть хвост. Зато я самостоятельно остановила магию, и теперь даже чуть-чуть надулась от гордости.
Магистр посмотрел на тролля.
– Кажется, я придумал, кому пригодится огнезащитный костюм.
Он был явно великоват для небольшого тролля, а еще оскорблял Осино достоинство не меньше, чем мое. Но если я еще могла бороться с диктатом хозяина дома, то маленькая зверушка совсем не имела прав. Ося был вероломно засунут в костюм, который Малкольм тщательно застегнул. В небольшом окошке, через которое еще недавно на мир смотрела я, отражалась обиженная морда тролля. Он не сводил с меня любопытного взгляда и тоскливо вздыхал.
- А ты молодец, - вдруг произнес магистр, возвращаясь на место. – Хорошая реакция.
Я так просияла, что если бы сейчас была ночь, он бы сберег много денег на свечах. Похвала от магистра Кригана – это не просто дежурное «молодец» от какого-то там препода. Да на моей памяти он вообще никого не хвалил!
- Эй, хватит светиться. То, что ты не сожгла скотину – сомнительный комплимент. Давай заново!
Жаль, что его похвалу в мой адрес никто не слышал. Мне бы пригодились свидетели.
Пока одногруппники организовывали места, я успела повторить все магические упражнения прошлого года и была отпущена на свободу. Совру, если скажу, что сидеть в кухне, потягивать чаек, пока магистр Криган орет на Генри, было неприятно.
Генри всегда был лучшим во всем.
Сын дипломата, парень, не знавший ни в чем нужды. Красивый, богатый, уверенный в себе. У Генри были лучшие вещи, сильнейший дар, идеальные отметки и красивейшие девушки.
Я до сих пор не знаю, чем привлекла его неуверенная восторженная первокурсница. Может, я выделялась на фоне его бывших подружек, пресыщенных светской жизнью. А может, смотрела на него, как на божество – и Генри это льстило.
Но наше с ним свидание стало идеальным началом моего первого учебного года. Полного новых друзей, магии и надежд.
А потом, прямо в Новый Год я проснулась от жуткой головной боли. И обнаружила, что у меня растут рога.
- Что-то я охрип, - буркнул магистр, заходя на кухню.
Я подвинула к нему тарелку с супом.
- Это потому что вы громко кричали на адептов.
- Не я виноват, что они идиоты. Вот скажи мне, адептка, подготовить место для практики по магии огня – это очевидно?
- Хочется верить. Но за меня сделали всю работу.
- Да, мой педагогический провал. Видишь ли, в стремлении выполнить обещание тебе помочь, данное твоему отцу, я забыл, что еще давал обещание богам учить тебя и наставлять. Ну точнее не конкретно тебя, а всех. Но в частном случае это тоже имеет значение. Ну? Чем занималась, пока я сеял разумное, доброе и вечное, а пожинал хамство, глупость и безнадегу?
- Я написала регламент конкурса. Посмотрите?
Магистр кивнул, и я протянула ему несколько исписанных листов. На мой взгляд, регламент получился неплохой. Особенно если учесть, что я делала его впервые.
- Нет, - отрезал магистр, едва взглянув на листы.
- Нет?! Почему?!
- А сама-то как думаешь? Что это за «в конкурсе запрещается принимать участие адептам, имеющим задолженности»? Ты меня за идиота держишь?
- А что не так? – Я сделала неубедительную попытку прикинуться дурочкой. – Разве это не в вашем стиле? Отстающие должны думать об учебе, а не о конкурсах.
- Не так то, что менять условия нужно заранее. Мы можем объявить, что со следующего года вводится новое правило, извольте-с, дамы, закрыть долги. Но не тогда когда они зарегистрировались и уже воображают себя королевами. Я еще жить хочу, знаешь ли. Да и подумай сама: для многих это единственный шанс. Ты еще можешь закрыть сессию и поучаствовать в следующем году, а вот нынешние третьекурсницы – нет. Готова к потоку слез и волнам ненависти? Тогда я все свалю на тебя.
Я без сил опустила голову и уперлась лбом в прохладную столешницу. Почему каждый раз когда кажется, что я нашла выход, мироздание словно издеваясь укладывает меня на лопатки?
- Не хочешь участвовать? – спросил Малкольм.
- Нет, - глухо ответила я.
- Потому что не считаешь себя красивой?
И почему ему обязательно лезть прямо в душу? Папа просил дать мне крышу над головой, а не учить меня уверенности в себе.
- Ну почему. Считаю. Местами, но…
- Погоди, надо уточнить. Какими именно местами? Нужны наглядные материалы.
- Вы издеваетесь? – Я посмотрела на магистра.
- Немного. Но все, кто записался на конкурс, должны иметь право участвовать.
- И даже те, кого записали против воли?
- Можешь подать на них в суд. После конкурса.
Определенно магистр Малкольм Криган ниспослан богами, чтобы окончательно уничтожить мой моральный дух.
- Вы там Осю в костюме не забыли? Он там не задохнется? – из вредности поинтересовалась я.
Но магистр, к моему удивлению, поперхнулся супчиком, выругался – и исчез в гостиной, спасать тролля. Я придвинула к себе листы, еще несколько минут пыталась вникнуть в написанное, а потом просто все перечеркнула. План запретить себе участвовать в конкурсе провалился. Настал черед «плана Б».
- Ну пожалуйста, пожалуйста! Запретите мне участвовать! Скажите, что ваш дом – не место для дефиле!
- То есть твой «план Б» - это ныть? – Малкольм оторвался от проставления оценок в журнал и посмотрел на Анастасию, которая, похоже, пребывала в отчаянии.
Вот и что с ней делать? Потакать нельзя. Во-первых, репутация, во-вторых, она не сможет бегать от публичных мероприятий вечно. Уж лучше ее хватит удар на конкурсе красоты, чем на защите диплома или конференции. Вряд ли адептка Драйвер думала о том, что уже через полгода ей придется – если хочет стать настоящим магом, разумеется – придется выступать с докладами, ездить на семинары и участвовать в дискуссиях. Вряд ли ее страх распространяется только на конкурсы красоты, скорее в целом на мероприятия, где нельзя выступать в беретке и желательно без зрителей.
- Пожалуйста! Я сделаю все, что вы хотите.
Малкольм опасливо покосился на наивную дурочку. Если она не угомонится, однажды кто-то популярно объяснит ей, к чему может привести такая фраза. И если бы речь шла только о сексе! Магам вообще стоит быть осторожнее с клятвами и обещаниями. То, что времена проклятий прошли не означает, что черная магия совсем исчезла.
Но вслух он заинтересованно спросил:
- А что именно?
- Не знаю… - Анастасия задумалась. – А что вы хотите?
- Да я сам не знаю. Давай ты будешь что-нибудь делать, а я тебе говорить хочу это или нет.
- Перестаньте издеваться!
- Нет, это не хочу.
Адептка засопела, ну прямо как несправедливо обвиненный в краже еды тролль.
И хоть Малкольму все еще хотелось убить ректора за насильственное назначение ответственным за конкурс, он не мог не признать, что знатно развлекся. Хотя и испытывал по этому поводу немного угрызений совести: для девчонки-то это серьезная трагедия. А для него повод поржать.
- Итак, давай по порядку. Первый конкурс – приветливость. Ну, с этим проблем не будет. Представиться и рассказать о себе можно и через МагПад. Изобретать ничего не будем. Дальше… эрудированность. С этим сложнее.
- Почему? – спросила Анастасия.
- Подглядывать будете.
- Я не буду.
- Уж не сомневаюсь. Но остальные-то хотят в финал, так что будут. Вот и придумай, как пресечь списывание.
- Ну-у-у… может не пресечь, а возглавить?
Малкольм нахмурился.
- Это как?
- На парах по зельеварению нам не запрещают пользоваться справочниками, а поощряют. Можно сделать что-то такое и здесь. Например, придумать зелье по заданным критериям. Попросить магистра разработать задания согласно уровню подготовки участниц. Здесь не поможет списывание, ты либо понимаешь предмет, либо сваришь бурду.
- Годится, - кивнул он.
В рогатой головке адептки порой бродят умные мысли. Но только тогда, когда им не мешают глупые. А еще Анастасия – настоящая хитрюга. Вся в отца. В первом туре не выбывают участницы, приветливость – вводный конкурс. А вот на втором запороть зелье специально и сделать вид, что вовсе не хотела проигрывать легче легкого.
Интересно, какой балл по шкале сволочизма ему дадут, если он пропихнет Анастасию в финал? Или хотя бы до этапа с дефиле. Не то чтобы ему нравилось издеваться над неуверенностью бедной девчонки, просто какой вообще нормальный мужчина откажется от того, чтобы у него по дому в откровенном платье ходила красивая молоденькая адептка? Малкольм хорошо знал Братиса Вернера, и сразу же обозначил для себя главное правило насчет его дочурки: руками не трогать. Но глазами-то посмотреть можно.
- Что у нас дальше? Красота? Ну, здесь все просто. У нас есть спонсоры, спонсоры привезут наряды, через МагПад вполне себе можно оценить товар… ой, простите, красавиц.
Анастасия после этих слов посмотрела на Малкольма еще отчаяннее, чем прежде. Да, пожалуй, сейчас он перегнул палку. Что вообще ему за дело до какого-то конкурса? Нравится девчонкам себя продавать, а богатым магам – выбирать жен, как кобыл на ярмарке, их личное дело.
Но то, что подобная перспектива совсем не радовала Анастасию, неожиданно вызывало в нем уважение. Хотя кто знает, как она отнеслась бы к конкурсу не будучи полукровкой.
- С хозяйственным конкурсом у вас проблемы, - заметила Анастасия. – Через МагПад умение резать салатики не оценишь.
- Да. Кстати о салатиках. Ты снова делаешь бифштекс?
Удивительно, но Малкольм Криган, тот самый Малкольм, который собирался рычать каждый раз, когда незваная соседка рискнет выйти из комнаты, зачем-то приперся именно в кухню (имея в распоряжении кабинет, спальню, гостиную и столовую!) и сидит за столом, пока адептка готовит. Тут же в ногах возится Ося, и все как-то странно. Слишком много живых существ в его доме и жизни. Но почему-то они даже не раздражают.
- Да, папа очень хвалит мой бифштекс. Всегда было интересно: врет из вежливости или правда вкусно? Вот на вас и проверю.
При этом она поставила на стол все ту же миску с мелко порезанным сырым мясом, при виде которого Малкольм непроизвольно сглотнул слюну.
А потом произошло нечто совсем уж страшное: задумавшись над кулинарным конкурсом, Анастасия рассеянно помешала нашинкованное мясо и отправила в рот целую вилку сырой смеси.
Кажется, он капнул слюной прямо на Осю.
Должно быть, у Малкольма на лице появилось такое выражение, что Анастасия испуганно вздрогнула и покраснела.
- Извините… я просто… там, где я выросла, иногда мясо едят прямо сырым. Национальное блюдо некоторых… гм…
Она не решилась произнести слово «нелюдей» и дипломатично закончила:
- Народов.
- Блюдо? – зачем-то переспросил Малкольм, завороженный ее блестящими от сока и маринада губами.
- Тартар называется. Обычно людей это шокирует, но на самом деле довольно вкусно. Хотя для него нужно особое мясо, иначе можно сильно травиться, но у вас очень хорошее.
Она замялась.
- Может, хотите попробовать?
- Давай, - пожал он плечами, стараясь выглядеть равнодушно.
Адептка поставила на стол миску, добавила щепотку соли и выдала ему вилку. Стоило огромных усилий есть осторожно и медленно, делая вид, будто он пробует тартар впервые. Хотя зная, что Малкольм участвовал в войне, Анастасия могла бы и предположить, что с традициями демонов он знаком не понаслышке. Но этот вариант, когда они неторопливо ели из одной миски сырое мясо со специями и яичным желтком, его тоже вполне устраивал.
- Так что с кулинарным конкурсом? Будем оценивать внешний вид супчика с лапшой или чистоту комнат адепток?
- М-м-м… - задумавшись, Анастасия облизнула вилку.
Малкольм никогда не имел отношений с девушками своей расы (а демоны и оборотни хоть и ненавидели друг друга почти так же сильно, как люди и нелюди, все же когда-то были одним народом). До сих пор он даже не представлял, как возбуждающе выглядит красивая девушка с рожками, с аппетитом уплетающая мясо. Как она языком ловит кусочки, как с наслаждением облизывается и как нетерпеливо ждет своей очереди залезть в миску. Вряд ли Анастасия вообще понимала, что ее тяга к тартару – вовсе не из-за места, в котором она выросла, но Малкольм не спешил ее просвещать. Он просто вкусно ел и даже не обращал внимания на тыкающегося в ноги Осю, которого явно возмущал тот факт, что едой в этом доме наслаждаются все кроме него.
- А у вас какой бюджет на конкурс? – спросила адептка.
Бюджет? Конкурс? О чем она?
Ах, конкурс. Точно. Ему стоит уже перестать терять голову при виде еды и вспомнить, что репутация нарабатывается годами, а теряется… теряется после одной тарелки тартара, съеденного на пару с дочерью злейшего врага и лучшего друга одновременно.
- Да не ограниченный, - фыркнул Малкольм.
Пусть ректор порадуется тратам. Даже оправдание можно не придумывать: откуда Малкольму знать, сколько денег можно потратить, он ведь никогда не занимался конкурсами!
- Тогда можно нанять разносчиков, которым платит мэрия. Чтобы они забрали у всех участниц приготовленное на конкурс и разнесли по членам жюри. А в условиях прописать, что все должны приготовить порционные блюда.
- Договорились. Что дальше? О, демоны, одаренность… вот скажи мне, адептка Драйвер, какую именно одаренность должны продемонстрировать самые красивые адептки академии, находясь на карантине? Альтернативную?
- Может, вы нас недооцениваете? Я же сегодня погасила магию сама, – чуть улыбнулась Анастасия.
- Хочешь дойти до финала? – в ответ спросил Малкольм и тут же пожалел: с нее мигом сошла улыбка, а в глазах появилась грусть.
Пока они, незаметно для самих себя, приканчивали целую тарелку сырого мяса, Ося нетерпеливо вертелся в ногах. Быстро поняв, что спасение голодающих – дело лап самих голодающих, тролль использовал весь арсенал доступных средств. Вздыхал, жалобно смотрел, укоризненно качал всем тельцем сразу. А потом пошел в атаку носом: вскарабкался на ближайший стул и сунулся в почти пустую тарелку.
- Не лезь на стол, - буркнул Малкольм и отпихнул нос в сторону. – Сейчас покормлю.
- Эй, я уже уснул, - раздался скучающий голос. – Ты что, решила, что если закроешь глаза, то и я тебя не увижу или что? Где магия огня, адептка Драйвер?
Да, что-то я отвлеклась.
На кончиках пальцев вспыхнули огоньки. Крошечные – я боялась с непривычки, после долгого отсутствия практики, напортачить. Тепло, исходящее от магии, придало уверенность, и я чуть отпустила контроль, позволяя огню охватить кисти, а затем и руки до локтя. Он не причинял мне боли, не перекидывался на одежду, но вполне мог поджечь выбившиеся из прически волосы или торчащую нитку.
- Так, а теперь бери его под контроль… СТОЯТЬ!
Магистр рявкнул так громко, что я открыла глаза. Дальнейшее отпечаталось в памяти как цепочка четких последовательных событий.
Вот тролль Ося бодро бежит ко мне, рискуя попасть под магическое пламя.
Вот магистр на него орет.
Вот раздается уже привычный «чпок», и нос Оси исчезает внутри мохнатого тельца.
И вот Малкольм наклоняется, чтобы ухватить тролля за кончик появившегося хвоста.
В этот же момент я погасила пламя. На самом деле все это произошло за секунды. В голове не укладывалось, как магистр так быстро сообразил, что успеет остановить Осю лишь заставив его высунуть хвост. Зато я самостоятельно остановила магию, и теперь даже чуть-чуть надулась от гордости.
Магистр посмотрел на тролля.
– Кажется, я придумал, кому пригодится огнезащитный костюм.
Он был явно великоват для небольшого тролля, а еще оскорблял Осино достоинство не меньше, чем мое. Но если я еще могла бороться с диктатом хозяина дома, то маленькая зверушка совсем не имела прав. Ося был вероломно засунут в костюм, который Малкольм тщательно застегнул. В небольшом окошке, через которое еще недавно на мир смотрела я, отражалась обиженная морда тролля. Он не сводил с меня любопытного взгляда и тоскливо вздыхал.
- А ты молодец, - вдруг произнес магистр, возвращаясь на место. – Хорошая реакция.
Я так просияла, что если бы сейчас была ночь, он бы сберег много денег на свечах. Похвала от магистра Кригана – это не просто дежурное «молодец» от какого-то там препода. Да на моей памяти он вообще никого не хвалил!
- Эй, хватит светиться. То, что ты не сожгла скотину – сомнительный комплимент. Давай заново!
Жаль, что его похвалу в мой адрес никто не слышал. Мне бы пригодились свидетели.
*** 26 декабря
Пока одногруппники организовывали места, я успела повторить все магические упражнения прошлого года и была отпущена на свободу. Совру, если скажу, что сидеть в кухне, потягивать чаек, пока магистр Криган орет на Генри, было неприятно.
Генри всегда был лучшим во всем.
Сын дипломата, парень, не знавший ни в чем нужды. Красивый, богатый, уверенный в себе. У Генри были лучшие вещи, сильнейший дар, идеальные отметки и красивейшие девушки.
Я до сих пор не знаю, чем привлекла его неуверенная восторженная первокурсница. Может, я выделялась на фоне его бывших подружек, пресыщенных светской жизнью. А может, смотрела на него, как на божество – и Генри это льстило.
Но наше с ним свидание стало идеальным началом моего первого учебного года. Полного новых друзей, магии и надежд.
А потом, прямо в Новый Год я проснулась от жуткой головной боли. И обнаружила, что у меня растут рога.
- Что-то я охрип, - буркнул магистр, заходя на кухню.
Я подвинула к нему тарелку с супом.
- Это потому что вы громко кричали на адептов.
- Не я виноват, что они идиоты. Вот скажи мне, адептка, подготовить место для практики по магии огня – это очевидно?
- Хочется верить. Но за меня сделали всю работу.
- Да, мой педагогический провал. Видишь ли, в стремлении выполнить обещание тебе помочь, данное твоему отцу, я забыл, что еще давал обещание богам учить тебя и наставлять. Ну точнее не конкретно тебя, а всех. Но в частном случае это тоже имеет значение. Ну? Чем занималась, пока я сеял разумное, доброе и вечное, а пожинал хамство, глупость и безнадегу?
- Я написала регламент конкурса. Посмотрите?
Магистр кивнул, и я протянула ему несколько исписанных листов. На мой взгляд, регламент получился неплохой. Особенно если учесть, что я делала его впервые.
- Нет, - отрезал магистр, едва взглянув на листы.
- Нет?! Почему?!
- А сама-то как думаешь? Что это за «в конкурсе запрещается принимать участие адептам, имеющим задолженности»? Ты меня за идиота держишь?
- А что не так? – Я сделала неубедительную попытку прикинуться дурочкой. – Разве это не в вашем стиле? Отстающие должны думать об учебе, а не о конкурсах.
- Не так то, что менять условия нужно заранее. Мы можем объявить, что со следующего года вводится новое правило, извольте-с, дамы, закрыть долги. Но не тогда когда они зарегистрировались и уже воображают себя королевами. Я еще жить хочу, знаешь ли. Да и подумай сама: для многих это единственный шанс. Ты еще можешь закрыть сессию и поучаствовать в следующем году, а вот нынешние третьекурсницы – нет. Готова к потоку слез и волнам ненависти? Тогда я все свалю на тебя.
Я без сил опустила голову и уперлась лбом в прохладную столешницу. Почему каждый раз когда кажется, что я нашла выход, мироздание словно издеваясь укладывает меня на лопатки?
- Не хочешь участвовать? – спросил Малкольм.
- Нет, - глухо ответила я.
- Потому что не считаешь себя красивой?
И почему ему обязательно лезть прямо в душу? Папа просил дать мне крышу над головой, а не учить меня уверенности в себе.
- Ну почему. Считаю. Местами, но…
- Погоди, надо уточнить. Какими именно местами? Нужны наглядные материалы.
- Вы издеваетесь? – Я посмотрела на магистра.
- Немного. Но все, кто записался на конкурс, должны иметь право участвовать.
- И даже те, кого записали против воли?
- Можешь подать на них в суд. После конкурса.
Определенно магистр Малкольм Криган ниспослан богами, чтобы окончательно уничтожить мой моральный дух.
- Вы там Осю в костюме не забыли? Он там не задохнется? – из вредности поинтересовалась я.
Но магистр, к моему удивлению, поперхнулся супчиком, выругался – и исчез в гостиной, спасать тролля. Я придвинула к себе листы, еще несколько минут пыталась вникнуть в написанное, а потом просто все перечеркнула. План запретить себе участвовать в конкурсе провалился. Настал черед «плана Б».
*** 27 декабря
Глава шестая
- Ну пожалуйста, пожалуйста! Запретите мне участвовать! Скажите, что ваш дом – не место для дефиле!
- То есть твой «план Б» - это ныть? – Малкольм оторвался от проставления оценок в журнал и посмотрел на Анастасию, которая, похоже, пребывала в отчаянии.
Вот и что с ней делать? Потакать нельзя. Во-первых, репутация, во-вторых, она не сможет бегать от публичных мероприятий вечно. Уж лучше ее хватит удар на конкурсе красоты, чем на защите диплома или конференции. Вряд ли адептка Драйвер думала о том, что уже через полгода ей придется – если хочет стать настоящим магом, разумеется – придется выступать с докладами, ездить на семинары и участвовать в дискуссиях. Вряд ли ее страх распространяется только на конкурсы красоты, скорее в целом на мероприятия, где нельзя выступать в беретке и желательно без зрителей.
- Пожалуйста! Я сделаю все, что вы хотите.
Малкольм опасливо покосился на наивную дурочку. Если она не угомонится, однажды кто-то популярно объяснит ей, к чему может привести такая фраза. И если бы речь шла только о сексе! Магам вообще стоит быть осторожнее с клятвами и обещаниями. То, что времена проклятий прошли не означает, что черная магия совсем исчезла.
Но вслух он заинтересованно спросил:
- А что именно?
- Не знаю… - Анастасия задумалась. – А что вы хотите?
- Да я сам не знаю. Давай ты будешь что-нибудь делать, а я тебе говорить хочу это или нет.
- Перестаньте издеваться!
- Нет, это не хочу.
Адептка засопела, ну прямо как несправедливо обвиненный в краже еды тролль.
И хоть Малкольму все еще хотелось убить ректора за насильственное назначение ответственным за конкурс, он не мог не признать, что знатно развлекся. Хотя и испытывал по этому поводу немного угрызений совести: для девчонки-то это серьезная трагедия. А для него повод поржать.
- Итак, давай по порядку. Первый конкурс – приветливость. Ну, с этим проблем не будет. Представиться и рассказать о себе можно и через МагПад. Изобретать ничего не будем. Дальше… эрудированность. С этим сложнее.
- Почему? – спросила Анастасия.
- Подглядывать будете.
- Я не буду.
- Уж не сомневаюсь. Но остальные-то хотят в финал, так что будут. Вот и придумай, как пресечь списывание.
- Ну-у-у… может не пресечь, а возглавить?
Малкольм нахмурился.
- Это как?
- На парах по зельеварению нам не запрещают пользоваться справочниками, а поощряют. Можно сделать что-то такое и здесь. Например, придумать зелье по заданным критериям. Попросить магистра разработать задания согласно уровню подготовки участниц. Здесь не поможет списывание, ты либо понимаешь предмет, либо сваришь бурду.
- Годится, - кивнул он.
В рогатой головке адептки порой бродят умные мысли. Но только тогда, когда им не мешают глупые. А еще Анастасия – настоящая хитрюга. Вся в отца. В первом туре не выбывают участницы, приветливость – вводный конкурс. А вот на втором запороть зелье специально и сделать вид, что вовсе не хотела проигрывать легче легкого.
Интересно, какой балл по шкале сволочизма ему дадут, если он пропихнет Анастасию в финал? Или хотя бы до этапа с дефиле. Не то чтобы ему нравилось издеваться над неуверенностью бедной девчонки, просто какой вообще нормальный мужчина откажется от того, чтобы у него по дому в откровенном платье ходила красивая молоденькая адептка? Малкольм хорошо знал Братиса Вернера, и сразу же обозначил для себя главное правило насчет его дочурки: руками не трогать. Но глазами-то посмотреть можно.
*** 31 декабря
- Что у нас дальше? Красота? Ну, здесь все просто. У нас есть спонсоры, спонсоры привезут наряды, через МагПад вполне себе можно оценить товар… ой, простите, красавиц.
Анастасия после этих слов посмотрела на Малкольма еще отчаяннее, чем прежде. Да, пожалуй, сейчас он перегнул палку. Что вообще ему за дело до какого-то конкурса? Нравится девчонкам себя продавать, а богатым магам – выбирать жен, как кобыл на ярмарке, их личное дело.
Но то, что подобная перспектива совсем не радовала Анастасию, неожиданно вызывало в нем уважение. Хотя кто знает, как она отнеслась бы к конкурсу не будучи полукровкой.
- С хозяйственным конкурсом у вас проблемы, - заметила Анастасия. – Через МагПад умение резать салатики не оценишь.
- Да. Кстати о салатиках. Ты снова делаешь бифштекс?
Удивительно, но Малкольм Криган, тот самый Малкольм, который собирался рычать каждый раз, когда незваная соседка рискнет выйти из комнаты, зачем-то приперся именно в кухню (имея в распоряжении кабинет, спальню, гостиную и столовую!) и сидит за столом, пока адептка готовит. Тут же в ногах возится Ося, и все как-то странно. Слишком много живых существ в его доме и жизни. Но почему-то они даже не раздражают.
- Да, папа очень хвалит мой бифштекс. Всегда было интересно: врет из вежливости или правда вкусно? Вот на вас и проверю.
При этом она поставила на стол все ту же миску с мелко порезанным сырым мясом, при виде которого Малкольм непроизвольно сглотнул слюну.
А потом произошло нечто совсем уж страшное: задумавшись над кулинарным конкурсом, Анастасия рассеянно помешала нашинкованное мясо и отправила в рот целую вилку сырой смеси.
Кажется, он капнул слюной прямо на Осю.
Должно быть, у Малкольма на лице появилось такое выражение, что Анастасия испуганно вздрогнула и покраснела.
- Извините… я просто… там, где я выросла, иногда мясо едят прямо сырым. Национальное блюдо некоторых… гм…
Она не решилась произнести слово «нелюдей» и дипломатично закончила:
- Народов.
- Блюдо? – зачем-то переспросил Малкольм, завороженный ее блестящими от сока и маринада губами.
- Тартар называется. Обычно людей это шокирует, но на самом деле довольно вкусно. Хотя для него нужно особое мясо, иначе можно сильно травиться, но у вас очень хорошее.
Она замялась.
- Может, хотите попробовать?
- Давай, - пожал он плечами, стараясь выглядеть равнодушно.
Адептка поставила на стол миску, добавила щепотку соли и выдала ему вилку. Стоило огромных усилий есть осторожно и медленно, делая вид, будто он пробует тартар впервые. Хотя зная, что Малкольм участвовал в войне, Анастасия могла бы и предположить, что с традициями демонов он знаком не понаслышке. Но этот вариант, когда они неторопливо ели из одной миски сырое мясо со специями и яичным желтком, его тоже вполне устраивал.
- Так что с кулинарным конкурсом? Будем оценивать внешний вид супчика с лапшой или чистоту комнат адепток?
- М-м-м… - задумавшись, Анастасия облизнула вилку.
Малкольм никогда не имел отношений с девушками своей расы (а демоны и оборотни хоть и ненавидели друг друга почти так же сильно, как люди и нелюди, все же когда-то были одним народом). До сих пор он даже не представлял, как возбуждающе выглядит красивая девушка с рожками, с аппетитом уплетающая мясо. Как она языком ловит кусочки, как с наслаждением облизывается и как нетерпеливо ждет своей очереди залезть в миску. Вряд ли Анастасия вообще понимала, что ее тяга к тартару – вовсе не из-за места, в котором она выросла, но Малкольм не спешил ее просвещать. Он просто вкусно ел и даже не обращал внимания на тыкающегося в ноги Осю, которого явно возмущал тот факт, что едой в этом доме наслаждаются все кроме него.
- А у вас какой бюджет на конкурс? – спросила адептка.
Бюджет? Конкурс? О чем она?
Ах, конкурс. Точно. Ему стоит уже перестать терять голову при виде еды и вспомнить, что репутация нарабатывается годами, а теряется… теряется после одной тарелки тартара, съеденного на пару с дочерью злейшего врага и лучшего друга одновременно.
- Да не ограниченный, - фыркнул Малкольм.
Пусть ректор порадуется тратам. Даже оправдание можно не придумывать: откуда Малкольму знать, сколько денег можно потратить, он ведь никогда не занимался конкурсами!
- Тогда можно нанять разносчиков, которым платит мэрия. Чтобы они забрали у всех участниц приготовленное на конкурс и разнесли по членам жюри. А в условиях прописать, что все должны приготовить порционные блюда.
- Договорились. Что дальше? О, демоны, одаренность… вот скажи мне, адептка Драйвер, какую именно одаренность должны продемонстрировать самые красивые адептки академии, находясь на карантине? Альтернативную?
- Может, вы нас недооцениваете? Я же сегодня погасила магию сама, – чуть улыбнулась Анастасия.
- Хочешь дойти до финала? – в ответ спросил Малкольм и тут же пожалел: с нее мигом сошла улыбка, а в глазах появилась грусть.
***7 января
Пока они, незаметно для самих себя, приканчивали целую тарелку сырого мяса, Ося нетерпеливо вертелся в ногах. Быстро поняв, что спасение голодающих – дело лап самих голодающих, тролль использовал весь арсенал доступных средств. Вздыхал, жалобно смотрел, укоризненно качал всем тельцем сразу. А потом пошел в атаку носом: вскарабкался на ближайший стул и сунулся в почти пустую тарелку.
- Не лезь на стол, - буркнул Малкольм и отпихнул нос в сторону. – Сейчас покормлю.
