Аппетит сменился легкой тошнотой, но чашку крепкого чая выпить необходимо. Три полных ложки сахара, побольше крепкой заварки … Обжигающий напиток пришлось пить буквально через силу, сладкий до омерзения. Обыкновенно, сахар использовался только в выпечке. Маришка терпеть не могла сладкие напитки.
Лежавший рядом на столе мобильник запел соловьями.
Звонил риелтор.
Пришлось старательно изображать оптимизм:
- Привет, Ириш!
- Привет! Мы сегодня встречаемся?
- Да. Только окажи, пожалуйста, услугу, – Маришка понизила голос до шепота. – Ты не могла бы заехать за мной. С утра мучает недомогание, опасаюсь идти по улице в одиночку.
- Нет, проблем. Встречаемся через час, возле твоего подъезда.
Время еще позволяло посидеть, главное не забыть взять с собой фотоаппарат, вдруг получится доехать до магазина?
* * *
Когда Маришка вышла из своего подъезда, на асфальте стоял красный рено, с водительского места приветливо улыбалась Ира, одетая в элегантный представительский костюм.
- Ну, с чего начнем, - спросила Мариша, усаживаясь на переднее сиденье.
Когда затевалась история с покупкой квартиры, Маришка надеялась на некую остаточную сумму, на «мелочи». К примеру, купить золотые серьги … ну, хорошо, не серьги, а новенький ноутбук или навороченный фотоаппарат, … ладно, надо совесть иметь – обои для ремонта. Но…
Буквально на соседней улице продавалась небольшая квартирка и ее стоимость лишала Маришку всякой возможности реализовать мечты.
Вообще, на той улице, рядом с магазином «Пятерочка» продавались две квартиры, риелтор предложила просмотреть сначала ту, что дешевле, тогда возможны и чудеса.
Пока ехали до места, поделились последними новостями и обсудили неведомые симптомы Маришкиной болезни. Ира предположила сужение сосудов в головном мозге и предложила отвезти к знакомому врачу.
Мариша вежливо отказалась.
В блочной девятиэтажке на четвертом этаже открылся взгляду сущий кошмар, чем-то напоминающий общежитие.
В ободранной, без занавесок квартирке проживали четверо узбеков. Единственная комната делилась гардеробом на две части, где теснились кровати и мешки. Аляповатые обои с крупными орхидеями в зеленых квадратах, зрительно уменьшали площадь. Коридора, как такового, не было, шагнув с лестничной клетки, Маришка сразу уперлась в большой холодильник цвета металлик, пройти мимо которого возможно было только боком. Драную кухню, вернее, тесный пяточек, благоухающий цитрусовым Доместосом от свежевымытой раковины, Мариша смотреть отказалась, ей вообще стало неловко ходить по чужой квартире и неважно, что она потенциальный покупатель. Нет, увидеть товар лицом просто необходимо, но вот так заглядывать в туалет и угол с разобранной несвежей постелью, как-то неправильно, по отношению к этим убогим гастарбайтерам неудобно.
Хозяйка, неопрятная, полноватая женщина в возрасте, нахваливая жилье, делала ударение на главном, по ее мнению, достоинстве – скором сносе по программе реновации. А что до жильцов, так она готова совершить сделку с ними в комплекте, так сказать, от чистого сердца помочь избежать хлопот со сдачей в наем.
- Я даже за половину стоимости это не куплю, - выдохнула Мариша, оказавшись на улице.
От специфического мужского запаха, пропитавшего помещение, ее с непривычки подташнивало.
- Зато будет, с чем сравнить, - невозмутимо заметила Ира, полагавшая, что перед покупкой следует посмотреть не один вариант.
Следующая квартира находилась через два дома, в кирпичной пятиэтажке, жители которой дружно проголосовали против реновации.
Общество собралось веселое, в подвале одного из подъездов функционировала мини-ферма с курами и поросятами.
На втором этаже, с окнами на юг, плотно скрытыми от солнца кленами и липами притаилась квартирка площадью в тридцать квадратных метром. Не дворец, но и не сарай: чистенько, скромненько, чугунные советские батареи должны греть на совесть.
Когда стало известно, что мебель и почти вся техника останется на месте, вопросы отпали совершенно. К тому же хозяева согласились поторговаться (квартира-то без ремонта), в результате чего цена опустилась до приемлемой. Как раз такой суммой располагала Маришка. О подарках для себя любимой, как и о ремонте следовало на время забыть. По крайней мере бабулино наследство не растратилось по мелочам и этем следовало утешиться.
Обговорив все детали с представителем противоположной стороны, Ира объявила:
- Через две недели встречаемся в банке для заключения сделки.
Ей требовалось время на полную проверку квартиры.
Может чрезмерный всплеск радости от скорого окончания дела спровоцировал дурноту, но Маришка внезапно осела Ире под ноги, побелев как полотно.
- Эй, ты чего? – испугалась та, не зная, куда и как пристроить удобнее клиентку. – Марин! – Она легонько похлопала ее по щекам.
Сознание вернулось с гулом в голове, ознобом и какими-то неприятными судорогами.
- Извини, - прошептала Маришка, сжимая кулаки, чтобы не дрожали руки. – Ты не могла бы отвезти меня домой?
Ира живо подхватила ее под руки и подтащила к машине, благо конфуз случился рядом.
- Слушай, может скорую вызвать?
- Не надо, - вяло отмахнулась Маришка. – Ты сейчас куда едешь?
Оказалось, маршрут риелтора лежал недалеко от метро «Багратионовская», а значит, получится заехать в магазин и вернуть фотоаппарат. Кто знает, вдруг случится учет, а товара нет на месте.
Уже около подъезда, Маришка позвонила матери и попросила ее спуститься на первый этаж, лифт сейчас пугал.
Магазинчик туристического снаряжения и одежды располагался на втором этаже обширнейшего комплекса «Горбушкин двор». Вытянутый павильон вмещал в себя разнообразные стенды с образцами и фотографиями, большой плоский телевизор с рекламными видеороликами, стол с компьютерной базой ассортимента интернет-магазина, а еще стойку для исполнительного директора и менеджера в крохотном кабинете.
Главный чокнутый рыбак со сборкой витрин не торопился, и они стояли наполовину собранными. Все свободное время уходило на оценку товара, его рассматривание и короткие видеозарисовки с комментариями для сайта.
- Нет, я так больше не могу! – не выдержал Саня после консультации очередного праздно гуляющего покупателя. Он в сердцах схватил стойку с объявлением: «Магазин закрыт по техническим причинам» и выставил ее буквально перед носом какого-то мужчины с ребенком, собиравшихся посмотреть туристическую палатку изнутри. - Вуаля!
- А если руководство нагрянет?
Донесся из кабинета усталый голос Никиты. Тот сидел за Саниным столом (отсюда лучше всего видно зал) и рассеянно крутил карандаш, даже не помышляя помогать задерганному другу.
- Плевать! – Саня сердито плюхнулся за Маришкин стол и попытался вернуться к прерванному делу, он вводил данные из очередной накладной и теперь искал строчку, на которой остановился. – Когда ставят новую секцию, то закрываются на технический перерыв! Народ шляется просто так, а я кланяйся перед ними!
- Как бы ужасно не звучало, но это твоя работа.
Чуть саркастическое замечание буквально взбесило, Саня вскипел:
- Блин! Слышь, в таком случае ты должен сидеть на этом стуле, держать в порядке документы и отвечать на звонки твоего руководства!
- Ужасно! … Но я пьян, - меланхолично резюмировал Никита. Он действительно выглядел не лучшим образом. – У меня была тяжелая ночь.
- Да слышал уже! – отмахнулся Саня и сунул в рот кусок печенья. – Тебе пора завязывать, пока зеленые чертики не начали здороваться за ручку.
- Во-первых, я в трауре, а во-вторых … - Никита помедлил, - когда глаза залиты не так печально и …страшно.
- Не совсем понимаю причины страха, но откуда его ноги растут догадываюсь, - Саня решительно отодвинул накладные, понимая всю бесполезность попыток сосредоточится. Под самым носом дымила очередная аромопалочка, бросив на нее короткий взгляд с затаенной ненавистью, он встал. – Говорил же тебе! Говорил: нечего делать в морге. … Вот, пожалуйста вам - кошмары!
- Это мой долг… я любил Вику … и морг тут ни при чем.
События последних суток обсуждались уже ни один раз.
Саня не находил ничего странного, за исключением Викиной прихоти отправиться по своим делам пешком, а не на машине.
Более впечатлительный Никита постоянно возвращался к ритуалу с зеркалами. Ему не давало покоя то призрачное лицо, мелькнувшее в зеркальном коридоре.
Что-то знакомое, … где пересекались с этим типом? … Память молчала.
Но вспомнить было необходимо, … почему-то необходимо.
Саня на этот счет имел другое и очень простое мнение – наплевать.
Никита совету следовать не мог, возможно потому, что его собственный кот замучил требованием найти куклу! Кот Мурза, самый обычный, серый в полоску, с помойки, неожиданно вырядился в шлейку василькового цвета и, кто бы мог подумать, басил ужасно низким тембром, скрипя при этом, точно несмазанное колесо!
Какую куклу? … Почему куклу?
Возможно, аллегория, родившаяся под впечатлением от некой маленькой страшилки, что недавно начала мерещиться в углах. А еще узлы …
- Морг ни при чем, - повторил задумчивый Никита, снова приложился к банке с пивом и без привычного раздражения смахнул с руки мокрые крошки, вылетевшие изо рта друга. – Но может ты прав, надо развееться. Сейчас пойду разбираться с рабочими.
Петухов, в силу разных обстоятельств, придирался ко всему. Недовольный проволочкой, он внезапно прислал пару помощников.
Лопотавшие по-своему узбеки, расторопностью тоже не отличались, зато часто наведывались к кулеру за водой.
- Стоп! – Саня, как ужаленный, подскочил на месте и удержал Никиту от попытки встать.
Мало ли какие инструкции из центрального офиса могли получить эти рабочие?
Одним из условий при приеме на работу обговаривалось достойное, без алкоголя, поведение и презентабельный вид. Если на второй пункт все смотрели сквозь пальцы, то нетрезвость могла повлечь за собой увольнение.
Прикрывая друга, Саня рвался на части, но он не умел имитировать голоса, если вдруг потребуется ответить на звонок.
А звонили часто.
Озадачив кофемашину приготовлением живительного напитка, Саня отправился в зал поторопить рабочих, а заодно снова пересчитать (голова отказывалась работать), сколько он оставил катушек для спиннингов и всяких рыболовных комплектов.
К слову, охотничьи ружья так и не прислали, хотя идеи у руководства имелись, зато появились свертки новых баннеров, которые следовало выгодно разместить. Теперь в обязанности персонала вменялось обращать внимание всех потенциальных покупателей на видеоролики про охоту, рассказывать о расширении ассортимента, о возможности заказа охотничьего оружия, о его технических характеристиках и тому подобное. Ночная оптика тоже значилась в проекте, и хоть будущее этого товара было слишком расплывчато, оно воодушевляло Саню в куда большей степени. Ему хотелось с кем-то поговорить, помечтать о новинках, пошутить и посмеяться, отвлечься от неприятностей.
Но тревога за друга нарастала, тот мог просто свихнуться на почве смерти Вики. Если все хладнокровно проанализировать, картина напоминала стандартное обострение нервного заболевания на почве алкоголизма. Так и до суицида недалеко. Утром поведанная история лишь подтверждала опасения. Никита пил всю ночь, оплакивая свою любовь, беседовал с собственным котом и ловил по квартире нечто. Оно бегало по углам, давило на затылок взглядом и плело мудреные узлы. … А еще призрачное лицо какого-то дебила. …
Белая горячка в чистом виде. Вуаля!
Когда Саня вернулся к столу, Никита уже выпил кофе и снова нянчил банку с пивом.
- Брось хмурится, старик! – Саня легонько хлопнул друга по плечу. – Слышь, я рядом … а хочешь с тобой побуду, отвлечемся? … Уверен, это все нервы … пройдет.
После полудня неожиданно появилась посетительница.
Она смело отодвинула стойку с табличкой о техническом перерыве и вошла в зал.
Эффектная незнакомка, с крупными чертами лица и длинными русыми волосами, представилась Ириной, подругой Марины Киселевой. Процокав каблучками к столу, она с легкой небрежностью выложила из сумки футляр с фотоаппаратом и сдержанно пояснила причину своего визита.
Саня, разинув рот, смотрел на чудо в брючном костюме, обладавшее потрясающей харизмой.
Оценив произведенное впечатление, Ирина победно улыбнулась, вежливо простилась и была такова.
- Челюсть подбери, – посоветовал Никита, лениво подтягивая к себе футляр за ремень.
- Ты это видел!? – выдохнул Саня с горящими глазами. – Богиня!
- Твоя Светка была ничуть не хуже, - равнодушно констатировал Никита.
Все еще пребывая под впечатлением, Саня подсел ближе:
- Ну, там получилось?
Никита открыл галерею снимков и принялся листать с самого начала.
После ранее виденной Ротонды, запестрели летней зеленью парковые фотографии.
Внезапно Никита вздрогнул, точно увидел живого мертвеца:
- Что это? … Ужас!
На снимке смотрел вдаль безмятежный Стефан.
Опираясь спиной о древесный корень, он сидел на диво естественно, непринужденно. И столько жизни светилось в нем! Взгляд по неволе следовал за абрисом лица, отмечал красоту глаз, художественную небрежность прядей волос.
- Кажется, ее кукла, - пожал плечами всматривавшийся в снимок Саня. – Маришка говорила о покупке, сильно потратилась. … Я деньжат ей подкинул.
- Это лицо … ночью! – ошарашено пробормотал Никита - Ужас! … Оно было в зеркальном коридоре!
- Старик, … слышь? Очнись, ты становишься параноиком!
- Говорю же, что видел! В ту ночь, когда мы с Викой проводили треклятый ритуал. … Ужасно! … Оно было … как отражение на воде. Понимаешь?
Саня не понимал.
- Вы кого вызывали?
- Даму, мать ее! … Там была, … шла …, наверное, какая-то тень в глубине … и он … Ужас! - Никита откинулся на спинку стула и закрыл глаза. – А если Вика погибла из-за него?
- Чего? … Слышь, ты бредишь! Это кукла! – вкрадчиво произнес, окончательно сбитый с толку, Саня.
Но Никита уже достал смартфон, намереваясь позвонить Маришке. В голове болезненной занозой кололась некая мутная мысль о куклах, завоевавших мир. Под впечатлением даже соответствующая мелодия начала складываться, тревожная, звенящая.
На вызов ответила Валентина Аркадьевна и вежливо сообщила, что дочь лежит в постели. На просьбу о беседе, Никита получил категорический отказ по причине глубокого сна больной.
- Надо ехать, - он закрыл фотоаппарат и поднялся.
- К Маришке? –оторопел Саня. – Ты же слышал, она болеет!
- Проведаем, - Никита покачнулся. – Ты со мной?
- Никитон, не пори горячку! – Саня живо вскочил, готовый к любому действию, как вдруг …
- Стоп! … Ты это слышишь? – Никита поднял вверх указательный палец, прислушиваясь.
Саня замер.
Ничего! … В том смысле - привычные звуки большого торгового комплекса.
- Шепот! … Слышишь? … Найди! … Найди! … Вот опять! … Узлы…
- Так, - Саня решительно отобрал у друга банку с пивом. – На сегодня хватит. Я тебе даже кофе больше не дам, сейчас позвоню девочкам и чай сделаю.
Говоря о девочках, Саня имел в виду небольшую столовую на первом этаже в соседнем подъезде. Девчонки охотно приносили обеды, естественно не бесплатно. К тому же им нравилась музыка Никиты и Санины байки о приключениях во время тестов оборудования.
Лежавший рядом на столе мобильник запел соловьями.
Звонил риелтор.
Пришлось старательно изображать оптимизм:
- Привет, Ириш!
- Привет! Мы сегодня встречаемся?
- Да. Только окажи, пожалуйста, услугу, – Маришка понизила голос до шепота. – Ты не могла бы заехать за мной. С утра мучает недомогание, опасаюсь идти по улице в одиночку.
- Нет, проблем. Встречаемся через час, возле твоего подъезда.
Время еще позволяло посидеть, главное не забыть взять с собой фотоаппарат, вдруг получится доехать до магазина?
* * *
Когда Маришка вышла из своего подъезда, на асфальте стоял красный рено, с водительского места приветливо улыбалась Ира, одетая в элегантный представительский костюм.
- Ну, с чего начнем, - спросила Мариша, усаживаясь на переднее сиденье.
Когда затевалась история с покупкой квартиры, Маришка надеялась на некую остаточную сумму, на «мелочи». К примеру, купить золотые серьги … ну, хорошо, не серьги, а новенький ноутбук или навороченный фотоаппарат, … ладно, надо совесть иметь – обои для ремонта. Но…
Буквально на соседней улице продавалась небольшая квартирка и ее стоимость лишала Маришку всякой возможности реализовать мечты.
Вообще, на той улице, рядом с магазином «Пятерочка» продавались две квартиры, риелтор предложила просмотреть сначала ту, что дешевле, тогда возможны и чудеса.
Пока ехали до места, поделились последними новостями и обсудили неведомые симптомы Маришкиной болезни. Ира предположила сужение сосудов в головном мозге и предложила отвезти к знакомому врачу.
Мариша вежливо отказалась.
В блочной девятиэтажке на четвертом этаже открылся взгляду сущий кошмар, чем-то напоминающий общежитие.
В ободранной, без занавесок квартирке проживали четверо узбеков. Единственная комната делилась гардеробом на две части, где теснились кровати и мешки. Аляповатые обои с крупными орхидеями в зеленых квадратах, зрительно уменьшали площадь. Коридора, как такового, не было, шагнув с лестничной клетки, Маришка сразу уперлась в большой холодильник цвета металлик, пройти мимо которого возможно было только боком. Драную кухню, вернее, тесный пяточек, благоухающий цитрусовым Доместосом от свежевымытой раковины, Мариша смотреть отказалась, ей вообще стало неловко ходить по чужой квартире и неважно, что она потенциальный покупатель. Нет, увидеть товар лицом просто необходимо, но вот так заглядывать в туалет и угол с разобранной несвежей постелью, как-то неправильно, по отношению к этим убогим гастарбайтерам неудобно.
Хозяйка, неопрятная, полноватая женщина в возрасте, нахваливая жилье, делала ударение на главном, по ее мнению, достоинстве – скором сносе по программе реновации. А что до жильцов, так она готова совершить сделку с ними в комплекте, так сказать, от чистого сердца помочь избежать хлопот со сдачей в наем.
- Я даже за половину стоимости это не куплю, - выдохнула Мариша, оказавшись на улице.
От специфического мужского запаха, пропитавшего помещение, ее с непривычки подташнивало.
- Зато будет, с чем сравнить, - невозмутимо заметила Ира, полагавшая, что перед покупкой следует посмотреть не один вариант.
Следующая квартира находилась через два дома, в кирпичной пятиэтажке, жители которой дружно проголосовали против реновации.
Общество собралось веселое, в подвале одного из подъездов функционировала мини-ферма с курами и поросятами.
На втором этаже, с окнами на юг, плотно скрытыми от солнца кленами и липами притаилась квартирка площадью в тридцать квадратных метром. Не дворец, но и не сарай: чистенько, скромненько, чугунные советские батареи должны греть на совесть.
Когда стало известно, что мебель и почти вся техника останется на месте, вопросы отпали совершенно. К тому же хозяева согласились поторговаться (квартира-то без ремонта), в результате чего цена опустилась до приемлемой. Как раз такой суммой располагала Маришка. О подарках для себя любимой, как и о ремонте следовало на время забыть. По крайней мере бабулино наследство не растратилось по мелочам и этем следовало утешиться.
Обговорив все детали с представителем противоположной стороны, Ира объявила:
- Через две недели встречаемся в банке для заключения сделки.
Ей требовалось время на полную проверку квартиры.
Может чрезмерный всплеск радости от скорого окончания дела спровоцировал дурноту, но Маришка внезапно осела Ире под ноги, побелев как полотно.
- Эй, ты чего? – испугалась та, не зная, куда и как пристроить удобнее клиентку. – Марин! – Она легонько похлопала ее по щекам.
Сознание вернулось с гулом в голове, ознобом и какими-то неприятными судорогами.
- Извини, - прошептала Маришка, сжимая кулаки, чтобы не дрожали руки. – Ты не могла бы отвезти меня домой?
Ира живо подхватила ее под руки и подтащила к машине, благо конфуз случился рядом.
- Слушай, может скорую вызвать?
- Не надо, - вяло отмахнулась Маришка. – Ты сейчас куда едешь?
Оказалось, маршрут риелтора лежал недалеко от метро «Багратионовская», а значит, получится заехать в магазин и вернуть фотоаппарат. Кто знает, вдруг случится учет, а товара нет на месте.
Уже около подъезда, Маришка позвонила матери и попросила ее спуститься на первый этаж, лифт сейчас пугал.
Глава 14. Фотографии из парка
Магазинчик туристического снаряжения и одежды располагался на втором этаже обширнейшего комплекса «Горбушкин двор». Вытянутый павильон вмещал в себя разнообразные стенды с образцами и фотографиями, большой плоский телевизор с рекламными видеороликами, стол с компьютерной базой ассортимента интернет-магазина, а еще стойку для исполнительного директора и менеджера в крохотном кабинете.
Главный чокнутый рыбак со сборкой витрин не торопился, и они стояли наполовину собранными. Все свободное время уходило на оценку товара, его рассматривание и короткие видеозарисовки с комментариями для сайта.
- Нет, я так больше не могу! – не выдержал Саня после консультации очередного праздно гуляющего покупателя. Он в сердцах схватил стойку с объявлением: «Магазин закрыт по техническим причинам» и выставил ее буквально перед носом какого-то мужчины с ребенком, собиравшихся посмотреть туристическую палатку изнутри. - Вуаля!
- А если руководство нагрянет?
Донесся из кабинета усталый голос Никиты. Тот сидел за Саниным столом (отсюда лучше всего видно зал) и рассеянно крутил карандаш, даже не помышляя помогать задерганному другу.
- Плевать! – Саня сердито плюхнулся за Маришкин стол и попытался вернуться к прерванному делу, он вводил данные из очередной накладной и теперь искал строчку, на которой остановился. – Когда ставят новую секцию, то закрываются на технический перерыв! Народ шляется просто так, а я кланяйся перед ними!
- Как бы ужасно не звучало, но это твоя работа.
Чуть саркастическое замечание буквально взбесило, Саня вскипел:
- Блин! Слышь, в таком случае ты должен сидеть на этом стуле, держать в порядке документы и отвечать на звонки твоего руководства!
- Ужасно! … Но я пьян, - меланхолично резюмировал Никита. Он действительно выглядел не лучшим образом. – У меня была тяжелая ночь.
- Да слышал уже! – отмахнулся Саня и сунул в рот кусок печенья. – Тебе пора завязывать, пока зеленые чертики не начали здороваться за ручку.
- Во-первых, я в трауре, а во-вторых … - Никита помедлил, - когда глаза залиты не так печально и …страшно.
- Не совсем понимаю причины страха, но откуда его ноги растут догадываюсь, - Саня решительно отодвинул накладные, понимая всю бесполезность попыток сосредоточится. Под самым носом дымила очередная аромопалочка, бросив на нее короткий взгляд с затаенной ненавистью, он встал. – Говорил же тебе! Говорил: нечего делать в морге. … Вот, пожалуйста вам - кошмары!
- Это мой долг… я любил Вику … и морг тут ни при чем.
События последних суток обсуждались уже ни один раз.
Саня не находил ничего странного, за исключением Викиной прихоти отправиться по своим делам пешком, а не на машине.
Более впечатлительный Никита постоянно возвращался к ритуалу с зеркалами. Ему не давало покоя то призрачное лицо, мелькнувшее в зеркальном коридоре.
Что-то знакомое, … где пересекались с этим типом? … Память молчала.
Но вспомнить было необходимо, … почему-то необходимо.
Саня на этот счет имел другое и очень простое мнение – наплевать.
Никита совету следовать не мог, возможно потому, что его собственный кот замучил требованием найти куклу! Кот Мурза, самый обычный, серый в полоску, с помойки, неожиданно вырядился в шлейку василькового цвета и, кто бы мог подумать, басил ужасно низким тембром, скрипя при этом, точно несмазанное колесо!
Какую куклу? … Почему куклу?
Возможно, аллегория, родившаяся под впечатлением от некой маленькой страшилки, что недавно начала мерещиться в углах. А еще узлы …
- Морг ни при чем, - повторил задумчивый Никита, снова приложился к банке с пивом и без привычного раздражения смахнул с руки мокрые крошки, вылетевшие изо рта друга. – Но может ты прав, надо развееться. Сейчас пойду разбираться с рабочими.
Петухов, в силу разных обстоятельств, придирался ко всему. Недовольный проволочкой, он внезапно прислал пару помощников.
Лопотавшие по-своему узбеки, расторопностью тоже не отличались, зато часто наведывались к кулеру за водой.
- Стоп! – Саня, как ужаленный, подскочил на месте и удержал Никиту от попытки встать.
Мало ли какие инструкции из центрального офиса могли получить эти рабочие?
Одним из условий при приеме на работу обговаривалось достойное, без алкоголя, поведение и презентабельный вид. Если на второй пункт все смотрели сквозь пальцы, то нетрезвость могла повлечь за собой увольнение.
Прикрывая друга, Саня рвался на части, но он не умел имитировать голоса, если вдруг потребуется ответить на звонок.
А звонили часто.
Озадачив кофемашину приготовлением живительного напитка, Саня отправился в зал поторопить рабочих, а заодно снова пересчитать (голова отказывалась работать), сколько он оставил катушек для спиннингов и всяких рыболовных комплектов.
К слову, охотничьи ружья так и не прислали, хотя идеи у руководства имелись, зато появились свертки новых баннеров, которые следовало выгодно разместить. Теперь в обязанности персонала вменялось обращать внимание всех потенциальных покупателей на видеоролики про охоту, рассказывать о расширении ассортимента, о возможности заказа охотничьего оружия, о его технических характеристиках и тому подобное. Ночная оптика тоже значилась в проекте, и хоть будущее этого товара было слишком расплывчато, оно воодушевляло Саню в куда большей степени. Ему хотелось с кем-то поговорить, помечтать о новинках, пошутить и посмеяться, отвлечься от неприятностей.
Но тревога за друга нарастала, тот мог просто свихнуться на почве смерти Вики. Если все хладнокровно проанализировать, картина напоминала стандартное обострение нервного заболевания на почве алкоголизма. Так и до суицида недалеко. Утром поведанная история лишь подтверждала опасения. Никита пил всю ночь, оплакивая свою любовь, беседовал с собственным котом и ловил по квартире нечто. Оно бегало по углам, давило на затылок взглядом и плело мудреные узлы. … А еще призрачное лицо какого-то дебила. …
Белая горячка в чистом виде. Вуаля!
Когда Саня вернулся к столу, Никита уже выпил кофе и снова нянчил банку с пивом.
- Брось хмурится, старик! – Саня легонько хлопнул друга по плечу. – Слышь, я рядом … а хочешь с тобой побуду, отвлечемся? … Уверен, это все нервы … пройдет.
После полудня неожиданно появилась посетительница.
Она смело отодвинула стойку с табличкой о техническом перерыве и вошла в зал.
Эффектная незнакомка, с крупными чертами лица и длинными русыми волосами, представилась Ириной, подругой Марины Киселевой. Процокав каблучками к столу, она с легкой небрежностью выложила из сумки футляр с фотоаппаратом и сдержанно пояснила причину своего визита.
Саня, разинув рот, смотрел на чудо в брючном костюме, обладавшее потрясающей харизмой.
Оценив произведенное впечатление, Ирина победно улыбнулась, вежливо простилась и была такова.
- Челюсть подбери, – посоветовал Никита, лениво подтягивая к себе футляр за ремень.
- Ты это видел!? – выдохнул Саня с горящими глазами. – Богиня!
- Твоя Светка была ничуть не хуже, - равнодушно констатировал Никита.
Все еще пребывая под впечатлением, Саня подсел ближе:
- Ну, там получилось?
Никита открыл галерею снимков и принялся листать с самого начала.
После ранее виденной Ротонды, запестрели летней зеленью парковые фотографии.
Внезапно Никита вздрогнул, точно увидел живого мертвеца:
- Что это? … Ужас!
На снимке смотрел вдаль безмятежный Стефан.
Опираясь спиной о древесный корень, он сидел на диво естественно, непринужденно. И столько жизни светилось в нем! Взгляд по неволе следовал за абрисом лица, отмечал красоту глаз, художественную небрежность прядей волос.
- Кажется, ее кукла, - пожал плечами всматривавшийся в снимок Саня. – Маришка говорила о покупке, сильно потратилась. … Я деньжат ей подкинул.
- Это лицо … ночью! – ошарашено пробормотал Никита - Ужас! … Оно было в зеркальном коридоре!
- Старик, … слышь? Очнись, ты становишься параноиком!
- Говорю же, что видел! В ту ночь, когда мы с Викой проводили треклятый ритуал. … Ужасно! … Оно было … как отражение на воде. Понимаешь?
Саня не понимал.
- Вы кого вызывали?
- Даму, мать ее! … Там была, … шла …, наверное, какая-то тень в глубине … и он … Ужас! - Никита откинулся на спинку стула и закрыл глаза. – А если Вика погибла из-за него?
- Чего? … Слышь, ты бредишь! Это кукла! – вкрадчиво произнес, окончательно сбитый с толку, Саня.
Но Никита уже достал смартфон, намереваясь позвонить Маришке. В голове болезненной занозой кололась некая мутная мысль о куклах, завоевавших мир. Под впечатлением даже соответствующая мелодия начала складываться, тревожная, звенящая.
На вызов ответила Валентина Аркадьевна и вежливо сообщила, что дочь лежит в постели. На просьбу о беседе, Никита получил категорический отказ по причине глубокого сна больной.
- Надо ехать, - он закрыл фотоаппарат и поднялся.
- К Маришке? –оторопел Саня. – Ты же слышал, она болеет!
- Проведаем, - Никита покачнулся. – Ты со мной?
- Никитон, не пори горячку! – Саня живо вскочил, готовый к любому действию, как вдруг …
- Стоп! … Ты это слышишь? – Никита поднял вверх указательный палец, прислушиваясь.
Саня замер.
Ничего! … В том смысле - привычные звуки большого торгового комплекса.
- Шепот! … Слышишь? … Найди! … Найди! … Вот опять! … Узлы…
- Так, - Саня решительно отобрал у друга банку с пивом. – На сегодня хватит. Я тебе даже кофе больше не дам, сейчас позвоню девочкам и чай сделаю.
Говоря о девочках, Саня имел в виду небольшую столовую на первом этаже в соседнем подъезде. Девчонки охотно приносили обеды, естественно не бесплатно. К тому же им нравилась музыка Никиты и Санины байки о приключениях во время тестов оборудования.
