- И кому из них ты будешь нужна?
Даже не удивляюсь, увидев Акориона рядом. Он удивительно органично вписывается в здешний пейзаж. Только костюм смотрится нелепо: он слишком земной. Но тоже серый.
- О чем ты?
- Ты выбьешь им счастливый конец. Выиграешь для них войну. Убьешь единственного, кто любит тебя просто за то, что ты есть. И неужели веришь, что станешь им нужна? Перестанешь быть… как там? Эгоистичной избалованной девицей? Докажешь, что ты хорошая? Ты веришь в это, Таара, или просто надеешься, что подарив им мир, не получишь в ответ новых претензий? Перестанешь быть не такой?
- Я уж думала, ты исчез насовсем, - мой голос такой же бесцветный, как мир вокруг.
- Они не придумают счастливый конец для тебя. Им плевать.
- Да. Ты прав, наверное.
- И что? Так и будешь преданно заглядывать им в глаза в надежде, что кто-нибудь похвалит? А если отдашь всю силу, рискнешь разумом снова, чтобы одолеть меня, а в ответ получишь то же отвращение? Что будешь делать?
- Не знаю. Снова окажусь в смертном теле.
- Это справедливо?
- О, да. Ведь это тело не будет помнить твой мерзкий голосок, унылое вечное нытье, противную рожу и маленький член, скотина, как ты меня бесишь, сил больше нет!
Я с такой силой бью Акориона разрядом тока, что просыпаюсь от яркой вспышки, озарившей комнату
Вот блин! Хорошо хоть Аннабет не убило… так, стоп. Аннабет? А где, собственно, Аннабет в середине ночи?
Я похолодела, поняв, что створки окна распахнуты настежь.
Аннабет открыла окно? Стало жарко? Но в комнате был жуткий холод – и сразу стало ясно, откуда пронизывающий ветер во сне.
Почему никого не предупредили не открывать окна? Неужели Крост забыл или понадеялся, что подобное не придет никому в голову с такой погодой? Грозы еще не было, но тучи уже сгустились над Бавигором и вот-вот обещал пойти дождь.
Я всматривалась во тьму ночного сада и с трудом различила светлую фигурку, медленно удаляющуюся в сторону ворот. Выругалась и полезла на подоконник.
В последний момент перед тем, как спрыгнуть с третьего этажа и взмыть в воздух, я остановилась, подумав, что летящая в ночи адептка – не совсем та картина, которая обрадует адептов и магистров, ненароком взглянувших в окно. Хотя какому идиоту придет в голову пялиться в окно посреди ночи?
В общем, голова еще соображала туго, так что я сделала совсем странную вещь: аккуратно свесилась с подоконника и поползла по стене вниз, чтобы пешочком, скрываясь в кустах, добежать до Аннабет, привести в чувство и вернуть в комнату, пока нас обеих не вернули в школу.
Крылья держали на весу без особых проблем, но все равно мной владело странное чувство. Почему я ползу? Почему вниз головой, как заправская летучая мышь? И главное, почему чувствую себя такой идиоткой?
Приходилось аккуратно огибать окна и редкие балконы, поглядывать за Аннабет – к счастью, она брела по саду довольно медленно – и стараться не шуметь. Я примерилась, чтобы одним прыжком опуститься на землю и тут услышала откуда-то сбоку веселое:
- Моль, ты куда ползешь? Гардероб в другой стороне.
- Очень смешно.
Крост стоял на балконе, старательно пряча сигару за спину.
- Ай-ай-ай, господин директор, мало того, что сверкаете торсом во тьме ночной, так еще и подаете плохой пример.
- Ага, адептка, ползущая по стене в той же самой тьме, это, конечно, пример так пример.
- Тебя там Яся не заждалась? Мерзнет, поди, бедняжка.
- То есть ты встала не с той ноги и решила в принципе ими больше не пользоваться, а виноваты мы с Ясперой?
- Нет! – рявкнула я. – Слышала ваш разговор.
- Подслушивать нехорошо.
- Поливать меня дерьмом за глаза как бы тоже!
- Словно для тебя новость, что Яспера тебя ненавидит.
- Ты ее даже не одернул!
- Вообще-то одернул, или ты сбежала, не дослушав?
- Счастливо оставаться, - буркнула я.
Крылья уже затекли, да и кровь к голове приливала с каждой секундой сильнее.
- Какого демона ты творишь, Деллин?! Вам запрещено выходить из отеля ночью!
- Ловлю Аннабет, которая решила погулять.
Крост изменился в лице и выбросил сигару.
- Тебе помочь?
- Справлюсь. Этот горгон на ресепшене какой-то странный. Так, ладно, я полетела, пока она не смоталась в гости к стрилге.
Кейман просто закрыл глаза и сделал вид, что он медитирует. Но пока я спускалась на землю и бежала до Аннабет, чувствовала его пристальный взгляд. Ну прямо папочка наблюдает, как гуляют детки.
Боги, как же холодно! Зуб на зуб не попадал! Я была еще и босиком, и спасибо хоть в теплой пижаме, присланной Алайей вместе со школьной формой. Если бы я бегала по территории еще и голой, то точно стала бы героиней горячих утренних новостей.
Все чувства обострились до предела. Я не знала, с какой стороны может прийти опасность, но здесь все о ней кричало. Ночь делала горы зловещими, а отдаленный стрекот каких-то тварей рождал в душе неприятную тревогу. У меня была отличная фантазия, и я живо представила, как крохотный горный отельчик окружают монстры, нетерпеливо клацая жвальцами в ожидании, когда какой-нибудь беспечный адепт ступит за границу защитного поля.
Я не стала проверять, что будет, если Аннабет пересечет черту. Я вообще не хотела думать, как она умудрилась спуститься из окна третьего этажа, и что именно заставило ее выйти на улицу. Просто протянула руку и вцепилась в Аннабет, не давая сделать еще один шаг.
С неожиданной силой Аннабет попыталась вырваться. Из туч показалась какая-то из звезд, кажется, Кроста, и осветила лицо девушки. Аннабет не то спала, не то находилась в каком-то трансе. И сопротивлялась так, словно только я отделяла ее от чего-то очень важного и желанного.
- Да проснись ты!
Я материлась так, что весь четвертый курс огневиков, который это дело уважал, обзавидовался бы. Транс придавал Аннабет силы – она сражалась не на жизнь, а насмерть. Мне удалось повалить ее в траву, но почти тут же нас окатило ледяной водой, и над садом пронесся мой сдавленный возмущенный вопль. Я и забыла, что Аннабет водница.
- Очнись, я сказала! – рявкнула я.
Но она продолжала рваться на волю, и тогда мне это надоело. Размахнувшись, я ударила ее по щеке, слегка не рассчитав силу: успевшая вскочить, Аннабет не удержалась на ногах и снова рухнула в кусты.
- За что-о-о?! – раздалось оттуда.
Никому не расскажу, что испытала колоссальное удовлетворение двинув ей наконец-то как следует.
- Проснулась?
- А… а что происходит? Деллин?
Потирая скулу, Аннабет вылезла из кустов и начала нервно отряхиваться, испуганно озираясь.
- Ты помнишь хоть что-то? – спросила я.
- Нет. Только голос… он позвал, и я поняла, что должна идти. Но я думала это сон. Я что, всерьез сбежала ночью?!
- Еще и с третьего этажа через окно, как бы это у тебя ни получилось.
- Мне не нравится это место. – Аннабет поежилась. – Оно какое-то… темное.
- Идем спать. Пока нас не поймал Кейман. Или еще кто похуже.
Со стороны гор раздался какой-то жуткий хрипловатый рык, а потом посыпались камни. С такого расстояния было сложно рассмотреть, что такое там бегало и рычало, но не слишком-то и хотелось.
- Я не думала, что Бавигор так отличается от Штормхолда, - сказала Аннабет, когда мы шли к отелю.
- Сюда сбежались все недобитые Кростом твари, когда Таара и Акорион чуть не угробили мир. Прижились. Зато теперь понятно, почему востребованы темные маги. На границах наверняка нет-нет, да вылезет какой-нибудь кузнечик. Завтра припру к стенке горгона и вытрясу всю душу, пока не расскажет, что имел в виду.
- Кого?
- Горгона. Чувак за стойкой. Он слепой, потому что ему выкололи глаза, чтобы лишить дара обращать всех в камень.
- О…
Я не рискнула тащить Аннабет по воздуху, все же с Катариной мне помогали вторые крылья, а сейчас с собой не было даже воздушных крупиц. В отличие от Кроста, стихийная магия мне была пока недоступна, хотя в теории он ведь использовал темную – почему мне нельзя взять и создать поток воздуха, который бы закинул Аннабет в спальню?
Пришлось красться через холл, по скрипучей лестнице прямиком на третий этаж. В комнате я заперла дверь и трижды проверила засов на окне, а потом, подумав, при помощи крупицы огня и огромного желания никогда больше не высовываться на улицу, расплавила щеколду. Теперь это окно можно было только выбить, да и то с куском стены – рама выглядела довольно прочной.
Аннабет куталась в одеяло, пытаясь согреться, только два больших глаза и красный нос торчали наружу. Я отстраненно подумала: наверняка теперь заболеет.
- Ты расскажешь директору, что я выходила ночью?
Директору? Этот директор наверняка следил за нами до тех пор, пока не щелкнул замок на двери. А еще я ничуть не удивлюсь, если окна наутро перестанут открываться во всех номерах и даже в столовой.
Но я не стала делиться мыслями, и просто пожала плечами:
- Нет.
- Деллин…
- М-м-м?
Один плюс в новой жизни все же был: я стала чуть лучше спать и почти не боялась закрывать глаза. А если быть честной, то даже надеялась, что очередной сон подарит пару мгновений жизни, по которой очень скучала.
- Спасибо, что пошла за мной.
- Я бы пошла за любым.
Даже за Ясперой. Наверное…
Наутро я еще до побудки рванула вниз, чтобы вытрясти из горгона всю душу, а заодно и правду о ночных прогулках и открытых окнах. Но его не было на месте, как и признаков того, что горгон вообще появлялся с тех пор, как дал туманный совет. Хорошо. Впереди долгие две недели, обязательно достану. И чем дольше буду ждать, тем злее становиться.
Потом был завтрак, довольно суматошный и быстрый, а потом нас всех загнали переодеваться в спортивную форму и разбили на группы. Маги огня, земли, воды и воздуха под присмотром Ленарда, Уорда и Бергена отправились куда-то к северу, а темные в компании Ясперы и Кеймана – к ближайшим горам.
Имелись у меня нехорошие подозрения, что сейчас та милая зверушка, ворочавшая камни ночью, не обрадуется незваным гостям и попытается нами пообедать.
Не доходя до подножия гор сотни метров, директор рассадил всех на камнях и начал вводный инструктаж.
- Что ж, господа адепты. Вы достаточно всего изучили, чтобы столкнуться с суровой реальностью в самом неприглядном виде. Еще раз приветствую вас на практике. В этом году вас, темных адептов, рекордное число: ровно десять человек. Я рад, что наша с вами очень нужная и важная магия становится более распространенной. Вы наделены особым даром, он может как забрать, так и спасти множество жизней. Две недели, что мы с вами проведем здесь, станут определяющими. Либо вы – маги, способные встать на защиту мира, либо бездарности и трусы.
Он обвел нас мрачным взглядом, и стало ясно: вероятность последнего сильно выше нормы.
- Ни одному выпуску, вручая дипломы, я еще не говорил о том, что их ждет легкая и приятная жизнь в беспроблемном времени. Обычно моя речь повествует, что впереди трудные времена, потери и непростые решения. Но это просто директорская привычка всех воспитывать. Однако вы, возможно, станете первым выпуском Высшей Школы темных, для которого это станет правдой.
До сих пор вы сталкивались лишь со своей неуправляемой магией. За два с лишним года в школе – а это половина всего обучения – вы обзавелись друзьями и врагами, возлюбленными, наставниками. Пережили потерю товарищей. Оказались лицом к лицу со страхами. И наверняка уже понимаете, что борьба за место под солнцем только начинается. Можно справиться с тем, что разрушает изнутри, но не совладать с внешним злом, а можно быть всемогущим победителем в схватке за мир – и при этом иметь мертвую душу.
Ну вот, теперь настроение окончательно укатилось в хаос и там сгинуло.
- На практике я покажу вам внешнюю тьму. Она не имеет ничего общего с той, что у вас внутри, кроме одного: с ней тоже придется бороться. Там, - он махнул рукой в сторону гор, - то, что мы называем темными существами. Вы изучали их классы, способности, повадки и способы уничтожения. Сегодня пришло время применить все свои знания. Кто-то желает быть первым?
Ренсен поднял руку.
- Отлично. Вперед.
- Нет, магистр, я хотел задать вопрос.
- Слушаю.
- А что там? В смысле, какое из темных существ?
Кейман усмехнулся.
- Думаете, я не в курсе, что у вас есть шпоры? Если я сейчас назову тварь, с которой вы столкнетесь, это занятие ничем не будет отличаться от тех, что мы проводили в школе. Никто не станет предупреждать вас и представляться перед тем, как напасть. Поэтому задача ваша такова: определить, что за существо и попытаться его нейтрализовать. Сегодня всего лишь попытаться, я буду рядом и не позволю причинить вам вред. Но в конце практики вы сдадите зачет и там не будет ни меня, ни возможности пересдать – схватка, от которой зависит не оценка, а жизнь.
Корви, непривычно серьезный, наклонился ко мне:
- Не знаешь, с прошлой практики все вернулись?
- Понятия не имею.
- Корви! Шторм! У вас есть вопросы? Я готов ответить.
- Мы будем выполнять задание по одному? – спросила я.
- Да.
- А тварей хватит?
- Еще останется.
- А посмотреть можно?
- Нет, - удивил Крост.
Следующий вопрос был написан у меня на лице, так что Кейман даже не стал дожидаться, когда он прозвучит.
- Я всегда за то, чтобы маги держались друг друга и работали в тесном сотрудничестве. Однако опыт подсказывает, что не все из вас станут друзьями. И я не хочу стать тем человеком, который сольет все ваши слабые и сильные места. Определенные… м-м-м… ваши методы и решения могут быть использованы против вас. Помните об этом. И сами решайте, что и кому рассказывать.
Я с трудом удержалась от улыбки. Чтобы не водить экскурсии на шоу «Таара и темная тварюшка», Крост придумал пафосную причину, услышав которую, адепты даже спины распрямили – надулись от гордости.
- Да, к слову. Я буду зачитывать задание, если вы правильно определите существо и хотя бы попытаетесь его нейтрализовать. Если вам удастся уничтожить его, то от завтрашнего повтора будете освобождены и сможете сходить в город.
Народ одобрительно загудел.
- Ренсен, вы будете первый.
- А может, пропустим даму? – нервно предложил он.
Дама не преминула откликнуться:
- Сейчас я тебе устрою сражение с темной тварью прямо здесь.
И угрожающе распрямила крылья. Эффект был бы отличным, если бы при этом я не спихнула с камня Корви: он зачем-то уселся почти вплотную.
- О, боги… - пробормотал Крост.
Укоризненно покачал головой, пока я молча краснела – и направился к горам, пропустив Ренсена вперед. Мы не отрываясь смотрели им вслед в надежде хоть что-то увидеть.
- Так! – скомандовала Яспера. – Чего прохлаждаемся? Встаем и начинаем тренироваться. Вот луки. Вот стрелы. Сейчас повешу мишени. Кто лучше отстреляется, том дам подсказку на задание директора.
Понятно, придется справляться своими силами.
- Шторм стреляет с воздуха, - добавила Яспера.
Корви, явно пришедший в себя, ехидно добавил:
- Прямо как голубь.
Ну хоть в чем-то мы с Ванджерией сошлись: дурацкие шутки нам обеим надоели.
Мощная магия так расхолаживала. Я еще не вернула и четверти былой силы, а уже расслабилась, считая, что единственная угроза – Акорион. Оказалось, что стреляла я на уровне пятилетки. Одновременно стрелять и висеть в воздухе неподвижно – та еще задачка. Как я ни пыталась попасть в центр мишени, из десяти выстрелов цели достигли только шесть, но так условно, что можно было признать: если бы мишень была какой-нибудь темной тварью, она бы давно мной пообедала, разозленная мазилой.
Даже не удивляюсь, увидев Акориона рядом. Он удивительно органично вписывается в здешний пейзаж. Только костюм смотрится нелепо: он слишком земной. Но тоже серый.
- О чем ты?
- Ты выбьешь им счастливый конец. Выиграешь для них войну. Убьешь единственного, кто любит тебя просто за то, что ты есть. И неужели веришь, что станешь им нужна? Перестанешь быть… как там? Эгоистичной избалованной девицей? Докажешь, что ты хорошая? Ты веришь в это, Таара, или просто надеешься, что подарив им мир, не получишь в ответ новых претензий? Перестанешь быть не такой?
- Я уж думала, ты исчез насовсем, - мой голос такой же бесцветный, как мир вокруг.
- Они не придумают счастливый конец для тебя. Им плевать.
- Да. Ты прав, наверное.
- И что? Так и будешь преданно заглядывать им в глаза в надежде, что кто-нибудь похвалит? А если отдашь всю силу, рискнешь разумом снова, чтобы одолеть меня, а в ответ получишь то же отвращение? Что будешь делать?
- Не знаю. Снова окажусь в смертном теле.
- Это справедливо?
- О, да. Ведь это тело не будет помнить твой мерзкий голосок, унылое вечное нытье, противную рожу и маленький член, скотина, как ты меня бесишь, сил больше нет!
Я с такой силой бью Акориона разрядом тока, что просыпаюсь от яркой вспышки, озарившей комнату
Вот блин! Хорошо хоть Аннабет не убило… так, стоп. Аннабет? А где, собственно, Аннабет в середине ночи?
Я похолодела, поняв, что створки окна распахнуты настежь.
Аннабет открыла окно? Стало жарко? Но в комнате был жуткий холод – и сразу стало ясно, откуда пронизывающий ветер во сне.
Почему никого не предупредили не открывать окна? Неужели Крост забыл или понадеялся, что подобное не придет никому в голову с такой погодой? Грозы еще не было, но тучи уже сгустились над Бавигором и вот-вот обещал пойти дождь.
Я всматривалась во тьму ночного сада и с трудом различила светлую фигурку, медленно удаляющуюся в сторону ворот. Выругалась и полезла на подоконник.
В последний момент перед тем, как спрыгнуть с третьего этажа и взмыть в воздух, я остановилась, подумав, что летящая в ночи адептка – не совсем та картина, которая обрадует адептов и магистров, ненароком взглянувших в окно. Хотя какому идиоту придет в голову пялиться в окно посреди ночи?
В общем, голова еще соображала туго, так что я сделала совсем странную вещь: аккуратно свесилась с подоконника и поползла по стене вниз, чтобы пешочком, скрываясь в кустах, добежать до Аннабет, привести в чувство и вернуть в комнату, пока нас обеих не вернули в школу.
Крылья держали на весу без особых проблем, но все равно мной владело странное чувство. Почему я ползу? Почему вниз головой, как заправская летучая мышь? И главное, почему чувствую себя такой идиоткой?
Приходилось аккуратно огибать окна и редкие балконы, поглядывать за Аннабет – к счастью, она брела по саду довольно медленно – и стараться не шуметь. Я примерилась, чтобы одним прыжком опуститься на землю и тут услышала откуда-то сбоку веселое:
- Моль, ты куда ползешь? Гардероб в другой стороне.
- Очень смешно.
Крост стоял на балконе, старательно пряча сигару за спину.
- Ай-ай-ай, господин директор, мало того, что сверкаете торсом во тьме ночной, так еще и подаете плохой пример.
- Ага, адептка, ползущая по стене в той же самой тьме, это, конечно, пример так пример.
- Тебя там Яся не заждалась? Мерзнет, поди, бедняжка.
- То есть ты встала не с той ноги и решила в принципе ими больше не пользоваться, а виноваты мы с Ясперой?
- Нет! – рявкнула я. – Слышала ваш разговор.
- Подслушивать нехорошо.
- Поливать меня дерьмом за глаза как бы тоже!
- Словно для тебя новость, что Яспера тебя ненавидит.
- Ты ее даже не одернул!
- Вообще-то одернул, или ты сбежала, не дослушав?
- Счастливо оставаться, - буркнула я.
Крылья уже затекли, да и кровь к голове приливала с каждой секундой сильнее.
- Какого демона ты творишь, Деллин?! Вам запрещено выходить из отеля ночью!
- Ловлю Аннабет, которая решила погулять.
Крост изменился в лице и выбросил сигару.
- Тебе помочь?
- Справлюсь. Этот горгон на ресепшене какой-то странный. Так, ладно, я полетела, пока она не смоталась в гости к стрилге.
Кейман просто закрыл глаза и сделал вид, что он медитирует. Но пока я спускалась на землю и бежала до Аннабет, чувствовала его пристальный взгляд. Ну прямо папочка наблюдает, как гуляют детки.
Боги, как же холодно! Зуб на зуб не попадал! Я была еще и босиком, и спасибо хоть в теплой пижаме, присланной Алайей вместе со школьной формой. Если бы я бегала по территории еще и голой, то точно стала бы героиней горячих утренних новостей.
Все чувства обострились до предела. Я не знала, с какой стороны может прийти опасность, но здесь все о ней кричало. Ночь делала горы зловещими, а отдаленный стрекот каких-то тварей рождал в душе неприятную тревогу. У меня была отличная фантазия, и я живо представила, как крохотный горный отельчик окружают монстры, нетерпеливо клацая жвальцами в ожидании, когда какой-нибудь беспечный адепт ступит за границу защитного поля.
Я не стала проверять, что будет, если Аннабет пересечет черту. Я вообще не хотела думать, как она умудрилась спуститься из окна третьего этажа, и что именно заставило ее выйти на улицу. Просто протянула руку и вцепилась в Аннабет, не давая сделать еще один шаг.
С неожиданной силой Аннабет попыталась вырваться. Из туч показалась какая-то из звезд, кажется, Кроста, и осветила лицо девушки. Аннабет не то спала, не то находилась в каком-то трансе. И сопротивлялась так, словно только я отделяла ее от чего-то очень важного и желанного.
- Да проснись ты!
Я материлась так, что весь четвертый курс огневиков, который это дело уважал, обзавидовался бы. Транс придавал Аннабет силы – она сражалась не на жизнь, а насмерть. Мне удалось повалить ее в траву, но почти тут же нас окатило ледяной водой, и над садом пронесся мой сдавленный возмущенный вопль. Я и забыла, что Аннабет водница.
- Очнись, я сказала! – рявкнула я.
Но она продолжала рваться на волю, и тогда мне это надоело. Размахнувшись, я ударила ее по щеке, слегка не рассчитав силу: успевшая вскочить, Аннабет не удержалась на ногах и снова рухнула в кусты.
- За что-о-о?! – раздалось оттуда.
Никому не расскажу, что испытала колоссальное удовлетворение двинув ей наконец-то как следует.
- Проснулась?
- А… а что происходит? Деллин?
Потирая скулу, Аннабет вылезла из кустов и начала нервно отряхиваться, испуганно озираясь.
- Ты помнишь хоть что-то? – спросила я.
- Нет. Только голос… он позвал, и я поняла, что должна идти. Но я думала это сон. Я что, всерьез сбежала ночью?!
- Еще и с третьего этажа через окно, как бы это у тебя ни получилось.
- Мне не нравится это место. – Аннабет поежилась. – Оно какое-то… темное.
- Идем спать. Пока нас не поймал Кейман. Или еще кто похуже.
Со стороны гор раздался какой-то жуткий хрипловатый рык, а потом посыпались камни. С такого расстояния было сложно рассмотреть, что такое там бегало и рычало, но не слишком-то и хотелось.
- Я не думала, что Бавигор так отличается от Штормхолда, - сказала Аннабет, когда мы шли к отелю.
- Сюда сбежались все недобитые Кростом твари, когда Таара и Акорион чуть не угробили мир. Прижились. Зато теперь понятно, почему востребованы темные маги. На границах наверняка нет-нет, да вылезет какой-нибудь кузнечик. Завтра припру к стенке горгона и вытрясу всю душу, пока не расскажет, что имел в виду.
- Кого?
- Горгона. Чувак за стойкой. Он слепой, потому что ему выкололи глаза, чтобы лишить дара обращать всех в камень.
- О…
Я не рискнула тащить Аннабет по воздуху, все же с Катариной мне помогали вторые крылья, а сейчас с собой не было даже воздушных крупиц. В отличие от Кроста, стихийная магия мне была пока недоступна, хотя в теории он ведь использовал темную – почему мне нельзя взять и создать поток воздуха, который бы закинул Аннабет в спальню?
Пришлось красться через холл, по скрипучей лестнице прямиком на третий этаж. В комнате я заперла дверь и трижды проверила засов на окне, а потом, подумав, при помощи крупицы огня и огромного желания никогда больше не высовываться на улицу, расплавила щеколду. Теперь это окно можно было только выбить, да и то с куском стены – рама выглядела довольно прочной.
Аннабет куталась в одеяло, пытаясь согреться, только два больших глаза и красный нос торчали наружу. Я отстраненно подумала: наверняка теперь заболеет.
- Ты расскажешь директору, что я выходила ночью?
Директору? Этот директор наверняка следил за нами до тех пор, пока не щелкнул замок на двери. А еще я ничуть не удивлюсь, если окна наутро перестанут открываться во всех номерах и даже в столовой.
Но я не стала делиться мыслями, и просто пожала плечами:
- Нет.
- Деллин…
- М-м-м?
Один плюс в новой жизни все же был: я стала чуть лучше спать и почти не боялась закрывать глаза. А если быть честной, то даже надеялась, что очередной сон подарит пару мгновений жизни, по которой очень скучала.
- Спасибо, что пошла за мной.
- Я бы пошла за любым.
Даже за Ясперой. Наверное…
***
Наутро я еще до побудки рванула вниз, чтобы вытрясти из горгона всю душу, а заодно и правду о ночных прогулках и открытых окнах. Но его не было на месте, как и признаков того, что горгон вообще появлялся с тех пор, как дал туманный совет. Хорошо. Впереди долгие две недели, обязательно достану. И чем дольше буду ждать, тем злее становиться.
Потом был завтрак, довольно суматошный и быстрый, а потом нас всех загнали переодеваться в спортивную форму и разбили на группы. Маги огня, земли, воды и воздуха под присмотром Ленарда, Уорда и Бергена отправились куда-то к северу, а темные в компании Ясперы и Кеймана – к ближайшим горам.
Имелись у меня нехорошие подозрения, что сейчас та милая зверушка, ворочавшая камни ночью, не обрадуется незваным гостям и попытается нами пообедать.
Не доходя до подножия гор сотни метров, директор рассадил всех на камнях и начал вводный инструктаж.
- Что ж, господа адепты. Вы достаточно всего изучили, чтобы столкнуться с суровой реальностью в самом неприглядном виде. Еще раз приветствую вас на практике. В этом году вас, темных адептов, рекордное число: ровно десять человек. Я рад, что наша с вами очень нужная и важная магия становится более распространенной. Вы наделены особым даром, он может как забрать, так и спасти множество жизней. Две недели, что мы с вами проведем здесь, станут определяющими. Либо вы – маги, способные встать на защиту мира, либо бездарности и трусы.
Он обвел нас мрачным взглядом, и стало ясно: вероятность последнего сильно выше нормы.
- Ни одному выпуску, вручая дипломы, я еще не говорил о том, что их ждет легкая и приятная жизнь в беспроблемном времени. Обычно моя речь повествует, что впереди трудные времена, потери и непростые решения. Но это просто директорская привычка всех воспитывать. Однако вы, возможно, станете первым выпуском Высшей Школы темных, для которого это станет правдой.
До сих пор вы сталкивались лишь со своей неуправляемой магией. За два с лишним года в школе – а это половина всего обучения – вы обзавелись друзьями и врагами, возлюбленными, наставниками. Пережили потерю товарищей. Оказались лицом к лицу со страхами. И наверняка уже понимаете, что борьба за место под солнцем только начинается. Можно справиться с тем, что разрушает изнутри, но не совладать с внешним злом, а можно быть всемогущим победителем в схватке за мир – и при этом иметь мертвую душу.
Ну вот, теперь настроение окончательно укатилось в хаос и там сгинуло.
- На практике я покажу вам внешнюю тьму. Она не имеет ничего общего с той, что у вас внутри, кроме одного: с ней тоже придется бороться. Там, - он махнул рукой в сторону гор, - то, что мы называем темными существами. Вы изучали их классы, способности, повадки и способы уничтожения. Сегодня пришло время применить все свои знания. Кто-то желает быть первым?
Ренсен поднял руку.
- Отлично. Вперед.
- Нет, магистр, я хотел задать вопрос.
- Слушаю.
- А что там? В смысле, какое из темных существ?
Кейман усмехнулся.
- Думаете, я не в курсе, что у вас есть шпоры? Если я сейчас назову тварь, с которой вы столкнетесь, это занятие ничем не будет отличаться от тех, что мы проводили в школе. Никто не станет предупреждать вас и представляться перед тем, как напасть. Поэтому задача ваша такова: определить, что за существо и попытаться его нейтрализовать. Сегодня всего лишь попытаться, я буду рядом и не позволю причинить вам вред. Но в конце практики вы сдадите зачет и там не будет ни меня, ни возможности пересдать – схватка, от которой зависит не оценка, а жизнь.
Корви, непривычно серьезный, наклонился ко мне:
- Не знаешь, с прошлой практики все вернулись?
- Понятия не имею.
- Корви! Шторм! У вас есть вопросы? Я готов ответить.
- Мы будем выполнять задание по одному? – спросила я.
- Да.
- А тварей хватит?
- Еще останется.
- А посмотреть можно?
- Нет, - удивил Крост.
Следующий вопрос был написан у меня на лице, так что Кейман даже не стал дожидаться, когда он прозвучит.
- Я всегда за то, чтобы маги держались друг друга и работали в тесном сотрудничестве. Однако опыт подсказывает, что не все из вас станут друзьями. И я не хочу стать тем человеком, который сольет все ваши слабые и сильные места. Определенные… м-м-м… ваши методы и решения могут быть использованы против вас. Помните об этом. И сами решайте, что и кому рассказывать.
Я с трудом удержалась от улыбки. Чтобы не водить экскурсии на шоу «Таара и темная тварюшка», Крост придумал пафосную причину, услышав которую, адепты даже спины распрямили – надулись от гордости.
- Да, к слову. Я буду зачитывать задание, если вы правильно определите существо и хотя бы попытаетесь его нейтрализовать. Если вам удастся уничтожить его, то от завтрашнего повтора будете освобождены и сможете сходить в город.
Народ одобрительно загудел.
- Ренсен, вы будете первый.
- А может, пропустим даму? – нервно предложил он.
Дама не преминула откликнуться:
- Сейчас я тебе устрою сражение с темной тварью прямо здесь.
И угрожающе распрямила крылья. Эффект был бы отличным, если бы при этом я не спихнула с камня Корви: он зачем-то уселся почти вплотную.
- О, боги… - пробормотал Крост.
Укоризненно покачал головой, пока я молча краснела – и направился к горам, пропустив Ренсена вперед. Мы не отрываясь смотрели им вслед в надежде хоть что-то увидеть.
- Так! – скомандовала Яспера. – Чего прохлаждаемся? Встаем и начинаем тренироваться. Вот луки. Вот стрелы. Сейчас повешу мишени. Кто лучше отстреляется, том дам подсказку на задание директора.
Понятно, придется справляться своими силами.
- Шторм стреляет с воздуха, - добавила Яспера.
Корви, явно пришедший в себя, ехидно добавил:
- Прямо как голубь.
Ну хоть в чем-то мы с Ванджерией сошлись: дурацкие шутки нам обеим надоели.
Мощная магия так расхолаживала. Я еще не вернула и четверти былой силы, а уже расслабилась, считая, что единственная угроза – Акорион. Оказалось, что стреляла я на уровне пятилетки. Одновременно стрелять и висеть в воздухе неподвижно – та еще задачка. Как я ни пыталась попасть в центр мишени, из десяти выстрелов цели достигли только шесть, но так условно, что можно было признать: если бы мишень была какой-нибудь темной тварью, она бы давно мной пообедала, разозленная мазилой.
