– Тхэш, кто это?
Приглядевшись, я заметила, что глаза ее были красными от слез.
– Это Элла, – ответил наг. – Она гостья Ладона. Возможно, она сумеет помочь. Элла, это Морриган, одна из девушек, живущих в деревне. Ее отец уважаемый охотник.
– Был, – почти зло ответила Морриган.
Но внутрь нас все же пропустила. Я старалась не отставать от Тхэша, чтобы, не приведи Высший, не остаться наедине с блондинкой.
А потом, когда я увидела кровать, все мои беды стали казаться пустяковыми. И даже заключение в замке Ладона выглядело отдыхом в загородном домике. Потому что на постели лежал мужчина. Умирая, явно доживая последние часы; от его груди почти ничего не осталось, кровавая каша. Я отвернулась, прижав руки ко рту, чтобы не вскрикнуть. Охотник… звери…
И я, идиотка, побежала в лес, без оружия, перепуганная! Теперь встреча с Ладоном казалась почти подарком судьбы.
– Элла, – Тхэш положил руки мне на плечи, – я видел, как ты залечила рану Ладона. Попробуй.
Я покачала головой:
– Во мне нет такой силы, Тхэш. Это не порез и не поверхностная рана, глупо полагать, что не задеты органы. Я не могу ему помочь, прости.
Краем глаза заметила, как Морриган отвернулась.
– А если с этим? – Наг извлек откуда то небольшую стекляшку с несколькими кристально прозрачными каплями.
– Драконьи слезы! – ахнула я.
Как и где они добыли их, знать не хотела. Но понимала, что с этой штукой у мужчины есть шанс. Призрачный, почти неощутимый, но шанс.
Мне понадобилась всего секунда, чтобы кивнуть и взять в руки прохладную бутылочку.
– Попробую. Но маловероятно, что выйдет.
– Я все понимаю, – шепнул Тхэш. – Но Морриган нужно бороться, она должна знать, что пыталась. Сделай все, что сумеешь, Элла, никто не требует от тебя невозможного. Наши маги не обладают такой силой, лекари используют в основном зелья и свитки, а они здесь бессильны. Просто попробуй, и все, возможно, ему хотя бы станет легче.
Мужчина тяжело дышал, дыхание вырывалось из груди с жуткими хрипами, слышать которые даже мне было тяжело. Что уж говорить о Морриган. Как я поняла, мужчина был отцом светловолосой красавицы.
Наг вывел девушку из комнаты, предоставив мне возможность сосредоточиться. Жаль, я не узнала имени…
– Если что, простите меня. Я всего лишь слабая ведьма. Которая к тому же совершенно растеряна. А душевное смятение приливу сил не способствует.
Первая волна магии прошла по телу бедняги, ничего не изменив, но я чувствовала, что все же кое какой эффект был. Капля ценнейшего лекарственного средства – драконья слеза, вызвала едва заметное сияние, окутавшее рану. Я вздрогнула, но продолжала направлять магию. Это была не ссадина на коленке и не порванное крылышко замерзшего птенца. Это была смерть, и я пыталась ее отогнать, пуская в ход всю магию, что была мне доступна.
Раны затягивались. Но очень медленно. А у меня в глазах темнело, накатывала тошнота и слабость. Подобные вещи требуют очень много энергии. Раны затягивались слишком медленно. Вторая, последняя, капля. Еще прилив магии, головокружение стало намного сильнее. Но эффект уже был виден: несмотря на дикое количество крови, все заживало. Я старалась изо всех сил, выкачивая остатки магии, вливала в мужчину такие ресурсы, о которых никогда и не подозревала.
Лишь Тхэш, ворвавшийся в комнату и силой оттащивший меня от постели, прервал этот уже неконтролируемый поток.
– Элла, идиотка! Решила себя угробить? Хватит, все, успокойся, ты сделала все и даже больше, теперь решает лишь судьба.
Мне не удалось посмотреть, чем закончилось исцеление. Я перестала противиться темноте и погрузилась в мучительный сон.
Проснулась оттого, что Рыс мурчал и мяукал прямо в ухо. Ларан вел себя не в пример культурнее.
– Завтракать охота, да?
Без моего разрешения еду с подноса кот взять не решался, хотя ему очень этого хотелось.
Голова немного побаливала, а еще кружилась. Подташнивало, кажется, от голода. Странная пустота в груди давала понять, что магии во мне ноль целых ноль десятых.
– Рано встала, – сообщил голос сверху.
А я уже начала привыкать к постоянному незримому присутствию Ладона.
– Есть хочу.
На столе меня уже ждал завтрак. Причем неслабый такой завтрак, человек пять накормить хватит. Куча фруктов, ягод, шоколада, несколько графинов с морсом и соком, большая миска салата, сочное прожаренное мясо.
– Э э э… я выиграла какой то приз?
– Ты едва не убила себя. Ешь как можно больше. И пей тоже. Восстанавливай силы, магию.
– Мне столько при всем желании не съесть, – сказала я, хотя желудок был уверен в обратном.
– Съешь. И лежи побольше, – в довесок посоветовал дракон.
– Так мне есть или лежать? Одновременно опасно. Ты вроде не хотел, чтобы я подохла раньше времени. Что с мужчиной? Он выжил?
Ладон помедлил, прежде чем ответить:
– Умер на рассвете. Повреждения серьезные.
Аппетит как то резко пропал. Я отодвинула тарелку с салатом.
И вздрогнула от рыка Ладона.
– Ешь!
– Значит, зря.
– Значит, судьба, – возразил Ладон. – Я неспроста выбрал тебя. Ты сделала все, что было можно сделать, это в твоем характере. Кстати, раз уж ты выполнила свою часть сделки, я выполню свою. Что ты хочешь?
– Я не выполнила свою часть. Он же умер.
– Ты сама едва не умерла, – хмыкнул дракон. – Это приравнивается к искреннему желанию. Давай, Элла, пока я не передумал.
Теперь я знала, что попросить. Поняла после прогулки с Тхэшем по улице.
– Я хочу выходить из комнаты. Не обязательно на улицу, можно ходить по замку или бывать на каком нибудь балконе. Можно в компании с Тхэшем или кем то из твоих слуг. Я не могу сидеть взаперти. И я хочу учить Ларана летать.
Он так долго молчал, что я отчаялась. Перспектива провести остаток дней в этой удобной, красивой, но все же камере никогда еще не казалась настолько удручающей. Но жуткие минуты прошли.
– Хорошо, – вынес вердикт Ладон. – Ты можешь гулять по замку. Днем, между завтраком и обедом и между обедом и ужином. Приемы пищи пропускать запрещается. Попытки к побегу запрещаются. Ночью выходить из спальни запрещается. При нарушении получишь наказание и навсегда останешься в этой комнате. Поняла?
Я поспешно кивнула, слабо улыбаясь. Я не смогла спасти человека, но хотя бы пыталась. А теперь появилась возможность ненадолго покидать пределы этой комнаты, ставшей предсмертной тюрьмой.
– Ладон, а кто такая Морриган? – вдруг спросила я, неожиданно для самой себя. – В смысле, почему ты ей помогаешь?
– Морриган – девушка, которая ко мне приходит.
Ну, собственно, я и не сомневалась.
– Спит с тобой?
– Занимается сексом. Она не остается на ночь. Уходит сразу же.
Поразительно он со мной разоткровенничался. Похоже, Ладону не хватало общения. Как он умудрялся вести войну против городов, если постоянно сидел в замке с пленницей?
– Для тебя есть разница? – удивилась я.
– Есть, – вполне серьезно сказал Ладон. – Я сплю один.
– Ну, ты же дракон, – логично возразила я.
– Но ведь я могу быть человеком.
– Но почему то не любишь. Так мне можно гулять уже после завтрака?
– Гуляй. Помни о правилах.
– У меня нет часов, и я могу опоздать к обеду.
Вместо ответа Ладон хмыкнул. А и правда, чего это я, неужели меня отправят гулять без наблюдения? Глупо было на это надеяться. А значит, обед прогулять точно не удастся.
– Вообще то, – сказал Ладон, когда я обувалась, – я велел лежать.
– Я поела и отлично себя чувствую. Лучше гулять. Эй, Ларан, Рыс, идемте!
Птенец резво рванул на мой голос и вскоре устроился на плече, а вот Рыс лениво поднял голову, приоткрыл один глаз и решил остаться спать – обожрался за завтраком. Почти все мясо я скормила ему. И ладно, вдвоем погуляем.
Тем более что я хотела научить Ларана летать. Вообще я слабо представляла, как это сделать, и втайне надеялась на помощь Тхэша, но он куда то запропастился и о себе знать не давал.
Щелкнул замок на двери, и я выскользнула в заметно более прохладный, нежели моя комната, холл.
Сначала, осматривая замок, я пыталась придерживаться какого то плана. Методично осматривала все комнаты, попадавшиеся по пути, старалась запоминать дорогу, совала любопытный нос на балконы и в чуланы. Потом, изрядно устав, просто начала слоняться.
Замок был действительно огромным. Широкая лестница, ведущая на первый этаж, стала настоящим открытием как для меня, так и для птенца. Мы знатно повеселились, бегая по ней наперегонки. Ларан катился по перилам, я бежала по ступенькам. Заодно и зарядка неплохая.
Пергамента – а я втайне надеялась обнаружить хотя бы кусочек – нигде не было. Что наводило на определенные мысли. Либо Ладон обладает феноменальной памятью и силой, раз за короткий промежуток времени убрал все, что могло быть мной использовано. Либо он знал, какова будет моя просьба, и давно все подстроил. Но тогда каков резон смягчения моих условий? Достаточно странным оказался Темный Дракон и совсем не таким, каким я себе представляла.
Противоречие, вызванное, с одной стороны, его планами, с другой – отношением, заставляло меня раз за разом возвращаться мыслями ко всей доступной информации и понимать: что то мы упустили, изучая его историю.
Эти двери ничем не отличались от прочих, и я, порядком уставшая, распахнула их, будучи погруженная в свои мысли. Ларан с любопытством прислушивался к каждому шороху. Конечно, на моем плече ехать было куда удобнее.
Только через пару секунд, встретившись взглядом с хорошо знакомыми золотистыми глазами, я поняла, куда пришла.
– Э э э… извиняюсь. Пойду в другое место.
И хотела было выйти, если б Ларан не свалился с плеча и не возмутился.
– Да чтоб тебя, малыш! Пошли отсюда, пока нас не поджарили!
– Плохо, что он не умеет летать, – вдруг изрек Ладон. – Если не научится, точно не выживет.
Это я и сама понимала, но как обучают птенцов, не знала. О чем и сообщила Ладону.
– Встань передо мной и поставь его на вытянутые ладони, – скомандовал Ладон.
Почему то я решила послушаться. В конце концов, ему не было смысла убивать Ларана. Да и ранее Ладон его уже осмотрел и дал зелье. Была не была!
Сделала, как он велел. Ларан заволновался, но быстро успокоился, почувствовав меня рядом и поняв, что ничего ему не грозит.
– Заставь расправить крылья, – сказал Ладон.
– Как?
– Погладь спинку.
Осторожно, нерешительно Ларан расправил крылья и радостно крикнул. В этот же момент мощная волна воздуха сбила его с моих ладоней. Птенец пролетел пару метров, забавно трепыхаясь, и шлепнулся на пол. Ему это, кажется, понравилось. Вот только Ладон не учел одного: если Ларан спланировал на пол, то я, абсолютно не готовая к такой волне, пролетела несколько метров до двери, выскочила в коридор и снесла Тхэша, который вообще по своим делам шел. И все это с диким, настоящим девчачьим визгом.
– Чем вы там занимаетесь?! – рявкнул злой, взъерошенный и ушибленный наг.
Отвечать мне было недосуг – я из его хвоста выпутывалась.
– Ларана летать учим, – сообщила я, когда отползла подальше.
– Учите Ларана. А получается у тебя, – хмыкнул в ответ наг. – Хорошенькое развлечение ты себе нашел, Ладон. Вообще тебя уже пять часов ждет разведка, чтобы доклады сделать. А ты тут с девицами играешь.
– Подождут, – буркнул Ладон. – Я уже слышал их разговор, ничего важного они не узнали. Зато на сутки задержались, пусть теперь мучаются. Там девка живая?
– Живая, – отозвалась я.
– Дубль второй. Без участия людей.
Ладон гонял Ларана по всему залу, но взлететь так и не заставил. Зато малышу явно нравилось кататься по гладкому полу или балансировать на магии воздуха. Он радостно кричал и, кажется, хихикал.
Я сдалась гораздо раньше и уже готова была вернуться в спальню. Вскоре и Ладон прекратил попытки.
– Он необучаем. Такой же ребенок, как и ты.
Но все таки, когда я уже уходила (а вернее, уползала), бросил вслед:
– На ночь устраивай ему сеансы массажа спины и крыльев. Авось окрепнет.
Не знаю, слышал ли Ладон мое тихое «спасибо», но если он был хорошим магом, смятение в моих мыслях сумел почувствовать.
Долго на месте мне не сиделось. После обеда мы втроем дружно спали, а вот после ужина я рассудила так: гулять мне запрещено ночью, а до ночи еще куча времени. Значит, можно устроить вечерний променад. На этот раз без зверинца и буйных игрищ.
Я спустилась на первый этаж и отправилась исследовать еще одну часть дома. Ту, что примыкала к выходу и другим стратегически важным объектам. И когда вышла в холл, столкнулась нос к носу с Морриган.
Вопреки ожиданиям, на свидание к Ладону Морриган не надевала вечерних нарядов или праздничной шубки. И даже не красилась, как девушки Лесного, в надежде казаться красивее, чем есть. Она выглядела совершенно естественной, лишь светлые пушистые волосы свидетельствовали о том, что недавно она приняла ванну.
– Добрый вечер, – спокойно поздоровалась я.
– Добрый, – сквозь зубы процедила Морриган.
А потом вдруг ухватила меня за волосы и дернула так, что я вскрикнула.
– Еще раз попадешься мне на глаза, живого места не оставлю! – прошипела блондинка.
– Морриган!
Мне показалось, стены замка содрогнулись от голоса Ладона. Девушка мгновенно выпустила меня и отскочила.
– Я не звал тебя!
– Ты отменил прошлую встречу, – залепетала девушка. – Я подумала…
– Тебе не надо думать, – отрезал Ладон. – Тебе надо лишь приходить тогда, когда я позову.
Морриган виновато опустила голову, но от меня не укрылось, как в глубине ее глаз промелькнуло раздражение.
– У меня умер отец, – пробормотала она. – Я искала поддержки.
И почему меня не отпускало ощущение, что это какая то продуманная тактика? Искренностью здесь и не пахло.
– И что? Я не собираюсь жалеть тебя, иди домой и жди, когда тебя позовут.
– Значит, ты теперь с ней?! – Девушка не выдержала, с нее мигом слетел весь налет покорности.
– Иди домой, Морриган, – уже с нажимом повторил Ладон. – Иначе будешь наказана. Ты знаешь, как я наказываю тех, кто смеет мне перечить.
– Прости, Ладон. – Ее тон снова стал покорным. – Я ухожу.
Воцарилась тишина. Я пыталась понять увиденное и услышанное, Ладон просто молчал.
– А почему ты просил меня спасти ее отца, если тебе плевать на нее?
– Я просил его спасти не ради нее, – будто бы удивился Ладон. – Он был хорошим человеком. Иди спать, Элла, уже поздно. Я разрешил тебе гулять лишь между обедом и ужином. Ночью в замке опасно, почти нет освещения. Тхэш уже спит, а я не хочу ловить тебя в каком нибудь чулане с прогнившим полом.
– Почему ты так редко превращаешься в человека? – спросила я, направляясь к спальне.
– На это есть свои причины. Не задавай лишних вопросов. Дать тебе молока?
– А есть сок?
В спальне стоял графин с вкусной прохладной водой, но иногда хотелось чего то сладкого, сока там или морса.
– Есть и сок, – отозвался Ладон. – Через две минуты гашу свет.
– Ты и свет сам гасишь? – удивилась я.
– Только в твоей спальне, – последовал загадочный ответ.
Я выпила стакан апельсинового сока, который уже ждал на столе, быстро переоделась в простую рубашку, которую использовала для сна, и улеглась. Одновременно с этим комната погрузилась во тьму. Ворочался рядом Рыс, Ларан счастливо хныкал под моей рукой – ему нравился массаж спинки и крылышек.
– Хватит за мной наблюдать, – пробормотала я в полусне. – Я же не домашнее животное.
Ларан полетел через неделю. В обычный осенний солнечный день, совершенно случайно.
Приглядевшись, я заметила, что глаза ее были красными от слез.
– Это Элла, – ответил наг. – Она гостья Ладона. Возможно, она сумеет помочь. Элла, это Морриган, одна из девушек, живущих в деревне. Ее отец уважаемый охотник.
– Был, – почти зло ответила Морриган.
Но внутрь нас все же пропустила. Я старалась не отставать от Тхэша, чтобы, не приведи Высший, не остаться наедине с блондинкой.
А потом, когда я увидела кровать, все мои беды стали казаться пустяковыми. И даже заключение в замке Ладона выглядело отдыхом в загородном домике. Потому что на постели лежал мужчина. Умирая, явно доживая последние часы; от его груди почти ничего не осталось, кровавая каша. Я отвернулась, прижав руки ко рту, чтобы не вскрикнуть. Охотник… звери…
И я, идиотка, побежала в лес, без оружия, перепуганная! Теперь встреча с Ладоном казалась почти подарком судьбы.
– Элла, – Тхэш положил руки мне на плечи, – я видел, как ты залечила рану Ладона. Попробуй.
Я покачала головой:
– Во мне нет такой силы, Тхэш. Это не порез и не поверхностная рана, глупо полагать, что не задеты органы. Я не могу ему помочь, прости.
Краем глаза заметила, как Морриган отвернулась.
– А если с этим? – Наг извлек откуда то небольшую стекляшку с несколькими кристально прозрачными каплями.
– Драконьи слезы! – ахнула я.
Как и где они добыли их, знать не хотела. Но понимала, что с этой штукой у мужчины есть шанс. Призрачный, почти неощутимый, но шанс.
Мне понадобилась всего секунда, чтобы кивнуть и взять в руки прохладную бутылочку.
– Попробую. Но маловероятно, что выйдет.
– Я все понимаю, – шепнул Тхэш. – Но Морриган нужно бороться, она должна знать, что пыталась. Сделай все, что сумеешь, Элла, никто не требует от тебя невозможного. Наши маги не обладают такой силой, лекари используют в основном зелья и свитки, а они здесь бессильны. Просто попробуй, и все, возможно, ему хотя бы станет легче.
Мужчина тяжело дышал, дыхание вырывалось из груди с жуткими хрипами, слышать которые даже мне было тяжело. Что уж говорить о Морриган. Как я поняла, мужчина был отцом светловолосой красавицы.
Наг вывел девушку из комнаты, предоставив мне возможность сосредоточиться. Жаль, я не узнала имени…
– Если что, простите меня. Я всего лишь слабая ведьма. Которая к тому же совершенно растеряна. А душевное смятение приливу сил не способствует.
Первая волна магии прошла по телу бедняги, ничего не изменив, но я чувствовала, что все же кое какой эффект был. Капля ценнейшего лекарственного средства – драконья слеза, вызвала едва заметное сияние, окутавшее рану. Я вздрогнула, но продолжала направлять магию. Это была не ссадина на коленке и не порванное крылышко замерзшего птенца. Это была смерть, и я пыталась ее отогнать, пуская в ход всю магию, что была мне доступна.
Раны затягивались. Но очень медленно. А у меня в глазах темнело, накатывала тошнота и слабость. Подобные вещи требуют очень много энергии. Раны затягивались слишком медленно. Вторая, последняя, капля. Еще прилив магии, головокружение стало намного сильнее. Но эффект уже был виден: несмотря на дикое количество крови, все заживало. Я старалась изо всех сил, выкачивая остатки магии, вливала в мужчину такие ресурсы, о которых никогда и не подозревала.
Лишь Тхэш, ворвавшийся в комнату и силой оттащивший меня от постели, прервал этот уже неконтролируемый поток.
– Элла, идиотка! Решила себя угробить? Хватит, все, успокойся, ты сделала все и даже больше, теперь решает лишь судьба.
Мне не удалось посмотреть, чем закончилось исцеление. Я перестала противиться темноте и погрузилась в мучительный сон.
Проснулась оттого, что Рыс мурчал и мяукал прямо в ухо. Ларан вел себя не в пример культурнее.
– Завтракать охота, да?
Без моего разрешения еду с подноса кот взять не решался, хотя ему очень этого хотелось.
Голова немного побаливала, а еще кружилась. Подташнивало, кажется, от голода. Странная пустота в груди давала понять, что магии во мне ноль целых ноль десятых.
– Рано встала, – сообщил голос сверху.
А я уже начала привыкать к постоянному незримому присутствию Ладона.
– Есть хочу.
На столе меня уже ждал завтрак. Причем неслабый такой завтрак, человек пять накормить хватит. Куча фруктов, ягод, шоколада, несколько графинов с морсом и соком, большая миска салата, сочное прожаренное мясо.
– Э э э… я выиграла какой то приз?
– Ты едва не убила себя. Ешь как можно больше. И пей тоже. Восстанавливай силы, магию.
– Мне столько при всем желании не съесть, – сказала я, хотя желудок был уверен в обратном.
– Съешь. И лежи побольше, – в довесок посоветовал дракон.
– Так мне есть или лежать? Одновременно опасно. Ты вроде не хотел, чтобы я подохла раньше времени. Что с мужчиной? Он выжил?
Ладон помедлил, прежде чем ответить:
– Умер на рассвете. Повреждения серьезные.
Аппетит как то резко пропал. Я отодвинула тарелку с салатом.
И вздрогнула от рыка Ладона.
– Ешь!
– Значит, зря.
– Значит, судьба, – возразил Ладон. – Я неспроста выбрал тебя. Ты сделала все, что было можно сделать, это в твоем характере. Кстати, раз уж ты выполнила свою часть сделки, я выполню свою. Что ты хочешь?
– Я не выполнила свою часть. Он же умер.
– Ты сама едва не умерла, – хмыкнул дракон. – Это приравнивается к искреннему желанию. Давай, Элла, пока я не передумал.
Теперь я знала, что попросить. Поняла после прогулки с Тхэшем по улице.
– Я хочу выходить из комнаты. Не обязательно на улицу, можно ходить по замку или бывать на каком нибудь балконе. Можно в компании с Тхэшем или кем то из твоих слуг. Я не могу сидеть взаперти. И я хочу учить Ларана летать.
Он так долго молчал, что я отчаялась. Перспектива провести остаток дней в этой удобной, красивой, но все же камере никогда еще не казалась настолько удручающей. Но жуткие минуты прошли.
– Хорошо, – вынес вердикт Ладон. – Ты можешь гулять по замку. Днем, между завтраком и обедом и между обедом и ужином. Приемы пищи пропускать запрещается. Попытки к побегу запрещаются. Ночью выходить из спальни запрещается. При нарушении получишь наказание и навсегда останешься в этой комнате. Поняла?
Я поспешно кивнула, слабо улыбаясь. Я не смогла спасти человека, но хотя бы пыталась. А теперь появилась возможность ненадолго покидать пределы этой комнаты, ставшей предсмертной тюрьмой.
– Ладон, а кто такая Морриган? – вдруг спросила я, неожиданно для самой себя. – В смысле, почему ты ей помогаешь?
– Морриган – девушка, которая ко мне приходит.
Ну, собственно, я и не сомневалась.
– Спит с тобой?
– Занимается сексом. Она не остается на ночь. Уходит сразу же.
Поразительно он со мной разоткровенничался. Похоже, Ладону не хватало общения. Как он умудрялся вести войну против городов, если постоянно сидел в замке с пленницей?
– Для тебя есть разница? – удивилась я.
– Есть, – вполне серьезно сказал Ладон. – Я сплю один.
– Ну, ты же дракон, – логично возразила я.
– Но ведь я могу быть человеком.
– Но почему то не любишь. Так мне можно гулять уже после завтрака?
– Гуляй. Помни о правилах.
– У меня нет часов, и я могу опоздать к обеду.
Вместо ответа Ладон хмыкнул. А и правда, чего это я, неужели меня отправят гулять без наблюдения? Глупо было на это надеяться. А значит, обед прогулять точно не удастся.
– Вообще то, – сказал Ладон, когда я обувалась, – я велел лежать.
– Я поела и отлично себя чувствую. Лучше гулять. Эй, Ларан, Рыс, идемте!
Птенец резво рванул на мой голос и вскоре устроился на плече, а вот Рыс лениво поднял голову, приоткрыл один глаз и решил остаться спать – обожрался за завтраком. Почти все мясо я скормила ему. И ладно, вдвоем погуляем.
Тем более что я хотела научить Ларана летать. Вообще я слабо представляла, как это сделать, и втайне надеялась на помощь Тхэша, но он куда то запропастился и о себе знать не давал.
Щелкнул замок на двери, и я выскользнула в заметно более прохладный, нежели моя комната, холл.
Сначала, осматривая замок, я пыталась придерживаться какого то плана. Методично осматривала все комнаты, попадавшиеся по пути, старалась запоминать дорогу, совала любопытный нос на балконы и в чуланы. Потом, изрядно устав, просто начала слоняться.
Замок был действительно огромным. Широкая лестница, ведущая на первый этаж, стала настоящим открытием как для меня, так и для птенца. Мы знатно повеселились, бегая по ней наперегонки. Ларан катился по перилам, я бежала по ступенькам. Заодно и зарядка неплохая.
Пергамента – а я втайне надеялась обнаружить хотя бы кусочек – нигде не было. Что наводило на определенные мысли. Либо Ладон обладает феноменальной памятью и силой, раз за короткий промежуток времени убрал все, что могло быть мной использовано. Либо он знал, какова будет моя просьба, и давно все подстроил. Но тогда каков резон смягчения моих условий? Достаточно странным оказался Темный Дракон и совсем не таким, каким я себе представляла.
Противоречие, вызванное, с одной стороны, его планами, с другой – отношением, заставляло меня раз за разом возвращаться мыслями ко всей доступной информации и понимать: что то мы упустили, изучая его историю.
Эти двери ничем не отличались от прочих, и я, порядком уставшая, распахнула их, будучи погруженная в свои мысли. Ларан с любопытством прислушивался к каждому шороху. Конечно, на моем плече ехать было куда удобнее.
Только через пару секунд, встретившись взглядом с хорошо знакомыми золотистыми глазами, я поняла, куда пришла.
– Э э э… извиняюсь. Пойду в другое место.
И хотела было выйти, если б Ларан не свалился с плеча и не возмутился.
– Да чтоб тебя, малыш! Пошли отсюда, пока нас не поджарили!
– Плохо, что он не умеет летать, – вдруг изрек Ладон. – Если не научится, точно не выживет.
Это я и сама понимала, но как обучают птенцов, не знала. О чем и сообщила Ладону.
– Встань передо мной и поставь его на вытянутые ладони, – скомандовал Ладон.
Почему то я решила послушаться. В конце концов, ему не было смысла убивать Ларана. Да и ранее Ладон его уже осмотрел и дал зелье. Была не была!
Сделала, как он велел. Ларан заволновался, но быстро успокоился, почувствовав меня рядом и поняв, что ничего ему не грозит.
– Заставь расправить крылья, – сказал Ладон.
– Как?
– Погладь спинку.
Осторожно, нерешительно Ларан расправил крылья и радостно крикнул. В этот же момент мощная волна воздуха сбила его с моих ладоней. Птенец пролетел пару метров, забавно трепыхаясь, и шлепнулся на пол. Ему это, кажется, понравилось. Вот только Ладон не учел одного: если Ларан спланировал на пол, то я, абсолютно не готовая к такой волне, пролетела несколько метров до двери, выскочила в коридор и снесла Тхэша, который вообще по своим делам шел. И все это с диким, настоящим девчачьим визгом.
– Чем вы там занимаетесь?! – рявкнул злой, взъерошенный и ушибленный наг.
Отвечать мне было недосуг – я из его хвоста выпутывалась.
– Ларана летать учим, – сообщила я, когда отползла подальше.
– Учите Ларана. А получается у тебя, – хмыкнул в ответ наг. – Хорошенькое развлечение ты себе нашел, Ладон. Вообще тебя уже пять часов ждет разведка, чтобы доклады сделать. А ты тут с девицами играешь.
– Подождут, – буркнул Ладон. – Я уже слышал их разговор, ничего важного они не узнали. Зато на сутки задержались, пусть теперь мучаются. Там девка живая?
– Живая, – отозвалась я.
– Дубль второй. Без участия людей.
Ладон гонял Ларана по всему залу, но взлететь так и не заставил. Зато малышу явно нравилось кататься по гладкому полу или балансировать на магии воздуха. Он радостно кричал и, кажется, хихикал.
Я сдалась гораздо раньше и уже готова была вернуться в спальню. Вскоре и Ладон прекратил попытки.
– Он необучаем. Такой же ребенок, как и ты.
Но все таки, когда я уже уходила (а вернее, уползала), бросил вслед:
– На ночь устраивай ему сеансы массажа спины и крыльев. Авось окрепнет.
Не знаю, слышал ли Ладон мое тихое «спасибо», но если он был хорошим магом, смятение в моих мыслях сумел почувствовать.
Долго на месте мне не сиделось. После обеда мы втроем дружно спали, а вот после ужина я рассудила так: гулять мне запрещено ночью, а до ночи еще куча времени. Значит, можно устроить вечерний променад. На этот раз без зверинца и буйных игрищ.
Я спустилась на первый этаж и отправилась исследовать еще одну часть дома. Ту, что примыкала к выходу и другим стратегически важным объектам. И когда вышла в холл, столкнулась нос к носу с Морриган.
Вопреки ожиданиям, на свидание к Ладону Морриган не надевала вечерних нарядов или праздничной шубки. И даже не красилась, как девушки Лесного, в надежде казаться красивее, чем есть. Она выглядела совершенно естественной, лишь светлые пушистые волосы свидетельствовали о том, что недавно она приняла ванну.
– Добрый вечер, – спокойно поздоровалась я.
– Добрый, – сквозь зубы процедила Морриган.
А потом вдруг ухватила меня за волосы и дернула так, что я вскрикнула.
– Еще раз попадешься мне на глаза, живого места не оставлю! – прошипела блондинка.
– Морриган!
Мне показалось, стены замка содрогнулись от голоса Ладона. Девушка мгновенно выпустила меня и отскочила.
– Я не звал тебя!
– Ты отменил прошлую встречу, – залепетала девушка. – Я подумала…
– Тебе не надо думать, – отрезал Ладон. – Тебе надо лишь приходить тогда, когда я позову.
Морриган виновато опустила голову, но от меня не укрылось, как в глубине ее глаз промелькнуло раздражение.
– У меня умер отец, – пробормотала она. – Я искала поддержки.
И почему меня не отпускало ощущение, что это какая то продуманная тактика? Искренностью здесь и не пахло.
– И что? Я не собираюсь жалеть тебя, иди домой и жди, когда тебя позовут.
– Значит, ты теперь с ней?! – Девушка не выдержала, с нее мигом слетел весь налет покорности.
– Иди домой, Морриган, – уже с нажимом повторил Ладон. – Иначе будешь наказана. Ты знаешь, как я наказываю тех, кто смеет мне перечить.
– Прости, Ладон. – Ее тон снова стал покорным. – Я ухожу.
Воцарилась тишина. Я пыталась понять увиденное и услышанное, Ладон просто молчал.
– А почему ты просил меня спасти ее отца, если тебе плевать на нее?
– Я просил его спасти не ради нее, – будто бы удивился Ладон. – Он был хорошим человеком. Иди спать, Элла, уже поздно. Я разрешил тебе гулять лишь между обедом и ужином. Ночью в замке опасно, почти нет освещения. Тхэш уже спит, а я не хочу ловить тебя в каком нибудь чулане с прогнившим полом.
– Почему ты так редко превращаешься в человека? – спросила я, направляясь к спальне.
– На это есть свои причины. Не задавай лишних вопросов. Дать тебе молока?
– А есть сок?
В спальне стоял графин с вкусной прохладной водой, но иногда хотелось чего то сладкого, сока там или морса.
– Есть и сок, – отозвался Ладон. – Через две минуты гашу свет.
– Ты и свет сам гасишь? – удивилась я.
– Только в твоей спальне, – последовал загадочный ответ.
Я выпила стакан апельсинового сока, который уже ждал на столе, быстро переоделась в простую рубашку, которую использовала для сна, и улеглась. Одновременно с этим комната погрузилась во тьму. Ворочался рядом Рыс, Ларан счастливо хныкал под моей рукой – ему нравился массаж спинки и крылышек.
– Хватит за мной наблюдать, – пробормотала я в полусне. – Я же не домашнее животное.
Ларан полетел через неделю. В обычный осенний солнечный день, совершенно случайно.
